ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Вот так и живем

 

Вот так и живем

6 декабря 2011 - Анна Крис

Вот так и живём!

У вас никогда не пропадало желание жить и слово «жизнь» само по себе теряло свой смысл.

Не бойтесь давать отрицательный ответ, признаюсь, что и у меня подобной ситуации тоже не было.

Нет, были, конечно, мысли о границах существования человека: смерти и воскрешения, но, тем не менее, эти мысли мне давали ещё более реальное желание жить. Хотя только и вызывали во мне навязчивый страх смерти как чего-то неизведанного. А вот Кирилл Евгеньевич Стукалов пережил нечто подобное, попробую описать с его слов, если смогу. Всё началось три месяца назад, когда в город приехала какая-то известная гадалка, то ли Маара, либо Веста, где уж всех упомнить. Да и не запомнил бы наш герой её и вовсе, если б не та злополучная история .

Жена его - Варвара Станиславовна женщина крупная, но ещё живая и симпатичная, очень уж любила всяких там вестников судьбы: гадалок, Экстрасенсов, и прочих людей подобной профессии. В последнее время у неё только и разговоров Кириллушкой (так она промеж себя, его называла) что, мол, аура у нас семейная подкосилась, в семье сладу нет, да и вообще ссоры на ссорах. Как не отнекивался наш герой, всё не почем, сходили бы, да сходили бы. Только он с работы на порог, а тут жена атакует, просто сил нет.

Не выдержал он, разругался с ней в дрызь, но всё-таки Варвара Станиславовна выиграла битву, надумали, что к гадалке пойдём вместе в воскресенье. Семья у них была ничем не отличавшаяся от других семей. Ссоры обычно жена и затевала, увидит в каком-нибудь магазине фирменную кофточку и давай ныть: « Купи, да купи», а у него денег - то только и видно, что на рукава этой кофточки, вот и ссорились, она своё твердит, а он своё. «А так она у меня баба хорошая, не гонористая, иные вон и похуже бывают» - часто говорил он своим друзьям. Например: Варькина подруга - Та милка, так та стерва, и все тут сказано, столько мужикам крови попила, уже с третим мужем разводится, нашла себе какого-то на машине, Варька говорит - банкир. Сколько Варьку муж просил не дружи с ней, нашла себе подругу так и самой недолго по той же тропке пойти. Жена отнекивалась: « Ты, мол, с Васей везде ходишь и по футболам и по всяким вашим «мужским», а мне что ли нельзя».

Всё бы хорошо, только вот Тамилка жену на колдовства эти подсадила, та уже сама без гадалок ни-ни, так она - богатая, а Варька - нет.

И куда только мужики смотрят у Тамилки ведь фигура как у недоросля- метр с шапкой росточком и как доска худая, так ещё и чистокровная блондинка ни ума, ни соображалки, одно только в жизни и знает, как чужих мужей отбивать, да деньги на дорогие вещи с них изымать. А как выйдет вся разукрашенная как рождественская ёлка, грима больше чем лица, наденет кофточку, просвещающуюся до пупка и довольная! Бесстыдница- мать двоих детей, а туда же, моя Варька и то покрасивей будет, всё при ней, так не лепит же на себя что не попадя.

Словно этих двадцати лет и не было смотришь и любуешься!

Как только мы начинаю Тамилку обсуждать, так моя губы надует, к стенке отвернется, даже одеяло другое возьмет, чтоб со мной одним не укрываться.

Она у меня такая легко ранимая. Уступчивая, но на счёт этой Тамилки как упрётся, так мочи нет, подруга и всё, говоришь ей, говоришь, а толку мало.

Просыпаюсь я как-то утром иду, ставить чай, смотрю - чайник горячий, а жены нет. Я поначалу подумал, что в магазин вышла, а потом смотрю, а на столе записка: « Ушла к гадалке, суп на плите, покорми детей, Варя, тебя будить не захотела, ты так сладко спал». Пришла от гадалки жена вся какая-то неземная измученная, будто сама не своя, глаза опущены, вот-вот слезы скатятся.

-  Ну что там, - спрашиваю, - жизнь в счастье нагадала.

А моя Варька как слезами умоется, как обнимет меня так ласково, как давно уже не обнимала, будто в молодости, и ничего сказать не может, только слёзы всё котятся и котятся. Прошло минут десять, она отошла маленько, только и шепчет как на похоронах: « голубчик ты мой, миленький, что ж я делать то без тебя буду, ещё ж детей растить и учить» и дальше плачет.

Тогда меня такая злость взяла, что и передать не могу и на Варьку и на гадалок этих липовых,- Ты что это родная, мужа раньше времени в гроб положить решила, наслушалась всяких идиоток.

А она словно не слышит, а пуще прежнего причитает и ревет « Дай на тебя милого нагляжусь!»

Тут у меня нервы совсем сдали, схватил я свою Варьку за плечи и говорю «А ну признавайся, чего тебе эта аферистка наговорила».                                                                           |

-  Ну,... медленно протяжно потянула слова Варька: «Сказала, что умрёшь ты скоро, года через три, а за год до этого начнёшь мне изменять».

-  И ты конечно, дурочка поверила во всё это! - со злостью воскликнул Кириллушка.

-  А как мне было не поверить ей, она в прошлом году с Тамилки порчу снимала! - уже немного успокоившись, прошептала жена.

-  Ерунда всё это, вот меньше бы подружка твоя по таким бабкам ходила, и порчи никакой не было б!

Прошло время, срок подходил, жить становилось, не выносимо, все исключительно все начали относиться ко мне как к покойнику, ещё живому, но покойнику. Я терпел, сколько мог, но когда разговоры дошли до обивки ткани на моём гробу, я не выдержал и молча никому ничего не сказав, ушёл из дому.

Хотя в принципе на мой уход теперь уже мало кто обратил внимание, жена, наверное, подумала, что предсказание сбывается.

«Я вообще-то мужик негулящий с молодости несильно привык за бабьими юбками бегать, да и как говорят в народе, лицом не очень вышел. Не знаю, за что меня Варька полюбила? Только вот вся эта суматоха меня совсем из колеи выбила, решил черт с ним если и в правду помирать, то проведу эти деньки не один. Вот так-то». Пошёл в публичный дом, выбрал самую скромную, в другое время уму разуму учил бы, а сейчас только ласки женской захотелось. Варька ведь после того случая вообще почти меня за человека считать перестала, а за мужика тем более.

Так и уснул на широкой груди, правда, недёшево всё это обошлось-то, раза в полтора дороже.

Только недолго мне спать пришлось, слышу, кто-то меня толкает, ругается, на чём свет стоит. Просыпаюсь, а рядом моя Варька. Варька милая, ты?- спрашиваю - Мне, что всё приснилось?

-  Давай просыпайся быстрее, ты разве забыл нам ещё к гадалке нужно идти сегодня на 10:00 часов!

