ГлавнаяВся прозаКрупные формыПовести → МУТАНТ (часть 4)

 

МУТАНТ (часть 4)

24 августа 2012 - Алексей Павлов
article72013.jpg
 
Часть 4
 
– Мяса хочешь? – спросил один из двоих широкоплечих, подошедших к бомжу, когда тот поздним вечером бродил по привокзальной площади.
– Хочу, – промычал мутант.
– Тогда пошли.
Бомж медленно поплелся за кожаными парнями, шаркая по грязному и промозглому асфальту граблями, ногами то бишь.
– Ты побыстрее можешь? – спросили они, обернувшись.
Бомж промолчал и шаг не ускорил.
– Урод! – послышалось за спиной.
Чудовище остановилось, парни обернулись. Но на этот раз делать ничего не пришлось. Бомжу так хотелось есть, что он вновь пошел за ними.
– Урод! – повторилось эхом, и в этот момент кто-то сильно толкнул бомжа в спину.
Мутант обернулся.
Подвыпившая молодежь в количестве нескольких плоскоголовых, и вовсе не потому, что подвыпили, даже опешили, когда этот горбатый и грязный силуэт к ним обернулся.
– Ё!.. Глянь-ка! Во урод! – раздался голос.
– В натуре! – другой, еще больше пораженный.
– Ночью такое приснится – утром уже поминки справлять по тебе будут! – сделал вывод третий.
Видя эту картину, широкоплечие подошли и пнули бомжа, чтобы тот не стоял на месте, как столб железнодорожный, который согнулся от старости.
– Пошли, тебя люди важные ждут.

Молодая компания, то ли каких-то бритоголовых, то ли еще какого националистического движения, что было видно по всему их антуражу, также оказались людьми не робкого десятка.
– Постойте, пацаны! – тут же вышел их главный. – Дайте повнимательнее на этот блев природы посмотреть!
– Нечего тут смотреть! – резко заявил бандит. – Не в музее!
– А ты чего так разговариваешь? – сразу же вскипел бритоголовый главарь, ничуть не испугавшись внушительного вида других примкнувших бандюганов.
– А ты меня учить разговаривать, что ли, будешь? – уже хамски переспросил бандит.
– Можно и поучить! – еще более хамски ответил главарь. – Только тебе это дорого обойдется. Не уверен, что расплатиться сможешь.
Дальше бы точно закончилось всё либо поножовщиной, либо стрельбой, не вмешайся в этот рьяный спор Тамерлан. Его послал Азат, сидевший в старом знакомом и убогом кафе, злясь, что подопечные что-то долго задерживаются в поисках бомжа.
Видя, что дело пахнет как минимум жареным, если не огненным, Тамик, уже привыкший к резкостям своего босса, с ходу, не спрашивая ни о чем, вломил огромным кулачищем одному из бритоголовых и тут же уперся дулом пистолета в шею главаря, ровным счетом не обращая внимания на проплывающие вокруг людские массы.
– Еще раз твою рожу здесь увижу, – шипел Тамерлан, таращась в гнилые глазищи бритоголового, – не то что волос, кожи на башке твоей тупой не останется, понял?
При последнем вопросе он с еще большей силой упер в шею ствол.
– Увидишь, – прохрипел в ответ бритый наголо, перенося боль.
Понимая, что «товарищ не понимает», Тамерлан парой мощных ударов вмиг отправил его в забытье. Бандиты, которые вели бомжа, добили остальных, побритых жизнью. Хоть что-то достойного бандиты сделали в своей жизни.
– Что встали? – рявкнул Тамерлан. – Пошли, босс заждался!

Перешагивая теперь не очень чистые лысины валяющихся в грязи, бандиты вновь продолжили путь с мутантом, который и глазом не повел на всю эту потасовку, к месту назначения.

– Тебе людей жалко? – спросил Азат, когда мутант вновь глотал огненное мясо кусками вместе с костями.
Почти все обитатели кафе вмиг сие заведение покинули, когда туда ввели это чудо природы. Те же, кто остался, были настолько пьяны, что вообще себя не помнили. Мутант им казался страшным сном, излечимым лишь похмельем.
– Я тебя спросил, – спокойно повторил Азат свой вопрос.
Бомж молчал. Он просто не понимал, что ему нужно ответить и о чем таком его спрашивают.
– Ну хорошо, – Азат решил зайти с другой стороны, – ты хочешь быть человеком? Ты хотел бы жить как нормальный человек?
В глазах бомжа появился некий интерес. Видимо, так поставленный вопрос мог свернуть его единственную извилину в мозгу.
– Ты хотел бы каждый день есть мясо, спать в теплом месте, иметь возможность жить в уютной квартире? В общем, как нормальный человек ты жить бы хотел?
– Да-а... – наконец вымолвил тот, тяжело выдыхая, – толь-ко лю-дям я не ну-жен.
Некоторое время Азат молчал.
– А ты сделай так, чтобы стал им нужен. Для этого нужно лишь одно – деньги. Чем больше у тебя денег, тем больше ты нужен этим глупым людям. Ты знаешь, что такое деньги?
– Да-а... – вновь прохрипело чудовище.
– Это уже радует. Ты хотел бы их иметь?
– За-чем?
– Ну, к примеру, чтобы покупать себе каждый день вот это мясо.
– Е-го мне да-ют здесь... каж-дый день.
– Да-а... – выдохнул Азат, – теперь радует меньше. Извилины у тебя на сегодня кончились.
– Что-о?
– О, видимо, не кончились. Я говорю, ты хотел бы иметь деньги, чтобы покупать мясо? Тебе его дают, потому что я так приказал. А после давать не будут.
– Тог-да хо-тел бы...
– Денег?
– Мя-со...
– Для этого нужны деньги.
– То-гда де-нег...
– Надо же, ты просто гений человеческого разума, – заключил Азат и вскоре закончил встречу, распорядившись, чтобы с этого дня мясо мутанту давали еще больше.

– Там ресторан неплохой, пойдем сами поедим, – сказал бригадир помощнику, кивая в сторону приличного заведения.

Немного поуродованные бритоголовые, частично оклемавшись, оставить такое унижение не смогли и уже на своем сходняке любителей лысин решили во что бы то ни стало разыскать обидчиков и зарыть их заживо. Они запомнили ресторан, куда направились бандиты.

– Здорово, – по-хамски произнес один из лысых, вальяжно развалившись на стуле за столом, когда подошел официант принять заказ, – старшего позови.
– Что, простите? – не понял тот сразу странных гостей.
– Старшего сюда! Кабака твоего вонючего старшего давай! И быстро!
Подошел администратор, несколько растерявшись, как себя вести.
– Слышь, – был невежлив уже другой лысый, – у тебя тут шпана отдыхает всякая.
Пухлому администратору подобное обращение было слышать приятного мало, но он пока молчал.
– Нам они нужны, – вновь открыл пасть первый, – говори, где их найти или когда они сюда жрать приходят.
– Не совсем понял, уважаемые, о ком вы, – достаточно уверенно ответил администратор.
– Если мы тебе доходчиво объясним, боюсь, понимать ты уже ничего не сможешь.
– Не вижу смысла хамить, – держал себя в руках стоявший у стола, – здесь не самое плохое заведение и сюда приходит много разных людей. Шпаны мы тут не наблюдали. Еще чем-то могу помочь, или заказ делать будете?
– Слышь, гниль, – вскипел первый лысый, но тут же был остановлен вторым.
– Погоди. Давай мы поконкретнее вопрос зададим.

Задали поконкретнее, и вскоре администратор понял, что эти идиоты ищут мордоворотов одной из самых влиятельных криминальных группировок, которые часто здесь обедают, ужинают, иногда завтракают, если с вечера поужинать не успели. Для администратора оказалось странным, чтобы вот так нагло и нахраписто спрашивали тех, которых при встрече обычно стараются обойти стороной. Но, видно, лысые-то они лысые, а шутить не привыкли. Тот же криминал, только с ярко выраженной националистической направленностью.
– Короче, – заключили наглые гости, – вот тебе наш телефон, как объявятся – звони сразу. Понял?
– А если не я работать буду в этот день? – вновь спросил администратор.
– Твои проблемы. Если нам вовремя не сообщат, мы церемониться не станем. Воткнем тебе шило у подъезда в бочину и растворимся.
Лысые не шутили. Они сами были представителями достаточно мощной националистической организации, корнями и отростками которая простиралась за пределы страны. Их дела и преступления не единожды всколыхнули общественность, порождая всегда жуткое впечатление от тех мест, где оставались их следы.

