ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Без тормозов

Без тормозов

10 марта 2012 - Владимир Гурьев
article33755.jpg

 

 

Тонкий солнечный лучик проник сквозь неплотно закрытые гардины и остановился на широком челе Сергея Петровича. Его веки чуть дрогнули: писатель выбрался из ласковых объятий Морфея, но открыть очи не возжелал. Минутка-другая необходима для постепенного возвращения в этот жестокий и неблагодарный мир.

 

Лощеный черный котяра думал иначе, и ждать не собирался. Зверь прыгнул на неподвижное тело и принялся старательно топтать писательскую грудь. Живой классик и маститый сочинитель в последний раз лениво потянулся и открыл глаза.

 

- Ты, животное, Коти!

 

Несколько лет назад, когда в квартире появилось это благородное млекопитающее, Сергей Петрович изрядно намучался, пытаясь выбрать имя своему новому соседу. Имя должно быть благозвучным и малораспространенным. Три дня ушло на раздумья, но ничего достойного так в голову и не пришло. Три дня - это крайний срок, который мог себе позволить такой занятой человек, как Сергей Петрович, а, поэтому, кот так и остался без имени. Животное откликалось на слова: кот, котик, и,

в последствии, это трансформировалось в имя “Коти” с ударением на “и”. Так, знаете ли, на французский манер.

 

Сергей  Петрович тонкой писательской дланью смахнул Коти на пол и сел в постели. Настроение было отличное и стоило подумать, как с пользой провести утренние часы выходного дня. Те самые три-четыре часа, которые он мог выкроить, освободившись от беззаветного служения искусству. Можно сразу, после завтрака, сесть за  клавиатуру и подарить человечеству еще один шедевр, однако, нужно когда-то и отдыхать.

 

- А что, если насладиться классической литературой? Их есть у меня.

 

Взгляд Сергея Петровича скользнул по трем, скромных размеров, полкам, где ровными рядами выстроились книги в твердых переплетах с золотым тиснением, но писатель с негодованием отверг этот вариант. Есть кое-что получше! На рабочем столе аккуратной стопочкой лежали пять пухлых томов с его собственными произведениями. Пять папок из натуральной кожи с распечатанными на принтере текстами. Драгоценные камни должны быть в дорогой оправе. Но это чуть позднее, к интеллектуальному оргазму следует подойти, не торопясь, наслаждаясь, так сказать, прелюдией.

 

Сергей Петрович обул тапки, накинул темно-синий заношенный халат и встал на Великий Путь Золотого Треугольника: компьютер – санузел – кухня.  Так, чайник на газ, в холодильник - за молоком для Коти, пусть немного погреется. Ну а теперь самое время перейти к утреннему омовению. Сергей Петрович открыл кран и,  повизгивая, смочил славянский профиль.

 

- Восхитительно, упоительно и весьма пользительно, - словарный запас был, как всегда, необъятен.

 

Через пять минут на столе, придвинутом к окну, стояла большая кружка с растворимым кофе, тарелка с парой яичек, политых майонезом, и блюдце с молоком.

 

- Коти, прошу к столу, - Сергей Петрович изящным взмахом руки пригласил благородное животное.

 

Кот яростно мяукнул, пулей сиганул на стол и, стуча хвостом, приступил к завтраку.

 

- Фи, Коти. Соблюдай приличия.

 

Зверь допил молоко и устроился на подоконнике. Метрах в пяти, на освещенной солнцем скамейке сидела разноцветная кошка. Визуально, с большим процентом вероятности, Сергей Петрович определил, что кошка готовится стать матерью. Скорее всего, матерью-героиней.

 

- Обрати внимание, Коти. О чем она думала? Ни квартиры, ни работы, - классик немного помолчал, - ни мужа.

 

Огражденное от подобных проблем, путем хирургического вмешательства, животное согласно заурчало.

 

Сергей Петрович отнес грязную посуду в мойку, где ждали своего часа вчерашние тарелки, и в сопровождении Коти перешел в будуар.