-  ?????????? Нет.....................

Вот так и живём!

У вас никогда не пропадало желание жить и слово «жизнь» само по себе теряло свой смысл.

Не бойтесь давать отрицательный ответ, признаюсь, что и у меня подобной ситуации тоже не было.

Нет, были, конечно, мысли о границах существования человека: смерти и воскрешения, но, тем не менее, эти мысли мне давали ещё более реальное желание жить. Хотя только и вызывали во мне навязчивый страх смерти как чего-то неизведанного. А вот Кирилл Евгеньевич Стукалов пережил нечто подобное, попробую описать с его слов, если смогу. Всё началось три месяца назад, когда в город приехала какая-то известная гадалка, то ли Маара, либо Веста, где уж всех упомнить. Да и не запомнил бы наш герой её и вовсе, если б не та злополучная история .

Жена его - Варвара Станиславовна женщина крупная, но ещё живая и симпатичная, очень уж любила всяких там вестников судьбы: гадалок, Экстрасенсов, и прочих людей подобной профессии. В последнее время у неё только и разговоров Кириллушкой (так она промеж себя, его называла) что, мол, аура у нас семейная подкосилась, в семье сладу нет, да и вообще ссоры на ссорах. Как не отнекивался наш герой, всё не почем, сходили бы, да сходили бы. Только он с работы на порог, а тут жена атакует, просто сил нет.

Не выдержал он, разругался с ней в дрызь, но всё-таки Варвара Станиславовна выиграла битву, надумали, что к гадалке пойдём вместе в воскресенье. Семья у них была ничем не отличавшаяся от других семей. Ссоры обычно жена и затевала, увидит в каком-нибудь магазине фирменную кофточку и давай ныть: « Купи, да купи», а у него денег - то только и видно, что на рукава этой кофточки, вот и ссорились, она своё твердит, а он своё. «А так она у меня баба хорошая, не гонористая, иные вон и похуже бывают» - часто говорил он своим друзьям. Например: Варькина подруга - Та милка, так та стерва, и все тут сказано, столько мужикам крови попила, уже с третим мужем разводится, нашла себе какого-то на машине, Варька говорит - банкир. Сколько Варьку муж просил не дружи с ней, нашла себе подругу так и самой недолго по той же тропке пойти. Жена отнекивалась: « Ты, мол, с Васей везде ходишь и по футболам и по всяким вашим «мужским», а мне что ли нельзя».

Всё бы хорошо, только вот Тамилка жену на колдовства эти подсадила, та уже сама без гадалок ни-ни, так она - богатая, а Варька - нет.

И куда только мужики смотрят у Тамилки ведь фигура как у недоросля- метр с шапкой росточком и как доска худая, так ещё и чистокровная блондинка ни ума, ни соображалки, одно только в жизни и знает, как чужих мужей отбивать, да деньги на дорогие вещи с них изымать. А как выйдет вся разукрашенная как рождественская ёлка, грима больше чем лица, наденет кофточку, просвещающуюся до пупка и довольная! Бесстыдница- мать двоих детей, а туда же, моя Варька и то покрасивей будет, всё при ней, так не лепит же на себя что не попадя.

Словно этих двадцати лет и не было смотришь и любуешься!

Как только мы начинаю Тамилку обсуждать, так моя губы надует, к стенке отвернется, даже одеяло другое возьмет, чтоб со мной одним не укрываться.

Она у меня такая легко ранимая. Уступчивая, но на счёт этой Тамилки как упрётся, так мочи нет, подруга и всё, говоришь ей, говоришь, а толку мало.

Просыпаюсь я как-то утром иду, ставить чай, смотрю - чайник горячий, а жены нет. Я поначалу подумал, что в магазин вышла, а потом смотрю, а на столе записка: « Ушла к гадалке, суп на плите, покорми детей, Варя, тебя будить не захотела, ты так сладко спал». Пришла от гадалки жена вся какая-то неземная измученная, будто сама не своя, глаза опущены, вот-вот слезы скатятся.

-  Ну что там, - спрашиваю, - жизнь в счастье нагадала.

А моя Варька как слезами умоется, как обнимет меня так ласково, как давно уже не обнимала, будто в молодости, и ничего сказать не может, только слёзы всё котятся и котятся. Прошло минут десять, она отошла маленько, только и шепчет как на похоронах: « голубчик ты мой, миленький, что ж я делать то без тебя буду, ещё ж детей растить и учить» и дальше плачет.

Тогда меня такая злость взяла, что и передать не могу и на Варьку и на гадалок этих липовых,- Ты что это родная, мужа раньше времени в гроб положить решила, наслушалась всяких идиоток.

А она словно не слышит, а пуще прежнего причитает и ревет « Дай на тебя милого нагляжусь!»

Тут у меня нервы совсем сдали, схватил я свою Варьку за плечи и говорю «А ну признавайся, чего тебе эта аферистка наговорила».                                                                           |

-  Ну,... медленно протяжно потянула слова Варька: «Сказала, что умрёшь ты скоро, года через три, а за год до этого начнёшь мне изменять».

-  И ты конечно, дурочка поверила во всё это! - со злостью воскликнул Кириллушка.

-  А как мне было не поверить ей, она в прошлом году с Тамилки порчу снимала! - уже немного успокоившись, прошептала жена.

-  Ерунда всё это, вот меньше бы подружка твоя по таким бабкам ходила, и порчи никакой не было б!

Прошло время, срок подходил, жить становилось, не выносимо, все исключительно все начали относиться ко мне как к покойнику, ещё живому, но покойнику. Я терпел, сколько мог, но когда разговоры дошли до обивки ткани на моём гробу, я не выдержал и молча никому ничего не сказав, ушёл из дому.

Хотя в принципе на мой уход теперь уже мало кто обратил внимание, жена, наверное, подумала, что предсказание сбывается.

«Я вообще-то мужик негулящий с молодости несильно привык за бабьими юбками бегать, да и как говорят в народе, лицом не очень вышел. Не знаю, за что меня Варька полюбила? Только вот вся эта суматоха меня совсем из колеи выбила, решил черт с ним если и в правду помирать, то проведу эти деньки не один. Вот так-то». Пошёл в публичный дом, выбрал самую скромную, в другое время уму разуму учил бы, а сейчас только ласки женской захотелось. Варька ведь после того случая вообще почти меня за человека считать перестала, а за мужика тем более.

Так и уснул на широкой груди, правда, недёшево всё это обошлось-то, раза в полтора дороже.

Только недолго мне спать пришлось, слышу, кто-то меня толкает, ругается, на чём свет стоит. Просыпаюсь, а рядом моя Варька. Варька милая, ты?- спрашиваю - Мне, что всё приснилось?

-  Давай просыпайся быстрее, ты разве забыл нам ещё к гадалке нужно идти сегодня на 10:00 часов!

-  ?????????? Нет.....................

Вот так и живём!

