VIP-курень

31 августа 2014 - Влад Галущенко
article236279.jpg

 
1. Веселый вечер
  
   - Куда?- сонный голос жены перехватил меня у самого порога.
   - Солнышко, не хочу мешать тебе спать. У Степаныча футбол посмотрю. Сама понимаешь - наши в полуфинале играют!
   - Не стыдно?
   - Ты о чем? Степаныч завсегда мне рад.
   - О том самом! Каждый раз приходишь от него с запахом пива. Воблой от тебя несет за версту.
   - Ну, рыбка моя, футбол ведь. За каждый гол - как не выпить?
   - У Степаныча пенсия в два раза меньше твоей. Не стыдно на халяву-то пиво жрать?
   - Так я ж....
   - На! Хоть раз угости соседа, - Мария протянула мне пару банок пива и  огромного вяленого леща.
  
   А ведь она права. Какие мы все-таки, мужчины, недогадливые. Вроде все продумал, а такой простой момент упустил.
  
   Я, конечно, ни к какому Степанычу не пошел. Нервно глянул на часы  в сотовом телефоне.
   Этот субботний вечер был у меня расписан по минутам. Готовился я к нему целый месяц.
  
   В гараже положил одну банку пива и кусочек рыбьего хвоста на правое переднее сиденье.
   Чтобы, когда все закончится, не забыть выпить. Обязательно ведь обнюхает супружница.
  
   Сел за руль своего старенького "Москвичка" и коротко выдохнул: "С богом!".
  
   Перед глазами всплыли испуганные глаза Светы в черных кругах. Такие, какими я их увидел первый раз у магазина.
  
   Девочка стояла у входа в продуктовый киоск и жадно провожала взглядом каждый пакет с продуктами. Несмотря на сентябрь, на ней было только легкое платьице и грубые мужские ботинки.
  
   На вид - лет пятнадцать. Тогда почему она не в школе? Девять утра. Понедельник. Все дети учатся. Неужели наркоманка?
  
   Я подошел ближе. Нет, зрачки не сужены. Но вокруг глаз черные траурные круги. Протянул ей сахарный пончик. Очень с женой любим с чаем. Девочка отшатнулась и спрятала руки за спину.
   О, девонька! Да ты сильно обижена и напугана мужским полом. Первая мысль была - отвести в детскую комнату. Она может быть в розыске. Сбежала от родителей или из детдома. И тут я увидел синяки у нее на ногах. Коротенькое платье не скрыло черных отметин с внутренней стороны бедер, явно от мужской руки.
  
   Видел я раньше такие пятна. На трупе изнасилованной девушки. Значит, я прав. И это подтверждал испуганный, озирающийся взгляд девчонки . Она и меня, старика, боится.
  
   Увидел выходящую из магазина соседку, бывшую учительницу.
   -Таисия Ивановна! На минутку.
   -А, Петрович! Жена за хлебом выгнала?
   -Таисия Ивановна. Тут такое дело. Давайте отойдем. Посмотрите вон на ту девчушку у входа.
   -Ну?
   -Что - ну? Вы ноги видите?
   -Господи, да кто же ее так? Ведь совсем дите!
   -Я думаю - в бегах она. Конечно, надо сдать куда положено. Но хотелось бы сначала расспросить. Со мной она не пойдет. Видите, как от мужиков шарахается? Чую, дело нечистое. Отведите к себе. Вы одинокая. У вас она бояться не будет. Отмойте. Накормите. Выспросите. А я попозже зайду. И тогда решим, что с ней делать.
   -Попробую, - старая учительница достала пачку печенья и направилась к девочке.
  
   Вечером Таисия Ивановна угощала меня на кухне своим клубничным вареньем. Я заглянул в зал. Девочка спала на диване, свернувшись клубочком. Когда человеку угрожает опасность, он всегда инстинктивно принимает позу зародыша, защищаясь от всех внешних бед. Расслабленно раскинувшись спят только счастливые люди.
  
   -Ну, что она сказала? - я увидел, как чашка в руке соседки задрожала, и она осторожно поставила ее на стол.
   -Нюх вас не подвел, Петрович. Беглая она. А вернее - проданная.
  
   И вот какую историю поведала мне соседка. Свету и ее трех подруг заведующая детдомом из соседней области продала в подпольный бордель. Всех проданных девочек обычно тут же объявляли в розыск, как сбежавших. Для детдомов и интернатов - дело обычное. Найдут случайно - вернут, а чаще детдомовских и не искали.
  
   Света сбежала из борделя ночью от заснувшего охранника, который с ней развлекался. Надела его ботинки и спряталась среди ящиков в грузовичке, который рано утром привез продукты. Вылезла возле продуктового киоска, где машина остановилась.
  
   В том притоне было еще десять девочек. Все ее возраста. Пробыла она там почти полгода.
  
   Я не мог заснуть всю ночь. Много повидал я за свою жизнь. Тридцать лет армии, две войны. И трупов навидался, и издевательств, но чтобы вот так - нагло покупать малолетних девчонок и их насиловать? Кто? Это был первый вопрос, который не давал мне покоя. Нет, нельзя это дело так оставить. Надо девочек спасать. И чем быстрее, тем лучше.
  
   И я сел на хвост этому грузовичку с продуктами. Пока это у меня была единственная ниточка, ведущая к насильникам.
   Повезли продукты за город глубокой ночью в пятницу. Хорошо, что я сказал своей благоверной, что снова заночую у Степаныча.
  
   Поворот с трассы в лес был километров через двадцать. Перед съездом стоял огромный щит: "Заповедник. Въезд запрещен!".
  
   Ехать за грузовиком по узенькому асфальту я не рискнул. Загнал москвичок в лесополосу и пошел пешком. Метров через двести впереди заблестел свет и послышались звуки громкой танцевальной музыки.
  
   За высоченным забором прятались экзотические строения. На самом большом, с покатой крышей до земли, была красная неоновая надпись "Ресторан Казачий курень". Прожектора ярко освещали территорию. Пришлось залезть на кряжистый дуб, чтобы получше все рассмотреть. Большая стоянка перед рестораном, за ним - десять стилизованных под старину избушек на курьих ножках и огромный подсвеченный бассейн под ивами. Явно не для отдыха простых работяг.
  
