Соседи.

8 декабря 2012 - Владимир Невский
article100093.jpg

  В душе все кипело, бурлило, извергалось. Старалась успокоить сердцебиение, привести в норму порывистое дыхание и унять легкую дрожь в ногах. Ей было жарко от гнева, и она распахнула спортивную куртку, не смотря на порывы холодного, с капельками влаги, ветра. Внимательно вглядывалась в лица редких прохожих, которые все спешили в теплые квартиры, к телевизорам, книгам, суете. Каждый в свой мирок, отгороженный от всего остального. И нет никому никакого дела до чужого горя.

 Алсу очнулась от своих не радужных мыслей, стряхнула оцепенение и, взглянув на дорожку городского сквера, увидела его. Наконец-то!!! Ошибки быть не могло: очки, белый плащ, черная кепка. Злость с новой силой вскипела, переступая все мысленные границы, становясь безрассудной и неуправляемой.

 Несколько быстрых шажков на встречу, и она оказалась лицом к лицу с этим подонком.  Говорить совсем не хотелось (от долгого ожидания слова испарились).  Алсу провела несколько болезненных ударов, а в завершении, высоко подпрыгнув, провела свой коронный удар – ногою в челюсть. Парень, не ожидавший от хрупкой на вид девочки – подроста таких действий, ничего не предпринимал для защиты, не говоря уж об ответных ударах. После удара в лицо, он как-то перевернулся, упал на скамейку и свалился в грязь. Поднял руку, выставляя ладонь в направлении Алсу:

- Все, все! – Тихо произнес он. Его лицо исказила гримаса боли. Очки, удивительным образом, не свалились, а крепко держались на носу. Из разбитой нижней губы капала алая кровь на воротник белого плаща.  Алсу внимательнее посмотрела на него, и заметила усы. Тень сомнения промелькнула в голове. Промелькнула и потухла. А парень между тем со стоном поднялся, держась за ребра, и плюхнулся на скамейку.

- Ух, ты, - прохрипел он. – Здорово.

Он тяжело отдышался, достал из кармана платочек и приложил к губам. Поднял глаза на Алсу:

- Может, объяснишь?

Сомнения уже в полную силу терзали ее, но все же гнев вырывался наружу:

- Ты обидел мою подругу! Изнасиловал её!

- Я?! – Его удивление было настолько искренним, что не поверить было архи сложно. 

- Да, ты, - уже не уверенным голосом ответила Алсу. – Она дала мне приметы. Белый плащ, кепка, очки.

- Да? Интересно, а где это произошло?

- Здесь. В сквере. Позавчера вечером. Ты долго шел за ней, а когда она побежала, то догнал и затащил в кусты.

- Догнал? – парень грустно усмехнулся. – К сожалению, а может и к радости, я уже и не знаю, но я не умею бегать. – Он кивнул на трость, которая валялась на дорожке. Алсу медленно перевела взгляд, и заметила тросточку. Нехотя, доходила до сознания нелепость ошибки. Стыд охватил ее целиком, яркий румянец залил лицо. Даже легкий озноб прошелся по спине. Алсу боялась вновь глянуть на парня. И он понял ее состояние:

- Что за единоборство? – В его голосе не слышались ни обида и ни злость.

 Девушка подобрала трость, и присела рядом, по-прежнему пряча взор.

- Каратэ.

- А стиль?

– Кёкусинкай.

- Давно занимаешься?

- Десять лет.

- В каком клубе?

- Юниор.

Спортивный клуб «Юниор» находился всего в нескольких кварталах от его  дома.

- Извини, - после некоторого молчания произнесла Алсу, и посмотрела на него.

Парень отметил про себя, что девочка – далеко не идеал. Широкие скулы, большой рот. Вот только глаза. Большие, глубокие. Они одни могли затмить все недостатки.

- Ничего.

Алсу кивнула головой в знак благодарности.

- Тогда я пойду, - Она встала со скамейки.