 

Плотно задернув гардины и добившись столь необходимого интима, он подошел к рабочему столу и взял первый том собственных произведений. Пора, пора с высоты прожитых лет посмотреть на юношеские пробы пера. Подвергнуть их профессиональному, но благожелательному анализу. Пора погрузиться в столь дорогой сердцу мир вымышленных героев и событий.

 

В то утро, после здорового сна, на свежую голову, к Сергею Петровичу вернулись проблески сознания, и он, обращаясь к коту, выдал несколько здравых мыслей:

 

- А ведь, Коти, писалось же когда-то! И отсутствием фантазии не страдал. В те, не столь уж далекие годы считал себя Создателем. Да, именно так – с большой буквы. Какой же это кайф: нарисовать декорации, придумать героев, заставить их действовать согласно придуманному тобой плану. Иными словами – вдохнуть в них жизнь. А можно жизнь эту и отобрать в какой-нибудь завершающей трагической сцене – все в твоих руках. Ну, ты меня понимаешь!

 

А этот страх чистого листа, какое забытое и волнующее состояние – ведь ты еще не знаешь, как начать и чем закончить только что придуманную историю. Радость от удачной строки, от нужного слова…. Наконец, ни с чем не сравнимое удовлетворение, когда рассказ закончен и можно поставить точку.

 

И вот пришел Интернет, и что-то изменилось. Плюсы очевидны: если раньше тебя читали друзья и родственники, то теперь читателей тысячи. Но слеп тот, кто не видит минусы: возникает чувство, что многочисленные гости с нетерпением ждут твоих новых сочинений. Правда, в глубине души, время от времени, появляются сомнения. Ведь реальной обратной связи, как у “бумажных” писателей здесь, в Сети, практически нет.  За тебя не проголосуют рублем, тут все бесплатно. Возможно, прочтение заканчивается после первого же абзаца, и гость никогда больше не вернется на твою страничку. И вот, как альтернатива неизвестным читателям, в твоей жизни появляются сетевые друзья, единомышленники, коллеги-писатели. Они с завидным постоянством заходят в гости, пишут отзывы, а ты, как воспитанный человек, совершаешь ответные визиты. Возникает иллюзия востребованности. А тут еще рейтинги, статусы – нужно соответствовать.

Эх, да что там говорить, суета сует, и сейчас кайф получаешь совсем от другого.

 

Сергей Петрович с папкой в руках и с Коти подмышкой опустился в глубокое мягкое кресло и с благоговейным трепетом приготовился открыть первую страницу.

 

Прощальным взглядом окинул будуар, на мгновение задержался на  компьютере.… Итак! … и чуда не произошло.  Острейшее желание, так хорошо знакомое каждому наркоману, парализовало волю, и классик, дрожа от вожделения, метнулся к рабочему столу, а затем решительно открыл ноутбук. Кот, отчаянно пытающийся удержаться на распахнувшемся халате, негодующе мяукнул.

 

- Сережа, ну что же ты! Опять? – робкая попытка преодолеть ломку не увенчалась успехом.

 

Клятвы, уже в который раз данные самому себе, были немедленно забыты, и сочинитель ткнул заветную кнопку.

 

- Давай, - торопил потрескивающий агрегат Сергей Петрович. – Ну, давай быстрее!

 

Компьютер, подчиняясь хозяйским приказам, послушно щелкнул в последний раз и выкатил на монитор авторскую страничку.

 

С экрана на Сергея Петровича оценивающе смотрел серьезный мужчина с одухотворенным лицом. Фотосессия была осуществлена на лоне природы, и на снимке присутствовали высокие травы, белые березы и голубое небо. А именно, все то, что должно подчеркнуть статус и самобытность мастера словесности.

 

- Пресловутый игрушечный статус

- Поднимает жар тела на градус.

