Кипр

15 марта 2014 - Алексей Сороковик

Это случилось 2 августа 2012 года. В тот день он с самого утра отпросился с работы, сходил в супермаркет за необходимыми продуктами и отправился в областную больницу, где лежала Настя. День назад, когда он разговаривал с её лечащим врачом, тот сказал, что состояние его жены стало ухудшаться, но ничего критичного пока что нет. Тем не менее, он решил сходить к ней на следующий день, увидеть всё своими глазами, пообщаться с ней, возможно, узнать, какие нужно купить лекарства. Всё, что он узнал, придя туда: Настя умерла. Буквально перед его приходом, ему как раз собирались позвонить. С его стороны в тот момент не было ни рыданий, ни яростных криков, ни обмороков; не было почти ничего. Он даже не сразу понял, что именно произошло. Просто стоял и смотрел на врача, а его сознание никак не могло понять, что «умерла» - это навсегда, что он её больше никогда не увидит.

До конца осознать произошедшее он не мог ещё долго. Придя домой, он позвонил на работу и спокойным голосом сообщил начальнику, что увольняется. Нет, положенные две недели он отработать не сможет. На вопрос «Почему?», ответил: «Моя жена сегодня умерла». После чего молча повесил трубку.

Потом он сделал ещё несколько звонков, договорился о похоронах, затем выключил телефон, лёг на кровать и пролежал там до самого вечера, глядя в одну точку. Когда оцепенение прошло, он вскрыл запас алкоголя в баре и напился. В тот день личность инженера Максима Самойленко умерла вместе с его женой Настей.

На удивление он не спился. Остановился примерно месяца через два после похорон, будто внутри него опустился некий невидимый рубильник, который отключил режим «пить», словно алкоголь выполнил свою функцию и перестал быть нужным. На рабочее место он не вернулся, однако бывший начальник предложил ему взять некоторые проекты на дом, на что Максим согласился. Деваться всё равно было некуда, надо было брать откуда-то деньги. От выполнения порученной ему работы он почти не отвлекался: развлечения его не интересовали, а от безделья начиналась сильная депрессия; так что такой «подарок» бывшего руководителя оказался как нельзя кстати. Полностью сосредоточившись на выполнении работы, он всё сделал не только качественно, но и раньше срока. Не прошло и несколько дней, как ему поступил новый заказ. Самойленко вновь погрузился в работу, найдя в ней спасение от тяжёлых мыслей. Знакомые некоторое время звонили ему, справлялись о его состоянии, звали куда-нибудь сходить, но каждый раз неизменно получали отказ. Со временем их звонки становились всё реже, а затем и вовсе прекратились. Максима это не особо беспокоило, скорее наоборот: он не хотел никакого общения. О каких-то новых отношениях он даже и не думал, по-прежнему продолжая любить свою покойную жену. Так продолжалось полтора года.

В то утро он проснулся в восемь утра, на час раньше, чем был заведён будильник. Сон, который ему снился, быстро растворялся в сознании, и через несколько минут Максим уже с трудом мог вспомнить, о чём он был. Сев на кровати, он взял в руки будильник и отключил так и не успевший сработать сигнал. Его взгляд упал на Настину фотографию в рамке, которая по прежнему стояла на тумбе. Мысленно сказав ей «доброе утро», Самойленко поднялся, оделся и прошёл на кухню. Досыпать уже не хотелось, поэтому он решил позавтракать и приняться за работу. Заказов у него собралось немало, и отнюдь не потому, что медленно работал, а поскольку, заработав себе хорошую репутацию, он стал получать заказы не только от бывшего руководителя, но и от некоторых других заказчиков. Со временем ему стали поручать столько работы, что от некоторых проектов приходилось даже отказываться.

Через пять минут, кофе был сварен, яичница готова. Самойленко взял щепотку тёртого сыра и присыпал её сверху, после чего протёр плиту и стол, взял свой завтрак и отправился в комнату.

Звонок прозвучал ровно в девять утра, как будто звонивший сидел перед телефоном с часами и выжидал, когда минутная стрелка займёт нужное положение. На экране высветилось «Олег Евгеньевич» - тот самый бывший начальник.

- Привет, ударник труда, - весёлым голосом поздоровался тот. И, не дожидаясь ответа, тут же продолжил. – Максим, есть у меня просьба одна к тебе, но по телефону это неудобно решать. Ты можешь сейчас к нам подъехать?

