Ваш ход, сэр

30 мая 2012 - Игорь Коркин

Все люди, живущие на планете Земля, в основном, делятся на две группы – мясоедов и вегетарианцев, а те, в свою очередь, подразделяются на всевозможные подгруппы. Кого тут только нет - это йоги, диетологи, буддисты, «зелёные», люди различных вероисповеданий и мастей. Людям наплевать на войны, режимы, законы, катаклизмы – они всегда хотели есть, и пища была и будет одной из самых первоочередных потребностей человека.
Когда страна, выполняя и перевыполняя планы по уничтожению отечественного сельского хозяйства, поняла, что необходимо возрождать и развивать предпринимательство, я сколотил небольшую команду в нашем приморском селе по заготовке мяса. Всё было очень просто – люди, которые не хотели продавать мясо на рынке, обращались к нам, ну а мы, понятное дело, предлагали им «свою», выгодную нам цену за килограмм живого веса того или иного животного.
В ту холодную зиму, зная о том, что не все жители оповещены о сдаче скота, я поручил своим трём сотрудникам «прочесать» три небольших улицы села, а сам взял самую большую и длинную – улицу «Садовая», почему то названную местными жителями «Бендерштрассе».
- Привет, Анисимовна! – поздоровался я со знакомой женщиной, копошившейся во дворе, - не сдаёте каких-нибудь животных?
- Нет, - ответила женщина, - самим не хватает, а вот сосед, Самцов Василий, говорил, что хочет сдать корову и бычка.
- Кто такой? Почему не знаю?
- Он новенький, осенью этот дом купил вместе со скотиной и мебелью.
- Богатенький, наверное?
- Говорят, в Тюмени свой кооператив был.
Действительно, в глубине двора стоял новенький «Москвич», а из подсобных строений раздавалось мычание крупного рогатого скота. На удивление, вместо свирепой собаки к калитке подошёл высокий худощавый мужчина лет шестидесяти в одних спортивных трусах. Я, конечно, удивился, поэтому, пока он шёл, заметил тщательно выбритое волевое лицо. Он не был пьян, а десятиградусный мороз, казалось, совсем не беспокоил его.
- Извините, я не вовремя? – начал я свою вступительную речь, подозревая, что помешал человеку.
- Хорошим людям всегда рады, - играя желваками на скулах, сказал мужчина.
- Я заготовитель, вы не хотели бы сдать скотину на мясо?
- Да, вы, как раз кстати. Меня зовут Василий.
- Федот, - ответил я, пожав хозяину руку.
Он открыл калитку из штахетника, и я последовал за его босыми ногами по узкой ледяной дорожке. Василий не торопился, уверенно, чеканя каждый шаг, он вёл меня в глубину своего хозяйства.
- Вы, не замёрзнете? – спросил я своего нового знакомого.
- Самое главное, чтобы не замёрзли вы, - парировал мой вопрос здоровяк Василий.
Скот, действительно, оказался убойного веса.
- А вам не жаль корову? Она ведь дойная.
- Было молоко, но давно перегорело, а телёнка соседка забрала. Мне молоко не надо. Давайте зайдём в дом, я вижу, вы замёрзли.
В доме с довольно низкими потолками хозяин проводил меня в небольшую комнатушку, вмещающую только довольно приличную деревянную кровать и такой же письменный стол. Температура внутри не сильно разнилась с температурой наружи.
- А что, у вас проблема с дровами и углём? – растирая от холода руки, спросил я.
Василий включил небольшой электрокамин с открытой спиралью и отражателем.
- Держу для таких, как вы.
- Как же вы живёте в неотапливаемом доме?
- Мне тепло не надо.
«Сумасшедший, надо бежать отсюда».
- Давайте партейку в шахматы, - словно угадав моё предположение о его вменяемости, предложил Василий.