   Слева - гаражи и бараки. Справа - какие-то служебные здания со множеством спутниковых антенн на крышах. И охрана. Четыре патруля с собаками. Двое - на крыше ресторана. Два охранника на въезде у ворот. Море видеокамер наблюдения.
  
   Все это мне очень не понравилось. Особенно - двигающиеся линзы камер. Поискал глазами электрическую подстанцию. Она находилась прямо у забора, между гаражами и огромной белой цистерной с надписью "Бензин". Это хорошо.
  
   На следующий день по памяти нарисовал план этого подпольного гнезда разврата. Постепенно вырисовывалась дальнейшая последовательность действий. Устроить отвлекающий пожар, вызвать все аварийные службы и журналистов и, под шумок, освободить пленных девочек.
  
   Вроде все просто.
   Как в добрые старые времена кровь бурлила перед скорым сражением.
  
   Начал я с прикрытия. Теперь уже не перед женой. Не хотел я светиться во всем этом балагане. Шум будет большой, высокое начальство. Доказывай потом, что ты не дромадер.
   Нет, лучше прикрыть задницу совковой лопатой. И спокойнее, и никакого геморроя.
  
   Сотовый телефон за бутылку выменял у бомжа в самом дальнем районе города. Звонил теперь по вопросам операции только с него.
  
   -Валя, ты на работе?
   -Нет, гриппую. Бери бутылку и ко мне. Заодно и полечимся.
  
   Валентин, тележурналист, хороший мой друг и любитель виски. Пришлось раскошелиться на "Белую лошадь".
  
   О делах разговор пошел только после третьей стопочки. Распаренный после душа Валька влил их в себя без должного пиетета и перерыва. Я ограничился одной. Знаем мы, как вискарь бъет по мозгам. Не хуже деревенского самогона.
  
   -Что от меня за это? - пухлый Валентин, утопая в мягком кресле, кивнул на бутылку.
   -Не от тебя, а тебе.
   -Приятно слышать. Тебя выбрали председателем благотворительного фонда? Тогда беги еще за одной.
   -Сделаем дело - может, и не одну принесу.
   -Что за дело?
   -Надо организовать телерепортаж по моему звонку.
   -В любое время дня и ночи?
   -В любое.
   -Ящик.
   -С тебя.
   -Как это?
   -Потому что за тот репортаж тебе будет нехилая премия.
   Валька задумался.
   -А может - тюрьма? В нашем деле премия всегда с тюрьмой граничит.
   -Ну, при неблагоприятном стечении обстоятельств - не исключено. Но и тогда будет приятный момент.
   -Какой?
   -Сидеть будем вместе. А я этого не хочу.
   -Что - на больших людей вышел? Криминал?
   -Валюша, хуже. Самые уважаемые в городе люди.
   -Директор завода? Депутаты?
   -Бери выше.
   -Согласен. Черт с ней, с пенсией. Все равно я со своей печенью до нее не доживу, - он звонко пошлепал по вздутому животу.
  
   Так, телевидение будет. Пожарных уговаривать не надо. Те, спросоня, по любому звонку куда хочешь примчатся. Вон их сейчас как лесными пожарами припугнули.
  
   Оставалось - оружие. Огнестрельное я отмел сразу. Громко, дорого и хлопотно. Решил съездить к зятю на дачу. Видел я у него на стене любопытную игрушку.
  
   Так и есть. Висит, даже не запылилась.
   -Зятек, на медведя держишь или на сохатого? - после глотка ароматного кофе из миниатюрной чашечки, я кивнул на сверкающий полированной сталью арбалет на ковре.
   -Папа, зря смеетесь, вещь делалась на заказ из автомобильной рессоры. Пять сантиметров доски легко пробивает, - зять обиженно надул губы.
   -А кобеля возьмет?
   -Спрашиваете! Да слона свалит! А что за кобель?
   -Появился у нас возле дачи бешеный какой-то.
   -Хвост прямой?
   -Да.
   -Точно бешеный, - зять снял арбалет со стены. - Убейте немедленно, а то маму покусает.
   -А меня, значит, можно?
   -Вы военный, сможете отбиться. Сейчас стрелы принесу. Они специальные, с титановыми наконечниками. Только осторожнее с ними. Бронежилет пробивают.
   -Поучи, поучи еще меня, цыплак.
   -Нет, папа, я серьезно.
  
   Короче, уже на следующий день я тренировался в стрельбе по ведру. Тяжелая арбалетная стрела пробивала его насквозь. Вот это мне и нужно было.
   За неделю наблюдений и расспросов выявилась такая картина. По субботам в Казачий курень съезжалась вся городская элита во главе с мэром. Последний раз прибыло восемь машин. Программа гульбища была четко спланирована. Сначала стрельба по привязанным к деревьям кабанам или лосям. Потом покер и бильярд на крупные ставки. Бассейн с голыми девочками. После обед из застреленной дичи дотемна. Опять бассейн, подсвеченный теперь разноцветными лампами и ужин в номерах. В домиках на курьих ножках. Нехило развлекаются слуги народа вдали от него.
  
   Модно стало теперь все неблаговидные делишки прокручивать в лесных чащах, за высокими заборами.
  
   И вот я сижу за рулем москвичка и глубоко вдыхаю воздух, как перед прыжком в воду.
   Пора.
  
   Через пятнадцать минут привычно прячу машину в лесополосе и бреду по асфальту до границы видеонаблюдения. Сворачиваю вправо и занимаю удобную позицию на развилке могучего дуба.
  
   Из ресторана доносится громкая музыка. Закончился обед. Жрите, жрите, господа! Ужина у вас точно не будет. Пора вам немного побегать и растрясти жирок.
  
   Вскоре вся веселая компашка плавно перетекает в подсвеченный бассейн. Восемь вечера. Можно начинать свою программу веселья.
  
