ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Моя маленькая умница

 

Моя маленькая умница

22 октября 2012 - Евгений Родимин
article86537.jpg

Белое море

 

Дед был бывший военврач, хирург. И после выхода в отставку, чтобы не умереть от скуки, устроился работать в районную  поликлинику.  После перестройки и  «мудрых» реформ здравоохранения, врачей катастрофически не хватало – выпускники медицинских вузов уходили работать на высокооплачиваемые должности торговых представителей фармацевтических компаний. Главврач очень обрадовался новому «кадру». Работу свою дед знал и любил. Пациенты тоже его любили и уважали. Кроме своих смен, подрабатывал ещё и в травпункте. Не из-за денег – хотя и деньги лишними не были – а чтобы заполнить свободное время, с которым бывший военный не знал что делать.

  Его младший сын рано женился.  Жена была глубоко верующей христианкой, противозачаточными средствами не пользовалась, и считала, что в семье должно быть столько детей, сколько бог даст. Бог давал, в среднем, по ребенку каждые два года. И к своим тридцати годам, сын был отцом шестерых детей.  Ставить двухъярусные кровати  уже было некуда, жилплощади не хватало, и дед с женой приняли решение – продали свою    квартиру на престижной  Остоженке  и купили две  в одном доме – двушку и трешку – на окраине Москвы, в Северном Бутове.  Оставшихся денег хватило ещё и на приличную дачу в Подмосковье, где шумная орава проводила лето.

 Справляться с воспитанием  потомства и ежедневными заботами, невестке деда и её свекрови становилось с каждым годом все труднее.  Когда родился четвертый ребенок, дед ушел из травпункта и взял на себя обязанность провожать ребятню в детский сад и забирать обратно домой.  А с рождением шестой – Дарьи, перешел работать на полставки.

 Дашенька сильно отличалась от остальных – старших. Молчаливая и немного сама в себе. Её не увлекали совместные игры и шалости с братьями и сестрами. Но она могла часами сидеть и собирать пазлы или какую-нибудь головоломку. И вдруг, задавала неожиданный вопрос, который не интересовал других детей.  Например, почему магниты прилипают друг к дружке. Дед, со всей своей обстоятельностью, принимался объяснять – что такое магнетизм. Даша смотрела своими большими карими глазами, с монгольским разрезом и молча, слушала. «Когда-нибудь эти глаза сведут с ума ни одного мужика» - думал дед.  Выслушав про магнетизм, Даша задавала новый вопрос, из чего следовало, что четырехлетняя кроха все поняла правильно.  Дед удивлялся и переходил к электромагнетизму. Показывал несложные опыты с проводками Ампера, рассказывал про электроны и проводимость металлов.

- Какие бывают металлы – следовал новый вопрос.

Дед начинал перечислять: железо, медь, алюминий, свинец…

Даша  задумывалась, потом могла спросить:

- Деда, а дядя Слава (сосед с верхнего этажа) – он металл?

- С чего ты взяла, лапа? 

- Бабушки у подъезда вчера говорили, что тетя Дина напилась на своем юбилее как свинья. А дядя Слава её муж, значит он металл – свинец?

Дед хохотал от души. Но признавал, что в вопросе ребенка есть своя логика.

 Они доставали микроскоп и дед, вспомнив  студенческие работы по гистологии, объяснял на подкрашенных препаратах строение клетки. Потом наступал момент, когда внучке требовалось переварить новую информацию, и она отправлялась к бабушке, которая читала Даше сказки. Нередко, в это время, к бабушке прибегала назойливая соседка, её новая подруга, с возгласом: « А это снова я!»  И, к неудовольствию Даши, сказка откладывалась. Даша отвадила соседку.