Честно говоря, в детстве я посещал шахматный кружок, так что, дабы доказать, что я – существо здравомыслящее, отказаться не смог. Василий расставил на своём поле чёрные фигуры, я двинул «ферзевую» пешку вперёд, он сразу ответил, автоматически сооружая защиту. Немного согревшись, я осмотрелся вокруг и заметил несколько женских фотографий, лежащих на столе. Пока хозяин думал над следующим ходом, я решил нарушить тишину:
- Это ваши родные?
- Нет, Федот, это мои женщины.
- Все ваши?
- Да, часть уже побывала у меня, а другие со дня на день должны навестить старого холостяка.
- Зачем? – спросил я и удивился своему неловкому вопросу.
- Странный вы, Федот. Интересно, зачем мужчине женщина?
- Правильно, женщина, а у вас, как я заметил, их добрых два десятка. Где вы с ними знакомитесь? На дворе зима, а в местный клуб, кроме десятка малолеток, никто не захаживает.
Василий сделал ход и, не глядя на меня, произнёс:
- Всё очень просто. Я дал объявления в три газеты с текстом, что холостой мужчина хочет познакомиться с женщиной для серьёзных отношений. Жильё имеется. Вот и слетаются «на огонёк» мотыльки со всей страны.
Действительно, на краю стола лежала внушительная пачка вскрытых почтовых конвертов.
- Сначала переписка, а потом ненавязчивое предложение встретиться на моей территории. Естественно, многие «клюют» на жильё, а некоторые действительно надеются наладить свою разбитую жизнь. Согрелись?
- Да, спасибо.
Василий не был похож на жиголо.
- Ну, а вы, так и не остановили свой выбор на ком-нибудь?
Василий долго молчал, вглядываясь в доску. Я чувствовал, что он думает не над очередным ходом. Мне даже стало неловко от заданного вопроса.
- Знаете, Федот, я женился, когда мне было уже под сорок. Моя карьера к тому времени сложилась хорошо. В Сибири я владел своей фирмой. Я полюбил женщину женился, у нас родился сын, а потом моя супруга всё, что принадлежало мне, прибрала к своим рукам и наняла человека убить меня. Я едва ноги унёс. Конечно, я смог кое-что привезти сюда, но это лишь одна тысячная того, что имел.
Я, конечно, удивился такой откровенности моего собеседника, а может, ему надо было просто кому-то выговориться о наболевшем, излить кому-то свою душу.
- Некоторые женщины уверены, что здесь, на море, рай, что здесь с них будут сдувать пылинки..
- А что, вы сразу берёте быка за рога?
- В смысле?
- Ну, говорите с порога, что в деревне надо работать, ухаживать за скотиной, птицей, готовить еду, выращивать фрукты и овощи, вставать рано и ложиться поздно.
- Нет, почему же..многие привозят с собой полные сумки еды, мы ужинаем в кухне, а потом идём знакомиться вот на эту кровать. Некоторые оказываются даже очень ничего..
- В смысле, как любовницы?
- Да
- А потом вы загоняете эту любовницу в огород для проверки других качеств?
- Не всегда..
- Почему?
- Видите ли, Федот, я веду переписку сразу с двумя десятками женщин.
Василий сделал ход, подошёл к столу и вынул из верхнего выдвижного ящика свёрнутый в рулон довольно крупный лист бумаги.
- Это график приезда женщин на ближайшие три месяца. На каждую из них отпускается максимум пять дней. Если женщина хороша в постели, зачем распыляться на хозяйство? Пока она отдыхает от постельных баталий, я прекрасно управляюсь сам. Единственно, за что я волнуюсь, это за то, что на Новый год они все хотят приехать ко мне в гости..
Он передал мне увесистую пачку фотографий.
- Посмотри, Федот, и скажи, какая из них, по твоему мнению, достойна провести со мной новогоднюю ночь?