- Конечно. – Он достал из кармана сигареты. Прикурил. Почувствовал, как боль начинает разрастаться, заполняя каждую клеточку его тела. Домой он вернулся около полуночи. В прихожей его встретила мать.

- Ваня, где ты был? Боже! Что случилось? – Она всплеснула руками.

- Упал. – Отмахнулся Ваня. Его утомляла постоянная опека матери. В свои 18 лет он желал чувствовать себя пусть не мужчиной, но уж точно не ребенком. Поэтому старался не слышать ее причитания и наставления, погружаясь в свои мысли. Сейчас и это мало удавалось.

- Я есть хочу. – Сказал он, чтобы перевести мать на другие рельсы. Они прошли на кухню. Ваня заметил на столе немые свидетельства недавнего пиршества: салаты, сыр, колбаса. Он вопросительно посмотрел на мать.

- Приходила новая соседка, из 57 квартиры. Познакомились, посидели, поговорили. – Мать суетилась, прибиралась и разогревала ужин.

- Ну и как она тебе?

- Хорошая, милая женщина. Тоже одна воспитывает ребенка. Девочка, 17 лет.

- Хорошо живут, раз смогли позволить себе купить квартиру.

- Не знаю, не спрашивала. – Она устало опустилась на стул.

- Ты иди, ложись. Я поем и помою посуду. – Ваня знал уже, что сегодня вряд ли сможет быстро и легко уснуть. И боль во всем теле присутствует. И взгляд очаровательных карих глазок так и мерещится.

 

 В спортклубе «Юниор» проходило городское первенство на призы губернатора области, большого любителя и знатока все видов единоборств. Зал вмещал всего пятьсот человек, и был забит до отказа.

 Алсу нервничала. Хотя это были далеко не первыми ее соревнованиями в спортивной карьере, но сегодня дискомфорт и волнение почему-то особо тревожили ее. И на то были свои причины.  Во-первых, она неделю назад простыла (сказалось долгое ожидание «насильника» на ветру в городском сквере), и потому не набрала оптимальную спортивную форму. Во-вторых, в первом же круге ей досталась очень серьезная соперница, которая находилась на пике карьеры, возможностей и славы. Судьи явно отдадут ей предпочтение. А в-третьих,…. Алсу даже сама себе боялась признать тот факт, что тот парень из сквера выбил ее из привычного ритма жизни. И вроде вины уже за собой такой яркой она не чувствовала, а что-то совсем иное. Жалость? Может. Хотя какая-то странная жалость. Какое-то непонятное смятение чувств, которое мешало полноценно спать, есть, тренироваться. Она впервые переживала то, что не подавалась объяснению. И потому так пугало и радовало одновременно.

 И ничего удивительного не было в том, что она так и не смогла до конца сосредоточиться, и проиграла поединок. Покидая татами, она бросила взгляд на трибуны, и едва не спотыкнулась: среди зрителей она увидела его. Парня с тросточкой из сквера.

 Иван проводил ее взглядом. Теперь она не казалась ему несимпатичной. Даже наоборот: в кимоно каратиста, со смешным «хвостиком» кучерявых волос, она была очень привлекательной милашкой. Жаль, что поединок она с треском провалила, и больше не выйдет на татами. Дальше оставаться в зале не было никакого желания, и Иван поспешил покинуть соревнование.

 Они неожиданно столкнулись в сквере, около той самой скамейки, где и произошло их своеобразное знакомство.

- Привет! – Обрадовался, сам не зная почему, этой встречи Иван.

- Привет. – Она смутилась. И это смущение преображало ее, делая не просто привлекательной, а симпатичной, и даже красивой.

 Они шли рядом. Ваня, по известным причинам, не мог быстро идти, но был приятно удивлен, что и Алсу не прибавляет шаг. Идет с ним в ногу, что не могло не радовать.

- Я проиграла. – Грустно сказала она.

- Ты просто не усвоила три правила.

- Какие? – Она с интересом глянула на него.

- Надо быть уверенным в себе, ясно видеть цель и не замечать преград.

