Вкус жизни. X глава

27 января 2012 - Мария Вестер

Я видела его со стороны. Темный переулок, которого никогда не было в Солнечном городке, силуэт мужчины впереди. Я чувствовала, что за ним идет вампир. Он напал неожиданно, из ниоткуда. Мужчина отбивался, но его сил не могло хватить в этой неравной схватке. Тогда я зло зарычала, и вампир обернулся ко мне.
Сознание подсказало, что рычать я точно не умею, и следом за этим я увидела, как огромный зверь кинулся в сторону мужчины и нависшего над ним вампира. Наши тела – его и мое астральное – разделились.
Волчьи лапы, огромный рост, горящие глаза. Это был тот, чьими глазами я видела только что, тот, кого мы искали, и тот, кто хотел спасти моего отца, а не убивать его.
Я наблюдала за их схваткой. Волку удалось прогнать вампира, но мой отец был ранен им же – он нечаянно задел когтями его руку. Волк сжался в комок, заскулил, виновато посмотрел на отца, лизнул его рану, и убежал прочь. А я вернулась в свое родное сознание. Эти видения, если будут продолжаться, сведут меня с ума.
Папа все еще держал меня за руку, его глаза были по-прежнему закрыты, но он уже дышал ровно, жар ушел, и лишь мое сбившееся дыхание напоминало о случившемся. Вопросы в голове зажгли фитиль моего рассудка, и казалось, без ответов он взорвется…
Я наклонилась к папе и прошептала ему на ухо спасибо. Затем спустилась вниз, размышляя о случившемся. Я не знала, что сказать маме, когда она увидела меня; судя по ее взгляду, я была похожа на привидение. Но мне было необходимо узнать, где был папа прошлой ночью, когда на него напали.
Сев за обеденный стол, я выслушала мамин рассказ о том, что вчера отца вызвали на другой объект, он работает архитектором, и возвращался он поздно ночью. Все произошло в городке по соседству – и потому только рано утром маме позвонили и сказали, в какой больнице он находится. С тех пор с отцом поговорить ей так и не удалось, узнать, что произошло, она не могла, а я не стала рассказывать. Это сложно понять даже мне. Я осталась наедине с собой, когда мама поднялась в комнату к отцу.
Все-таки мы совсем не знаем о поведении и жизни волков, ровным счетом мы не знаем, с кем имеем дело, и что подвигло того волка спасти моего отца? И почему я говорю «мы»? Раздался звонок в дверь. Внутреннее чутье подсказало мне, что дверь лучше открыть самой.
– Мам, это ко мне. Я открою! – прокричала я наверх, чтобы мама не спускалась вниз. Я оказалась права.
Джейсон.
– Предостережение, чтобы не попадаться на мои глаза, ты не слышал? – я чувствовала себя виноватой, но извиняться не собиралась.
– Слышал, но ты ведь знаешь, что я не нападал на твоего отца.
Пришло мое время удивляться. Печать Джейсона на моем запястье защипало, и сами собой вырвались слова:
– Ты все видел.
Он кивнул, подтверждая мои слова. А я растерялась и обиделась. Это мое, и ничье больше, мои видения…
– Ты не должен был этого видеть.
– Мэри, кто там? – раздался голос мамы. Ну не могла же я захлопнуть перед Джейсоном дверь. Его горящие глаза, несомненно, напугают маму, но и отпускать я его теперь не собиралась. Он мне нужен.
– Мам, все в порядке. Это мой друг, я приехала не одна… Не высовывайся, – шепнула я Джейсону.
Мама спустилась и подошла к двери. Она увидела и прекрасно поняла, что значат его глаза, но не сказала мне ни слова в укор.
– Если ты доверяешь ему, то и мы доверяем, так, Алекс? – мама обернулась назад и в коридоре я увидела папу. Опираясь на стену, он стоял на своих двоих и выглядел чрезвычайно живым и радостным. Я бросилась ему на шею.
