Красный шарик

11 декабря 2012 - Мария Преслер
article101086.jpg

 

Звонкое небо и ветер. Он теребит волосы и подол плаща, играет с шарфом. Заигрывает. Весеннее солнце нежно улыбается и ласкает щёки, щекочет нос. Но ты не обращаешь внимания. Ты сидишь на скамейке в этом заполненном светом и запахами парке. Одна.

Нет, ты не одинока. Просто иногда хочется побыть одной. Иногда это нужно.

Мимо проходят люди.

Вот, бряцая цепями, пробежал долговязый парнишка весь в коже и пирсинге. Следом прошаркала старушка, выгуливающая свою болонку. Навстречу ей промчалась стайка ребятни. А вот две подружки, они улыбаются и весело болтают. Наверное, возвращаются из магазина. Хотя нет – сумок не видно. Значит, идут из кино или просто гуляют. Но почему ты смотришь на них? Почему провожаешь их взглядом? Почему?

Всё очень просто. Округлый животик топорщит свитер одной из них. Пятый месяц.

Ты натягиваешь улыбку и отворачиваешься. Чтобы не сглазить. Она не виновата. Она не заслужила твоей зависти.

Руки сжимаются в кулаки.

Да – это зависть. Тихая, тоскливая зависть. Зависть ко всем тем, кто может.

У тебя есть всё. Есть ласковый, нежный, заботливый муж, которого ты любишь и который любит тебя. Есть родители – самые лучшие на свете. Тебе повезло – у тебя есть даже друзья, настоящие друзья. Есть собственный дом, есть любимое дело, есть работа. У тебя многое есть. Многое. Почти всё.

Кроме одного.

Та девушка не виновата. Виновата ты, и только ты. Если бы тогда ты спохватилась раньше. Если бы вызвала "скорую" хотя бы на три часа раньше. Если бы…

Сутки спустя ты лежала в больничной палате и тихо плакала в подушку.

Врачи потом говорили, что ничего нельзя было исправить:

"Прогестерон на нуле. Ваш организм не был в состоянии вынашивать этого ребёнка, поэтому отторг."

Отторг…

Ты слушала, кивала и послушно сдавала все анализы. Шесть месяцев, семь, десять. Ничего не менялось. Врачи строили новые предположения и давали назначения.

И вот уже два года ты сидишь на таблетках. Ты их видеть уже не можешь. Тебя тошнит от них.

Два года.

Два года – это диагноз. Уже диагноз.

Ты устала спрашивать у врачей, у книг, у интернета: почему? Интернет выдаёт тонну хлама, книги молчат, а врачи назначают новые анализы. Ты устала ждать. Устала надеяться. Просто устала.

Временами тебе очень хочется зарыться с головой в подушку и разреветься, как тогда. И чтобы никого не видеть, никого не слышать. Но ты не позволяешь себе. Всякий раз, когда предательский комок подступает к горлу, ты сжимаешь руки в кулаки, натягиваешь улыбку, выпрямляешь спину и идёшь вперёд. Ведь ты знаешь: быть сильной – это правильно. Только почему-то от этой правильности хочется выть…

– Ну давай же! Отпусти его.

– Нет!

Ты вздрагиваешь. Оборачиваешься на голоса. Двое детей: девочка лет десяти и мальчик лет на пять помладше. У мальчика в руках большой воздушный красный шарик. Шарик дёргает ниточку, стремясь вырваться на свободу.

– Он тогда улетит, – объясняет мальчик.

– Конечно, улетит, – кивает девочка. – Так это же здорово! Ведь если он не полетит сейчас, то завтра он сдуется и больше не сможет летать. А если отпустишь, то увидишь чудо. Обещаю!

– Чудо? – недоверчиво спрашивает мальчик. Уж очень ему неохота отпускать шарик, но и чудо увидеть тоже хочется. – А какое оно?

– Увидишь, – подмигивает девочка. – Отпускай!

Маленькие пальчики разжимаются, и ниточка выскальзывает из них. Шарик медленно плывёт вверх. Вот он достиг макушек деревьев, а вот уже парит выше пятиэтажки. И всё выше и выше.

Ты, затаив дыхание, провожаешь его глазами.

Отпустить. Так просто: взять и отпустить. И тогда увидишь чудо. Красный шарик в голубом небе.

