ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФэнтези → Над пропастью в ад. Часть 2

 

Над пропастью в ад. Часть 2

18 марта 2014 - Диана Литовка
article202124.jpg

Яркие вспышки, подобно молниям, освещали один из небоскребов Нью- Йорка, на котором то сходились, то разлетались в сторону Темный и Светлый. Каждый раз, когда их оружие соприкасалось, темноту ночи разрезала вспышка света, невидимая для людского глаза. Рагнар пригнулся к крыше, словно хищный зверь, скаля острые, словно бритва, зубы. В его желтых глазах полыхала ненависть, татуировки горели огнем.
- Ты не получишь ее,- ухмыльнулся Темный, сжимая в руках кинжал.
- Она не останется безнаказанной,- с ледяным спокойствием промолвил ангел,- как и ты, демон.
Рагнар продолжал ядовито ухмыляться. Он провел языком по кромке зубов, желтые глаза сосредоточенно следили за противником, не упуская ни единого жеста ангела.
- Сейчас ты умрешь,- Рагнар подался в сторону, огибая ангела,- и никогда не расскажешь своим сородичам, что нашел Малику.
Ангел уловил маневр Рагнара и зеркально повторил его.
- Ты ошибаешься, демон,- на лице Светлого отражалась пустота.
Рагнар расхохотался, но не расслабился ни на секунду. Их с противником разделял какой-то метр, и демон прекрасно понимал, что может быть повержен Мечом Света в любую секунду. Ангел спокойно взирал на хохочущего врага.
В желтых глазах Рагнара мелькнула решительность. Сейчас или никогда. Он напружинил тело и подлетел вверх, совершая обманный маневр. Светлый приготовился к атаке сверху, выставляя щит над головой, но Рагнар не был так глуп, чтобы совершать такой очевидный маневр. Вместо этого он сделал глубокий вдох, занес кинжал и телепортировался прямо за спину ангела, вонзая светящийся кинжал меж крыльев Светлого. Противник не успел отреагировать на атаку демона и не перенес щит назад, поплатившись за свой промах жизнью. Темный Кинжал в мгновения ока выпил Благодать, и свет, исходивший от кожи ангела, тут же померк, а еще через секунду вовсе погас. Светлый медленно опустился на колени, и Рагнар с омерзением оттолкнул его ногой, обутой в сапог из человеческой кожи. Ангел упал лицом вниз, растворяясь в пространстве серебристой пыльцой.
- Я никогда не ошибаюсь,- протянул Рагнар, радуясь очередной победе.
Он вновь провел языком по кромке зубов, отдавая дань многовековой привычке.
В небе огромной бляшкой переливалась луна, разрезая ночь дорожкой холодного света. Рагнар устало вздохнул и подошел к самому краю крыши. Под ним расстилался весь город, переливаясь ночными огнями, но Рагнару было плевать на эти красоты – человеческая мишура не прельщала демонскую сущность.
Рагнар долгим взглядом посмотрел на восток, в ту сторону, где находился скромный городок Корваллес. Сейчас он телепортируется туда, чтобы очередную ночь стеречь покой любимой в ожидании, когда она наберется сил для перерождения. Он обещал Малике, что найдет ее, и он сделал это. Теперь ему нужно лишь дождаться, пока ее тело окрепнет для обряда Возвращения, и тогда, если у него все получится, они снова будут вместе. Перед глазами Рагнара вновь встал образ любимой: нежный овал лица, чистые голубые глаза, полупрозрачная, идеально-белая кожа, живое, горячее сердце и звонкий, чистый голос.
Рагнар закрыл глаза и представил место, куда ему необходимо было перенестись. В ту же секунду его тело стало на миг невесомым, а затем он уже почувствовал легкое касание теплого ветерка и запах сирени, так щедро рассаженной вокруг дома пастора. Здесь тоже царила ночь, но прозрачная и легкая, совсем не такая, как там, где он был еще секунду назад. Рагнар стоял напротив окна Габриеллы, уже давно мирно спящей в своей постели. Демон ухмыльнулся, когда понял, как именно он назвал Малику. Ему никогда не нравилось имя, которым ее наградили земные родители, но пока что мириться приходилось и с этим. Рагнар неслышно подошел вплотную к окну, заглядывая в темноту девичьей спальни. Дальше он пройти просто не мог, хотя стены и двери никогда не были для него препятствием. Всему виной крест, висящий на стене в комнате Габриеллы. Рагнар окинул взглядом его единственную преграду, и бессильно отпустил глаза. В этот миг до его ушей докатился какой-то шорох, и Рагнар тут же перевел настороженный взгляд на спящую Габриеллу. Девушка перевернулась во сне, и с нее сползло легкое одеяло, оголяя нежные плечи. Габриелла мерно дышала во сне, и Рагнар привычно принялся считать ее вдохи. Он ощущал сладкий запах, исходивший от ее крови. Пусть она и заключена в человеческое тело, но все еще оставалась Светлой, пусть и не помнила об этом.
Из ночи в ночь Рагнар стоял у окна, охраняя покой спящей. Он занял этот пост семнадцать лет назад, чтобы обеспечить сохранность человеческой жизни Малики и невинность ее тела, так необходимую сейчас. Еще ни одному ангелу не удалось проникнуть внутрь дома, чтобы ввести девушку в заблуждение – Рагнар убивал их еще на подлете, попутно отвоевывая у них Светлые Кинжалы, один из которых будет необходим Рагнару для проведения обряда. Днем Рагнар неустанно следовал за возлюбленной по пятам, оставляя ее одну лишь в моменты нахождения ее в церкви. В эти минуты он следил за ней сквозь витражи, то и дело обжигаясь о церковные стены. Лишь благодаря неземному пению Габриеллы Рагнару удается терпеть боль от ожогов и гнет святости намоленного места.
На востоке зарделась заря, окропляя землю багряными красками. Рагнар долго всматривался в горизонт, прежде чем увидел тонкий край солнечного диска. Скоро встанет Габриелла, чтобы начать один из своих обычных дней, а Рагнар вновь встанет за ее спину, чтобы тенью следовать за ней.

