ГлавнаяПрозаМалые формыНовеллы → С генералом шутки плохи

С генералом шутки плохи

7 января 2014 - Александр Шипицын
article179656.jpg

Комдив у нас был – крутой мужик. Летал лучше всех, но долго в воздухе находиться не любил. Больше всего он дозаправку в воздухе уважал. Сложнейший вид боевой и летной подготовки. Особенно на Ту-16, когда с крыла на крыло. Ее в районе аэродрома отрабатывали. Сколько летчиков обучил, не перечесть! А сам был специалист в этом деле – непревзойденный. И днем, и ночью, и с левого кресла, и с правого, и с одной ракетой, и с двумя, и даже с тремя, как он говаривал: «с тремями». И на Ту-16К10, и на Ту-16К16, и на Ту-16К11-16, и на Ту-16К11-16-26, и на Ту-16 СПС. Если бы был такой Ту-16, который вверх колесами летать мог, он бы и на нем заправку освоил.

            И как генерал был суро-вый. Никому спуску не давал. Сам покоя не знал и другим не давал залеживаться. Вот спит он у себя в генеральской квартире.

Холодно, топят в гарнизоне плохо. Но сам выносливый был. И семья у него морозоустойчивая была. Терпят. Пока какая-нибудь бабенка не выдержит и позвонит ему: «Караул! Замерзаем!». Тут он встает, звонит оперативному дежурному: «Базе тревога! Построение через полчаса у штаба базы». И это, заметьте, в два часа ночи. Приезжает к ним. И всей базой едут в котельную разбираться, почему плохо топят? Включая начфина, начвеща и начпрода, которые, если разобраться, ни сном, ни духом, то есть ни уха, ни рыла в этом деле не смыслят. А командир автороты и вовсе как бы, ни при чем. Они едут и командира базы потихоньку хулят. Громко боятся. А ну, услышит – должности лишиться можно. А должность штука хорошая. Вон, начвещь, из Белоруссии. Так у него своя деревня, откуда он родом, в летном обмундировании щеголяла, а та, из которой жена была, – в техническом. Чтоб не задавались.

            Или, например, труба канализационная забилась, и пятиэтажка, извиняюсь, говном поплыла. Так что думаете, он свой гене-ральский нос на сторону воротил? Нисколько не бывало. Соберет руковод-ство базы и к люку, где два бича ковыряются, проволокой тащат, что люди наши в унитаз кидают. Один раз, не поверите, детское пальто вытащили. Вполне при-личное пальтецо. Прос-тирнуть, посушить погла-дить и вот, хоть носи. Так наш генерал самолично (!) в люк лазил в летном обмундировании. Когда оттуда вылез, предложил всем офицерам базы лично полюбоваться. И они поочередно лазили туда, как были, в шинелях. С замначфином казус произошел. Он сквозь люк пролезть не мог, толстый такой. Его еле вытащили. Но он все равно ничего не понял, так как в говне не разбирался и в трубах не соображал. Только выпачкался весь.           

Генерал возле «Волги» своей все с себя, вплоть до перчаток, снял, на землю бросил и домой уехал. А начвещь как был весь в какашках, так на склад к себе и побежал: генералу новое обмундирование предоставить. Да и остальные не лучше были. Правда, командир автороты возмущался, ему-то зачем на говно смотреть? У него, мол, в роте все в порядке. Да не в добрый час ляпнул. Мысль изреченная материальна. Уже на другой день на генеральской «Волге» кардан полетел. А в базе торжественное собрание. Так этого капитана, командира автороты, чуть ли не из-за стола вытащили и, как был он в парадной форме, попросили посмотреть и сказать, что это с машиной случилось? А кардан, сами знаете, под днищем находится. И пришлось капитану, как был в парадном, под машину лезть. Так он впредь каждый день лично все штабные машины на эстакаде осматривал, и никто из дивизионного начальства на исправность автотехники больше не жаловался. Ну а уж в полках…. В полках бывало. Где на всех запчастей набраться?  

            Если кто думает, что это он так только с руководителями обращался, а рядовым – «отец солдатам», тот жестоко ошибался. И нашему брату, мелочи пузатой, доставалось на орехи. Я лейтенантом был. Назначили в наряд на КДП наблюдателем. Попка с биноклем. Стоит на вышке, смотрит и слушает. Как руководитель полетов очередному самолету посадку разрешает, так наблюдатель тут же свое весомое слово вставляет: «Шасси, закрылки выпущены». А если честно, то за официанткой с завтраком или обедом ездил. Более унизительного для офицера наряда и придумать нельзя. Поехал я в очередной раз за официанткой. А она толстая, как беременная каракатица, оказалась. Посадил я ее рядом с водителем, а сам на кузове, бачки и тарелки придерживаю. Водила по самой пыльной дороге поехал. Подъезжаем к КДП. Я спрыгиваю весь в пыли, а пыль неважное украшение для черной шинели. Тут и славный генерал выходит и, не разбираясь, говорит:

            – Отправляйтесь к Петрикову (комендант наш, сволочь редкая), пусть он вам шинель почистит.

