Цып-цып

11 декабря 2011 - Елена Теплова
article3223.jpg

 

иллюстрация на основе фото Олега Ванилара


- Крошки не выбрасывай! – Лиза Никитична бережно раскрыла пакет с мелко нарезанными овощными очистками и банановой кожурой, - сюда положи, это для цыпляток моих,- пояснила она дочери.
- Ма-а-м…Для каких цыплят?! – медленно, пытаясь  что-то сообразить, проговорила дочь.
 Сидевший  за столом зять Лизы Никитичны на минуту оторвался от своего  увлекательного занятия, добродушно   хохотнул  и покрутил карандашом  у виска. Тещу свою он любил, с удовольствием приезжал к ней отдохнуть от суеты большого города, но все равно искренне считал ее не от мира сего и ласково называл « бабулькой». 

          Лиза Никитична и впрямь была странной женщиной. Окружающие ее люди редко понимали  и принимали ее поступки, мысли. Наверно, не хотели себя утруждать: привычнее  махнуть рукой да сказать – что поделаешь, странная женщина, все у нее не как у людей. Кошек, собак бездомных кормит, да ведь не просто хлебушка кинет, а супы да каши варит – прям благотворительная столовая для зверья!  Соседи лишь посмеиваются, а ей все нипочем: раскладывает еду по чашкам, да еще и разговаривает с бродягами четвероногими  -  чуднАя..
.
В  детстве  еще  Лиза отличалась от своих сверстников. Те, как и полагается нормальным  детям, были беззаботны и радовались жизни,  пропадая целыми днями на улице: то казаки-разбойники затеют, то выбивалы, или, когда устанут бегать, сядут рядком и в «глухой телефон» шепчутся да хохочут, что есть сил. Лиза не  принимала участия в этих групповых затеях – ей  больше нравилось  общаться с собакой своей,  дворнягой  по кличке Верный, преданным другом и   чутким ее собеседником. Ему одному  она могла доверять все свои секреты,  часами рассказывать свои  истории – не то сказки, не то быль. А он, не отрываясь, смотрел на свою хозяйку  оливковыми глазами, поворачивал головой, попеременно подставляя то правое, то левое ухо, будто и правда слушал и понимал ее. Иногда, устав сидеть почти недвижно, ложился, клал морду на лапы и продолжал слушать.

- Лиза, ну ты пошла бы с ребятишками порезвилась, слышь,  как у них весело, - говорила ей бабушка, - чего с псиной  в гляделки-то  играть!
Не зная, что ответить, Лиза обычно молчала, а бабушка потом жаловалась матери:
- Сидит как сыч, ни слова не проронит. И что за характер у девки!? Вся в отца! - бабушка недолюбливала своего зятя и при  любой  возможности старалась напомнить об этом дочери.
- Да ладно, мам, не  тронь ты ее, подрастет, поумнеет, - отвечала Лизина мама.
Что мама вкладывала в  свои слова, Лиза не понимала и  продолжала  жить  своей жизнью:  гуляла  с Верным,   баловала кошку Муську,  помогала бабушке возиться с  домашним хозяйством.

Весной с нетерпением ждала момента, когда у наседки начнут проклевываться цыплятки.  С замиранием сердца девочка следила за каждым мгновением таинственного действа:  вот тонкая, едва заметная трещинка появилась на скорлупе, вот она разрослась и теперь уже трещины покрыли все яйцо, а вот!... вот и клювик показался!  Цыпленок делает вдох и прибавляет себе сил, чтобы окончательно сбросить ставший  вдруг  тесным  родной белый  домик! Иногда Лиза даже  помогала появиться на свет желтеньким пушистикам.
- Видишь, слабенький какой? – говорила бабушка,-   может задохнуться, если силенок не хватит пробить скорлупку. Помочь надо,- и осторожно отколупывала белые хрупкие кусочки. И Лизе разрешала. И  тогда девочка ощущала себя причастной к этой великой Тайне – тайне рождения новой жизни!
             