Алсу улыбнулась одними уголками губ, задумалась, и спустя некоторое время поинтересовалась:

- А ты раньше не занимался большим спортом? Говоришь, как тренер, только более понятным языком.

- Это не я.

- А кто?    

- Товарищ Виктор Ковров из фильма «Чародеи».

 Они засмеялись в унисон. Но Алсу тут же вновь стала серьезной:

- Я просто нарушила одно из правил кёкусинкай, которое гласит: мы будем соблюдать правила этикета, уважать старших и воздерживаться от насилия. – Акцентировала она последние слова.

- Ты все об этом? – Улыбнулся он. – Брось. Я совсем не обижаюсь на тебя. Правда, правда, - добавил он, словно нашкодивший мальчишка.

И это помогло снять напряжение, которое до сего чувствовалось между ними, и уже дальше по ходу они весело и непринужденно говорили обо всем, и не о чем.  И незаметно как-то подошли к дому. Остановились около одного и того же подъезда. Вопросительно глянули друг на друга.

- Я здесь живу.

- И я.

- Ты?

- Я.

- Ах, - догадка пронзила его. – Так ты недавно переехала сюда, в 57 квартиру?

- Да.

- А я живу в 58.

Алсу снова весело засмеялась приятным, заразительным смехом. Пока ждали лифт, Ваня осмелился предложить ей:

- Может, зайдешь в гости? У меня большая библиотека. Много видео и аудио – записей. Коллекции почтовых марок и спичечных этикеток. Отвлечешься от сегодняшнего поражения.

Она бросила на него мимолетный взгляд, и он, словно в открытой книге, прочитал ее опасения, которые поспешил развеять:

- Познакомишься с моей мамой.

Она широко улыбнулась, глаза озарились нежным внутренним светом.

- Обязательно зайду. Только в другой раз. Ладно?

И он вдруг почувствовал, что она обязательно придет, не обманет. И главное: в его однообразной скучноватой жизни произойдут большие перемены. И они не разочаруют его.

 

© Copyright: Владимир Невский, 2012

Регистрационный номер №0100093

от 8 декабря 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0100093 выдан для произведения:

  В душе все кипело, бурлило, извергалось. Старалась успокоить сердцебиение, привести в норму порывистое дыхание и унять легкую дрожь в ногах. Ей было жарко от гнева, и она распахнула спортивную куртку, не смотря на порывы холодного, с капельками влаги, ветра. Внимательно вглядывалась в лица редких прохожих, которые все спешили в теплые квартиры, к телевизорам, книгам, суете. Каждый в свой мирок, отгороженный от всего остального. И нет никому никакого дела до чужого горя.

 Алсу очнулась от своих не радужных мыслей, стряхнула оцепенение и, взглянув на дорожку городского сквера, увидела его. Наконец-то!!! Ошибки быть не могло: очки, белый плащ, черная кепка. Злость с новой силой вскипела, переступая все мысленные границы, становясь безрассудной и неуправляемой.

 Несколько быстрых шажков на встречу, и она оказалась лицом к лицу с этим подонком.  Говорить совсем не хотелось (от долгого ожидания слова испарились).  Алсу провела несколько болезненных ударов, а в завершении, высоко подпрыгнув, провела свой коронный удар – ногою в челюсть. Парень, не ожидавший от хрупкой на вид девочки – подроста таких действий, ничего не предпринимал для защиты, не говоря уж об ответных ударах. После удара в лицо, он как-то перевернулся, упал на скамейку и свалился в грязь. Поднял руку, выставляя ладонь в направлении Алсу:

- Все, все! – Тихо произнес он. Его лицо исказила гримаса боли. Очки, удивительным образом, не свалились, а крепко держались на носу. Из разбитой нижней губы капала алая кровь на воротник белого плаща.  Алсу внимательнее посмотрела на него, и заметила усы. Тень сомнения промелькнула в голове. Промелькнула и потухла. А парень между тем со стоном поднялся, держась за ребра, и плюхнулся на скамейку.

- Ух, ты, - прохрипел он. – Здорово.

Он тяжело отдышался, достал из кармана платочек и приложил к губам. Поднял глаза на Алсу:

- Может, объяснишь?