Будто повторяя за малышом, ты разжимаешь руки. Пальцы не слушаются. Не хотят выпрямляться. Слишком долго они были сжаты, слишком долго держали в себе напряжение. Но ты продолжаешь выпрямлять. Медленно. С усилием. Продолжаешь.

И глаза щиплет от соли.

 

* * *

Ты открываешь глаза. Солнце настойчиво стучится в окно. Весёлое, озорное летнее солнце. Ты улыбаешься ему и, ещё немного повалявшись, скидываешь лёгкое одеяло. Муж, уткнувшись носом в твою подушку, ещё сопит, поэтому ты встаёшь тихо-тихо, чтобы не разбудить, накидываешь на плечи шёлковый халат и прямо босиком выходишь на балкон.

Ну, здравствуй, утро!

Жмуришься на солнце, ловишь в ладони его тепло, губы сами растягиваются улыбкой, а плечи расправляются. Раньше тебе приходилось постоянно следить за своей осанкой, напоминать, а теперь спина выпрямляется сама. В чём же дело? В утре? В солнце? В чём?

Ты прислушиваешься. Прислушиваешься к шуму просыпающегося города: к щебетанию птиц, к шелесту листвы, к отдаленным гудкам машин, к крикам ребятни, что носится по двору. Ты начинаешь прислушиваться к себе, к своим ощущениям, к своему телу. И понимание приходит само, приходит мягко, осторожно, аккуратно. Понимание того, что дело не в утре, не в солнце, не в прохладном ветерке. Дело в тебе.

Что-то изменилось.

Почти не дыша, ты ловишь это новое ощущение и замираешь. Вот оно! Едва уловимое, хрупкое и такое знакомое. Такое долгожданное.

Ты осторожно кладёшь руки на подтянутый животик и закрываешь глаза. Улыбаешься. Потому что чувствуешь тепло под своими ладонями. Потому что под этими ладонями рождается чудо. Чудо, которое приходит тогда, когда отпускаешь красный шарик.

 

 

 

21 января 2010

Преслер М. aka Mari-ka

 

© Copyright: Мария Преслер, 2012

Регистрационный номер №0101086

от 11 декабря 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0101086 выдан для произведения:

Звонкое небо и ветер. Он теребит волосы и подол плаща, играет с шарфом. Заигрывает. Весеннее солнце нежно улыбается и ласкает щёки, щекочет нос. Но ты не обращаешь внимания. Ты сидишь на скамейке в этом заполненном светом и запахами парке. Одна.

Нет, ты не одинока. Просто иногда хочется побыть одной. Иногда это нужно.

Мимо проходят люди.

Вот, бряцая цепями, пробежал долговязый парнишка весь в коже и пирсинге. Следом прошаркала старушка, выгуливающая свою болонку. Навстречу ей промчалась стайка ребятни. А вот две подружки, они улыбаются и весело болтают. Наверное, возвращаются из магазина. Хотя нет – сумок не видно. Значит, идут из кино или просто гуляют. Но почему ты смотришь на них? Почему провожаешь их взглядом? Почему?

Всё очень просто. Округлый животик топорщит свитер одной из них. Пятый месяц.

Ты натягиваешь улыбку и отворачиваешься. Чтобы не сглазить. Она не виновата. Она не заслужила твоей зависти.

Руки сжимаются в кулаки.

Да – это зависть. Тихая, тоскливая зависть. Зависть ко всем тем, кто может.

У тебя есть всё. Есть ласковый, нежный, заботливый муж, которого ты любишь и который любит тебя. Есть родители – самые лучшие на свете. Тебе повезло – у тебя есть даже друзья, настоящие друзья. Есть собственный дом, есть любимое дело, есть работа. У тебя многое есть. Многое. Почти всё.

Кроме одного.

Та девушка не виновата. Виновата ты, и только ты. Если бы тогда ты спохватилась раньше. Если бы вызвала "скорую" хотя бы на три часа раньше. Если бы…

Сутки спустя ты лежала в больничной палате и тихо плакала в подушку.

Врачи потом говорили, что ничего нельзя было исправить:

"Прогестерон на нуле. Ваш организм не был в состоянии вынашивать этого ребёнка, поэтому отторг."

Отторг…

Ты слушала, кивала и послушно сдавала все анализы. Шесть месяцев, семь, десять. Ничего не менялось. Врачи строили новые предположения и давали назначения.

И вот уже два года ты сидишь на таблетках. Ты их видеть уже не можешь. Тебя тошнит от них.

Два года.

