ВОНА КАК ч. 4

article142326.jpg

 *****
   
      Когда докатилось известие о том, что какое-то там Временное правительство закончило в Питере свой короткий путь, Семка, ставший уже товарищем Зотовым, был избран в Совдеп и, возглавил его боевой отряд, совершил немало «подвигов» во славу трудового народа. Кому же, как не этому умельцу очищать чужие карманы и жилища, могли доверить столь высокий пост?

- Все понятно, Прохор Семенович? – Поинтересовался Архангелов. – Твой бедный родственник при большой власти оказался. Теперь Вы у него милости просить будете. А он, по родству, засунет тебя в какую-нибудь глушь без права возврата.
- Не зверь же? Добро мое помнить должен…
- Это, когда Вы его, с маманей,  спроваживали с глаз своих, дабы  не иметь в доме лишних ртов, учитывать надобно было. Сейчас же время собирать камни, как сказано в Святом Писании.
- Неужели,  отнимет, сучий сын, все, что долгими годами наживалось? – Простонал Прохор Семенович.
- Это – следующая картинка. – Заулыбался в ответ Архангелов. 

       Точно в назначенное время Прохор Семенович осторожно постучал костяшками пальцев в дубовую дверь, которая ранее вела  в приемную городского головы, а ныне отгораживала своей величавой массивностью все то, что должно было навалиться на него, как только ступит Прохор Семенович за порог,  твердо оберегаемый этой дубовой бездушностью.
- Входите! – Выстрелом прозвучал женский голос,  и перед бегающим взглядом Прохора Семеновича предстала важно восседавшая за большим столом,  крышка которого была обита зеленым сукном, маленькая женщина с не первой  свежести лицом, запакованная в хрустящую лаком черную кожаную куртку. – По вызову?!
        Танечка-Татьяна Степановна, неизменная спутница Зотова во всех его загулах и одновременно личный секретарь, величаво, насколько позволял ее невеликий росток, возвысилась над столом.
- Сами же… вчерась… изволили слышать… - Залепетал Прохор Семенович, ощущая себя лягушкой,  добровольно ползущей в пасть удаву.
- На что намекаем, гражданин?! – Татьяна Степановна произвела выстрел  убийственным дуплетом обеих глаз. – Где это я могла чего-то слышать?!
- Как же.. Вчерась… Вы же ужинали в моем заведении… - Продолжал обалдело лезть в пасть удаву Прохор Семенович.
- Шантаж?! -  Вдруг рыкнуло откуда-то сбоку. Тускневшему в полуобмороке взгляду Прохора Семеновича предстал наплывающий на него всей своей озлобленностью образ товарища Зотова. – Ты, нэпмановская морда,  зачем сюда явился?! Чистосердечно во всех своих деяниях сознаваться, или пытаться шантажировать обличенных властью народного государства сотрудников ЧеКа? Мы к тебе по-хорошему: зайди, Прохор Семенович, беседа есть. А ты?! Сыромятин! – Гаркунул куда-то в коридор Зотов. – Прихвати Дуболомова и заглянь ко мне! Дело есть!
          Спустя буквально несколько секунд в приемную товарища Зотова вломились два дюжих парня в косоворотках.
- Этот? – Ткнул толстой сарделькой указательного пальца в грудь  Прохора Семеновича один из прибывших.
- Этот. – Подтвердил товарищ Зотов. – Ставлю задачу! Контра! Доносил на честных трудящихся белогвардейцам, за что был особо отмечен их генералом. Нажил имущество на страданиях городских пролетариев и других трудящихся масс. На оформления раскаяния даю два часа! Татьяна Степановна все зафиксирует под роспись. Имущество припрятанное изымать буду сам. Уведите!
           Прохора Семеновича поволокли в какой-то подвал, где в глухой каморке имелись всего: маленький столик и приставленный к нему табурет.  Место за столиком заняла  личный секретарь, а Прохор Семенович был поставлен напротив нее, зажатый с двух сторон верзилами, своим видом обещавшими ему  долгую и мучительную процедуру исследования обмякшего его тела на сопротивляемость внешним воздействиям.