 Из детского сада дед вез детвору на автомобиле. Обычно, работал радиоприемник. Интересная передача прерывалась надоедливой рекламой клиники по пересадке волос: «Здравствуйте, и снова с вами я – врач Александр Левин…». Эта реклама повторялась изо дня в день и просто достала. Однажды, когда Даша слушала сказку, снова заявилась бабушкина подруга со своим неизменным: «Это снова я» Обычно, молчаливая и безропотная Даша, вдруг громко заявила:

- Ох, и надоела же ты мне,  хуже, чем Александр Левин.

- Воспитанные дети так говорить не должны – заметила бабушка.

- Бабушка, а воспитанными должны быть только дети, взрослые нет?

Соседка обиделась и стала заходить, когда бабушка оставалась одна.

  

 Наступило очередное лето. Семья собиралась на дачу, когда один из состоятельных пациентов, которого дед своей мануальной терапией спас от приступов  радикулита, в знак благодарности преподнес хирургу путевку на две персоны.  У пациента был собственный дом отдыха в  Карелии, у самого Белого моря. Дед, когда-то в молодости, бывал в тех местах, по долгу службы. Природа Севера очаровала его, и дар был принят с благодарностью.

 Бабушка сразу заявила:

- Ни в какую Карелию не поеду. У меня давление. Да и на кого детей оставлю?

- Может, поднаймем временную помощницу? – несмело предложил дед.

- Нет и нет! Разве можно доверять малышей в чужие руки!!

Стали гадать – куда пристроить путевку.

- Пусть дед едет с Дашкой – вдруг предложил сын – они не разлей вода.

- Что ты, что ты! – закудахтала бабушка – Разве он, старый солдафон, справится?!

- Я поеду с дедом –  решительно заявила Даша. 

Девочке уже шел шестой год,  и она начинала проявлять характер.  Неожиданная перспектива, провести почти месяц со своей любимицей, деду понравилась. Решения в семье принимались демократическим путем. Проголосовали: четверо «за», один «против». Остальные мудрые дети воздержались, не желая портить отношения с бабушкой.

 Спустя неделю они уже ехали на поезде Москва – Мурманск к Белому морю. За окном проплывали бесконечные леса, озера и много-много камней. Когда прибыли на станцию Чупа, их уже ждал «трансферт» - старенький уазик, на дверцах которого через облупившуюся краску проглядывала надпись «милиция».  Встречал их собственнолично улыбчивый комендант дома отдыха Алексей. Потом уазик несколько часов преодолевал полсотни километров по разбитой каменистой дороге через тайгу. То и дело из кустов взлетали суетливые рябчики,  дорогу перешла большая лосиха, которым девочка громко радовалась. Несмотря на беспощадную тряску, дед и внучка наслаждались новыми впечатлениями.

 Дом отдыха – большая двухэтажная гостиница, сложенная из сосновых бревен – стоял на голом скалистом берегу озера. Само озеро – щель между скалами, шириной метров сто и длиной около полукилометра. В его прозрачной воде резвились стайки маленьких рыбешек.  У противоположного берега, поросшего маленькими  соснами, плавали большие морские чайки, издалека похожие на лебедей и розовогрудые гаги. Они прилетали  с моря, которое простиралось за лесом, менее чем в километре отсюда.

  Встретили их Людмила – жена Алексея, исполняющая в  одном лице обязанности администратора и горничной и огромный беспородный пес со смешным для такого лохматого чудища кличкой – Малыш. Несмотря на свой устрашающий вид, Малыш был добродушным существом и приветствовал новых гостей радостным вилянием хвоста.

Пока Людмила регистрировала вновьприбывших, Даша изводила её вопросами: почему сосны стоят на камнях и не падают; отчего у Малыша глаза разные – один зеленый, другой коричневый; зачем в комнате администратора на стене висит ружьё…?

- Будешь  любопытной, нос большой вырастит – отвечала  Людмила.

Даша стала внимательно рассматривать её:

- Такой большой как у тебя, тетя?

Администратор покраснела:

- Вот язва!

- А мой дедушка доктор – радостно сообщила простодушная Даша – он всем язвы вылечит.