У вас никогда не пропадало желание жить и слово «жизнь» само по себе теряло свой смысл.

Не бойтесь давать отрицательный ответ, признаюсь, что и у меня подобной ситуации тоже не было.

Нет, были, конечно, мысли о границах существования человека: смерти и воскрешения, но, тем не менее, эти мысли мне давали ещё более реальное желание жить. Хотя только и вызывали во мне навязчивый страх смерти как чего-то неизведанного. А вот Кирилл Евгеньевич Стукалов пережил нечто подобное, попробую описать с его слов, если смогу. Всё началось три месяца назад, когда в город приехала какая-то известная гадалка, то ли Маара, либо Веста, где уж всех упомнить. Да и не запомнил бы наш герой её и вовсе, если б не та злополучная история .

Жена его - Варвара Станиславовна женщина крупная, но ещё живая и симпатичная, очень уж любила всяких там вестников судьбы: гадалок, Экстрасенсов, и прочих людей подобной профессии. В последнее время у неё только и разговоров Кириллушкой (так она промеж себя, его называла) что, мол, аура у нас семейная подкосилась, в семье сладу нет, да и вообще ссоры на ссорах. Как не отнекивался наш герой, всё не почем, сходили бы, да сходили бы. Только он с работы на порог, а тут жена атакует, просто сил нет.

Не выдержал он, разругался с ней в дрызь, но всё-таки Варвара Станиславовна выиграла битву, надумали, что к гадалке пойдём вместе в воскресенье. Семья у них была ничем не отличавшаяся от других семей. Ссоры обычно жена и затевала, увидит в каком-нибудь магазине фирменную кофточку и давай ныть: « Купи, да купи», а у него денег - то только и видно, что на рукава этой кофточки, вот и ссорились, она своё твердит, а он своё. «А так она у меня баба хорошая, не гонористая, иные вон и похуже бывают» - часто говорил он своим друзьям. Например: Варькина подруга - Та милка, так та стерва, и все тут сказано, столько мужикам крови попила, уже с третим мужем разводится, нашла себе какого-то на машине, Варька говорит - банкир. Сколько Варьку муж просил не дружи с ней, нашла себе подругу так и самой недолго по той же тропке пойти. Жена отнекивалась: « Ты, мол, с Васей везде ходишь и по футболам и по всяким вашим «мужским», а мне что ли нельзя».

Всё бы хорошо, только вот Тамилка жену на колдовства эти подсадила, та уже сама без гадалок ни-ни, так она - богатая, а Варька - нет.

И куда только мужики смотрят у Тамилки ведь фигура как у недоросля- метр с шапкой росточком и как доска худая, так ещё и чистокровная блондинка ни ума, ни соображалки, одно только в жизни и знает, как чужих мужей отбивать, да деньги на дорогие вещи с них изымать. А как выйдет вся разукрашенная как рождественская ёлка, грима больше чем лица, наденет кофточку, просвещающуюся до пупка и довольная! Бесстыдница- мать двоих детей, а туда же, моя Варька и то покрасивей будет, всё при ней, так не лепит же на себя что не попадя.

Словно этих двадцати лет и не было смотришь и любуешься!

Как только мы начинаю Тамилку обсуждать, так моя губы надует, к стенке отвернется, даже одеяло другое возьмет, чтоб со мной одним не укрываться.

Она у меня такая легко ранимая. Уступчивая, но на счёт этой Тамилки как упрётся, так мочи нет, подруга и всё, говоришь ей, говоришь, а толку мало.

Просыпаюсь я как-то утром иду, ставить чай, смотрю - чайник горячий, а жены нет. Я поначалу подумал, что в магазин вышла, а потом смотрю, а на столе записка: « Ушла к гадалке, суп на плите, покорми детей, Варя, тебя будить не захотела, ты так сладко спал». Пришла от гадалки жена вся какая-то неземная измученная, будто сама не своя, глаза опущены, вот-вот слезы скатятся.

-  Ну что там, - спрашиваю, - жизнь в счастье нагадала.

А моя Варька как слезами умоется, как обнимет меня так ласково, как давно уже не обнимала, будто в молодости, и ничего сказать не может, только слёзы всё котятся и котятся. Прошло минут десять, она отошла маленько, только и шепчет как на похоронах: « голубчик ты мой, миленький, что ж я делать то без тебя буду, ещё ж детей растить и учить» и дальше плачет.

Тогда меня такая злость взяла, что и передать не могу и на Варьку и на гадалок этих липовых,- Ты что это родная, мужа раньше времени в гроб положить решила, наслушалась всяких идиоток.

А она словно не слышит, а пуще прежнего причитает и ревет « Дай на тебя милого нагляжусь!»

Тут у меня нервы совсем сдали, схватил я свою Варьку за плечи и говорю «А ну признавайся, чего тебе эта аферистка наговорила».                                                                           |

-  Ну,... медленно протяжно потянула слова Варька: «Сказала, что умрёшь ты скоро, года через три, а за год до этого начнёшь мне изменять».

-  И ты конечно, дурочка поверила во всё это! - со злостью воскликнул Кириллушка.

-  А как мне было не поверить ей, она в прошлом году с Тамилки порчу снимала! - уже немного успокоившись, прошептала жена.

-  Ерунда всё это, вот меньше бы подружка твоя по таким бабкам ходила, и порчи никакой не было б!

Прошло время, срок подходил, жить становилось, не выносимо, все исключительно все начали относиться ко мне как к покойнику, ещё живому, но покойнику. Я терпел, сколько мог, но когда разговоры дошли до обивки ткани на моём гробу, я не выдержал и молча никому ничего не сказав, ушёл из дому.

Хотя в принципе на мой уход теперь уже мало кто обратил внимание, жена, наверное, подумала, что предсказание сбывается.

«Я вообще-то мужик негулящий с молодости несильно привык за бабьими юбками бегать, да и как говорят в народе, лицом не очень вышел. Не знаю, за что меня Варька полюбила? Только вот вся эта суматоха меня совсем из колеи выбила, решил черт с ним если и в правду помирать, то проведу эти деньки не один. Вот так-то». Пошёл в публичный дом, выбрал самую скромную, в другое время уму разуму учил бы, а сейчас только ласки женской захотелось. Варька ведь после того случая вообще почти меня за человека считать перестала, а за мужика тем более.

Так и уснул на широкой груди, правда, недёшево всё это обошлось-то, раза в полтора дороже.

Только недолго мне спать пришлось, слышу, кто-то меня толкает, ругается, на чём свет стоит. Просыпаюсь, а рядом моя Варька. Варька милая, ты?- спрашиваю - Мне, что всё приснилось?

-  Давай просыпайся быстрее, ты разве забыл нам ещё к гадалке нужно идти сегодня на 10:00 часов!

-  ?????????? Нет.....................

Вот так и живём!