 

Как-то неожиданно вспомнилась рецензия одного из немногочисленных его критиков. К слову, пасквиль этот был немедленно удален, ведь рукой подонка водила обыкновенная зависть. Это очевидно!

 

Под снимком автор разместил собственную автобиографию, где с энциклопедическими подробностями изложил историю своей жизни. Ровно столько, чтобы читатель и не усомнился – все то, о чем идет речь в его произведениях, это сплав жизненного опыта и размышлений о смысле бытия,  проникновенный “мэссидж” человечеству. Истина в последней инстанции – и спорить нечего.

 

За биографией следовали тексты, числом превышающие пару сотен, выделенные в циклы и книги. Надо сказать, что львиная доля произведений отличалась удивительной краткостью – всего несколько строчек. Но каких! Мгновенная реакция на жизнь любимого сайта, мысли и образы, возникающие в собственной голове, невинные заимствования у таких же немногословных коллег. А что такого? Идея, как говорится, витала в воздухе. Правда, легкие угрызения совести вызывало причисление этих текстов к рассказам и новеллам. Но они были такими легкими, что можно и не обращать внимания.

 

Венчал авторскую страничку список избранных авторов. А имя им – легион. Список был настолько велик, что намного превосходил пространство, отведенное для собственных произведений.

 

Вчера, поздним вечером, Сергей Петрович осуществил плановую “монетизацию тщеславия” – разместил в анонсах произведений свой последний “рассказ” и со спокойным сердцем отошел ко сну. Ну а сегодня следует поискать собственный опус где-нибудь на вершине рейтинга. Он кликнул главную страничку портала, но собственную фамилию на искомом месте не обнаружил.

 

- Не понял! – автор еще раз с изумлением прочесал глазами страничку. – Где же вы, други? Где столь ожидаемые рецензии от верных соратников? Как тебе это нравится, Коти?

 

Зверь, удобно устроившийся рядом с компьютером, сочувственно засопел.

 

- Ладно, посмотрим, кто у нас в лидерах, - Сергей Петрович кликнул незнакомую фамилию.

 

С экрана на него смотрела привлекательная женщина бальзаковского возраста. Высокую шею писательницы украшал воздушный платок синего цвета. Сергей Петрович открыл произведение и скосил правый глаз на бегунок. Бегунок - крохотный, а это означало, что текст, с которым предстояло ознакомиться, состоял, как минимум, из десятка страниц. К такой тяжелой работе сочинитель был явно не готов и быстро прокрутил рассказ до конца, туда, поближе к рецензиям.

 

Автором последнего отзыва, к негодованию классика, являлся его верный соратник - Игорь Игоревич.

 

- Нет, ну вы посмотрите на него. Игорек, ты уже и здесь отметился. Ренегат! За синий платочек строчит пулеметчик.

 

Рецензия соратника отличалась краткостью – “Талантливо! С теплом! Игорь”.

 

- Брат, а ты хоть до конца прочитал? Уверен, что нет, - Сергей Петрович саркастически улыбнулся. – Но вкус твой уважаю.

 

Он внимательно рассмотрел фотографию незнакомки, а затем со скоростью автомата Калашникова отбил собственную рецензию:

 

 - Гениально! Рад знакомству! Сергей.

 

Немного подумал и внес фамилию сочинительницы в список избранных авторов.

 

- Все это хорошо, но нужно исправлять ситуацию. Немедленно и решительно.

 

Сергей Петрович оценивающе просмотрел список верных соратников, отобрал пару десятков фамилий и ников и приступил к работе. В течение десяти минут он открывал странички избранных, находил неохваченные собственными отзывами произведения и печатал многократно проверенные жизнью слова: “трогательно”, “живо”, “увлекательно”, “интересно” и другие, хоть немного соответствующие содержанию наречия.