- Если это ещё один заказ, то у меня сейчас…

- Нет-нет, я всё понимаю, - перебил его директор. - Вот в этом-то как раз и дело. Объемы работы у нас сейчас очень большие, но взять её всю на себя ты не можешь, так что мы решили взять в штат человека, который будет работать над основным потоком, чтобы ты брал на себя только сложную работу. Давай, в общем, приезжай, некогда мне по телефону рассказывать.

Это была одна из особенностей Олега Евгеньевича: он мог перебить собеседника, назначить встречу и положить трубку, не дождавшись ответа. Но некое чутьё его никогда не подводило. Он всегда знал, что собеседник придёт, а какое-то чисто человеческое обаяние не позволяло никому обидеться на него всерьёз.

Человеком, которого Олег Евгеньевич взял в штат, оказалась довольно симпатичная девушка лет двадцати пяти на вид. Она сидела напротив директорского стола, держа в руках ежедневник и делая какие-то пометки. Одета она была без излишеств: в деловой костюм, не лишённый при этом изящества. Темные, слегка вьющиеся волосы были собраны в аккуратный хвост, в ушах – элегантные, но неброские серёжки.

Олег Евгеньевич указал Максиму на стул рядом с девушкой.

- Присаживайся. Знакомьтесь, это Марина - наш новый инженер. Она будет вести основные проекты, на которые у тебя уже нет времени. Марина, это Максим Самойленко. Великолепный специалист, который ввиду некоторых причин сейчас работает удалённо.

После того, как приветствия закончились, он пояснил, для чего устроено это небольшое собрание. Марина была очень талантливой и перспективной девушкой, но ей очень не хватало практики. Учитывая то, что брали её на не очень сложную работу, руководство в принципе устраивал этот факт, однако они хотели, чтобы Максим подтянул её знания и познакомил с основной спецификой их работы. Взамен компания готова была спонсировать Самойленко это обучение в виде премиальных. Олег Евгеньевич крайне настаивал на том, чтобы Максим согласился, при этом подчёркивая, что это его личная просьба. Максиму ничего не оставалось, кроме как согласиться на предложение, хоть он и прекрасно понимал, для чего всё это устроено. Его бывший начальник был невероятно душевным человеком, и его очень расстраивало то, что Максим так тяжело переживает смерть супруги. Выждав достаточно времени, он решил взять ситуацию в свои руки и помочь ему наладить личную жизнь. Вслух Самойленко, конечно же, ничего не сказал.

Так начался долгий период совместного обучения. Три раза в неделю Максим приходил в офис, они с Мариной садились в отдельном кабинете, где он обучал её различным тонкостям работы. На удивление девушка оказалась очень способной и трудолюбивой. Его опасения относительно того, что это очередная глупая кукла, не способная понять сложностей инженерной специфики, развеялись очень быстро. Марина всё схватывала на лету, задавала толковые вопросы, во время объяснений часто сама заканчивала за него фразу, в особо сложных моментах делала пометки в своём ежедневнике. Во время обеда и после работы они заходили в кафе через дорогу, где позволяли себе отвлечься от процесса обучения, разговаривая на самые различные жизненные темы. Максим не переставал удивляться. Девушка оказалась, ко всему прочему, очень начитанной, разбирающейся в кино, с великолепным музыкальным вкусом, но помимо этого, она была ещё и отличным слушателем. Иногда они не замечали, как засиживались допоздна, увлёкшись обсуждением какой-нибудь интересной темы.

Так прошёл месяц. В конце концов, Марина оказалась настолько хорошо подготовлена, что вполне могла не только вести порученную ей работу, но и браться за довольно сложные проекты, которые далеко не каждый инженер готов был выполнить.

- Максим, я невероятно рада, что именно ты стал моим наставником, - сказала девушка после того, как они вышли от директора, доложив ему об окончании обучения. – Я многому научилась, отлично провела время, а теперь, уверена, моя карьера будет двигаться только вверх.

- Пустяки, - смущённо улыбнулся Самойленко. - Как бы я ни умел объяснять, только от тебя зависело, научишься ты в итоге этому или нет. Должен признаться, я не ожидал, что ты окажешься столь способным учеником. Да и девушкой интересной, - добавил он поспешно.

- Так вот, - деловито продолжила она, - я подумала, что окончание столь блистательного обучения непременно надо отметить. Как насчёт того, чтобы зайти ко мне завтра часиков, скажем, в шесть вечера?

- Эм… Да, наверное… Конечно, - растерянно и невнятно пробормотал Максим. Он понимал, что к чему-то подобному дело определённо движется, однако совершенно не рассчитывал, что она вот так прямолинейно поступит, не ожидая, пока он решится первым. А, впрочем, она, наверное, поступила правильно. Ведь он ещё полгода мог раздумывать над тем, стоит или не стоит, надо или не надо, а так всё и само разрешилось.

