ГлавнаяВся прозаМалые формыНовеллы → Судьбы собачьи. Дейзи.

 

Судьбы собачьи. Дейзи.

26 февраля 2012 - Вера Климова

           Дейзи вот уже целую неделю ждала. Она не заходила в так уютно пахнущую сеном новую конуру. Оттуда, где она сейчас лежала, были видны ворота, в которые она вошла с молодой Женщиной, так ласково с ней разговаривающей, что Дейзи ей поверила и позволила себя увести из дому, от Хозяина, его маленьких детей. Она изо дня в день смотрела на эти ворота: а вдруг сейчас распахнутся створки и… Но дни шли. Особенно тяжело было ночью – Дейзи не помнила, чтобы за всю е собачью жизнь было так холодно, она не могла взглянуть на термометр и сказать, сколько там градусов, только утрами она с трудом отрывала примерзшую к земле шерсть. Дейзи и ночью оставалась на своем посту: он ждала хозяина и не могла даже на минуту спрятаться в так уютно пахнущий теплом новый приют. Вдруг Хозяин придет, а она не заметит – будет греться в теплом сарайчике, и он ее не увидит, уйдет без нее. Нельзя ей было покидать свой пост. И она честно несла ею самой определенную службу – ждать Хозяина. И дождаться. Во что бы то ни стало.
        Дейзи думала. Теперь у нее было очень много времени, чтобы думать и вспоминать. Она должна была понять почему? За что? Что она сделал не так? Дейзи все время возвращалась к тому мгновению, когда сняв с нее ошейник, Хозяин, даже не погладив ее, вывел ее за калитку и передал поводок этой Женщине. Дейзи почти перестала спать, и в памяти все время мелькали события ее еще такой короткой жизни.
         Вот она совсем крохой возится с братишками и сестренками на теплой лужайке, потом вспомнилась матерчатая сумка, в которой ее привезли в чужой дом. Дейзи там не понравилось сразу. Ее вытряхнули из сумки, ногой подтолкнули к миске, в которой была налита какая-то жижа. Очень хотелось пить, и Дейзи рискнула попробовать то, что было в миске. На первый вкус это было что-то отвратительное и невкусное, но другого ничего не было, и Дейзи постепенно привыкла к этой еде. Потом в миске все чаще оказывалось что-то серо-коричневое, больше похожее на ком глины, чем на еду. Пришлось привыкать и к этому заменителю настоящей еды. Дейзи так и не поняла, что же это было.
         Cтрашное случилось позже: эти люди нацепили ей на шею какой-то ремешок, он мешал, было очень неудобно – жесткая кожа растирала нежную щенячью шею и Дейзи узнала, что такое зеленка. В один из дней это пыточное устройство вновь вернулось на ее еще не зажившую до конца шею, и случилась вовсе не виданная ею доселе несправедливость: ее посадили на цепь. Железные кольца цепи громыхали по асфальту двора. Дейзи путалась в тяжелых металлических оковах, прищемила очень больно лапу. Она больше не могла, как раньше бегать оп всему двору и играть с котенком, с которым уже успела подружиться. Она плакала, отказывалась есть, рвалась с этой цепи, лишившей ее свободы, и даже пыталась сделать подкоп под ворота, чтобы навсегда убежать из этого ужасного дома. За эту попытку ее впервые тогда отлупили веником, который с тех пор стал для нее врагом.
         Летели дни. Дейзи смирилась. Утешало то, что можно было по-прежнему играть с котенком, который перебрался на житье к ней в конуру, да ночью ее стали отпускать погулять. Потом случилось что-то непонятное: было много людей, все что-то кричали, куда-то бежали, почему-то у всех по щекам бежали какие-то ручейки. Это потом Дейзи узнала, что эти ручейки на лицах людей называются слезами. И сама узнала, каковы они на вкус. О ней забыли тогда на несколько дней, даже воды не было в миске. И сил у нее уже почти не было, когда в дом пришли какие-то новые люди, подошли к ней, закричали на тех, кого она уже знала, побежали за водой. Тогда впервые Дейзи узнала, что такое благодарность человеку: вода, прохладная, чистая – вкуснее ничего не пробовала Дейзи за свои 4 месяца жизни. Поэтому когда эти новые люди стали ее гладить и ласкать, она для себя решила, что уйдет с ними. И каково же было ее счастье, когда Хозяин, - Дейзи сразу назвала так незнакомого мужчину, - сорвал с нее ошейник, взял на руки и унес в свою машину. С тех пор она жила с ними.
         Все было хорошо: ее любили, позволяли жить в доме, спать рядом с Хозяином, играть игрушками их детей, которые ей подарили в первый же день, очень вкусно кормили. Дейзи была счастлива. Она поправилась, очень хорошо пошла в рост и к году превратилась в красивую, уверенную в себе овчарку. Все это время Дейзи честно отрабатывала свой долг- спасение ее Хозяином от голода и жажды. Дейзи охраняла двор и дом, умудрялась по взгляду понять, что хотел Хозяин. Особое удовольствие ей доставляла возня с его внуками. Дейзи не раз до слез хохотала над проделками малышей и сама принимала в них участие. Очень любила катать этих маленьких людей на санках.