Лиза подросла, пошла в школу, но «не поумнела». Нет, училась-то она хорошо, замечательно даже училась,  ей одинаково легко давались все предметы. А вот  подружки закадычной, как у всех девчонок в школе, у нее не было.  Правда, врагов и завистников тоже не было, а это выглядело   не менее странным.   Казалось, она просто  ни в ком не нуждается.  А вот  без нее, без ее помощи  не то что в классе, но и  в школе обойтись не могли. Она и контрольную поможет соседу по парте  сделать и сочинение написать, и продежурить за заболевшего  вдруг одноклассника не откажется, и отпоровшийся  манжет на школьной форме  у первой красавицы класса   сумеет  пришить – да ловко так  и легко все сделает, что никому и в голову не придет поблагодарить ее за помощь: зачем, ей ведь не трудно. Сама Лиза так и говорила « Да что тут такого, мне же не трудно!», когда  мама  пыталась объяснить ей, что нельзя позволять, как она выражалась, «на себе ездить».

                В десятом  классе учителя гадали, куда пойдет учиться Лиза после школы – она была единственной претенденткой на золотую медаль. А девушка, сдав блестяще все экзамены в школе и заработав награду,  пошла работать нянечкой в детский сад. Нет, не «поумнела» Лиза... Директор школы не находил слов для объяснения ее поступка :  что сделаешь, странная девочка, все у нее не как у людей! А Лиза тем временем  работала в младшей ясельной группе; дел там по горло, не посидишь и пяти минут!  Но Лиза успевала не только посуду, горшки перемыть,  полы надраить и колготки выполоскать, но еще  и с детишками повозиться. Это было самое радостное из ее занятий,  тем более, что  воспитательница, пожилая  грузная женщина, нисколько этому не возражала.

-Ну что, цыплятки, поиграем?! -  обращалась Лиза  к своим подопечным. А в ответ раздавались восторженные возгласы, понять которые могла только «Мам Иза», так называла малышня свою любимицу. Кто из  детишек  первым произнес  «мама» в ее адрес,  никто не помнил, но  обращение «мама Лиза» закрепилось за ней, так что даже родители, забирая ребятишек вечером, говорили : «Ну, помаши ручкой маме Лизе».
    Так и проработала Лиза Никитична всю свою жизнь в детском саду. Правда, учиться она все же пошла – в пединститут, на дошкольный факультет. Закончила заочно с красным дипломом и работала  теперь уже воспитателем. Ее рано стали считать опытным работником, а потому  не раз получала предложение стать заведующей,   звали даже  в Гороно методистом, но куда она от своих «цыпляток»-то?!

              Ровесницы Лизины давно замуж повыскакивали, многие развелись уже, а она жила с мамой, и на постоянные вопросы о замужестве, спокойно отвечала « Не встретила еще свою половинку!» Ей было далековато  за тридцать, когда появился Вася. Откуда он взялся, как  пришел в детсад, зачем? – все это загадки Ее величества судьбы, попробуй теперь разгадай. Шел мимо, да вдруг и остановился – так и остался навек с  Лизой! Через год родилась у них Оленька. Соседка теть Маша, акушерка,  дежурившая как раз во время Лизиных  родов, увидев огненно-рыжую головку ребеночка, растерянно протянула:
- Лизк, а девка-то какая рыжая у тебя… Что мужу-то скажешь?!-
- Солнцу своему ненаглядному  Солнышко родила, - счастливо улыбалась Лиза.

Оленька была не просто рыжеволосая, она вся была покрыта яркими рыжими конопушками: и лицо, и плечи, и спина – все полыхало огнем.
- Солнышко наше, - ласкали ее  влюбленные родители, - Видишь, как солнце тебя любит, сколько света тебе оно подарило. Так и росла  девочка , сияла от этих слов, не замечая насмешек  детей во дворе.
- Меня солнышко любит, - твердила она лет до семи. Потом перестала говорить на эту тему, а  в тринадцать  выпалила   отцу с матерью:
- Родили меня уродиной, кому я  такая нужна, конопатая?! – и расплакавшись убежала в свою комнату.
А Лиза Никитична продолжала  говорить  доченьке о счастье, которое непременно придет,  о мечтах, которые обязательно сбудутся ,о  любви, которая  однажды найдет ее и на всю жизнь останется с ней. 
-Ты  будешь счастливой, - уверяла она  свою милую девочку.
- Что ж, каждая мать для своей дочки счастья желает, - вздыхали  «добросердечные» соседки, не веря, что у «конопатой» жизнь путем сложится.