Я внимательно рассмотрел все фото, а потом мельком взглянул на хозяина. Нет, красавцем я его не посчитал бы, но и уродом он не был. Женская душа – потёмки. Кто её знает, кого она полюбит сегодня, а кого завтра. Что являлось несомненным плюсом для него – это его атлетическая фигура. Даже сейчас, разомлев от тепла, я прислонился к мягкому ковру, висящему над кроватью, а мой шахматный противник даже и не подумал согнуться за полчаса игры. Он сидел, как на приёме у президента, всё время сохраняя спину прямой, как струна.
Действительно, на многих фото были красивые женщины и довольно молодые девушки. На многих бы я остановил свой выбор.
- Вот эта красивая! Какие красивые выразительные глаза!
- Да, это Галочка из Перми, у неё пятилетний ребёночек. Хочет замуж за меня.
- А это, кто? – продолжил я, указывая на худое девичье личико, - это совсем ребёнок.
- Это Даша. Из Харькова. Выглядит она, действительно, как ребёнок, а между тем, ей уже двадцать, - серьёзно возразил Василий.
«Ничерта себе! УЖЕ 20 лет. Совсем мужик отморозил мозги».
- Нет, Вася, здесь я тебе не помощник. Что до меня, я бы всех этих женщин пригласил.
- То-то и оно, я боюсь, что накладка выйдет. Вот сегодня, например, девушку Василису провожал домой, а она прямо перед автобусом вцепилась в меня своим ногтями, не хотела уезжать.
Уловив, что Самцов давно перешёл на «ты», я сразу же последовал его примеру.
- Ну, ведь ты-то объяснил Василисе, что пять положенных ей дней истекли, что другая зазнобушка уже на пути к тебе?
- Конечно, нет, потому что я сказал, что уезжаю, а когда вернусь, обязательно позову её в гости. Понимаешь, нельзя жечь мосты. Неизвестно, как жизнь повернёт. Может, ухаживать будет за мной.
Конечно, меня интересовало ещё несколько вопросов, в частности относительно его качеств, как мужчины и посредством чего он сохраняет свою мужскую силу, в каком яйце держит свою иголку. Он держал тело в холоде. Судя по горе немытой посуды на кухонном столе и нескольких грязных банок, полноценным питанием тут и не пахло.
«А что тогда?» - не давала мне покоя эта мысль.
Нет, у меня не поворачивался язык задать ему этот вопрос. Слишком мало я был знаком с Василием. Единственно, на что у меня оставалась надежда, это на слабоумие или пустое бахвальство. Да, он переписывался с женщинами, я видел марки и обратные адреса, но, может быть, встречи с ними существовали только в его воспалённом от холода сознании?
- Ваш ход, сэр, - ввел меня из оцепенения Василий.
Я даже и не успел опомниться, как оказался без тяжёлых фигур. Конечно, можно было посопротивляться для пущей важности, но я, как мужчина, уронил короля и коротко сказал:
- Сдаюсь.
- Спасибо за партию, Федот. Теперь поговорим за корову и бычка. Сколько ты даёшь за килограмм живого веса?
Я назвал цену, чем очень рассмешил хозяина.
- Федя, я подожду других времён и других покупателей, эту зиму я их как-нибудь прокормлю.
Самцов посмотрел на часы и сказал:
- Федя, подожди три минуты, я оденусь, сейчас вместе пойдём. Мне на автобус надо успеть.
Три раза в день в деревню ходил рейсовый автобус со станции и ехал через всё село, высаживая сельчан на нужных им остановках. Действительно, через несколько минут мы стояли на остановке. Вася, одетый в тоненький спортивный костюмчик, всматривался вдаль, а я кутался от холода в свою меховую шубу. Скоро показался автобус.
- Точно по расписанию идёт, как экспресс Лондон – Париж. Через несколько минут переполненный старый «ЛАЗ» остановился возле нас, и Вася зашёл в салон через открывшиеся передние двери и громко спросил:
- К Самцову кто-нибудь есть?