      Все было хорошо. Хозяин так часто с ней разговаривал, что даже жена его говорила, что с Дейзи он говорит больше, чем с ней. И все люди смеялись. Все было хорошо. Или это Дейзи только казалось? Всю последнюю неделю Дейзи перебирала последние месяцы своей жизни, пытаясь найти свою оплошность, результатом которой стало то, что она сейчас жила у чужих людей. Хороших людей, но чужих. Она даже еду из их рук не брала. Но она понимала, что ей нужны силы и поэтому понемногу все же ела, когда никто не видел и никто бы не смог рассказать Хозяину, что она его предала - взяла еду у чужих. Дейзи ждала и вспоминала.
      Дейзи никогда не жаловалась на сон. Она любила эти промежутки ночной дремы, когда сквозь сон чутко прислушиваешься к ночному городу, пытаясь выделить враждебные звуки опасности хозяевам. Совсем недавно, прошлой весной, Дейзи спасла жилище хозяев от поползновений жалкого человечишка, резво перепрыгнувшего через забор и ринувшегося в открытые двери. Дверей в дом хозяева не запирали уже почти два года, с того самого времени, как Дейзи научилась охранять свой дом.
        Тогда весной все было смешно. Дейзи млела от весеннего нежного солнышка и досматривала свой любимый еще с детства сон: она с братьями и сестренкой на лужайке перед домом играют в догонялки. Кубарем катится под ноги матери, та ее ласково покусывает и облизывает. И так ей хорошо было, так счастливо, что во сне она поскуливала, как маленький щенок и резво перебирала ногами в попытке догнать братишку. Треск кустарника вырвал ее из приятного сна. Дейзи приоткрыла глаза: через забор переваливалось неуклюжее тело соседа. Его Дейзи называла про себя Занудой. Тот вечно канючил что-то у хозяев таким нудным противным скулящим голосом, что ей хотелось просто как-нибудь куснуть его посильнее , чтобы он никогда больше не приходил. И вот он без приглашения свалился почти наголову Дейзи. Воровато оглянувшись, прошмыгнул в дом. Был он там недолго, что бурчал себе под нос. Когда он выскользнул из дверей дома, Дейзи уже ждала его за углом. Она так тихонько проводила его почти до самого забора и, когда Зануда уже собрался перелезть через забор, Дейзи оглушительно залаяла. Она не собиралась кусать этого человечишку – не хотелось портить впечатления от счастливого утреннего сна. Зануда присел от страха, выпученные его глаза оказались на одном уровне с глазами Дейзи. Она удивилась, увидев там совсем нечеловеческое: ужас и панику, и желание разорвать одновременно. Такого никогда прежде она не видела в глазах людей. Дейзи даже растерялась немного. А потом решила пошутить: лизнула в нос этого Зануду, почему-то отползавшего от нее на четвереньках. Он же мог встать и уйти. Дейзи бы ему позволила даже на лавочке во дворе дождаться хозяев. Но Зануда, подхваченный неведомой силой, прямо с четверенек перемахнул через забор и был таков. Через минуту Дейзи нашла в траве какой-то сверток. Она по запаху поняла что там – так пахли бумажки, которые люди почему-то очень ценили и называли деньгами. Хотя на ее взгляд не было в них ничего ценного, и пахли они отвратительно.
           Потом было лето. Его она любила больше всего: тепло, можно было играть сколько хочешь с детьми в прятки и футбол. А еще она с ребятишками любила собирать ягоды. Это было так забавно и вкусно, что Дейзи даже сейчас вспомнив об этом, улыбнулась и ощутила во рту свежий вкус малины, которую она срывала, наклонив веточки.
            Прошедшим летом случилось одно счастливое для нее событие. Она наконец-то познакомилась с красавцем-немцем, за которым наблюдала в щелку ворот вот уже почти два года. Тот выводил на прогулку свою хозяйку почти каждый день. Однажды они даже остановились у самого дома Дейзи, но не вошли. А ей так хотелось, чтобы открылась калитка, и Он пришел к ней в гости. Она бы ему показал все свое богатство: огромный огород, куда ей не возбранялось проникать, кусты с малиной, смородиной, угостила бы его косточкой, подарила бы свой любимый футбольный мяч. Но этот овчар всегда проходил мимо. Поэтому Дейзи себе не поверила, когда однажды июльским вечером открылась калитка и во двор вместе со своей хозяйкой вошел Он.
И был-то он у нее в гостях какие-то мгновения, но Дейзи поняла – она Ему понравилась, Он ее уже не забудет. Он был так ласков, внимателен, что Дейзи даже сейчас, спустя полгода после первой встречи, зарумянилась и застенчиво улыбнулась. Хорошо, что никто не сможет увидеть ее смущения под густой шерстью. Потом был самый счастливый день для Дейзи – она пошла в гости к Нему. Он показал ей свои владения, был ласков и нежен. Дейзи не могла глаз отвести от Него. Он столько наговорил ей нежных слов. И Дейзи стала очень счастливой мамой. Она помнила всех своих 11 малышей. Своих и Его деток. Они были такие маленькие, смешные, беспомощные. Дейзи согревала их, кормила и рассказывала на ночь сказки, рассказывала какой у них замечательный отец. Прошел месяц и детей, ее детей, Хозяин куда-то по одному увез.
