ГлавнаяПрозаДетские разделыСказки → Сказка про боярина Ряху

Сказка про боярина Ряху

14 января 2018 - Анна Головина
article407013.jpg
 Жила-была в древние времена на Руси княжна Марья у батюшки своего, князя. Красивая да умная, и всем бы хороша, только странность имела малую. С детства к чистоте да аккуратности страсть имела. Мало того, что всех мамок да нянек загоняла, замучила, стремясь их опрятности да чистоплотности научить, а и сама, своими рученьками белыми, порядки наводила. Как ни бились, ни мучились князь с княгинею, ничего поделать не смогли.

Как-то, поехала княжна Марьюшка с няньками да мамками путешествовать по необъятным владениям батюшки своего. Природой любовалась, видами разными, вот только не больно-то радовали ее виды эти. Все не ладно, все не хорошо. То и дело капризничает, да фантазии всякие разные на нянек да мамок обрушивает:
– Лес дремуч шибко, его бы в порядок привести: деревья обрезать, дорожки аккуратные проложить, а грибы да ягоды в рядочки высадить. Зверей грязных да неопрятных вымыть, научить их вежливости обычной, чтобы не убегали, как ошалелые, в разные стороны, не прятались по кустам да по норам, а стояли смирно и спокойно, хорошо бы еще головку склонили при виде важных-то особ.
 Няньки да мамки ее, со всякою рассудительностью, уговаривают:
– Что ты, матушка, нешто так можно Бога гневить!? Коли лес-то проредить да дорожки проложить, парк выйдет, как у батюшки вашего около хором. А охотиться где же? В парках то, знамо дело, зверье не водится.
– Да и грибы с ягодами не солдаты батюшки вашего, не прикажешь им выстроиться в ряды да шеренги. Им чай, сам Господь Бог велит, где надобно из-под земли вылезать.
– А что бы звери к человеку на поклон шли, для этого одной важности особ маловато, для этого святость надобно иметь, как у Адама была до грехопадения, нешто ты, голубка наша, Святое Писание не учила?
А та знай свое:
– Ну, коли звери да растения Богу повинуются, пусть живут, как Он им повелел, потому что везде порядок надобен. А вот бояре, они ведь ни звери, ни растения, батюшке моему, великому князю повинуются, а в имениях своих порядка навести не могут.
Няньки да мамки, от ужаса и удивления, руками всплескивают:
– Не слыхали мы ни о каких безобразиях в боярских имениях!
– То-то, не слыхали, – смеется Марья, – вы вообще ничего ни видеть, ни слышать не хотите. А то и безобразия: имения у них не ухожены, крестьяне у них не опрятны, грязны да не чесаны, детишки их босые да чумазые бегают, избы дряхлые, покосившиеся стоят, скотина беспризорная по огородам шастает, а огороды – те травою и бурьянами заросли.
Что тут скажешь?! Мамки да няньки только руками разводят. Долгонько так ехали, уж домой собираться стали. Так бы и повернули в обратный путь, если бы во владениях боярина одного возок княжеский не сломался.
У боярина того именьице небольшое, как по княжеским-то представлениям, и внимания нестоящее. Только Марья вдруг заволновалась, спрашивать стала мамок да нянек, чье, дескать, кто в нем обитает. А няньки да мамки пошушукались, покумекали и говорят:
– Не гневайся, душечка, а знать, не знаем, ведать, не ведаем.
– А вот гляди ко, крестьянин, со своими дочурками, из лесу вышел. И странные какие! Няньки да мамки дивятся:
– Ишь! И видать, что крестьянин, а вроде бы и нет!
– Разве зажиточный какой?!
–Гляди! Идет, улыбается, а рубаха-то чистая, мало того, узорами расшита.
– А детишки-то румяные да веселые, сарафаны из тафты, ленточками бархатными опоясаны, а платочки, видать, чистый шелк.
Княжна пуще прежнего взволновалась:
– Скажи-ка, любезный, – говорит, – в чьи это владения мы заехали? Знаешь ли?
– Как не знать, тут нашего хозяина – боярина Ряху, не токмо весь люд, но и кажная животная, и та знает.
