Коридор

6 марта 2014 - Вадим Ионов

Болею….

Лежу под одеялом и как опытный дрессировщик делаю вид, что совершенно равнодушен к взбрыкиваниям сбесившейся температуры. Она же ползает во мне и изредка грызёт подсунутый ей градусник. Тот в свою очередь лениво доползает ртутью до тридцати восьми с дробью и вновь впадает в спячку.

 

Я держу его в руке и, глядя на короткий отрезок шкалы думаю о том, что это чертовски обидно проживать в узком пространстве всего каких-то пяти-семи градусов.

 

Я закрываю глаза, и мне представляется тесный коридор, по которому я шагаю с самого своего рождения. По полу этого коридора, прямо посередине, подручными инженера моего тела, проведена белая полоса, на которой написаны мои контрольные цифры: 36,6; 120/80; 72 и т.д.

 

Мне же предписано шагать строго по этой разметке, потому как любое отклонение вправо-влево ведёт за собой расстройство моих пульсов и скисание жизненных жидкостей.

 

Когда же я всё-таки оступаюсь, и меня заносит в сторону, то на полосе появляются двое моих провожатых. Впереди – добрый доктор Айболит в белом халате, что манит меня рукой, настоятельно рекомендуя вернуться на середину коридора. И сзади – похмельный мужик в телогрейке и кирзовых сапогах. Он только смотрит мне в спину, не бодрит и не машет, потому как в руках у него лопата.

 

Когда я поколобродив, возвращаюсь на безопасную линию – эти двое пропадают, и я вновь остаюсь один.

 

Раскрытие же моих талантов и величина дерзости устремлений также ограничены стенами этого коридора, поэтому мне позволено лишь семенить ножками, подпрыгивать и приплясывать на белой дорожке.

 

Любое же чрезмерное «вальсирование» вызывает в моей голове кружение и опасное шатание от стенки к стенке. И тогда в зависимости от красоты вальса это расценивается, на меня глядящими, либо как – «безумству храбрых поём мы….», либо – «дуракам закон не писан».

 

Осознавая весь комизм происходящего, я вдруг понимаю, что имели в виду те бородатые старцы, говорящие о великом законе чисел.

 

Ведь по большому счёту, если мне, например, взбредёт в голову шагнуть в окошко с девятого этажа, то какой смысл обвинять в предсказуемом исходе коварство гравитации? Уж кому-кому, а ей-то уж точно нет до меня никакого дела. А расплачиваться же придётся за пренебрежение к числам, определяющим мой коридорчик хоть какого-то самочувствия.

 

Те же легендарные иллюзионисты, покорители умов человеческих, что почивают на кнопках и питаются камнями, тоже ушли от меня не слишком далеко. Вся разница между нами заключается в том, что их коридоры шире моего на совершенно ничтожное количество градусов, секунд, сантиметров и тому подобное.

 

Величие их сомнительно, потому, как и я, они не способны плюнуть на правила игры, и широко шагая, отправится нагишом на пляжи Юпитера.

 

Я открываю глаза и улыбаюсь. Мне приятно осознание того, что жаба зависти и гордыни затыкается и отваливает от меня обиженной и слегка похудевшей. А очередное шараханье по коридору становится забавным и даже в чём-то обнадёживающим.

 

***

 

Телефон. Беру трубку. В трубке Пашкин голос,

- Подыхаешь?

- Временами.

- Какой-нибудь антибиотик пьёшь?

- Не-е-е….

 

Через час приезжает Пашка с биотиком армянского разлива.

Мы усаживаемся с ним в кресла и под лекарство начинаем смотреть олимпиаду. Олимпиада брызжет эмоциями и гордится своими кумирами.

 

Когда очередной счастливчик обгоняет своего замешкавшегося соперника на сотые доли секунды, Пашка брюзжит, - Какую же хрень мы с тобой смотрим, - поднимается и идёт на кухню варить кофе.

 

По дороге он на что-то натыкается в тёмном коридоре и недовольно орёт,

- Какого чёрта у тебя тут темно, как…

- Лампочка перегорела.

- Так вставь!

- Угу…

- Угу-угу…. Шею ж можно сломать. В коридоре всегда должен гореть свет!

 

Я сижу, потягиваю коньяк и думаю, что он совершенно прав.

Вот что-что, а уж это в моих силах, сделать так, чтобы в моём коридоре было светло….

 

 

 

© Copyright: Вадим Ионов, 2014

Регистрационный номер №0198193

от 6 марта 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0198193 выдан для произведения:

Болею….