      Именно тогда впервые что-то очень больно кольнуло в левом боку. Она тогда не поняла, что это было. Именно тогда какое-то новое странное чувство овладело Дейзи. Вроде бы все было хорошо: по-прежнему ее любили, заботились, но как-то стало пусто без ее малышей во дворе, как-то неуютно стало. Дейзи искала деток, звала их, но они не отзывались. Спасали внуки Хозяина – они ей напоминать стали ее малышей. И Дейзи с новой силой стала заботиться о человечьих детенышах: охраняла их, развлекала своими собачьими фокусами, устраивала веселую возню с мячом, а когда выпал снег, то стала каждый день катать их на санках.
       Время шло. Наступил Новый год. В этот день вокруг все зачем-то бабахали, что-то взрывали, было очень шумно и непонятна суета людей. Зима в этом новом году была суровая. Никогда прежде Дейзи еще не приходилось переживать таких морозов. Ей казалось, что дыхание стынет в легких от холода. Но сидеть все время в доме она не могла – надо было работать, охранять жилище и людей. Как-то в калитку постучали. Что-то снова толкнуло Дейзи в левую сторону и как-то неровно забилось сердце. Она подбежала, понюхала. Пахло очень знакомо. Этот запах она никогда не перепутает ни с каким другим. Она обрадовалась и, приплясывая, полаяла для порядка на гостей. Хозяин вышел из дому, открыл калитку, впустил пришедших. Дейзи не ошиблась – это была хозяйка ее друга. И еще одна Женщина, та, которая уже как-то приходила в гости. Странно, зачем они пришли. Люди о чем-то поговорили, очень много ласкали Дейзи. Той было приятно, но и непривычно – она в присутствии Хозяина всегда стеснялась, когда к ней прикасались чужие. Без него этого она бы не позволила никому. Это при нем она вежливо терпела чужие руки. Но руки этих женщин были как-то особенно ласковы. И как будто утешали ее. Дейзи растерялась: ведь все хорошо, зачем ее утешать?
         Незаметно промелькнула неделя. В пятницу вечером она снова вывела на прогулку свою семью. Хозяин о своей женщиной мирно беседуя шли позади. Дейзи, впряженная в санки, весело бежала впереди. Внуки Хозяина хохотали и просили ее бежать быстрее. Но Дейзи не могла прибавить ходу, - тогда бы детвора могла упасть, а этого допустить она не могла никак. Вот и любимая полянка в городском парке. Здесь Дейзи любила играть с детьми в снежки. Вчера они слепили снеговика, и тот ждал их сегодня, улыбаясь нарисованным ртом. Все было как всегда. Ничего не предвещало плохого. Ну почему опять так ноет в груди. Дейзи оглянулась. Вокруг никого не было. Опасность не грозила. Но почему ей так неспокойно? Почему хочется убежать домой и спрятаться, забиться в будку, чтобы никто не мог ее оттуда достать. Вот хозяин подозвал ее, ласково отряхивает снег, гладит, что-то шепчет, улыбаясь. Все хорошо. Дейзи отмахнулась от тревожного, мучительного чувства и бросилась в кучу малу из взрослых и маленьких так любимых ею людей.
          Домой возвращались счастливые, мокрые и довольные. Дейзи успокоилась. Все хорошо. Только на подходе к дому почему-то мелькнула мысль: «В последний раз». Дейзи замерла от ужасного страшного предчувствия. Что в последний раз? Почему в последний??? Но Хозяин улыбался. Смеялись дети. Все хорошо. Дейзи отправилась к себе. Ночью она беспокойно вздрагивала во сне и куда –то бежала. Она не помнила куда, не понимала зачем бежит. Но знала, что куда-то она должна успеть.
          Проснулась в то субботтнее  утро Дейзи еще до свету. Зимой и так поздно светает, а в тот день было совсем черно, когда она открыла глаза. В груди неуютно стыла боль. Нет, ничего не болело. Но было больно. Дейзи не могла понять, почему ей так больно. «В последний раз», - снова мелькнуло в измученном беспокойным сном мозгу. Дейзи окатило волной непонятного чувства. Что происходит? Ведь она дома, все хорошо. Впервые за всю свою жизнь она не вышла на утренний обход своих владений. Почему-то вдруг поняла, что это больше не нужно Хозяину. Не нужно никому. И даже ей самой. Дейзи вышла из будки, потянулась, встряхнулась, прошла во двор и легла у самого входа в дом. На крыльце стояли санки, с них еще даже не отвязали ее «упряжь» - шлейку и поводок, все ее невеликое имущество. Она понюхала – все так привычно и уютно пахло домом, Хозяином, его внуками. Все хорошо. Но в груди ныла тоска, не отпускала.