 

Через полчаса ситуация была взята под контроль, и его последний “рассказ” стал быстро подниматься к вершине рейтинга. Избранные не подкачали -  ответные рецензии не заставили себя долго ждать. Ожил счетчик гостей, замелькали циферки, порой это напоминало секундный таймер какого-то спортивного состязания. По прошествии часа классик находился на положенном ему первом месте.

 

Косяком пошел неизвестный читатель, и это знаменательное событие начало немного кружить голову. Ну а когда на страничке появились рецензии от еще неизвестных ему, но “разбирающихся в настоящей литературе” авторов, случилось собственно то, ради чего он много и плодотворно работал в последнее время.…

 

О, это упоительное состояние – вне времени, вне пространства, так хорошо знакомое “специалистам” по расширению границ сознания. Ты воспаряешь над землей, переносишься в другие миры, на бешеной скорости, без тормозов…. Больше нет проблем, нет нерешенных вопросов – все ясно, понятно, определенно. Ты – Гуру, ты – избранный и выбрали тебя благодарные современники.

 

Не беда, что есть побочные эффекты: какие-то странные видения – оскаленная морда голодного кота, человеческие голоса в пустой квартире, резкий неприятный запах. Долгожданная эйфория вновь обернет тебя нежным коконом, раскрасит в удивительные цвета призрачные стены  твоего воздушного замка. Сегодня уже нет сил, а вот завтра – за работу. Люди ждут! Ты, Коти, еще увидишь, на что я способен. Ты веришь мне?

 

Ты осел, Серега! – откуда-то сверху донесся раздраженный мяукающий голос. – Уймись, наконец!

 

Сергей Петрович вздрогнул, открыл глаза и увидел перед собой погасший экран ноутбука. По панели, затекая между замусоленными клавишами, расползалась едко пахнущая желтоватая лужица. В недрах компьютера раздавалось громкое потрескивание, а из всех щелей сочились тоненькие струйки дыма. Коти на привычном месте почему-то отсутствовал.

 


© Copyright: Владимир Гурьев, 2012

Регистрационный номер №0033755

от 10 марта 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0033755 выдан для произведения:

 

 

Тонкий солнечный лучик проник сквозь неплотно закрытые гардины и остановился на широком челе Сергея Петровича. Его веки чуть дрогнули: писатель выбрался из ласковых объятий Морфея, но открыть очи не возжелал. Минутка-другая необходима для постепенного возвращения в этот жестокий и неблагодарный мир.

 

Лощеный черный котяра думал иначе, и ждать не собирался. Зверь прыгнул на неподвижное тело и принялся старательно топтать писательскую грудь. Живой классик и маститый сочинитель в последний раз лениво потянулся и открыл глаза.

 

- Ты, животное, Коти!

 

Несколько лет назад, когда в квартире появилось это благородное млекопитающее, Сергей Петрович изрядно намучался, пытаясь выбрать имя своему новому соседу. Имя должно быть благозвучным и малораспространенным. Три дня ушло на раздумья, но ничего достойного так в голову и не пришло. Три дня - это крайний срок, который мог себе позволить такой занятой человек, как Сергей Петрович, а, поэтому, кот так и остался без имени. Животное откликалось на слова: кот, котик, и,

в последствии, это трансформировалось в имя “Коти” с ударением на “и”. Так, знаете ли, на французский манер.

 

Сергей  Петрович тонкой писательской дланью смахнул Коти на пол и сел в постели. Настроение было отличное и стоило подумать, как с пользой провести утренние часы выходного дня. Те самые три-четыре часа, которые он мог выкроить, освободившись от беззаветного служения искусству. Можно сразу, после завтрака, сесть за  клавиатуру и подарить человечеству еще один шедевр, однако, нужно когда-то и отдыхать.

 

- А что, если насладиться классической литературой? Их есть у меня.

