ВОНА КАК ч.1

    

 

 Высокого роста мужчина в сером плаще и модной шляпе «котелке», прижимая к себе локтем изящную трость с ручкой-набалдашником, шагал по объятой ночной тенью улице. Редкие фонари пытались бороться с темнотой, но делали это настолько не успешно, что в трех шагах от них уже трудно было отличить предметы друг от друга. Прохожий негромко мурлыкал себе под нос какой-то навязчивый мотивчик и всем своим видом выражал явное удовлетворение течением своей жизни. Некоторое подобие улыбки смогли бы разглядеть внезапно вставшие на его пути потрепанные мужики с ножами в руках, если бы свет оставленного позади уличного фонаря сумел дотянуть свои слабые лучи до этого места. 
- Куды спешим? – Грозно вопросил один из мужиков, приставляя царапающий кончик остро отточенного  лезвия к подбородку прохожего, в то время как его напарник нацелил свой нож в его левый бок. – Не желаем ли поделиться с неимущим людом содержимым своего кошеля? Бог велит добро делить! Так, как? Сами поделимся, иль помощь надобна?
- А вы уверены, господа хорошие, что я должен с вами чем-то делиться? – Не проявляя никакого волнения, спросил прохожий.
- Сомнения имеются? Подсобить? – Лезвие больно кольнуло подбородок, а рука второго мужика плотно прижала нож к боку прохожего.
- Ну, хорошо-хорошо! Чего нам спорить попусту? Коли Бог велит… - Прохожий неуловимо быстрым движением перехватил свою трость в правую руку и коснулся ее рукоятью каждого из мужиков. – Поспите, господа хорошие. А, когда очнетесь, на паперть ступайте. Там убогим подают. Вам теперь только там и пребывать. От ума, в котором столько зла накопилось, я вас навсегда  освобождаю. Будете веселые и довольные, как дети малые. А мне не досуг с вами долго задерживаться. Дела, знаете ли.
                  Прохожий спокойно ступил вперед, а за его спиной, усевшись прямо на тротуаре и обнявшись, как родные братья  переливисто захрапели впавшие в крепкий сон мужики. 
                  Следующий уличный фонарь выхватил из ночного мрака и замер своими лучами на большой вывеске  над стеклянной дверью с крыльцом: «ТРАКТИР «ЗОЛОТОЙ ФАЗАН». Под текстом вывески местным талантом был изображен желто-красный фазан на фоне зеленой травы. Как только прохожий поравнялся с крыльцом, под трезвон дверного колокольчика на крыльцо вышел городовой в полной должностной амуниции. Напялив не твердыми руками, ослабленными  традиционным воскресным ужином с обильным возлиянием горячительного, на голову форменную фуражку, городовой качающейся походкой отправился к месту проживания. Прохожий же, не дав двери затвориться, проник в помещение трактира.
                  Владелец заведения, известный всему городу Прохор Рвач был занят в ту минуту своим любимым делом. Он разглаживал на столе мятые ассигнации  и раскладывал их отдельными стопочками по объявленному их номиналу. «Косточки» больших счет четко отстукивали количество полученной за день выручки, являя своими звуками самую желанную мелодию души трактирщика.  Затем  наметанными движениями были просчитаны монеты. А потом все это исчезло в емкой внутренности большого сейфа, работы уральских умельцев.
- Еще один денек барышом порадовал! – Прохор довольно погладил обеими руками небольшое брюшко,  важно нависшее своим величием над поясным ремнем брюк, до предела напрягая застежку жилетки. – Интересно бы знать, каково все будет годиков, эдак,  через  десяток… А ежели … через пять десятков? Думаю, при моем здоровье дотяну. Хорошо бы, несомненно, и за сотню лет заглянуть. Только это уже никак не возможно…