 

  Весь второй этаж и часть первого были оккупированы шумной компанией студентов из Санкт-Петербурга. Чтобы деда с внучкой не беспокоили, Людмила устроила их в номере в самом конце длинного коридора, подальше от входа. Здесь, в просторной комнате, в стиле «кантри» стоял длинный свежесрубленный деревянный  стол, такие же стулья, шкаф и две кровати. Вкусно пахло сосновой смолой и ещё чем-то лесным. При номере был туалет с душевой кабиной.  Окно выходило на озеро, серебристая гладь которого располагалась метрах в шести ниже обрывистого берега, на самом краю которого стояло здание. Непритязательному отставнику здесь понравилось.   

 Привыкший к дисциплине, бывший военный составил план и расписание отдыха. Проснувшись, они бежали через лес на море, где окунались в холоднючую воду, затем обратно к озеру и снова купались. После студеной морской воды, озерная вода, температура которой едва ли достигала двадцать градусов, казалась теплой. Даша ещё раньше научилась плавать в детсадовском бассейне. И теперь, надев маску, ныряла и рассматривала бесстрашных маленьких рыбок, которые щекотливо покусывали её за ноги.

Дед в молодости был неплохим спортсменом и даже выполнил норму мастера спорта по военно-прикладному многоборью. Теперь он передавал свои спортивные навыки внучке. После плавания и завтрака они прыгали в длину в песчаную кучу,  подтягивались на перекладине, стреляли по мишеням в маленьком тире из взятой напрокат у Алексея пневматической винтовки. После обеда играли в шахматы.  Затем шли к морю, где рисовали морские пейзажи с островами и кривыми соснами,  камни заросшие ягелем, похожим на сказочные кружева. Рассматривали когтистые следы, оставленные медведем на сыром песке морского берега. Ловили треску на удочку-закидушку, собирали мидии  на отливе. А вечером пекли на костре свою добычу и ели с салатом из морской капусты и дикого любистка, сожалея лишь о том, что белые ночи не дают любоваться бездонным звездным небом. Оба были счастливы.

 И только одна малость омрачала их отдых. У лесной тропинки по пути к морю, муравьи построили свою кучу. Сюда каждый день прилетал глухарь, который разгребал муравейник, лакомился муравьиными личинками. Дед рассказал, какую пользу приносят муравьи лесу, уничтожая вредных насекомых-древоедов.

- Глухарь глупый заявила Даша – раз не понимает, что поедая муравьиных детей, губит свой дом – лес. Надо учить его уму-разуму.

- Как же мы будем его учить?

- А так же, как Павлов учил своих собак – ты же дед рассказывал – будем его пугать каждый день, у него появится рефлекс – забоится прилетать.

Теперь они вставали пораньше и бежали к муравейнику спасать маленький народец от клювастого хищника. Громко кричали, хлопали в ладоши. Большая птица тяжело и шумно улетала, задевая крыльями за ветки деревьев.  И постепенно отвадили- таки глухаря. Муравьи починили свой дом – куча приобрела вид красивого ровного конуса.

 

   В одно утро дед проснулся от першения в горле.  Даша сидела в своей кровати и терпеливо ждала его пробуждения.

- Деда, мне жарко и глаза щиплет.

Чувствовался сильный запах гари. Слышались невнятные крики и топот ног. «Пожар!».  Он бросился к двери. Открыл. В коридоре висел густой едкий дым, который сразу ударил по глазам. Нечего было и думать – бежать через эту завесу  с ребенком к далекому выходу. Одним рывком сорвал простыню с кровати, открыл кран, пытаясь намочить простыню, чтобы укрыться ею от дыма. Кран захрипел, из него выпало несколько капель. Водоснабжение не работало.

На мгновенье он представил себе, как маленькое тельце дорогого существа корчится в пламени огня. И стало так страшно, как не было даже в горах Афганистана, когда на их лагерь налетели беспощадные душманы.