– Родная, я все еще слаб, чтобы удержать тебя, пожалей меня. – Он усмехнулся, а я разревелась, как маленькая девочка, отпуская его.
 – Все хорошо? – я взглянула в его глаза, ожидая увидеть огонь, но ничего подобного не было. Превращения не произошло, и я успокоилась, когда отец кивнул, отвечая на мой вопрос.
– Проходите, – сказала мама Джейсону, и тот благодарно улыбнулся ей. – Сейчас мы выпьем чаю, а потом вы расскажете, какими судьбами оказались рядом с Мэри, – мама хитро посмотрела на вампира, а я от его ошарашенного взгляда готова была рассмеяться. Ясно – Джейсона надо спасать, а то допрос мамы плохо кончится.
– Мам, прости, на чай нет времени, у нас куча дел. Правда, Джейсон? – Не дожидаясь его ответа, я затараторила, чтобы сбить маму с толку. – Я вас навестила, выяснила что у вас все хорошо, вы не переживайте тут, у меня тоже все прекрасно, но нам правда пора. – Быстро схватив свою сумку, я поцеловала папу, маму, и, вытолкав Джейсона за дверь, вышла за ним.
– Вечно ты занята! Навещай почаще! – прокричала мама мне вслед.
Я пошла вперед, к машине, оставленной у окраины города. Джейсон молча шел позади, не решаясь завести разговор. Мы добрались до форда, в тишине вечернего города он был похож на груду металлолома, брошенного у обочины. Если не заведется – мне пешком придется добираться до городка Шорт, в котором вампир напал на папу.
Но мои страхи пешего похода не оправдались – форд завелся и рыкнул, будто обещал домчать хоть на край света. Джейсон так молниеносно оказался в кресле напротив, что я вскрикнула от удивления.
– Прости меня. – Сказал он тихо.
– За что? Это я тут нервная… – я выехала на шоссе, и мы направились на северную дорогу.
– Нет, за то, что случилось днем. Я не понимаю всего… этого…
Я ощутила его боль. Впервые печать так связывала нас, что я чувствовала, как болит у него в груди, его печаль за все годы, потерянные из-за жестокости Ричарда, рвалась на свободу. Он не считал достойным себя за то, что я волнуюсь за него… Это было для него слабостью.
Все, хватит, Ричард столько жизней угробил, я согласна потерпеть, если его сын обсмеет меня вновь, после того, что я скажу ему.
– Джейсон, то, что я волнуюсь о тебе, не считается твоим слабым местом, как бы там не было принято считать. – Я боялась смотреть на него, хорошо, можно делать вид, что я слежу за дорогой. – То, как ты провел эти годы – не заслуженно, и я ведь чувствую, что ты понимаешь это, просто боишься признать. Ты знаешь, что тогда твое новое мнение изменит тебя. Ты станешь другим. Но ты и так другой Джейсон.
Да, Ричард приказал тебе защищать меня. Но разве он просил при этом приносить мое бездыханное тело домой, разве он просил тебя готовить мне кофе по утрам? Сам того не замечая, ты не стал жестоким после извращенных представлений Ричарда о воспитании. – Ну, и подводя итог: – И мне было очень больно, не физически, душевно, если ты знаешь что такое душевная боль, когда ты высмеял мои чувства по отношению к тебе.
Теперь я точно не смогу взглянуть ему в глаза после такой откровенной речи. Джейсон не сказал ни слова, а мы как раз выехали за границы священной печати Солнечного города.
– Джейсон, все хорошо? – мне все же пришлось взглянуть на вампира.
Он с сожалением посмотрел на меня в ответ, грустно улыбнулся и тихо сказал:
– Да, я знаю, что такое душевная боль. И я такой же, как и мой отец, Мэри, если причинил тебе ее.
А психологи принимают вампиров круглосуточно?.. Хотя, не удивительно, что за двести лет у Джейсона выработался синдром самобичевания. Придется применить жесткий метод, и если он после этого не выкинет меня из машины, – это будет успешный сеанс психотерапии.