Сомнения уже в полную силу терзали ее, но все же гнев вырывался наружу:

- Ты обидел мою подругу! Изнасиловал её!

- Я?! – Его удивление было настолько искренним, что не поверить было архи сложно. 

- Да, ты, - уже не уверенным голосом ответила Алсу. – Она дала мне приметы. Белый плащ, кепка, очки.

- Да? Интересно, а где это произошло?

- Здесь. В сквере. Позавчера вечером. Ты долго шел за ней, а когда она побежала, то догнал и затащил в кусты.

- Догнал? – парень грустно усмехнулся. – К сожалению, а может и к радости, я уже и не знаю, но я не умею бегать. – Он кивнул на трость, которая валялась на дорожке. Алсу медленно перевела взгляд, и заметила тросточку. Нехотя, доходила до сознания нелепость ошибки. Стыд охватил ее целиком, яркий румянец залил лицо. Даже легкий озноб прошелся по спине. Алсу боялась вновь глянуть на парня. И он понял ее состояние:

- Что за единоборство? – В его голосе не слышались ни обида и ни злость.

 Девушка подобрала трость, и присела рядом, по-прежнему пряча взор.

- Каратэ.

- А стиль?

– Кёкусинкай.

- Давно занимаешься?

- Десять лет.

- В каком клубе?

- Юниор.

Спортивный клуб «Юниор» находился всего в нескольких кварталах от его  дома.

- Извини, - после некоторого молчания произнесла Алсу, и посмотрела на него.

Парень отметил про себя, что девочка – далеко не идеал. Широкие скулы, большой рот. Вот только глаза. Большие, глубокие. Они одни могли затмить все недостатки.

- Ничего.

Алсу кивнула головой в знак благодарности.

- Тогда я пойду, - Она встала со скамейки.

- Конечно. – Он достал из кармана сигареты. Прикурил. Почувствовал, как боль начинает разрастаться, заполняя каждую клеточку его тела. Домой он вернулся около полуночи. В прихожей его встретила мать.

- Ваня, где ты был? Боже! Что случилось? – Она всплеснула руками.

- Упал. – Отмахнулся Ваня. Его утомляла постоянная опека матери. В свои 18 лет он желал чувствовать себя пусть не мужчиной, но уж точно не ребенком. Поэтому старался не слышать ее причитания и наставления, погружаясь в свои мысли. Сейчас и это мало удавалось.

- Я есть хочу. – Сказал он, чтобы перевести мать на другие рельсы. Они прошли на кухню. Ваня заметил на столе немые свидетельства недавнего пиршества: салаты, сыр, колбаса. Он вопросительно посмотрел на мать.

- Приходила новая соседка, из 57 квартиры. Познакомились, посидели, поговорили. – Мать суетилась, прибиралась и разогревала ужин.

- Ну и как она тебе?

- Хорошая, милая женщина. Тоже одна воспитывает ребенка. Девочка, 17 лет.

- Хорошо живут, раз смогли позволить себе купить квартиру.

- Не знаю, не спрашивала. – Она устало опустилась на стул.

- Ты иди, ложись. Я поем и помою посуду. – Ваня знал уже, что сегодня вряд ли сможет быстро и легко уснуть. И боль во всем теле присутствует. И взгляд очаровательных карих глазок так и мерещится.

 

 В спортклубе «Юниор» проходило городское первенство на призы губернатора области, большого любителя и знатока все видов единоборств. Зал вмещал всего пятьсот человек, и был забит до отказа.