 Оставалось окно. Он распахнул его и выглянул. От жара объятого пламенем второго этажа затрещали волосы. Но хоть здесь не было дыма - ветер дул от озера.

Спуститься по простыням не успеют.

- Придется нам, Дашенька, искупаться прямо сейчас.

- Ты не бойся, деда, я выплыву – все поняла, маленькая умница.

- Конечно, выплывешь и ты, и я – он постарался, чтобы голос не дрогнул. Только нам надо еще допрыгнуть до воды, если упадем на камни – будет очень больно.

И это «допрыгнуть» показалось невыполнимым. КАК?!!!  Стариком овладело отчаяние.

- А ты придвинь стол к окну. Он длинный. Мы разгонимся по нему и прыгнем, как в кучу с песком.

Раздумывать было некогда. Одним рывком он поднял тяжелый стол и бросил его торцом к подоконнику. Поставил девочку на стол:

- Прыгай, милая, толкайся изо всех сил!

Даша повернулась к нему своими монгольскими глазенками:

- Только ты тоже прыгай сразу за мной.

- Хорошо, хорошо, я тоже … быстрее! – умолял дед.

Длины стола  хватило на целых три шага её детских ножек. Оттолкнувшись от подоконника, маленькая фигурка вылетела в проем окна. Рука старого безбожника невольно поднялась и перекрестила летящую внучку. И тут же прыгнул сам, стараясь оттолкнуться под углом, чтобы не свалиться на девочку. Еще в воздухе, с облегчением,  увидел, как от удара её  попки об воду поднялся фонтан брызг.

 

 Когда под водой открыл глаза, увидел как Даша, работая ногами и руками, уже плывет вверх. Но  обрадоваться не успел –  послышались оглушительные удары. Это падали в воду горящие бревна, обрушившегося второго этажа гостиницы.  «Всплывать нельзя, бревна зашибут! Лишь бы не запаниковала, захлебнется!» Схватил девочку, прижал её спинкой к своей груди, обнял левой рукой и зажал ладонью нос и рот. Изо всех сил, загребая свободной правой рукой, поплыл под водой к противоположному берегу.

  Вынырнул почти на середине. Девочка не шевелилась.  «Сомлела! Только бы вода не попала в легкие!» Работая ногами, приподнял голову ребенка над водой и стал сжимать толчками грудь и спинку, пытаясь сделать искусственное дыхание.  «Господи - взмолился он - возьми мою жизнь, спаси Дашу!» Затем прижался ртом к её рту и сделал выдох, другой. Её глаза открылись, но тельце продолжало безвольно висеть в воде на его руках.

  Он плыл с малышкой к другому берегу. От холодной воды свело левую ногу, кровоснабжение которой было нарушено от многолетнего стояния за операционным столом. «Не доплыть, не выдюжу!» Но тут Даша сама стала подгребать, помогая ему. Это придало сил.  До берега оставалось всего метров двадцать, когда свело вторую ногу. Он понял – ему не выплыть. Изо всех сил толкнул внучку к берегу и погрузился в холодную глубину.

 

 Голенькая и дрожащая  Даша сидела на камнях, ожидая, когда дед «проснется». Он, все же,  доплыл на  одних руках.  Выполз на камни и потерял сознание. Когда пришел в себя, Даша тормошила за плечо:

- Вставай уже, дедуля, я вся замерзла. Пойдем греться к костру, пока не прогорел совсем.

Дед скосил глаза и увидел на противоположном берегу догорающую гостиницу. Камень под его щекой стал мокрым от счастливых слез, сбегающих по небритому лицу.

- С Днем рождения, Дашенька!