У окна сидела красивая черноволосая девушка лет двадцати пяти. Услышав эту фамилию, она сразу оживилась, заулыбалась, взяла в обе руки две тяжёлые сумки и направилась к выходу. Василий грациозно подал ей руку, представился, взял своими огромными руками две сумки и большими шагами направился домой, девушка же, едва поспевала за ним. Я стоял и смотрел ей вслед. Красивый короткий полушубок облегал её стройную фигуру, чёрный свитер едва прикрывал голубые в обтяжку джинсы, оголяя небольшой кусочек белой спины. Длинные, почти до колен, сапоги скользили своими тонкими шпильками по замёрзшему снежному насту.
«Короткий ужин и сразу знакомиться» - вспомнил я слова Василия.
«Чудеса!»

Скоро зима закончилась, пролетели весна и лето. За это время я сменил мясной бизнес на рыбный. Как-то, в начале осени, проезжая на своей машине мимо «удивительного» дома, я увидел два куста прекрасных чайных роз, цветущих на фасадной стороне дома. Почему то я решил остановиться и заглянуть к столь прославленному человеку в селе, я даже нашё повод – купить несколько роз для жены. На удивление, калитка была приоткрыта, «Москвич» куда-то исчез, да и следов какой-либо скотины я не заметил. Когда на мой крик никто не ответил, я немного подождал и пошёл вглубь двора. Входная и «боевая» комнаты были открыты, а единственное окно в комнате занавешено одеялом. Тусклый свет ночника разливался по столу и спальне холостяка. Ещё из коридора я заметил в помещении мужские костлявые ноги с длинными грязными ногтями. Я вошёл в комнату.
- Привет, Василий! Ты не узнал меня?
Я сказал это потому, что необходимо было хоть что-то сказать. На кровати лежал живой высохший труп с редкими длинными волосами и острой бородкой.
- А, Федя, матч-реванш?
А вот этого я никак не ожидал от него. Пока я стоял в нерешительности, «труп» встал, достал шахматную доску, высыпал фигуры на мятое цветастое одеяло и, прищёлкивая длинными худыми пальцами, расставил их на своих клетках. Руки у хозяина дрожали, пальцы не слушались, фигуры падали, но он упорно поднимал их и устанавливал на свои места.
- Теперь у тебя чёрные, - хриплым голосом сказало подобие человека.
Я присел на край этого ложе. Конечно, меня интересовало, как за каких-то восемь месяцев этот бодрый, пышащий здоровьем человек превратился в едва влачащего жалкое существование старика.
- Знаю, знаю, что именно тебя интересует и я постараюсь рассказать тебе.
Я двинул королевскую пешку в ответ на такую же и заглянул в грустные осунувшиеся глаза этого новоиспечённого старика.
- Так, что же случилось, Вася? – не выдержал я.
- Вскоре после твоего прихода у меня увели корову и бычка. Я, конечно, немного понервничал, но потом понял, что это только к лучшему. А потом через месяц, ночью, ко мне ворвались местные хулиганы, избили меня и угнали машину. Я не стал заявлять на них, не хотел губить и без того испорченные души. Потом я голодал 40 дней, хотел организм очистить, чуть не помер. За зиму я застудил мочевой пузырь, сейчас хожу в туалет через каждые полчаса, ноги у меня почти не ходят.
Я слушал этот рассказ с большим интересом. Вот-вот он должен был подойти к самому интересному. Вася понял это и просто сказал:
- Сейчас ко мне никто не ездит, не испытывая я к ним потребность.
- Как это так вышло? – удивился я.
- А вот так – раз, и пропала всякое желание.

Мы ещё долго сидели и беседовали. Василий, заметив, что партия не доиграна, слегка усмехнулся и торжественно произнёс:
- Ваш ход, сэр!