Администратор, понимая, что шутки здесь могут закончиться слезами, причем кровавыми, после ухода гнусных гостей тут же позвонил директору заведения. Тот в свою очередь уже обратился вверх по иерархии, и там среагировали моментально. Это не государственные структуры, потому их реакция и действия никогда не заставляли себя ждать.

«Алло, Азат, здорово, дорогой! Рад тебя слышать!»
– Я тоже рад.
«Узнал, надеюсь?»
– Обижаешь. Как сам? Как мать?
«Да ничего. Оклемалась немного. Люди добрые помогли, врачей хороших посоветовали. Мир же не без добрых...»
– Конечно. Славная женщина. Поклон ей передай от меня, полагаю, помнит.
«Еще бы, дорогой. Спасибо! Обязательно передам».
Дальнейшая несколькосекундная пауза со стороны Азата означала вопрос о цели звонка этого мало кому известного человека, который просто так никогда не звонил и нигде не появлялся. В очереди среди добрых людей он вряд ли даже последнее место бы занял.
«Давай встретимся. Кое-какие новости есть. Думаю, тебе не без интереса будет».
– Сейчас возможно?
«Конечно, дорогой! Я тут, недалеко».

Встретились менее чем через час.

– Кто они? – Азат при встрече на окраине города стоял около своего джипа и не обращал внимания на промозглую погоду.
– Те самые, – ответил неизвестный, ежась от неуютного холода и грязного тумана.
– Что хотят?
– Вариантов не много. Претензий вроде бы нет.
– Претензий? Ко мне?
– Азат, ты умный человек.
– И что?
– На любого, даже самого сильного и влиятельного...
– Его можно закопать, и тогда его влияние и сила тут же иссякнут.
– А мне ты живым дорог.
– Ну хорошо. Мои идиоты что-то там с ними не поделили, а скорее всего, так, языками зацепились, и что теперь? Воевать? У меня других дел нет? Но, поперек если встанут, зарою.
– Всех?
– Тех, кого нужно будет. Можно и всех. Без разницы.
– Не заводись. Проблема в другом, Азат. Им, кажется, твой этот выродок нужен.
– Кто?
– Мутант.
– А ты откуда знаешь? – напрягся Азат.
– Не смеши, дорогой. Все в наших кругах голову ломают, у тебя крыша съехала, или еще какие причины есть это чудовище, словно министра, кормить и оберегать. Только они и твой мутант такими порциями мясо в себя забрасывают. Не обижайся.
– Нет проблем.
– Я теряюсь в догадках, зачем этот ужас подземелья тебе сдался. Но еще больше – зачем он им?
– Им он не нужен. Приблизятся – перевешаю.
– А тебе?
Азат лишь молча посмотрел недоброжелательным взглядом.
– Вопрос закрыт, – тут же отреагировал собеседник.
– Держи, – сказал Азат, протягивая небольшой конверт.
– Что это?
– Тур.
– Что? – удивился неизвестный человек.
– Тур, – повторил Азат, – матери твоей. Лечебный. Очень толковый. Уверен, что на пользу пойдет. Лететь, правда, далековато. Но, поверь, стоящий. Возьми в знак уважения.
– Спасибо, дорогой, – несколько опешил оппонент, взяв в подрагивающие от холода руки конверт, – но...
– Не надо. Для нас с тобой это сущие копейки. Я от души.
– А мы ее имеем?
– К матерям ее даже звери имеют.
– Спасибо еще раз! Я у тебя в долгу.
Азат улыбнулся, но вышел лишь оскал.
– Слушай, если тебе так нужен этот, ну, как бы его назвать, мутант, в общем, может, его в более безопасное место перевезти?
– В смысле? – спросил Азат.
– Вокзал, как ни крути, там всегда неспокойно. Давай я скажу пацанам, пусть более достойный отстойник для него подберут. Коровник, там, к примеру, лошадник.
Азат вновь оскалился, хоть и желал улыбнуться.
– Он мне нужен именно там, где и обитает, – ответил Азат, заканчивая беседу, – но попробовать можешь, если людей своих не жалко. Он уже парочку моих угробил.
Специально сказал хитрый бригадир, что бомж ему нужен именно там, где обитает, зная, что вскоре этот человек вспомнит о последней сказанной в беседе фразе и всё поймет, когда время наступит. А его «понимание» быстро истиной осядет у сотен голов из их мира.

– Приветствую, шеф, – протирая глаза ото сна, произнес Тамерлан, когда бригадир появился на пороге той богато обставленной конуры, что у бизнесменов офисом зовется.
– Сиди-сиди. Что по ночам делаешь, если уже в кресле спишь? – хмуро спросил Азат, проходя вовнутрь.
– Твои поручения выполняю.
– Какие поручения?
– Ну, как же? Доставил, что ты сказал, туда, куда сказал.
– Ночью?
– Да. Этот человек до утра где-то шлялся – может, в казино, может, у бабы, а я все равно уже такой километраж проехал, вот и ждал его в машине. Ты же сказал, что это важно.
– А что мне не позвонил?
– Зачем беспокоить? Срочности не было. Дел тоже. Я всё выполнил. Вон, на столе лежит, что этот гусь передал.
– Человек.
– Что?
– Тамик, не гусь, а человек, если это человек, конечно. Не баба, а женщина, понял?
– Да... Извини.
– У людей есть язык, свой, человеческий. А у свиней свой. Я себя к последним не отношу. Надеюсь, ты тоже. Брань – это уже другое.
– Я понял, Азат, понял! – окончательно проснулся помощник.
– Давай, что он передал.
Бригадир умышленно не подошел к столу, а лишь развалился в другом кресле, будучи сильно уставшим. Тамерлан тут же подскочил и подал нужное.
– Шеф, кофе будешь? Сказать, чтоб сварили?
– Скажи.
– Да, кстати, тут проверка приходила.
– Кто?.. – Азат реально удивился.
– Ну, как их там, по-человечески-то... проверка, типа кто арендует, что за фирма.
– И что?
– Ничего. Послали.
– А они?
– Сначала выпендреж, типа крутые при ксивах и стволах, но как бабки в пасть... гм, в карман им легли, оказались совсем не крутые. Даже добрые. Улыбались, козлы.
– Почему ты счет не серьезными?
– Тех бы столько не устроило.
– Фирму купи.
– Какую?
– Левую, но легальную. На какого-нибудь пенсионера зарегистрированную. Возьми юристов, чтобы все проверили.
– Понял, сделаю, только...
– В штат впишешь одну уборщицу, реальную, кстати, тех двух девушек можно, из обслуги, и охранников на входе, все равно не наши. Остальных не нужно. Нас с тобой тем более.
– Да уж догадался. Как срочно?
– Сейчас.
– Я ушел, Азат.
– Куда?
– Тут знакомый один в конторе по соседству юристом работает. Все организую – доложу.
– Кофе.
– Сейчас сварят.
Азат немного расслабился в кресле, включил с пульта тихую музыку на качественном музыкальном центре и прикрыл глаза, глубоко погружаясь в свои мысли.