– Джейсон, прости, пожалуйста, меня за вопрос, но… скольких людей ты убил за свою жизнь?
Вампир поднял на меня ошарашенный взгляд. Такие красные огоньки если вспыхнут, то и испепелить могут.
– Ты очень сильный вампир – обращенные такой силой не обладают. Ты в любом случае должен был пить человеческую кровь. – Подтолкнула я его к ответу, когда он отвернулся.
– Я пил человеческую кровь, медицинскую. На охоте я был всего раз и то с позором провалился, после чего отец перестал выпускать меня. И… я не помню, убивал ли когда-нибудь человека.
Оказывается, Ричард играл с его памятью, не оставляя ни минуты воспоминаний. Но, безусловно, радует одно – Джейсон вышел на откровенный разговор.
Будь я вампиром, за двести лет какие мысли вертелись бы в моей голове, если бы отец ни на минуту не выпускал меня из заточения?.. Лишь один вопрос: за что?
Интересно, кем я была двести лет назад? – вопрос так неожиданно вспыхнул в моих мыслях, что слегка закружилась голова. Я притормозила у края дороги.
– Выходи.
– Что? – удивился Джейсон.
– Мне надо кое-что узнать, – я мило улыбнулась. – Выходи, и подожди меня вон у тех деревьев, – я кивнула в сторону лесополосы.
Через секунду Джейсон уже стоял там, где я сказала. А я сосредоточилась на ощущениях. Головокружение показалось мне знакомым – как будто такое мне приходилось уже испытывать. И тогда, закрыв глаза, я прислушалась к нему. Удерживая равновесие сознания, чтобы голова не пустилась в пляс, погружаясь все глубже в потоки мыслей, я увидела серебристую ленту. Я пошла по ней. Печать вампира на запястье светилась тем же серебряным светом, охлаждая руку и не давая мне провалиться в пустоту.
Эта серебристая лента протянулась сквозь все время, время моей жизни. Я захотела и увидела себя маленькой на руках совсем молодой мамы, а вот и папа, радостный, что нашел новую работу. Желания увидеть мою прошлую жизнь хватило, чтобы я перенеслась в нее.
Знакомые карие глаза с благодарностью смотрят на меня с поверхности времен. Когда это было? Мне так хорошо. Только сердце колотится от страха, что я могла больше не увидеть Его. На его губах моя кровь, на его груди заживающая на глазах рана, и он жив. Теперь все будет хорошо, ведь он обещал защищать меня.
Видение смывается, ускользает. И я стою на крыше высотного здания.
Я уже была там, в день своей смерти. И сейчас я здесь во второй раз. Вот и огненные глаза Ричарда Найдкроу. Его злой оскал, и сильный удар. Чувство полета.
Я очнулась из забытья. Часто-часто дыша, я сообразила, что только что осознанно вызвала видение. Мои способности провидицы вернулись. И я больше чем уверена, что Дженни сейчас видела то же самое. Как же я могла забыть об этом удивительном даре? И почему вспомнила о нем только в этой жизни?
Стук в окно вырвал все мои нервные клетки, и я громко вскрикнула.
– Господи, Джейсон, скажи, кто приказал пугать меня? – Я вышла из форда и поинтересовалась: – Долго ждешь? – Мало ли, видения продолжаются около часа.
– Нет. Но… – он облокотился о крышу машины, зажав меня между ней и собой. – Что это было? И почему я это вижу, черт возьми?
– Честно? – Мой голос сорвался, ну не могу я выдержать его пристального взгляда. – Я понятия не имею, почему ты все это видишь. Закрой там все свои чакры, это мои видения! – я, рассмеявшись, несильно стукнула его в бок. – Мы идем?
Он пропустил меня вперед, а через пару секунд за своей спиной я услышала тихий смех. Хм, пациент идет на поправку!

