Модель

17 апреля 2019 - Владимир Шмельков

   Всю свою жизнь Лев Сергеевич Кадышев смотрел в небо. В детстве он смотрел потому, что его просто манили звёзды, а позже, потому, что этого уже требовала профессия, которую он себе выбрал. Кадышев был учёным – астрономом, доктором физико–математических наук, профессором университета. Уходя взглядом и мыслью в бесконечные просторы Вселенной, он давно уже  научился осознавать и даже чувствовать гигантские объекты и колоссальные расстояния до них. Каким-то особым чувством, выработанным за годы общения с бесконечностью, он научился пропускать через себя время. Ещё в бытность студентом будущий учёный задался целью создать объёмную модель Мирозданья, и долгие годы собирал материал для работы всей своей жизни. И, вот, когда материала собралось достаточно, Лев Сергеевич однажды, шесть лет тому назад, сел за компьютер и приступил к созданию своего миниатюрного отражения большого мира. Он постепенно, час за часом, день за днём, месяц за месяцем на протяжении шести лет вводил в него  в соответствующем масштабе космические объекты, удаляя их на нужные расстояния один от другого. Его мир постепенно разрастался во все стороны, раздвигая границы виртуального пространства. И вот по истечении такого длительного срока работа подошла к завершению. Немного последних усилий, и  новорождённый мир захлопнулся, сделавшись бесконечным в пространстве и ограниченным в объёме. Завершив свой труд, Кадышев получил такое огромное чувство удовлетворения, что в буквальном смысле утонул в нём. Перед ним был Его Мир, и он являлся его Творцом. Лев Сергеевич подумал о том, что, наверное, Господь Бог пятнадцать миллиардов лет тому назад тоже испытывал такие же чувства, когда сотворил свою, а теперь ещё и нашу Вселенную, если, конечно, допустить, что она – его рук дело. Ведь он по отношению к нашему Мирозданью находился в другой системе координат, и для своего детища был недосягаем, как и для виртуального мира Льва Сергеевича, он сам был недоступен, хотя учёный мог творить с ним, всё, что ему заблагорассудится. Но, как бы там давным-давно ни было, перед профессором находился сейчас  мир, который создал он сам, и этот мир тянул его, как магнит. Кадышев растворялся в своём виртуальном творении, и это творение растворялось в нём.  Они становились одним целым. Учёный начал чувствовать ответственность за своё детище, и это самое детище знало о его существовании. Всё внутри этой обворожительной сферы замкнутого пространства, которую обхватило собственное «я» Льва Сергеевича, было ясно и понятно ему. Законы, по которым развивался его виртуальный мир, были созданы им, и всё рождалось и умирало там с его ведома. Он стал самой Истиной для своего творения. Являясь учёным, Кадышев знал, что по известной формуле Дрейка  в Млечном Пути должно существовать, как минимум около ста развитых в техническом отношении цивилизаций, включая земную. Как же ошибался Дрейк! Таких цивилизаций в рукотворной копии родной нам галактики, а значит, и в ней самой, было значительно больше! И все они требовали  заботы и опеки. Так это только Млечный Путь. А таких галактик в реальном мире, и в том, что сотворил учёный, разбросано сколько? Ну, если бы кто спросил Льва Сергеевича о точном числе цивилизаций в подвластном ему мире, он ответил бы конкретной цифрой – триста восемьдесят три миллиарда шестьсот двадцать пять миллионов триста шесть тысяч две. И все они населены, и их население верит в него и надеется на его помощь. Но для того он и поглотил в себе своё детище, чтобы процесс двухсторонней связи был легче. Новоявленный отец всего виртуально сущего успевал быть полезным всем или почти всем верящим в него тварям его собственного мира. С некоторых пор перестал существовать Кадышев Лев Сергеевич, учёный и прочее, остался только творец виртуального Мирозданья и собственно оно само. Детище питало своего родителя неисчерпаемыми запасами собственной энергии, и переработанная в последнем, она возвращалась назад благодатью. Может быть, целый месяц звонил телефон, по которому пытались связаться с профессором сослуживцы, потерявшие его. Может быть, квартиру наполняли трели звонка в прихожке. Всё может быть. Только напрасно кто-то искал возможность достучаться до Кадышева – он был недоступен ни для кого, так как был теперь частью совсем другого мира. Это удивительное исчезновение и рождение в другом качестве могло бы, наверное, затянуться на неопределённый срок, если бы не один нелепейший случай. Сосед по лестничной площадке некто дядя Яша, старый безбожник, верящий только в зелёного змия, решил спьяну повозиться у себя с электропроводкой, для чего вышел на площадку, чтобы, щёлкнув предохранителем в щитке, обесточить свою квартиру. Если б только старый Яков Кузьмич мог представить себе, к каким последствиям приведёт его нетрезвый вояж за входную дверь! Но он ничего не знал, и спокойно щёлкнул выключателем в щитке. Вот, только выключатель этот был не его, а соседа Кадышева. Нелепая оплошность, но к чему она привела! В одно мгновение погасло целое мироздание с триллионами обитаемых миров! Погасло и всё, будто простой экран монитора прекратил светиться. Но это уже была катастрофа вселенского значения. Погиб мир, бесконечный мир, и вместе с ним прекратил своё существование и его творец – учёный – астроном, доктор физико – математических наук, профессор Кадышев Лев Сергеевич. Они оба умерли в одно и то же мгновение.