Они быстро его унесли в далекую раннюю юность, и тяжелая тень воспоминаний вмиг охватила душу, давно уже мертвую душу:
«…
– Что смотришь? – вызывающе спросил некто из уголовной шпаны.
– Тебе не доложил, – достаточно дерзко ответил совсем еще подросток.
– Чего ты сказал? – был крайне недоволен молодой уголовник, будучи в окружении своих приятелей.
– Ничего, – еще более дерзким последовал ответ.
– Иди сюда, урод! – грязно сплюнул дебил с видом полного отстоя.
Тот приблизился, не сводя глаз с увесистых кулаков, что не одни зубы уже подреставрировали.
– Ты кто такой, чтобы со мной так разговаривать?
– Я – Азат, – ответил хмурый подросток, прекрасно понимая, что сейчас он либо останется в уважении, либо уже не вернет его никогда, – а урод ты, раз вот так запросто можешь незнакомого человека назвать. За свои слова отвечать нужно.
Эмоции вмиг перехлестнули верзилу, и тот заржал, словно умалишенный, всем видом показывая, что сейчас этого невысокого придурка будет рвать на части.
Но не успел. Короткий, хоть и совершенно тогда еще не отработанный удар невысокого наглеца вмиг пришелся прямо в горло уроду. Затем мелькнуло лезвие ножа:
– Кто шаг ко мне сделает – убью! – неожиданно для всех заявил Азат, озираясь волчьим взглядом на очумевшую шпану, которая стояла в замешательстве. – Он не прав, потому и ответил за свои слова. Вам понятно?
Все молчали.
– Я спросил, понятно вам? – настаивал Азат.
Но вместо ответа по голове его пришелся мощный удар сзади от другого малолетнего бандита, который самонадеянно подумал, что ножи здесь носят все, а вот воткнуть лезвие в живое тело могут единицы.
Азат вмиг потерял сознание, и нож из его рук, естественно, выпал.

– Ну вот что, чмошник... – первое, что услышал он, когда начал приходить в себя, – очухался? Жить хочешь?
Пока слова доходили до сознания с трудом.
– Я не слышу ответа! – заговорил подросток, который схлопотал по горлу и теперь, когда его противный голосок восстановился, не знал, как лучше отомстить.
– Жить я и без тебя буду, – прохрипел Азат, лежа лицом в грязной луже.
– А вот тут ты крепко ошибаешься, сучонок! – скрежетал тот зубами, ставя выпачканный башмак на голову лежащему. – Жить ты уже вряд ли будешь.
– Буду, – хрипел Азат, переполненный одной лишь злобой и жаждой крови.
– Будешь, если… – дальше последовало такое, за что даже человек, далекий от бандитских замашек, пожелает убить на месте, – ты понял меня, червь? Пацаны, поднимите его!
– Я сам встану, – вновь прохрипел Азат, тяжело поднимаясь из грязи.
– Иди сюда. Видишь, помойка? Смотри, – идиот небрежно в нее что-то швырнул, – а теперь лезь и достань мне это. Отмой вон там и принеси в зубах. Потом на колени и вымаливать прощение. Может быть, я тебя прощу и лишь сломаю пару ребер, а не шею. Понял? Давай, червь, лезь, люди ждут!
Тем и отличался Азат и тогда, и сейчас. Если злоба его переполняла, и лишь желание убивать бурлило в его зачерствевшей душе, то он просто леденел и внешне становился даже спокойным. Страшные тени, что вмиг начинали отбрасываться с его лица, мог распознать только человек, привыкший видеть смерть и не потерявший при этом разум.
Азат под всеобщие насмешки полез в помойку, вытирая рукавом обильно сочившуюся кровь. Но полез он туда не для того, чтобы выполнить поганое приказание, а за другим, в надежде... И она его не подвела. Больше чем наполовину разбитая бутылка удачно сохранила острый край и еще более успешно осталась незаметно зажатой в руке невысокого подростка, который всем видом показывал, что достает нужное.
Усмешки лишь нарастали.
– Это? – спросил Азат, приблизившись и выбирая точку на теле оппонента для удара.
– Это, – скосоротил тот, усмехаясь.
Затем последовала секундная пауза, и Азат вмиг отошел назад. Он пошел искать более-менее чистую лужу. Не ошибся. Его противник что-то заподозрил и напрягся. А так как силы были явно не равны, значит, и шансы на успех падали. А подросток уже успел усвоить главное в битве за право жить и голоса – бей один раз, но точно и насмерть.
– Мой лучше! – сыпались со всех сторон усмешки вперемешку с благим матом. – Давай, три, чтоб блестело! …Языком вылизывать должен!..
Азат вернулся и изо всех сил демонстрировал полнейший страх.
– Так пойдет? – спросил он.
– Нет! – издевался главарь. – Еще мой!
Мыл еще и вновь вернулся.
– Так?
– Примерно! Давай...
– Что?
– На колени теперь!
– Тут?
– Тут, не боись! Сейчас мы тебя немного опустим, потом один раз башмак в рыло, и ты почти прощен.
– А потом?
– Будешь шестерить мне всегда, когда я тебе прикажу.

Следующий миг был страшен даже для видавшей виды криминальной шпаны. Лишь на мгновение посмотрев сначала вниз, затем в сторону, Азат начал было опускаться. Главарь даже заулыбался. А в следующий момент в его горло, вонзилось сантиметра три стекла... и тут же провернулось там для надежности. Море крови вмиг обдало руку и лицо бьющего.
Вопли и сплошная брань вокруг. Главарь уже извивался на земле в последних предсмертных судорогах и конвульсиях.
На этот раз Азат уже не оплошал. Он, мгновенно вынув горлышко бутылки и еще крепче сжимая его в порезанной руке, отскочил на несколько шагов в сторону.
– Стоять, суки! – хотел заорать он на шпану, но лишь прохрипел от злобы. – За слова надо отвечать! За такие – кровью! Или вы не люди, а падаль? А вы и есть падаль!
Больше никто не решался к нему подойти. Одно дело – просто кулаком ударить, а другое – убить. А этот низкорослый подросток на такое оказался способен без всяких проблем.
Азат, видя, что все в предельном замешательстве, ведь вожака реально больше нет, уверенно пошел на них, точнее, к самому здоровому, который и шарахнул его исподтишка получасом раньше.
– Как за мокруху теперь отвечать будете, козлы? – злобно спросил Азат, приблизившись. – Говори, падаль!
– Чего... я -то... мы... это... типа свидетели только...
– Ты еще и безмозглый! – Азат с силой толкнул его одной рукой в грудь, а когда безмозглый непонятно зачем поднял свою, мгновенно ударил по его кисти все той же разбитой бутылкой.
Верзила заорал, хватаясь за окровавленную руку.
– Перед старшими как отвечать за мокруху будете, я спрашиваю?!
Все молчали. За один день многовато крови даже для них.
– Я сейчас свалю, а вам, уродам, кранты. Бригадир ваш у вас же на глазах сдох. А вы ничего даже сделать не смогли со мной одним. Такое не простят. Или просто никому нужны не будете! Значит, тоже сдохнете!
– Ты, это... – замямлил один из очумевших, – на кой леший его завалил-то?
– А ты хотел, чтобы я вам вонючие ноги облизывал? – Азат теперь приблизился к тому, вызывая в последнем чуть ли не панический страх.
Каждый сейчас понимал, что все разом они могут с ним справиться и потом сказать страшим, что вот, мол, его голова за бригадира, мы отомстили. Но никто из этого стада не решался сделать первым шаг. Уж больно дорога была жизнь каждому из них, а вот гарантии на нее сегодня совсем не велики.
– Слушайте сюда, свиньи! – продолжил Азат. – Я сам пойду к вашим старшим и всё там объясню! Если мне не поверят, то закопают. А заодно и вас! Так что постарайтесь, чтобы поверили! Понятно?

На следующий день.
– Значит, он правду говорит? – спросил некий уголовный авторитет не слишком почтенного возраста, зато исколот так, будто в чернильнице родился.
– В натуре, Бобёр сам палку перегнул, – неуверенно ответил один из четверых, из всё того же стада, которым и руководил покойный Бобёр.
– Отвечаешь? – спросил синий.
В этот момент отвечающий, а за ним и все остальные посмотрели на стоящего чуть в стороне Азата, и им стало не по себе.
– Не слышу! – злился синий.
– Отвечаю.
– А вы? – синий враждебно взглянул на остальных.
– Отвечаю... – так же неуверенно последовали отклики, – отвечаю... он правду говорит... в натуре, перегнул Бобёр.
Синий грозно обвел всех туманным взором, затем перевел внимание на Азата.
– Иди сюда.
Тот подошел.
– Бобра завалить – это, я тебе скажу... тебе сколько настукало-то уже?
– Шестнадцать.
– Нормально. К нам пойдешь?
– Нет.
– Правильный типа?
– С лохами работать не хочу.
– Чего ты сказал? Ты это о ком сейчас? – мгновенно разозлился синий, но пока держал себя в руках.
– Их пятеро было, а я один их бригадира завалил и остальных заткнул. Кто они после этого?
Всеобщая затяжная пауза.
– Слышь, лохи? А ведь он прав. Теперь он ваш бригадир.
– Я согласия еще не давал.
– А твоего согласия здесь никто спрашивать и не собирается, – оскалился синий, – кровь пролил – значит, наш. А нет – прольем твою. Таков уклад.
– А делать что?
– Бабки и порядок. А там дела по ходу будут. Иди. Завтра подваливай сюда после обеда. И вы идите, лохи!

