ГлавнаяВся прозаМалые формыНовеллы → ВОРЫ И... КАПУСТА.

 

ВОРЫ И... КАПУСТА.

3 августа 2013 - Матвей Тукалевский
article151085.jpg

 

…Наверное, каждый знает, что  Республика Коми, кроме нефти и газа, славится ещё и лагерями. Да не пионерскими, а ИТП, как их называют официально. То есть исправительно-трудовыми предприятиями. Поэтому и в нашем таёжном городке Вуктыл, что  построили на высоком берегу древней реки Печора методом всесоюзной ударной стройки тысячи добровольцев из разных уголков нашей, тогда ещё необъятной Родины – СССР, бывшие ЗК, иначе говоря, заключенные, были не редкость.

…Вот отбывал очередной срок какой-нибудь бедолага и выпускали его на свободу со справкой об освобождении в кармане и с невеликой суммой, которая накопилась у него на персональном счёте за адову его работу на лесоповале. Невеликая сумма, потому что после всех вычетов и зачётов;  государству, потерпевшим и другим его «кредиторам», у него оставались средства, разве что,  только на билет в общем вагоне, чтобы доехать до места своего жительства. Где, впрочем, его вряд ли кто уже ждал…

Но на Вуктыле поездов нет. Вуктыл – островок в безбрежном море Коми тайги. Чтобы уехать на Большую землю, например, в ближайший город Ухта, где была железнодорожная станция, надо было либо улететь на самолёте, либо напроситься к какому-то водиле – дальнобойщику в кабину…

…Но немногие находили в себе силы, чтобы это проделать. Дух свободы кружил голову, а смятые денежные купюры так и просились обменять их на водочку. Сразу находились собутыльники – друзья на одну выпивку - и пошло – поехало…

Через несколько дней освободившийся приходил в себя с головной болью и совершенно пустыми карманами. На что ехать к месту назначения? Вот и застревал он в Вуктыле, либо пытаясь подработать, либо сваливаясь в привычный для него треугольник:  «украл – выпил – в тюрьму»…

 

…Но хоть ЗК было полным-полно в нашем трудовом городке, а тон у нас в городе задавали  не они, а строители добровольцы ударной всесоюзной стройки, приехавшие сюда не в наручниках, а по зову сердца «за туманом и за запахом тайги»!

Так и существовали в двух параллельных мирах: мир добровольцев-строителей и воровской мир.

Вот о двух встречах с воровской братией, я и хочу рассказать здесь…

 

…В этот день я опоздал к обеду. Жена, уже одетая, стоя в дверях, проинструктировала меня:

- Борщ - в духовке, второе - на плите…  Кушайте! Я побежала!

Потом призадержалась и спросила:

- А деньги-то тебе передали?!

Я, уже предвосхищающий поедание любимого блюда – борща, механически ответил:

- Да… Спасибо…

И тут же встрепенулся:

- Какие деньги? Кто передал?

- Ну, кто - не знаю! Кого ты прислал! Я его фамилию не спросила! Прибежал и говорит: «Галина Ивановна! Матвей Игоревич просит Вас передать ему 10 рублей!»

Я обалдело уставился на жену:

- Я просил?! 10 рублей?! Что за бред?!

- Не знаю: бред, не бред, но деньги я ему дала для тебя!..

Внезапно до меня дошла подоплёка происшедшего и я захихикал:

- Ну ты и наивняк!

- Почему это – «наивняк»! – обиженно воскликнула жена, уже чуя подвох.

- Эх ты! Простофи-и-и-и-ля! – протянул я насмешливо, - тебя какие-то БОМЖи  раскололи на водку!

Жена всплеснула руками:

- Да не может такого быть! Ты что, никого не присылал?! – она растерянно смотрела на меня и вдруг оживилась:

- Ты, наверное, забыл! Ведь он нас с тобой по имени отчеству называл! Откуда же он знает наши имена?!

Я на секунду задумался и вдруг меня осенило. Я мимо жены вышел на лестничную площадку и, потянув жену за собой, прикрыл дверь в нашу квартиру и показал ей на табличку на двери, которую к моему последнему дню рождения подарил наш родственник с золотыми руками – Степан Иванович.

На медной отполированной до зеркального блеска табличке в квадратике красивого затейливого орнамента, каллиграфическим почерком Степана было выгравировано:

«Матвей Игоревич и Галина Ивановна Тукалевские»

Мы посмотрели на эту табличку, которую по моей просьбе выгравировал Степан, потом глянули друг на друга и прыснули.

