Бражники

article268420.jpg

     В этот раз Рябинкин едва не опростоволосился по той незамысловатой причине, что бражников было трое. Все пили брагу из гранёных кружек с гладкими стеклянными ручками и не вязали лыка. Прежде кружки использовались под пиво из пузатых бочек, потом их вместе с бочками заменили почти игрушечные банки да пластиковые бутылки. Стоили новинки недёшево, поэтому пасечники предпочли иметь собственный напиток. Заделывали в тяжёлой фляге брагу и некоторое время жили предвкушением того, что скоро у них появится самогонка. Фляга стояла в тепле, распространяя духовитое брожение. Обладатели напитка не выдерживали соблазна и отправляли мутноватую жидкость в желудки до того, как она станет сырьём для самогонного аппарата. 
     Вдвоём удавалось справляться с хозяйством, поскольку находились в расцвете сил и знали своё дело. Главный взяток выпадал на время цветения клевера, теперь благодатная пора миновала. Пасечники могли расслабиться. Вообще-то, если бы к ним тогда не явился Ступин, фляга так и осталась бы непочатой. Хозяева намеревались выгнать самогона к празднику пчеловодов, однако охотника нельзя было не угостить. Из двух убитых уток он отдал им одну и поставил на дощатый стол бутылку червивки, яблочного вина местного разлива. Они червивку оприходовали, выпили ещё по кружке браги. Языки у всех троих развязались. Стали рассказывать про «Поле чудес», анекдоты про тёщу и Путина. Гость поведал, что его дружок удачно толкнул седан с шикарным багажником, независимой передней подвеской. Покупатель не какой-нибудь бедолага, особо не торговался, заплатил зеленью. Теперь сосед идёт домой с кучей бабок в кармане, напевает отнюдь не грустную песенку и видит вместо седана японский джип.
     Такие сведения Рябинкину удалось выведать у жены Ступина, которого уже замели с предъявлением обвинения в умышленном убийстве и ограблении. Улики неопровержимы: баллистическая экспертиза подтвердила, что выстрел, оборвавший жизнь односельчанина, произведен из принадлежащего Ступину ружья 32 калибра. Бабло, вырученное от продажи авто, исчезло. Обвиняемому предлагали сотрудничество со следствием, уверяли: чистосердечное признание облегчит участь. Он не признал себя виновным ни в убийстве, ни в ограблении. Его жена Марина упросила Ефима взяться за тёмное, с её точки зрения, дело. Может, ему удастся раздобыть иные факты, подтверждающие, что муж никого не убивал. Они с покойным дружили, всё село об этом знало. Ступин имел «Ниву», менять на другую машину не собирался. Марина уверяла: супруг никогда не поднимал руки на человека, не участвовал в драках, не находился под следствием. Она плакала, сыщику с трудом удалось её успокоить. Какой лапши он мог навешать безутешной женщине на уши? Никакой, ровным счётом. Если оперы надыбают что-либо новенькое, к примеру, кровь убитого на одежде охотника - капкан захлопнется. Аргументы обвинения станут неуязвимыми. Поэтому и ухватилась за детектива как за последнюю соломинку, плавающую в мутной воде. Верила лишь одной версии: муж не виновен. С готовностью выложила аванс и пообещала без затяжки выплатить основную часть гонорара. 
     Об этом размышлял сейчас Рябинкин, идя по тропинке к пасеке. В правой руке нёс авоську с двумя пустыми трёшками. Они время от времени звучно целовались друг с дружкой. Тонкий звон стекла выводил детектива из раздумья. Потом банки восстанавливали равновесие, и мысли продолжались своим чередом. По-человечески он не верил в то, что охотник, убивший дробью двух уток, мог с такой же лёгкостью шлёпнуть соседа. Да, знал о долларах на руках, однако воспринимал сие как само собой разумеющееся обстоятельство. Ведь только что продана машина. Французский седан с эмблемой льва хотел заменить автомобилем с причудливой буквой «Т». Ни от кого не скрывал мечты. Она не застила ему белый свет. Ступин же – выпивоха добрый, из тех, чья душа от горячительного становится мягче. А у других могла ожесточиться, вызвериться, покрыться чёрной копотью зависти. Вот это и необходимо ему проверить, причём со всевозможной въедливостью. Подобные случаи подворачиваются редко.