– Так знатен боярин ваш? Что-то я о таком и слыхом не слыхивала.
– Знатен, так да не так. То-то и видать, что вы не из наших мест.
– Что-то ты мне все загадки загадываешь? Так, да не так?! А ну говори толком.
–Не серчайте на меня, ваша милость, а только я вам все верно сказал. Может и не так знатен боярин наш в думе боярской, да в палаты княжеские не вхож, а только у нас его все знают. Тут господину нашему от всякой зверушки любовь и почет, потому, как и он, зверушку кажную своим теплом и милостью не обошел. А вот и сам боярин наш с работниками стога мечет, в поле вон, в красной рубахе.
И пошел мужик своею дорогою, следом дочурки его весело за ним запрыгали.
Поглядела Марья, куда мужик ей указал, и глаз отвести не может. Поле то все, как огромным гребешком, кто расчесал. А стога на нем стоят словно барыни в праздничном, пышном одеянии, статные да опрятные. Сам же боярин, как дубок крепкий; в плечах широк, и росточком Бог не обидел, а работает играючи, будто бы не сено, а пух в стога мечет, да еще и работников подбадривает и подзадоривает шутками, прибаутками разными, а то и просто улыбнется приветливо. И мужики, по всему видать, любят своего господина не за страх, а за совесть. Словом поглядела, и прямиком в поле отправилась. Уж больно ей со странным боярином поговорить захотелось.
А мамки да няньки давай княжне жужжать:
– И что это за боярин такой, коли он, как простой мужик в поле пашет?
– Вот, как папенька дознаются о том, что ты – княжеская дочка с таким непутевым, лясы точишь, боярина сослать велит, а тебя в терем белый, под замок посадит.
– Да откуда ж узнает батюшка? Разве что вы скажете? Да и боярину, о том, что я княжьего роду, знать не надобно. А возок наш сломался, его наладить надо.
Так, за разговором и подошли к стогам. Тут и хозяин их приметил, развернулся, стоит, поджидает, улыбается широко, радостно, словно самые близкие и родные люди к нему в гости пожаловали. Чудно Марьюшке, смотрит она и тоже, будто не в первый раз его видит. Как узнал боярин про сломанный возок, тут же наказал кузнецу его наладить, а сам гостей потчевать пошел. Идет Марья к усадьбе боярской, а у самой дух в груди замирает, вдруг выйдет на порог молодая боярыня. Но к ее великой радости хозяйки в доме не оказалось. Жил боярин совершенно один, из прислуги в доме была − только старая кухарка.
Возок-то кузнец боярский быстро подлатал, Марьюшке показалось, что и пяти минут не прошло. Вовсе не хотелось уезжать, но причины остаться пристойной не нашлось. И мамки да няньки уж больно подозрительны, сделались, ехать торопят.
Приехала Марья домой и вовсе сама не своя стала, все ходит по хоромам и песни тихие поет. Забеспокоился родитель о здоровье дочкином. Мамки да няньки по углам шептаться стали, про княжеские указы:
− Слыхали, вызвал лекарей заморских, совет держать, нешто своих мало.
Говорит старшая нянька. А другая ей вторит:
− Сказывают лекаря-то со своей целью прибыли, все наперебой советуют голубицу нашу замуж выдать, мол, давно пора пришла, оттого и болезнь у нее приключилась.
− Я сама слышала,  − говорит третья нянька,− истинно, советуют подлецы. Говорят, мол, только замуж выйдет, так сразу все как рукой снимет.
− А я слыхала, уж и бал в честь женихов назначен, видно скоро вылетит голубка наша из родного гнезда, – подытожила разговор главная нянька и тайком вытерла слезу.
Узнала и Марьюшка, да с батюшкой князем не поспоришь, коли дело решенное. Приехали изо всех концов принцы заморские. Столько женихов, что кое-как в залу уместили. Марья-то слыла первой красавицей по всему белу свету. Князь хотел, не откладывая на завтра, в первый же день зятя выбирать, но тут Марья воспротивилась:
− Устали гости с дороги, а ты папенька, сразу к делам приступать хочешь.