Тяжелый меч, словно вросший в ее руку, в который раз прошелся мимо плеча ее врага. Она чувствовала, как сила наполняет каждую клеточку ее тела с каждым взмахом, но ее противник не уступал ей. Странное желтоглазое существо, темная кожа которого была буквально изъедена какими-то знаками, светившимися темно- красным, смотрело прямо ей в глаза, странно улыбаясь. Свет от его татуировок падал ей на лицо, словно окрашивая кожу кровью. Габриелла посмотрела на свои руки, сжимающие меч. На ее коже тоже набиты какие-то надписи, но они светились голубоватым. Габриелла откинула с глаз прядь светлых волос и посмотрела на противника, который сидел на одном из камней, которые в обилие окружали их.
- Ты никогда не одолеешь меня, Светлая,- голос существа звучал немного хрипло.
- Даже если я не убью тебя, на мое место придут другие,- услышала Габриелла свой голос.
Существо рассмеялось и внезапно исчезло, оставляя за собой струйку маслянистого, черного дыма. Габриелла почувствовала жар в спине и тут же обернулась.
- Какая ты молодец,- гадко ухмыльнулось существо,- но я все равно тебя убью.
Руки Габриеллы сами собой занесли меч над головой, тело спружинило, и она взлетела в воздух, делая резкий выпад, метясь прямо в сердце противника. Все это произошло за какие-то доли секунды, но лезвие меча распороло пустоту, лишь смех существа прокатился в пространстве, а вслед за ним Габриелла почувствовала касание чего-то обжигающего прямо к своему горлу.
- Попалась,- веселый голос ее врага послышался у самого уха.
Жар, приставленный к ее горлу, все нарастал, пока не взорвался ослепляющей вспышкой.
Габриелла вскочила в постели, хватаясь за горло. Она открывала и закрывала рот, глотая воздух, словно рыба, выброшенная на берег.
- О, Господи!- наконец, вымолвила она.
Голос хрипел после долгого сна. Габриелла посмотрела в окно, где уже почти встало солнце, озаряя светом округу. Сквозь легкие занавески в комнату пробирался свежий ветерок, обдувая прохладой воспаленный лоб девушки. Прислушавшись, Габриелла уловила негромкие звуки на первом этаже дома – родители уже встали. Габриелла посмотрела на часы, показывающие шесть утра, и скинула ноги с кровати. Сон, когда сердце колотиться, словно хочет проломить ребра, как-то уже не шел.
Девушка накинула халат и поплелась вниз, на кухню, где над плитой уже колдовала мать.
- Доброе утро, мамочка,- Габриелла поцеловала Лизу в щеку.
- Доброе утро, милая. Как спалось?- женщина мягко улыбнулась дочери.
- Нормально,- пожала плечами та, усаживаясь на стул.
Лиза внимательно посмотрела в лицо дочери.
- Что-то ты усталая, как будто и не спала вовсе.
- Все нормально, мам,- отмахнулась Габриелла,- я пойду к себе, умоюсь.
- Беги, доченька,- кивнула Лиза, вновь оборачиваясь к плите.
Озабоченность во взгляде матери все же не пропала.