Завтра после обеда.
А затем к вечеру.
Азат сидел, как всегда, с суровым лицом, которое за эти пару дней повзрослело лет на десять, и молча смотрел на всё тех же лохов, что стояли вокруг.
– Что смотрите? Тачка где? – спросил он самого здорового, у которого была забинтована рука после известных событий.
– В сервисе. Не сделали еще.
– Почему?
– Свечей нет.
– Кого?.. – Азат даже привстал с грязного стула в старом подвале, на который он что-то более-менее чистое постелил.
– Слесарюга сказал, что свечи нужны новые, а у него их нет.
– А это чьи проблемы? – злобно спросил Азат.
– Ну, это... типа...
– Что типа, придурки? Вы типа криминал, а вам втирают, что у слесаря свечей нет? Самим не смешно? Это его проблемы! Пусть туфту такую другим гонит, а нам нельзя, понятно? Получил тачку – делай! А нет… Поехали!

Через полчаса они всей гоп-компанией были в гараже около того самого слесарюги.
– Пацаны, – достаточно надменно заявил он им, – я же вам сказал: везите свечи – и нет проблем, через пять минут заберете тачку.
– А ты что так разговариваешь? – спокойно, но холодно спросил Азат, подозрительно приближаясь.
– А это еще кто, новенький, что ли? –усмехнулся слесарь, только что заметивший, что прибыл неполный комплект.
– Это наш бригадир, – последовал ответ.
– А Бобер как же? Опять залёг где-нибудь с бабой и самогоном? Смотрите, старшие такое долго терпеть не станут.
– Я тебе вопрос задал, – уже более настойчиво произнес Азат.
– Какой вопрос? – подзабыл слесарь.
– Память коротка?
– Чего?
Слесарюжник пока достаточно уверенно себя вел, ведь он обслуживал машины более старших и серьезных авторитетов, и при каждом удобном случае даже пил с ними. И хоть суровый вид невысокого подростка сразу им был примечен, но особого значения он пока этому не придал.
– Бобра завалили, – неожиданно произнес один из молодых преступников.
– Чего?.. – от такой неожиданности слесарь поменялся в тоне. – Бобра?! Кто?
– Он, – кивнули в сторону Азата.
Слесарь медленно повернул свой не слишком ясный с похмелья взор и продолжительно посмотрел в глаза этого самого Азата. А затем сделал шаг назад, видя их мертвый и спокойно-серый оттенок, напоминающий лезвие бритвы.
– Мы придем завтра утром, и ты нам отдашь тачку, – тихо и уверенно заявил Азат, не отрывая взгляда.
– Ну, это... типа...
Азат начал сокращать дистанцию.
– Всё-всё, я понял, – засуетился слесарь, попятившись назад, – завтра так завтра. Всё сделаю.
Бригадир молча развернулся и начал уходить. За ним и его лохи, не сказав ни слова обалдевшему мастеру, вместо обычного шумно-бранного прощания.

На следующий день тачка была готова, правда, с задержкой на полчаса, за что слесарюжник тут же получил кулак в зубы и больше никогда подобного промаха в своей работе не допускал. Зубов у него и так не много оставалось, а тут еще потеря двух.

– Я вас унижать не буду, – сказал Азат своим подопечным около машины, – раз предупрежу, непонятно будет – убью. Поняли?
Они молчали... потому что поняли.
– Поехали! Кто там бабки отдавать не хочет?

Через час долг вернули. Через несколько дней нежелающих платить не осталось.

А год спустя, когда кто-то из своих реально заупрямился, Азат просто приказал убить его, не церемонясь. Когда старший, всё тот же синий, возразил, что слишком круто молодой бригадир решает вопросы, он ответил:
– Если этого не сделать, придется наше отдать. А не отдадим – тот вряд ли с этим смирится. Не так?
– Ну, в принципе, так, – согласился синий.
– А значит, все равно без конфликта не обойтись. Он парень жесткий и церемониться не станет.
– Да, этот не слабый, но его уважают. Нам предъявят.
– Оправдаемся. Уважать мертвого уже смысла нет. Нажрутся водки, речей толкнут и на следующий день забудут.
– Но все равно, я такого приказа тебе не отдавал, – даже синий назад пятился, морально пока, – сам решай.

И Азат решил. Жесткого и наглого преступника пару дней спустя закопали – вопрос разрешился, и даже денег в кассу воровскую добавилось.
А еще через год и синего так же порешил, когда тот понял, что Азат на его место метит, и стал строить козни. Но состроить ничего не успел. Опередил его молодой бригадир. Заодно освободив для себя намеченное место.
…»

– Бригадир. Бригадир!
Азат приоткрыл глаза.
– Всё нормально, фирма через несколько дней будет.
– Какая?
– Ну, это... – замешкался Тамерлан.
– А, понял. Хорошо.
– Уставший ты, бригадир, конкретно уставший. Отдохнул бы, полетел куда-нибудь со своей красавицей. Пока дел срочных нет, я присмотрю здесь.
– Наверно, надо, – Азат медленно поднялся из глубокого кресла. – Что за фирма? Чем занимается? В смысле, будет?
– Для понта типа? Ну, для прикрытия? По бумагам? – старался Тамерлан воспитать в себе культурно выражающегося человека, как приказал шеф.
– Да.
– Там это, чертовщина всякая: шмотьё, памперсы и еще чего-то.
– Памперсы?! – бригадир скривил физиономию.
– Да.
– Плохо.
– Почему? А, ты типа подумал – детские?
– Ну да.
– Нет, шеф, для взрослых.
Азат так посмотрел, что помощник сразу сообразил: шутки в такой работе лучше навсегда забыть.
– Босс, я понял. Сейчас вернусь к юристу, пусть что-то посерьезней впишет. В деятельность нашу.
– Понеприметнее.
– Хорошо, самое неприметное. Запчасти – пойдет?
– Да, вполне. Кофе где?
– Вон стоит. Остыл давно. Танюха заглянула, поставила, но будить не рискнула.
– Слышал. Пусть другой наведет, горячий.
– Сей момент!

Через пять минут комнату заполнил аромат двух чашек свежесваренного кофе.
– Ты что такой задумчивый? – спросил осторожно Тамик. – Вспомнилось что? Или приснилось?
– Приснилась, – даже усмехнулся Азат, – учеба.
– Слушай, босс, ты, в натуре, когда-то круто учился? Или пацаны гонят?
– Учился, – тихо ответил Азат, давая понять, что сейчас это не тема для разговора.
Тамерлан все понял и приготовился слушать и вникать в новые поручения.

Бригадир не врал, когда ответил одним словом. Будучи человеком дальновидным, он понимал, что преступный путь, на который встал так рано, быстро до могилы доведет, особенно с такими замашками. Вот и стал в свое время готовить отход, разумно полагая, что просто соскочить не дадут. И вскоре для всего местного криминала он уже числился где-то или утопленником, или под асфальт закатанным, что никого не удивило по его манере работать, а многие даже облегченного выдохнули.
Переехав в другой город, Азат действительно начал учиться и, будто алкаш в завязке, держался, как мог, от уголовной среды подальше. Он, конечно, знал, что обязательно туда вернется, но уже с позиции какого-нибудь подпольного бизнеса, причем большого. А для этого нужны знания. Не дипломы даже, а именно знания. И он сделал максимально правильный выбор. Его интересовали вузы, где преподается психология. Это глупцы бегут на экономические, юридические и прочую чушь, даже не догадываясь, что залог настоящего успеха именно в умении хорошо видеть людей и не только прогнозировать их шаги, а даже мысли направлять в нужном русле.

Так бы и добился Азат того, чего хотел, но сама страна, в которой он жил, образно выражаясь, в один миг пошла преступным путем. А может, и не образно. Полетела к черту и учеба, и всё вместе с ней. Всё вернулось на свои круги, особенно криминал, только уже усиленный стократно и больше. Туда вернулся, сам не заметив как, и Азат.