Да и княгиня дочь поддержала:
− Права княжна, на Руси издавна водится − сначала гостей накормить, напоить надобно, спать уложить, а только потом уж − дела.
На том и порешили. День попили женишки, поели, всласть, на другой день им смотр назначен. Знала Марьюшка, что русское застолье − не заморские пирушки. Тут крепость нужна духовная да телесная, потому как столы от яств да напитков ломятся – ешь, пей, не хочу, никто держать не станет. Вот и вышло: не привычны, оказались принцы заморские к нашему застолью – наелись, напились без удержу, перессорились меж собой за княжну, костюмы да внешности попортили. На другой день, как у нас выражаются, не первой свежести вышли, а Марьюшке только того и надобно. Выходят гости заморские по очереди, у кого кафтан порван, у кого, извиняюсь, жабо перепачкано, у кого вообще физиономия помята, попорчена. Вроде постарались камердинеры иноземные, где подшили, где почистили, где припудрили, только княжна все высмотрит и знай, свое твердит:
− Неопрятен, неаккуратен и вообще не Ряха.
Так всех женихов по домам отправила. И поделом им. А гости в недоумении дивятся, что за слово такое чудное – неряха. Переводчики иностранные его перевести не могут, не учили. Разъехались все претенденты не солоно хлебавши. Тут уж князь дочери ответ велел держать, а Марья ничего, не испугалась:
− Папенька, − говорит, сам же видишь, не будет тебе опоры в старости от таких зятьев.
− Так, глядишь, вовсе без мужа останешься, али приглядела кого из наших князей?
− Приглядеть-то приглядела, только не князь он, − опустила очи долу Марьюшка.
− Боярин может знатный?
− Боярин-то боярин, да у тебя не в почете.
− Беден значит, рассердился князь.
− Имение и вправду у него не велико, но хозяин он на своей земле знатный и у каждого в тех краях заслужил уважение и почет. Вот взял бы и поехал, сам посмотрел на боярина Ряху, на имение его, а заодно и своих думных бояр проведал. А я кроме него, все равно ни за кого замуж не пойду, постригусь в монахини.
− Да уж, коли князь в гости пожалует, любой дурак порядки наведет.
− Да ведь и я к тому папенька, вы простым возком, поскромнее, победнее, вот тогда и посмотрите, кто чего стоит.
− А была, не была, − махнул князь рукою, − пожалуй, и полезно о своих подданных правду узнать.
И ведь поехал, долго ездил, а приехал хмурый. Испугалась княжна, что боярин ее папеньке не понравился, а спросить боится. Заперся князь со княгинею в своей опочивальне и долго с ней о чем-то беседовал. Няньки вездесущие говорили, совет держал, как быть. И правду у бояр думных порядка меньше, чем у боярина Ряхи.
Целую неделю мучились сомнениями князь с княгинею, но в конце концов решили свадьбу сыграть. Марья на седьмом небе от счастья была. И боярину Ряхе невеста по сердцу пришлась. Хорошо жили, дружно, детишек нарожали кучу. Марьюшка стала детьми заниматься, а боярин князю помогал, вскоре все княжество пришло в образцовый порядок. Зять князев каждый год все самолично объезжал с проверкой: распоряжения полезные давал, да и на помощь не скупился. А уж когда князь стар стал, то и само княжество боярину Ряхе передал. Люди говорят, что время его правления на Руси самое справедливое да счастливое было. С той поры и слово новое образовалось – неряха, им стали всех неопрятных и неаккуратных называть.

 
2009 − 15.03.2010г.
 

© Copyright: Анна Головина, 2018

Регистрационный номер №0407013

от 14 января 2018

[Скрыть] Регистрационный номер 0407013 выдан для произведения:
 Жила-была в древние времена на Руси княжна Марья у батюшки своего, князя. Красивая да умная, и всем бы хороша, только странность имела малую. С детства к чистоте да аккуратности страсть имела. Мало того, что всех мамок да нянек загоняла, замучила, стремясь их опрятности да чистоплотности научить, а и сама, своими рученьками белыми, порядки наводила. Как ни бились, ни мучились князь с княгинею, ничего поделать не смогли.