А ведь вон как все вышло – дочка с мужем живут ладно да справно. Восемнадцать лет только-только исполнилось Оленьке, когда разглядел ее красоту Сергей, художник, что называется, от бога. Сначала предложил позировать для картины своей, чем до смерти напугал девчонку. А  через два дня, поняв какое сокровище он нашел, сделал ей предложение,  а Оленька возьми, да и согласись! И стала она не просто музой художника, а еще и главным объектом его картин – мадонна с огненно-рыжими волнистыми  волосами смотрела застенчиво с его полотен. «Да-а, хороша!» - говорили посетители его выставок,  глядя  на образ  необыкновенной  женщины на картинах.
  И детишек  трое  родилось –   белокурые, но кареглазые все,  как на подбор.
- Эх, жаль на меня похожи, а не на мамочку, - сетовал Сергей, и писал рядом с мадонной златовласых ангелочков…

  - Ма-ма… Для каких цыплят?! – повторила свой вопрос Ольга. - Пап, ну ты хоть объясни, что она опять придумала?
Отец,  седой и  улыбчивый,  как Дед Мороз, только усмехнулся и посмотрел на часы, мол, сейчас-сейчас узнаешь!
   - Пойдем, посмотришь сама, - одеваясь и подхватывая  заветный пакетик, предложила   Лиза Никитична.
   Женщины спустились с пятого этажа пешком:  Лиза Никитична не любила лифт, задыхалась она в нем что ли, да и двигаться  больше надо в ее годы.
Сергей раскрыл форточку на кухне и  с любопытством  наблюдал  за происходящим внизу. На  красном пластиковом подносе  их  «бабулька» разложила содержимое пакета и, отойдя на пару шагов,  стала  приговаривать:
- Цып-цып-цып, цып-цып… Кушать, цыплятки мои, цып-цып!!!

На ее зов прилетели сначала три здоровенные  серо-черные вороны, важно
вышагивая, они подошли к подносу и стали  деловито перебирать клювами очистки. Потом подтянулась и мелюзга – не то синички. не то воробышки, не разглядеть с высоты. И вся эта разномастная компания мирно подбирала лакомство  с  подноса! Вороны, правда,  недоверчиво косились на Ольгу – а ты-то кто такая?!  Ольга обняла мать за худенькие плечики, да так и стояла, не зная, что сказать. А Лиза Никитична приговаривала:
- Цып-цып…Кушайте, цыплятки мои…

На фоне жемчужного снега ярким маком  полыхает  овал  подноса, вокруг него чернеют, будто рассыпанные семечки, птицы. Обнявшись, стоят две женщины: солнце  запуталось в волосах  одной, снег припорошил голову другой. Небеса безудержной синью распростерлись над ними.
-Батя, ты только посмотри, красота-то какая! – едва выдыхает художник.
- Вот и я говорю - Красота! – улыбается ему в ответ старик.

 

© Copyright: Елена Теплова, 2011

Регистрационный номер №0003223

от 11 декабря 2011

[Скрыть] Регистрационный номер 0003223 выдан для произведения:

 

иллюстрация на основе фото Олега Ванилара


- Крошки не выбрасывай! – Лиза Никитична бережно раскрыла пакет с мелко нарезанными овощными очистками и банановой кожурой, - сюда положи, это для цыпляток моих,- пояснила она дочери.
- Ма-а-м…Для каких цыплят?! – медленно, пытаясь  что-то сообразить, проговорила дочь.
 Сидевший  за столом зять Лизы Никитичны на минуту оторвался от своего  увлекательного занятия, добродушно   хохотнул  и покрутил карандашом  у виска. Тещу свою он любил, с удовольствием приезжал к ней отдохнуть от суеты большого города, но все равно искренне считал ее не от мира сего и ласково называл « бабулькой». 