   Первому по телефону бомжа звоню Валентину.
   -Валя, это я. Сколько тебе надо времени, чтобы доехать на двадцатый километр трассы?
   -Петрович, да ты никак добрался до Казачьего куреня?
   -Знаешь его?
   -Спрашиваешь! Вот теперь я понял, кого ты трусить собрался. Сейчас Зойку хватаю и через... минут пятнадцать будем там. Какая наша цель?
   -По моим данным в бараке незаконно содержатся девчонки-малолетки. Сам знаешь - для чего. Найдите их и помогите выбраться. А я в другой стороне от бараков устрою небольшой пионерский костер.
  
   Зоя - комментатор городского новостного канала. Бесшабашная худющая девчушка. Без президента в голове и всего сопутствующего ему мусора. Как она всем говорит, от стервозности даже тараканы в голове передохли.
  
   Репортаж снять-то они снимут. Валька говорил, что редактор в эфир может не пустить. Но это уже его забота, если хочет получить ящик виски.
  
   Второй звонок - пожарным.
   - Вижу сильный огонь и дым в районе Казачьего куреня.
   -Кто звонит? Назовите фамилию, имя, отчество. Ваш адрес?
   -Какой адрес? Там люди гибнут! Звоню вам с трассы. С двадцатого километра. Знаете, где это? - я отключился.
  
   Третий звонок - дежурному по горотделу. Знаю, что два последних звонка точно записываются и потом будут проверяться. Стараюсь изменять голос.
  
   -Дежурный по ....
   -Выстрелы в ресторане Казачий курень. Я водитель. Звоню с трассы. Двадцатый километр.
   -Назовите фамилию, адрес...
   -Вы что не поняли? Стрельба в Казачьем курене, - я выключил телефон. Этим точно объяснять не надо, что такое этот ресторан. Небось, сам их начальник сейчас в бассейне плавает.
  
   А теперь - за работу. Будет вам сейчас и адрес, и огонь с дымом.
  
   Четыре стрелы по бензобакам автомобилей. На стоянке всего их десять. Стрелял через одну машину. Чпок, чпок, чпок, чпок. В свете прожекторов заблестели ручейки вытекающего бензина.
  
   Теперь три стрелы - в цистерну с бензином.
   Поджег приготовленный факел и бросил через забор. Все. Можно убираться отсюда.
  
   Уже возле трассы услышал хлопок. В воздух взлетела первая машина. Потом хлопки начали следовать один за другим. Выезжая на трассу, увидел зарево от вспыхнувшей цистерны. Мимо меня в сторону полыхающего огня мчались воющие и сверкающие машины. Красные, черные, и все с мигалками.
  
   Возле города вытащил питание из телефона бомжа и выбросил сотовый в канаву. Потом поменял всю верхнюю одежду. Переобулся. Все старье полил бензином и сжег в лесополосе.
  
   Дома загнал машину в гараж. Выпил банку пива и пожевал хвостик от вяленого леща. Вкуса не почувствовал. Все мысли были там, позади. Долго сидел за рулем, перебирая в уме все свои действия.
  
   Вроде следов не оставил. Единственное, что могут найти, это наконечники стрел. Но вряд ли по их изуродованным после пожара и взрывов останкам можно будет что-либо определить.
  
   Теперь остается только ждать. Еще одна бессонная ночь. Все как на войне. Там тоже после боя возбужденный мозг отказывался от сна, перебирая и повторяя тончайшие детали сражения. В такие минуты, видимо, они и запоминаются на всю жизнь.
  
   С Валькой удалось встретиться только через неделю. Он сам приехал ко мне на дачу. С тремя бутылками виски.
   -Премию не дали. Но и не посадили. За це ж да нэ выпыть? Наделал ты шороху старик, - он поперхнулся и закрутил головой. - Надеюсь, тебя не прослушивают?
   -Еще как. Вон видишь, скворец из своего домика выглядывает? И еще десяток воробьев под стрехами. Ласточки из гнезд над дверью.
   -Все шутишь? А мне вот три дня назад было не до смеха, когда сам глава горотдела грозил из меня слоника сделать. Интересно ему было, как это мы с Зойкой раньше их опергруппы приехали к Казачьему куреню. Не поверил он, что мне с пожарки позвонили. Следаки даже позже огнеборцев приехали.
  
   -Ну, и как все было?
   -Когда мы подъехали, машины на стоянке уже догорели. Все десять - дотла. В углу полыхала цистерна. Пожарники с ходу пробили ворота и ринулись ее заливать пеной. Мы с Зойкой проехали за ними. Охрана уже вынула из бассейна пьяных вдрызг городских начальничков. Мы их всех сняли. Правда, интервью взять не получилось. Кроме мата, они от страха позабывали все слова. А мат в эфир нельзя. Очень просили охрану отвезти их домой.
  
   -Девчонки как?
   -Десять малолеток увезли на скорых. Нет, раненых среди них не было. У большинства - шок от взрывов, некоторые воды наглотались от страха. А так - без трупов обошлось.
  
   -А запись? Что-то никаких сообщений по телевизору не было.
   -По местному - и не будет. Я же Зойку сразу со всеми записями в столицу отправил. Вчера первая ласточка прилетела. Начальника горотдела - на пенсию. Мэр, как узнал, слег в больницу. Остальные ударились в зарубежные бега. Из столицы важняк приехал. Девочек опрашивает.
   
   -Это хорошо.
   -Да, вчера снова пожар был в Казачьем курене. Ресторан дотла выгорел. Следы заметают, что ли? И еще участок леса вокруг - гектаров двадцать. Твоя работа?
  
   Я отрицательно покачал головой. Но по Валькиным глазам понял, что он мне не поверил.
  -Ладно, дело не в этом. Во время пожара кто-то под шумок из подвала увел общак наших местных начальничков. Все бы ничего, да купюры переписаны. На всех выездах из города спецпатрули стоят, каждую бумажку проверяют. Не только на вокзалах, но и на дорогах. В общем - я тебя предупредил.
   Это - точно не в мой адрес. Кто-то скоро припухнет на денежках.
   Ну, курень, ладно - заслужил. Но лес-то за что пострадал?
  
   Ночью мне снились горящие избушки на курьих ножках, вразвалку бегущие во все стороны.
  