             День разгорался очень медленно, стылое солнце все никак не хотело выглянуть из-за туч. Утро. Обычное, как все последние утра: ласка Хозяина, еда, возня с детьми. Только вот глаза у всех странные. И Хозяин почему-то все время смотрит в сторону. Солнышко все же осмелилось взглянуть на вымершую землю, и Дейзи как-то легче стало, отпустила холодная злая рука ее сердце. Оно вновь забилось спокойно. Все было хорошо. И то, что за воротами она услышала такой знакомый, любимый лай, почувствовала такой родной запах, лишь добавило ей уверенности, что ничего страшного не будет, что все ей только показалось. Ее не насторожило ничего: ни то, что Хозяин суетливо забегал по двору, скрылся в доме, ни то, что его жена равнодушно сказала «да просто так забирайте», ни то, что Он, ее любимый овчар как-то сочувственно прижался к ней, ни даже то, что ласковые руки пришедших женщин стали снимать ее ошейник и надели на нее новый, прикрепили к нему чужой поводок. Дейзи не понимала: почему так грустны глаза пришедших, почему прячет свои глаза Хозяин. Ведь все было хорошо: все, кого она любила, кто был ей нужен, все были рядом.
            Вот открылась калитка, пришедшие вышли на улицу. Ее вела чужая женщина. Хозяин семенил рядом. Дейзи шла спокойно потому, что ее избранник был рядом, он нашептывал что-то ей, но она не понимала что он ей говорит. Она была счастлива – она впервые на прогулке с Ним. И Хозяин здесь и солнышко яркое. Все хорошо. Когда Дейзи оглянулась, чтобы поделиться своим счастьем с тем, кого любила больше жизни, со своим Хозяином, когда-то спасшим ее от смерти, то его не было. Не было нигде. Он не отстал. Его просто не было. Он даже не сказал ей ничего. Он не разрешил ей идти с этими хорошими, но чужими людьми. Как же так? Он не мог. Значит что-то случилось. Вот почему ей так плохо было ночью, вот что ее тревожило все эти дни. Надо бежать его спасать. Дейзи заметалась. Ей было страшно и очень больно: Хозяина надо спасать, а она ничего не может сделать.
      Но все шли вперед. Ее избранник уговаривал ее бежать за ними, заигрывал, ласково покусывал ушко, и приглашал идти за ним, как будто знал, что вернуться Дейзи больше некуда: там, где она прожила три года, где она всех любила, там ее больше не ждали, там ее не хотели больше видеть. Дейзи казалось, что сердце разорвется, что она шагу больше не сможет ступить. Но так спокойно и ласково, участливо звучали голоса, так нежен был Он, что Дейзи показалось, что надо просто сходить в гости, и что она обязательно вернется. А то, что нет рядом Хозяина, так наверное надо было ему отойти. И ей надо теперь просто дождаться, когда он придет за ней. И все будет как раньше.
Незаметно дошли до незнакомой улицы, за забором чужого дома залаяли собаки. Один голос она уже знала – эта собака приходила летом к ней вместе с избранником к ней в гости. Она была хорошая. Дейзи тогда успела перекинуться с ней парой фраз. Она была симпатична Дейзи. Собаки за забором приветствовали людей и Его. Он был другом всех живущих в этом доме. Дейзи растерянно оглянулась на Него, он подтолкнул ее носом к калитке. Она нерешительно шагнула, во дворе не было ничего страшного: веселился щенок, знакомая барышня приветливо виляла хвостом. Старая седая овчарка подошла, обнюхала, взглянула на свою хозяйку и отступила в сторону, приглашая войти. Дейзи прошла во двор. Все не было страшно. И даже притупилась отчаянная боль, все вокруг нее суетились, приглашали играть. Потом она провожала его с хозяйкой , Он ей рассказывал о тех, с кем ей предстояло остаться. Ему она верила беспрекословно. Он ведь не мог ей соврать. Значит все так, как Он говорит. Когда все прощались, то Он подошел, поцеловал ее, шепнул на ухо, что все будет хорошо, положил на спину лапу и погладил. Это ее почти успокоило. Он был сильный и мудрый, он знал, что говорил. А она… Она будет ждать Хозяина.
          Как во сне шли дни. Холодные ночи сменялись такими же холодными днями. Дейзи ждала. Когда никого не было, она искала выход. Надо было попытаться вернуться домой. Чтобы увидеть, что с Хозяином все в порядке, что е там по-прежнему любят и ждут. Дейзи уже научилась за эту неделю ждать. Здесь ее никто не обижал. Женщина всегда много с ней говорила, даже смогла уговорить зайти в новое ее жилище. Осознание этого резануло сердце Дейзи новой болью. Постепенно боль потери Хозяина притуплялась. Не становилась меньше, но Дейзи уже могла дышать. И думать. Ей надо было понять: что она сделала не так, в чем ошиблась, в чем она была плоха, что Хозяин смог вот так ее оставить одну. Пусть с хорошими, но пока еще чужими людьми. Ей было бы легче, если бы он ей объяснил хоть что-нибудь. Она бы поняла все. Он же даже не потрепал ее по холке на прощание, не сказал ни слова. Просто выставил за калитку. И все. Он даже не отдал ей ее скромный скарб – поношенный ошейник да поводок. Дейзи все это время старалась понять причину почему? Почему все вот так?