Конец четвертой части

http://alexey-pavlov.ru

© Copyright: Алексей Павлов, 2012

Регистрационный номер №0072013

от 24 августа 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0072013 выдан для произведения:

 

Часть 4

 

- Мяса хочешь? - спросил один из двоих широкоплечих, подошедших к бомжу, когда тот поздним вечером бродил по привокзальной площади.

- Хо-чу... - промычал мутант.

- Тогда пошли.

Бомж медленно поплелся за «кожаными» парнями, шаркая по грязному и промозглому асфальту граблями... ногами, то бишь.

- Ты побыстрее можешь? - спросили они, обернувшись.

Бомж промолчал и шаг не ускорил.

- Урод! - вновь была их реплика.

Чудовище остановилось, они обернулись. Но на этот раз делать ничего не пришлось. Бомжу так хотелось есть, что он вновь пошел за ними.

- Урод! - еще раз добавил один из парней, и, будто им в придачу, кто-то сильно толкнул его в спину.

Мутант обернулся.

Подвыпившая молодежь из нескольких плоскоголовых, и вовсе не потому, что подвыпили, а по сути своей, даже опешили, когда этот горбатый и грязный силуэт к ним обернулся.

- Ё! Глянь-ка! Во, урод! - раздался один голос.

- В натуре! - другой, еще больше пораженный.

- Ночью такое приснится - утром уже поминки справлять по тебе будут! - сделал вывод третий.

Видя эту картину, широкоплечие подошли и пнули бомжа, чтобы тот не стоял на месте, как столб железнодорожный, который согнулся от старости.

- Пошли, урод! Тебя люди важные ждут!

Молодая компания, то ли каких-то бритоголовых, то ли еще какого националистического движения, что было видно по всему их антуражу, так же оказались людьми не робкого десятка.

- Постойте, пацаны! - тут же вышел главный от них, - дайте повнимательнее на этот блев природы посмотреть!

- Нечего тут смотреть! – резко заявил неожиданно подошедший бандит - не в музее!

- А ты чё так разговариваешь?! - тут же вскипел бритоголовый главарь, ничуть не испугавшись внушительного вида других примкнувших бандюганов.

- А ты меня учить разговаривать, что ли, будешь? - уже хамски переспросил бандит.

- Можно и поучить! - еще более хамски ответил главарь, - только тебе это дорого обойдется, не думаю, что расплатиться сможешь...

Дальше бы точно закончилось всё либо поножовщиной, либо вообще стрельбой, не вмешайся в этот рьяный спор Тамерлан. Его послал Азат, сидевший в старом знакомом и убогом кафе, злясь, что подопечные что-то долго задерживаются в поисках бомжа.

Видя, что дело пахнет как минимум жареным, если не огненным, Тамик, уже привыкший к резкостям своего босса, с ходу, не спрашивая ни о чем, вломил огромным кулачищем одному из бритоголовых и тут же уперся дулом пистолета в шею главаря, ровным счетом не обращая внимания на проплывающие вокруг людские массы.

- Еще раз твою рожу здесь увижу, - шипел Тамерлан, таращась в упор в гнилые глазищи бритоголового, - не то что волос, кожи на башке твоей тупой не останется, понял?

При последнем вопросе он с еще большей силой упер в шею урода ствол.

- Увидишь, - прохрипел в ответ бритый наголо, перетерпливая боль.

Понимая, что «товарищ не понимает», Тамерлан парой мощных ударов вмиг отправил того на некоторое время в забытье. Бандиты, что вели бомжа, уже добили остальных, побритых жизнью.

- Что встали? - рявкнул Тамерлан, - пошли, босс заждался!

 

Перешагивая теперь не очень чистые лысины валяющихся в грязи, бандиты вновь повели бомжа, который и глазом не повел на всю эту потасовку, к месту назначения.

 

- Тебе людей жалко? - спросил Азат, когда бомж вновь глотал огненное мясо кусками вместе с костями.

Почти все обитатели данного кафе вмиг его покинули, когда туда ввели это «чудо человеческой природы», те же, кто остался, были настолько пьяны, что вообще себя не помнили. Мутант им казался страшным сном, излечимым лишь похмельем.

- Я тебя спросил, - спокойно повторил Азат свой вопрос.

Бомж молчал. Он просто не понимал, что ему нужно ответить и о чем таком его спрашивают.

- Ну, хорошо, - Азат решил зайти с другой стороны, - ты хочешь быть человеком? Ты хотел бы жить, как нормальный человек?

В глазах бомжа появился некий интерес. Видимо, так поставленный вопрос мог свернуть его единственную извилину в мозгу.

- Ты хотел бы каждый день есть мясо, спать в теплом месте, иметь возможность жить в уютной квартире? В общем, как нормальный человек ты жить бы хотел?

- Даааа... - наконец, вымолвил тот, тяжело выдыхая, - толь-ко лю-дям я не ну-жен.

Такой ответ несколько обескуражил Азата. Он некоторое время теперь сам молчал.

- А ты сделай так, чтобы стал им нужен, - все, что нашелся сказать уголовный бригадир.

Бомж вновь молчал.

- Для этого нужно лишь одно - деньги. Чем больше у тебя их, тем больше ты нужен этим глупым людям. Ты знаешь, что такое деньги?

- Даааа... - вновь прохрипело чудовище.

- Это уже радует. Ты хотел бы их иметь?

- За-чем?

- Ну, к примеру, покупать себе каждый день вот это мясо...

- Е-го мне да-ют здесь... каж-дый день...

- Да... - выдохнул Азат, - теперь радует меньше. Извилины у тебя на сегодня кончились.

- Чтооооо?

- О! Видимо, не кончились. Я говорю, ты хотел бы иметь деньги, чтобы покупать себе мясо? Тебе его дают здесь, потому что я так приказал. А после давать не будут.

- Тог-да хо-тел бы...

- Денег?

- Мя-со...

- Для этого нужны деньги.

- То-гда де-нег...

- Надо же, ты просто гений человеческого разума, - выдохнул Азат и вскоре закончил встречу, распорядившись, чтобы мясо тому давали теперь еще больше.

 

 

Немного поуродованные бритоголовые, частично оклемавшись, оставить такое унижение не смогли и на своем уже «сходняке» любителей лысин решили во что бы то ни стало разыскать обидчиков и зарыть их заживо.

 

- Здорово, - по-хамски произнес один из лысых, вальяжно развалившись на стуле за столом, когда подошел официант принять заказ, - старшего позови.

- Что, простите? - не понял тот сразу одного из двух странных гостей.

- Старшего сюда! Кабака твоего вонючего, старшего давай! И быстро!

Подошел администратор, несколько растерявшись, как себя вести.

- Слышь, - был не вежлив уже другой лысый, - у тебя тут шпана отдыхает всякая.

Пухлому администратору подобное обращение было слышать приятного мало, но он пока молчал.

- Нам они нужны, - вновь открыл пасть первый, - говори, где их найти или когда они здесь жрать приходят.

- Не совсем понял, уважаемые, о ком вы, - достаточно уверенно ответил администратор.

- Если мы тебе доходчиво объясним, боюсь, понимать ты уже ничего и никогда не сможешь.

- Не вижу смысла хамить, - держал себя в руках стоявший у стола, - здесь солидное заведение и сюда приходят много разных людей. Шпаны мы тут не наблюдали. Еще чем-то могу помочь, или заказ делать будете?

- Слышь, гниль... - уже вскипел первый лысый, но тут же был остановлен вторым.

- Погоди. Давай мы поконкретнее вопрос зададим ему...

Задали поконкретнее, и вскоре администратор понял, что эти уроды ищут мордоворотов одной из самых влиятельных криминальных группировок, что часто здесь обедают, ужинают, иногда завтракают, если с вечера поужинать не успели. Для него было странным, чтобы вот так нагло и нахраписто спрашивали тех людей, которых при встрече обычно стараются обойти стороной. Но видно было, что лысые-то они лысые, а шутить не привыкли. Тот же криминал, только с ярко выраженной националистической направленностью.

- Короче, - заключили наглые гости, - вот тебе наш телефон, как объявятся — звони тут же. Понял?