© Copyright: Евгений Родимин, 2012

Регистрационный номер №0086537

от 22 октября 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0086537 выдан для произведения:

Белое море

 

Дед был бывший военврач, хирург. И после выхода в отставку, чтобы не умереть от скуки, устроился работать в районную  поликлинику.  После перестройки и  «мудрых» реформ здравоохранения, врачей катастрофически не хватало – выпускники медицинских вузов уходили работать на высокооплачиваемые должности торговых представителей фармацевтических компаний. Главврач очень обрадовался новому «кадру». Работу свою дед знал и любил. Пациенты тоже его любили и уважали. Кроме своих смен, подрабатывал ещё и в травпункте. Не из-за денег – хотя и деньги лишними не были – а чтобы заполнить свободное время, с которым бывший военный не знал что делать.

  Его младший сын рано женился.  Жена была глубоко верующей христианкой, противозачаточными средствами не пользовалась, и считала, что в семье должно быть столько детей, сколько бог даст. Бог давал, в среднем, по ребенку каждые два года. И к своим тридцати годам, сын был отцом шестерых детей.  Ставить двухъярусные кровати  уже было некуда, жилплощади не хватало, и дед с женой приняли решение – продали свою    квартиру на престижной  Остоженке  и купили две  в одном доме – двушку и трешку – на окраине Москвы, в Северном Бутово.  Оставшихся денег хватило ещё и на приличную дачу в Подмосковье, где шумная орава проводила лето.

 Справляться с воспитанием  потомства и ежедневными заботами, невестке деда и её свекрови становилось с каждым годом все труднее.  Когда родился четвертый ребенок, дед ушел из травпункта и взял на себя обязанность провожать ребятню в детский сад и забирать обратно домой.  А с рождением шестой – Дарьи, перешел работать на полставки.

 Дашенька сильно отличалась от остальных – старших. Молчаливая и немного сама в себе. Её не увлекали совместные игры и шалости с братьями и сестрами. Но она могла часами сидеть и собирать пазлы или какую-нибудь головоломку. И вдруг, задавала неожиданный вопрос, который не интересовал других детей.  Например, почему магниты прилипают друг к дружке. Дед, со всей своей обстоятельностью, принимался объяснять – что такое магнетизм. Даша смотрела своими большими карими глазами, с монгольским разрезом и молча, слушала. «Когда-нибудь эти глаза сведут с ума ни одного мужика» - думал дед.  Выслушав про магнетизм, Даша задавала новый вопрос, из чего следовало, что четырехлетняя кроха все поняла правильно.  Дед удивлялся и переходил к электромагнетизму. Показывал несложные опыты с проводками Ампера, рассказывал про электроны и проводимость металлов.

- Какие бывают металлы – следовал новый вопрос.

Дед начинал перечислять: железо, медь, алюминий, свинец…

Даша  задумывалась, потом могла спросить:

- Деда, а дядя Слава (сосед с верхнего этажа) – он металл?

- С чего ты взяла, лапа? 

- Бабушки у подъезда вчера говорили, что тетя Дина напилась на своем юбилее как свинья. А дядя Слава её муж, значит он металл – свинец?

Дед хохотал от души. Но признавал, что в вопросе ребенка есть своя логика.

 Они доставали микроскоп и дед, вспомнив  студенческие работы по гистологии, объяснял на подкрашенных препаратах строение клетки. Потом наступал момент, когда внучке требовалось переварить новую информацию, и она отправлялась к бабушке, которая читала Даше сказки. Нередко, в это время, к бабушке прибегала назойливая соседка, её новая подруга, с возгласом « А это снова я!»  И, к неудовольствию Даши, сказка откладывалась. Даша отвадила соседку.

 Из детского сада дед вез детвору на автомобиле. Обычно, работал радиоприемник. Интересная передача прерывалась надоедливой рекламой клиники по пересадке волос: «Здравствуйте, и снова с вами я – врач Александр Левин…». Эта реклама повторялась изо дня в день и просто достала. Однажды, когда Даша слушала сказку, снова заявилась бабушкина подруга со своим неизменным «Это снова я» Обычно, молчаливая и безропотная Даша, вдруг громко заявила:

- Ох, и надоела же ты мне,  хуже, чем Александр Левин.