© Copyright: Вера Климова, 2012

Регистрационный номер №0030265

от 26 февраля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0030265 выдан для произведения:

           Дейзи вот уже целую неделю ждала. Она не заходила в так уютно пахнущую сеном новую конуру. Оттуда, где она сейчас лежала, были видны ворота, в которые она вошла с молодой Женщиной, так ласково с ней разговаривающей, что Дейзи ей поверила и позволила себя увести из дому, от Хозяина, его маленьких детей. Она изо дня в день смотрела на эти ворота: а вдруг сейчас распахнутся створки и… Но дни шли. Особенно тяжело было ночью – Дейзи не помнила, чтобы за всю е собачью жизнь было так холодно, она не могла взглянуть на термометр и сказать, сколько там градусов, только утрами она с трудом отрывала примерзшую к земле шерсть. Дейзи и ночью оставалась на своем посту: он ждала хозяина и не могла даже на минуту спрятаться в так уютно пахнущий теплом новый приют. Вдруг Хозяин придет, а она не заметит – будет греться в теплом сарайчике, и он ее не увидит, уйдет без нее. Нельзя ей было покидать свой пост. И она честно несла ею самой определенную службу – ждать Хозяина. И дождаться. Во что бы то ни стало.
        Дейзи думала. Теперь у нее было очень много времени, чтобы думать и вспоминать. Она должна была понять почему? За что? Что она сделал не так? Дейзи все время возвращалась к тому мгновению, когда сняв с нее ошейник, Хозяин, даже не погладив ее, вывел ее за калитку и передал поводок этой Женщине. Дейзи почти перестала спать, и в памяти все время мелькали события ее еще такой короткой жизни.
         Вот она совсем крохой возится с братишками и сестренками на теплой лужайке, потом вспомнилась матерчатая сумка, в которой ее привезли в чужой дом. Дейзи там не понравилось сразу. Ее вытряхнули из сумки, ногой подтолкнули к миске, в которой была налита какая-то жижа. Очень хотелось пить, и Дейзи рискнула попробовать то, что было в миске. На первый вкус это было что-то отвратительное и невкусное, но другого ничего не было, и Дейзи постепенно привыкла к этой еде. Потом в миске все чаще оказывалось что-то серо-коричневое, больше похожее на ком глины, чем на еду. Пришлось привыкать и к этому заменителю настоящей еды. Дейзи так и не поняла, что же это было.
         Cтрашное случилось позже: эти люди нацепили ей на шею какой-то ремешок, он мешал, было очень неудобно – жесткая кожа растирала нежную щенячью шею и Дейзи узнала, что такое зеленка. В один из дней это пыточное устройство вновь вернулось на ее еще не зажившую до конца шею, и случилась вовсе не виданная ею доселе несправедливость: ее посадили на цепь. Железные кольца цепи громыхали по асфальту двора. Дейзи путалась в тяжелых металлических оковах, прищемила очень больно лапу. Она больше не могла, как раньше бегать оп всему двору и играть с котенком, с которым уже успела подружиться. Она плакала, отказывалась есть, рвалась с этой цепи, лишившей ее свободы, и даже пыталась сделать подкоп под ворота, чтобы навсегда убежать из этого ужасного дома. За эту попытку ее впервые тогда отлупили веником, который с тех пор стал для нее врагом.
         Летели дни. Дейзи смирилась. Утешало то, что можно было по-прежнему играть с котенком, который перебрался на житье к ней в конуру, да ночью ее стали отпускать погулять. Потом случилось что-то непонятное: было много людей, все что-то кричали, куда-то бежали, почему-то у всех по щекам бежали какие-то ручейки. Это потом Дейзи узнала, что эти ручейки на лицах людей называются слезами. И сама узнала, каковы они на вкус. О ней забыли тогда на несколько дней, даже воды не было в миске. И сил у нее уже почти не было, когда в дом пришли какие-то новые люди, подошли к ней, закричали на тех, кого она уже знала, побежали за водой. Тогда впервые Дейзи узнала, что такое благодарность человеку: вода, прохладная, чистая – вкуснее ничего не пробовала Дейзи за свои 4 месяца жизни. Поэтому когда эти новые люди стали ее гладить и ласкать, она для себя решила, что уйдет с ними. И каково же было ее счастье, когда Хозяин, - Дейзи сразу назвала так незнакомого мужчину, - сорвал с нее ошейник, взял на руки и унес в свою машину. С тех пор она жила с ними.
         Все было хорошо: ее любили, позволяли жить в доме, спать рядом с Хозяином, играть игрушками их детей, которые ей подарили в первый же день, очень вкусно кормили. Дейзи была счастлива. Она поправилась, очень хорошо пошла в рост и к году превратилась в красивую, уверенную в себе овчарку. Все это время Дейзи честно отрабатывала свой долг- спасение ее Хозяином от голода и жажды. Дейзи охраняла двор и дом, умудрялась по взгляду понять, что хотел Хозяин. Особое удовольствие ей доставляла возня с его внуками. Дейзи не раз до слез хохотала над проделками малышей и сама принимала в них участие. Очень любила катать этих маленьких людей на санках.