 Алсу нервничала. Хотя это были далеко не первыми ее соревнованиями в спортивной карьере, но сегодня дискомфорт и волнение почему-то особо тревожили ее. И на то были свои причины.  Во-первых, она неделю назад простыла (сказалось долгое ожидание «насильника» на ветру в городском сквере), и потому не набрала оптимальную спортивную форму. Во-вторых, в первом же круге ей досталась очень серьезная соперница, которая находилась на пике карьеры, возможностей и славы. Судьи явно отдадут ей предпочтение. А в-третьих,…. Алсу даже сама себе боялась признать тот факт, что тот парень из сквера выбил ее из привычного ритма жизни. И вроде вины уже за собой такой яркой она не чувствовала, а что-то совсем иное. Жалость? Может. Хотя какая-то странная жалость. Какое-то непонятное смятение чувств, которое мешало полноценно спать, есть, тренироваться. Она впервые переживала то, что не подавалась объяснению. И потому так пугало и радовало одновременно.

 И ничего удивительного не было в том, что она так и не смогла до конца сосредоточиться, и проиграла поединок. Покидая татами, она бросила взгляд на трибуны, и едва не спотыкнулась: среди зрителей она увидела его. Парня с тросточкой из сквера.

 Иван проводил ее взглядом. Теперь она не казалась ему несимпатичной. Даже наоборот: в кимоно каратиста, со смешным «хвостиком» кучерявых волос, она была очень привлекательной милашкой. Жаль, что поединок она с треском провалила, и больше не выйдет на татами. Дальше оставаться в зале не было никакого желания, и Иван поспешил покинуть соревнование.

 Они неожиданно столкнулись в сквере, около той самой скамейки, где и произошло их своеобразное знакомство.

- Привет! – Обрадовался, сам не зная почему, этой встречи Иван.

- Привет. – Она смутилась. И это смущение преображало ее, делая не просто привлекательной, а симпатичной, и даже красивой.

 Они шли рядом. Ваня, по известным причинам, не мог быстро идти, но был приятно удивлен, что и Алсу не прибавляет шаг. Идет с ним в ногу, что не могло не радовать.

- Я проиграла. – Грустно сказала она.

- Ты просто не усвоила три правила.

- Какие? – Она с интересом глянула на него.

- Надо быть уверенным в себе, ясно видеть цель и не замечать преград.

Алсу улыбнулась одними уголками губ, задумалась, и спустя некоторое время поинтересовалась:

- А ты раньше не занимался большим спортом? Говоришь, как тренер, только более понятным языком.

- Это не я.

- А кто?    

- Товарищ Виктор Ковров из фильма «Чародеи».

 Они засмеялись в унисон. Но Алсу тут же вновь стала серьезной:

- Я просто нарушила одно из правил кёкусинкай, которое гласит: мы будем соблюдать правила этикета, уважать старших и воздерживаться от насилия. – Акцентировала она последние слова.

- Ты все об этом? – Улыбнулся он. – Брось. Я совсем не обижаюсь на тебя. Правда, правда, - добавил он, словно нашкодивший мальчишка.

И это помогло снять напряжение, которое до сего чувствовалось между ними, и уже дальше по ходу они весело и непринужденно говорили обо всем, и не о чем.  И незаметно как-то подошли к дому. Остановились около одного и того же подъезда. Вопросительно глянули друг на друга.

- Я здесь живу.

- И я.

- Ты?

- Я.

- Ах, - догадка пронзила его. – Так ты недавно переехала сюда, в 57 квартиру?

- Да.

- А я живу в 58.

Алсу снова весело засмеялась приятным, заразительным смехом. Пока ждали лифт, Ваня осмелился предложить ей:

- Может, зайдешь в гости? У меня большая библиотека. Много видео и аудио – записей. Коллекции почтовых марок и спичечных этикеток. Отвлечешься от сегодняшнего поражения.

Она бросила на него мимолетный взгляд, и он, словно в открытой книге, прочитал ее опасения, которые поспешил развеять:

- Познакомишься с моей мамой.

Она широко улыбнулась, глаза озарились нежным внутренним светом.

- Обязательно зайду. Только в другой раз. Ладно?

И он вдруг почувствовал, что она обязательно придет, не обманет. И главное: в его однообразной скучноватой жизни произойдут большие перемены. И они не разочаруют его.

 

Рейтинг: 0 138 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
117
116
113
111
107
98
96
92
91
90
88
82
81
79
78
77
73
72
70
69
66
66
64
64
63
61
58
57
56
54