ГлавнаяПрозаКрупные формыРоманы → Жизнь прожить… Глава 8

Жизнь прожить… Глава 8

19 сентября 2019 - Валентина Карпова

- Эй, Антон! – услыхала она неожиданно свой собственный голос как бы со стороны -  А с чего это ты вдруг принялась труса праздновать? Да неужто на него управы не найдётся? Найдётся – не смей даже сомневаться в этом! Не на таких находится, а уж на него… В конце концов, Никита рядом и всегда готов помочь! И потом, с чего ты решила, что он непременно повторит свою попытку? Да, может быть, оказавшись снова на свободе, Лёшик и не захочет рискнуть утратить её вновь! Кому понравится смотреть на небо в клеточку? Но диван нужно сменить, причём, как можно скорее – я же не смогу на него теперь не только прилечь, а и просто присесть даже на несколько коротких мгновений… И, вообще, а не затеять ли мне ремонт в доме? Ещё Риточка Петровна мечтала об этом, да всё как-то так и не собрались… А уж теперь и сам Бог велел, чтобы даже духа этой мрази не осталось в наших с нею стенах! Вот, завтра же и займусь…

Вот именно такой, немного воспрянувшей духом, и застал её Иван:

- Русалочка! – услышала она – Ты это с кем беседуешь? – произнёс он первое, что пришло на ум и, опускаясь в траву рядом, добавил -  Знаешь, я почему-то не сомневался, что ты уже здесь… Как там всё прошло?

Она лежала, широко раскинув руки и устремив взгляд в безмятежно-спокойное небо, провожая медленно проплывающие облака, всего лишь на короткое мгновение повернув голову в его сторону:

- Вань, а который теперь час?

Тот достал мобильник:

- Без пятнадцати три…

- Сколько?! – не поверила Тоня – Быть того не может!

- Взгляни сама… - протянул он телефон.

- Да, нет… я не об этом…

- А о чём?

- Я не то, чтобы не поверила, просто удивилась тому, как долго уже нахожусь здесь… А почему ты пришёл раньше? Мне помнится, что я тебе говорила о пяти часах.

- Так как-то… Вдруг показалось, что ты уже можешь быть здесь… Поговорим?

- О чём, Леший? О чём? – и вдруг неожиданно даже для самой себя вновь заплакала.

- А разве не о чем, рёвушка-коровушка? Разве ты не хочешь рассказать мне хотя бы о причине вот этих слёз? – шептал он тихонько, осторожно собирая сухими губами крупные солоноватые горошины, что беспрерывным потоком катились из переполненных болью глаз – Что произошло после того, как мы вчера расстались?

- Зачем тебе это знать? – не делая вовсе попытки увернуться, также шёпотом спросила она – Зачем тебе мои проблемы? Встречаешься с Ольгой, вот и встречайся, а я… А я как-нибудь сама разберусь, не маленькая…

- О, а вот тут ты совершенно права! – чуть отстранившись, улыбнулся Иван – Не маленькая… Это верно! Совсем даже наоборот – большая… Глупышка большая! Плюс ко всему ещё и ревнивица, как оказывается… Но, знаешь, мне это даже нравится, чёрт возьми!

- Что? Что тебе так понравилось в моих словах? – освободилась Тоня из плена его рук и попыталась встать, чему он немедленно помешал, но как-то так неуклюже, что в результате она плюхнулась плашмя прямо на него, оказавшись лицом к лицу, глазами к глазам… Боже, что это был за момент, сам собой превратившийся в страстный поцелуй… Тот же самый, что так восхитил её вчера, привкус и аромат – запах спелой сладкой земляники и тягучая патока настоя зверобоя, полыни, ветра… покоя и твёрдой уверенности в том, что завтрашний день перечеркнёт собой весь негатив вчерашнего и сегодняшней встряски…

А потом она без стеснения и сглаживания «острых углов» в собственной биографии рассказала ему всё, не умолчав и о том, что ещё час назад желала сбежать из Омутов куда подальше, опасаясь новых встреч с мучителем, да и со своею матушкою тоже…

Иван слушал, время от времени вставляя в сумбур её рассказа какие-то отдельные слова с целью уточнения, прояснения для себя чего-то, в чём не вдруг разобрался, не выпуская её при этом из кольца своих рук.

