Прошла неделя. Семь дней, которые Роман провел в странном, напряженном ожидании. Он не возвращался в «Атлант» надолго — только чтобы проверить, все ли в порядке, и дать указания помощникам. Большую часть времени он проводил в своей квартире, превратившейся в настоящий штаб. Стены были увешаны распечатками: карта Петербурга с отмеченными точками, фотографии Фурмана из открытых источников, статьи о древних монетах Колхиды, скриншоты форумов с упоминаниями мистических артефактов. Он спал урывками, ел на ходу, постоянно проверял телефон. Ни одного сообщения от Фурмана. Только тишина.
Он пытался отвлечься работой — разобрал пару старых раскадровок, позвонил Юре, своему айтишнику, чтобы тот покопался глубже в базах данных по Марине Волковой. Но ничего нового. Ее след обрывался после побега из СИЗО и кражи монет из РОВД. Как будто она действительно растворилась в воздухе. Роман ловил себя на том, что все чаще сжимал кулаки, вспоминая ее лицо — холодные серые глаза, усталую улыбку, ту силу, которую она скрывала под маской безразличия. Он не знал, любовь ли это, одержимость или просто азарт охотника, но мысль о ней не отпускала ни на минуту.
Наконец, в среду вечером телефон завибрировал. Сообщение было коротким: «Завтра, 16:00. Тот же адрес. И.Л.». Роман выдохнул, чувствуя, как напряжение в плечах слегка ослабло. Игра продолжалась.
На следующий день он снова подъехал к особняку на Васильевском острове. Погода стояла пасмурная, низкие тучи нависали над Невой, делая воздух тяжелым и влажным. Ворота открылись автоматически, как будто его ждали. Тот же охранник в темном костюме встретил у входа и молча проводил внутрь. Роман заметил, что сегодня в доме было тише обычного — ни слуг, ни посторонних звуков. Только тиканье часов в коридоре и далекий шум города за толстыми стенами.
Фурман ждал в том же кабинете. Он сидел за столом, но на этот раз не в рубашке, а в темно-сером костюме, словно готовился к важному разговору. Перед ним стояла открытая деревянная шкатулка — та самая, которую Роман уже видел мельком в прошлый раз, но теперь она была в центре стола. В бархатных гнездах лежали двенадцать монет. Темные, неровные, с грубой чеканкой. Они не блестели, но от них веяло чем-то древним, почти осязаемым. Рядом лежала лупа и пара белых перчаток.
— Роман, присаживайтесь, — Фурман указал на кресло напротив. Его голос был спокойным, но в глазах читалось что-то новое — удовлетворение, смешанное с легким возбуждением. — Чай?
— Нет, спасибо, — Роман сел, не отрывая взгляда от шкатулки. — Это они?
Фурман кивнул, надевая перчатки. Он аккуратно взял одну монету — ту, на которой был выгравирован сложный узор, напоминающий змею, кусающую свой хвост.
— Да. Двенадцать. Полный комплект, кроме одной. — Он положил монету обратно и закрыл шкатулку. — Вы терпеливы, Роман. Это качество я ценю. Я обещал информацию о вашей... невесте. И я ее добыл.
Роман напрягся, стараясь не выдать эмоций.
— Где она?
Фурман откинулся в кресле, сцепив пальцы.
— Сначала небольшая предыстория. Чтобы вы понимали контекст. — Он сделал паузу, словно подбирая слова. — Марина Волкова работала на меня. Несколько месяцев назад я через посредников заказал доставку этих монет из Грузии. Она была идеальным курьером — профессионал, с безупречной репутацией в определенных кругах. Анонимная, надежная. Она привезла их мне лично. Здесь, в этом доме. Я выплатил ей гонорар, и мы расстались. Все было чисто.
Роман почувствовал, как в груди что-то сжалось. Марина была здесь. В этой комнате. Возможно, сидела в этом же кресле. Принесла монеты. А потом... что-то пошло не так.
— Почему она попала в СИЗО? — спросил он тихо.
Фурман пожал плечами.
— Таможня в Пулково. Кто-то сдал. Возможно, утечка от грузинских посредников. Или конкуренты. Она успела спрятать одну монету — эту, со змеей. Остальные одиннадцать изъяли. Но потом... — он усмехнулся уголком губ, — потом она вернула их себе. Проникла в РОВД и забрала. Гениально. Я был впечатлен.
Роман молчал, переваривая услышанное. Марина не просто курьер. Она рисковала всем ради этих монет. Или ради чего-то большего.
— А теперь? — спросил он наконец. — Где она сейчас?
— В Москве, — просто ответил Фурман. — Уехала сразу после кражи из РОВД. Мои люди засекли ее на вокзале — купила билет на «Сапсан». С тех пор след теряется. Москва большая. Она знает, как исчезать. Но она там. Я уверен.
Роман сжал подлокотники кресла. Москва. Это было направление. Реальное. Не мистика, не энергетические шлейфы. Конкретный город.