       

 

© Copyright: Игорь Коркин, 2012

Регистрационный номер №0052039

от 30 мая 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0052039 выдан для произведения:

Все люди, живущие на планете Земля, в основном, делятся на две группы – мясоедов и вегетарианцев, а те, в свою очередь, подразделяются на всевозможные подгруппы. Кого тут только нет - это йоги, диетологи, буддисты, «зелёные», люди различных вероисповеданий и мастей. Людям наплевать на войны, режимы, законы, катаклизмы – они всегда хотели есть, и пища была и будет одной из самых первоочередных потребностей человека.
Когда страна, выполняя и перевыполняя планы по уничтожению отечественного сельского хозяйства, поняла, что необходимо возрождать и развивать предпринимательство, я сколотил небольшую команду в нашем приморском селе по заготовке мяса. Всё было очень просто – люди, которые не хотели продавать мясо на рынке, обращались к нам, ну а мы, понятное дело, предлагали им «свою», выгодную нам цену за килограмм живого веса того или иного животного.
В ту холодную зиму, зная о том, что не все жители оповещены о сдаче скота, я поручил своим трём сотрудникам «прочесать» три небольших улицы села, а сам взял самую большую и длинную – улицу «Садовая», почему то названную местными жителями «Бендерштрассе».
- Привет, Анисимовна! – поздоровался я со знакомой женщиной, копошившейся во дворе, - не сдаёте каких-нибудь животных?
- Нет, - ответила женщина, - самим не хватает, а вот сосед, Самцов Василий, говорил, что хочет сдать корову и бычка.
- Кто такой? Почему не знаю?
- Он новенький, осенью этот дом купил вместе со скотиной и мебелью.
- Богатенький, наверное?
- Говорят, в Тюмени свой кооператив был.
Действительно, в глубине двора стоял новенький «Москвич», а из подсобных строений раздавалось мычание крупного рогатого скота. На удивление, вместо свирепой собаки к калитке подошёл высокий худощавый мужчина лет шестидесяти в одних спортивных трусах. Я, конечно, удивился, поэтому, пока он шёл, заметил тщательно выбритое волевое лицо. Он не был пьян, а десятиградусный мороз, казалось, совсем не беспокоил его.
- Извините, я не вовремя? – начал я свою вступительную речь, подозревая, что помешал человеку.
- Хорошим людям всегда рады, - играя желваками на скулах, сказал мужчина.
- Я заготовитель, вы не хотели бы сдать скотину на мясо?
- Да, вы, как раз кстати. Меня зовут Василий.
- Федот, - ответил я, пожав хозяину руку.
Он открыл калитку из штахетника, и я последовал за его босыми ногами по узкой ледяной дорожке. Василий не торопился, уверенно, чеканя каждый шаг, он вёл меня в глубину своего хозяйства.
- Вы, не замёрзнете? – спросил я своего нового знакомого.
- Самое главное, чтобы не замёрзли вы, - парировал мой вопрос здоровяк Василий.
Скот, действительно, оказался убойного веса.
- А вам не жаль корову? Она ведь дойная.
- Было молоко, но давно перегорело, а телёнка соседка забрала. Мне молоко не надо. Давайте зайдём в дом, я вижу, вы замёрзли.
В доме с довольно низкими потолками хозяин проводил меня в небольшую комнатушку, вмещающую только довольно приличную деревянную кровать и такой же письменный стол. Температура внутри не сильно разнилась с температурой наружи.
- А что, у вас проблема с дровами и углём? – растирая от холода руки, спросил я.
Василий включил небольшой электрокамин с открытой спиралью и отражателем.
- Держу для таких, как вы.
- Как же вы живёте в неотапливаемом доме?
- Мне тепло не надо.
«Сумасшедший, надо бежать отсюда».
- Давайте партейку в шахматы, - словно угадав моё предположение о его вменяемости, предложил Василий.
