ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Подзаработала

 

Подзаработала

28 декабря 2014 - Владимир Винников


 
- Николай! Ты что-то часто стал ходить в сортир, покажи ладони. А, что шерсть не растёт? Вон, какие мозоли натёр. А что ноги в раскоряку? Опять вручную догонял. Ох, сколько у тебя фантазий в голове, или на училок нагляделся в классе?
 
Степан Килеев, прибыл в колонию недавно и очень обрадовался, когда встретил своего земляка, с которым вместе отбывали первый срок ещё по малолетке.
Степан обратил внимание, что Николай, который окончил одиннадцать классов в детской колонии, опять записался в школу и с удовольствием посещал занятия.
Степану это было странно, Николай не любил читать, а тут заинтересовался классикой: Толстой, Чехов.
Понятно, что училка литературы видная женщина, высокая, с небольшой, но четко очерченной грудью. И ноги у неё что надо. Не беда, что ей далеко за сорок. Она еще ого-го.
Вот только всегда платье носит закрытое, даже ложбинки на груди не видно, а юбка ниже колена, не интересно!
 
Степан несколько дней наблюдал за учительницей. Своим поведением она не отличалось от других учителей. Всегда строгая, сдержанная. Всех осуждённых, называет на вы.
Да, что там «зеки», она всем сотрудникам «выкает», прямо плеваться хочется.
Ребята говорили, что и на уроках она строгая, видишь ли, принципы у неё…
 
Степан твёрдо решил выяснить, почему Николай ходит в туалет, пристроенный у школы в понедельник, среду и пятницу, в часы, когда в расписании занятий указана литература.
 
Степан обследовал туалет.
 
Построенный из строганной доски лет двадцать назад, одной стеной, он примыкал к старой школе, построенной из бруса еще в шестидесятых.
Туалет состоял из двух половин, одна для осуждённых и сюда можно было зайти со стороны жилой зоны. Вторая, отгорожена досками в два ряда, пробита через метр металлической «шинкой», чтобы доски не смогли ободрать.
 
Степан, обследовал каждый гвоздик на стенке, отделяющей туалет для учителей, от общего.
Ничего!
 
Степан несколько дней мучился и никак не мог понять, почему несколько человек, словно по графику, друг за другом, по одному, заходят в туалет в перерывах между уроками.
Он ещё раз обследовал стену уборной. На этот раз, потрогал каждый гвоздик. И вот…
 
Четыре из них легко вынимались и открывалось два отверстия. Одно на уровне груди, другое, на уровне метра от пола.
 
Тут Степана осенило. Он уже слышал, что за определенную сумму, в зоне можно увидеть грудь женщины и даже  то…
 
Прошло три месяца.
 
Николай, вернулся после кратковременного свидания с матерью, вошёл в отряд хмурый.
- Вот, старая, не привезла денег, чем теперь расплачусь?- Вырвалось у него. - И так смотрел в долг. Всё, больше не отломиться…
 
- Ну, а как картинка? – Спросил у него Степан, - Стоит того?
- Да, ты переставь ударение, - со смехом ответил Николай. – Она уже на новых «Жигулях» раскатывает, заработала.
 
Через месяц, Николай рассказал Степану, что та «картинка», ну, учительница литературы, уволилась. Опера застукали.
А её так не хватает…

© Copyright: Владимир Винников, 2014

Регистрационный номер №0261876

от 28 декабря 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0261876 выдан для произведения:

 
- Николай! Ты что-то часто стал ходить в сортир, покажи ладони. А, что шерсть не растёт? Вон, какие мозоли натёр. А что ноги в раскоряку? Опять вручную догонял. Ох, сколько у тебя фантазий в голове, или на училок нагляделся в классе?
 
Степан Килеев, прибыл в колонию недавно и очень обрадовался, когда встретил своего земляка, с которым вместе отбывали первый срок ещё по малолетке.
Степан обратил внимание, что Николай, который окончил одиннадцать классов в детской колонии, опять записался в школу и с удовольствием посещал занятия.
Степану это было странно, Николай не любил читать, а тут заинтересовался классикой: Толстой, Чехов.
Понятно, что училка литературы видная женщина, высокая, с небольшой, но четко очерченной грудью. И ноги у неё что надо. Не беда, что ей далеко за сорок. Она еще ого-го.
Вот только всегда платье носит закрытое, даже ложбинки на груди не видно, а юбка ниже колена, не интересно!
 
Степан несколько дней наблюдал за учительницей. Своим поведением она не отличалось от других учителей. Всегда строгая, сдержанная. Всех осуждённых, называет на вы.
Да, что там «зеки», она всем сотрудникам «выкает», прямо плеваться хочется.
Ребята говорили, что и на уроках она строгая, видишь ли, принципы у неё…
 
Степан твёрдо решил выяснить, почему Николай ходит в туалет, пристроенный у школы в понедельник, среду и пятницу, в часы, когда в расписании занятий указана литература.
 
Степан обследовал туалет.
 
Построенный из строганной доски лет двадцать назад, одной стеной, он примыкал к старой школе, построенной из бруса еще в шестидесятых.
Туалет состоял из двух половин, одна для осуждённых и сюда можно было зайти со стороны жилой зоны. Вторая, отгорожена досками в два ряда, пробита через метр металлической «шинкой», чтобы доски не смогли ободрать.
 
Степан, обследовал каждый гвоздик на стенке, отделяющей туалет для учителей, от общего.
Ничего!
 
Степан несколько дней мучился и никак не мог понять, почему несколько человек, словно по графику, друг за другом, по одному, заходят в туалет в перерывах между уроками.
Он ещё раз обследовал стену уборной. На этот раз, потрогал каждый гвоздик. И вот…
 
Четыре из них легко вынимались и открывалось два отверстия. Одно на уровне груди, другое, на уровне метра от пола.
 
Тут Степана осенило. Он уже слышал, что за определенную сумму, в зоне можно увидеть грудь женщины и даже  то…
 
Прошло три месяца.
 
Николай, вернулся после кратковременного свидания с матерью, вошёл в отряд хмурый.
- Вот, старая, не привезла денег, чем теперь расплачусь?- Вырвалось у него. - И так смотрел в долг. Всё, больше не отломиться…
 
- Ну, а как картинка? – Спросил у него Степан, - Стоит того?
- Да, ты переставь ударение, - со смехом ответил Николай. – Она уже на новых «Жигулях» раскатывает, заработала.
 
Через месяц, Николай рассказал Степану, что та «картинка», ну, учительница литературы, уволилась. Опера застукали.
А её так не хватает…
Рейтинг: 0 131 просмотр
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!