САХАЛЯРЫ

16 февраля 2014 - Ирина Горбань
article192143.jpg
   Летом многие выезжают отдохнуть к морю, если есть такая возможность.  Кто ищет море за тридевять океанов, а мне выдумывать не пришлось: сто шестьдесят километров – и я на побережье Азовского моря.
 
   Кто-то сейчас брезгливо скривится и скажет, что куда лучше – Средиземное. Можно и Красное, и Чёрное. Я спорить не буду. Каждый волен выбирать по своим средствам. Или по здоровью. Азовское - далеко за пределами Украины слывёт своими полезными лечебными грязями и йодом.
 
   Юрьевка. Юрьевка – это, скорее всего, посёлок городского типа… или село… размышлять совсем не хочется в сорокаградусную жару. Мысли плавятся, словно яичница на сковороде.
 
   «Только бы во дворе пансионата был бассейн», - думала я, подъезжая к огромному дому. Не люблю, когда зеваки на пляже наблюдают за тем, как я медленно вхожу по пояс в воду, затем окунаюсь, затем делаю вид, что плыву вдоль берега. Не умею плавать в море. Как-то с детства не далась мне эта премудрость. В бассейне я свободно вижу дно, бортик и чистую воду. Несколько метров между бортиками – мой персональный рекорд. А как я держусь на воде (если рядом никого нет)! Русалка! Или… не лягушка, это точно, но нырять в жизни не приходилось. Зачем мне этот риск?
 
   Двор оказался роскошным: кипарисы, клумбы с редкими цветами, веранды с плетёными креслами, бильярдная. Вот вам и местное Средиземное море.
       - Хозяйка! – заглянула я во двор и тут же встретилась взглядом со славным малышом. На его ручонках были надувные нарукавники. Он мило мне улыбнулся и потопал подальше от меня.
       - Добрый день! – приветливо встретила меня смотрительница (так я про себя назвала эту милую блондиночку, от которой вкусно пахло борщом). – Проходите. Вот ваш номер, - жестом показала в сторону бильярдной Светлана.
   Мы быстро познакомились, обменялись любезностями, и я стала полноправной отдыхающей.
 
                                    ***
 
Отдых… мечта… одна! Целых десять дней ни звука, ни крика, ни визга.
   И вот я лежу на шезлонге у бассейна и понимаю, что жизнь удалась.
 
       - Внимание, «бомбочка»! – крикнул Саша, и вся семья с головой покрылась волной чистейшей прозрачной воды. Брызги попали мне в лицо, и я машинально схватила полотенце. Не люблю, когда вода попадает мне на лицо: тут же срабатывает панический страх перед стихией. Может, я в прошлой жизни тонула? Или в этой? Только совсем не помню. Хотя, скорее всего, запомнила бы. Тонуть – это не с лестницы свалиться.
 
       - Ты куда полез!
       - На лестницу, - засмеялся мальчишка и громко шмякнулся в бассейн. И снова брызги разлетелись далеко за пределы бассейна.
   Я совсем не нервничала. Люблю, когда рядом со мной не скандалы, а радость и веселье. Я молниеносно подхватываю вирус смеха и сначала потихоньку, а затем открыто начинаю улыбаться необычной семейке. Четыре сына – это вам не сказка о четырёх богатырях. Среди мокрых чёрных голов я сразу не нашла отца – все были одинаковы. Ну, не все. Это я потом разглядела, когда в очередной раз вытерла лицо от прохладных брызг.
 
       - Саша, подержи Даню, я нырну, - скомандовал Андрей старшему. Другой бы отвесил оплеуху младшему, а этот преспокойно выбрался из бассейна, взял малыша на руки и присел рядом с резвившимися братьями.
 
   Я лежала на шезлонге и незаметно разглядывала всех. Кто они? Какой национальности? Где живут, что так легко умеют плавать и нырять?.. Эти риторические вопросы меня обступили со всех сторон, я встала и ушла на веранду, под навес.
 