У вас никогда не пропадало желание жить и слово «жизнь» само по себе теряло свой смысл.

Не бойтесь давать отрицательный ответ, признаюсь, что и у меня подобной ситуации тоже не было.

Нет, были, конечно, мысли о границах существования человека: смерти и воскрешения, но, тем не менее, эти мысли мне давали ещё более реальное желание жить. Хотя только и вызывали во мне навязчивый страх смерти как чего-то неизведанного. А вот Кирилл Евгеньевич Стукалов пережил нечто подобное, попробую описать с его слов, если смогу. Всё началось три месяца назад, когда в город приехала какая-то известная гадалка, то ли Маара, либо Веста, где уж всех упомнить. Да и не запомнил бы наш герой её и вовсе, если б не та злополучная история .

Жена его - Варвара Станиславовна женщина крупная, но ещё живая и симпатичная, очень уж любила всяких там вестников судьбы: гадалок, Экстрасенсов, и прочих людей подобной профессии. В последнее время у неё только и разговоров Кириллушкой (так она промеж себя, его называла) что, мол, аура у нас семейная подкосилась, в семье сладу нет, да и вообще ссоры на ссорах. Как не отнекивался наш герой, всё не почем, сходили бы, да сходили бы. Только он с работы на порог, а тут жена атакует, просто сил нет.

Не выдержал он, разругался с ней в дрызь, но всё-таки Варвара Станиславовна выиграла битву, надумали, что к гадалке пойдём вместе в воскресенье. Семья у них была ничем не отличавшаяся от других семей. Ссоры обычно жена и затевала, увидит в каком-нибудь магазине фирменную кофточку и давай ныть: « Купи, да купи», а у него денег - то только и видно, что на рукава этой кофточки, вот и ссорились, она своё твердит, а он своё. «А так она у меня баба хорошая, не гонористая, иные вон и похуже бывают» - часто говорил он своим друзьям. Например: Варькина подруга - Та милка, так та стерва, и все тут сказано, столько мужикам крови попила, уже с третим мужем разводится, нашла себе какого-то на машине, Варька говорит - банкир. Сколько Варьку муж просил не дружи с ней, нашла себе подругу так и самой недолго по той же тропке пойти. Жена отнекивалась: « Ты, мол, с Васей везде ходишь и по футболам и по всяким вашим «мужским», а мне что ли нельзя».

Всё бы хорошо, только вот Тамилка жену на колдовства эти подсадила, та уже сама без гадалок ни-ни, так она - богатая, а Варька - нет.

И куда только мужики смотрят у Тамилки ведь фигура как у недоросля- метр с шапкой росточком и как доска худая, так ещё и чистокровная блондинка ни ума, ни соображалки, одно только в жизни и знает, как чужих мужей отбивать, да деньги на дорогие вещи с них изымать. А как выйдет вся разукрашенная как рождественская ёлка, грима больше чем лица, наденет кофточку, просвещающуюся до пупка и довольная! Бесстыдница- мать двоих детей, а туда же, моя Варька и то покрасивей будет, всё при ней, так не лепит же на себя что не попадя.

Словно этих двадцати лет и не было смотришь и любуешься!

Как только мы начинаю Тамилку обсуждать, так моя губы надует, к стенке отвернется, даже одеяло другое возьмет, чтоб со мной одним не укрываться.

Она у меня такая легко ранимая. Уступчивая, но на счёт этой Тамилки как упрётся, так мочи нет, подруга и всё, говоришь ей, говоришь, а толку мало.

Просыпаюсь я как-то утром иду, ставить чай, смотрю - чайник горячий, а жены нет. Я поначалу подумал, что в магазин вышла, а потом смотрю, а на столе записка: « Ушла к гадалке, суп на плите, покорми детей, Варя, тебя будить не захотела, ты так сладко спал». Пришла от гадалки жена вся какая-то неземная измученная, будто сама не своя, глаза опущены, вот-вот слезы скатятся.

-  Ну что там, - спрашиваю, - жизнь в счастье нагадала.

А моя Варька как слезами умоется, как обнимет меня так ласково, как давно уже не обнимала, будто в молодости, и ничего сказать не может, только слёзы всё котятся и котятся. Прошло минут десять, она отошла маленько, только и шепчет как на похоронах: « голубчик ты мой, миленький, что ж я делать то без тебя буду, ещё ж детей растить и учить» и дальше плачет.

Тогда меня такая злость взяла, что и передать не могу и на Варьку и на гадалок этих липовых,- Ты что это родная, мужа раньше времени в гроб положить решила, наслушалась всяких идиоток.

А она словно не слышит, а пуще прежнего причитает и ревет « Дай на тебя милого нагляжусь!»

Тут у меня нервы совсем сдали, схватил я свою Варьку за плечи и говорю «А ну признавайся, чего тебе эта аферистка наговорила».                                                                           |

-  Ну,... медленно протяжно потянула слова Варька: «Сказала, что умрёшь ты скоро, года через три, а за год до этого начнёшь мне изменять».

-  И ты конечно, дурочка поверила во всё это! - со злостью воскликнул Кириллушка.

-  А как мне было не поверить ей, она в прошлом году с Тамилки порчу снимала! - уже немного успокоившись, прошептала жена.

-  Ерунда всё это, вот меньше бы подружка твоя по таким бабкам ходила, и порчи никакой не было б!

Прошло время, срок подходил, жить становилось, не выносимо, все исключительно все начали относиться ко мне как к покойнику, ещё живому, но покойнику. Я терпел, сколько мог, но когда разговоры дошли до обивки ткани на моём гробу, я не выдержал и молча никому ничего не сказав, ушёл из дому.

Хотя в принципе на мой уход теперь уже мало кто обратил внимание, жена, наверное, подумала, что предсказание сбывается.

«Я вообще-то мужик негулящий с молодости несильно привык за бабьими юбками бегать, да и как говорят в народе, лицом не очень вышел. Не знаю, за что меня Варька полюбила? Только вот вся эта суматоха меня совсем из колеи выбила, решил черт с ним если и в правду помирать, то проведу эти деньки не один. Вот так-то». Пошёл в публичный дом, выбрал самую скромную, в другое время уму разуму учил бы, а сейчас только ласки женской захотелось. Варька ведь после того случая вообще почти меня за человека считать перестала, а за мужика тем более.

Так и уснул на широкой груди, правда, недёшево всё это обошлось-то, раза в полтора дороже.

Только недолго мне спать пришлось, слышу, кто-то меня толкает, ругается, на чём свет стоит. Просыпаюсь, а рядом моя Варька. Варька милая, ты?- спрашиваю - Мне, что всё приснилось?

-  Давай просыпайся быстрее, ты разве забыл нам ещё к гадалке нужно идти сегодня на 10:00 часов!

-  ?????????? Нет.....................

© Copyright: Анна Крис, 2011

Регистрационный номер №0000936

от 6 декабря 2011

[Скрыть] Регистрационный номер 0000936 выдан для произведения:

Вот так и живём!