   Вернувшись с дачи, по пути позвонил в дверь квартиры старой учительницы.
   -Как там Света, Таисия Ивановна?
   -Так ушла она. В тот же вечер. Мы ей тут сообща собрали кое-какую одежонку. Ушла она.
   -Куда, не сказала?
   -Попросила денег на билет. А куда - не сказала.
  
   Жаль, хотел ей радостную весть сообщить, что все ее подружки спасены. Что - живы и здоровы.
  
  
2. Грустное утро
  
   Я смотрела, как эта старая карга пересчитывает мятые десятки. В приличном ресторане официанту на чай больше дают.
  
   Ладно, на такси хватит на первое время. Первым делом надо Жору-охранника отыскать. Потом к этому лабуху, как его, Геша, что ли? У него колес перехвачу, а то уже потряхивает.
  
   Обшарила всю аптечку у этой чувырлы, ничего приличного. Травятся старички одним цитрамоном. Кофе и тот - растворимый без остатка. Тьфу!
  
   С дедом классно получилось. Спасибо Верочке. Да, заведующая детдомом, нашим жизненным универом, любого насквозь с ходу просекала. Ведь как точно она тогда говорила: "Девочки, самые надежные мужики - бывшие военные. Нужна помощь, бейте на жалость - эти вояки танками сметут все преграды на вашем пути. А больше ведь они ничего и не умеют".
  
   Когда приехали покупатели, Верочка на прощанье сказала: "Девочки, это ваш шанс пробиться к дорогой кормушке. Не разменивайтесь на мелочевку. Бейте только по верхам. Помните - пока что ваш основной капитал - молодость. А товар такого рода очень быстро портится".
  
   Олег, владелец ресторана, сразу положил на меня глаз. Натуральная блондинка-то я одна была. Эх, если бы Нэлька не влезла со своими буферами! А тут еще этот Жоржик-охранник пристал, как банный лист. Когда я поняла, что с Олегом полный пролет, тогда и решила отомстить ему с помощью этого бугая. В город вырваться он, конечно, помог, но на поджог ресторана его уже не хватило. Вот и пришлось идти на поиски другого героя.
  
   Три дня ушло у меня на душевные беседы с подъездными сексосками. Раньше их секретными сотрудниками звали, а сейчас - секретными соседками. Все биографии жильцов выдадут - от первого до последнего этажа. Одна и навела на Петровича. Рассказала, как он домоуправу морду начистил за плохой ремонт подъезда.
  
   Правда, я надеялась, что ветеран меня к себе домой отведет. Не получилось. Пришлось через соседку выводить боевого деда на ресторан.
  
   Почти неделю кантовалась у Жоржика. Этот бугай совсем головой тронулся. Вчера жениться мне предложил. Очень нужно.
  
   Спросила про Нэльку . Оказывается, эта сучка уже свалила с куреня и живет у Олега на даче. А месяц назад мне обещал: "Цветочек, все положу у твоих ног, и ресторан, и заправку, и дачку!". Тьфу, скотина! Надо было Нэльке расписать ее смазливое личико пилочкой, как Верочка учила. Правильная баба была. "Девочки, мужикам нужны не ваши принципы, а симпатичные мордашки и попки. А если конкурентка красивей, полстакана кислоты в морду - и нет соперницы".
  
   Пилочка для ногтей - тоже неплохо. Не успела. Нэлька, как чувствовала, на второй день в город свалила. Ничего, дедок от вашего ресторана камня на камне не оставит.
  
   Жоржик пришел сегодня только к утру. Весь пропахший дымом. Я сразу поняла, что дед не подвел. Штурм он, по словам этого слюнявого секьюрити, устроил классный.
  
   Сжег все машины и цистерну с бензином. Девок по больницам распихали. Кошельки с ножками со следаками беседуют. Олег всю братву на уши поставил. Ищут, кто из конкурентов петуха пустил.
  
   Пора ставить точку и сматываться отсюда. Но точку надо ставить жирную.
  
   -Жора, как ты насчет свалить вдвоем в столицу?
   -Светочка, да я...
   -Но, ты же знаешь, я девочка дорогая. Нам ведь приличная хаза там нужна будет.
   -На первое время у меня есть...
   -Жора, не смеши меня своими копейками. Ты знаешь про общак у Олега?
   -Цветочек, но это же святое. И потом, за такое пописать могут. Найдут и под хохлому.
   -Это если бегать с копейками. А с большими деньгами, Жора, можно и за бугор свалить. Я когда с Олегом была, узнала, где ключ от сейфа с общаком. Сейф в подвале. Старинный. Без кода. Нала там - два мешка. Решай. Я тебе - ключ, ты мне - квартиру за бугром.
  
   У этого хлюпика даже в голове вместо мозгов - мышцы. Он когда пытается думать - прямо напрягается весь. Пришлось ему все по полочкам разжевывать. Где ключ, в какое время идти в подвал, где разлить бензин, когда поджечь, как деньги вывезти, чтобы не гонялись потом за нами братки всю оставшуюся жизнь. Общак, хоть и не воровской, но его держатели - солидные люди. Вся городская элита. Деньги предпочитали держать не в банке, а у Олега. Как говорится, подальше положишь, поближе возьмешь.
  
   Жорж не подвел. Вырубил водителя продуктового грузовичка, когда тот приехал разгружаться. Вытащил из подвала два мешка с валютой. Я его ждала на трассе. Водителя прикопали в лесополосе. Грузовичок сожгли на въезде в город. Домой приехали на угнанной тачке. Все прошло классно.
  
   Теперь настала моя очередь. Праздновали мы недолго. Когда Жору стало покачивать от клофелина, я напомнила ему об угнанной тачке в гараже. Надо от нее избавиться. Сил у него хватило только завести машину. Спекся кабаняра. Я аккуратно стерла все свои пальчики в квартире. Переложила большую часть денег в спортивную сумку. Остальные разбросала в гараже. Вылила в салон машины полканистры бензина и подожгла. Потом плотно прикрыла двери.
  
   Теперь все стрелки были переведены на жадного охранника. Сколько денег сгорело - определить будет невозможно. Я с тяжелой сумкой спокойно направилась на автовокзал. Слава богу, там пока паспорта не спрашивают. Только денежки.