                                            ***
 
   Я сидела за столом, и что-то спокойно писала… это, скорее, походило на работу учителя, проверяющего тетрадки с домашним заданием.
       - Вы учительница? – спросил меня черноглазый Антон.
       - Нет, - улыбнулась я. – Похожа?
       - Очень.
       - Ты Антон?
       - Да. А вон все мои братья: Александр, Андрей, Антон и Дима. Нас мама назвала так, чтобы первая буква имени начиналась с «а».
       - Дима, - снова улыбнулась я, - здесь «а» на последнем месте.
       - Всё верно, - поддержал разговор Саша (отец весёлой четвёрки). С «а» началось, ею же и закруглились. Хватит нам мальчишек.
       - А девочка? – сунула нос не в своё дело я.
       - А девочка у нас мама. Наша украиночка.
       - Вы простите, Саша, а вы? Кто вы?
       - Саха. Слышали о таком народе?
   Когда-то слышала, но ничего не знаю об этих людях.
       - Саха – это северные люди. Сильные и выдержанные.
       - Значит, Дима – саха?
       - Нет, - снова улыбнулся мой собеседник. – Он сахаляр. Когда якут и славяночка полюбят друг друга и у них родится вот такой Димка, его будут называть сахаляр.
       Са-ха-ляр, - медленно пропела я это слово. Оглянулась, а на скамейке у веранды сидят четыре парня от двух до пятнадцати лет. Черноглазые, черноволосые, и у каждого на левой щеке ямочка.
       - Привет, сахаляры! – окликнула я их. – Привет Якутии. Скоро домой?
       - Нет, - сказал старший. – Мы ещё в Санкт-Петербург полетим самолётом. Эрмитаж родители обещали показать. В Якутии такого нет. Бассейнов – сколько угодно, а Эрмитажа нет.
       - Эй, сахаляры, обедать! – позвала Наталья свою семью.
Самый маленький серьёзно помахал мне ручонкой и полез на руки  старшему.
       - А знаете, Саша, я напишу о вас рассказ, - вдруг сказала я.
       - Так вы не учитель?
       - Нет, я не учитель. Просто я люблю наблюдать за счастливыми семьями.
 

© Copyright: Ирина Горбань, 2014

Регистрационный номер №0192143

от 16 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0192143 выдан для произведения:    Летом многие выезжают отдохнуть к морю, если есть такая возможность.  Кто ищет море за тридевять океанов, а мне выдумывать не пришлось: сто шестьдесят километров – и я на побережье Азовского моря.
 
   Кто-то сейчас брезгливо скривится и скажет, что куда лучше – Средиземное. Можно и Красное, и Чёрное. Я спорить не буду. Каждый волен выбирать по своим средствам. Или по здоровью. Азовское - далеко за пределами Украины слывёт своими полезными лечебными грязями и йодом.
 
   Юрьевка. Юрьевка – это, скорее всего, посёлок городского типа… или село… размышлять совсем не хочется в сорокаградусную жару. Мысли плавятся, словно яичница на сковороде.
 
   «Только бы во дворе пансионата был бассейн», - думала я, подъезжая к огромному дому. Не люблю, когда зеваки на пляже наблюдают за тем, как я медленно вхожу по пояс в воду, затем окунаюсь, затем делаю вид, что плыву вдоль берега. Не умею плавать в море. Как-то с детства не далась мне эта премудрость. В бассейне я свободно вижу дно, бортик и чистую воду. Несколько метров между бортиками – мой персональный рекорд. А как я держусь на воде (если рядом никого нет)! Русалка! Или… не лягушка, это точно, но нырять в жизни не приходилось. Зачем мне этот риск?
 
   Двор оказался роскошным: кипарисы, клумбы с редкими цветами, веранды с плетёными креслами, бильярдная. Вот вам и местное Средиземное море.
       - Хозяйка! – заглянула я во двор и тут же встретилась взглядом со славным малышом. На его ручонках были надувные нарукавники. Он мило мне улыбнулся и потопал подальше от меня.
       - Добрый день! – приветливо встретила меня смотрительница (так я про себя назвала эту милую блондиночку, от которой вкусно пахло борщом). – Проходите. Вот ваш номер, - жестом показала в сторону бильярдной Светлана.
   Мы быстро познакомились, обменялись любезностями, и я стала полноправной отдыхающей.
 