Как-то, поехала княжна Марьюшка с няньками да мамками путешествовать по необъятным владениям батюшки своего. Природой любовалась, видами разными, вот только не больно-то радовали ее виды эти. Все не ладно, все не хорошо. То и дело капризничает, да фантазии всякие разные на нянек да мамок обрушивает:
– Лес дремуч шибко, его бы в порядок привести: деревья обрезать, дорожки аккуратные проложить, а грибы да ягоды в рядочки высадить. Зверей грязных да неопрятных вымыть, научить их вежливости обычной, чтобы не убегали, как ошалелые, в разные стороны, не прятались по кустам да по норам, а стояли смирно и спокойно, хорошо бы еще головку склонили при виде важных-то особ.
 Няньки да мамки ее, со всякою рассудительностью, уговаривают:
– Что ты, матушка, нешто так можно Бога гневить!? Коли лес-то проредить да дорожки проложить, парк выйдет, как у батюшки вашего около хором. А охотиться где же? В парках то, знамо дело, зверье не водится.
– Да и грибы с ягодами не солдаты батюшки вашего, не прикажешь им выстроиться в ряды да шеренги. Им чай, сам Господь Бог велит, где надобно из-под земли вылезать.
– А что бы звери к человеку на поклон шли, для этого одной важности особ маловато, для этого святость надобно иметь, как у Адама была до грехопадения, нешто ты, голубка наша, Святое Писание не учила?
А та знай свое:
– Ну, коли звери да растения Богу повинуются, пусть живут, как Он им повелел, потому что везде порядок надобен. А вот бояре, они ведь ни звери, ни растения, батюшке моему, великому князю повинуются, а в именьях своих порядка навести не могут.
Няньки да мамки, от ужаса и удивления, руками всплескивают:
– Не слыхали мы ни о каких безобразиях в боярских имениях!
– То-то, не слыхали, – смеется Марья, – вы вообще ничего ни видеть, ни слышать не хотите. А то и безобразия: именья у них не ухожены, крестьяне у них не опрятны, грязны да не чесаны, детишки их босые да чумазые бегают, избы дряхлые, покосившиеся стоят, скотина беспризорная по огородам шастает, а огороды – те травою и бурьянами заросли.
Что тут скажешь?! Мамки да няньки только руками разводят. Долгонько так ехали, уж домой собираться стали. Так бы и повернули в обратный путь, если бы во владениях боярина одного возок княжеский не сломался.
У боярина того именьице небольшое, как по княжеским-то представлениям, и внимания нестоящее. Только Марья вдруг заволновалась, спрашивать стала мамок да нянек, чье, дескать, кто в нем обитает. А няньки да мамки пошушукались, покумекали и говорят:
– Не гневайся, душечка, а знать, не знаем, ведать, не ведаем.
– А вот гляди ко, крестьянин, со своими дочурками, из лесу вышел. И странные какие! Няньки да мамки дивятся:
– Ишь! И видать, что крестьянин, а вроде бы и нет!
– Разве зажиточный какой?!
–Гляди! Идет, улыбается, а рубаха-то чистая, мало того, узорами расшита.
– А детишки-то румяные да веселые, сарафаны из тафты, ленточками бархатными опоясаны, а платочки, видать, чистый шелк.
Княжна пуще прежнего взволновалась:
– Скажи-ка, любезный, – говорит, – в чьи это владенья мы заехали? Знаешь ли?
– Как не знать, тут нашего хозяина – боярина Ряху, не токмо весь люд, но и кажная животная, и та знает.
– Так знатен боярин ваш? Что-то я о таком и слыхом не слыхивала.
– Знатен, так да не так. То-то и видать, что вы не из наших мест.
– Что-то ты мне все загадки загадываешь? Так, да не так?! А ну говори толком.
–Не серчайте на меня, ваша милость, а только я вам все верно сказал. Может и не так знатен боярин наш в думе боярской, да в палаты княжеские не вхож, а только у нас его все знают. Тут господину нашему от всякой зверушки любовь и почет, потому, как и он, зверушку кажную своим теплом и милостью не обошел. А вот и сам боярин наш с работниками стога мечет, в поле вон, в красной рубахе.