 

Взгляд Сергея Петровича скользнул по трем, скромных размеров, полкам, где ровными рядами выстроились книги в твердых переплетах с золотым тиснением, но писатель с негодованием отверг этот вариант. Есть кое-что получше! На рабочем столе аккуратной стопочкой лежали пять пухлых томов с его собственными произведениями. Пять папок из натуральной кожи с распечатанными на принтере текстами. Драгоценные камни должны быть в дорогой оправе. Но это чуть позднее, к интеллектуальному оргазму следует подойти, не торопясь, наслаждаясь, так сказать, прелюдией.

 

Сергей Петрович обул тапки, накинул темно-синий заношенный халат и встал на Великий Путь Золотого Треугольника: компьютер – санузел – кухня.  Так, чайник на газ, в холодильник - за молоком для Коти, пусть немного погреется. Ну а теперь самое время перейти к утреннему омовению. Сергей Петрович открыл кран и,  повизгивая, смочил славянский профиль.

 

- Восхитительно, упоительно и весьма пользительно, - словарный запас был, как всегда, необъятен.

 

Через пять минут на столе, придвинутом к окну, стояла большая кружка с растворимым кофе, тарелка с парой яичек, политых майонезом, и блюдце с молоком.

 

- Коти, прошу к столу, - Сергей Петрович изящным взмахом руки пригласил благородное животное.

 

Кот яростно мяукнул, пулей сиганул на стол и, стуча хвостом, приступил к завтраку.

 

- Фи, Коти. Соблюдай приличия.

 

Зверь допил молоко и устроился на подоконнике. Метрах в пяти, на освещенной солнцем скамейке сидела разноцветная кошка. Визуально, с большим процентом вероятности, Сергей Петрович определил, что кошка готовится стать матерью. Скорее всего, матерью-героиней.

 

- Обрати внимание, Коти. О чем она думала? Ни квартиры, ни работы, - классик немного помолчал, - ни мужа.

 

Огражденное от подобных проблем, путем хирургического вмешательства, животное согласно заурчало.

 

Сергей Петрович отнес грязную посуду в мойку, где ждали своего часа вчерашние тарелки, и в сопровождении Коти перешел в будуар.

 

Плотно задернув гардины и добившись столь необходимого интима, он подошел к рабочему столу и взял первый том собственных произведений. Пора, пора с высоты прожитых лет посмотреть на юношеские пробы пера. Подвергнуть их профессиональному, но благожелательному анализу. Пора погрузиться в столь дорогой сердцу мир вымышленных героев и событий.

 

В то утро, после здорового сна, на свежую голову, к Сергею Петровичу вернулись проблески сознания, и он, обращаясь к коту, выдал несколько здравых мыслей:

 

- А ведь, Коти, писалось же когда-то! И отсутствием фантазии не страдал. В те, не столь уж далекие годы считал себя Создателем. Да, именно так – с большой буквы. Какой же это кайф: нарисовать декорации, придумать героев, заставить их действовать согласно придуманному тобой плану. Иными словами – вдохнуть в них жизнь. А можно жизнь эту и отобрать в какой-нибудь завершающей трагической сцене – все в твоих руках. Ну, ты меня понимаешь!

 

А этот страх чистого листа, какое забытое и волнующее состояние – ведь ты еще не знаешь, как начать и чем закончить только что придуманную историю. Радость от удачной строки, от нужного слова…. Наконец, ни с чем не сравнимое удовлетворение, когда рассказ закончен и можно поставить точку.

 

И вот пришел Интернет, и что-то изменилось. Плюсы очевидны: если раньше тебя читали друзья и родственники, то теперь читателей тысячи. Но слеп тот, кто не видит минусы: возникает чувство, что многочисленные гости с нетерпением ждут твоих новых сочинений. Правда, в глубине души, время от времени, появляются сомнения. Ведь реальной обратной связи, как у “бумажных” писателей здесь, в Сети, практически нет.  За тебя не проголосуют рублем, тут все бесплатно. Возможно, прочтение заканчивается после первого же абзаца, и гость никогда больше не вернется на твою страничку. И вот, как альтернатива неизвестным читателям, в твоей жизни появляются сетевые друзья, единомышленники, коллеги-писатели. Они с завидным постоянством заходят в гости, пишут отзывы, а ты, как воспитанный человек, совершаешь ответные визиты. Возникает иллюзия востребованности. А тут еще рейтинги, статусы – нужно соответствовать.