© Copyright: Влад Галущенко, 2014

Регистрационный номер №0236279

от 31 августа 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0236279 выдан для произведения:  
1. Веселый вечер
  
   - Куда?- сонный голос жены перехватил меня у самого порога.
   - Солнышко, не хочу мешать тебе спать. У Степаныча футбол посмотрю. Сама понимаешь - наши в полуфинале играют!
   - Не стыдно?
   - Ты о чем? Степаныч завсегда мне рад.
   - О том самом! Каждый раз приходишь от него с запахом пива. Воблой от тебя несет за версту.
   - Ну, рыбка моя, футбол ведь. За каждый гол - как не выпить?
   - У Степаныча пенсия в два раза меньше твоей. Не стыдно на халяву-то пиво жрать?
   - Так я ж....
   - На! Хоть раз угости соседа, - Мария протянула мне пару банок пива и  огромного вяленого леща.
  
   А ведь она права. Какие мы все-таки, мужчины, недогадливые. Вроде все продумал, а такой простой момент упустил.
  
   Я, конечно, ни к какому Степанычу не пошел. Нервно глянул на часы  в сотовом телефоне.
   Этот субботний вечер был у меня расписан по минутам. Готовился я к нему целый месяц.
  
   В гараже положил одну банку пива и кусочек рыбьего хвоста на правое переднее сиденье.
   Чтобы, когда все закончится, не забыть выпить. Обязательно ведь обнюхает супружница.
  
   Сел за руль своего старенького "Москвичка" и коротко выдохнул: "С богом!".
  
   Перед глазами всплыли испуганные глаза Светы в черных кругах. Такие, какими я их увидел первый раз у магазина.
  
   Девочка стояла у входа в продуктовый киоск и жадно провожала взглядом каждый пакет с продуктами. Несмотря на сентябрь, на ней было только легкое платьице и грубые мужские ботинки.
  
   На вид - лет пятнадцать. Тогда почему она не в школе? Девять утра. Понедельник. Все дети учатся. Неужели наркоманка?
  
   Я подошел ближе. Нет, зрачки не сужены. Но вокруг глаз черные траурные круги. Протянул ей сахарный пончик. Очень с женой любим с чаем. Девочка отшатнулась и спрятала руки за спину.
   О, девонька! Да ты сильно обижена и напугана мужским полом. Первая мысль была - отвести в детскую комнату. Она может быть в розыске. Сбежала от родителей или из детдома. И тут я увидел синяки у нее на ногах. Коротенькое платье не скрыло черных отметин с внутренней стороны бедер, явно от мужской руки.
  
   Видел я раньше такие пятна. На трупе изнасилованной девушки. Значит, я прав. И это подтверждал испуганный, озирающийся взгляд девчонки . Она и меня, старика, боится.
  
   Увидел выходящую из магазина соседку, бывшую учительницу.
   -Таисия Ивановна! На минутку.
   -А, Петрович! Жена за хлебом выгнала?
   -Таисия Ивановна. Тут такое дело. Давайте отойдем. Посмотрите вон на ту девчушку у входа.
   -Ну?
   -Что - ну? Вы ноги видите?
   -Господи, да кто же ее так? Ведь совсем дите!
   -Я думаю - в бегах она. Конечно, надо сдать куда положено. Но хотелось бы сначала расспросить. Со мной она не пойдет. Видите, как от мужиков шарахается? Чую, дело нечистое. Отведите к себе. Вы одинокая. У вас она бояться не будет. Отмойте. Накормите. Выспросите. А я попозже зайду. И тогда решим, что с ней делать.
   -Попробую, - старая учительница достала пачку печенья и направилась к девочке.
  
   Вечером Таисия Ивановна угощала меня на кухне своим клубничным вареньем. Я заглянул в зал. Девочка спала на диване, свернувшись клубочком. Когда человеку угрожает опасность, он всегда инстинктивно принимает позу зародыша, защищаясь от всех внешних бед. Расслабленно раскинувшись спят только счастливые люди.
  
   -Ну, что она сказала? - я увидел, как чашка в руке соседки задрожала, и она осторожно поставила ее на стол.
   -Нюх вас не подвел, Петрович. Беглая она. А вернее - проданная.
  
   И вот какую историю поведала мне соседка. Свету и ее трех подруг заведующая детдомом из соседней области продала в подпольный бордель. Всех проданных девочек обычно тут же объявляли в розыск, как сбежавших. Для детдомов и интернатов - дело обычное. Найдут случайно - вернут, а чаще детдомовских и не искали.
  
   Света сбежала из борделя ночью от заснувшего охранника, который с ней развлекался. Надела его ботинки и спряталась среди ящиков в грузовичке, который рано утром привез продукты. Вылезла возле продуктового киоска, где машина остановилась.
  
   В том притоне было еще десять девочек. Все ее возраста. Пробыла она там почти полгода.
  
   Я не мог заснуть всю ночь. Много повидал я за свою жизнь. Тридцать лет армии, две войны. И трупов навидался, и издевательств, но чтобы вот так - нагло покупать малолетних девчонок и их насиловать? Кто? Это был первый вопрос, который не давал мне покоя. Нет, нельзя это дело так оставить. Надо девочек спасать. И чем быстрее, тем лучше.
  
   И я сел на хвост этому грузовичку с продуктами. Пока это у меня была единственная ниточка, ведущая к насильникам.
   Повезли продукты за город глубокой ночью в пятницу. Хорошо, что я сказал своей благоверной, что снова заночую у Степаныча.
  
   Поворот с трассы в лес был километров через двадцать. Перед съездом стоял огромный щит: "Заповедник. Въезд запрещен!".
  
   Ехать за грузовиком по узенькому асфальту я не рискнул. Загнал москвичок в лесополосу и пошел пешком. Метров через двести впереди заблестел свет и послышались звуки громкой танцевальной музыки.
  
   За высоченным забором прятались экзотические строения. На самом большом, с покатой крышей до земли, была красная неоновая надпись "Ресторан Казачий курень". Прожектора ярко освещали территорию. Пришлось залезть на кряжистый дуб, чтобы получше все рассмотреть. Большая стоянка перед рестораном, за ним - десять стилизованных под старину избушек на курьих ножках и огромный подсвеченный бассейн под ивами. Явно не для отдыха простых работяг.
  