Честно говоря, в детстве я посещал шахматный кружок, так что, дабы доказать, что я – существо здравомыслящее, отказаться не смог. Василий расставил на своём поле чёрные фигуры, я двинул «ферзевую» пешку вперёд, он сразу ответил, автоматически сооружая защиту. Немного согревшись, я осмотрелся вокруг и заметил несколько женских фотографий, лежащих на столе. Пока хозяин думал над следующим ходом, я решил нарушить тишину:
- Это ваши родные?
- Нет, Федот, это мои женщины.
- Все ваши?
- Да, часть уже побывала у меня, а другие со дня на день должны навестить старого холостяка.
- Зачем? – спросил я и удивился своему неловкому вопросу.
- Странный вы, Федот. Интересно, зачем мужчине женщина?
- Правильно, женщина, а у вас, как я заметил, их добрых два десятка. Где вы с ними знакомитесь? На дворе зима, а в местный клуб, кроме десятка малолеток, никто не захаживает.
Василий сделал ход и, не глядя на меня, произнёс:
- Всё очень просто. Я дал объявления в три газеты с текстом, что холостой мужчина хочет познакомиться с женщиной для серьёзных отношений. Жильё имеется. Вот и слетаются «на огонёк» мотыльки со всей страны.
Действительно, на краю стола лежала внушительная пачка вскрытых почтовых конвертов.
- Сначала переписка, а потом ненавязчивое предложение встретиться на моей территории. Естественно, многие «клюют» на жильё, а некоторые действительно надеются наладить свою разбитую жизнь. Согрелись?
- Да, спасибо.
Василий не был похож на жиголо.
- Ну, а вы, так и не остановили свой выбор на ком-нибудь?
Василий долго молчал, вглядываясь в доску. Я чувствовал, что он думает не над очередным ходом. Мне даже стало неловко от заданного вопроса.
- Знаете, Федот, я женился, когда мне было уже под сорок. Моя карьера к тому времени сложилась хорошо. В Сибири я владел своей фирмой. Я полюбил женщину женился, у нас родился сын, а потом моя супруга всё, что принадлежало мне, прибрала к своим рукам и наняла человека убить меня. Я едва ноги унёс. Конечно, я смог кое-что привезти сюда, но это лишь одна тысячная того, что имел.
Я, конечно, удивился такой откровенности моего собеседника, а может, ему надо было просто кому-то выговориться о наболевшем, излить кому-то свою душу.
- Некоторые женщины уверены, что здесь, на море, рай, что здесь с них будут сдувать пылинки..
- А что, вы сразу берёте быка за рога?
- В смысле?
- Ну, говорите с порога, что в деревне надо работать, ухаживать за скотиной, птицей, готовить еду, выращивать фрукты и овощи, вставать рано и ложиться поздно.
- Нет, почему же..многие привозят с собой полные сумки еды, мы ужинаем в кухне, а потом идём знакомиться вот на эту кровать. Некоторые оказываются даже очень ничего..
- В смысле, как любовницы?
- Да
- А потом вы загоняете эту любовницу в огород для проверки других качеств?
- Не всегда..
- Почему?
- Видите ли, Федот, я веду переписку сразу с двумя десятками женщин.
Василий сделал ход, подошёл к столу и вынул из верхнего выдвижного ящика свёрнутый в рулон довольно крупный лист бумаги.
- Это график приезда женщин на ближайшие три месяца. На каждую из них отпускается максимум пять дней. Если женщина хороша в постели, зачем распыляться на хозяйство? Пока она отдыхает от постельных баталий, я прекрасно управляюсь сам. Единственно, за что я волнуюсь, это за то, что на Новый год они все хотят приехать ко мне в гости..
Он передал мне увесистую пачку фотографий.
- Посмотри, Федот, и скажи, какая из них, по твоему мнению, достойна провести со мной новогоднюю ночь?