     Пасека представляла собой райский уголок под плакучими кронами берёз. Один пасечник, широкий в кости, напоминал невесть как выросший в тесноте дубок, второй, такого же росту, - худощавый. Широкоплечий обрадовался, когда услышал, что Ефим пришёл за мёдом для больной матери.
- Наш медок хороший, не будете раскаиваться. Настоящий. Поднимет и покойника, если душа ещё не отлетела.
- Нет, мать ещё жива, - пояснил Рябинкин. - Мёд нужен, чтоб она окончательно встала на ноги.
     Худощавый копошился возле улья, а его напарник повёл гостя к омшанику, находящемуся там, где никаких ульев не было. В омшанике - подвал, прикрытый крепко сколоченной крышкой. Она держалась на широких петлях. Пасечник сноровисто открыл деревянный кладень, ведущий вниз, взял две банки и нырнул в зияющее темнотой подполье. Хлопнула открытая металлическая крышка. Детектив сделал вывод: в бидонах здесь не одна брага, но и мёд. Никакой воришка не полезет за ним в омшаник, опасаясь пчёл. Всё вполне логично. В помещении имелся чердак, на который вела растрескавшаяся лестница из осины. Подземелье глубокое, хозяина не было видно, и сыщик рискнул. Перешагнув через нижние ступени, держась двумя руками за верхние, поднялся, шмыгнул на чердак. Там его встретил кромешный мрак, и паутина, и сухой, почти горячий воздух. Когда глаза привыкли к темноте, увидел, что едва не врезался головой в гнездо шершней с крупными дырами. Оно казалось приклеенным к кровельному железу. «Вот тебе и пасека, - подумал Ефим, - почти на каждой минуте опасность».
     Свет проникал из-под стрех, сыщик скоро наткнулся на искомое. Это были роликовые коньки с блестящими колёсами и засохшими крапинками грязи. Разглядывать находку некогда. Боязно сделать лишний шаг по опилкам, под которыми ощущались готовые запеть от тяжести тела доски. И всё-таки он нашёл тут ещё и белые матерчатые перчатки, на одной - коричневое пятно. Не исключено – засохшая кровь.
     Бесшумно соскользнул по лестнице с чердака и сразу подосадовал, что поспешил. Подвал зловеще молчал. Вероятно, ещё не наполнена даже первая банка. Вот пасечник наполнит её и протянет ему, чтоб поместил в авоську. Однако Рябинкин ошибся. Громыхнула запираемая крышка бидона. Хозяин появился из подполья с двумя трёшками в руках. Лицо сияло, как и мёд за бесцветным стеклом.
- Ваша матушка станет на ноги быстрей, чем увидит дно у первой из них.
     Ефим поразился тому, сколько было в его чертах добродушия. Нет, этот пчеловод также не мог убить из чужого ружья с корыстными целями почти незнакомого человека. Детектив заплатил деньги, искренно поблагодарив пасечника.
     Домой возвращался, отягощённый солидной ношей, молчаливой, как сытно поевший ребёнок. Банки с мёдом не помешали ему разглядеть, что тропка под ногами тверда, словно кремень. Убийца на роликовых коньках мог пронестись по ней со скоростью птицы.
     Он сразу же звякнул Марине по сотовому и попросил о встрече. Рассказал о находке и посоветовал до того, как в омшаник поставят на зимовку ульи, добиться обыска сарая. Судебно-медицинская экспертиза шустро установит, кому из действующих лиц принадлежат коньки, а кому – засохшая капля крови на перчатке. Следствие сделает надлежащие выводы.
2011
 