            То есть отправляет меня генерал на трое суток на гауптвахту. Меньше трех суток тот держиморда-комендант не давал. А больше прав не имел. Петриков, на мое счастье, в отъезде был. Я в общаге шинель почистил, подгладил и на стартовой машине на КДП поехал, докладывать об исполнении. Но и генерал куда-то уехал. Так я без взыскания и обошелся. А другие влетали по полной программе. Иногда и от генерала подарочек привозили. На неделю у них наблюдательство затягивалась. На гауптвахте за крысами наблюдали. А потом годами от подарка этого избавиться не могли. Ниже комдива никто снять взыскание не мог. Разве что подвиг, как Александр Матросов, совершил бы, тогда командующий, может быть, и снял бы. А с неснятым взысканием ни в должности подрасти, ни в загранку слетать.

            Так что шутить у нас с генералом никто не пробовал. Говорят, чувство юмора у него какое-то феодальное было. А посмеяться нам и без него было с кем. 

 

© Copyright: Александр Шипицын, 2014

Регистрационный номер №0179656

от 7 января 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0179656 выдан для произведения:

Комдив у нас был – крутой мужик. Летал лучше всех, но долго в воздухе находиться не любил. Больше всего он дозаправку в воздухе уважал. Сложнейший вид боевой и летной подготовки. Особенно на Ту-16, когда с крыла на крыло. Ее в районе аэродрома отрабатывали. Сколько летчиков обучил, не перечесть! А сам был специалист в этом деле – непревзойденный. И днем, и ночью, и с левого кресла, и с правого, и с одной ракетой, и с двумя, и даже с тремя, как он говаривал: «с тремями». И на Ту-16К10, и на Ту-16К16, и на Ту-16К11-16, и на Ту-16К11-16-26, и на Ту-16 СПС. Если бы был такой Ту-16, который вверх колесами летать мог, он бы и на нем заправку освоил.

            И как генерал был суро-вый. Никому спуску не давал. Сам покоя не знал и другим не давал залеживаться. Вот спит он у себя в генеральской квартире.

Холодно, топят в гарнизоне плохо. Но сам выносливый был. И семья у него морозоустойчивая была. Терпят. Пока какая-нибудь бабенка не выдержит и позвонит ему: «Караул! Замерзаем!». Тут он встает, звонит оперативному дежурному: «Базе тревога! Построение через полчаса у штаба базы». И это, заметьте, в два часа ночи. Приезжает к ним. И всей базой едут в котельную разбираться, почему плохо топят? Включая начфина, начвеща и начпрода, которые, если разобраться, ни сном, ни духом, то есть ни уха, ни рыла в этом деле не смыслят. А командир автороты и вовсе как бы, ни при чем. Они едут и командира базы потихоньку хулят. Громко боятся. А ну, услышит – должности лишиться можно. А должность штука хорошая. Вон, начвещь, из Белоруссии. Так у него своя деревня, откуда он родом, в летном обмундировании щеголяла, а та, из которой жена была, – в техническом. Чтоб не задавались.

            Или, например, труба канализационная забилась, и пятиэтажка, извиняюсь, говном поплыла. Так что думаете, он свой гене-ральский нос на сторону воротил? Нисколько не бывало. Соберет руковод-ство базы и к люку, где два бича ковыряются, проволокой тащат, что люди наши в унитаз кидают. Один раз, не поверите, детское пальто вытащили. Вполне при-личное пальтецо. Прос-тирнуть, посушить погла-дить и вот, хоть носи. Так наш генерал самолично (!) в люк лазил в летном обмундировании. Когда оттуда вылез, предложил всем офицерам базы лично полюбоваться. И они поочередно лазили туда, как были, в шинелях. С замначфином казус произошел. Он сквозь люк пролезть не мог, толстый такой. Его еле вытащили. Но он все равно ничего не понял, так как в говне не разбирался и в трубах не соображал. Только выпачкался весь.           