Эх, да что там говорить, суета сует, и сейчас кайф получаешь совсем от другого.

 

Сергей Петрович с папкой в руках и с Коти подмышкой опустился в глубокое мягкое кресло и с благоговейным трепетом приготовился открыть первую страницу.

 

Прощальным взглядом окинул будуар, на мгновение задержался на  компьютере.… Итак! … и чуда не произошло.  Острейшее желание, так хорошо знакомое каждому наркоману, парализовало волю, и классик, дрожа от вожделения, метнулся к рабочему столу, а затем решительно открыл ноутбук. Кот, отчаянно пытающийся удержаться на распахнувшемся халате, негодующе мяукнул.

 

- Сережа, ну что же ты! Опять? – робкая попытка преодолеть ломку не увенчалась успехом.

 

Клятвы, уже в который раз данные самому себе, были немедленно забыты, и сочинитель ткнул заветную кнопку.

 

- Давай, - торопил потрескивающий агрегат Сергей Петрович. – Ну, давай быстрее!

 

Компьютер, подчиняясь хозяйским приказам, послушно щелкнул в последний раз и выкатил на монитор авторскую страничку.

 

С экрана на Сергея Петровича оценивающе смотрел серьезный мужчина с одухотворенным лицом. Фотосессия была осуществлена на лоне природы, и на снимке присутствовали высокие травы, белые березы и голубое небо. А именно, все то, что должно подчеркнуть статус и самобытность мастера словесности.

 

- Пресловутый игрушечный статус

- Поднимает жар тела на градус.

 

Как-то неожиданно вспомнилась рецензия одного из немногочисленных его критиков. К слову, пасквиль этот был немедленно удален, ведь рукой подонка водила обыкновенная зависть. Это очевидно!

 

Под снимком автор разместил собственную автобиографию, где с энциклопедическими подробностями изложил историю своей жизни. Ровно столько, чтобы читатель и не усомнился – все то, о чем идет речь в его произведениях, это сплав жизненного опыта и размышлений о смысле бытия,  проникновенный “мэссидж” человечеству. Истина в последней инстанции – и спорить нечего.

 

За биографией следовали тексты, числом превышающие пару сотен, выделенные в циклы и книги. Надо сказать, что львиная доля произведений отличалась удивительной краткостью – всего несколько строчек. Но каких! Мгновенная реакция на жизнь любимого сайта, мысли и образы, возникающие в собственной голове, невинные заимствования у таких же немногословных коллег. А что такого? Идея, как говорится, витала в воздухе. Правда, легкие угрызения совести вызывало причисление этих текстов к рассказам и новеллам. Но они были такими легкими, что можно и не обращать внимания.

 

Венчал авторскую страничку список избранных авторов. А имя им – легион. Список был настолько велик, что намного превосходил пространство, отведенное для собственных произведений.

 

Вчера, поздним вечером, Сергей Петрович осуществил плановую “монетизацию тщеславия” – разместил в анонсах произведений свой последний “рассказ” и со спокойным сердцем отошел ко сну. Ну а сегодня следует поискать собственный опус где-нибудь на вершине рейтинга. Он кликнул главную страничку портала, но собственную фамилию на искомом месте не обнаружил.

 

- Не понял! – автор еще раз с изумлением прочесал глазами страничку. – Где же вы, други? Где столь ожидаемые рецензии от верных соратников? Как тебе это нравится, Коти?

 

Зверь, удобно устроившийся рядом с компьютером, сочувственно засопел.

 

- Ладно, посмотрим, кто у нас в лидерах, - Сергей Петрович кликнул незнакомую фамилию.