© Copyright: Дмитрий Сергеевич Гавриленко, 2015

Регистрационный номер №0268420

от 31 января 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0268420 выдан для произведения:
            В этот раз Ефим Рябинкин едва не опростоволосился по той простой причине, что бражников было трое. И все пили брагу из граненых кружек с круглыми стеклянными ручками, все не вязали лыка. Когда-то эти кружки использовались под пиво из пузатой бочки, потом их вместе с бочками заменили маленькие, почти игрушечные банки. Стоили малютки недешево, поэтому пасечники предпочли иметь свой напиток. Заделывали тяжелую флягу браги и некоторое время жили предчувствием того, что скоро у них будет свой самогон. Фляга стояла в тепле, напиток в ней духовито бродил. Пасечники обычно не выдерживали соблазна и отправляли мутноватую жидкость в собственные желудки до того, как она станет сырьем для самогонного аппарата. 
            Вдвоем им удавалось справляться с хозяйством, поскольку они были в расцвете сил и знали свое дело. Лучший взяток приходился на время цветения клевера, теперь эта пора уже прошла; пасечники могли расслабиться. Вообще-то, если бы к ним не явился тогда Ступин, фляга так и осталась бы непочатой. Пасечники намеривались выгнать самогон к празднику пчеловодов, однако охотника нельзя было не угостить. Из двух убитых уток он отдал им одну и поставил на дощатый стол бутылку червивки, яблочного вина местного разлива. Они эту червивку оприходовали,  выпили по кружке браги, и языки у всех троих развязались. Стали рассказывать про «Поле чудес», анекдоты про тещу и Путина. Ступин поведал о том, что его дружок удачно толкнул свой седан с просторным багажником, независимой передней подвеской. Покупатель не какой-нибудь бедолага, особо не торговался, заплатил зеленью. Теперь сосед идет домой с кучей денег в кармане и видит вместо седана японский джип.
            Все это Рябинкин узнал от жены Ступина, который уже был арестован с предъявлением обвинения в умышленном убийстве и ограблении. Улики неопровержимы: баллистическая экспертиза подтвердила, что выстрел, оборвавший жизнь односельчанина, произведен из принадлежащего Ступину ружья 32 калибра. Деньги, вырученные от продажи автомобиля, исчезли. Ступину предлагали сотрудничество со следствием, уверяли: чистосердечное признание облегчит его участь. Ступин не признал себя виновным ни в убийстве, ни в ограблении. Его жена Марина упросила сыщика взяться за это дело. Может быть, ему удастся раздобыть другие факты, подтверждающие, что ее муж никого не убивал. Они были с покойным друзья, все село об этом знало. Ступин имел собственную «Ниву» и менять ее на другую машину не собирался. Марина уверяла: супруг никогда не поднимал руки на человека, не участвовал в драках, не находился под следствием. Она плакала так, что Ефиму с трудом удалось ее успокоить. Какой лапши он мог навешать ей на уши? Никакой, ровным счетом. Если оперы надыбают еще что-либо, к примеру, кровь убитого на одежде Ступина - капкан захлопнется. Аргументы обвинения станут неуязвимыми. Марина ухватилась за Рябинкина как за последнюю соломинку, плавающую в мутной воде. Она верила только в одну версию: муж не виновен. С готовностью выложила аванс и пообещала своевременно выплатить вторую часть гонорара. 
            Об этом размышлял сейчас сыщик, идя по тропинке к пасеке. В правой руке нес авоську с двумя пустыми трешками. Они время от времени целовались друг с дружкой, тонкий звон стекла выводил сыщика из раздумья. Потом банки восстанавливали равновесие, и мысли продолжались своим чередом. По-человечески он не верил в то, что охотник, только что убивший дробью двух уток, мог с такой же легкостью шлепнуть своего соседа. Положим, он знал: на руках у того доллары, но воспринимал это как само собой разумеющееся дело, потому что только что продана машина. Французский седан с эмблемой льва он хотел заменить машиной с причудливой буквой «т». Он ни от кого не скрывал своей мечты. Она не застила ему белый свет. Ступин – выпивоха добрый, из тех, чья душа от выпитого становится мягче. А у других она могла ожесточиться, покрыться черной копотью зависти. Вот это и нужно ему проверить, причем со всевозможной дотошностью. Другого такого случая может не подвернуться.