- А если не я работать буду в этот день? - вновь спросил администратор.

- Твои проблемы. Если нам вовремя не сообщат, мы церемониться не будем. Воткнем тебе шило у подъезда в бочину и растворимся.

Лысые не шутили. Они были сами представителями достаточно мощной националистической организации, корнями и отростками которая простиралась за пределы всей страны. Их дела и преступления не раз всколыхнули общественность, и порождая всегда жуткое впечатление от тех мест, где оставались их «следы».

 

Администратор, понимая, что шутки здесь могут закончиться слезами, причем кровавыми, после ухода гнусных гостей тут же позвонил директору заведения. Тот в свою очередь уже обратился вверх по иерархии, а там так же зашевелились быстро. Все это были не государственные структуры, потому их реакция и действия никогда не заставляли себя ждать.

 

«Алло, Азат, здорово, дорогой! Рад тебя слышать!»

- Я тоже рад.

«Узнал, надеюсь?.

- Обижаешь. Как сам? Как мать?

«Да ничего. Оклемалась немного. Люди добрые помогли, врачей хороших посоветовали. Мир же не без добрых...»

- Конечно. Славная женщина. Поклон ей передай от меня, полагаю, помнит.

«Еще бы, дорогой. Спасибо. Обязательно передам».

Дальнейшая несколькосекундная пауза со стороны Азата означала вопрос о цели звонка этого мало кому известного человека, который просто так никогда не звонил и  нигде не появлялся. В очереди среди добрых людей он вряд ли даже последнее место бы занял.

«Давай встретимся. Кое-какие новости есть. Думаю, тебе не без интереса будет».

- Сейчас возможно? - Азат никогда не откладывал любые вопросы в жизни и мгновенно приступал к их решению.

«Конечно, дорогой... Я тут, недалеко».

 

Встретились уже менее чем через час.

 

- Кто они? - Азат при встрече на окраине города стоял около своего джипа и не обращал внимания на промозглую погоду.

- Те самые, - ответил неизвестный, ежась от неуютного холода и грязного тумана.

- Что хотят?

- Вариантов не много. Претензий вроде бы нет.

- Претензий? Ко мне?

- Азат, ты умный человек...

- И что?

- На любого, даже самого сильного и влиятельного...

- Да, его просто можно закопать, и тогда его влияние и сила тут же иссякнет.

- А мне ты живым дорог.

- Ну, хорошо. Мои идиоты что-то там с ними не поделили, а скорее всего, так, языками зацепились, и что теперь? Воевать? У меня других дел по горло. Но, поперек если встанут, зарою заживо.

- Всех?

- Тех, кого нужно будет. Можно и всех! Без разницы!

- Не заводись. Проблема в другом, Азат. Им, кажется, твой этот выродок нужен.

- Кто?

- Бомж твой.

- А ты откуда знаешь? - даже напрягся Азат.

- Не смеши, дорогой. Все в наших кругах голову ломают, у тебя крыша съехала, или еще какие причины есть это чудовище, словно министра, кормить и оберегать. Только они и он такими порциями мясо в себя забрасывают. Не обижайся.

- Нет проблем.

- Я теряюсь в догадках, зачем этот «ужас» тебе. Но еще больше - зачем он им?

- Им он не нужен. Приблизятся - перевешаю.

- А тебе?

Азат лишь молча посмотрел недоброжелательным взглядом.

- Вопрос закрыт, - тут же отреагировал собеседник.

- Держи, - сказал Азат, протягивая небольшой конверт.

- Что это?

- Тур.

- Что? - крайне удивился неизвестный человек.

- Тур, - повторил Азат, - матери твоей. Лечебный. Очень толковый. Уверен, что на пользу пойдет. Лететь, правда, далековато. Но, поверь, стоящий. Возьми в знак уважения.

- Спасибо, дорогой, - несколько опешил оппонент, взяв в подрагивающие от холода руки конверт, - но...

- Не надо. Для нас с тобой это сущие копейки. Я от души.

- А мы ее имеем?

- К матерям ее даже звери имеют.

- Спасибо еще раз. Я у тебя в долгу.

Азат улыбнулся, но вышел лишь оскал.

- Слушай, если тебе так нужен этот, ну, как бы его назвать, мутант, в общем, может, его в более безопасное место перевести?

- В смысле? - спросил Азат.

- Вокзал, как ни крути, там всегда не спокойно. Давай, я скажу пацанам, пусть более достойный отстойник для него подберут. Коровник, там, к примеру, лошадник.

Азат вновь оскалился, хоть и желал улыбнуться.

- Он мне нужен именно там, где и обитает, - ответил Азат, заканчивая беседу, - но попробовать можешь, если людей своих не жалко. Он уже парочку моих угробил.

Специально сказал умный бригадир, что бомж ему нужен именно там, где обитает, зная, что вскоре этот человек вспомнит о последней сказанной в беседе фразе и всё поймет, когда время наступит. А его «понимание» быстро истиной осядет у сотен голов из их мира.

 

- Приветствую, шеф, протирая глаза ото сна, произнес Тамерлан, когда тот появился на пороге той богато обставленной конуры, что у бизнесменов офисом зовется.

- Сиди-сиди. Что по ночам делаешь, если уже в кресле спишь? - хмуро спросил Азат, проходя вовнутрь.

- Твои поручения выполняю.

- Какие поручения?

- Ну, как же? Доставил, что ты сказал, туда, куда сказал.

- Ночью?

- Да. Этот человек до утра где-то шлялся, может в казино, может у бабы, а я все равно уже такой километраж проехал, вот и ждал его в машине. Ты же сказал, что это важно.

- А что мне не позвонил?

- Зачем беспокоить? Срочности не было. Дел тоже. Я всё выполнил. Вон, на столе лежит, что этот гусь передал.

- Человек.

- Что?

- Тамик, не гусь, а человек. Не баба, а женщина, понял?

- Да... Извини...

- У людей есть язык, свой, человеческий. А у свиней свой... Я себя к последним не отношу. Надеюсь, ты тоже. Брань - это уже другое.

- Я понял, Азат, понял.

- Давай, что он передал.

Бригадир умышленно не подошел к столу, а лишь развалился в другом кресле, будучи сильно уставшим. Тамерлан тут же подскочил и подал нужное.

- Шеф, кофе будешь? Сказать, чтоб сварили?

- Скажи.

- Да, кстати, тут проверка приходила...

- Кто?! - Азат реально удивился.

- Ну, как их там, по-человечески-то... проверка... типа, кто арендует это помещение, что за фирма...

- И что?

- Ничего. Послали.

- А они?

- Сначала выпендреж, типа крутые, но как бабки в пасть... гм... в карман им легли, оказались совсем не крутые. Даже добрые.

- Почему?

- Крутых бы столько не устроило.

- Фирму купи.

- Какую?

- Левую, но легальную. На какого-нибудь пенсионера зарегистрированную. Возьми юристов, чтобы все проверили.

- Понял, сделаю, только...

- В штат впишешь одну уборщицу, реальную, кстати, тех двух девушек можно, из обслуги, и охранников на входе, все равно не наши. Остальных не нужно. Нас с тобой тем более.

- Да уж догадался. Как срочно?

- Сейчас.

- Я ушел, Азат.

- Куда?

- Тут знакомый один в конторе по соседству юристом работает. Все организую - доложу.

- Кофе.

- Сейчас сварят.

Азат немного расслабился в кресле, включил с пульта тихую музыку на добротном музыкальном центре и прикрыл глаза, глубоко погружаясь в свои мысли.

 

Они быстро его унесли в далекую раннюю юность, и тяжелая тень воспоминаний вмиг охватила душу... мертвую давно уже душу:

«…

- Что смотришь? - вызывающе спросил один из уголовной шпаны.

- Тебе не доложил, - достаточно дерзко ответил совсем еще подросток.

- Чё? - был крайне недоволен молодой уголовник, будучи в окружении своих приятелей.

- Ничё, - еще более дерзким был вновь ответ.

- Иди сюда, урод! - грязно сплюнул дебил с видом полного отстоя.

Тот приблизился, не сводя глаз с увесистых кулаков, что не одни зубы уже «подреставрировали».

- Ты кто такой, чтобы со мной так разговаривать?