Жена, как любая женщина, немедленно сделала меня «крайним»:

- Это тебе плата за твоё тщеславие!

Засмеялась довольно и заторопилась:

Ой! Я опаздываю! Ну, я побежала…

…Я ещё некоторое время постоял задумчиво на площадке и посозерцал претенциозную табличку. Потом, пошёл обедать, попутно подумав:

«Хорошо, что этот Остап Бендер местного розлива, не попросил Галину дать ему пятьдесят рублей! Или все сто! Она бы со своей доверчивостью и сто дала! Всё ж мужик имеет совесть, - не заломил!»(*)

 

Второй раз с местным криминалом я встретился так:

Прибежал однажды, опять-таки, на обед  домой и, пытаясь вставить ключ в замочную скважину, вдруг увидел, что замок «с мясом» вывернут из двери, а дверная рама расщеплена.

«Неужто, пацаны опять ключ потеряли?!» - обеспокоенно подумал я. «Да нет! Они бы мне на работу позвонили и не стали бы дверь выбивать так грубо!»

Я толкнул покалеченную дверь и вошёл в дом:

- Эй! Кто живой есть?! – крикнул я в надежде услышать ребячьи голоса. Ответом мне была тишина. Я снял верхнюю обувь и хотел одеть домашние тапочки, но их на обычном месте не нашёл. Зато с удивлением увидел под вешалкой какие-то незнакомые мне растоптанные ботинки.

Одев запасные «гостевые» тапочки, я прошёл в гостиную и остолбенел.

На диване спал, сладко похрапывая, какой-то тип в грязной телогрейке и  с моими тапочками на ногах. Он с вожделением обхватывал руками угол настенного ковра, когда-то висевшего над диваном, а ныне полуснятого со стены.

Глядя на этот бедлам и на незнакомца, похрапывающего и распространяющего ядрёный «аромат» алкоголя, я понял что произошло.

Видимо, этот «гангстер»  решив «заработать»,   вышиб ногой входную дверь и, оглядевшись,  решил спереть ковёр.

…Надо отметить, что ковёр был большой и в то время, о котором я пишу, это был дефицит. Ковры распределяли только передовикам производства, как стимул для  ударной работы и стоил он две-три средней зарплаты по стране. Так что «улов» этого вора-неудачника был бы приличным, если бы…

Если бы его не подвела выпитая водка! Снимая ковёр, он, видимо, упал и заснул пьяным сном…

…Я решил пробудить этого горемыку. Но сколько я ни тер ему уши, сколь ни тягал его, сколь ни брызгал на него водой  и сколь ни тормошил, всё  было бесполезно. Он спал как убитый и не реагировал ни на что. Это меня страшно возмутило,  я позвонил в отдел милиции, и приехавший наряд увёз всё так же бесчувственного вора ковров, с тела которого я успел, таки, в последний момент, сдернуть мои любимые тапочки и кинуть за ним в «воронок» его ботинки…

 

…Вечером, когда уже была надежно отремонтирована дверь и закреплён на прежнем месте ковёр, жена, хлопоча по кухне, вдруг остановилась и присела у стола:

- Слушай! Давай не будем на него писать заявление! – сказала она, просящее глядя на меня.

- С чего это? – удивился я.

- Да, понимаешь… - жена замялась – видно человек он неплохой… был… Просто опустился  от этой проклятой водки… Вот смотри, мертвецки пьяный был, а ботинки грязные снял, таки! Значит, привык ценить труд женский…

И уже убеждённо заключила:

- Нет-нет! Он – человек неплохой! Ты на него заявление не пиши!..

 

 

…Много лет прошло с тех памятных времён. Когда на 10 рублей можно было пообедать втроём в кафе.

Когда входные двери были из простой древесно-стружечной плиты и не напоминали, как сейчас, двери банковских хранилищ.

Когда люди были и проще, и добрее. И пытались скорее понять и простить оступившегося, чем забить его каменьями. Когда воры были… примитивными. И ещё не воровали миллиардами...

Когда воры ещё так не обнаглели, чтобы приезжать в Генпрокуратуру на допрос на лимузине и с собственной охраной.  И не требовали снять с себя домашний арест, который мешает фитнес процедурам и визитам к личной маникюрше и массажисту.

Те воры, из далёкого прошлого, о которых я упомянул, кажутся ныне просто ангелами, против нынешних воров-вампиров и беспредельщиков.

Аминь!

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

Да!

Спросит внимательный читатель: «А где же в этом рассказе обещанная в заголовке капуста?!»