          Лиза Никитична и впрямь была странной женщиной. Окружающие ее люди редко понимали  и принимали ее поступки, мысли. Наверно, не хотели себя утруждать: привычнее  махнуть рукой да сказать – что поделаешь, странная женщина, все у нее не как у людей. Кошек, собак бездомных кормит, да ведь не просто хлебушка кинет, а супы да каши варит – прям благотворительная столовая для зверья!  Соседи лишь посмеиваются, а ей все нипочем: раскладывает еду по чашкам, да еще и разговаривает с бродягами четвероногими  -  чуднАя..
.
В  детстве  еще  Лиза отличалась от своих сверстников. Те, как и полагается нормальным  детям, были беззаботны и радовались жизни,  пропадая целыми днями на улице: то казаки-разбойники затеют, то выбивалы, или, когда устанут бегать, сядут рядком и в «глухой телефон» шепчутся да хохочут, что есть сил. Лиза не  принимала участия в этих групповых затеях – ей  больше нравилось  общаться с собакой своей,  дворнягой  по кличке Верный, преданным другом и   чутким ее собеседником. Ему одному  она могла доверять все свои секреты,  часами рассказывать свои  истории – не то сказки, не то быль. А он, не отрываясь, смотрел на свою хозяйку  оливковыми глазами, поворачивал головой, попеременно подставляя то правое, то левое ухо, будто и правда слушал и понимал ее. Иногда, устав сидеть почти недвижно, ложился, клал морду на лапы и продолжал слушать.

- Лиза, ну ты пошла бы с ребятишками порезвилась, слышь,  как у них весело, - говорила ей бабушка, - чего с псиной  в гляделки-то  играть!
Не зная, что ответить, Лиза обычно молчала, а бабушка потом жаловалась матери:
- Сидит как сыч, ни слова не проронит. И что за характер у девки!? Вся в отца! - бабушка недолюбливала своего зятя и при  любой  возможности старалась напомнить об этом дочери.
- Да ладно, мам, не  тронь ты ее, подрастет, поумнеет, - отвечала Лизина мама.
Что мама вкладывала в  свои слова, Лиза не понимала и  продолжала  жить  своей жизнью:  гуляла  с Верным,   баловала кошку Муську,  помогала бабушке возиться с  домашним хозяйством.

Весной с нетерпением ждала момента, когда у наседки начнут проклевываться цыплятки.  С замиранием сердца девочка следила за каждым мгновением таинственного действа:  вот тонкая, едва заметная трещинка появилась на скорлупе, вот она разрослась и теперь уже трещины покрыли все яйцо, а вот!... вот и клювик показался!  Цыпленок делает вдох и прибавляет себе сил, чтобы окончательно сбросить ставший  вдруг  тесным  родной белый  домик! Иногда Лиза даже  помогала появиться на свет желтеньким пушистикам.
- Видишь, слабенький какой? – говорила бабушка,-   может задохнуться, если силенок не хватит пробить скорлупку. Помочь надо,- и осторожно отколупывала белые хрупкие кусочки. И Лизе разрешала. И  тогда девочка ощущала себя причастной к этой великой Тайне – тайне рождения новой жизни!
             

Лиза подросла, пошла в школу, но «не поумнела». Нет, училась-то она хорошо, замечательно даже училась,  ей одинаково легко давались все предметы. А вот  подружки закадычной, как у всех девчонок в школе, у нее не было.  Правда, врагов и завистников тоже не было, а это выглядело   не менее странным.   Казалось, она просто  ни в ком не нуждается.  А вот  без нее, без ее помощи  не то что в классе, но и  в школе обойтись не могли. Она и контрольную поможет соседу по парте  сделать и сочинение написать, и продежурить за заболевшего  вдруг одноклассника не откажется, и отпоровшийся  манжет на школьной форме  у первой красавицы класса   сумеет  пришить – да ловко так  и легко все сделает, что никому и в голову не придет поблагодарить ее за помощь: зачем, ей ведь не трудно. Сама Лиза так и говорила « Да что тут такого, мне же не трудно!», когда  мама  пыталась объяснить ей, что нельзя позволять, как она выражалась, «на себе ездить».