      Все было хорошо. Хозяин так часто с ней разговаривал, что даже жена его говорила, что с Дейзи он говорит больше, чем с ней. И все люди смеялись. Все было хорошо. Или это Дейзи только казалось? Всю последнюю неделю Дейзи перебирала последние месяцы своей жизни, пытаясь найти свою оплошность, результатом которой стало то, что она сейчас жила у чужих людей. Хороших людей, но чужих. Она даже еду из их рук не брала. Но она понимала, что ей нужны силы и поэтому понемногу все же ела, когда никто не видел и никто бы не смог рассказать Хозяину, что она его предала - взяла еду у чужих. Дейзи ждала и вспоминала.
      Дейзи никогда не жаловалась на сон. Она любила эти промежутки ночной дремы, когда сквозь сон чутко прислушиваешься к ночному городу, пытаясь выделить враждебные звуки опасности хозяевам. Совсем недавно, прошлой весной, Дейзи спасла жилище хозяев от поползновений жалкого человечишка, резво перепрыгнувшего через забор и ринувшегося в открытые двери. Дверей в дом хозяева не запирали уже почти два года, с того самого времени, как Дейзи научилась охранять свой дом.
        Тогда весной все было смешно. Дейзи млела от весеннего нежного солнышка и досматривала свой любимый еще с детства сон: она с братьями и сестренкой на лужайке перед домом играют в догонялки. Кубарем катится под ноги матери, та ее ласково покусывает и облизывает. И так ей хорошо было, так счастливо, что во сне она поскуливала, как маленький щенок и резво перебирала ногами в попытке догнать братишку. Треск кустарника вырвал ее из приятного сна. Дейзи приоткрыла глаза: через забор переваливалось неуклюжее тело соседа. Его Дейзи называла про себя Занудой. Тот вечно канючил что-то у хозяев таким нудным противным скулящим голосом, что ей хотелось просто как-нибудь куснуть его посильнее , чтобы он никогда больше не приходил. И вот он без приглашения свалился почти наголову Дейзи. Воровато оглянувшись, прошмыгнул в дом. Был он там недолго, что бурчал себе под нос. Когда он выскользнул из дверей дома, Дейзи уже ждала его за углом. Она так тихонько проводила его почти до самого забора и, когда Зануда уже собрался перелезть через забор, Дейзи оглушительно залаяла. Она не собиралась кусать этого человечишку – не хотелось портить впечатления от счастливого утреннего сна. Зануда присел от страха, выпученные его глаза оказались на одном уровне с глазами Дейзи. Она удивилась, увидев там совсем нечеловеческое: ужас и панику, и желание разорвать одновременно. Такого никогда прежде она не видела в глазах людей. Дейзи даже растерялась немного. А потом решила пошутить: лизнула в нос этого Зануду, почему-то отползавшего от нее на четвереньках. Он же мог встать и уйти. Дейзи бы ему позволила даже на лавочке во дворе дождаться хозяев. Но Зануда, подхваченный неведомой силой, прямо с четверенек перемахнул через забор и был таков. Через минуту Дейзи нашла в траве какой-то сверток. Она по запаху поняла что там – так пахли бумажки, которые люди почему-то очень ценили и называли деньгами. Хотя на ее взгляд не было в них ничего ценного, и пахли они отвратительно.
           Потом было лето. Его она любила больше всего: тепло, можно было играть сколько хочешь с детьми в прятки и футбол. А еще она с ребятишками любила собирать ягоды. Это было так забавно и вкусно, что Дейзи даже сейчас вспомнив об этом, улыбнулась и ощутила во рту свежий вкус малины, которую она срывала, наклонив веточки.
            Прошедшим летом случилось одно счастливое для нее событие. Она наконец-то познакомилась с красавцем-немцем, за которым наблюдала в щелку ворот вот уже почти два года. Тот выводил на прогулку свою хозяйку почти каждый день. Однажды они даже остановились у самого дома Дейзи, но не вошли. А ей так хотелось, чтобы открылась калитка, и Он пришел к ней в гости. Она бы ему показал все свое богатство: огромный огород, куда ей не возбранялось проникать, кусты с малиной, смородиной, угостила бы его косточкой, подарила бы свой любимый футбольный мяч. Но этот овчар всегда проходил мимо. Поэтому Дейзи себе не поверила, когда однажды июльским вечером открылась калитка и во двор вместе со своей хозяйкой вошел Он.
И был-то он у нее в гостях какие-то мгновения, но Дейзи поняла – она Ему понравилась, Он ее уже не забудет. Он был так ласков, внимателен, что Дейзи даже сейчас, спустя полгода после первой встречи, зарумянилась и застенчиво улыбнулась. Хорошо, что никто не сможет увидеть ее смущения под густой шерстью. Потом был самый счастливый день для Дейзи – она пошла в гости к Нему. Он показал ей свои владения, был ласков и нежен. Дейзи не могла глаз отвести от Него. Он столько наговорил ей нежных слов. И Дейзи стала очень счастливой мамой. Она помнила всех своих 11 малышей. Своих и Его деток. Они были такие маленькие, смешные, беспомощные. Дейзи согревала их, кормила и рассказывала на ночь сказки, рассказывала какой у них замечательный отец. Прошел месяц и детей, ее детей, Хозяин куда-то по одному увез.