Отвечу ему честно:

«Дорогой мой, любезный моему сердцу, внимательный и доброжелательный мой читатель! Каюсь! Нет в этом рассказе ни слова о капусте! Это я такую завлекалочку сделал для тебя! Ты уж не обессудь! И не бросай в меня каменья!

Ты же не бросаешь их в тех, кто тебе обещал, разрушая КПСС и СССР,  20-ть последних лет, что ты заживёшь лучше?!

Ты же не требуешь с «Господина Ваучера», который лосниться от жира, который,  как вампир, высосал измиллионов советских людей,  твои «две «Волги»?!

Ты же не требуешь с нашего постоянноизбираемого Президента выполнения его многочисленных обещаний?! Его обещанной бесплатной медицины, бесплатного образования для твоих детей и внуков, честных судебных разбирательств и закона «одного для всех», в том числе и для богачей?!

Ты не потребуешь, чтобы посадили проворовавшегося министра и его Пассию. И не выйдешь на демонстрацию. Ты, которого обещали крикуны катастройки, оплаченные щедро заокеанскими «заклятыми друзьями» России, «освободить от коммунистического рабства», стал ещё большим ныне рабом.

Ты только вздохнёшь устало и…промолчишь!

Так что, мой беззлобный обман с капустой – просто шутка.

Улыбки твоей ради…

Которая на твоём добром лице в последние годы появляется всё реже!

Поводов нет…"

Питер.Август 2013г.

 

-----------------------------------------------------------------------------

(*) В то время, о котором идёт речь в повествовании (1973г.), на 10 рублей можно было втроём пообедать. А бутылка водки стоила знаменитые 3 руб.86 коп.

© Copyright: Матвей Тукалевский, 2013

Регистрационный номер №0151085

от 3 августа 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0151085 выдан для произведения:

 

…Наверное, каждый знает, что  Республика Коми, кроме нефти и газа, славится ещё и лагерями. Да не пионерскими, а ИТП, как их называют официально. То есть исправительно-трудовыми предприятиями. Поэтому и в нашем таёжном городке Вуктыл, что  построили на высоком берегу древней реки Печора методом всесоюзной ударной стройки тысячи добровольцев из разных уголков нашей, тогда ещё необъятной Родины – СССР, бывшие ЗК, иначе говоря, заключенные, были не редкость.

…Вот отбывал очередной срок какой-нибудь бедолага и выпускали его на свободу со справкой об освобождении в кармане и с невеликой суммой, которая накопилась у него на персональном счёте за адову его работу на лесоповале. Невеликая сумма, потому что после всех вычетов и зачётов;  государству, потерпевшим и другим его «кредиторам», у него оставались средства, разве что,  только на билет в общем вагоне, чтобы доехать до места своего жительства. Где, впрочем, его вряд ли кто уже ждал…

Но на Вуктыле поездов нет. Вуктыл – островок в безбрежном море Коми тайги. Чтобы уехать на Большую землю, например, в ближайший город Ухта, где была железнодорожная станция, надо было либо улететь на самолёте, либо напроситься к какому-то водиле – дальнобойщику в кабину…

…Но немногие находили в себе силы, чтобы это проделать. Дух свободы кружил голову, а смятые денежные купюры так и просились обменять их на водочку. Сразу находились собутыльники – друзья на одну выпивку - и пошло – поехало…

Через несколько дней освободившийся приходил в себя с головной болью и совершенно пустыми карманами. На что ехать к месту назначения? Вот и застревал он в Вуктыле, либо пытаясь подработать, либо сваливаясь в привычный для него треугольник:  «украл – выпил – в тюрьму»…

 

…Но хоть ЗК было полным-полно в нашем трудовом городке, а тон у нас в городе задавали  не они, а строители добровольцы ударной всесоюзной стройки, приехавшие сюда не в наручниках, а по зову сердца «за туманом и за запахом тайги»!

Так и существовали в двух параллельных мирах: мир добровольцев-строителей и воровской мир.

Вот о двух встречах с воровской братией, я и хочу рассказать здесь…

 

…В этот день я опоздал к обеду. Жена, уже одетая, стоя в дверях, проинструктировала меня:

- Борщ - в духовке, второе - на плите…  Кушайте! Я побежала!

Потом призадержалась и спросила:

- А деньги-то тебе передали?!

Я, уже предвосхищающий поедание любимого блюда – борща, механически ответил:

- Да… Спасибо…

И тут же встрепенулся:

- Какие деньги? Кто передал?

