ГлавнаяПрозаМалые формыМиниатюры → Диалог про навозную кучу

Диалог про навозную кучу

14 января 2015 - Владимир Степанищев
article264949.jpg
     Лавочек в городе моем ой как мало. Да нет, городские власти как раз тут ни при чем. Лавочки были и даже в количестве вполне достаточном, но, с некоторых пор, когда, с победой в стране демократии, милиция (теперь полиция – чисто русская забава менять, ничего не меняя) перестала патрулировать ночные улицы и дворы, видимо предположив, что с победой этой хулиганство исчезло само собою, на лавочках тех стали собираться шумные компании молодежи без счету, и тусоваться на них до утра. Тогда жители окрестных лавочкам домов самолично, собственноручно поспиливали эти не бог весть какие признаки цивилизованного города, чем искоренили хулиганство на корню, как раз и вернув город в цивилизацию. Однако в одном месте лавочки все ж таки остались – в сквере перед церковью Рождества Христова. Может, святое место это виной тому, что молодежь там либо вовсе не собиралась, либо вела себя прилично, или фонари там, не в пример дворам, светили ярко и всегда, но, скорее, святая поместная церковь сама профинансировала регулярное заглядывание сюда патрульно-постовых нарядов.

     Сегодня было здесь особенно безлюдно и, похоже, именно потому, что одну из лавочек занимали как раз двое полицейских. По обыкновению своему, прогуливаясь перед сном, я выкуривал здесь свою полночную трубку. Я присел через две лавки от них, но ночной воздух был настолько чист и звонок, что разговор их можно было бы услышать даже и в церкви, что бледнела облупленной штукатуркой фасада и чернела пустыми глазницами арочных окон своих метрах в ста слева. Не имею привычки прислушиваться к чужим мыслям, когда они не адресованы мне, – своих тараканов в голове в достатке, но тут меня невольно поразила не столько тема ученой беседы, сколько то, из чьих уст проистекали такие речи. Это не были постовые – это были два лейтенанта, видимо только из академии, то есть молодые люди, находящиеся лишь на самой верхней ступени лестницы интеллектуальной и нравственной деградации, в каковом темном подвале им, в силу выбранного поприща, всенепременно суждено оказаться, когда поднимутся они до подполковников, да даже уже и до майоров.

- Какие звезды сегодня! А если поразбивать здесь все фонари, так и вовсе открылось бы такое непостижимое небо…, - мечтательно говорил дальний от меня лейтенант. – Понятно, почему Кант так им восторгался.

- М-да…, красиво, - отвечал ближний и даже снял с головы свою фуражку, надел ее на колено, козырьком к себе, и вроде как стал уже обращаться непосредственно к ней. – Он еще говорил о непостижимости морального закона внутри нас. Однако, глядя на красоту, величие и непостижимую сложность неорганического, да и органического мира тоже, только отпетый дурак станет верить в теорию эволюции. Точнее, эволюция есть дело нормальное, взять хоть теорию большого взрыва, но в смысле происхождения на земле видов и жизни вообще из первичного бульона аминокислот? - херня какая-то, ей богу, и прости Христос за скверный язык мой! – тут лейтенант даже сделал некое неловкое движение, похожее на православный перекрест. – Конечно, начало всему - бог. Но только бог не с большой буквы, не строгий старик в белом балахоне и в белой бороде на золоченом троне, а как некая высшая мыслительная субстанция, океан разума, если хочешь. Сегодня любят рассуждать о палеоконтакте, о внеземном происхождении жизни – пусть и так, но ведь надо же думать и шире, ведь и этих зеленых человечков из параллельных миров кто-то же должен был придумать и создать? а ведь ребята эти куда как посложнее нас с тобой устроены. Так или иначе, для меня лично проблем с происхождением нет никаких, исходя из того, хотя бы, что чудесным ли или тупо физическим было мое появление на свет, - на то, что я и как я живу, такое знание никак не повлияет, а вот религии… Религии меня натурально раздражают. Все, по списку, раздражают. Ведь неважно, Яхве, Иисус, Аллах, Будда, Кришна, да хоть черт лысый – все они - суть творения человечьего разума, его фантазии, рожденные от собственного невежества, а все «невежи, - как говорил баснописец, - судят точно так: в чем толку не поймут, то все у них пустяк». Нет, приведу-ка я тебе всю басню целиком:

Навозну кучу разрывая,
Петух нашел Жемчужное зерно
И говорит: "Куда оно?
Какая вещь пустая!
Не глупо ль, что его высоко так ценят?
А я бы право, был гораздо боле рад
Зерну Ячменному: оно не столь хоть видно,
Да сытно".
Невежи судят точно так:
В чем толку не поймут, то всё у них пустяк.