                В десятом  классе учителя гадали, куда пойдет учиться Лиза после школы – она была единственной претенденткой на золотую медаль. А девушка, сдав блестяще все экзамены в школе и заработав награду,  пошла работать нянечкой в детский сад. Нет, не «поумнела» Лиза... Директор школы не находил слов для объяснения ее поступка :  что сделаешь, странная девочка, все у нее не как у людей! А Лиза тем временем  работала в младшей ясельной группе; дел там по горло, не посидишь и пяти минут!  Но Лиза успевала не только посуду, горшки перемыть,  полы надраить и колготки выполоскать, но еще  и с детишками повозиться. Это было самое радостное из ее занятий,  тем более, что  воспитательница, пожилая  грузная женщина, нисколько этому не возражала.

-Ну что, цыплятки, поиграем?! -  обращалась Лиза  к своим подопечным. А в ответ раздавались восторженные возгласы, понять которые могла только «Мам Иза», так называла малышня свою любимицу. Кто из  детишек  первым произнес  «мама» в ее адрес,  никто не помнил, но  обращение «мама Лиза» закрепилось за ней, так что даже родители, забирая ребятишек вечером, говорили : «Ну, помаши ручкой маме Лизе».
    Так и проработала Лиза Никитична всю свою жизнь в детском саду. Правда, учиться она все же пошла – в пединститут, на дошкольный факультет. Закончила заочно с красным дипломом и работала  теперь уже воспитателем. Ее рано стали считать опытным работником, а потому  не раз получала предложение стать заведующей,   звали даже  в Гороно методистом, но куда она от своих «цыпляток»-то?!

              Ровесницы Лизины давно замуж повыскакивали, многие развелись уже, а она жила с мамой, и на постоянные вопросы о замужестве, спокойно отвечала « Не встретила еще свою половинку!» Ей было далековато  за тридцать, когда появился Вася. Откуда он взялся, как  пришел в детсад, зачем? – все это загадки Ее величества судьбы, попробуй теперь разгадай. Шел мимо, да вдруг и остановился – так и остался навек с  Лизой! Через год родилась у них Оленька. Соседка теть Маша, акушерка,  дежурившая как раз во время Лизиных  родов, увидев огненно-рыжую головку ребеночка, растерянно протянула:
- Лизк, а девка-то какая рыжая у тебя… Что мужу-то скажешь?!-
- Солнцу своему ненаглядному  Солнышко родила, - счастливо улыбалась Лиза.

Оленька была не просто рыжеволосая, она вся была покрыта яркими рыжими конопушками: и лицо, и плечи, и спина – все полыхало огнем.
- Солнышко наше, - ласкали ее  влюбленные родители, - Видишь, как солнце тебя любит, сколько света тебе оно подарило. Так и росла  девочка , сияла от этих слов, не замечая насмешек  детей во дворе.
- Меня солнышко любит, - твердила она лет до семи. Потом перестала говорить на эту тему, а  в тринадцать  выпалила   отцу с матерью:
- Родили меня уродиной, кому я  такая нужна, конопатая?! – и расплакавшись убежала в свою комнату.
А Лиза Никитична продолжала  говорить  доченьке о счастье, которое непременно придет,  о мечтах, которые обязательно сбудутся ,о  любви, которая  однажды найдет ее и на всю жизнь останется с ней. 
-Ты  будешь счастливой, - уверяла она  свою милую девочку.
- Что ж, каждая мать для своей дочки счастья желает, - вздыхали  «добросердечные» соседки, не веря, что у «конопатой» жизнь путем сложится.