                                    ***
 
Отдых… мечта… одна! Целых десять дней ни звука, ни крика, ни визга.
   И вот я лежу на шезлонге у бассейна и понимаю, что жизнь удалась.
 
       - Внимание, «бомбочка»! – крикнул Саша, и вся семья с головой покрылась волной чистейшей прозрачной воды. Брызги попали мне в лицо, и я машинально схватила полотенце. Не люблю, когда вода попадает мне на лицо: тут же срабатывает панический страх перед стихией. Может, я в прошлой жизни тонула? Или в этой? Только совсем не помню. Хотя, скорее всего, запомнила бы. Тонуть – это не с лестницы свалиться.
 
       - Ты куда полез!
       - На лестницу, - засмеялся мальчишка и громко шмякнулся в бассейн. И снова брызги разлетелись далеко за пределы бассейна.
   Я совсем не нервничала. Люблю, когда рядом со мной не скандалы, а радость и веселье. Я молниеносно подхватываю вирус смеха и сначала потихоньку, а затем открыто начинаю улыбаться необычной семейке. Четыре сына – это вам не сказка о четырёх богатырях. Среди мокрых чёрных голов я сразу не нашла отца – все были одинаковы. Ну, не все. Это я потом разглядела, когда в очередной раз вытерла лицо от прохладных брызг.
 
       - Саша, подержи Даню, я нырну, - скомандовал Андрей старшему. Другой бы отвесил оплеуху младшему, а этот преспокойно выбрался из бассейна, взял малыша на руки и присел рядом с резвившимися братьями.
 
   Я лежала на шезлонге и незаметно разглядывала всех. Кто они? Какой национальности? Где живут, что так легко умеют плавать и нырять?.. Эти риторические вопросы меня обступили со всех сторон, я встала и ушла на веранду, под навес.
 
                                            ***
 
   Я сидела за столом, и что-то спокойно писала… это, скорее, походило на работу учителя, проверяющего тетрадки с домашним заданием.
       - Вы учительница? – спросил меня черноглазый Антон.
       - Нет, - улыбнулась я. – Похожа?
       - Очень.
       - Ты Антон?
       - Да. А вон все мои братья: Александр, Андрей, Антон и Дима. Нас мама назвала так, чтобы первая буква имени начиналась с «а».
       - Дима, - снова улыбнулась я, - здесь «а» на последнем месте.
       - Всё верно, - поддержал разговор Саша (отец весёлой четвёрки). С «а» началось, ею же и закруглились. Хватит нам мальчишек.
       - А девочка? – сунула нос не в своё дело я.
       - А девочка у нас мама. Наша украиночка.
       - Вы простите, Саша, а вы? Кто вы?
       - Саха. Слышали о таком народе?
   Когда-то слышала, но ничего не знаю об этих людях.
       - Саха – это северные люди. Сильные и выдержанные.
       - Значит, Дима – саха?
       - Нет, - снова улыбнулся мой собеседник. – Он сахаляр. Когда якут и славяночка полюбят друг друга и у них родится вот такой Димка, его будут называть сахаляр.
       Са-ха-ляр, - медленно пропела я это слово. Оглянулась, а на скамейке у веранды сидят четыре парня от двух до пятнадцати лет. Черноглазые, черноволосые, и у каждого на левой щеке ямочка.
       - Привет, сахаляры! – окликнула я их. – Привет Якутии. Скоро домой?
       - Нет, - сказал старший. – Мы ещё в Санкт-Петербург полетим самолётом. Эрмитаж родители обещали показать. В Якутии такого нет. Бассейнов – сколько угодно, а Эрмитажа нет.
       - Эй, сахаляры, обедать! – позвала Наталья свою семью.
Самый маленький серьёзно помахал мне ручонкой и полез на руки  старшему.
       - А знаете, Саша, я напишу о вас рассказ, - вдруг сказала я.
       - Так вы не учитель?
       - Нет, я не учитель. Просто я люблю наблюдать за счастливыми семьями.
 
Рейтинг: +1 201 просмотр
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!