- Вот и чудно, - улыбнулась девушка. - Я приготовлю отличный ужин.

Придя домой, он рассеянно ходил из угла в угол, пытаясь справиться со своими скачущими мыслями. Зашёл в ванную, открыл воду, смочил руки, тут же закрыл кран, сходил на кухню, осмотрелся, отправился обратно в комнату. Максим не мог понять, что происходит. Что-то во всей этой ситуации его беспокоило. Да, ему пора было посмотреть на жизнь по-новому, пора  было оставить мысли о прошлом там же. Только вот это дикое беспокойство всё равно никак не покидало его.

Взглянув на календарь, он вспомнил, какая сегодня дата: день рождения Насти.

Покойная жена смотрела на него с фотографии, на которой слегка улыбалась, но как-то горько, будто понимала его тревогу.

- Не смотри на меня так, - тихо произнёс Максим. - Ну а что мне делать, ты же покинула меня.

Настя молчала, она не могла уже ничего ответить, лишь по-прежнему глядела на него своим глубоким и мудрым взглядом.

- Почему так всё вышло, а? – продолжал Самойленко. - Я бы никуда, ни к кому не ехал, я бы лучше остался с тобой, мы отметили бы твой день рождения, потом слетали бы куда-нибудь отдохнуть, на Кипр, например. Точно, на Кипр, ты ведь хотела туда слетать, верно?

Настя продолжала молчать. Максим продолжал свой монолог, выплёскивая всё то, что накопилось у него внутри, однако легче ему не становилось. В конце концов, он замолчал, сел, и уткнулся лицом в ладони.

Впереди у него был ещё целый вечер. Целый вечер на то, чтобы собраться с духом, позвонить Марине и сказать, что он не сможет приехать, поскольку улетает. Куда? Наверное, на Кипр, он ещё и сам не знает.

 


© Copyright: Алексей Сороковик, 2014

Регистрационный номер №0201183

от 15 марта 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0201183 выдан для произведения:

  Это случилось 2 августа 2012 года. В тот день он с самого утра отпросился с работы, сходил в супермаркет за необходимыми продуктами и отправился в областную больницу, где лежала Настя. Ещё день назад, когда он разговаривал с её лечащим врачом, тот сказал, что состояние его жены стало ухудшаться, но ничего критичного пока что нет. Тем не менее, он решил сходить к ней на следующий день, увидеть всё своими глазами, пообщаться с ней, возможно, узнать какие необходимо купить лекарства. Всё, что он узнал придя туда, что Настя умерла. Буквально перед его приходом, ему как раз собирались позвонить. С его стороны, в тот момент, не было ни театральных рыданий, ни яростных криков, ни обмороков, почти ничего. Он даже не сразу понял, что именно произошло. Просто стоял и смотрел на врача, а его сознание никак не могло понять, что «умерла», это навсегда, что он её больше никогда не увидит.

Осознать до конца произошедшее он не мог ещё долго. Придя домой, он позвонил на работу и спокойным голосом сообщил начальнику, что увольняется и положенные две недели отработать не сможет. На вопрос «почему?» ответил: «моя жена сегодня умерла», после чего молча повесил трубку.

После этого сделал ещё несколько звонков, договорился о похоронах, затем выключил телефон, лёг на кровать и пролежал там до самого вечера, глядя в одну точку. Затем, он вскрыл запас алкоголя в баре и напился. В тот день, личность инженера Максима Самойленко умерла вместе с его женой Настей.

На удивление он не спился. Остановился примерно через месяца два после похорон, как будто опустился некий невидимый рубильник, который отключил режим «пить», словно алкоголь выполнил свою функцию и перестал быть нужным. На рабочее место он не вернулся, однако бывший начальник предложил ему взять некоторые проекты на дом, на что Максим согласился. Деваться всё равно было некуда, деньги откуда-то брать надо. От выполнения порученной работы, он почти не отвлекался: развлечения его не интересовали, а от безделья начиналась сильная депрессия, так что такой «подарок» бывшего руководителя оказался как нельзя кстати. Полностью сосредоточившись на выполнении работы, он всё сделал не только идеально качественно, но и раньше срока. Не прошло и нескольких дней, как ему поступил новый заказ, Самойленко вновь погрузился в работу, найдя в ней спасение от тяжелых мыслей. Знакомые некоторое время звонили ему, справлялись о состоянии, звали куда-нибудь сходить, но каждый раз получали отказ. Со временем, их звонки стали всё более редкими, а затем и вовсе прекратились. Максима это не особо беспокоило, скорее наоборот, он не хотел никакого общения. О каких-то новых отношениях он даже не помышлял, по-прежнему продолжая любить свою покойную жену. Так продолжалось полтора года.