- Вот именно. Не о тебе ли тут речь как раз? Ты - как унтер-офицерская вдова, что сама себя и высекла, - даже обрадовался, как ему показалось, оплошности приятеля дальний лейтенант, который, похоже, был чуть меньше ближнего образован и потому в тайне завидовал.

- Ага-ага, петух я Гамбургский. Жемчужины веры не воспринимаю по куриным мозгам-то своим? Возможно, но только для меня в этом стишке ключевое понятие – «навозна куча». Именно разрывая навозную кучу человеческих пороков, сплошь провоняв ею, отыскивают в ней Жемчужное зерно веры попы, имамы да ксёндзы. Именно навозная куча – ключ ко всему. Всякая жемчужина религии не выращена терпением и годами, как тому положено быть, в непорочном и нежном чреве морского моллюска, а откопана именно из экскрементов человеческого бытия, его пошлости, предательства, стяжательства, прелюбодеяния и прочего. Понятно, почему основные постулаты, пускай хоть христианства, только и делают, что перечисляют пороки, от которых так хочется ему отмыться - ведь родилось-то оно натурально из говна? Отыскана, раскопана жемчужина эта неким петухом, который, не будь дурак, в отличие от Крыловского, не поспешил поменять его на ячменное зерно, а, оценив далеко идущую, фигуральную, так сказать, идеологическую ценность ее, построил вокруг нее алтарь, потом храм, а после и провозгласил на весь мир о некой непостижимой тайне спасения всего человечества, от которого потребуется лишь только сущая безделица - обратиться в раба той жемчужины…

- Ох и гореть тебе в аду за такие метафоры, - серьезно заметил дальний лейтенант, который, скорее всего, в бога не верил, но, как и все неглубокие атеисты, да хоть тот же Гамлет, нет-нет да побаивается – а вдруг?..

- Да иди ты к черту со своим адом! Ты кто? Ты власть, ты оберег спокойствия страны, спаситель отечества, тебе рай прописан по праву рождения. Взгляни вон на нашу фуражку. Что тут у нас? – теперь он точно уже обращался к своей фуражке, ибо зазвучала вдруг в его голосе какая-то особенная, патриотическая даже теплота. – У нас тут и державный орел с коронами, и Георгий Победоносец, и цвета флага. Надел такую шапку – и считай у самого уже ангельские крылья за спиной. А их символ? Скажи, ну какая нормальная религия, гражданский институт, если хочешь, сделает тотемом своим труп человека, пускай и приличного человека, прибитого гвоздями к кресту? Что может принести, что принес миру такой символ? Господи! Да дай им волю, - до сих пор бы поджаривали женщин на костре только за красоту их, или вон Джордано Бруно твоего за то лишь, что только осмелился, как ты вот, просто взглянуть на звезды и предположить существование других, кроме божьей земли, миров…

- Четвертый, ответь первому, - прохрипела вдруг рация (как оказалось, ребята все-таки были на службе) спрятанная где-то в нагрудном кармане этого крамольного философа.
- Четвертый здесь, - ответил по рации ближний лейтенант.
- Быстро на базу, четвертый, - строго произнес голос, но вдруг хрюкнул идиотским смешком, - водка стынет.
- Во! Вот это, я понимаю, религия. Пошли быстро, не то выжрут всё, святые апостолы, мать их.

     ***

     Трубка моя давно потухла. Я поковырял в ней спичкой – табаку оставалось еще много, но снова раскуривать почему-то расхотелось. «Навозная куча, - ухмыльнулся я, направляясь домой, - вишь ты как Иван Андреевича-то повернул. Уж на что желчен на язык был старик, а тут бы и подивился сам. Навозная куча…, хм… Парню нужно не жуликов ловить, а прямиком в референты, министру МВД речи писать, загнется ведь тут, потопит в провинциальном полицейском болоте весь свой недюжинный интеллект. Навозная куча… Вишь ты!