- Ну, вот… - вздохнув, быть может, в тысячный раз, завершила Антонина исповедь – Теперь ты знаешь про меня всё… Как видишь, не такая я уж и белая да пушистая, а скорее наоборот серая да ершистая, прошедшая через, как говорят, дым и рым отчаюга, удравшая из дома из-под тёплого крылышка любящей матушки, безмерно страдавшей все эти годы от неизвестности места нахождения любимого чадушки, ко всему прочему ещё и родившая в шестнадцать лет… Короче говоря, та ещё картинка… Что молчишь-то, Леший? Испугался неприкрытой правды, что ли?

А он и вправду молчал потому, что действительно испугался, но совершенно не того, в чём попыталась упрекнуть его Тоня. Нет, его поразила странная перекличка их судеб… Когда-нибудь и он расскажет ей о том, как сбежал из дома в четырнадцать лет от похотливых намёков и поползновений очередного отчима, как бродяжил несколько лет, изо всех сил стараясь не угодить за решётку, хотя приходилось воровать продукты в супермаркетах, где была свободная выкладка. Как прибился к Евсеичу, старому лесничему на брянщине и прожил в его сторожке до самого ухода в армию и потом, как схоронил его и остался вместо… Да и ещё много о чём… Но всё это потом, а сейчас главным было оградить эту птаху от той грязи, что возжелала снова прилипнуть к её подолу.

- Вот, что я тебе скажу… - сумел он наконец-то произнести, смахнув непрошенные слёзы – Отныне я буду рядом с тобой всюду и везде, хочешь ты того или нет!

- В качестве кого? – выстрелом в упор спросила Тоня.

- А это тебе решать… Как скажешь, так и будет! Хочешь друга? Я стану тебе другом, хочешь личного телохранителя? Я буду им…

Тоня резко вскочила на ноги и подошла к самой кромке воды:

- Странно… - услыхал он через пару минут.

- Что именно?

- То, что ты перечислив столько, не назвал главного, без чего всё остальное просто бессмысленно, поскольку я не отдел кадров, а ты словно наниматься на работу пришёл… Боюсь, что я не смогу предложить тебе достойной зарплаты, Ванечка… Впрочем, почему ты не назвал в своём перечислении ещё одной должности?

- Какой же? Пугала огородного или же пса цепного у твоей калитки? – спросил он подходя и вновь заключая её в объятия.

- Тоже вариант, но нет, я подумала совершенно о другом…

- Боюсь даже предположить… - усмехнулся Иван, расплетая её косу, осторожно, будто лаская каждую прядь длинных, переплетённых лучами солнца (что только влюблённому взгляду не примерещится?!) волос…

- Что ты делаешь? – попыталась было она его остановить.

- Не мешай! Лучше сосредоточься на том, в качестве кого бы ты хотела видеть меня рядом с собой!

- А, знаешь, - резко крутанулась она в его руках – мужем!

- Что?! Кем?! – чуть отшатнулся тот – Я правильно услыхал?

- Ну… если судить по тому, как тебя шандарахнуло, то – да! Впрочем, я ни на чём не настаиваю… Ты спросил, я ответила… Делов-то…

- Господи, да мог ли я… Завтра же, слышишь меня? Завтра же идём подавать заявление!  - и, подхватив её на руки,  решительно устремился наверх, оставляя зеркало озера за спиной.

- Куда ты меня тащишь? – пыталась она барахтаться, но силы были явно не равны – Растрепал косы, а теперь ещё и поволок куда-то… Леший, поставь меня немедленно на землю! Ты, что, оглох, что ли?

- А сама-то как думаешь? – закружил тот на месте в каком-то диком танце, словно не ощущая тяжести вовсе, словно к нему в руки опустилась бесплотно-невесомая, сотканная из волокон света фея, а не реальная земная женщина.

- Я думаю, что ты рехнулся совсем… Вот только не могу понять – с чего бы это? А, впрочем, неси куда хочешь! Прошу только об одном: не оставляй меня одну, ладно?

- И не мечтай даже! Отныне, куда я – туда и ты, поняла?

- Кто бы спорил – я не буду!