- Отчего, милостивый государь? – Раздался голос в тишине комнатки, освещенной керосиновой лампой с большим  абажуром, подвешенной на бронзовой цепочке к потолку.
                «Грабители!» - молниеносно пронеслось в голове Прохора. Он с опаской оглянулся на голос и обнаружил перед собой сидящего в кресле элегантно одетого мужчину. Тот сидел, положив ногу на ногу и разместив на них красивую трость с позолоченным набалдашником. Добрая улыбка приятно отозвалась теплом в слегка застывшей душе Прохора.
- Отчего же обязательно грабители? Или достойные люди не посещают Ваше заведение. Я только минуту назад столкнулся у входа с самим городовым, присутствие которого в Вашем заведении, наоборот, пресечет всякую вздорную мысль, забравшуюся в голову,  какого-то бы ни было, злоумышленника. – Произнес незнакомец.
- Не имею удовольствия знавать Вас, господин. Никак не вспомню, видались ли ранее. – Неуверенным тоном произнес Прохор.
- Нет, не встречались, уважаемый Прохор Семенович. – Заверил незнакомец.
- Так откуда же, позвольте узнать, вы знаете меня?
- А кто же в городе Вас не знает? – Произнес незнакомец, привставая с кресла. – Позвольте представиться! Михаил Архангелов. Служащий Высочайшей (он ткнул пальцем в потолок) Канцелярии. Начальник особого департамента, если можно так выразиться.
- По какому, позвольте поинтересоваться, случаю посетили мое убогое заведение? – Прохор никак не мог определить,  куда приладить предательски трясущиеся руки. Немного успокоившись, он сунул их за спину, где крепко сплел пальцы. – К сожалению, все половые уже провели уборку зала и разошлись… Но,  я постараюсь сам… как-то угостить столь высокого гостя. Могу предложить хороший коньяк под холодную закусочку…
- Не пью горячительного, дорогой Прохор Семенович. Поужинать не прочь, а с напитками отставим. Я могу предложить свой. Небесный напиток! Чудодейственный!  - Михаил извлек из кармана плаща наброшенного на спинку кресла  небольшой хрустальный сосуд, наполненный   жидкостью розового цвета, и водрузил его на стол перед Прохором. – Несите Ваш ужин.
                Когда пробка сосуда была вынута из горлышка, необычайный аромат тут  же наполнил комнату, кружа голову восхитительностью своего букета,  и у Прохора возникло ощущение, что мир перестал быть ограниченным стенами заведения. Он вообще перестал быть прежним.  Он стал не ощущаем.
- Не волнуйтесь, Прохор Семенович. – Успокоительно прозвучал голос Михаила. – Мы с Вами переносимся на десять лет вперед, как Вам того и хотелось. Потерпите немного.
- Я не просил Вас о том! – Сорвалось у Прохора.
- Как же? В нашей Канцелярии зафиксирована неоднократность Ваших подобных желаний. А, коль вы являете собой человека, страстно выполняющего все ее требования и пожелания, по этой причине было принято решение об исполнении  Ваших желаний. Понятно?
- Понятно… - Промямлил Прохор, не понимая абсолютно,  о чем идет речь,  и предписания какой канцелярии он так образцово исполнял.
                   Внезапно мир приобрел свои надлежащие формы. Прохор с Михаилом  оказались на  тротуаре прямо против входа в трактир «ЗОЛОТОЙ ФАЗАН». Ранние утренние лучи скользнули по вывеске, на которой обозначились несколько ран от сквозных пулевых отверстий.
- Вот мы и прибыли в Ваш трактир десять лет спустя. – Объявил Прохору стоявший рядом Михаил. – Только существует одна особенность. Мы с Вами не видимы окружающим и не можем вступать с ними в контакты.
- Отчего?! – Удивился Прохор.
- А от того, что не может быть в мире сразу два Прохора-трактирщика. Получается так, что будете глядеть на себя и все остальное со стороны. Понятно?
- Теперь – да. – Вздохнул в ответ Прохор.