 

© Copyright: Владимир Шмельков, 2019

Регистрационный номер №0445710

от 17 апреля 2019

[Скрыть] Регистрационный номер 0445710 выдан для произведения:

   Всю свою жизнь Лев Сергеевич Кадышев смотрел в небо. В детстве он смотрел потому, что его просто манили звёзды, а позже, потому, что этого уже требовала профессия, которую он себе выбрал. Кадышев был учёным – астрономом, доктором физико–математических наук, профессором университета. Уходя взглядом и мыслью в бесконечные просторы Вселенной, он давно уже  научился осознавать и даже чувствовать гигантские объекты и колоссальные расстояния до них. Каким-то особым чувством, выработанным за годы общения с бесконечностью, он научился пропускать через себя время. Ещё в бытность студентом будущий учёный задался целью создать объёмную модель Мирозданья, и долгие годы собирал материал для работы всей своей жизни. И, вот, когда материала собралось достаточно, Лев Сергеевич однажды, шесть лет тому назад, сел за компьютер и приступил к созданию своего миниатюрного отражения большого мира. Он постепенно, час за часом, день за днём, месяц за месяцем на протяжении шести лет вводил в него  в соответствующем масштабе космические объекты, удаляя их на нужные расстояния один от другого. Его мир постепенно разрастался во все стороны, раздвигая границы виртуального пространства. И вот по истечении такого длительного срока работа подошла к завершению. Немного последних усилий, и  новорождённый мир захлопнулся, сделавшись бесконечным в пространстве и ограниченным в объёме. Завершив свой труд, Кадышев получил такое огромное чувство удовлетворения, что в буквальном смысле утонул в нём. Перед ним был Его Мир, и он являлся его Творцом. Лев Сергеевич подумал о том, что, наверное, Господь Бог пятнадцать миллиардов лет тому назад тоже испытывал такие же чувства, когда сотворил свою, а теперь ещё и нашу Вселенную, если, конечно, допустить, что она – его рук дело. Ведь он по отношению к нашему Мирозданью находился в другой системе координат, и для своего детища был недосягаем, как и для виртуального мира Льва Сергеевича, он сам был недоступен, хотя учёный мог творить с ним, всё, что ему заблагорассудится. Но, как бы там давным-давно ни было, перед профессором находился сейчас  мир, который создал он сам, и этот мир тянул его, как магнит. Кадышев растворялся в своём виртуальном творении, и это творение растворялось в нём.  Они становились одним целым. Учёный начал чувствовать ответственность за своё детище, и это самое детище знало о его существовании. Всё внутри этой обворожительной сферы замкнутого пространства, которую обхватило собственное «я» Льва Сергеевича, было ясно и понятно ему. Законы, по которым развивался его виртуальный мир, были созданы им, и всё рождалось и умирало там с его ведома. Он стал самой Истиной для своего творения. Являясь учёным, Кадышев знал, что по известной формуле Дрейка  в Млечном Пути должно существовать, как минимум около ста развитых в техническом отношении цивилизаций, включая земную. Как же ошибался Дрейк! Таких цивилизаций в рукотворной копии родной нам галактики, а значит, и в ней самой, было значительно больше! И все они требовали  заботы и опеки. Так это только Млечный Путь. А таких галактик в реальном мире, и в том, что сотворил учёный, разбросано сколько? Ну, если бы кто спросил Льва Сергеевича о точном числе цивилизаций в подвластном ему мире, он ответил бы конкретной цифрой – триста восемьдесят три миллиарда шестьсот двадцать пять миллионов триста шесть тысяч две. И все они населены, и их население верит в него и надеется на его помощь. Но для того он и поглотил в себе своё детище, чтобы процесс двухсторонней связи был легче. Новоявленный отец всего виртуально сущего успевал быть полезным всем или почти всем верящим в него тварям его собственного мира. С некоторых пор перестал существовать Кадышев Лев Сергеевич, учёный и прочее, остался только творец виртуального Мирозданья и собственно оно само. Детище питало своего родителя неисчерпаемыми запасами собственной энергии, и переработанная в последнем, она возвращалась назад благодатью. Может быть, целый месяц звонил телефон, по которому пытались связаться с профессором сослуживцы, потерявшие его. Может быть, квартиру наполняли трели звонка в прихожке. Всё может быть. Только напрасно кто-то искал возможность достучаться до Кадышева – он был недоступен ни для кого, так как был теперь частью совсем другого мира. Это удивительное исчезновение и рождение в другом качестве могло бы, наверное, затянуться на неопределённый срок, если бы не один нелепейший случай. Сосед по лестничной площадке некто дядя Яша, старый безбожник, верящий только в зелёного змия, решил спьяну повозиться у себя с электропроводкой, для чего вышел на площадку, чтобы, щёлкнув предохранителем в щитке, обесточить свою квартиру. Если б только старый Яков Кузьмич мог представить себе, к каким последствиям приведёт его нетрезвый вояж за входную дверь! Но он ничего не знал, и спокойно щёлкнул выключателем в щитке. Вот, только выключатель этот был не его, а соседа Кадышева. Нелепая оплошность, но к чему она привела! В одно мгновение погасло целое мироздание с триллионами обитаемых миров! Погасло и всё, будто простой экран монитора прекратил светиться. Но это уже была катастрофа вселенского значения. Погиб мир, бесконечный мир, и вместе с ним прекратил своё существование и его творец – учёный – астроном, доктор физико – математических наук, профессор Кадышев Лев Сергеевич. Они оба умерли в одно и то же мгновение.

 

 
Рейтинг: 0 162 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
94
87
86
81
76
Анютка... 29 апреля 2019 (Анна Гирик)
76
69
68
64
63
61
60
59
57
56
56
56
54
54
54
53
52
52
51
50
46
44
40
37
33