У вас никогда не пропадало желание жить и слово «жизнь» само по себе теряло свой смысл.

Не бойтесь давать отрицательный ответ, признаюсь, что и у меня подобной ситуации тоже не было.

Нет, были, конечно, мысли о границах существования человека: смерти и воскрешения, но, тем не менее, эти мысли мне давали ещё более реальное желание жить. Хотя только и вызывали во мне навязчивый страх смерти как чего-то неизведанного. А вот Кирилл Евгеньевич Стукалов пережил нечто подобное, попробую описать с его слов, если смогу. Всё началось три месяца назад, когда в город приехала какая-то известная гадалка, то ли Маара, либо Веста, где уж всех упомнить. Да и не запомнил бы наш герой её и вовсе, если б не та злополучная история .

Жена его - Варвара Станиславовна женщина крупная, но ещё живая и симпатичная, очень уж любила всяких там вестников судьбы: гадалок, Экстрасенсов, и прочих людей подобной профессии. В последнее время у неё только и разговоров Кириллушкой (так она промеж себя, его называла) что, мол, аура у нас семейная подкосилась, в семье сладу нет, да и вообще ссоры на ссорах. Как не отнекивался наш герой, всё не почем, сходили бы, да сходили бы. Только он с работы на порог, а тут жена атакует, просто сил нет.

Не выдержал он, разругался с ней в дрызь, но всё-таки Варвара Станиславовна выиграла битву, надумали, что к гадалке пойдём вместе в воскресенье. Семья у них была ничем не отличавшаяся от других семей. Ссоры обычно жена и затевала, увидит в каком-нибудь магазине фирменную кофточку и давай ныть: « Купи, да купи», а у него денег - то только и видно, что на рукава этой кофточки, вот и ссорились, она своё твердит, а он своё. «А так она у меня баба хорошая, не гонористая, иные вон и похуже бывают» - часто говорил он своим друзьям. Например: Варькина подруга - Та милка, так та стерва, и все тут сказано, столько мужикам крови попила, уже с третим мужем разводится, нашла себе какого-то на машине, Варька говорит - банкир. Сколько Варьку муж просил не дружи с ней, нашла себе подругу так и самой недолго по той же тропке пойти. Жена отнекивалась: « Ты, мол, с Васей везде ходишь и по футболам и по всяким вашим «мужским», а мне что ли нельзя».

Всё бы хорошо, только вот Тамилка жену на колдовства эти подсадила, та уже сама без гадалок ни-ни, так она - богатая, а Варька - нет.

И куда только мужики смотрят у Тамилки ведь фигура как у недоросля- метр с шапкой росточком и как доска худая, так ещё и чистокровная блондинка ни ума, ни соображалки, одно только в жизни и знает, как чужих мужей отбивать, да деньги на дорогие вещи с них изымать. А как выйдет вся разукрашенная как рождественская ёлка, грима больше чем лица, наденет кофточку, просвещающуюся до пупка и довольная! Бесстыдница- мать двоих детей, а туда же, моя Варька и то покрасивей будет, всё при ней, так не лепит же на себя что не попадя.

Словно этих двадцати лет и не было смотришь и любуешься!

Как только мы начинаю Тамилку обсуждать, так моя губы надует, к стенке отвернется, даже одеяло другое возьмет, чтоб со мной одним не укрываться.

Она у меня такая легко ранимая. Уступчивая, но на счёт этой Тамилки как упрётся, так мочи нет, подруга и всё, говоришь ей, говоришь, а толку мало.

Просыпаюсь я как-то утром иду, ставить чай, смотрю - чайник горячий, а жены нет. Я поначалу подумал, что в магазин вышла, а потом смотрю, а на столе записка: « Ушла к гадалке, суп на плите, покорми детей, Варя, тебя будить не захотела, ты так сладко спал». Пришла от гадалки жена вся какая-то неземная измученная, будто сама не своя, глаза опущены, вот-вот слезы скатятся.

-  Ну что там, - спрашиваю, - жизнь в счастье нагадала.

А моя Варька как слезами умоется, как обнимет меня так ласково, как давно уже не обнимала, будто в молодости, и ничего сказать не может, только слёзы всё котятся и котятся. Прошло минут десять, она отошла маленько, только и шепчет как на похоронах: « голубчик ты мой, миленький, что ж я делать то без тебя буду, ещё ж детей растить и учить» и дальше плачет.

Тогда меня такая злость взяла, что и передать не могу и на Варьку и на гадалок этих липовых,- Ты что это родная, мужа раньше времени в гроб положить решила, наслушалась всяких идиоток.

А она словно не слышит, а пуще прежнего причитает и ревет « Дай на тебя милого нагляжусь!»

Тут у меня нервы совсем сдали, схватил я свою Варьку за плечи и говорю «А ну признавайся, чего тебе эта аферистка наговорила».                                                                           |

-  Ну,... медленно протяжно потянула слова Варька: «Сказала, что умрёшь ты скоро, года через три, а за год до этого начнёшь мне изменять».

-  И ты конечно, дурочка поверила во всё это! - со злостью воскликнул Кириллушка.

-  А как мне было не поверить ей, она в прошлом году с Тамилки порчу снимала! - уже немного успокоившись, прошептала жена.

-  Ерунда всё это, вот меньше бы подружка твоя по таким бабкам ходила, и порчи никакой не было б!

Прошло время, срок подходил, жить становилось, не выносимо, все исключительно все начали относиться ко мне как к покойнику, ещё живому, но покойнику. Я терпел, сколько мог, но когда разговоры дошли до обивки ткани на моём гробу, я не выдержал и молча никому ничего не сказав, ушёл из дому.

Хотя в принципе на мой уход теперь уже мало кто обратил внимание, жена, наверное, подумала, что предсказание сбывается.

«Я вообще-то мужик негулящий с молодости несильно привык за бабьими юбками бегать, да и как говорят в народе, лицом не очень вышел. Не знаю, за что меня Варька полюбила? Только вот вся эта суматоха меня совсем из колеи выбила, решил черт с ним если и в правду помирать, то проведу эти деньки не один. Вот так-то». Пошёл в публичный дом, выбрал самую скромную, в другое время уму разуму учил бы, а сейчас только ласки женской захотелось. Варька ведь после того случая вообще почти меня за человека считать перестала, а за мужика тем более.

Так и уснул на широкой груди, правда, недёшево всё это обошлось-то, раза в полтора дороже.

Только недолго мне спать пришлось, слышу, кто-то меня толкает, ругается, на чём свет стоит. Просыпаюсь, а рядом моя Варька. Варька милая, ты?- спрашиваю - Мне, что всё приснилось?

-  Давай просыпайся быстрее, ты разве забыл нам ещё к гадалке нужно идти сегодня на 10:00 часов!

-  ?????????? Нет.....................