Габриелла встала под душ, открыв на полную оба вентиля. Вода, в меру прохладная, струилась по телу, унося с собой остатки сна. Сколько еще эти непонятные сны будут мучить ее? Она не понимала их смысла, но всегда видела в них одно и тоже существо со странными желтыми глазами, татуировками и кинжалом, который светился ярко- алым огнем. Кто он? Почему она то хочет его смерти, то вдруг оказывается в его объятиях? Сны, в которых он обнимает ее, приходят так же часто, как и те, в которых она жаждет его смерти. Габриелла вздрогнула, вспомнив, как во сне она чувствует касания горячих рук существа к своей бледной коже, словно это все было наяву.
Девушка закрыла глаза, проводя по лицу руками. Как же она устала от этих бесконечных вопросов и отсутствия ответов. Вода все стекала по ее телу, разбиваясь у ног мириадами брызг. Габриелла взяла с полки брусочек ароматного мыла и провела им по груди. Неловкие пальцы не удержали мыло, и оно с негромким стуком упало на дно ванны. Девушка наклонилась, снова взяв в руки брусок.
Внезапно по телу пробежала легкая дрожь, как бывает всякий раз, когда на Габриеллу кто-нибудь пристально смотрел. Она резко разогнулась и огляделась вокруг. Тишину ванной разрезал лишь плеск воды, и никто не нарушал одиночества Габриеллы. В крошечном окне она тоже никого не увидела, но тревога не отпускала ее, нарастая с каждой секундой. Девушка быстро завернулась в большое полотенце и поспешила в комнату. Там она завешала окно темной занавеской, которой пользовалась крайне редко. Только после того, как в комнату перестал бить солнечный свет, а Габриелла оказалась отгороженной от внешнего мира за стенами дома толстым полотном, ее тревога прошла. Девушка шумно выдохнула и приземлилась на кровать. С ней твориться определенно что-то не то, но вот что? Габриелла вновь не знала ответа.

Рагнар не мог глазам своим поверить. Так рано? Похоже на то, ведь он своими глазами только что видел, как девочка почувствовала его присутствие, тут же скрывшись за толстой занавеской. Это значило, что ее внутренняя сила уже порядочно выросла, и Габриелла чувствовала присутствие чего-то чуждого и темного. Ангельская сущность Малики требовала выхода. Рагнар сжал челюсть и принялся кружить вокруг дома пастора. Ему необходимо было пробраться внутрь, но как это сделать, он так и не смог придумать за все семнадцать лет. Сейчас у него осталось не так много времени до момента, когда Габриелла начнет сходить с ума от натиска Малики внутри ее тела. Рагнар вздохнул, взлетев на кромку крыши пастора, и присел на корточки. Нужно торопиться, иначе он попросту не успеет воспользоваться единственным шансом вернуть возлюбленную и спасти их обоих от неминуемой смерти.