— Почему вы мне это рассказываете? — спросил он. — И что взамен?
Фурман улыбнулся — на этот раз открыто, почти по-волчьи.
— Вы умны, Роман. Ничего просто так. Я расскажу вам все. Но сначала — о большем контексте. Эти монеты... они не просто антиквариат. Они часть древнего комплекта, созданного, по легендам, жрецами Колхиды еще до похода аргонавтов. Двенадцать монет — ключи к определенным... силам. Каждая усиливает определенный аспект человеческой природы. Одна — интуицию, другая — физическую выносливость, третья — способность манипулировать материей. — Он посмотрел на Романа многозначительно. — Как у вашей Марины.
Роман замер.
— Вы знаете о ее... даре?
— Конечно, — Фурман кивнул. — Когда она принесла монеты, я заметил. Она была... усилена. Одна монета, со змеей, была при ней. Она делала ее сильнее. Позволяла дольше удерживать состояние фазировку. Прохождение сквозь материю. Редкий дар. А с монетами — почти неограниченный.
Роман почувствовал холодок по спине. Фурман знал все. Или почти все.
— Но полный комплект из двенадцати — это только часть, — продолжал Фурман. — Есть тринадцатая. Самая важная. «Сердце Аида», как ее называют в старых текстах. Она завершает цикл. Дает контроль над всем набором. Позволяет не просто усиливать способности, а... управлять ими.
Он встал и подошел к окну, глядя в сад.
— Эту тринадцатую монету хранит организация. «Орден Полумесяца». Тайное общество, существующее столетиями. Они считают себя наследниками тамплиеров, хранителями древних знаний. Их лидер — Александр Фастов. Человек опасный, амбициозный. Называет себя прямым потомком одного из великих магистров ордена. У них есть штаб в Москве — старый особняк в центре, замаскированный под культурный фонд. Но основной их актив в Петербурге — офис в бизнес-центре в районе Выборгской набережной. Там хранится тринадцатая монета.
Фурман повернулся к Роману.
— Я хочу, чтобы вы ее забрали для меня. Проникли в офис и вынесли монету. Без шума, без следов. Вы — идеальный человек для этого. Каскадер, привыкший к риску, к точным расчетам. Вы сможете.
Роман смотрел на него, пытаясь осознать масштаб.
— Это кража. У тайного ордена. С охраной, наверняка, серьезной.
— Да, — согласился Фурман. — Но не невозможная. У меня есть план. Чертежи здания, расписание охраны, коды доступа. Я дам вам все. Взамен — я продолжу искать Марину в Москве. У меня там связи. Когда монета будет у меня, я дам вам точное место. И даже помогу добраться.
Роман молчал долго. Это была сделка с дьяволом. Но дьявол знал, где Марина.
— Почему не ваши люди? — спросил он наконец.
Фурман вернулся к столу и сел.
— Мои люди — хороши для грубой работы. Но Орден... они параноики. У них системы обнаружения не только технические. Они чувствуют... нарушения. А вы — чистый. Не связаны со мной напрямую. И ваша профессия — идеальное прикрытие. Если что-то пойдет не так, вы — просто каскадер, ищущий локацию для съемок. Плюс мои юристы.
Роман посмотрел на шкатулку с двенадцатью монетами. Они лежали спокойно, но он почти чувствовал их тяжесть.
— Когда?
— На подготовку вам три дня, — ответил Фурман. — Я пришлю вам пакет с информацией скорее всего, этим вечером. Изучите. Задавайте вопросы. Мы подготовимся тщательно.
Он протянул руку.
— Согласны?
Роман посмотрел на руку, потом в глаза Фурману. В них не было обмана — только холодный расчет и азарт коллекционера.
Он пожал руку.
— Согласен.
Фурман улыбнулся.
— Отлично. Тогда начнем. Чай все-таки?
Роман кивнул. Пока Фурман звонил слуге, он смотрел на шкатулку. Двенадцать монет ждали тринадцатую. А он ждал Марину. Игра становилась все опаснее, но он уже не мог остановиться.
Когда чай принесли, Фурман начал рассказывать детали. Монета хранится в сейфе в кабинете Фастова, когда он в Петербурге. Код сейфа — у Фурмана есть предположение. Роман слушал, запоминая каждую деталь. Это был не просто трюк. Это была операция, в которой ему нельзя было ошибиться.
Когда он уходил, Фурман проводил его до двери.
— Роман, — сказал он тихо. — Будьте осторожны. Орден не прощает ошибок. Но если все пройдет гладко... вы получите свою Марину. И, возможно, нечто большее.
Роман кивнул и вышел в пасмурный вечер. Дождь начал моросить, смывая пыль с улиц. Он сел в машину и долго сидел, глядя на особняк. Он ступил на опасный путь, но в его груди горело что-то теплое — надежда. Марина была в Москве. Живая. И он найдет ее. Даже если для этого придется украсть у самого дьявола его сердце.
Помочь сайту
Поздравления