Вот так и живём!

У вас никогда не пропадало желание жить и слово «жизнь» само по себе теряло свой смысл.

Не бойтесь давать отрицательный ответ, признаюсь, что и у меня подобной ситуации тоже не было.

Нет, были, конечно, мысли о границах существования человека: смерти и воскрешения, но, тем не менее, эти мысли мне давали ещё более реальное желание жить. Хотя только и вызывали во мне навязчивый страх смерти как чего-то неизведанного. А вот Кирилл Евгеньевич Стукалов пережил нечто подобное, попробую описать с его слов, если смогу. Всё началось три месяца назад, когда в город приехала какая-то известная гадалка, то ли Маара, либо Веста, где уж всех упомнить. Да и не запомнил бы наш герой её и вовсе, если б не та злополучная история .

Жена его - Варвара Станиславовна женщина крупная, но ещё живая и симпатичная, очень уж любила всяких там вестников судьбы: гадалок, Экстрасенсов, и прочих людей подобной профессии. В последнее время у неё только и разговоров Кириллушкой (так она промеж себя, его называла) что, мол, аура у нас семейная подкосилась, в семье сладу нет, да и вообще ссоры на ссорах. Как не отнекивался наш герой, всё не почем, сходили бы, да сходили бы. Только он с работы на порог, а тут жена атакует, просто сил нет.

Не выдержал он, разругался с ней в дрызь, но всё-таки Варвара Станиславовна выиграла битву, надумали, что к гадалке пойдём вместе в воскресенье. Семья у них была ничем не отличавшаяся от других семей. Ссоры обычно жена и затевала, увидит в каком-нибудь магазине фирменную кофточку и давай ныть: « Купи, да купи», а у него денег - то только и видно, что на рукава этой кофточки, вот и ссорились, она своё твердит, а он своё. «А так она у меня баба хорошая, не гонористая, иные вон и похуже бывают» - часто говорил он своим друзьям. Например: Варькина подруга - Та милка, так та стерва, и все тут сказано, столько мужикам крови попила, уже с третим мужем разводится, нашла себе какого-то на машине, Варька говорит - банкир. Сколько Варьку муж просил не дружи с ней, нашла себе подругу так и самой недолго по той же тропке пойти. Жена отнекивалась: « Ты, мол, с Васей везде ходишь и по футболам и по всяким вашим «мужским», а мне что ли нельзя».

Всё бы хорошо, только вот Тамилка жену на колдовства эти подсадила, та уже сама без гадалок ни-ни, так она - богатая, а Варька - нет.

И куда только мужики смотрят у Тамилки ведь фигура как у недоросля- метр с шапкой росточком и как доска худая, так ещё и чистокровная блондинка ни ума, ни соображалки, одно только в жизни и знает, как чужих мужей отбивать, да деньги на дорогие вещи с них изымать. А как выйдет вся разукрашенная как рождественская ёлка, грима больше чем лица, наденет кофточку, просвещающуюся до пупка и довольная! Бесстыдница- мать двоих детей, а туда же, моя Варька и то покрасивей будет, всё при ней, так не лепит же на себя что не попадя.

Словно этих двадцати лет и не было смотришь и любуешься!

Как только мы начинаю Тамилку обсуждать, так моя губы надует, к стенке отвернется, даже одеяло другое возьмет, чтоб со мной одним не укрываться.

Она у меня такая легко ранимая. Уступчивая, но на счёт этой Тамилки как упрётся, так мочи нет, подруга и всё, говоришь ей, говоришь, а толку мало.

Просыпаюсь я как-то утром иду, ставить чай, смотрю - чайник горячий, а жены нет. Я поначалу подумал, что в магазин вышла, а потом смотрю, а на столе записка: « Ушла к гадалке, суп на плите, покорми детей, Варя, тебя будить не захотела, ты так сладко спал». Пришла от гадалки жена вся какая-то неземная измученная, будто сама не своя, глаза опущены, вот-вот слезы скатятся.

-  Ну что там, - спрашиваю, - жизнь в счастье нагадала.

А моя Варька как слезами умоется, как обнимет меня так ласково, как давно уже не обнимала, будто в молодости, и ничего сказать не может, только слёзы всё котятся и котятся. Прошло минут десять, она отошла маленько, только и шепчет как на похоронах: « голубчик ты мой, миленький, что ж я делать то без тебя буду, ещё ж детей растить и учить» и дальше плачет.

Тогда меня такая злость взяла, что и передать не могу и на Варьку и на гадалок этих липовых,- Ты что это родная, мужа раньше времени в гроб положить решила, наслушалась всяких идиоток.

А она словно не слышит, а пуще прежнего причитает и ревет « Дай на тебя милого нагляжусь!»

Тут у меня нервы совсем сдали, схватил я свою Варьку за плечи и говорю «А ну признавайся, чего тебе эта аферистка наговорила».                                                                           |

-  Ну,... медленно протяжно потянула слова Варька: «Сказала, что умрёшь ты скоро, года через три, а за год до этого начнёшь мне изменять».

-  И ты конечно, дурочка поверила во всё это! - со злостью воскликнул Кириллушка.

-  А как мне было не поверить ей, она в прошлом году с Тамилки порчу снимала! - уже немного успокоившись, прошептала жена.

-  Ерунда всё это, вот меньше бы подружка твоя по таким бабкам ходила, и порчи никакой не было б!

Прошло время, срок подходил, жить становилось, не выносимо, все исключительно все начали относиться ко мне как к покойнику, ещё живому, но покойнику. Я терпел, сколько мог, но когда разговоры дошли до обивки ткани на моём гробу, я не выдержал и молча никому ничего не сказав, ушёл из дому.

Хотя в принципе на мой уход теперь уже мало кто обратил внимание, жена, наверное, подумала, что предсказание сбывается.

«Я вообще-то мужик негулящий с молодости несильно привык за бабьими юбками бегать, да и как говорят в народе, лицом не очень вышел. Не знаю, за что меня Варька полюбила? Только вот вся эта суматоха меня совсем из колеи выбила, решил черт с ним если и в правду помирать, то проведу эти деньки не один. Вот так-то». Пошёл в публичный дом, выбрал самую скромную, в другое время уму разуму учил бы, а сейчас только ласки женской захотелось. Варька ведь после того случая вообще почти меня за человека считать перестала, а за мужика тем более.

Так и уснул на широкой груди, правда, недёшево всё это обошлось-то, раза в полтора дороже.

Только недолго мне спать пришлось, слышу, кто-то меня толкает, ругается, на чём свет стоит. Просыпаюсь, а рядом моя Варька. Варька милая, ты?- спрашиваю - Мне, что всё приснилось?

-  Давай просыпайся быстрее, ты разве забыл нам ещё к гадалке нужно идти сегодня на 10:00 часов!

-  ?????????? Нет.....................

Вот так и живём!