Два года – это диагноз. Уже диагноз.

Ты устала спрашивать у врачей, у книг, у интернета: почему? Интернет выдаёт тонну хлама, книги молчат, а врачи назначают новые анализы. Ты устала ждать. Устала надеяться. Просто устала.

Временами тебе очень хочется зарыться с головой в подушку и разреветься, как тогда. И чтобы никого не видеть, никого не слышать. Но ты не позволяешь себе. Всякий раз, когда предательский комок подступает к горлу, ты сжимаешь руки в кулаки, натягиваешь улыбку, выпрямляешь спину и идёшь вперёд. Ведь ты знаешь: быть сильной – это правильно. Только почему-то от этой правильности хочется выть…

– Ну давай же! Отпусти его.

– Нет!

Ты вздрагиваешь. Оборачиваешься на голоса. Двое детей: девочка лет десяти и мальчик лет на пять помладше. У мальчика в руках большой воздушный красный шарик. Шарик дёргает ниточку, стремясь вырваться на свободу.

– Он тогда улетит, – объясняет мальчик.

– Конечно, улетит, – кивает девочка. – Так это же здорово! Ведь если он не полетит сейчас, то завтра он сдуется и больше не сможет летать. А если отпустишь, то увидишь чудо. Обещаю!

– Чудо? – недоверчиво спрашивает мальчик. Уж очень ему неохота отпускать шарик, но и чудо увидеть тоже хочется. – А какое оно?

– Увидишь, – подмигивает девочка. – Отпускай!

Маленькие пальчики разжимаются, и ниточка выскальзывает из них. Шарик медленно плывёт вверх. Вот он достиг макушек деревьев, а вот уже парит выше пятиэтажки. И всё выше и выше.

Ты, затаив дыхание, провожаешь его глазами.

Отпустить. Так просто: взять и отпустить. И тогда увидишь чудо. Красный шарик в голубом небе.

Будто повторяя за малышом, ты разжимаешь руки. Пальцы не слушаются. Не хотят выпрямляться. Слишком долго они были сжаты, слишком долго держали в себе напряжение. Но ты продолжаешь выпрямлять. Медленно. С усилием. Продолжаешь.

И глаза щиплет от соли.

 

* * *

Ты открываешь глаза. Солнце настойчиво стучится в окно. Весёлое, озорное летнее солнце. Ты улыбаешься ему и, ещё немного повалявшись, скидываешь лёгкое одеяло. Муж, уткнувшись носом в твою подушку, ещё сопит, поэтому ты встаёшь тихо-тихо, чтобы не разбудить, накидываешь на плечи шёлковый халат и прямо босиком выходишь на балкон.

Ну, здравствуй, утро!

Жмуришься на солнце, ловишь в ладони его тепло, губы сами растягиваются улыбкой, а плечи расправляются. Раньше тебе приходилось постоянно следить за своей осанкой, напоминать, а теперь спина выпрямляется сама. В чём же дело? В утре? В солнце? В чём?

Ты прислушиваешься. Прислушиваешься к шуму просыпающегося города: к щебетанию птиц, к шелесту листвы, к отдаленным гудкам машин, к крикам ребятни, что носится по двору. Ты начинаешь прислушиваться к себе, к своим ощущениям, к своему телу. И понимание приходит само, приходит мягко, осторожно, аккуратно. Понимание того, что дело не в утре, не в солнце, не в прохладном ветерке. Дело в тебе.

Что-то изменилось.

Почти не дыша, ты ловишь это новое ощущение и замираешь. Вот оно! Едва уловимое, хрупкое и такое знакомое. Такое долгожданное.

Ты осторожно кладёшь руки на подтянутый животик и закрываешь глаза. Улыбаешься. Потому что чувствуешь тепло под своими ладонями. Потому что под этими ладонями рождается чудо. Чудо, которое приходит тогда, когда отпускаешь красный шарик.

 

 

 

21 января 2010

Преслер М. aka Mari-ka

 

Рейтинг: 0 301 просмотр
Комментарии (2)
Герман Шангин # 23 января 2013 в 11:40 0
Интересно, почему эта миниатюра находится в разделе "Драматургия"? На пьесу или сценарий это меньше всего смахивает
Мария Преслер # 28 мая 2013 в 13:18 0
Ууупс! Ошибочка вышла ) Звиняйте, я тут вечно пробегами - впопыхах могла и напутать чего-нибудь )