Я внимательно рассмотрел все фото, а потом мельком взглянул на хозяина. Нет, красавцем я его не посчитал бы, но и уродом он не был. Женская душа – потёмки. Кто её знает, кого она полюбит сегодня, а кого завтра. Что являлось несомненным плюсом для него – это его атлетическая фигура. Даже сейчас, разомлев от тепла, я прислонился к мягкому ковру, висящему над кроватью, а мой шахматный противник даже и не подумал согнуться за полчаса игры. Он сидел, как на приёме у президента, всё время сохраняя спину прямой, как струна.
Действительно, на многих фото были красивые женщины и довольно молодые девушки. На многих бы я остановил свой выбор.
- Вот эта красивая! Какие красивые выразительные глаза!
- Да, это Галочка из Перми, у неё пятилетний ребёночек. Хочет замуж за меня.
- А это, кто? – продолжил я, указывая на худое девичье личико, - это совсем ребёнок.
- Это Даша. Из Харькова. Выглядит она, действительно, как ребёнок, а между тем, ей уже двадцать, - серьёзно возразил Василий.
«Ничерта себе! УЖЕ 20 лет. Совсем мужик отморозил мозги».
- Нет, Вася, здесь я тебе не помощник. Что до меня, я бы всех этих женщин пригласил.
- То-то и оно, я боюсь, что накладка выйдет. Вот сегодня, например, девушку Василису провожал домой, а она прямо перед автобусом вцепилась в меня своим ногтями, не хотела уезжать.
Уловив, что Самцов давно перешёл на «ты», я сразу же последовал его примеру.
- Ну, ведь ты-то объяснил Василисе, что пять положенных ей дней истекли, что другая зазнобушка уже на пути к тебе?
- Конечно, нет, потому что я сказал, что уезжаю, а когда вернусь, обязательно позову её в гости. Понимаешь, нельзя жечь мосты. Неизвестно, как жизнь повернёт. Может, ухаживать будет за мной.
Конечно, меня интересовало ещё несколько вопросов, в частности относительно его качеств, как мужчины и посредством чего он сохраняет свою мужскую силу, в каком яйце держит свою иголку. Он держал тело в холоде. Судя по горе немытой посуды на кухонном столе и нескольких грязных банок, полноценным питанием тут и не пахло.
«А что тогда?» - не давала мне покоя эта мысль.
Нет, у меня не поворачивался язык задать ему этот вопрос. Слишком мало я был знаком с Василием. Единственно, на что у меня оставалась надежда, это на слабоумие или пустое бахвальство. Да, он переписывался с женщинами, я видел марки и обратные адреса, но, может быть, встречи с ними существовали только в его воспалённом от холода сознании?
- Ваш ход, сэр, - ввел меня из оцепенения Василий.
Я даже и не успел опомниться, как оказался без тяжёлых фигур. Конечно, можно было посопротивляться для пущей важности, но я, как мужчина, уронил короля и коротко сказал:
- Сдаюсь.
- Спасибо за партию, Федот. Теперь поговорим за корову и бычка. Сколько ты даёшь за килограмм живого веса?
Я назвал цену, чем очень рассмешил хозяина.
- Федя, я подожду других времён и других покупателей, эту зиму я их как-нибудь прокормлю.
Самцов посмотрел на часы и сказал:
- Федя, подожди три минуты, я оденусь, сейчас вместе пойдём. Мне на автобус надо успеть.
Три раза в день в деревню ходил рейсовый автобус со станции и ехал через всё село, высаживая сельчан на нужных им остановках. Действительно, через несколько минут мы стояли на остановке. Вася, одетый в тоненький спортивный костюмчик, всматривался вдаль, а я кутался от холода в свою меховую шубу. Скоро показался автобус.
- Точно по расписанию идёт, как экспресс Лондон – Париж. Через несколько минут переполненный старый «ЛАЗ» остановился возле нас, и Вася зашёл в салон через открывшиеся передние двери и громко спросил:
- К Самцову кто-нибудь есть?