© Copyright: Мария Вестер, 2012

Регистрационный номер №0019730

от 27 января 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0019730 выдан для произведения:

Я видела его со стороны. Темный переулок, которого никогда не было в Солнечном городке, силуэт мужчины впереди. Я чувствовала, что за ним идет вампир. Он напал неожиданно, из ниоткуда. Мужчина отбивался, но его сил не могло хватить в этой неравной схватке. Тогда я зло зарычала, и вампир обернулся ко мне.
Сознание подсказало, что рычать я точно не умею, и следом за этим я увидела, как огромный зверь кинулся в сторону мужчины и нависшего над ним вампира. Наши тела – его и мое астральное – разделились.
Волчьи лапы, огромный рост, горящие глаза. Это был тот, чьими глазами я видела только что, тот, кого мы искали, и тот, кто хотел спасти моего отца, а не убивать его.
Я наблюдала за их схваткой. Волку удалось прогнать вампира, но мой отец был ранен им же – он нечаянно задел когтями его руку. Волк сжался в комок, заскулил, виновато посмотрел на отца, лизнул его рану, и убежал прочь. А я вернулась в свое родное сознание. Эти видения, если будут продолжаться, сведут меня с ума.
Папа все еще держал меня за руку, его глаза были по-прежнему закрыты, но он уже дышал ровно, жар ушел, и лишь мое сбившееся дыхание напоминало о случившемся. Вопросы в голове зажгли фитиль моего рассудка, и казалось, без ответов он взорвется…
Я наклонилась к папе и прошептала ему на ухо спасибо. Затем спустилась вниз, размышляя о случившемся. Я не знала, что сказать маме, когда она увидела меня; судя по ее взгляду, я была похожа на привидение. Но мне было необходимо узнать, где был папа прошлой ночью, когда на него напали.
Сев за обеденный стол, я выслушала мамин рассказ о том, что вчера отца вызвали на другой объект, он работает архитектором, и возвращался он поздно ночью. Все произошло в городке по соседству – и потому только рано утром маме позвонили и сказали, в какой больнице он находится. С тех пор с отцом поговорить ей так и не удалось, узнать, что произошло, она не могла, а я не стала рассказывать. Это сложно понять даже мне. Я осталась наедине с собой, когда мама поднялась в комнату к отцу.
Все-таки мы совсем не знаем о поведении и жизни волков, ровным счетом мы не знаем, с кем имеем дело, и что подвигло того волка спасти моего отца? И почему я говорю «мы»? Раздался звонок в дверь. Внутреннее чутье подсказало мне, что дверь лучше открыть самой.
– Мам, это ко мне. Я открою! – прокричала я наверх, чтобы мама не спускалась вниз. Я оказалась права.
Джейсон.
– Предостережение, чтобы не попадаться на мои глаза, ты не слышал? – я чувствовала себя виноватой, но извиняться не собиралась.
– Слышал, но ты ведь знаешь, что я не нападал на твоего отца.
Пришло мое время удивляться. Печать Джейсона на моем запястье защипало, и сами собой вырвались слова:
– Ты все видел.
Он кивнул, подтверждая мои слова. А я растерялась и обиделась. Это мое, и ничье больше, мои видения…
– Ты не должен был этого видеть.
– Мэри, кто там? – раздался голос мамы. Ну не могла же я захлопнуть перед Джейсоном дверь. Его горящие глаза, несомненно, напугают маму, но и отпускать я его теперь не собиралась. Он мне нужен.
– Мам, все в порядке. Это мой друг, я приехала не одна… Не высовывайся, – шепнула я Джейсону.
Мама спустилась и подошла к двери. Она увидела и прекрасно поняла, что значат его глаза, но не сказала мне ни слова в укор.
– Если ты доверяешь ему, то и мы доверяем, так, Алекс? – мама обернулась назад и в коридоре я увидела папу. Опираясь на стену, он стоял на своих двоих и выглядел чрезвычайно живым и радостным. Я бросилась ему на шею.