- Я - Азат - ответил хмурый подросток, прекрасно понимая, что сейчас он либо останется в уважении, либо уже не вернет его никогда, - а урод ты, раз вот так запросто можешь незнакомого человека назвать. За свои слова отвечать нужно.

Эмоции вмиг перехлестнули верзилу, и тот даже заржал, словно умалишенный, всем видом показывая, что сейчас этого невысокого придурка будет рвать на части.

Но не успел. Короткий, хоть и совершенно не отработанный удар невысокого наглеца вмиг пришелся прямо в горло уроду. Затем мелькнуло лезвие ножа:

- Кто шаг ко мне сделает - убью! - неожиданно для всех заявил Азат, озираясь волчьим взглядом на очумевшую шпану, которая стояла в замешательстве, - он не прав, потому и ответил за свои слова. Вам понятно?

Все молчали.

- Я спросил, понятно вам? - настаивал Азат.

Но вместо ответа по голове его пришелся мощнейший удар кулаком одного из приятелей, который самонадеянно подумал, что ножи здесь носят все, а вот воткнуть его в живое тело могут единицы.

Азат вмиг потерял сознание, и нож из его рук, естественно, выпал.

 

- Ну, вот что, чмошник... – первое, что услышал он, когда начал приходить в себя, - очухался? Жить хочешь?

Пока слова доходили до сознания с трудом.

- Я ответа не слышу, урод? - то был тот самый подросток, который схлопотал по горлу и теперь, когда его противный голосок восстановился, наконец, не знал, как лучше отомстить.

- Жить я и без тебя буду... - прохрипел Азат, лежа мордой в грязной луже.

- А вот тут ты крепко ошибаешься, сучонок! - скрежетал зубами дебил, ставя выпачканный башмак на голову лежащему, - жить ты уже вряд ли будешь...

- Буду... - хрипел Азат, переполненный одной лишь злобой и жаждой крови.

- Будешь, если… - дальше последовало такое, что даже человек, далекий от бандитских замашек, захочет убить на месте, - ты понял меня, червь? Пацаны, поднимите его!

- Я сам встану... - вновь прохрипел Азат, тяжело поднимаясь из грязи.

- Иди сюда. Видишь, помойка? Теперь смотри! - дебил небрежно в нее что-то швырнул, - а теперь лезь и достань мне это. Отмой вон там и принеси в зубах. Потом на колени и извиняться. Может быть, я тебя прощу и лишь сломаю пару ребер, а не шею! Понял? Давай, червь, лезь, люди ждут!

Тем и отличался Азат и тогда и сейчас. Если злоба его полностью переполняла, и лишь желание убивать бурлило в его давно умершей душе, то он просто леденел и внешне становился даже спокойным. Страшные тени, что вмиг начинали отбрасываться с его лица, мог распознать лишь человек, привыкший видеть смерть и не потерявший разум при этом.

Азат под всеобщие насмешки полез в помойку, вытирая рукавом бурно сочившуюся с лица кровь. Но полез он туда не для того, чтобы выполнить поганое приказание, а за другим, в надежде... И она его не подвела. Наполовину разбитая бутылка удачно сохранила острый край и еще более успешно осталась незаметно зажатой в руке невысокого подростка, который всем видом показывал, что достает нужное.

Усмешки лишь нарастали.

- Это? - спросил Азат, приблизившись специально вплотную и выбирая точку на теле урода для нанесения удара.

- Это... - скосоротил в ответ тот, усмехаясь.

Затем последовала секундная пауза, и Азат вмиг отошел назад. Он пошел отмывать в более-менее чистой луже. И не ошибся. Урод что-то заподозрил и весь напрягся. А так как силы были явно не равны, значит и шансы на успех сошли к нулю.

- Мой лучше, мразь! - шли со всех сторон усмешки, - давай, три, чтоб блестело! …Языком вылизывать должен!..

Азат вернулся и вновь подошел в упор к уроду, изо всех сил демонстрируя полнейший страх.

- Так пойдет? - спросил он.

- Нет! - издевался урод, - еще мой!

Мыл еще и вновь вернулся.

- Так?

- Примерно! Давай...

- Что?

- На колени теперь!

- Тут?

- Тут! Не боись! Один раз башмак в рыло, и ты почти прощен.

- А потом?

- Будешь шестерить мне всегда, когда я тебе прикажу!

Следующий миг был страшен даже для видавшей виды криминальной шпаны. Лишь на миг посмотрев сначала вниз, затем в сторону, Азат начал было опускаться. Урод даже заулыбался... А в следующий момент в его горло вновь вонзился, но уже не кулак, а целых сантиметра три стекла... и тут же провернулся там для надежности. Море крови вмиг обдало руку и лицо бьющего.

Вопли, мат и сплошной ор стоял вокруг. Урод уже извивался на земле в последних предсмертных судорогах и конвульсиях.

На этот раз Азат уже так не оплошал. Он, мгновенно вынув горлышко бутылки и еще крепче сжимая его в порезанной руке, отскочил на несколько шагов в сторону.

- Стоять, суки! - хотел заорать он на шпану, но лишь прохрипел от злобы, - за слова надо отвечать! За такие - кровью! Или вы не люди, а падаль! А вы и есть падаль!

В этот раз уже никто не решался к нему подойти. Одно дело просто кулаком ударить, а другое убить. А этот низкорослый подросток на такое был способен без всяких проблем.

Азат, видя, что все в предельном замешательстве, ведь вожака реально больше нет, уверенно пошел на них, точнее, к самому здоровому, что и шарахнул его исподтишка часом раньше.

- Как за мокруху теперь отвечать будете, козлы? - злобно спросил Азат, приблизившись, - говори, падаль!

- Чё... я -то... мы... это... типа свидетели только...

- Ты еще и безмозглый! - Азат с силой толкнул того одной рукой в грудь, а когда безмозглый непонятно зачем поднял свою, мгновенно ударил по его кисти все той же разбитой бутылкой.

Верзила заорал, хватаясь за окровавленную руку.

- Перед старшими как отвечать за мокруху будете, я спрашиваю?!

Все молчали. Многовато крови за один день даже для них было.

- Я сейчас свалю, а вам, уродам, всем кранты. Бригадир ваш у вас же на глазах сдох. А вы ничего даже сделать не смогли. Такое не простят. Или просто никому нужны не будете! Значит, сдохнете!

- Ты, это... - замямлил один из очумевших, - на кой леший его завалил-то?

- А ты хотел, чтобы я вам вонючие ноги облизывал? - Азат теперь приблизился к тому, вызывая в последнем чуть ли не панический страх.

Каждый сейчас понимал, что физически они могут все вместе с ним справиться и потом сказать страшим, что вот мол, его голова за бригадира. Мы отомстили. Но никто не решался из этого стада сделать первым шаг. Уж больно дорога была жизнь каждому из них, а вот гарантии на нее сегодня были совсем не велики.

- Слушайте сюда, свиньи! Я сам пойду к вашим старшим и всё там объясню! Если мне не поверят - то закопают. А заодно и вас! Так что постарайтесь, чтобы поверили! Понятно, падаль?!

 

На следующий день.

- Значит, он правду говорит? - спросил один уголовный авторитет не очень приличного возраста, зато исколот так, будто в чернильнице родился.

- В натуре, Бобёр сам палку перегнул, - неуверенно ответил один из четверых, из всё того же стада, которым и руководил покойный Бобёр.

- Отвечаешь? - спросил синий.

В этот момент отвечающий, а за ним и все остальные, посмотрели на стоящего чуть в стороне Азата и вмиг им вспомнилось, что за слова нужно отвечать. А также и последствия вновь яркими красками всплыли в их тупых головах.

- Не слышу! - злился синий.

- Отвечаю.

- А ты? - синий злобно взглянул на другого, затем на остальных.

- Отвечаю... - так же неуверенно последовали их ответы, - отвечаю... он правду говорит... в натуре, перегнул...

Синий грозно обвел всех суровым взором, затем перевел его на Азата.

- Иди сюда.

Тот подошел.

- Бобра завалить, это я тебе скажу... тебе сколько настукало-то уже?

- Шестнадцать.

- Нормально. К нам пойдешь?

- Нет.

- Правильный, типа?

- С лохами работать не хочу.

- Кого ты имеешь в виду?! - даже разозлился синий, но держал себя в руках.