В то утро он проснулся в восемь утра, на час раньше, чем был заведён будильник. Сон, который ему снился, быстро растворялся в сознании и через несколько минут, Максим уже с трудом мог вспомнить, о чём он был. Сев на кровати, он взял в руки будильник и отключил сигнал, который так и не успел сработать. Взгляд упал на Настину фотографию в рамке, которая по прежнему стояла на тумбе. Мысленно сказав ей «доброе утро», Самойленко поднялся, оделся и прошёл на кухню. Ложиться досыпать уже не хотелось, поэтому решил позавтракать и приниматься за работу. Заказов у него собралось немало и отнюдь не потому, что медленно работал, а поскольку, заработав себе хорошую репутацию, стал получать заказы не только от бывшего руководителя, но и от некоторых других заказчиков. Со временем, ему стали поручать столько работы, что от некоторых проектов приходилось отказываться.

Через пять минут, кофе был сварен, яичница - готова. Самойленко взял щепотку тертого сыра и присыпал её сверху, после чего протёр плиту и стол, взял свой завтрак и отправился в комнату.

Звонок прозвучал ровно в девять утра, как будто звонивший сидел перед телефоном с часами и выжидал, когда минутная стрелка займёт верхнее положение. На экране высветилось: «Олег Евгеньевич» - тот самый бывший начальник.

- Привет, ударник труда, - весёлым голосом поздоровался тот. И, не дожидаясь ответа, тут же продолжил. – Максим, есть у меня просьба одна к тебе, но по телефону это неудобно решать. Ты можешь сейчас к нам подъехать?

- Если это ещё один заказ, то у меня сейчас…

- Нет-нет, я всё понимаю, - перебил его директор, - вот в этом и дело, как раз. Объемы работы у нас сейчас очень большие, но взять её всю на себя ты не можешь, так что мы решили взять в штат человека, который будет работать над основным потоком, чтобы ты брал на себя только сложную работу. Давай, в общем, приезжай, некогда мне по телефону рассказывать.

Это была одна из особенностей Олега Евгеньевича – он мог перебить собеседника, назначить встречу, не дождавшись ответа, но некое чутьё его никогда не подводило, он всегда знал, что собеседник придёт, а какое-то чисто человеческое обаяние не позволяло никому обидеться на него всерьёз.

Человеком, которого Олег Евгеньевич взял в штат, оказался довольно симпатичной девушкой, лет двадцати пяти на вид. Она сидела напротив директорского стола, держа в руках ежедневник и делая какие-то пометки. Одета она была без излишеств, в деловой костюм, не лишённый при этом изящества. Темные, слегка вьющиеся волосы, были собраны в аккуратный хвост, в ушах – элегантные, но неброские серёжки.

Олег Евгеньевич указал Максиму на стул рядом с девушкой.

- Присаживайся. Знакомьтесь, это Марина, наш новый инженер, она будет вести основные проекты, на которые у тебя уже нет времени. Марина, это Максим Самойленко. Великолепный специалист, который в виду некоторых причин сейчас работает удалённо.

После того, как приветствия закончились, он пояснил из-за чего устроено это собрание. Марина была очень талантливой и перспективной девушкой, однако практики ей очень не хватало. Учитывая, что брали её на не очень сложную работу, руководство устраивал этот факт, однако они хотели, чтобы Максим подтянул её знания и познакомил с основной спецификой их работы. Взамен, компания готова была спонсировать Самойленко это обучение, в виде премиальных. Олег Евгеньевич крайне настаивал на таком варианте, при этом подчёркивая, что это его личная просьба. Максиму ничего не оставалось, кроме как согласиться на предложение, хоть он прекрасно понимал для чего это устроено. Его бывший начальник был крайне душевным человеком, и его очень расстраивало то, что Максим так тяжело переживает смерть супруги. Выждав достаточно времени, он решил взять ситуацию в свои руки и помочь ему наладить личную жизнь. Вслух Самойленко, конечно же, ничего не сказал.