 

Габриелла сосредоточенно терла поверхность стола салфеткой. Через занавешенное окно не просачивалось ни единого дуновения ветерка. Несколько минут назад заходила мать, с порога начав возмущаться, что Габриелла превратила комнату в нору. Толстая портьера была тут же убрана в сторону, и в комнату ворвался резкий порыв ветра, свет залил пол и стены огромной лужей. Одновременно с этой лужей в душе Габриеллы тут же растекся липкий страх. Он становился все навязчивее с каждым мгновением, ослабевая лишь, когда окно было закрыто толстым отрезом ткани. Мать ушла, и Габи задернула портьеру, словно отгораживая себя от неведомого, невидимого врага.
Она сходит с ума. Причем ужасающе быстро. Перед глазами Габриеллы уже встала картинка, как психиатр с уверенностью ставит ей диагноз «шизофрения», дополняя картинку манией преследования.
Часы на первом этаже дома отбили шесть вечера. Габриелла уже давно пришла из школы. Вопреки ее ожиданиям, там она не чувствовала страха, который обуревал ее здесь, дома. Девушка непонимающе качнула головой и отошла от стола, переходя к полкам. Эта уборка не была запланированной, затеянная просто ради убивания времени и отвлечением рассудка на другие вещи в надежде заглушить тревоги.
Получалось из рук вон плохо, точнее, не получалось совершенно. Для полноты картинку дополняли воспоминания сегодняшнего сна: очередная битва с желтоглазым существом, закончившаяся сценой поцелуев с ним же, и обжигающей боли, которая лавиной затопило каждую клеточку уже проснувшейся к тому моменту Габриеллы. Девушка вздрогнула, отгоняя от себя все еще яркие ощущения.
В раздумьях Габи обтерла полки и потянулась за новой салфеткой, пачка которых лежала на столе. Рядом с полками, на стене, висел простой деревянный крест, и теперь настала его очередь быть вытертым от осевшим на него пыли.
Габриелла сняла со стены крест и провела по его поверхности салфеткой, которая оставила за собой влажный след. Девушка обтерла распятие с лицевой стороны, и перевернула его обратной, чтобы обтереть и там. Через тонкую салфетку пальцы почувствовали едва заметные неровности. Габи поднесла крест ближе к глазам, чтобы посмотреть, за что зацепились ее пальцы. Вдоль всего распятия тянулась тонкая строчка вязи букв. Габриелла отложила салфетку на ближайшую полку и подошла к столу. В одном из ящиков она отыскала лупу и уже через нее посмотрела на надпись. Габриелла, будучи воспитана в католической семье пастора, прекрасно знала латынь, но к ее удивлению, надпись на кресте была сделана вовсе не латынью. Лупа увеличивала совсем незнакомые девушке буквы и слова. Габриелла несколько мгновений пристально рассматривала надпись, а затем отложила лупу и вышла из комнаты.
Кроме нее в доме в это время находился еще и отец. Габи остановилась на лестнице, ведущей вниз.
- Пап?- позвала девушка, выглядывая с лестницы в гостиную.
- Что, Габи?- Ричард сидел в кресле с книгой на коленях.
Он поправил сползшие на кончик носа очки и вскинул на дочь вопросительный взгляд. Габи спустилась с лестницы и подошла к отцу.
- Пап, что это?- она протянула ему распятие обратной стороной вверх.
Ричард принял из рук дочери крест.
- А что там?- спросил он, разглядывая надпись.
Буквы были слишком мелкие, чтобы Ричард смог разглядеть их, даже будучи в очках.
- Габи, это обычная латынь. Посмотри другие распятия – там тоже есть такие же надписи,- увещевал он дочь, отдавая ей крест.
- Папа, это не латынь,- покачала головой Габи, забирая крест.
- С чего ты взяла?- Ричард водворил на место вновь сползающие очки.
- Папа, я знаю латынь – ты меня сам учил. Я смотрела на надпись через лупу,- упрямилась Габи.
- Пойдем,- вздохнул пастор, вставая с кресла.
Они вместе прошли в спальню Габи, и девушка подала отцу лупу. Пастор с минуту разглядывал надпись через увеличительное стекло, затем отложил его и задумчиво потер подбородок.
- Интересно…
Габи в ожидании смотрела на отца, который молча смотрел на распятие.
- Так что значит эта надпись?- наконец, не выдержала девушка.
- Я не знаю, Габи. Я не знаю,- покачала головой пастор.- Этот крест ровесник твоему прадедушке, если не старше, но все же странно, что это не латынь.
- А можно узнать, что там написано?- глаза девушки загорелись любопытством.
- Ну, конечно можно,- хмыкнул Ричард.- Крест пока что я заберу себе.
- Хорошо,- протянула Габи.
Она надеялась, что отец ей доверит переводить эту надпись, но, похоже, что он сам заинтересовался не меньше. Ричард всегда был натурой любознательно и, несмотря на свой уже давно зрелый возраст, все еще впитывал знания подобно губке.
- И, кстати, почему окно зашторено?- Ричард укоризненно покачал головой, подходя к окну.
Габриелла вздохнула: этот туда же. Комнату вновь залил солнечный свет. Габриелла вновь напряглась в ожидании волны тревоги, но с удивлением ощутила лишь ее отсутствие. Вздохнув с облегчением, девушка схватила с полки салфетку.
- Габи, ты еще не закончила уборку?- спросил Ричард, глядя, как дочь складывает салфетку.
- Ну, вроде все, а что?- Габи запечатала упаковку салфеток и сунула ее в карман платья.
- Мама придет еще не скоро…
- Хорошо, папа, я приготовлю ужин,- весело ухмыльнулась девушка, поняв намек отца.
- Умница,- мягко улыбнулся отец.
- Пойдем,- весело пропела Габи, обнимая отца за талию.
Настроение у нее взлетело в мгновения ока.