      Именно тогда впервые что-то очень больно кольнуло в левом боку. Она тогда не поняла, что это было. Именно тогда какое-то новое странное чувство овладело Дейзи. Вроде бы все было хорошо: по-прежнему ее любили, заботились, но как-то стало пусто без ее малышей во дворе, как-то неуютно стало. Дейзи искала деток, звала их, но они не отзывались. Спасали внуки Хозяина – они ей напоминать стали ее малышей. И Дейзи с новой силой стала заботиться о человечьих детенышах: охраняла их, развлекала своими собачьими фокусами, устраивала веселую возню с мячом, а когда выпал снег, то стала каждый день катать их на санках.
       Время шло. Наступил Новый год. В этот день вокруг все зачем-то бабахали, что-то взрывали, было очень шумно и непонятна суета людей. Зима в этом новом году была суровая. Никогда прежде Дейзи еще не приходилось переживать таких морозов. Ей казалось, что дыхание стынет в легких от холода. Но сидеть все время в доме она не могла – надо было работать, охранять жилище и людей. Как-то в калитку постучали. Что-то снова толкнуло Дейзи в левую сторону и как-то неровно забилось сердце. Она подбежала, понюхала. Пахло очень знакомо. Этот запах она никогда не перепутает ни с каким другим. Она обрадовалась и, приплясывая, полаяла для порядка на гостей. Хозяин вышел из дому, открыл калитку, впустил пришедших. Дейзи не ошиблась – это была хозяйка ее друга. И еще одна Женщина, та, которая уже как-то приходила в гости. Странно, зачем они пришли. Люди о чем-то поговорили, очень много ласкали Дейзи. Той было приятно, но и непривычно – она в присутствии Хозяина всегда стеснялась, когда к ней прикасались чужие. Без него этого она бы не позволила никому. Это при нем она вежливо терпела чужие руки. Но руки этих женщин были как-то особенно ласковы. И как будто утешали ее. Дейзи растерялась: ведь все хорошо, зачем ее утешать?
         Незаметно промелькнула неделя. В пятницу вечером она снова вывела на прогулку свою семью. Хозяин о своей женщиной мирно беседуя шли позади. Дейзи, впряженная в санки, весело бежала впереди. Внуки Хозяина хохотали и просили ее бежать быстрее. Но Дейзи не могла прибавить ходу, - тогда бы детвора могла упасть, а этого допустить она не могла никак. Вот и любимая полянка в городском парке. Здесь Дейзи любила играть с детьми в снежки. Вчера они слепили снеговика, и тот ждал их сегодня, улыбаясь нарисованным ртом. Все было как всегда. Ничего не предвещало плохого. Ну почему опять так ноет в груди. Дейзи оглянулась. Вокруг никого не было. Опасность не грозила. Но почему ей так неспокойно? Почему хочется убежать домой и спрятаться, забиться в будку, чтобы никто не мог ее оттуда достать. Вот хозяин подозвал ее, ласково отряхивает снег, гладит, что-то шепчет, улыбаясь. Все хорошо. Дейзи отмахнулась от тревожного, мучительного чувства и бросилась в кучу малу из взрослых и маленьких так любимых ею людей.
          Домой возвращались счастливые, мокрые и довольные. Дейзи успокоилась. Все хорошо. Только на подходе к дому почему-то мелькнула мысль: «В последний раз». Дейзи замерла от ужасного страшного предчувствия. Что в последний раз? Почему в последний??? Но Хозяин улыбался. Смеялись дети. Все хорошо. Дейзи отправилась к себе. Ночью она беспокойно вздрагивала во сне и куда –то бежала. Она не помнила куда, не понимала зачем бежит. Но знала, что куда-то она должна успеть.
          Проснулась в то субботтнее  утро Дейзи еще до свету. Зимой и так поздно светает, а в тот день было совсем черно, когда она открыла глаза. В груди неуютно стыла боль. Нет, ничего не болело. Но было больно. Дейзи не могла понять, почему ей так больно. «В последний раз», - снова мелькнуло в измученном беспокойным сном мозгу. Дейзи окатило волной непонятного чувства. Что происходит? Ведь она дома, все хорошо. Впервые за всю свою жизнь она не вышла на утренний обход своих владений. Почему-то вдруг поняла, что это больше не нужно Хозяину. Не нужно никому. И даже ей самой. Дейзи вышла из будки, потянулась, встряхнулась, прошла во двор и легла у самого входа в дом. На крыльце стояли санки, с них еще даже не отвязали ее «упряжь» - шлейку и поводок, все ее невеликое имущество. Она понюхала – все так привычно и уютно пахло домом, Хозяином, его внуками. Все хорошо. Но в груди ныла тоска, не отпускала.
             День разгорался очень медленно, стылое солнце все никак не хотело выглянуть из-за туч. Утро. Обычное, как все последние утра: ласка Хозяина, еда, возня с детьми. Только вот глаза у всех странные. И Хозяин почему-то все время смотрит в сторону. Солнышко все же осмелилось взглянуть на вымершую землю, и Дейзи как-то легче стало, отпустила холодная злая рука ее сердце. Оно вновь забилось спокойно. Все было хорошо. И то, что за воротами она услышала такой знакомый, любимый лай, почувствовала такой родной запах, лишь добавило ей уверенности, что ничего страшного не будет, что все ей только показалось. Ее не насторожило ничего: ни то, что Хозяин суетливо забегал по двору, скрылся в доме, ни то, что его жена равнодушно сказала «да просто так забирайте», ни то, что Он, ее любимый овчар как-то сочувственно прижался к ней, ни даже то, что ласковые руки пришедших женщин стали снимать ее ошейник и надели на нее новый, прикрепили к нему чужой поводок. Дейзи не понимала: почему так грустны глаза пришедших, почему прячет свои глаза Хозяин. Ведь все было хорошо: все, кого она любила, кто был ей нужен, все были рядом.