И пошел мужик своею дорогою, следом дочурки его весело за ним запрыгали.
Поглядела Марья, куда мужик ей указал, и глаз отвести не может. Поле то все, как огромным гребешком, кто вычесал. А стога на нем стоят словно барыни в праздничном, пышном одеянии, статные да опрятные. Сам же боярин, как дубок крепкий; в плечах широк, и росточком Бог не обидел, а работает играючи, будто бы не сено, а пух в стога мечет, да еще и работников подбадривает и подзадоривает шутками, прибаутками разными, а то и просто улыбнется приветливо. И мужики, по всему видать, любят своего господина не за страх, а за совесть. Словом поглядела, и прямиком в поле отправилась. Уж больно ей со странным боярином поговорить захотелось.
А мамки да няньки давай княжне жужжать:
– И что это за боярин такой, коли он, как простой мужик в поле пашет?
– Вот, как папенька дознаются о том, что ты – княжеская дочка с таким непутевым, лясы точишь, боярина сослать велит, а тебя в терем белый, под замок посадит.
– Да откуда ж узнает батюшка? Разве что вы скажете? Да и боярину, о том, что я княжьего роду, знать не надобно. А возок наш сломался, его наладить надо.
Так, за разговором и подошли к стогам. Тут и хозяин их приметил, развернулся, стоит, поджидает, улыбается широко, радостно, словно самые близкие и родные люди к нему в гости пожаловали. Чудно Марьюшке, смотрит она и тоже, будто не в первый раз его видит. Как узнал боярин про сломанный возок, тут же наказал кузнецу его наладить, а сам гостей потчевать пошел. Идет Марья к усадьбе боярской, а у самой дух в груди замирает, вдруг выйдет на порог молодая боярыня. Но к ее великой радости хозяйки в доме не оказалось. Жил боярин совершенно один, из прислуги в доме была − только старая кухарка.
Возок-то кузнец боярский быстро подлатал, Марьюшке показалось, что и пяти минут не прошло. Вовсе не хотелось уезжать, но причины остаться пристойной не нашлось. И мамки да няньки уж больно подозрительны, сделались, ехать торопят.
Приехала Марья домой и вовсе сама не своя стала, все ходит по хоромам и песни тихие поет. Забеспокоился родитель о здоровье дочкином. Мамки да няньки по углам шептаться стали, про княжеские указы:
− Слыхали, вызвал лекарей заморских, совет держать, нешто своих мало.
Говорит старшая нянька. А другая ей вторит:
− Сказывают лекаря-то со своей целью прибыли, все наперебой советуют голубицу нашу замуж выдать, мол, давно пора пришла, оттого и болезнь у нее приключилась.
− Я сама слышала,  − говорит третья нянька,− истинно, советуют подлецы. Говорят, мол, только замуж выйдет, так сразу все как рукой снимет.
− А я слыхала, уж и бал в честь женихов назначен, видно скоро вылетит голубка наша из родного гнезда, – подытожила разговор главная нянька и тайком вытерла слезу.
Узнала и Марьюшка, да с батюшкой князем не поспоришь, коли дело решенное. Приехали изо всех концов принцы заморские. Столько женихов, что кое-как в залу уместили. Марья-то слыла первой красавицей по всему белу свету. Князь хотел, не откладывая на завтра, в первый же день зятя выбирать, но тут Марья воспротивилась:
− Устали гости с дороги, а ты папенька, сразу к делам приступать хочешь.
Да и княгиня дочь поддержала:
− Права княжна, на Руси издавна водится − сначала гостей накормить, напоить надобно, спать уложить, а только потом уж − дела.
На том и порешили. День попили женишки, поели, всласть, на другой день им смотр назначен. Знала Марьюшка, что русское застолье − не заморские пирушки. Тут крепость нужна духовная да телесная, потому как столы от яств да напитков ломятся – ешь, пей, не хочу, никто держать не станет. Вот и вышло: не привычны, оказались принцы заморские к нашему застолью – наелись, напились без удержу, перессорились меж собой за княжну, костюмы да внешности попортили. На другой день, как у нас выражаются, не первой свежести вышли, а Марьюшке только того и надобно. Выходят гости заморские по очереди, у кого кафтан порван, у кого, извиняюсь, жабо перепачкано, у кого вообще физиономия помята, попорчена. Вроде постарались камердинеры иноземные, где подшили, где почистили, где припудрили, только княжна все высмотрит и знай, свое твердит:
− Неопрятен, неаккуратен и вообще не Ряха.