- Ну, кто - не знаю! Кого ты прислал! Я его фамилию не спросила! Прибежал и говорит: «Галина Ивановна! Матвей Игоревич просит Вас передать ему 10 рублей!»

Я обалдело уставился на жену:

- Я просил?! 10 рублей?! Что за бред?!

- Не знаю: бред, не бред, но деньги я ему дала для тебя!..

Внезапно до меня дошла подоплёка происшедшего и я захихикал:

- Ну ты и наивняк!

- Почему это – «наивняк»! – обиженно воскликнула жена, уже чуя подвох.

- Эх ты! Простофи-и-и-и-ля! – протянул я насмешливо, - тебя какие-то БОМЖи  раскололи на водку!

Жена всплеснула руками:

- Да не может такого быть! Ты что, никого не присылал?! – она растерянно смотрела на меня и вдруг оживилась:

- Ты, наверное, забыл! Ведь он нас с тобой по имени отчеству называл! Откуда же он знает наши имена?!

Я на секунду задумался и вдруг меня осенило. Я мимо жены вышел на лестничную площадку и, потянув жену за собой, прикрыл дверь в нашу квартиру и показал ей на табличку на двери, которую к моему последнему дню рождения подарил наш родственник с золотыми руками – Степан Иванович.

На медной отполированной до зеркального блеска табличке в квадратике красивого затейливого орнамента, каллиграфическим почерком Степана было выгравировано:

«Матвей Игоревич и Галина Ивановна Тукалевские»

Мы посмотрели на эту табличку, которую по моей просьбе выгравировал Степан, потом глянули друг на друга и прыснули.

Жена, как любая женщина, немедленно сделала меня «крайним»:

- Это тебе плата за твоё тщеславие!

Засмеялась довольно и заторопилась:

Ой! Я опаздываю! Ну, я побежала…

…Я ещё некоторое время постоял задумчиво на площадке и посозерцал претенциозную табличку. Потом, пошёл обедать, попутно подумав:

«Хорошо, что этот Остап Бендер местного розлива, не попросил Галину дать ему пятьдесят рублей! Или все сто! Она бы со своей доверчивостью и сто дала! Всё ж мужик имеет совесть, - не заломил!»(*)

 

Второй раз с местным криминалом я встретился так:

Прибежал однажды, опять-таки, на обед  домой и, пытаясь вставить ключ в замочную скважину, вдруг увидел, что замок «с мясом» вывернут из двери, а дверная рама расщеплена.

«Неужто, пацаны опять ключ потеряли?!» - обеспокоенно подумал я. «Да нет! Они бы мне на работу позвонили и не стали бы дверь выбивать так грубо!»

Я толкнул покалеченную дверь и вошёл в дом:

- Эй! Кто живой есть?! – крикнул я в надежде услышать ребячьи голоса. Ответом мне была тишина. Я снял верхнюю обувь и хотел одеть домашние тапочки, но их на обычном месте не нашёл. Зато с удивлением увидел под вешалкой какие-то незнакомые мне растоптанные ботинки.

Одев запасные «гостевые» тапочки, я прошёл в гостиную и остолбенел.

На диване спал, сладко похрапывая, какой-то тип в грязной телогрейке и  с моими тапочками на ногах. Он с вожделением обхватывал руками угол настенного ковра, когда-то висевшего над диваном, а ныне полуснятого со стены.

Глядя на этот бедлам и на незнакомца, похрапывающего и распространяющего ядрёный «аромат» алкоголя, я понял что произошло.

Видимо, этот «гангстер»  решив «заработать»,   вышиб ногой входную дверь и, оглядевшись,  решил спереть ковёр.

…Надо отметить, что ковёр был большой и в то время, о котором я пишу, это был дефицит. Ковры распределяли только передовикам производства, как стимул для  ударной работы и стоил он две-три средней зарплаты по стране. Так что «улов» этого вора-неудачника был бы приличным, если бы…

Если бы его не подвела выпитая водка! Снимая ковёр, он, видимо, упал и заснул пьяным сном…

…Я решил пробудить этого горемыку. Но сколько я ни тер ему уши, сколь ни тягал его, сколь ни брызгал на него водой  и сколь ни тормошил, всё  было бесполезно. Он спал как убитый и не реагировал ни на что. Это меня страшно возмутило,  я позвонил в отдел милиции, и приехавший наряд увёз всё так же бесчувственного вора ковров, с тела которого я успел, таки, в последний момент, сдернуть мои любимые тапочки и кинуть за ним в «воронок» его ботинки…

 

…Вечером, когда уже была надежно отремонтирована дверь и закреплён на прежнем месте ковёр, жена, хлопоча по кухне, вдруг остановилась и присела у стола:

- Слушай! Давай не будем на него писать заявление! – сказала она, просящее глядя на меня.