            Пасека представляла собой поистине райский уголок под развесистыми кронами берез. Один пасечник широк в кости и напоминал невесть как выросший в тесноте дубок, второй – такого же росту, но худощав. Широкоплечий обрадовался, когда услышал, что Ефим пришел за медом для больной матери.
-Наш медок хороший, не будете раскаиваться. Настоящий. Поднимет и покойника, если душа еще не отлетела.
-Нет, мать еще жива, - пояснил Рябинкин.- Мед нужен, чтоб она окончательно стала на ноги.
Худощавый копошился возле улья, а его напарник повел гостя к омшанику, который находился там, где никаких ульев не было. В омшанике - небольшой подвал, прикрытый крепко сколоченной дверью, держащейся на широких петлях. Пасечник сноровисто открыл неширокую дверь, ведущую вниз, взял две банки и нырнул в подземелье. Хлопнула открытая металлическая крышка. Ефим сделал вывод, что в бидонах здесь не только брага, но и мед. Никакой воришка не полезет за ним в омшаник, опасаясь пчел. Так что все вполне логично. В омшанике имелся чердак, на который вела деревянная растрескавшаяся лестница. Подвал довольно глубокий, пасечника не было видно, и Рябинкин рискнул. Перешагнув через нижние ступени, держась двумя руками за верхние, сыщик шмыгнул на чердак. Там его встретила темнота, и паутина, и сухой, почти горячий воздух. Когда глаза привыкли к темноте, Ефим увидел, что едва не врезался головой в гнездо шершней с крупными дырами. Казалось, оно было приклеено к кровельному железу. «Вот тебе и пасека, - подумал Рябинкин, - почти на каждой минуте опасность».
            Свет проникал из-под стрех, сыщик скоро наткнулся на то, что искал. Это были роликовые коньки с блестящими колесиками и засохшими крапинками земли. Не было времени разглядеть находку, боязно сделать шаг по опилкам, под которыми Ефим ощутил готовые запеть под его тяжестью доски. И все-таки он нашел здесь еще и белые матерчатые перчатки, на одной из которых имелось коричневое пятнышко. Не исключено, что это – засохшая кровь.
            Сыщик бесшумно соскользнул по лестнице с чердака и сразу же подосадовал, что поспешил. Подвал зловеще молчал. Вероятно, еще не наполнена даже первая банка. Вот пасечник наполнит ее и протянет ему, чтоб он поместил в свою авоську. Однако Рябинкин ошибся. Громыхнула запираемая крышка бидона, и пасечник появился из подвала сразу с двумя банками в руках. Лицо его сияло, как и мед за стеклом.
-Ваша матушка станет на ноги быстрее, чем увидит дно у первой из них.
            Ефим поразился тому, сколько было в его чертах добродушия. Нет, этот пчеловод также не мог убить из чужого ружья с корыстными целями почти незнакомого человека. Рябинкин заплатил деньги и поблагодарил совершенно искренне пасечника.
            Домой он возвращался отягощенный солидной ношей, молчаливой, как сытно поевший ребенок. Банки с медом не помешали ему разглядеть, что тропка была твердой, как кремень. Убийца на роликовых коньках мог пронестись по ней со скоростью птицы.
            Он сразу же позвонил Марине по сотовому и попросил о встрече. Рассказал о своей находке и посоветовал до того, как в омшаник поставят на зимовку ульи, добиться обыска сарая. Судебно-медицинская экспертиза быстро определит, кому из действующих лиц принадлежат коньки, а кому - капля крови на перчатке, и следствие сделает надлежащие выводы.
Дмитрий ГАВРИЛЕНКО
 
Рейтинг: +1 258 просмотров
Комментарии (2)
Ивушка # 31 января 2015 в 13:44 0
Увлекательное чтение,очень интересный дедектив.
Дмитрий Сергеевич Гавриленко # 2 февраля 2015 в 00:10 +1
podarok
Благодарю Вас.

Новости партнеров
Загрузка...

 

Популярная проза за месяц
137
90
86
78
77
75
70
70
65
63
63
61
61
57
57
56
56
55
54
53
50
49
48
47
44
44
40
37
37
37
Цветок 24 апреля 2018 (Тая Кузмина)