 

© Copyright: Валентина Карпова, 2019

Регистрационный номер №0457622

от 19 сентября 2019

[Скрыть] Регистрационный номер 0457622 выдан для произведения:
- Эй, Антон! – услыхала она неожиданно свой собственный голос как бы со стороны -  А с чего это ты вдруг принялась труса праздновать? Да неужто на него управы не найдётся? Найдётся – не смей даже сомневаться в этом! Не на таких находится, а уж на него… В конце концов, Никита рядом и всегда готов помочь! И потом, с чего ты решила, что он непременно повторит свою попытку? Да, может быть, оказавшись снова на свободе, Лёшик и не захочет рискнуть утратить её вновь! Кому понравится смотреть на небо в клеточку? Но диван нужно сменить, причём, как можно скорее – я же не смогу на него теперь не только прилечь, а и просто присесть даже на несколько коротких мгновений… И, вообще, а не затеять ли мне ремонт в доме? Ещё Риточка Петровна мечтала об этом, да всё как-то так и не собрались… А уж теперь и сам Бог велел, чтобы даже духа этой мрази не осталось в наших с нею стенах! Вот, завтра же и займусь…

Вот именно такой, немного воспрянувшей духом, и застал её Иван:

- Русалочка! – услышала она – Ты это с кем беседуешь? – произнёс он первое, что пришло на ум и, опускаясь в траву рядом, добавил -  Знаешь, я почему-то не сомневался, что ты уже здесь… Как там всё прошло?

Она лежала, широко раскинув руки и устремив взгляд в безмятежно-спокойное небо, провожая медленно проплывающие облака, всего лишь на короткое мгновение повернув голову в его сторону:

- Вань, а который теперь час?

Тот достал мобильник:

- Без пятнадцати три…

- Сколько?! – не поверила Тоня – Быть того не может!

- Взгляни сама… - протянул он телефон.

- Да, нет… я не об этом…

- А о чём?

- Я не то, чтобы не поверила, просто удивилась тому, как долго уже нахожусь здесь… А почему ты пришёл раньше? Мне помнится, что я тебе говорила о пяти часах.

- Так как-то… Вдруг показалось, что ты уже можешь быть здесь… Поговорим?

- О чём, Леший? О чём? – и вдруг неожиданно даже для самой себя вновь заплакала.

- А разве не о чем, рёвушка-коровушка? Разве ты не хочешь рассказать мне хотя бы о причине вот этих слёз? – шептал он тихонько, осторожно собирая сухими губами крупные солоноватые горошины, что беспрерывным потоком катились из переполненных болью глаз – Что произошло после того, как мы вчера расстались?

- Зачем тебе это знать? – не делая вовсе попытки увернуться, также шёпотом спросила она – Зачем тебе мои проблемы? Встречаешься с Ольгой, вот и встречайся, а я… А я как-нибудь сама разберусь, не маленькая…

- О, а вот тут ты совершенно права! – чуть отстранившись, улыбнулся Иван – Не маленькая… Это верно! Совсем даже наоборот – большая… Глупышка большая! Плюс ко всему ещё и ревнивица, как оказывается… Но, знаешь, мне это даже нравится, чёрт возьми!

- Что? Что тебе так понравилось в моих словах? – освободилась Тоня из плена его рук и попыталась встать, чему он немедленно помешал, но как-то так неуклюже, что в результате она плюхнулась плашмя прямо на него, оказавшись лицом к лицу, глазами к глазам… Боже, что это был за момент, сам собой превратившийся в страстный поцелуй… Тот же самый, что так восхитил её вчера, привкус и аромат – запах спелой сладкой земляники и тягучая патока настоя зверобоя, полыни, ветра… покоя и твёрдой уверенности в том, что завтрашний день перечеркнёт собой весь негатив вчерашнего и сегодняшней встряски…

А потом она без стеснения и сглаживания «острых углов» в собственной биографии рассказала ему всё, не умолчав и о том, что ещё час назад желала сбежать из Омутов куда подальше, опасаясь новых встреч с мучителем, да и со своею матушкою тоже…

Иван слушал, время от времени вставляя в сумбур её рассказа какие-то отдельные слова с целью уточнения, прояснения для себя чего-то, в чём не вдруг разобрался, не выпуская её при этом из кольца своих рук.

- Ну, вот… - вздохнув, быть может, в тысячный раз, завершила Антонина исповедь – Теперь ты знаешь про меня всё… Как видишь, не такая я уж и белая да пушистая, а скорее наоборот серая да ершистая, прошедшая через, как говорят, дым и рым отчаюга, удравшая из дома из-под тёплого крылышка любящей матушки, безмерно страдавшей все эти годы от неизвестности места нахождения любимого чадушки, ко всему прочему ещё и родившая в шестнадцать лет… Короче говоря, та ещё картинка… Что молчишь-то, Леший? Испугался неприкрытой правды, что ли?