   Слева - гаражи и бараки. Справа - какие-то служебные здания со множеством спутниковых антенн на крышах. И охрана. Четыре патруля с собаками. Двое - на крыше ресторана. Два охранника на въезде у ворот. Море видеокамер наблюдения.
  
   Все это мне очень не понравилось. Особенно - двигающиеся линзы камер. Поискал глазами электрическую подстанцию. Она находилась прямо у забора, между гаражами и огромной белой цистерной с надписью "Бензин". Это хорошо.
  
   На следующий день по памяти нарисовал план этого подпольного гнезда разврата. Постепенно вырисовывалась дальнейшая последовательность действий. Устроить отвлекающий пожар, вызвать все аварийные службы и журналистов и, под шумок, освободить пленных девочек.
  
   Вроде все просто.
   Как в добрые старые времена кровь бурлила перед скорым сражением.
  
   Начал я с прикрытия. Теперь уже не перед женой. Не хотел я светиться во всем этом балагане. Шум будет большой, высокое начальство. Доказывай потом, что ты не дромадер.
   Нет, лучше прикрыть задницу совковой лопатой. И спокойнее, и никакого геморроя.
  
   Сотовый телефон за бутылку выменял у бомжа в самом дальнем районе города. Звонил теперь по вопросам операции только с него.
  
   -Валя, ты на работе?
   -Нет, гриппую. Бери бутылку и ко мне. Заодно и полечимся.
  
   Валентин, тележурналист, хороший мой друг и любитель виски. Пришлось раскошелиться на "Белую лошадь".
  
   О делах разговор пошел только после третьей стопочки. Распаренный после душа Валька влил их в себя без должного пиетета и перерыва. Я ограничился одной. Знаем мы, как вискарь бъет по мозгам. Не хуже деревенского самогона.
  
   -Что от меня за это? - пухлый Валентин, утопая в мягком кресле, кивнул на бутылку.
   -Не от тебя, а тебе.
   -Приятно слышать. Тебя выбрали председателем благотворительного фонда? Тогда беги еще за одной.
   -Сделаем дело - может, и не одну принесу.
   -Что за дело?
   -Надо организовать телерепортаж по моему звонку.
   -В любое время дня и ночи?
   -В любое.
   -Ящик.
   -С тебя.
   -Как это?
   -Потому что за тот репортаж тебе будет нехилая премия.
   Валька задумался.
   -А может - тюрьма? В нашем деле премия всегда с тюрьмой граничит.
   -Ну, при неблагоприятном стечении обстоятельств - не исключено. Но и тогда будет приятный момент.
   -Какой?
   -Сидеть будем вместе. А я этого не хочу.
   -Что - на больших людей вышел? Криминал?
   -Валюша, хуже. Самые уважаемые в городе люди.
   -Директор завода? Депутаты?
   -Бери выше.
   -Согласен. Черт с ней, с пенсией. Все равно я со своей печенью до нее не доживу, - он звонко пошлепал по вздутому животу.
  
   Так, телевидение будет. Пожарных уговаривать не надо. Те, спросоня, по любому звонку куда хочешь примчатся. Вон их сейчас как лесными пожарами припугнули.
  
   Оставалось - оружие. Огнестрельное я отмел сразу. Громко, дорого и хлопотно. Решил съездить к зятю на дачу. Видел я у него на стене любопытную игрушку.
  
   Так и есть. Висит, даже не запылилась.
   -Зятек, на медведя держишь или на сохатого? - после глотка ароматного кофе из миниатюрной чашечки, я кивнул на сверкающий полированной сталью арбалет на ковре.
   -Папа, зря смеетесь, вещь делалась на заказ из автомобильной рессоры. Пять сантиметров доски легко пробивает, - зять обиженно надул губы.
   -А кобеля возьмет?
   -Спрашиваете! Да слона свалит! А что за кобель?
   -Появился у нас возле дачи бешеный какой-то.
   -Хвост прямой?
   -Да.
   -Точно бешеный, - зять снял арбалет со стены. - Убейте немедленно, а то маму покусает.
   -А меня, значит, можно?
   -Вы военный, сможете отбиться. Сейчас стрелы принесу. Они специальные, с титановыми наконечниками. Только осторожнее с ними. Бронежилет пробивают.
   -Поучи, поучи еще меня, цыплак.
   -Нет, папа, я серьезно.
  
   Короче, уже на следующий день я тренировался в стрельбе по ведру. Тяжелая арбалетная стрела пробивала его насквозь. Вот это мне и нужно было.
   За неделю наблюдений и расспросов выявилась такая картина. По субботам в Казачий курень съезжалась вся городская элита во главе с мэром. Последний раз прибыло восемь машин. Программа гульбища была четко спланирована. Сначала стрельба по привязанным к деревьям кабанам или лосям. Потом покер и бильярд на крупные ставки. Бассейн с голыми девочками. После обед из застреленной дичи дотемна. Опять бассейн, подсвеченный теперь разноцветными лампами и ужин в номерах. В домиках на курьих ножках. Нехило развлекаются слуги народа вдали от него.
  
   Модно стало теперь все неблаговидные делишки прокручивать в лесных чащах, за высокими заборами.
  
   И вот я сижу за рулем москвичка и глубоко вдыхаю воздух, как перед прыжком в воду.
   Пора.
  
   Через пятнадцать минут привычно прячу машину в лесополосе и бреду по асфальту до границы видеонаблюдения. Сворачиваю вправо и занимаю удобную позицию на развилке могучего дуба.
  
   Из ресторана доносится громкая музыка. Закончился обед. Жрите, жрите, господа! Ужина у вас точно не будет. Пора вам немного побегать и растрясти жирок.
  
   Вскоре вся веселая компашка плавно перетекает в подсвеченный бассейн. Восемь вечера. Можно начинать свою программу веселья.
  