А ведь вон как все вышло – дочка с мужем живут ладно да справно. Восемнадцать лет только-только исполнилось Оленьке, когда разглядел ее красоту Сергей, художник, что называется, от бога. Сначала предложил позировать для картины своей, чем до смерти напугал девчонку. А  через два дня, поняв какое сокровище он нашел, сделал ей предложение,  а Оленька возьми, да и согласись! И стала она не просто музой художника, а еще и главным объектом его картин – мадонна с огненно-рыжими волнистыми  волосами смотрела застенчиво с его полотен. «Да-а, хороша!» - говорили посетители его выставок,  глядя  на образ  необыкновенной  женщины на картинах.
  И детишек  трое  родилось –   белокурые, но кареглазые все,  как на подбор.
- Эх, жаль на меня похожи, а не на мамочку, - сетовал Сергей, и писал рядом с мадонной златовласых ангелочков…

  - Ма-ма… Для каких цыплят?! – повторила свой вопрос Ольга. - Пап, ну ты хоть объясни, что она опять придумала?
Отец,  седой и  улыбчивый,  как Дед Мороз, только усмехнулся и посмотрел на часы, мол, сейчас-сейчас узнаешь!
   - Пойдем, посмотришь сама, - одеваясь и подхватывая  заветный пакетик, предложила   Лиза Никитична.
   Женщины спустились с пятого этажа пешком:  Лиза Никитична не любила лифт, задыхалась она в нем что ли, да и двигаться  больше надо в ее годы.
Сергей раскрыл форточку на кухне и  с любопытством  наблюдал  за происходящим внизу. На  красном пластиковом подносе  их  «бабулька» разложила содержимое пакета и, отойдя на пару шагов,  стала  приговаривать:
- Цып-цып-цып, цып-цып… Кушать, цыплятки мои, цып-цып!!!

На ее зов прилетели сначала три здоровенные  серо-черные вороны, важно
вышагивая, они подошли к подносу и стали  деловито перебирать клювами очистки. Потом подтянулась и мелюзга – не то синички. не то воробышки, не разглядеть с высоты. И вся эта разномастная компания мирно подбирала лакомство  с  подноса! Вороны, правда,  недоверчиво косились на Ольгу – а ты-то кто такая?!  Ольга обняла мать за худенькие плечики, да так и стояла, не зная, что сказать. А Лиза Никитична приговаривала:
- Цып-цып…Кушайте, цыплятки мои…

На фоне жемчужного снега ярким маком  полыхает  овал  подноса, вокруг него чернеют, будто рассыпанные семечки, птицы. Обнявшись, стоят две женщины: солнце  запуталось в волосах  одной, снег припорошил голову другой. Небеса безудержной синью распростерлись над ними.
-Батя, ты только посмотри, красота-то какая! – едва выдыхает художник.
- Вот и я говорю - Красота! – улыбается ему в ответ старик.

 

Рейтинг: +7 525 просмотров
Комментарии (5)
Лидия Гржибовская # 19 декабря 2011 в 08:03 +2
Леночка, с каким удовольствием я прочитала, и радость, и грусть (своих дум) всё слилось воедино, и слёзы, а от чего не знаю..., но одно могу сказать
СПАСИБО!!!!!!
Елена Теплова # 19 декабря 2011 в 08:58 +2
Вам спасибо большое за теплый отзыв))) Очень рада знакомству с Вами!
С признательностью и неизменной теплотой,
Елена
Олег Индейкин # 28 февраля 2013 в 10:38 +1
Светлое произведение ura
Елена Теплова # 28 февраля 2013 в 21:34 +1
Благодарю за добрые слова)))
Алена Викторова # 23 августа 2014 в 07:03 0
да - красота))) И спасибо Вам за это, Елена!
удивительное ощущение радости дарит рассказ...
Популярная проза за месяц
114
105
105
92
84
83
81
78
77
76
75
74
73
68
65
Кукла колдуна 9 июля 2017 (Demen Keaper)
62
60
60
59
57
57
57
55
53
51
51
51
49
44
43