Так всех женихов по домам отправила. И поделом им. А гости в недоумении дивятся, что за слово такое чудное – неряха. Переводчики иностранные его перевести не могут, не учили. Разъехались все претенденты не солоно хлебавши. Тут уж князь дочери ответ велел держать, а Марья ничего, не испугалась:
− Папенька, − говорит, сам же видишь, не будет тебе опоры в старости от таких зятьев.
− Так, глядишь, вовсе без мужа останешься, али приглядела кого из наших князей?
− Приглядеть-то приглядела, только не князь он, − опустила очи долу Марьюшка.
− Боярин может знатный?
− Боярин-то боярин, да у тебя не в почете.
− Беден значит, рассердился князь.
− Именье и вправду у него не велико, но хозяин он на своей земле знатный и у каждого в тех краях заслужил уважение и почет. Вот взял бы и поехал, сам посмотрел на боярина Ряху, на именье его, а заодно и своих думных бояр проведал. А я кроме него, все равно ни за кого замуж не пойду, постригусь в монахини.
− Да уж, коли князь в гости пожалует, любой дурак порядки наведет.
− Да ведь и я к тому папенька, вы простым возком, поскромнее, победнее, вот тогда и посмотрите, кто чего стоит.
− А была, не была, − махнул князь рукою, − пожалуй, и полезно о своих подданных правду узнать.
И ведь поехал, долго ездил, а приехал хмурый. Испугалась княжна, что боярин ее папеньке не понравился, а спросить боится. Заперся князь со княгинею в своей опочивальне и долго с ней о чем-то беседовал. Няньки вездесущие говорили, совет держал, как быть. И правду у бояр думных порядка меньше, чем у боярина Ряхи.
Целую неделю мучились сомнениями князь с княгинею, но в конце концов решили свадьбу сыграть. Марья на седьмом небе от счастья была. И боярину Ряхе невеста по сердцу пришлась. Хорошо жили, дружно, детишек нарожали кучу. Марьюшка стала детьми заниматься, а боярин князю помогал, вскоре все княжество пришло в образцовый порядок. Зять князев каждый год все самолично объезжал с проверкой: распоряжения полезные давал, да и на помощь не скупился. А уж когда князь стар стал, то и само княжество боярину Ряхе передал. Люди говорят, что время его правления на Руси самое справедливое да счастливое было. С той поры и слово новое образовалось – неряха, им стали всех неопрятных и неаккуратных называть.
 
2009 − 15.03.2010г.
Рейтинг: +3 407 просмотров
Комментарии (4)
Юрий Ишутин ( Нитуши) # 14 января 2018 в 12:47 +1
А я в начале всё думал: почему у боярина имя такое странное - Ряха? laugh ...Замечательная сказка у Вас получилась, Анна! Мало того, что просто читать было интересно, так , при желании, можно и тайный смысл её обнаружить! Спасибо за удовольствие! buket3
Анна Головина # 15 января 2018 в 11:02 +1
Спасибо, Юрий. Я рада, что Вам понравилась сказка))) 8ed46eaeebfbdaa9807323e5c8b8e6d9
Татьяна Петухова # 14 января 2018 в 20:30 +1
замечательная сказка,поучительный смысл,слог легкий. Спасибо, Анна.
Анна Головина # 15 января 2018 в 11:03 0
Танечка, спасибо большое, что не забываете меня))) buket7
Популярная проза за месяц
119
109
Осень-чародейка 29 октября 2018 (Анна Гирик)
105
103
96
89
Я не верю 26 октября 2018 (Сергей Гридин)
88
86
85
82
78
76
75
71
69
67
66
65
62
62
61
60
58
57
55
А ЗНАЕШЬ... 26 октября 2018 (Рената Юрьева)
54
54
47
45
44