Лежу под одеялом и как опытный дрессировщик делаю вид, что совершенно равнодушен к взбрыкиваниям сбесившейся температуры. Она же ползает во мне и изредка грызёт подсунутый ей градусник. Тот в свою очередь лениво доползает ртутью до тридцати восьми с дробью и вновь впадает в спячку.

 

Я держу его в руке и, глядя на короткий отрезок шкалы думаю о том, что это чертовски обидно проживать в узком пространстве всего каких-то пяти-семи градусов.

 

Я закрываю глаза, и мне представляется тесный коридор, по которому я шагаю с самого своего рождения. По полу этого коридора, прямо посередине, подручными инженера моего тела, проведена белая полоса, на которой написаны мои контрольные цифры: 36,6; 120/80; 72 и т.д.

 

Мне же предписано шагать строго по этой разметке, потому как любое отклонение вправо-влево ведёт за собой расстройство моих пульсов и скисание жизненных жидкостей.

 

Когда же я всё-таки оступаюсь, и меня заносит в сторону, то на полосе появляются двое моих провожатых. Впереди – добрый доктор Айболит в белом халате, что манит меня рукой, настоятельно рекомендуя вернуться на середину коридора. И сзади – похмельный мужик в телогрейке и кирзовых сапогах. Он только смотрит мне в спину, не бодрит и не машет, потому как в руках у него лопата.

 

Когда я поколобродив, возвращаюсь на безопасную линию – эти двое пропадают, и я вновь остаюсь один.

 

Раскрытие же моих талантов и величина дерзости устремлений также ограничены стенами этого коридора, поэтому мне позволено лишь семенить ножками, подпрыгивать и приплясывать на белой дорожке.

 

Любое же чрезмерное «вальсирование» вызывает в моей голове кружение и опасное шатание от стенки к стенке. И тогда в зависимости от красоты вальса это расценивается, на меня глядящими, либо как – «безумству храбрых поём мы….», либо – «дуракам закон не писан».

 

Осознавая весь комизм происходящего, я вдруг понимаю, что имели в виду те бородатые старцы, говорящие о великом законе чисел.

 

Ведь по большому счёту, если мне, например, взбредёт в голову шагнуть в окошко с девятого этажа, то какой смысл обвинять в предсказуемом исходе коварство гравитации? Уж кому-кому, а ей-то уж точно нет до меня никакого дела. А расплачиваться же придётся за пренебрежение к числам, определяющим мой коридорчик хоть какого-то самочувствия.

 

Те же легендарные иллюзионисты, покорители умов человеческих, что почивают на кнопках и питаются камнями, тоже ушли от меня не слишком далеко. Вся разница между нами заключается в том, что их коридоры шире моего на совершенно ничтожное количество градусов, секунд, сантиметров и тому подобное.

 

Величие их сомнительно, потому, как и я, они не способны плюнуть на правила игры, и широко шагая, отправится нагишом на пляжи Юпитера.

 

Я открываю глаза и улыбаюсь. Мне приятно осознание того, что жаба зависти и гордыни затыкается и отваливает от меня обиженной и слегка похудевшей. А очередное шараханье по коридору становится забавным и даже в чём-то обнадёживающим.

 

***

 

Телефон. Беру трубку. В трубке Пашкин голос,

- Подыхаешь?

- Временами.

- Какой-нибудь антибиотик пьёшь?

- Не-е-е….

 

Через час приезжает Пашка с биотиком армянского разлива.

Мы усаживаемся с ним в кресла и под лекарство начинаем смотреть олимпиаду. Олимпиада брызжет эмоциями и гордится своими кумирами.

 

Когда очередной счастливчик обгоняет своего замешкавшегося соперника на сотые доли секунды, Пашка брюзжит, - Какую же хрень мы с тобой смотрим, - поднимается и идёт на кухню варить кофе.

 

По дороге он на что-то натыкается в тёмном коридоре и недовольно орёт,

- Какого чёрта у тебя тут темно, как…

- Лампочка перегорела.

- Так вставь!

- Угу…

- Угу-угу…. Шею ж можно сломать. В коридоре всегда должен гореть свет!

 

Я сижу, потягиваю коньяк и думаю, что он совершенно прав.

Вот что-что, а уж это в моих силах, сделать так, чтобы в моём коридоре было светло….

 

 

 

Рейтинг: +1 145 просмотров
Комментарии (2)
Влад Устимов # 20 марта 2014 в 18:57 0
Мне нравится, особенно: «отправится нагишом на пляжи Юпитера». Желаю успехов.
Вадим Ионов # 20 марта 2014 в 19:02 0
А и славно! Спасибо за отзыв!