   Первому по телефону бомжа звоню Валентину.
   -Валя, это я. Сколько тебе надо времени, чтобы доехать на двадцатый километр трассы?
   -Петрович, да ты никак добрался до Казачьего куреня?
   -Знаешь его?
   -Спрашиваешь! Вот теперь я понял, кого ты трусить собрался. Сейчас Зойку хватаю и через... минут пятнадцать будем там. Какая наша цель?
   -По моим данным в бараке незаконно содержатся девчонки-малолетки. Сам знаешь - для чего. Найдите их и помогите выбраться. А я в другой стороне от бараков устрою небольшой пионерский костер.
  
   Зоя - комментатор городского новостного канала. Бесшабашная худющая девчушка. Без президента в голове и всего сопутствующего ему мусора. Как она всем говорит, от стервозности даже тараканы в голове передохли.
  
   Репортаж снять-то они снимут. Валька говорил, что редактор в эфир может не пустить. Но это уже его забота, если хочет получить ящик виски.
  
   Второй звонок - пожарным.
   - Вижу сильный огонь и дым в районе Казачьего куреня.
   -Кто звонит? Назовите фамилию, имя, отчество. Ваш адрес?
   -Какой адрес? Там люди гибнут! Звоню вам с трассы. С двадцатого километра. Знаете, где это? - я отключился.
  
   Третий звонок - дежурному по горотделу. Знаю, что два последних звонка точно записываются и потом будут проверяться. Стараюсь изменять голос.
  
   -Дежурный по ....
   -Выстрелы в ресторане Казачий курень. Я водитель. Звоню с трассы. Двадцатый километр.
   -Назовите фамилию, адрес...
   -Вы что не поняли? Стрельба в Казачьем курене, - я выключил телефон. Этим точно объяснять не надо, что такое этот ресторан. Небось, сам их начальник сейчас в бассейне плавает.
  
   А теперь - за работу. Будет вам сейчас и адрес, и огонь с дымом.
  
   Четыре стрелы по бензобакам автомобилей. На стоянке всего их десять. Стрелял через одну машину. Чпок, чпок, чпок, чпок. В свете прожекторов заблестели ручейки вытекающего бензина.
  
   Теперь три стрелы - в цистерну с бензином.
   Поджег приготовленный факел и бросил через забор. Все. Можно убираться отсюда.
  
   Уже возле трассы услышал хлопок. В воздух взлетела первая машина. Потом хлопки начали следовать один за другим. Выезжая на трассу, увидел зарево от вспыхнувшей цистерны. Мимо меня в сторону полыхающего огня мчались воющие и сверкающие машины. Красные, черные, и все с мигалками.
  
   Возле города вытащил питание из телефона бомжа и выбросил сотовый в канаву. Потом поменял всю верхнюю одежду. Переобулся. Все старье полил бензином и сжег в лесополосе.
  
   Дома загнал машину в гараж. Выпил банку пива и пожевал хвостик от вяленого леща. Вкуса не почувствовал. Все мысли были там, позади. Долго сидел за рулем, перебирая в уме все свои действия.
  
   Вроде следов не оставил. Единственное, что могут найти, это наконечники стрел. Но вряд ли по их изуродованным после пожара и взрывов останкам можно будет что-либо определить.
  
   Теперь остается только ждать. Еще одна бессонная ночь. Все как на войне. Там тоже после боя возбужденный мозг отказывался от сна, перебирая и повторяя тончайшие детали сражения. В такие минуты, видимо, они и запоминаются на всю жизнь.
  
   С Валькой удалось встретиться только через неделю. Он сам приехал ко мне на дачу. С тремя бутылками виски.
   -Премию не дали. Но и не посадили. За це ж да нэ выпыть? Наделал ты шороху старик, - он поперхнулся и закрутил головой. - Надеюсь, тебя не прослушивают?
   -Еще как. Вон видишь, скворец из своего домика выглядывает? И еще десяток воробьев под стрехами. Ласточки из гнезд над дверью.
   -Все шутишь? А мне вот три дня назад было не до смеха, когда сам глава горотдела грозил из меня слоника сделать. Интересно ему было, как это мы с Зойкой раньше их опергруппы приехали к Казачьему куреню. Не поверил он, что мне с пожарки позвонили. Следаки даже позже огнеборцев приехали.
  
   -Ну, и как все было?
   -Когда мы подъехали, машины на стоянке уже догорели. Все десять - дотла. В углу полыхала цистерна. Пожарники с ходу пробили ворота и ринулись ее заливать пеной. Мы с Зойкой проехали за ними. Охрана уже вынула из бассейна пьяных вдрызг городских начальничков. Мы их всех сняли. Правда, интервью взять не получилось. Кроме мата, они от страха позабывали все слова. А мат в эфир нельзя. Очень просили охрану отвезти их домой.
  
   -Девчонки как?
   -Десять малолеток увезли на скорых. Нет, раненых среди них не было. У большинства - шок от взрывов, некоторые воды наглотались от страха. А так - без трупов обошлось.
  
   -А запись? Что-то никаких сообщений по телевизору не было.
   -По местному - и не будет. Я же Зойку сразу со всеми записями в столицу отправил. Вчера первая ласточка прилетела. Начальника горотдела - на пенсию. Мэр, как узнал, слег в больницу. Остальные ударились в зарубежные бега. Из столицы важняк приехал. Девочек опрашивает.
   
   -Это хорошо.
   -Да, вчера снова пожар был в Казачьем курене. Ресторан дотла выгорел. Следы заметают, что ли? И еще участок леса вокруг - гектаров двадцать. Твоя работа?
  
   Я отрицательно покачал головой. Но по Валькиным глазам понял, что он мне не поверил.
  -Ладно, дело не в этом. Во время пожара кто-то под шумок из подвала увел общак наших местных начальничков. Все бы ничего, да купюры переписаны. На всех выездах из города спецпатрули стоят, каждую бумажку проверяют. Не только на вокзалах, но и на дорогах. В общем - я тебя предупредил.
   Это - точно не в мой адрес. Кто-то скоро припухнет на денежках.
   Ну, курень, ладно - заслужил. Но лес-то за что пострадал?
  
   Ночью мне снились горящие избушки на курьих ножках, вразвалку бегущие во все стороны.
  