 

С экрана на него смотрела привлекательная женщина бальзаковского возраста. Высокую шею писательницы украшал воздушный платок синего цвета. Сергей Петрович открыл произведение и скосил правый глаз на бегунок. Бегунок - крохотный, а это означало, что текст, с которым предстояло ознакомиться, состоял, как минимум, из десятка страниц. К такой тяжелой работе сочинитель был явно не готов и быстро прокрутил рассказ до конца, туда, поближе к рецензиям.

 

Автором последнего отзыва, к негодованию классика, являлся его верный соратник - Игорь Игоревич.

 

- Нет, ну вы посмотрите на него. Игорек, ты уже и здесь отметился. Ренегат! За синий платочек строчит пулеметчик.

 

Рецензия соратника отличалась краткостью – “Талантливо! С теплом! Игорь”.

 

- Брат, а ты хоть до конца прочитал? Уверен, что нет, - Сергей Петрович саркастически улыбнулся. – Но вкус твой уважаю.

 

Он внимательно рассмотрел фотографию незнакомки, а затем со скоростью автомата Калашникова отбил собственную рецензию:

 

 - Гениально! Рад знакомству! Сергей.

 

Немного подумал и внес фамилию сочинительницы в список избранных авторов.

 

- Все это хорошо, но нужно исправлять ситуацию. Немедленно и решительно.

 

Сергей Петрович оценивающе просмотрел список верных соратников, отобрал пару десятков фамилий и ников и приступил к работе. В течение десяти минут он открывал странички избранных, находил неохваченные собственными отзывами произведения и печатал многократно проверенные жизнью слова: “трогательно”, “живо”, “увлекательно”, “интересно” и другие, хоть немного соответствующие содержанию наречия.

 

Через полчаса ситуация была взята под контроль, и его последний “рассказ” стал быстро подниматься к вершине рейтинга. Избранные не подкачали -  ответные рецензии не заставили себя долго ждать. Ожил счетчик гостей, замелькали циферки, порой это напоминало секундный таймер какого-то спортивного состязания. По прошествии часа классик находился на положенном ему первом месте.

 

Косяком пошел неизвестный читатель, и это знаменательное событие начало немного кружить голову. Ну а когда на страничке появились рецензии от еще неизвестных ему, но “разбирающихся в настоящей литературе” авторов, случилось собственно то, ради чего он много и плодотворно работал в последнее время.…

 

О, это упоительное состояние – вне времени, вне пространства, так хорошо знакомое “специалистам” по расширению границ сознания. Ты воспаряешь над землей, переносишься в другие миры, на бешеной скорости, без тормозов…. Больше нет проблем, нет нерешенных вопросов – все ясно, понятно, определенно. Ты – Гуру, ты – избранный и выбрали тебя благодарные современники.

 

Не беда, что есть побочные эффекты: какие-то странные видения – оскаленная морда голодного кота, человеческие голоса в пустой квартире, резкий неприятный запах. Долгожданная эйфория вновь обернет тебя нежным коконом, раскрасит в удивительные цвета призрачные стены  твоего воздушного замка. Сегодня уже нет сил, а вот завтра – за работу. Люди ждут! Ты, Коти, еще увидишь, на что я способен. Ты веришь мне?

 

Ты осел, Серега! – откуда-то сверху донесся раздраженный мяукающий голос. – Уймись, наконец!

 

Сергей Петрович вздрогнул, открыл глаза и увидел перед собой погасший экран ноутбука. По панели, затекая между замусоленными клавишами, расползалась едко пахнущая желтоватая лужица. В недрах компьютера раздавалось громкое потрескивание, а из всех щелей сочились тоненькие струйки дыма. Коти на привычном месте почему-то отсутствовал.

 


Рейтинг: 0 356 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
93
80
75
75
70
64
63
58
57
56
54
54
52
52
51
51
49
49
48
48
47
47
47
44
43
42
Лесное озеро 4 августа 2017 (Тая Кузмина)
40
36
35
30