Рагнар не мог поверить своим глазам и ушам. Пастор уносит крест? Неужели удача повернулась к нему лицом? Похоже на то, и Рагнар, наконец, сможет попасть внутрь дома. Ему даже не верилось в свою удачу: все семнадцать лет кресты со стен не снимались, и, уж тем более, не покидали дом. А сегодня пастор собственноручно забрал распятие из рук дочери, чтобы перевести надпись на обороте.
Губы Рагнара растянулись в предвкушении скорых перемен, и демон легко заскочил на подоконник. Габриелла улыбнулась отцу, и они вместе вышли из комнаты. Сегодня Габи будет готовить ужин, значит, у Рагнара есть время как минимум до одиннадцати вечера, чтобы подготовиться. Демон еще с минуту послушал, о чем говорили отец и дочь. Не услышав полезной информации, Темный с едва слышным хлопком растворился в воздухе, оставляя за собой облачко черного дыма, которое тут же развеял задорный ветерок.

Габриелла вытирала слезы, потоком льющиеся по бледным щекам. Нож с хрустом разрезал луковицу, лежащую на деревянной доске. Рядом, на плите, шипело масло, налитое в сковороду. Габриелла закончила нарезать колечки лука и отодвинула доску в сторону. В этот момент раздался короткий звон – в микроволновке растаяло мясо. Габриелла вытащила стеклянное блюдо и слила воду в мойку. Масло в сковороде уже раскалилось, и Габи осторожно выложила мясо на сковороду. Масло тут же начало стрелять. Пару капель попало на руки девушки, и Габи вскрикнула от боли, растирая крошечные ожоги.
Во дворе послышался рокот мотора семейного Форда шестьдесят второго года выпуска – вернулась Лиза, уехавшая еще до рассвета в Салем, столицу штата. В Салеме жила сестра Лизы, Верджиния, тридцатилетняя женщина, пребывавшая сейчас на пятом месяце беременности. Лиза припарковала машину у дома и пересекла двор.
- Мама,- улыбнулась Габи, встречая мать на Лизу на пороге.
- Здравствуй, доченька,- та поцеловала Габи в щеку,- а где папа?
- Я отправила его за солью,- хихикнула Габи,- но он скоро должен прийти. Скоро будет ужин, так что поторапливайся.
Лиза весело кивнула и развернулась по направлению к лестнице. Габи вернулась к плите, перевернула мясо, уже подрумяненное и высыпала в сковороду лук. На соседней конфорке, в жестяном ковше бурлил и пенился томатный соус, который девушка размешала деревянной ложкой.
Через двадцать минут за столом собралась вся семья, чтобы оценить ужин, который Габи готовила с таким усердием. Ричард вручил Габи соль, за которой она отправляла его, а мать весело смеялась, выслушивая шутливые жалобы мужа на «своевольную» дочь.
- Верджиния буквально цветет,- рассказывала Лиза о сегодняшней поездке,- ей идет беременность, а ее Герет на седьмом небе от счастья. Им напророчили девочку.
- А как там Джон?- поинтересовалась Габи о своеем двоюродном семилетнем брате, сыне Верджинии.
- От этого постреленка нигде спасения нет!- рассмеялась Лиза.- Так и сыплет вопросами на каждого, кого увидит.