– Родная, я все еще слаб, чтобы удержать тебя, пожалей меня. – Он усмехнулся, а я разревелась, как маленькая девочка, отпуская его.
 – Все хорошо? – я взглянула в его глаза, ожидая увидеть огонь, но ничего подобного не было. Превращения не произошло, и я успокоилась, когда отец кивнул, отвечая на мой вопрос.
– Проходите, – сказала мама Джейсону, и тот благодарно улыбнулся ей. – Сейчас мы выпьем чаю, а потом вы расскажете, какими судьбами оказались рядом с Мэри, – мама хитро посмотрела на вампира, а я от его ошарашенного взгляда готова была рассмеяться. Ясно – Джейсона надо спасать, а то допрос мамы плохо кончится.
– Мам, прости, на чай нет времени, у нас куча дел. Правда, Джейсон? – Не дожидаясь его ответа, я затараторила, чтобы сбить маму с толку. – Я вас навестила, выяснила что у вас все хорошо, вы не переживайте тут, у меня тоже все прекрасно, но нам правда пора. – Быстро схватив свою сумку, я поцеловала папу, маму, и, вытолкав Джейсона за дверь, вышла за ним.
– Вечно ты занята! Навещай почаще! – прокричала мама мне вслед.
Я пошла вперед, к машине, оставленной у окраины города. Джейсон молча шел позади, не решаясь завести разговор. Мы добрались до форда, в тишине вечернего города он был похож на груду металлолома, брошенного у обочины. Если не заведется – мне пешком придется добираться до городка Шорт, в котором вампир напал на папу.
Но мои страхи пешего похода не оправдались – форд завелся и рыкнул, будто обещал домчать хоть на край света. Джейсон так молниеносно оказался в кресле напротив, что я вскрикнула от удивления.
– Прости меня. – Сказал он тихо.
– За что? Это я тут нервная… – я выехала на шоссе, и мы направились на северную дорогу.
– Нет, за то, что случилось днем. Я не понимаю всего… этого…
Я ощутила его боль. Впервые печать так связывала нас, что я чувствовала, как болит у него в груди, его печаль за все годы, потерянные из-за жестокости Ричарда, рвалась на свободу. Он не считал достойным себя за то, что я волнуюсь за него… Это было для него слабостью.
Все, хватит, Ричард столько жизней угробил, я согласна потерпеть, если его сын обсмеет меня вновь, после того, что я скажу ему.
– Джейсон, то, что я волнуюсь о тебе, не считается твоим слабым местом, как бы там не было принято считать. – Я боялась смотреть на него, хорошо, можно делать вид, что я слежу за дорогой. – То, как ты провел эти годы – не заслуженно, и я ведь чувствую, что ты понимаешь это, просто боишься признать. Ты знаешь, что тогда твое новое мнение изменит тебя. Ты станешь другим. Но ты и так другой Джейсон.
Да, Ричард приказал тебе защищать меня. Но разве он просил при этом приносить мое бездыханное тело домой, разве он просил тебя готовить мне кофе по утрам? Сам того не замечая, ты не стал жестоким после извращенных представлений Ричарда о воспитании. – Ну, и подводя итог: – И мне было очень больно, не физически, душевно, если ты знаешь что такое душевная боль, когда ты высмеял мои чувства по отношению к тебе.
Теперь я точно не смогу взглянуть ему в глаза после такой откровенной речи. Джейсон не сказал ни слова, а мы как раз выехали за границы священной печати Солнечного города.
– Джейсон, все хорошо? – мне все же пришлось взглянуть на вампира.
Он с сожалением посмотрел на меня в ответ, грустно улыбнулся и тихо сказал:
– Да, я знаю, что такое душевная боль. И я такой же, как и мой отец, Мэри, если причинил тебе ее.
А психологи принимают вампиров круглосуточно?.. Хотя, не удивительно, что за двести лет у Джейсона выработался синдром самобичевания. Придется применить жесткий метод, и если он после этого не выкинет меня из машины, – это будет успешный сеанс психотерапии.