- Воспитанные дети так говорить не должны – заметила бабушка.

- Бабушка, а воспитанными должны быть только дети, взрослые нет?

Соседка обиделась и стала заходить, когда бабушка оставалась одна.

  

 Наступило очередное лето. Семья собиралась на дачу, когда один из состоятельных пациентов, которого дед своей мануальной терапией спас от приступов  радикулита, в знак благодарности преподнес хирургу путевку на две персоны.  У пациента был собственный дом отдыха в  Карелии, у самого Белого моря. Дед, когда-то в молодости, бывал в тех местах, по долгу службы. Природа Севера очаровала его, и дар был принят с благодарностью.

 Бабушка сразу заявила:

- Ни в какую Карелию не поеду. У меня давление. Да и на кого детей оставлю?

- Может, поднаймем временную помощницу? – несмело предложил дед.

- Нет и нет! Разве можно доверять малышей в чужие руки!!

Стали гадать – куда пристроить путевку.

- Пусть дед едет с Дашкой – вдруг предложил сын – они не разлей вода.

- Что ты, что ты! – закудахтала бабушка – Разве он, старый солдафон, справится?!

- Я поеду с дедом –  решительно заявила Даша.  Девочке уже шел шестой год,  и она начинала проявлять характер.  Неожиданная перспектива, провести почти месяц со своей любимицей, деду понравилась. Решения в семье принимались демократическим путем. Проголосовали: четверо «за», один «против». Остальные мудрые дети воздержались, не желая портить отношения с бабушкой.

 Спустя неделю они уже ехали на поезде Москва – Мурманск к Белому морю. За окном проплывали бесконечные леса, озера и много-много камней. Когда прибыли на станцию Чупа, их уже ждал «трансферт» - старенький уазик, на дверцах которого через облупившуюся краску проглядывала надпись «милиция».  Встречал их собственнолично улыбчивый комендант дома отдыха Алексей. Потом уазик несколько часов преодолевал полсотни километров по разбитой каменистой дороге через тайгу. То и дело из кустов взлетали суетливые рябчики,  дорогу перешла большая лосиха, которым девочка громко радовалась. Несмотря на беспощадную тряску, дед и внучка наслаждались новыми впечатлениями.

 Дом отдыха – большая двухэтажная гостиница, сложенная из сосновых бревен – стоял на голом скалистом берегу озера. Само озеро – щель между скалами, шириной метров сто и длиной около полукилометра. В его прозрачной воде резвились стайки маленьких рыбешек.  У противоположного берега, поросшего маленькими  соснами, плавали большие морские чайки, похожие на лебедей и розовогрудые гаги. Гаги прилетали  с моря, которое простиралось за лесом, менее чем в километре отсюда.

  Встретили их Людмила – жена Алексея, исполняющая в  одном лице обязанности администратора и горничной и огромный беспородный пес со смешным для такого лохматого чудища кличкой – Малыш. Несмотря на свой устрашающий вид, Малыш был добродушным существом и приветствовал новых гостей радостным вилянием хвоста.

Пока Людмила регистрировала вновьприбывших, Даша изводила её вопросами: почему сосны стоят на камнях и не падают; отчего у Малыша глаза разные – один зеленый, другой коричневый; зачем в комнате администратора на стене висит ружьё…?

- Будешь  любопытной, нос большой вырастит – отвечала  Людмила.

Даша стала внимательно рассматривать её:

- Такой большой как у тебя, тетя?

Администратор покраснела:

- Вот язва!

- А мой дедушка доктор – радостно сообщила простодушная Даша – он всем язвы вылечит.