- Габи была такой же,- весело хмыкнул Ричард,- покоя с утра до вечера не давала.
- Да, именно ее я и вспомнила, когда смотрела на Джонни,- согласно кивнула Лиза.- Кстати, они даже чем-то похожи.
- И чем же?- оживился Ричард.
Лиза на секунду призадумалась.
- Выражением глаз. Они у него такие же светлые, чистые.
Габи молча слушала разговор родителей. Где-то на заднем плане ее сознания нарастало напряжение.
- Габи, ты сегодня молчаливая,- обратила внимание на дочь Лиза.
- Просто устала,- пожала плечами девушка.- Сегодня была контрольная.
- И как? Ты справилась?
- Конечно,- слабо улыбнулась Габриелла.- Не было ничего сложного – я давно выучила эту тему.
- Ты умница, девочка,- подключился отец.- Мы гордимся тобой – у тебя самый высокий балл в школе.
- Я стараюсь, папа,- равнодушно ответила Габи.
- Девочка, ты не заболела?- насторожилась мать.
- Голова болит,- поморщила Габриелла.
- Может, ты пойдешь спать? Тебе не помешает отдохнуть,- заметил отец, глядя на часы.
Лиза кивнула.
- Да, наверное,- вздохнула Габи.- Я пойду к себе. Спокойной ночи.
Девушка встала из-за стола, отодвигая тарелку дальше от себя. Она прошла мимо отца с матерью, по очереди поцеловав родителей.
- Спокойно ночи, милая,- пожелала Лиза.
- Спокойно ночи, Габи,- вторил ей Ричард.
Габи кивнула родителям и медленно поднялась к себе. В комнате было свежо и тихо. Девушка медленно стянула с себя платье и нагая прошла в ванную. Зашумела вода, разбиваясь о дно ванны цветными каплями.

Рагнар хищно присел, напрягая тело. В нескольких метрах от него, пересекая темный переулок, шел молодой мужчина. Демон четко видел, как молодая, сильная кровь струится по его жилам. Все человеческие сказки о вампирах, питающихся людской кровью, были отчасти правдивы, но демоны тоже не гнушались подобным способом пропитания, когда не было альтернативы.
Темному сегодня как никогда нужны были силы, а он не ел уже около полугода. Горло дернулось, когда Рагнар представил, как горячая человеческая кровь наполнит его рот. Язык скользнул по кромке клыков, и демон растворился в сумраке ночи. Отдаленным эхом по переулку прокатился короткий жалобный вскрик, а затем вновь наступила тишина.
Рагнар впился зубами в шею жертвы, одним глотком высасывая из нее жизнь, заключенную в каждой капле крови. Татуировки, потускневшие за время, что Рагнар обходился без пищи, вспыхнули ярко-алым пламенем, переливаясь и искрясь.
Когда жертва в его руках похолодела, демон отбросил ее, словно мусор. Завтра утром, а, скорее всего, еще сегодня ночью обескровленного мертвеца обнаружат прохожие, но его это совершенно не волновало. Тело демона наполнилось блаженный теплом, силой загорелась каждая клеточка. Рагнар вздохнул полной грудью, чувствуя, как капли еще горячей крови стекают по его подбородку и капают на широкую, голую грудь. Небрежно обтерев подбородок тыльной стороной ладони, Темный скользнул языком по губам, подбирая оставшееся.
Прикрыв глаза, демон исчез.