- Ты посмотри, что гады  делают! -  Простонал Прохор Семенович, словно его бестелесная виртуальность на себе ощутила «творческий подход к делу» двух верзил из ЧК, которые проявляли такую изощренность в  своем «творчестве», словно на «отлично» сдали выпускные экзамены в школе палачей матушки-инквизиции. 
- Такова суть того самого момента, когда никто становится всем сразу. Ему когда-то городовой кулаком в морду за его проделки, а теперь он все  муки ада другим преподносит, гордясь, что дорвался до власти и никем остановленным быть не может. Это – тот самый «пролетарий», который ничего, кроме тюремной камеры за собой никогда и не имел. Вышел, взял прохожего «на гоп-стоп»*, гульнул на всю широту своей серой душонки, снова в камеру на постой, к дружкам. При хорошем раскладе да при умении поставить себя в блатной среде, можно и в авторитеты вылезти. Тогда и в камере жизнь-малина. И начинают тебе бывшие твои уличные братки прислужничать, словно боярину какому. При «невезухе» останешься навсегда в «шестерках». Об тебя всякий ноги вытирать будет. А у тебя злость в душе возрастает: дождусь момента, покажу кому-то Кузькину мать! Эти двое и дождались… - Тут же выдал пояснение моменту Архангелов. – Все у тебя выгребет из тайников племянничек твой, а самого к азиатам на проживание сошлет. С пустыми карманами сошлет. А его сынок приемный, которого ему Татьяна из какого-то приюта выхлопочет с пояснениями, что явился товарищ Зотов прямым соучастником появления на свет этого лохматого пройдохи, унаследует затем  все, что папаша успеет «изъять» у 
Вас и иных лиц, которыми интересовалось местное ЧК и он сам в особенности. Желаете ознакомиться с подробностями? К Вашим услугам!
- А можно заглянуть в то время, когда со всем этим покончено будет? Продолжение этой картины у меня интереса не вызывает… Все из Ваших слов понял… Моя ниточка судьбы рвется… - Со вздохом прошептал Прохор Семенович.
- Не скажите, уважаемый Прохор Семенович! Не скажите! Покажу я Вам встречу ваших с товарищем Зотовым потомков. Интересная,  знаете ли, встреча. Даже того более, будете участником событий. Только сторонним. И без предъявления своей истинной сути посторонним. Инкогнито, как принято говорить. Согласны?
- Хотелось бы иметь такое удовольствие…
- Тогда, к делу!

© Copyright: Владимир Макарченко, 2013

Регистрационный номер №0142326

от 16 июня 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0142326 выдан для произведения:

 *****
   
      Когда докатилось известие о том, что какое-то там Временное правительство закончило в Питере свой короткий путь, Семка, ставший уже товарищем Зотовым, был избран в Совдеп и, возглавил его боевой отряд, совершил немало «подвигов» во славу трудового народа. Кому же, как не этому умельцу очищать чужие карманы и жилища, могли доверить столь высокий пост?

- Все понятно, Прохор Семенович? – Поинтересовался Архангелов. – Твой бедный родственник при большой власти оказался. Теперь Вы у него милости просить будете. А он, по родству, засунет тебя в какую-нибудь глушь без права возврата.
- Не зверь же? Добро мое помнить должен…
- Это, когда Вы его, с маманей,  спроваживали с глаз своих, дабы  не иметь в доме лишних ртов, учитывать надобно было. Сейчас же время собирать камни, как сказано в Святом Писании.
- Неужели,  отнимет, сучий сын, все, что долгими годами наживалось? – Простонал Прохор Семенович.
- Это – следующая картинка. – Заулыбался в ответ Архангелов. 

       Точно в назначенное время Прохор Семенович осторожно постучал костяшками пальцев в дубовую дверь, которая ранее вела  в приемную городского головы, а ныне отгораживала своей величавой массивностью все то, что должно было навалиться на него, как только ступит Прохор Семенович за порог,  твердо оберегаемый этой дубовой бездушностью.
- Входите! – Выстрелом прозвучал женский голос,  и перед бегающим взглядом Прохора Семеновича предстала важно восседавшая за большим столом,  крышка которого была обита зеленым сукном, маленькая женщина с не первой  свежести лицом, запакованная в хрустящую лаком черную кожаную куртку. – По вызову?!
        Танечка-Татьяна Степановна, неизменная спутница Зотова во всех его загулах и одновременно личный секретарь, величаво, насколько позволял ее невеликий росток, возвысилась над столом.
- Сами же… вчерась… изволили слышать… - Залепетал Прохор Семенович, ощущая себя лягушкой,  добровольно ползущей в пасть удаву.
- На что намекаем, гражданин?! – Татьяна Степановна произвела выстрел  убийственным дуплетом обеих глаз. – Где это я могла чего-то слышать?!
- Как же.. Вчерась… Вы же ужинали в моем заведении… - Продолжал обалдело лезть в пасть удаву Прохор Семенович.
- Шантаж?! -  Вдруг рыкнуло откуда-то сбоку. Тускневшему в полуобмороке взгляду Прохора Семеновича предстал наплывающий на него всей своей озлобленностью образ товарища Зотова. – Ты, нэпмановская морда,  зачем сюда явился?! Чистосердечно во всех своих деяниях сознаваться, или пытаться шантажировать обличенных властью народного государства сотрудников ЧеКа? Мы к тебе по-хорошему: зайди, Прохор Семенович, беседа есть. А ты?! Сыромятин! – Гаркунул куда-то в коридор Зотов. – Прихвати Дуболомова и заглянь ко мне! Дело есть!
          Спустя буквально несколько секунд в приемную товарища Зотова вломились два дюжих парня в косоворотках.
- Этот? – Ткнул толстой сарделькой указательного пальца в грудь  Прохора Семеновича один из прибывших.
- Этот. – Подтвердил товарищ Зотов. – Ставлю задачу! Контра! Доносил на честных трудящихся белогвардейцам, за что был особо отмечен их генералом. Нажил имущество на страданиях городских пролетариев и других трудящихся масс. На оформления раскаяния даю два часа! Татьяна Степановна все зафиксирует под роспись. Имущество припрятанное изымать буду сам. Уведите!
           Прохора Семеновича поволокли в какой-то подвал, где в глухой каморке имелись всего: маленький столик и приставленный к нему табурет.  Место за столиком заняла  личный секретарь, а Прохор Семенович был поставлен напротив нее, зажатый с двух сторон верзилами, своим видом обещавшими ему  долгую и мучительную процедуру исследования обмякшего его тела на сопротивляемость внешним воздействиям.