  Весь второй этаж и часть первого были оккупированы шумной компанией студентов из Санкт-Петербурга. Чтобы деда с внучкой не беспокоили, Людмила устроила их в номере в самом конце длинного коридора, подальше от входа. Здесь, в просторной комнате, в стиле «кантри» стоял длинный свежесрубленный деревянный  стол, такие же стулья, шкаф и две кровати. Вкусно пахло сосновой смолой и ещё чем-то лесным. При номере был туалет с душевой кабиной.  Окно выходило на озеро, серебристая гладь которого располагалась метрах в шести ниже обрывистого берега, на самом краю которого стояло здание. Непритязательному отставнику здесь понравилось.   

 Привыкший к дисциплине, бывший военный составил план и расписание отдыха. Проснувшись, они бежали через лес на море, где окунались в холоднючую воду, затем обратно к озеру и снова купались. После студеной морской воды, озерная вода, температура которой едва ли достигала двадцать градусов, казалась теплой. Даша ещё раньше научилась плавать в детсадовском бассейне. И теперь, надев маску, ныряла и рассматривала бесстрашных маленьких рыбок, которые щекотливо покусывали её за ноги.

Дед в молодости был неплохим спортсменом и даже выполнил норму мастера спорта по военно-прикладному многоборью. Теперь он передавал свои спортивные навыки внучке. После плавания и завтрака они прыгали в длину в песчаную кучу,  подтягивались на перекладине, стреляли по мишеням в маленьком тире из взятой напрокат у Алексея пневматической винтовки. После обеда – играли в шахматы.  Затем шли к морю, где рисовали морские пейзажи с островами и кривыми соснами,  камни заросшие ягелем, похожим на сказочные кружева. Рассматривали когтистые следы, оставленные медведем на сыром песке морского берега. Ловили треску на удочку-закидушку, собирали мидии  на отливе. А вечером пекли на костре свою добычу и ели с салатом из морской капусты и дикого любистка, сожалея лишь о том, что белые ночи не дают любоваться бездонным звездным небом. Оба были счастливы.

 И только одна малость омрачала их отдых. У лесной тропинки по пути к морю, муравьи построили свою кучу. Сюда каждый день прилетал глухарь, который разгребал муравейник, лакомился муравьиными личинками. Дед рассказал, какую пользу приносят муравьи лесу, уничтожая вредных насекомых-древоедов.

- Глухарь глупый заявила Даша – раз не понимает, что поедая муравьиных детей, губит свой дом – лес. Надо учить его уму-разуму.

- Как же мы будем его учить?

- А так же, как Павлов учил своих собак – ты же дед рассказывал – будем его пугать каждый день, у него появится рефлекс – забоится прилетать.

Теперь они вставали пораньше и бежали к муравейнику спасать маленький народец от клювастого хищника. Громко кричали, хлопали в ладоши. Большая птица тяжело улетала, громко хлопая крыльями.  И постепенно отвадили- таки глухаря. Муравьи починили свой дом – куча приобрела вид красивого ровного конуса.

 

   В одно утро дед проснулся от першения в горле.  Даша сидела в своей кровати и терпеливо ждала его пробуждения.

- Деда, мне жарко и глаза щиплет.

Чувствовался сильный запах гари. Слышались невнятные крики и топот ног. «Пожар!».  Он бросился к двери. Открыл. В коридоре висел густой едкий дым, который сразу ударил по глазам. Нечего было и думать – бежать через эту завесу  с ребенком к далекому выходу. Одним рывком сорвал простыню с кровати, открыл кран, пытаясь намочить простыню, чтобы укрыться ею от дыма. Кран захрипел, из него выпало несколько капель. Водоснабжение не работало.

На мгновенье он представил себе, как маленькое тельце дорогого существа корчится в пламени огня. И стало так страшно, как не было даже в горах Афганистана, когда на их лагерь налетели беспощадные душманы.

 Оставалось окно. Он распахнул его и выглянул. От жара объятого пламенем второго этажа затрещали волосы. Спуститься по простыням не успеют.

- Придется нам, Дашенька, искупаться прямо сейчас.

- Ты не бойся, деда, я выплыву – все поняла маленькая умница.