- С чего это? – удивился я.

- Да, понимаешь… - жена замялась – видно человек он неплохой… был… Просто опустился  от этой проклятой водки… Вот смотри, мертвецки пьяный был, а ботинки грязные снял, таки! Значит, привык ценить труд женский…

И уже убеждённо заключила:

- Нет-нет! Он – человек неплохой! Ты на него заявление не пиши!..

 

 

…Много лет прошло с тех памятных времён. Когда на 10 рублей можно было пообедать втроём в кафе.

Когда входные двери были из простой древесно-стружечной плиты и не напоминали, как сейчас, двери банковских хранилищ.

Когда люди были и проще, и добрее. И пытались скорее понять и простить оступившегося, чем забить его каменьями. Когда воры были… примитивными. И ещё не воровали миллиардами...

Когда воры ещё так не обнаглели, чтобы приезжать в Генпрокуратуру на допрос на лимузине и с собственной охраной.  И не требовали снять с себя домашний арест, который мешает фитнес процедурам и визитам к личной маникюрше и массажисту.

Те воры, из далёкого прошлого, о которых я упомянул, кажутся ныне просто ангелами, против нынешних воров-вампиров и беспредельщиков.

Аминь!

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

Да!

Спросит внимательный читатель: «А где же в этом рассказе обещанная в заголовке капуста?!»

Отвечу ему честно:

«Дорогой мой, любезный моему сердцу, внимательный и доброжелательный мой читатель! Каюсь! Нет в этом рассказе ни слова о капусте! Это я такую завлекалочку сделал для тебя! Ты уж не обессудь! И не бросай в меня каменья!

Ты же не бросаешь их в тех, кто тебе обещал, разрушая КПСС и СССР,  20-ть последних лет, что ты заживёшь лучше?!

Ты же не требуешь с «Господина Ваучера», который лосниться от жира, который,  как вампир, высосал с миллионов советских людей,  твои «две «Волги»?!

Ты же не требуешь с нашего постоянноизбираемого Президента выполнения его многочисленных обещаний?! Его обещанной бесплатной медицины, бесплатного образования для твоих детей и внуков, честных судебных разбирательств и закона «одного для всех», в том числе и для богачей?!

Ты не потребуешь, чтобы посадили проворовавшегося министра и его Пассию. И не выйдешь на демонстрацию. Ты, которого обещали крикуны катастройки, оплаченные щедро заокеанскими «заклятыми друзьями» России, «освободить от коммунистического рабства», стал ещё большим ныне рабом.

Ты только вздохнёшь устало и…промолчишь!

Так что, мой беззлобный обман с капустой – просто шутка.

Улыбки твоей ради…

Которая на твоём добром лице в последние годы появляется всё реже!

Поводов нет…

-----------------------------------------------------------------------------

(*) В то время, о котором идёт речь в повествовании (1973г.), на 10 рублей можно было втроём пообедать. А бутылка водки стоил знаменитые 3 руб.86 коп.

Рейтинг: +4 295 просмотров
Комментарии (7)
Александр Киселев # 4 августа 2013 в 23:06 +1
Очень порадовал рассказ, особенно его заключительная часть) Пять плюс!)
Матвей Тукалевский # 9 августа 2013 в 21:40 0

Спасибо, Александр!
Приятно, черт возьми!
50ba589c42903ba3fa2d8601ad34ba1e

Галина Карташова # 8 августа 2013 в 20:57 0
"Когда деревья были большими...", а воры не были такими наглыми.
Прекрасный рассказ, Матвей! Вы очень светлый человек!


30
Матвей Тукалевский # 9 августа 2013 в 21:37 0

Спасибо, Галчонок!
rolf

Надежда Рыжих # 23 августа 2013 в 18:13 0
Правдивый и интересный рассказ
Матвей Тукалевский # 25 августа 2013 в 16:50 0

Спасибо, Надеждушка!
Рад визиту! rolf

0 # 3 сентября 2013 в 00:38 0
Хорошо пишите. Прочитал и всё сопоставил, что на 10 руб. тогда и что это сейчас на 1000 руб. Кушайте, господа, кушайте. Повеселили. Жить становится прекрасней.