– Джейсон, прости, пожалуйста, меня за вопрос, но… скольких людей ты убил за свою жизнь?
Вампир поднял на меня ошарашенный взгляд. Такие красные огоньки если вспыхнут, то и испепелить могут.
– Ты очень сильный вампир – обращенные такой силой не обладают. Ты в любом случае должен был пить человеческую кровь. – Подтолкнула я его к ответу, когда он отвернулся.
– Я пил человеческую кровь, медицинскую. На охоте я был всего раз и то с позором провалился, после чего отец перестал выпускать меня. И… я не помню, убивал ли когда-нибудь человека.
Оказывается, Ричард играл с его памятью, не оставляя ни минуты воспоминаний. Но, безусловно, радует одно – Джейсон вышел на откровенный разговор.
Будь я вампиром, за двести лет какие мысли вертелись бы в моей голове, если бы отец ни на минуту не выпускал меня из заточения?.. Лишь один вопрос: за что?
Интересно, кем я была двести лет назад? – вопрос так неожиданно вспыхнул в моих мыслях, что слегка закружилась голова. Я притормозила у края дороги.
– Выходи.
– Что? – удивился Джейсон.
– Мне надо кое-что узнать, – я мило улыбнулась. – Выходи, и подожди меня вон у тех деревьев, – я кивнула в сторону лесополосы.
Через секунду Джейсон уже стоял там, где я сказала. А я сосредоточилась на ощущениях. Головокружение показалось мне знакомым – как будто такое мне приходилось уже испытывать. И тогда, закрыв глаза, я прислушалась к нему. Удерживая равновесие сознания, чтобы голова не пустилась в пляс, погружаясь все глубже в потоки мыслей, я увидела серебристую ленту. Я пошла по ней. Печать вампира на запястье светилась тем же серебряным светом, охлаждая руку и не давая мне провалиться в пустоту.
Эта серебристая лента протянулась сквозь все время, время моей жизни. Я захотела и увидела себя маленькой на руках совсем молодой мамы, а вот и папа, радостный, что нашел новую работу. Желания увидеть мою прошлую жизнь хватило, чтобы я перенеслась в нее.
Знакомые карие глаза с благодарностью смотрят на меня с поверхности времен. Когда это было? Мне так хорошо. Только сердце колотится от страха, что я могла больше не увидеть Его. На его губах моя кровь, на его груди заживающая на глазах рана, и он жив. Теперь все будет хорошо, ведь он обещал защищать меня.
Видение смывается, ускользает. И я стою на крыше высотного здания.
Я уже была там, в день своей смерти. И сейчас я здесь во второй раз. Вот и огненные глаза Ричарда Найдкроу. Его злой оскал, и сильный удар. Чувство полета.
Я очнулась из забытья. Часто-часто дыша, я сообразила, что только что осознанно вызвала видение. Мои способности провидицы вернулись. И я больше чем уверена, что Дженни сейчас видела то же самое. Как же я могла забыть об этом удивительном даре? И почему вспомнила о нем только в этой жизни?
Стук в окно вырвал все мои нервные клетки, и я громко вскрикнула.
– Господи, Джейсон, скажи, кто приказал пугать меня? – Я вышла из форда и поинтересовалась: – Долго ждешь? – Мало ли, видения продолжаются около часа.
– Нет. Но… – он облокотился о крышу машины, зажав меня между ней и собой. – Что это было? И почему я это вижу, черт возьми?
– Честно? – Мой голос сорвался, ну не могу я выдержать его пристального взгляда. – Я понятия не имею, почему ты все это видишь. Закрой там все свои чакры, это мои видения! – я, рассмеявшись, несильно стукнула его в бок. – Мы идем?
Он пропустил меня вперед, а через пару секунд за своей спиной я услышала тихий смех. Хм, пациент идет на поправку!

Рейтинг: +1 250 просмотров
Комментарии (1)
Анна Магасумова # 29 ноября 2012 в 13:28 0
Браво! rose