© Copyright: Владимир Степанищев, 2015

Регистрационный номер №0264949

от 14 января 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0264949 выдан для произведения:      Лавочек в городе моем ой как мало. Да нет, городские власти как раз тут ни при чем. Лавочки были и даже в количестве вполне достаточном, но, с некоторых пор, когда, с победой в стране демократии, милиция (теперь полиция – чисто русская забава менять, ничего не меняя) перестала патрулировать ночные улицы и дворы, видимо предположив, что с победой этой хулиганство исчезло само собою, на лавочках тех стали собираться шумные компании молодежи без счету, и тусоваться на них до утра. Тогда жители окрестных лавочкам домов самолично, собственноручно поспиливали эти не бог весть какие признаки цивилизованного города, чем искоренили хулиганство на корню, как раз и вернув город в цивилизацию. Однако в одном месте лавочки все ж таки остались – в сквере перед церковью Рождества Христова. Может, святое место это виной тому, что молодежь там либо вовсе не собиралась, либо вела себя прилично, или фонари там, не в пример дворам, светили ярко и всегда, но, скорее, святая поместная церковь сама профинансировала регулярное заглядывание сюда патрульно-постовых нарядов.

     Сегодня было здесь особенно безлюдно и, похоже, именно потому, что одну из лавочек занимали как раз двое полицейских. По обыкновению своему, прогуливаясь перед сном, я выкуривал здесь свою полночную трубку. Я присел через две лавки от них, но ночной воздух был настолько чист и звонок, что разговор их можно было бы услышать даже и в церкви, что бледнела облупленной штукатуркой фасада и чернела пустыми глазницами арочных окон своих метрах в ста слева. Не имею привычки прислушиваться к чужим мыслям, когда они не адресованы мне, – своих тараканов в голове в достатке, но тут меня невольно поразила не столько тема ученой беседы, сколько то, из чьих уст проистекали такие речи. Это не были постовые – это были два лейтенанта, видимо только из академии, то есть молодые люди, находящиеся лишь на самой верхней ступени лестницы интеллектуальной и нравственной деградации, в каковом темном подвале им, в силу выбранного поприща, всенепременно суждено оказаться, когда поднимутся они до подполковников, да даже уже и до майоров.

- Какие звезды сегодня! А если поразбивать здесь все фонари, так и вовсе открылось бы такое непостижимое небо…, - мечтательно говорил дальний от меня лейтенант. – Понятно, почему Кант так им восторгался.

- М-да…, красиво, - отвечал ближний и даже снял с головы свою фуражку, надел ее на колено, козырьком к себе, и вроде как стал уже обращаться непосредственно к ней. – Он еще говорил о непостижимости морального закона внутри нас. Однако, глядя на красоту, величие и непостижимую сложность неорганического, да и органического мира тоже, только отпетый дурак станет верить в теорию эволюции. Точнее, эволюция есть дело нормальное, взять хоть теорию большого взрыва, но в смысле происхождения на земле видов и жизни вообще из первичного бульона аминокислот? - херня какая-то, ей богу, и прости Христос за скверный язык мой! – тут лейтенант даже сделал некое неловкое движение, похожее на православный перекрест. – Конечно, начало всему - бог. Но только бог не с большой буквы, не строгий старик в белом балахоне и в белой бороде на золоченом троне, а как некая высшая мыслительная субстанция, океан разума, если хочешь. Сегодня любят рассуждать о палеоконтакте, о внеземном происхождении жизни – пусть и так, но ведь надо же думать и шире, ведь и этих зеленых человечков из параллельных миров кто-то же должен был придумать и создать? а ведь ребята эти куда как посложнее нас с тобой устроены. Так или иначе, для меня лично проблем с происхождением нет никаких, исходя из того, хотя бы, что чудесным ли или тупо физическим было мое появление на свет, - на то, что я и как я живу, такое знание никак не повлияет, а вот религии… Религии меня натурально раздражают. Все, по списку, раздражают. Ведь неважно, Яхве, Иисус, Аллах, Будда, Кришна, да хоть черт лысый – все они - суть творения человечьего разума, его фантазии, рожденные от собственного невежества, а все «невежи, - как говорил баснописец, - судят точно так: в чем толку не поймут, то все у них пустяк». Нет, приведу-ка я тебе всю басню целиком:

Навозну кучу разрывая,
Петух нашел Жемчужное зерно
И говорит: "Куда оно?
Какая вещь пустая!
Не глупо ль, что его высоко так ценят?
А я бы право, был гораздо боле рад
Зерну Ячменному: оно не столь хоть видно,
Да сытно".
Невежи судят точно так:
В чем толку не поймут, то всё у них пустяк.