Генерал возле «Волги» своей все с себя, вплоть до перчаток, снял, на землю бросил и домой уехал. А начвещь как был весь в какашках, так на склад к себе и побежал: генералу новое обмундирование предоставить. Да и остальные не лучше были. Правда, командир автороты возмущался, ему-то зачем на говно смотреть? У него, мол, в роте все в порядке. Да не в добрый час ляпнул. Мысль изреченная материальна. Уже на другой день на генеральской «Волге» кардан полетел. А в базе торжественное собрание. Так этого капитана, командира автороты, чуть ли не из-за стола вытащили и, как был он в парадной форме, попросили посмотреть и сказать, что это с машиной случилось? А кардан, сами знаете, под днищем находится. И пришлось капитану, как был в парадном, под машину лезть. Так он впредь каждый день лично все штабные машины на эстакаде осматривал, и никто из дивизионного начальства на исправность автотехники больше не жаловался. Ну а уж в полках…. В полках бывало. Где на всех запчастей набраться?  

            Если кто думает, что это он так только с руководителями обращался, а рядовым – «отец солдатам», тот жестоко ошибался. И нашему брату, мелочи пузатой, доставалось на орехи. Я лейтенантом был. Назначили в наряд на КДП наблюдателем. Попка с биноклем. Стоит на вышке, смотрит и слушает. Как руководитель полетов очередному самолету посадку разрешает, так наблюдатель тут же свое весомое слово вставляет: «Шасси, закрылки выпущены». А если честно, то за официанткой с завтраком или обедом ездил. Более унизительного для офицера наряда и придумать нельзя. Поехал я в очередной раз за официанткой. А она толстая, как беременная каракатица, оказалась. Посадил я ее рядом с водителем, а сам на кузове, бачки и тарелки придерживаю. Водила по самой пыльной дороге поехал. Подъезжаем к КДП. Я спрыгиваю весь в пыли, а пыль неважное украшение для черной шинели. Тут и славный генерал выходит и, не разбираясь, говорит:

            – Отправляйтесь к Петрикову (комендант наш, сволочь редкая), пусть он вам шинель почистит.

            То есть отправляет меня генерал на трое суток на гауптвахту. Меньше трех суток тот держиморда-комендант не давал. А больше прав не имел. Петриков, на мое счастье, в отъезде был. Я в общаге шинель почистил, подгладил и на стартовой машине на КДП поехал, докладывать об исполнении. Но и генерал куда-то уехал. Так я без взыскания и обошелся. А другие влетали по полной программе. Иногда и от генерала подарочек привозили. На неделю у них наблюдательство затягивалась. На гауптвахте за крысами наблюдали. А потом годами от подарка этого избавиться не могли. Ниже комдива никто снять взыскание не мог. Разве что подвиг, как Александр Матросов, совершил бы, тогда командующий, может быть, и снял бы. А с неснятым взысканием ни в должности подрасти, ни в загранку слетать.

            Так что шутить у нас с генералом никто не пробовал. Говорят, чувство юмора у него какое-то феодальное было. А посмеяться нам и без него было с кем. 

 

Рейтинг: +2 260 просмотров
Комментарии (4)
Юрий Ишутин ( Нитуши) # 8 января 2014 в 04:41 0
Нам бы всех начальников таких...Начиная с САМОГО верха...Тогда и в стране,глядишь,порядок был бы... c0137
Александр Шипицын # 8 января 2014 в 07:16 +1
Спасибо! А в России, по-моему, как раз такой и есть.
Эльвира Ищенко # 8 января 2014 в 17:14 +1
В РАССКАЗЕ ГЕНЕРАЛ ОЧЕНЬ БЛИЗОК К ЧЕЛОВЕКУ,ЖИВУЩЕМУ ПО ПОГОВОРКЕ,,Я--НАЧАЛЬНИК,ТЫ ДУРАК,
ТЫ НАЧАЛЬНИК--Я ДУРАК... РАССКАЗ ПОНРАВИЛСЯ!!! voensam
Александр Шипицын # 8 января 2014 в 17:28 +2
Правда? Вам так показалось? Значит я не справился со своей задачей. Я хотел показать человека, одного из тех на ком Советская армия держалась.Вот попробуйте заставить работать человека, результат работы которого не сказывается на выполнении плана. А наш генерал это умел.

 

Популярная проза за месяц
158
В плену у моря... 28 августа 2017 (Анна Гирик)
137
129
109
107
Синее море 25 августа 2017 (Тая Кузмина)
104
Ловец жемчуга 28 августа 2017 (Тая Кузмина)
104
99
99
98
92
89
88
86
86
85
81
78
78
76
75
73
ПРИНЦ 29 августа 2017 (Елена Бурханова)
72
72
Только Ты! 17 сентября 2017 (Анна Гирик)
72
71
71
Песочный замок 6 сентября 2017 (Аида Бекеш)
65
64
63