© Copyright: Владимир Макарченко, 2013

Регистрационный номер №0141610

от 12 июня 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0141610 выдан для произведения:

    

 

 Высокого роста мужчина в сером плаще и модной шляпе «котелке», прижимая к себе локтем изящную трость с ручкой-набалдашником, шагал по объятой ночной тенью улице. Редкие фонари пытались бороться с темнотой, но делали это настолько не успешно, что в трех шагах от них уже трудно было отличить предметы друг от друга. Прохожий негромко мурлыкал себе под нос какой-то навязчивый мотивчик и всем своим видом выражал явное удовлетворение течением своей жизни. Некоторое подобие улыбки смогли бы разглядеть внезапно вставшие на его пути потрепанные мужики с ножами в руках, если бы свет оставленного позади уличного фонаря сумел дотянуть свои слабые лучи до этого места. 
- Куды спешим? – Грозно вопросил один из мужиков, приставляя царапающий кончик остро отточенного  лезвия к подбородку прохожего, в то время как его напарник нацелил свой нож в его левый бок. – Не желаем ли поделиться с неимущим людом содержимым своего кошеля? Бог велит добро делить! Так, как? Сами поделимся, иль помощь надобна?
- А вы уверены, господа хорошие, что я должен с вами чем-то делиться? – Не проявляя никакого волнения, спросил прохожий.
- Сомнения имеются? Подсобить? – Лезвие больно кольнуло подбородок, а рука второго мужика плотно прижала нож к боку прохожего.
- Ну, хорошо-хорошо! Чего нам спорить попусту? Коли Бог велит… - Прохожий неуловимо быстрым движением перехватил свою трость в правую руку и коснулся ее рукоятью каждого из мужиков. – Поспите, господа хорошие. А, когда очнетесь, на паперть ступайте. Там убогим подают. Вам теперь только там и пребывать. От ума, в котором столько зла накопилось, я вас навсегда  освобождаю. Будете веселые и довольные, как дети малые. А мне не досуг с вами долго задерживаться. Дела, знаете ли.
                  Прохожий спокойно ступил вперед, а за его спиной, усевшись прямо на тротуаре и обнявшись, как родные братья  переливисто захрапели впавшие в крепкий сон мужики. 
                  Следующий уличный фонарь выхватил из ночного мрака и замер своими лучами на большой вывеске  над стеклянной дверью с крыльцом: «ТРАКТИР «ЗОЛОТОЙ ФАЗАН». Под текстом вывески местным талантом был изображен желто-красный фазан на фоне зеленой травы. Как только прохожий поравнялся с крыльцом, под трезвон дверного колокольчика на крыльцо вышел городовой в полной должностной амуниции. Напялив не твердыми руками, ослабленными  традиционным воскресным ужином с обильным возлиянием горячительного, на голову форменную фуражку, городовой качающейся походкой отправился к месту проживания. Прохожий же, не дав двери затвориться, проник в помещение трактира.
                  Владелец заведения, известный всему городу Прохор Рвач был занят в ту минуту своим любимым делом. Он разглаживал на столе мятые ассигнации  и раскладывал их отдельными стопочками по объявленному их номиналу. «Косточки» больших счет четко отстукивали количество полученной за день выручки, являя своими звуками самую желанную мелодию души трактирщика.  Затем  наметанными движениями были просчитаны монеты. А потом все это исчезло в емкой внутренности большого сейфа, работы уральских умельцев.
- Еще один денек барышом порадовал! – Прохор довольно погладил обеими руками небольшое брюшко,  важно нависшее своим величием над поясным ремнем брюк, до предела напрягая застежку жилетки. – Интересно бы знать, каково все будет годиков, эдак,  через  десяток… А ежели … через пять десятков? Думаю, при моем здоровье дотяну. Хорошо бы, несомненно, и за сотню лет заглянуть. Только это уже никак не возможно…
- Отчего, милостивый государь? – Раздался голос в тишине комнатки, освещенной керосиновой лампой с большим  абажуром, подвешенной на бронзовой цепочке к потолку.