- Вот именно. Не о тебе ли тут речь как раз? Ты - как унтер-офицерская вдова, что сама себя и высекла, - даже обрадовался, как ему показалось, оплошности приятеля дальний лейтенант, который, похоже, был чуть меньше ближнего образован и потому в тайне завидовал.

- Ага-ага, петух я Гамбургский. Жемчужины веры не воспринимаю по куриным мозгам-то своим? Возможно, но только для меня в этом стишке ключевое понятие – «навозна куча». Именно разрывая навозную кучу человеческих пороков, сплошь провоняв ею, отыскивают в ней Жемчужное зерно веры попы, имамы да ксёндзы. Именно навозная куча – ключ ко всему. Всякая жемчужина религии не выращена терпением и годами, как тому положено быть, в непорочном и нежном чреве морского моллюска, а откопана именно из экскрементов человеческого бытия, его пошлости, предательства, стяжательства, прелюбодеяния и прочего. Понятно, почему основные постулаты, пускай хоть христианства, только и делают, что перечисляют пороки, от которых так хочется ему отмыться - ведь родилось-то оно натурально из говна? Отыскана, раскопана жемчужина эта неким петухом, который, не будь дурак, в отличие от Крыловского, не поспешил поменять его на ячменное зерно, а, оценив далеко идущую, фигуральную, так сказать, иеалогическую ценность ее, построил вокруг нее алтарь, потом храм, а после и провозгласил на весь мир о некой непостижимой тайне спасения всего человечества, от которого потребуется лишь только сущая безделица - обратиться в раба той жемчужины…

- Ох и гореть тебе в аду за такие метафоры, - серьезно заметил дальний лейтенант, который, скорее всего, в бога не верил, но, как и все неглубокие атеисты, да хоть тот же Гамлет, нет-нет да побаивается – а вдруг?..

- Да иди ты к черту со своим адом! Ты кто? Ты власть, ты оберег спокойствия страны, спаситель отечества, тебе рай прописан по праву рождения. Взгляни вон на нашу фуражку. Что тут у нас? – теперь он точно уже обращался к своей фуражке, ибо зазвучала вдруг в его голосе какая-то особенная, патриотическая даже теплота. – У нас тут и державный орел с коронами, и Георгий Победоносец, и цвета флага. Надел такую шапку – и считай у самого уже ангельские крылья за спиной. А их символ? Скажи, ну какая нормальная религия, гражданский институт, если хочешь, сделает тотемом своим труп человека, пускай и приличного человека, прибитого гвоздями к кресту? Что может принести, что принес миру такой символ? Господи! Да дай им волю, - до сих пор бы поджаривали женщин на костре только за красоту их, или вон Джордано Бруно твоего за то лишь, что только осмелился, как ты вот, просто взглянуть на звезды и предположить существование других, кроме божьей земли, миров…

- Четвертый, ответь первому, - прохрипела вдруг рация (как оказалось, ребята все-таки были на службе) спрятанная где-то в нагрудном кармане этого крамольного философа.
- Четвертый здесь, - ответил по рации ближний лейтенант.
- Быстро на базу, четвертый, - строго произнес голос, но вдруг хрюкнул идиотским смешком, - водка стынет.
- Во! Вот это, я понимаю, религия. Пошли быстро, не то выжрут всё, святые апостолы, мать их.

     ***

     Трубка моя давно потухла. Я поковырял в ней спичкой – табаку оставалось еще много, но снова раскуривать почему-то расхотелось. «Навозная куча, - ухмыльнулся я, направляясь домой, - вишь ты как Иван Андреевича-то повернул. Уж на что желчен на язык был старик, а тут бы и подивился сам. Навозная куча…, хм… Парню нужно не жуликов ловить, а прямиком в референты, министру МВД речи писать, загнется ведь тут, потопит в провинциальном полицейском болоте весь свой недюжинный интеллект. Навозная куча… Вишь ты!
Рейтинг: 0 174 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Проза, которую Вы не читали

 

Популярная проза за месяц
173
Осенний поцелуй... 30 сентября 2017 (Анна Гирик)
140
138
127
117
115
Кто она, Осень? 28 сентября 2017 (Тая Кузмина)
112
​ТАЙНА ОСЕНИ 29 сентября 2017 (Эльвира Ищенко)
105
101
101
98
96
95
94
93
90
90
89
89
84
84
83
81
78
77
75
64
61
52
50