У окна сидела красивая черноволосая девушка лет двадцати пяти. Услышав эту фамилию, она сразу оживилась, заулыбалась, взяла в обе руки две тяжёлые сумки и направилась к выходу. Василий грациозно подал ей руку, представился, взял своими огромными руками две сумки и большими шагами направился домой, девушка же, едва поспевала за ним. Я стоял и смотрел ей вслед. Красивый короткий полушубок облегал её стройную фигуру, чёрный свитер едва прикрывал голубые в обтяжку джинсы, оголяя небольшой кусочек белой спины. Длинные, почти до колен, сапоги скользили своими тонкими шпильками по замёрзшему снежному насту.
«Короткий ужин и сразу знакомиться» - вспомнил я слова Василия.
«Чудеса!»

Скоро зима закончилась, пролетели весна и лето. За это время я сменил мясной бизнес на рыбный. Как-то, в начале осени, проезжая на своей машине мимо «удивительного» дома, я увидел два куста прекрасных чайных роз, цветущих на фасадной стороне дома. Почему то я решил остановиться и заглянуть к столь прославленному человеку в селе, я даже нашё повод – купить несколько роз для жены. На удивление, калитка была приоткрыта, «Москвич» куда-то исчез, да и следов какой-либо скотины я не заметил. Когда на мой крик никто не ответил, я немного подождал и пошёл вглубь двора. Входная и «боевая» комнаты были открыты, а единственное окно в комнате занавешено одеялом. Тусклый свет ночника разливался по столу и спальне холостяка. Ещё из коридора я заметил в помещении мужские костлявые ноги с длинными грязными ногтями. Я вошёл в комнату.
- Привет, Василий! Ты не узнал меня?
Я сказал это потому, что необходимо было хоть что-то сказать. На кровати лежал живой высохший труп с редкими длинными волосами и острой бородкой.
- А, Федя, матч-реванш?
А вот этого я никак не ожидал от него. Пока я стоял в нерешительности, «труп» встал, достал шахматную доску, высыпал фигуры на мятое цветастое одеяло и, прищёлкивая длинными худыми пальцами, расставил их на своих клетках. Руки у хозяина дрожали, пальцы не слушались, фигуры падали, но он упорно поднимал их и устанавливал на свои места.
- Теперь у тебя чёрные, - хриплым голосом сказало подобие человека.
Я присел на край этого ложе. Конечно, меня интересовало, как за каких-то восемь месяцев этот бодрый, пышащий здоровьем человек превратился в едва влачащего жалкое существование старика.
- Знаю, знаю, что именно тебя интересует и я постараюсь рассказать тебе.
Я двинул королевскую пешку в ответ на такую же и заглянул в грустные осунувшиеся глаза этого новоиспечённого старика.
- Так, что же случилось, Вася? – не выдержал я.
- Вскоре после твоего прихода у меня увели корову и бычка. Я, конечно, немного понервничал, но потом понял, что это только к лучшему. А потом через месяц, ночью, ко мне ворвались местные хулиганы, избили меня и угнали машину. Я не стал заявлять на них, не хотел губить и без того испорченные души. Потом я голодал 40 дней, хотел организм очистить, чуть не помер. За зиму я застудил мочевой пузырь, сейчас хожу в туалет через каждые полчаса, ноги у меня почти не ходят.
Я слушал этот рассказ с большим интересом. Вот-вот он должен был подойти к самому интересному. Вася понял это и просто сказал:
- Сейчас ко мне никто не ездит, не испытывая я к ним потребность.
- Как это так вышло? – удивился я.
- А вот так – раз, и пропала всякое желание.

Мы ещё долго сидели и беседовали. Василий, заметив, что партия не доиграна, слегка усмехнулся и торжественно произнёс:
- Ваш ход, сэр!
       

 

Рейтинг: 0 437 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!