- Конечно, выплывешь и ты и я – он постарался, чтобы голос не дрогнул. Только нам надо еще допрыгнуть до воды, если упадем на камни – будет очень больно.

И это «допрыгнуть» показалось невыполнимым. Как?!!!  Стариком овладело отчаяние.

- А ты придвинь стол к окну. Он длинный. Мы разгонимся по нему и прыгнем, как в кучу с песком.

Раздумывать было некогда. Одним рывком он поднял тяжелый стол и бросил его торцом к подоконнику. Поставил девочку на стол:

- Прыгай, милая, толкайся изо всех сил!

Даша повернулась к нему своими монгольскими глазенками:

- Только ты тоже прыгай сразу за мной.

- Хорошо, хорошо, я тоже … быстрее! – умолял дед.

Длины стола ей хватило на целых три шага. Оттолкнувшись от подоконника, маленькая фигурка вылетела в проем окна. Рука старого безбожника невольно поднялась и перекрестила летящую внучку. И тут же прыгнул сам, стараясь оттолкнуться под углом, чтобы не свалиться на девочку. Еще в воздухе, с облегчением,  увидел, как от удара её маленькой попки об воду поднялся фонтан брызг.

 

 Когда под водой открыл глаза, увидел как Даша, работая ногами и руками, уже плывет вверх. Но  обрадоваться не успел –  послышались оглушительные удары. Это падали в воду горящие бревна, обрушившегося второго этажа гостиницы.  «Всплывать нельзя, бревна зашибут! Лишь бы не запаниковала, захлебнется!» Схватил девочку, прижал её спинкой к своей груди, обнял левой рукой и зажал ладонью нос и рот. Изо всех сил, загребая свободной правой рукой, поплыл под водой к противоположному берегу.

  Вынырнул почти на середине. Девочка не шевелилась.  «Сомлела! Только бы вода не попала в легкие!» Работая ногами, приподнял голову ребенка над водой и стал сжимать толчками грудь и спинку, пытаясь сделать искусственное дыхание.  «Господи, взмолился он, возьми мою жизнь, спаси Дашу!» Затем прижался ртом к её рту и сделал выдох, другой. Её глаза открылись, но тельце продолжало безвольно висеть в воде на его руках.

  Он плыл с малышкой к другому берегу. От холодной воды свело левую ногу, кровоснабжение которой было нарушено от многолетнего стояния за операционным столом. «Не доплыть, не выдюжу!» Но тут Даша сама стала подгребать, помогая ему. Это придало сил.  До берега оставалось всего метров двадцать, когда свело вторую ногу. Он понял – ему не выплыть. Изо всех сил толкнул внучку к берегу и погрузился в холодную глубину.

 Голенькая и дрожащая  Даша сидела на камнях, ожидая, когда дед «проснется». Он, все же,  доплыл на  одних руках.  Выполз на камни и потерял сознание. Когда пришел в себя, Даша тормошила за плечо:

- Вставай уже, дедуля, я вся замерзла. Пойдем греться к костру, пока не прогорел совсем.

Он скосил глаза и увидел на противоположном берегу догорающую гостиницу. Камень под его щекой стал мокрым от счастливых слез, сбегающих по небритому лицу.

Рейтинг: +6 632 просмотра
Комментарии (3)
Анна Магасумова # 22 октября 2012 в 21:41 +1
Здорово! Такой интересный рассказ! best А что же было дальше? Так хочется узнать!
Евгений Родимин # 22 октября 2012 в 21:54 0
Спасибо! Дальше бежали по тайге, дед вез в Чупу Алексея, получившего ожоги, восстанавливал утраченный паспорт и т.д. Но об этом уже писать не буду.
Ludmila Juhimec # 4 ноября 2012 в 10:13 +1
Волнение и переживания за близкого человека в экстримальных ситуациях открывает второе дыхание...не умеющий плавать доплывёт,не умеющий летать-долетит....