                «Грабители!» - молниеносно пронеслось в голове Прохора. Он с опаской оглянулся на голос и обнаружил перед собой сидящего в кресле элегантно одетого мужчину. Тот сидел, положив ногу на ногу и разместив на них красивую трость с позолоченным набалдашником. Добрая улыбка приятно отозвалась теплом в слегка застывшей душе Прохора.
- Отчего же обязательно грабители? Или достойные люди не посещают Ваше заведение. Я только минуту назад столкнулся у входа с самим городовым, присутствие которого в Вашем заведении, наоборот, пресечет всякую вздорную мысль, забравшуюся в голову,  какого-то бы ни было, злоумышленника. – Произнес незнакомец.
- Не имею удовольствия знавать Вас, господин. Никак не вспомню, видались ли ранее. – Неуверенным тоном произнес Прохор.
- Нет, не встречались, уважаемый Прохор Семенович. – Заверил незнакомец.
- Так откуда же, позвольте узнать, вы знаете меня?
- А кто же в городе Вас не знает? – Произнес незнакомец, привставая с кресла. – Позвольте представиться! Михаил Архангелов. Служащий Высочайшей (он ткнул пальцем в потолок) Канцелярии. Начальник особого департамента, если можно так выразиться.
- По какому, позвольте поинтересоваться, случаю посетили мое убогое заведение? – Прохор никак не мог определить,  куда приладить предательски трясущиеся руки. Немного успокоившись, он сунул их за спину, где крепко сплел пальцы. – К сожалению, все половые уже провели уборку зала и разошлись… Но,  я постараюсь сам… как-то угостить столь высокого гостя. Могу предложить хороший коньяк под холодную закусочку…
- Не пью горячительного, дорогой Прохор Семенович. Поужинать не прочь, а с напитками отставим. Я могу предложить свой. Небесный напиток! Чудодейственный!  - Михаил извлек из кармана плаща наброшенного на спинку кресла  небольшой хрустальный сосуд, наполненный   жидкостью розового цвета, и водрузил его на стол перед Прохором. – Несите Ваш ужин.
                Когда пробка сосуда была вынута из горлышка, необычайный аромат тут  же наполнил комнату, кружа голову восхитительностью своего букета,  и у Прохора возникло ощущение, что мир перестал быть ограниченным стенами заведения. Он вообще перестал быть прежним.  Он стал не ощущаем.
- Не волнуйтесь, Прохор Семенович. – Успокоительно прозвучал голос Михаила. – Мы с Вами переносимся на десять лет вперед, как Вам того и хотелось. Потерпите немного.
- Я не просил Вас о том! – Сорвалось у Прохора.
- Как же? В нашей Канцелярии зафиксирована неоднократность Ваших подобных желаний. А, коль вы являете собой человека, страстно выполняющего все ее требования и пожелания, по этой причине было принято решение об исполнении  Ваших желаний. Понятно?
- Понятно… - Промямлил Прохор, не понимая абсолютно,  о чем идет речь,  и предписания какой канцелярии он так образцово исполнял.
                   Внезапно мир приобрел свои надлежащие формы. Прохор с Михаилом  оказались на  тротуаре прямо против входа в трактир «ЗОЛОТОЙ ФАЗАН». Ранние утренние лучи скользнули по вывеске, на которой обозначились несколько ран от сквозных пулевых отверстий.
- Вот мы и прибыли в Ваш трактир десять лет спустя. – Объявил Прохору стоявший рядом Михаил. – Только существует одна особенность. Мы с Вами не видимы окружающим и не можем вступать с ними в контакты.
- Отчего?! – Удивился Прохор.
- А от того, что не может быть в мире сразу два Прохора-трактирщика. Получается так, что будете глядеть на себя и все остальное со стороны. Понятно?
- Теперь – да. – Вздохнул в ответ Прохор.

Рейтинг: +3 244 просмотра
Комментарии (2)
Владимир Проскуров # 20 июня 2013 в 11:32 0
У каждого своя звезда,
Блестит по разному она,
Похожих нет, есть только цвет,
И путь до жизненных планет …
Владимир Макарченко # 26 июня 2013 в 10:05 0
СПАСИБО ЗА ОТЗЫВ!!!