            Вот открылась калитка, пришедшие вышли на улицу. Ее вела чужая женщина. Хозяин семенил рядом. Дейзи шла спокойно потому, что ее избранник был рядом, он нашептывал что-то ей, но она не понимала что он ей говорит. Она была счастлива – она впервые на прогулке с Ним. И Хозяин здесь и солнышко яркое. Все хорошо. Когда Дейзи оглянулась, чтобы поделиться своим счастьем с тем, кого любила больше жизни, со своим Хозяином, когда-то спасшим ее от смерти, то его не было. Не было нигде. Он не отстал. Его просто не было. Он даже не сказал ей ничего. Он не разрешил ей идти с этими хорошими, но чужими людьми. Как же так? Он не мог. Значит что-то случилось. Вот почему ей так плохо было ночью, вот что ее тревожило все эти дни. Надо бежать его спасать. Дейзи заметалась. Ей было страшно и очень больно: Хозяина надо спасать, а она ничего не может сделать.
      Но все шли вперед. Ее избранник уговаривал ее бежать за ними, заигрывал, ласково покусывал ушко, и приглашал идти за ним, как будто знал, что вернуться Дейзи больше некуда: там, где она прожила три года, где она всех любила, там ее больше не ждали, там ее не хотели больше видеть. Дейзи казалось, что сердце разорвется, что она шагу больше не сможет ступить. Но так спокойно и ласково, участливо звучали голоса, так нежен был Он, что Дейзи показалось, что надо просто сходить в гости, и что она обязательно вернется. А то, что нет рядом Хозяина, так наверное надо было ему отойти. И ей надо теперь просто дождаться, когда он придет за ней. И все будет как раньше.
Незаметно дошли до незнакомой улицы, за забором чужого дома залаяли собаки. Один голос она уже знала – эта собака приходила летом к ней вместе с избранником к ней в гости. Она была хорошая. Дейзи тогда успела перекинуться с ней парой фраз. Она была симпатична Дейзи. Собаки за забором приветствовали людей и Его. Он был другом всех живущих в этом доме. Дейзи растерянно оглянулась на Него, он подтолкнул ее носом к калитке. Она нерешительно шагнула, во дворе не было ничего страшного: веселился щенок, знакомая барышня приветливо виляла хвостом. Старая седая овчарка подошла, обнюхала, взглянула на свою хозяйку и отступила в сторону, приглашая войти. Дейзи прошла во двор. Все не было страшно. И даже притупилась отчаянная боль, все вокруг нее суетились, приглашали играть. Потом она провожала его с хозяйкой , Он ей рассказывал о тех, с кем ей предстояло остаться. Ему она верила беспрекословно. Он ведь не мог ей соврать. Значит все так, как Он говорит. Когда все прощались, то Он подошел, поцеловал ее, шепнул на ухо, что все будет хорошо, положил на спину лапу и погладил. Это ее почти успокоило. Он был сильный и мудрый, он знал, что говорил. А она… Она будет ждать Хозяина.
          Как во сне шли дни. Холодные ночи сменялись такими же холодными днями. Дейзи ждала. Когда никого не было, она искала выход. Надо было попытаться вернуться домой. Чтобы увидеть, что с Хозяином все в порядке, что е там по-прежнему любят и ждут. Дейзи уже научилась за эту неделю ждать. Здесь ее никто не обижал. Женщина всегда много с ней говорила, даже смогла уговорить зайти в новое ее жилище. Осознание этого резануло сердце Дейзи новой болью. Постепенно боль потери Хозяина притуплялась. Не становилась меньше, но Дейзи уже могла дышать. И думать. Ей надо было понять: что она сделала не так, в чем ошиблась, в чем она была плоха, что Хозяин смог вот так ее оставить одну. Пусть с хорошими, но пока еще чужими людьми. Ей было бы легче, если бы он ей объяснил хоть что-нибудь. Она бы поняла все. Он же даже не потрепал ее по холке на прощание, не сказал ни слова. Просто выставил за калитку. И все. Он даже не отдал ей ее скромный скарб – поношенный ошейник да поводок. Дейзи все это время старалась понять причину почему? Почему все вот так?

Рейтинг: +1 637 просмотров
Комментарии (2)
Денис Маркелов # 22 июля 2014 в 20:46 0
Очень талантливо. Словно бы с живой собакой поговорил. Браво. Рассказ красивый и честный
Вера Климова # 23 июля 2014 в 09:25 0
Денис, спасибо, что прочли и услышали Дейзи) Она очень хорошая песа. Сейчас живет у нормальных хозяев.
Спасибо за такую оценку моей попытки рассказать все, что мне поведала Дейзи)
Собаки - они народ очень тонкий и толковый) настоящий)