У вас никогда не пропадало желание жить и слово «жизнь» само по себе теряло свой смысл.

Не бойтесь давать отрицательный ответ, признаюсь, что и у меня подобной ситуации тоже не было.

Нет, были, конечно, мысли о границах существования человека: смерти и воскрешения, но, тем не менее, эти мысли мне давали ещё более реальное желание жить. Хотя только и вызывали во мне навязчивый страх смерти как чего-то неизведанного. А вот Кирилл Евгеньевич Стукалов пережил нечто подобное, попробую описать с его слов, если смогу. Всё началось три месяца назад, когда в город приехала какая-то известная гадалка, то ли Маара, либо Веста, где уж всех упомнить. Да и не запомнил бы наш герой её и вовсе, если б не та злополучная история .

Жена его - Варвара Станиславовна женщина крупная, но ещё живая и симпатичная, очень уж любила всяких там вестников судьбы: гадалок, Экстрасенсов, и прочих людей подобной профессии. В последнее время у неё только и разговоров Кириллушкой (так она промеж себя, его называла) что, мол, аура у нас семейная подкосилась, в семье сладу нет, да и вообще ссоры на ссорах. Как не отнекивался наш герой, всё не почем, сходили бы, да сходили бы. Только он с работы на порог, а тут жена атакует, просто сил нет.

Не выдержал он, разругался с ней в дрызь, но всё-таки Варвара Станиславовна выиграла битву, надумали, что к гадалке пойдём вместе в воскресенье. Семья у них была ничем не отличавшаяся от других семей. Ссоры обычно жена и затевала, увидит в каком-нибудь магазине фирменную кофточку и давай ныть: « Купи, да купи», а у него денег - то только и видно, что на рукава этой кофточки, вот и ссорились, она своё твердит, а он своё. «А так она у меня баба хорошая, не гонористая, иные вон и похуже бывают» - часто говорил он своим друзьям. Например: Варькина подруга - Та милка, так та стерва, и все тут сказано, столько мужикам крови попила, уже с третим мужем разводится, нашла себе какого-то на машине, Варька говорит - банкир. Сколько Варьку муж просил не дружи с ней, нашла себе подругу так и самой недолго по той же тропке пойти. Жена отнекивалась: « Ты, мол, с Васей везде ходишь и по футболам и по всяким вашим «мужским», а мне что ли нельзя».

Всё бы хорошо, только вот Тамилка жену на колдовства эти подсадила, та уже сама без гадалок ни-ни, так она - богатая, а Варька - нет.

И куда только мужики смотрят у Тамилки ведь фигура как у недоросля- метр с шапкой росточком и как доска худая, так ещё и чистокровная блондинка ни ума, ни соображалки, одно только в жизни и знает, как чужих мужей отбивать, да деньги на дорогие вещи с них изымать. А как выйдет вся разукрашенная как рождественская ёлка, грима больше чем лица, наденет кофточку, просвещающуюся до пупка и довольная! Бесстыдница- мать двоих детей, а туда же, моя Варька и то покрасивей будет, всё при ней, так не лепит же на себя что не попадя.

Словно этих двадцати лет и не было смотришь и любуешься!

Как только мы начинаю Тамилку обсуждать, так моя губы надует, к стенке отвернется, даже одеяло другое возьмет, чтоб со мной одним не укрываться.

Она у меня такая легко ранимая. Уступчивая, но на счёт этой Тамилки как упрётся, так мочи нет, подруга и всё, говоришь ей, говоришь, а толку мало.

Просыпаюсь я как-то утром иду, ставить чай, смотрю - чайник горячий, а жены нет. Я поначалу подумал, что в магазин вышла, а потом смотрю, а на столе записка: « Ушла к гадалке, суп на плите, покорми детей, Варя, тебя будить не захотела, ты так сладко спал». Пришла от гадалки жена вся какая-то неземная измученная, будто сама не своя, глаза опущены, вот-вот слезы скатятся.

-  Ну что там, - спрашиваю, - жизнь в счастье нагадала.

А моя Варька как слезами умоется, как обнимет меня так ласково, как давно уже не обнимала, будто в молодости, и ничего сказать не может, только слёзы всё котятся и котятся. Прошло минут десять, она отошла маленько, только и шепчет как на похоронах: « голубчик ты мой, миленький, что ж я делать то без тебя буду, ещё ж детей растить и учить» и дальше плачет.

Тогда меня такая злость взяла, что и передать не могу и на Варьку и на гадалок этих липовых,- Ты что это родная, мужа раньше времени в гроб положить решила, наслушалась всяких идиоток.

А она словно не слышит, а пуще прежнего причитает и ревет « Дай на тебя милого нагляжусь!»

Тут у меня нервы совсем сдали, схватил я свою Варьку за плечи и говорю «А ну признавайся, чего тебе эта аферистка наговорила».                                                                           |

-  Ну,... медленно протяжно потянула слова Варька: «Сказала, что умрёшь ты скоро, года через три, а за год до этого начнёшь мне изменять».

-  И ты конечно, дурочка поверила во всё это! - со злостью воскликнул Кириллушка.

-  А как мне было не поверить ей, она в прошлом году с Тамилки порчу снимала! - уже немного успокоившись, прошептала жена.

-  Ерунда всё это, вот меньше бы подружка твоя по таким бабкам ходила, и порчи никакой не было б!

Прошло время, срок подходил, жить становилось, не выносимо, все исключительно все начали относиться ко мне как к покойнику, ещё живому, но покойнику. Я терпел, сколько мог, но когда разговоры дошли до обивки ткани на моём гробу, я не выдержал и молча никому ничего не сказав, ушёл из дому.

Хотя в принципе на мой уход теперь уже мало кто обратил внимание, жена, наверное, подумала, что предсказание сбывается.

«Я вообще-то мужик негулящий с молодости несильно привык за бабьими юбками бегать, да и как говорят в народе, лицом не очень вышел. Не знаю, за что меня Варька полюбила? Только вот вся эта суматоха меня совсем из колеи выбила, решил черт с ним если и в правду помирать, то проведу эти деньки не один. Вот так-то». Пошёл в публичный дом, выбрал самую скромную, в другое время уму разуму учил бы, а сейчас только ласки женской захотелось. Варька ведь после того случая вообще почти меня за человека считать перестала, а за мужика тем более.

Так и уснул на широкой груди, правда, недёшево всё это обошлось-то, раза в полтора дороже.

Только недолго мне спать пришлось, слышу, кто-то меня толкает, ругается, на чём свет стоит. Просыпаюсь, а рядом моя Варька. Варька милая, ты?- спрашиваю - Мне, что всё приснилось?

-  Давай просыпайся быстрее, ты разве забыл нам ещё к гадалке нужно идти сегодня на 10:00 часов!

-  ?????????? Нет.....................

Вот так и живём!

У вас никогда не пропадало желание жить и слово «жизнь» само по себе теряло свой смысл.