   Вернувшись с дачи, по пути позвонил в дверь квартиры старой учительницы.
   -Как там Света, Таисия Ивановна?
   -Так ушла она. В тот же вечер. Мы ей тут сообща собрали кое-какую одежонку. Ушла она.
   -Куда, не сказала?
   -Попросила денег на билет. А куда - не сказала.
  
   Жаль, хотел ей радостную весть сообщить, что все ее подружки спасены. Что - живы и здоровы.
  
  
2. Грустное утро
  
   Я смотрела, как эта старая карга пересчитывает мятые десятки. В приличном ресторане официанту на чай больше дают.
  
   Ладно, на такси хватит на первое время. Первым делом надо Жору-охранника отыскать. Потом к этому лабуху, как его, Геша, что ли? У него колес перехвачу, а то уже потряхивает.
  
   Обшарила всю аптечку у этой чувырлы, ничего приличного. Травятся старички одним цитрамоном. Кофе и тот - растворимый без остатка. Тьфу!
  
   С дедом классно получилось. Спасибо Верочке. Да, заведующая детдомом, нашим жизненным универом, любого насквозь с ходу просекала. Ведь как точно она тогда говорила: "Девочки, самые надежные мужики - бывшие военные. Нужна помощь, бейте на жалость - эти вояки танками сметут все преграды на вашем пути. А больше ведь они ничего и не умеют".
  
   Когда приехали покупатели, Верочка на прощанье сказала: "Девочки, это ваш шанс пробиться к дорогой кормушке. Не разменивайтесь на мелочевку. Бейте только по верхам. Помните - пока что ваш основной капитал - молодость. А товар такого рода очень быстро портится".
  
   Олег, владелец ресторана, сразу положил на меня глаз. Натуральная блондинка-то я одна была. Эх, если бы Нэлька не влезла со своими буферами! А тут еще этот Жоржик-охранник пристал, как банный лист. Когда я поняла, что с Олегом полный пролет, тогда и решила отомстить ему с помощью этого бугая. В город вырваться он, конечно, помог, но на поджог ресторана его уже не хватило. Вот и пришлось идти на поиски другого героя.
  
   Три дня ушло у меня на душевные беседы с подъездными сексосками. Раньше их секретными сотрудниками звали, а сейчас - секретными соседками. Все биографии жильцов выдадут - от первого до последнего этажа. Одна и навела на Петровича. Рассказала, как он домоуправу морду начистил за плохой ремонт подъезда.
  
   Правда, я надеялась, что ветеран меня к себе домой отведет. Не получилось. Пришлось через соседку выводить боевого деда на ресторан.
  
   Почти неделю кантовалась у Жоржика. Этот бугай совсем головой тронулся. Вчера жениться мне предложил. Очень нужно.
  
   Спросила про Нэльку . Оказывается, эта сучка уже свалила с куреня и живет у Олега на даче. А месяц назад мне обещал: "Цветочек, все положу у твоих ног, и ресторан, и заправку, и дачку!". Тьфу, скотина! Надо было Нэльке расписать ее смазливое личико пилочкой, как Верочка учила. Правильная баба была. "Девочки, мужикам нужны не ваши принципы, а симпатичные мордашки и попки. А если конкурентка красивей, полстакана кислоты в морду - и нет соперницы".
  
   Пилочка для ногтей - тоже неплохо. Не успела. Нэлька, как чувствовала, на второй день в город свалила. Ничего, дедок от вашего ресторана камня на камне не оставит.
  
   Жоржик пришел сегодня только к утру. Весь пропахший дымом. Я сразу поняла, что дед не подвел. Штурм он, по словам этого слюнявого секьюрити, устроил классный.
  
   Сжег все машины и цистерну с бензином. Девок по больницам распихали. Кошельки с ножками со следаками беседуют. Олег всю братву на уши поставил. Ищут, кто из конкурентов петуха пустил.
  
   Пора ставить точку и сматываться отсюда. Но точку надо ставить жирную.
  
   -Жора, как ты насчет свалить вдвоем в столицу?
   -Светочка, да я...
   -Но, ты же знаешь, я девочка дорогая. Нам ведь приличная хаза там нужна будет.
   -На первое время у меня есть...
   -Жора, не смеши меня своими копейками. Ты знаешь про общак у Олега?
   -Цветочек, но это же святое. И потом, за такое пописать могут. Найдут и под хохлому.
   -Это если бегать с копейками. А с большими деньгами, Жора, можно и за бугор свалить. Я когда с Олегом была, узнала, где ключ от сейфа с общаком. Сейф в подвале. Старинный. Без кода. Нала там - два мешка. Решай. Я тебе - ключ, ты мне - квартиру за бугром.
  
   У этого хлюпика даже в голове вместо мозгов - мышцы. Он когда пытается думать - прямо напрягается весь. Пришлось ему все по полочкам разжевывать. Где ключ, в какое время идти в подвал, где разлить бензин, когда поджечь, как деньги вывезти, чтобы не гонялись потом за нами братки всю оставшуюся жизнь. Общак, хоть и не воровской, но его держатели - солидные люди. Вся городская элита. Деньги предпочитали держать не в банке, а у Олега. Как говорится, подальше положишь, поближе возьмешь.
  
   Жорж не подвел. Вырубил водителя продуктового грузовичка, когда тот приехал разгружаться. Вытащил из подвала два мешка с валютой. Я его ждала на трассе. Водителя прикопали в лесополосе. Грузовичок сожгли на въезде в город. Домой приехали на угнанной тачке. Все прошло классно.
  
   Теперь настала моя очередь. Праздновали мы недолго. Когда Жору стало покачивать от клофелина, я напомнила ему об угнанной тачке в гараже. Надо от нее избавиться. Сил у него хватило только завести машину. Спекся кабаняра. Я аккуратно стерла все свои пальчики в квартире. Переложила большую часть денег в спортивную сумку. Остальные разбросала в гараже. Вылила в салон машины полканистры бензина и подожгла. Потом плотно прикрыла двери.
  
   Теперь все стрелки были переведены на жадного охранника. Сколько денег сгорело - определить будет невозможно. Я с тяжелой сумкой спокойно направилась на автовокзал. Слава богу, там пока паспорта не спрашивают. Только денежки.
Рейтинг: 0 218 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!