- Их пятеро было, а я один их бригадира завалил. Кто они после этого?

Всеобщая затяжная пауза.

- Слышь, лохи! А ведь он прав! Теперь он ваш бригадир!

- Я согласия еще не давал.

- А твоего согласия здесь никто спрашивать и не собирается - оскалился синий, - кровь пролил - значит наш! А нет – прольем твою! Таков уклад!

- А делать что?

- Бабки и порядок. А там дела по ходу будут. Иди. Завтра подваливай сюда после обеда. И вы идите, лохи!

 

Завтра после обеда.

А затем к вечеру.

Азат сидел как всегда с суровым лицом, которое за эти пару дней повзрослело лет на двадцать, и молча смотрел на все тех же лохов, что стояли вокруг.

- Что смотрите? Тачка где? - спросил он самого здорового, у которого была забинтована рука с известных всем событий.

- В сервисе. Не сделали еще.

- Почему?

- Свечей нет.

- Кого??? - Азат даже привстал с грязного стула в старом подвале, на который он постелил что-то более-менее чистое.

- Слесарюга сказал, что свечи нужны новые, а у него их нет.

- А это чьи проблемы? - злобно спросил Азат.

- Ну, это... типа...

- Что типа, придурки? Вы, типа, криминал, а вам втирают, что у слесаря свечей нет?! Самим не смешно? Это его проблемы! Пусть туфту такую другим гонит, а нам нельзя, понятно? Получил тачку - делай! А нет…

 

Через полчаса они все уже были в гараже около того самого слесарюги.

- Пацаны, - достаточно надменно сказал он им, - я же вам сказал, везите свечи - и нет проблем, через пять минут заберете тачку!

- А ты что так разговариваешь? - спокойно и холодно спросил Азат, приближаясь в упор.

- А это еще кто, новенький, что ли? - вновь усмехнулся слесарюга, только что заметивший, что тех не полный комплект.

- Это наш бригадир, - ответил один из шпаны.

- А Бобер как же? Опять залёг где-нибудь с бабой и самогоном? Смотрите, старшие такое долго терпеть не станут.

- Я тебе вопрос задал, - спокойно, но уже более настойчиво спросил Азат.

- Какой вопрос? - даже подзабыл слесарь.

- Память коротка?

- Чё?

Слесарюжник достаточно уверенно пока себя вел, ведь он обслуживал тачки более старших и серьезных авторитетов, и при каждом удобном случае даже пил с ними. И хоть суровый вид невысокого подростка сразу им был замечен, но особого значения он пока этому не придал.

- Бобра завалили! - неожиданно произнес один из молодых преступников.

- Чё? - вновь последовал вопрос «многословного» слесаря, лишь совсем теперь с иной интонацией, - кто?? Бобра???

- Он, - кивнул в адрес Азата кто-то.

Слесарь медленно повернул свой взор, что был с похмелья, и продолжительно посмотрел в глаза этого самого... Азата. А затем сделал шаг назад, видя их мертвый и спокойно-серый оттенок, напоминающий лезвие бритвы.

- Мы придем завтра утром, и ты нам отдашь тачку, - тихо и уверенно сказал Азат, не отрывая взгляда.

- Ну… это... типа...

Азат начал сокращать дистанцию.

- Всё-всё, я понял, - засуетился слесарюжник, на всякий случай еще отходя назад, - завтра, так завтра. Всё сделаю!

Бригадир молча развернулся и начал уходить. За ним и его лохи, не сказав ни слова обалдевшему слесарю, вместо обычного шумно-бранного прощания.

 

На следующий день тачка была готова, правда, с задержкой на полчаса, за что слесарюжник тут же получил кулак в зубы и больше никогда подобного в своей работе не допускал. У него и так их не много уже оставалось, а тут еще потеря двух.

- Я вас унижать не буду, - сказал Азат своим лохам около машины, - раз предупрежу, непонятно будет - убью. Поняли?

Они молчали... потому что поняли.

- Поехали! Кто там бабки отдавать не хочет?

 

Через час нежелающих платить уже не было.

А год спустя, когда кто-то из таких же реально заупрямился, Азат просто приказал убить его, не церемонясь. Когда старший, всё тот же синий, возразил, что слишком круто молодой бригадир решает вопросы, он сухо ответил:

- Если этого не сделать, придется наше отдать. А не отдадим - тот вряд ли с этим смирится. Не так?

- Ну, в принципе, так, - согласился синий.

- А значит, все равно без конфликта не обойтись. Он парень жесткий и церемониться не станет.

- Да. Не слабый, - вновь согласился синий, - но его уважают. Нам предъявят потом.

- Оправдаемся. А уважать мертвого уже смысла нет. Нажрутся водки, речей толкнут и на следующий день забудут.

- Я такого приказа тебе не отдавал, - даже синий назад попятился, морально пока, - сам решай.

И Азат решил. Жесткого и наглого преступника пару дней спустя закопали - вопрос разрешился, и даже денег в кассу воровскую добавилось.

А еще через год Азат и синего так же порешил, когда тот понял, что он на его место метит и стал строить козни. Но состроить ничего особо и не успел. Опередил его молодой бригадир и в мир иной отправил. После чего это самое место для Азата им же и освободилось.

…»

 

- Бригадир! Бригадир!

Азат приоткрыл глаза.

- Всё нормально, фирма через несколько дней будет.

- Какая?

- Ну, это... - замешкался Тамерлан.

- А, понял. Хорошо.

- Уставший ты, бригадир, конкретно уставший. Отдохнул бы, полетел куда-нибудь со своей красавицей. Пока дел срочных нет, я присмотрю здесь.

- Наверно, надо, - Азат медленно поднялся из глубокого кресла, - что за фирма? Чем занимается, в смысле, будет?

- Для понта, типа? Ну, для прикрытия? По бумагам?

- Да.

- Там это, чертовщина всякая, шмотьё, памперсы и еще чего-то.

- Памперсы?! – бригадир даже морду скривил.

- Да.

- Плохо.

- Почему? А! Ты типа подумал, детские?

- Ну да.

- Нет, шеф, для взрослых!

- А... ладно, им скоро пригодится. Кофе где?

- Вон стоит. Остыл давно. Танюха заглянула, поставила, но будить не рискнула.

- Слышал. Пусть другой наведет.

- Сей момент!

 

Через пять минут комнату заполнил аромат двух чашек свежесваренного кофе.

- Ты что такой задумчивый? - спросил осторожно Тамик, - вспомнилось что? Или приснилось?

- Приснилась, - даже усмехнулся Азат, - учеба.

- Слушай, босс, ты, в натуре, когда-то круто учился? Или пацаны гонят?

- Учился, - тихо ответил Азат, давая понять всем видом, что сейчас это не тема для разговора.

Тамерлан все понял и приготовился слушать и вникать в новые поручения.

 

Бригадир не врал, когда ответил одним словом. Будучи умным человеком, Азат понял, что этот преступный путь, на который он встал так рано, быстро до могилы доведет, особенно с такими замашками. Вот и стал в свое время готовить отход себе, понимая, что просто соскочить не дадут. И вскоре для всего местного криминала он уже числился где-то или утопленником, или под асфальт закатанным, что никого не удивило по его манере «работать», а многие даже облегченного выдохнули.

Переехав в другой город, он действительно начал учиться и, будто алкаш в завязке, держался, как мог, от уголовной среды подальше. Он, конечно, знал, что обязательно туда вернется, но уже с позиции какого-нибудь бизнеса, причем, большого. А для этого нужны знания. Не дипломы даже, а именно знания. И он сделал максимально правильный выбор. Его интересовали ВУЗы, где преподается психология. Это глупцы бегут на экономические, юридические и прочую чушь, даже не догадываясь, что залог настоящего успеха именно в умении видеть людей насквозь и не только прогнозировать их шаги, а даже мысли их направлять в нужном тебе русле.

Так бы и добился Азат того, чего хотел, но сама страна, в которой он жил, образно выражаясь, в один миг пошла преступным путем. Полетела к черту и учеба, и всё вместе с ней. И все вернулось на свои круги, особенно криминал. Туда вернулся, сам того даже не заметив как, и Азат.

 

 

 

 

Рейтинг: +1 724 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!