А он и вправду молчал потому, что действительно испугался, но совершенно не того, в чём попыталась упрекнуть его Тоня. Нет, его поразила странная перекличка их судеб… Когда-нибудь и он расскажет ей о том, как сбежал из дома в четырнадцать лет от похотливых намёков и поползновений очередного отчима, как бродяжил несколько лет, изо всех сил стараясь не угодить за решётку, хотя приходилось воровать продукты в супермаркетах, где была свободная выкладка. Как прибился к Евсеичу, старому лесничему на брянщине и прожил в его сторожке до самого ухода в армию и потом, как схоронил его и остался вместо… Да и ещё много о чём… Но всё это потом, а сейчас главным было оградить эту птаху от той грязи, что возжелала снова прилипнуть к её подолу.

- Вот, что я тебе скажу… - сумел он наконец-то произнести, смахнув непрошенные слёзы – Отныне я буду рядом с тобой всюду и везде, хочешь ты того или нет!

- В качестве кого? – выстрелом в упор спросила Тоня.

- А это тебе решать… Как скажешь, так и будет! Хочешь друга? Я стану тебе другом, хочешь личного телохранителя? Я буду им…

Тоня резко вскочила на ноги и подошла к самой кромке воды:

- Странно… - услыхал он через пару минут.

- Что именно?

- То, что ты перечислив столько, не назвал главного, без чего всё остальное просто бессмысленно, поскольку я не отдел кадров, а ты словно наниматься на работу пришёл… Боюсь, что я не смогу предложить тебе достойной зарплаты, Ванечка… Впрочем, почему ты не назвал в своём перечислении ещё одной должности?

- Какой же? Пугала огородного или же пса цепного у твоей калитки? – спросил он подходя и вновь заключая её в объятия.

- Тоже вариант, но нет, я подумала совершенно о другом…

- Боюсь даже предположить… - усмехнулся Иван, расплетая её косу, осторожно, будто лаская каждую прядь длинных, переплетённых лучами солнца (что только влюблённому взгляду не примерещится?!) волос…

- Что ты делаешь? – попыталась было она его остановить.

- Не мешай! Лучше сосредоточься на том, в качестве кого бы ты хотела видеть меня рядом с собой!

- А, знаешь, - резко крутанулась она в его руках – мужем!

- Что?! Кем?! – чуть отшатнулся тот – Я правильно услыхал?

- Ну… если судить по тому, как тебя шандарахнуло, то – да! Впрочем, я ни на чём не настаиваю… Ты спросил, я ответила… Делов-то…

- Господи, да мог ли я… Завтра же, слышишь меня? Завтра же идём подавать заявление!  - и, подхватив её на руки,  решительно устремился наверх, оставляя зеркало озера за спиной.

- Куда ты меня тащишь? – пыталась она барахтаться, но силы были явно не равны – Растрепал косы, а теперь ещё и поволок куда-то… Леший, поставь меня немедленно на землю! Ты, что, оглох, что ли?

- А сама-то как думаешь? – закружил тот на месте в каком-то диком танце, словно не ощущая тяжести вовсе, словно к нему в руки опустилась бесплотно-невесомая, сотканная из волокон света фея, а не реальная земная женщина.

- Я думаю, что ты рехнулся совсем… Вот только не могу понять – с чего бы это? А, впрочем, неси куда хочешь! Прошу только об одном: не оставляй меня одну, ладно?

- И не мечтай даже! Отныне, куда я – туда и ты, поняла?

- Кто бы спорил – я не буду!




 
 
Рейтинг: +1 270 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
101
90
ОНА ОДНА... 24 сентября 2019 (Пронькина Татьяна)
89
80
78
76
72
71
Оладии 18 октября 2019 (Петр Казакевич)
69
Мне снился сон 25 сентября 2019 (Рената Юрьева)
69
65
Отчий дом... 30 сентября 2019 (Анна Гирик)
63
62
60
55
53
51
51
49
48
Восхождение... 10 октября 2019 (Анна Гирик)
44
44
44
МЫ САМИ 13 октября 2019 (Рената Юрьева)
43
42
Если... 30 сентября 2019 (Василий Акименко)
42
41
Простая история 7 октября 2019 (**Рыжик**)
36
35
34