Не бойтесь давать отрицательный ответ, признаюсь, что и у меня подобной ситуации тоже не было.

Нет, были, конечно, мысли о границах существования человека: смерти и воскрешения, но, тем не менее, эти мысли мне давали ещё более реальное желание жить. Хотя только и вызывали во мне навязчивый страх смерти как чего-то неизведанного. А вот Кирилл Евгеньевич Стукалов пережил нечто подобное, попробую описать с его слов, если смогу. Всё началось три месяца назад, когда в город приехала какая-то известная гадалка, то ли Маара, либо Веста, где уж всех упомнить. Да и не запомнил бы наш герой её и вовсе, если б не та злополучная история .

Жена его - Варвара Станиславовна женщина крупная, но ещё живая и симпатичная, очень уж любила всяких там вестников судьбы: гадалок, Экстрасенсов, и прочих людей подобной профессии. В последнее время у неё только и разговоров Кириллушкой (так она промеж себя, его называла) что, мол, аура у нас семейная подкосилась, в семье сладу нет, да и вообще ссоры на ссорах. Как не отнекивался наш герой, всё не почем, сходили бы, да сходили бы. Только он с работы на порог, а тут жена атакует, просто сил нет.

Не выдержал он, разругался с ней в дрызь, но всё-таки Варвара Станиславовна выиграла битву, надумали, что к гадалке пойдём вместе в воскресенье. Семья у них была ничем не отличавшаяся от других семей. Ссоры обычно жена и затевала, увидит в каком-нибудь магазине фирменную кофточку и давай ныть: « Купи, да купи», а у него денег - то только и видно, что на рукава этой кофточки, вот и ссорились, она своё твердит, а он своё. «А так она у меня баба хорошая, не гонористая, иные вон и похуже бывают» - часто говорил он своим друзьям. Например: Варькина подруга - Та милка, так та стерва, и все тут сказано, столько мужикам крови попила, уже с третим мужем разводится, нашла себе какого-то на машине, Варька говорит - банкир. Сколько Варьку муж просил не дружи с ней, нашла себе подругу так и самой недолго по той же тропке пойти. Жена отнекивалась: « Ты, мол, с Васей везде ходишь и по футболам и по всяким вашим «мужским», а мне что ли нельзя».

Всё бы хорошо, только вот Тамилка жену на колдовства эти подсадила, та уже сама без гадалок ни-ни, так она - богатая, а Варька - нет.

И куда только мужики смотрят у Тамилки ведь фигура как у недоросля- метр с шапкой росточком и как доска худая, так ещё и чистокровная блондинка ни ума, ни соображалки, одно только в жизни и знает, как чужих мужей отбивать, да деньги на дорогие вещи с них изымать. А как выйдет вся разукрашенная как рождественская ёлка, грима больше чем лица, наденет кофточку, просвещающуюся до пупка и довольная! Бесстыдница- мать двоих детей, а туда же, моя Варька и то покрасивей будет, всё при ней, так не лепит же на себя что не попадя.

Словно этих двадцати лет и не было смотришь и любуешься!

Как только мы начинаю Тамилку обсуждать, так моя губы надует, к стенке отвернется, даже одеяло другое возьмет, чтоб со мной одним не укрываться.

Она у меня такая легко ранимая. Уступчивая, но на счёт этой Тамилки как упрётся, так мочи нет, подруга и всё, говоришь ей, говоришь, а толку мало.

Просыпаюсь я как-то утром иду, ставить чай, смотрю - чайник горячий, а жены нет. Я поначалу подумал, что в магазин вышла, а потом смотрю, а на столе записка: « Ушла к гадалке, суп на плите, покорми детей, Варя, тебя будить не захотела, ты так сладко спал». Пришла от гадалки жена вся какая-то неземная измученная, будто сама не своя, глаза опущены, вот-вот слезы скатятся.

-  Ну что там, - спрашиваю, - жизнь в счастье нагадала.

А моя Варька как слезами умоется, как обнимет меня так ласково, как давно уже не обнимала, будто в молодости, и ничего сказать не может, только слёзы всё котятся и котятся. Прошло минут десять, она отошла маленько, только и шепчет как на похоронах: « голубчик ты мой, миленький, что ж я делать то без тебя буду, ещё ж детей растить и учить» и дальше плачет.

Тогда меня такая злость взяла, что и передать не могу и на Варьку и на гадалок этих липовых,- Ты что это родная, мужа раньше времени в гроб положить решила, наслушалась всяких идиоток.

А она словно не слышит, а пуще прежнего причитает и ревет « Дай на тебя милого нагляжусь!»

Тут у меня нервы совсем сдали, схватил я свою Варьку за плечи и говорю «А ну признавайся, чего тебе эта аферистка наговорила».                                                                           |

-  Ну,... медленно протяжно потянула слова Варька: «Сказала, что умрёшь ты скоро, года через три, а за год до этого начнёшь мне изменять».

-  И ты конечно, дурочка поверила во всё это! - со злостью воскликнул Кириллушка.

-  А как мне было не поверить ей, она в прошлом году с Тамилки порчу снимала! - уже немного успокоившись, прошептала жена.

-  Ерунда всё это, вот меньше бы подружка твоя по таким бабкам ходила, и порчи никакой не было б!

Прошло время, срок подходил, жить становилось, не выносимо, все исключительно все начали относиться ко мне как к покойнику, ещё живому, но покойнику. Я терпел, сколько мог, но когда разговоры дошли до обивки ткани на моём гробу, я не выдержал и молча никому ничего не сказав, ушёл из дому.

Хотя в принципе на мой уход теперь уже мало кто обратил внимание, жена, наверное, подумала, что предсказание сбывается.

«Я вообще-то мужик негулящий с молодости несильно привык за бабьими юбками бегать, да и как говорят в народе, лицом не очень вышел. Не знаю, за что меня Варька полюбила? Только вот вся эта суматоха меня совсем из колеи выбила, решил черт с ним если и в правду помирать, то проведу эти деньки не один. Вот так-то». Пошёл в публичный дом, выбрал самую скромную, в другое время уму разуму учил бы, а сейчас только ласки женской захотелось. Варька ведь после того случая вообще почти меня за человека считать перестала, а за мужика тем более.

Так и уснул на широкой груди, правда, недёшево всё это обошлось-то, раза в полтора дороже.

Только недолго мне спать пришлось, слышу, кто-то меня толкает, ругается, на чём свет стоит. Просыпаюсь, а рядом моя Варька. Варька милая, ты?- спрашиваю - Мне, что всё приснилось?

-  Давай просыпайся быстрее, ты разве забыл нам ещё к гадалке нужно идти сегодня на 10:00 часов!

-  ?????????? Нет.....................

Рейтинг: +1 296 просмотров
Комментарии (1)
Лидия Гржибовская # 10 декабря 2011 в 15:22 0
podarok