Так начался долгий период совместного обучения. Три раза в неделю, Максим приходил в офис, они садились с Мариной в отдельном кабинете, где он обучал её различным тонкостям работы. На удивление, девушка оказалась очень способной и трудолюбивой. Его опасения в том, что это очередная глупая кукла, не способная понять сложностей инженерской специфики развеялись очень быстро. Марина всё схватывала на лету, задавала толковые вопросы, во время объяснений часто сама заканчивала за него фразу, в особо сложных моментах, делала пометки в своём ежедневнике. Во время обеда и после работы, они заходили в кафе через дорогу, где позволяли себе отвлечься от процесса обучения и разговаривали на самые различные жизненные темы. Максим не переставал удивляться. Девушка оказалась, ко всему прочему, очень начитанной, с великолепным вкусом к музыке и фильмам, но помимо этого – ещё и отличным слушателем. Иногда, они не замечали, как засиживались допоздна, увлекшись обсуждением какой-нибудь интересной темы.

Так прошёл месяц. В конце концов, Марина была настолько хорошо подготовлена, что вполне могла не только вести порученную работу, но и браться даже за довольно сложныепроекты, которые далеко не каждый инженер готов был выполнить.

- Максим, я невероятно рада, что именно ты стал моим наставником, - сказала девушка после того, как они вышли от директора, доложив ему об окончании обучения. – Я многому научилась, отлично провела время, а теперь, уверена, моя карьера будет двигаться только вверх.

- Пустяки, - смущенно улыбнулся Самойленко, - как бы я не умел объяснить, только от тебя зависело, научишься ты этому, или нет. Должен признаться, я не ожидал, что ты окажешься столь способным учеником. Да и девушкой интересной, - добавил он спешно.

- Так вот, - деловито продолжила она, - я подумала, что окончание столь блистательного обучения, нам непременно надо отметить. Как насчёт того, чтобы зайти ко мне завтра часиков, скажем, в шесть вечера?

- Эм… да, наверное… конечно, - растерянно и невнятно пробормотал Максим. Он понимал, что к чему-то подобному дело определённо движется, однако совершенно не рассчитывал, что она вот так прямолинейно поступит, не ожидая, пока он решится первым. А впрочем, она видимо правильно поступила. Он ещё полгода мог раздумывать над тем, стоит, или не стоит, надо, или не надо, а так – вот всё и само разрешилось.

- Вот и отлично, - улыбнулась девушка, - я приготовлю отличный ужин.

Придя домой, он рассеяно ходил из угла в угол, пытаясь справиться со скачущими мыслями. Зашёл в ванную, открыл воду, смочил руки, тут же закрыл кран, сходил на кухню, осмотрелся, отправился в комнату. Максим не мог понять, что происходит. Что-то во всей этой ситуации его беспокоило. Да, ему пора было посмотреть на жизнь по новому, пора оставить мысли о прошлом там же. Только вот всё равно это дикое беспокойство никак не покидало его.

Взглянув на календарь, он вспомнил, какая сегодня дата – день рождения Насти.

Покойная жена смотрела на него с фотографии, на которой слегка улыбалась, но как-то горько, будто понимала его тревогу.

- Не смотри на меня так, - тихо произнёс Максим, - что мне делать, ты же покинула меня.

Настя молчала, она не могла уже ничего ответить, лишь по прежнему глядела на него своим глубоким и мудрым взглядом.

- Почему так всё вышло, а? – продолжал Самойленко, - я бы никуда, ни к кому не ехал, я бы лучше остался с тобой, мы отметили бы твой день рождения, потом слетали бы куда-нибудь отдохнуть, на Кипр, например. Точно, на Кипр, ты ведь хотела туда слетать, верно?

Настя продолжала молчать. Максим продолжал свой монолог, выплёскивая всё то, что накопилось у него внутри, однако легче ему не становилось. В конце концов, он замолчал, сел, и уткнулся лицом в ладони.

Впереди у него был ещё целый вечер. Целый вечер на то, чтобы собраться с духом, позвонить Марине и сказать, что он не сможет приехать, поскольку улетает. Куда? Наверное на Кипр, он ещё сам не знает.


Рейтинг: +8 277 просмотров
Комментарии (3)
Серов Владимир # 15 марта 2014 в 20:59 +2
Хороший рассказ!
Константин Галь # 16 марта 2014 в 10:45 +2
А лучше всего и правда полететь. Начать совсем новую жизнь.
Понравилось!
Людмила Комашко-Батурина # 18 марта 2014 в 02:20 +1
Рассказ не плох, но в нём слишком много перечислений- что и как делает главный герой.Слишком много глаголов. Очень удачное завершение рассказа.Хочется верить, что герой примет правильное решение.