- Ты посмотри, что гады  делают! -  Простонал Прохор Семенович, словно его бестелесная виртуальность на себе ощутила «творческий подход к делу» двух верзил из ЧК, которые проявляли такую изощренность в  своем «творчестве», словно на «отлично» сдали выпускные экзамены в школе палачей матушки-инквизиции. 
- Такова суть того самого момента, когда никто становится всем сразу. Ему когда-то городовой кулаком в морду за его проделки, а теперь он все  муки ада другим преподносит, гордясь, что дорвался до власти и никем остановленным быть не может. Это – тот самый «пролетарий», который ничего, кроме тюремной камеры за собой никогда и не имел. Вышел, взял прохожего «на гоп-стоп»*, гульнул на всю широту своей серой душонки, снова в камеру на постой, к дружкам. При хорошем раскладе да при умении поставить себя в блатной среде, можно и в авторитеты вылезти. Тогда и в камере жизнь-малина. И начинают тебе бывшие твои уличные братки прислужничать, словно боярину какому. При «невезухе» останешься навсегда в «шестерках». Об тебя всякий ноги вытирать будет. А у тебя злость в душе возрастает: дождусь момента, покажу кому-то Кузькину мать! Эти двое и дождались… - Тут же выдал пояснение моменту Архангелов. – Все у тебя выгребет из тайников племянничек твой, а самого к азиатам на проживание сошлет. С пустыми карманами сошлет. А его сынок приемный, которого ему Татьяна из какого-то приюта выхлопочет с пояснениями, что явился товарищ Зотов прямым соучастником появления на свет этого лохматого пройдохи, унаследует затем  все, что папаша успеет «изъять» у 
Вас и иных лиц, которыми интересовалось местное ЧК и он сам в особенности. Желаете ознакомиться с подробностями? К Вашим услугам!
- А можно заглянуть в то время, когда со всем этим покончено будет? Продолжение этой картины у меня интереса не вызывает… Все из Ваших слов понял… Моя ниточка судьбы рвется… - Со вздохом прошептал Прохор Семенович.
- Не скажите, уважаемый Прохор Семенович! Не скажите! Покажу я Вам встречу ваших с товарищем Зотовым потомков. Интересная,  знаете ли, встреча. Даже того более, будете участником событий. Только сторонним. И без предъявления своей истинной сути посторонним. Инкогнито, как принято говорить. Согласны?
- Хотелось бы иметь такое удовольствие…
- Тогда, к делу!

Рейтинг: +2 262 просмотра
Комментарии (2)
alexandr # 19 июня 2013 в 12:49 0
big_smiles_138
Владимир Макарченко # 20 июня 2013 в 11:22 0
c0137

 

Популярная проза за месяц
158
В плену у моря... 28 августа 2017 (Анна Гирик)
137
129
116
109
109
Синее море 25 августа 2017 (Тая Кузмина)
104
Ловец жемчуга 28 августа 2017 (Тая Кузмина)
104
102
99
89
88
87
86
86
83
78
78
77
76
75
Только Ты! 17 сентября 2017 (Анна Гирик)
74
73
ПРИНЦ 29 августа 2017 (Елена Бурханова)
72
71
71
Песочный замок 6 сентября 2017 (Аида Бекеш)
69
67
64
63