Габриелла растирала тело губкой, пока кожа не приобрела мягкий розовый оттенок. Белая пена с медовым ароматом цветов стекала по девичьему телу густым потоком. Длинные золотистые волосы, теперь потемневшие, мокрыми прядями липли к лицу, спине и груди. Ванная была наполнена паром. Габриелла уже сорок минут стояла под душем, ее щеки горели, кожа пылала от страстных поцелуев горячей воды, почти кипятка, струями обвивавшего ее фигуру.
Ополоснув губку, Габриелла отложила ее на полочку и вновь встала под душ. Вода смыла последние разводы мыльно пены и шампуня. Девушка глотала воздух ртом, полностью погрузившись в водяные потоки. Наконец, закрыв воду, Габриелла выступила из ванной, тут же замотавшись в махровое полотенце. От кожи шел пар.
Девушка протерла ладошкой зеркало, вглядываясь в свое отражение. На щеках расцвели красные пятна, оживляя обычно бледное лицо. Прозрачные голубые глаза смотрели устало и настороженно – Габриелла никак не могла расстаться с тревогой и ощущением чьего-то присутствия. Девушка провела пальцем по своему курносому носику. Он ей никогда не нравился из-за этой самой курносости. Поморщившись, она отвернулась от зеркала и принялась обтирать тело от влаги. Затем, промокнув волосы, девушка нагая прошла в комнату, оставив полотенце на сушилке.
На спинке кровати ее ожидала хлопковая сорочка, ее любимая, но Габриелла не спешила ее надевать. Лиза никогда не приветствовала расхаживание голышом, но Габриелла никогда особенно и не прислушивалась к подобным словам матери. Родители учили ее быть смиренной, богопослушной и скромной, коей Габриелла и была, но когда девушка оставалась наедине с собой, она давала себе небольшую свободу. Ей нравилось, когда прохладный воздух струиться по коже, остужая тело после горячего душа. Вот и сейчас Габи легла на кровать, раскинув руки и согнув одну ногу в колене. Тревога в груди немного ослабла, и девушка позволила себе откинуть портьеру с окна и приоткрыть форточку, впуская в комнату вечернюю свежесть.
Тишину нарушало лишь чириканье каких-то птичек в ближайших кустах, да стрекотание цикад. Габриелла прикрыла глаза, слегка улыбаясь. Покой накрыл ее легким шелком, нежными волнами лаская сознание. Сон сладкими волнами накатывал на расслабленное тело, просачиваясь сквозь закрытые веки.

Рагнар сидел на подоконнике в комнате Габриеллы и пристально наблюдал за девушкой. Его желтые глаза хищно поблескивали, когда сладкий аромат ангельской сущности волнами касался его ноздрей. Девушка раскинулась на кровати, явно наслаждаясь своей наготой. Рагнар склонил голову набок. Сейчас Габриелла не подавала каких-либо признаков ощущения присутствия демона в ее комнате, но Рагнару было достаточно единственного знака о том, что девушка почувствовала его, чтобы начать действовать.
Он легко спрыгнул на пол и подошел к кровати, наблюдая за Габриеллой – та даже не шелохнулась. Демон лишь весело хмыкнул, скользя глазами по длинной, изящной шее, округлой груди, плоскому животу и тонкой талии. Длинные ноги и покатые бедра вызвали у него восторженный вздох. Он прекрасно помнил тело Малики, но видя его перед собой впервые за последние двадцать лет, Рагнар вновь почувствовал, что пьянеет от любви к этому существу.
Габриелла приоткрыла один глаз, затем второй и медленно села. Рагнар улыбнулся и присел на пол перед кроватью. Сейчас он воплотится перед ней, чтобы рассказать правду. Конечно, перед этим ему нужно будет закрыть ей рот, чтобы она не разбудила весь дом и несколько соседних районов своими истошными криками. Ему совсем не нравилось, что придется применять силу, даже такую незначительную, к той, которую он любил больше жизни, но без этого ему не обойтись.
Габриелла нехотя натянула на себя сорочку и соскочила с кровати, чтобы подойти к зеркалу. Сжав в руке щетку, она провела ею уже по практически сухим волосам и стянула их розовой лентой. Зевая, Габриелла потянулась и отправилась в постель. Взяв за краешек оделяла, она уже собралась откинуть его в сторону, но тут за спиной раздался какой-то шорох. Девушка резко развернулась, а в следующий миг почувствовала, как ее рот и нос оказались зажаты. Глаза Габриеллы широко распахнулись в ужасе. Девушка попыталась достать до нападавшего, и ее пальцы наткнулись на твердое тело, горячее и гладкое.
- Если не будешь кричать, я тебя отпущу,- услышала она вкрадчивый шепот, мягкий и ласковый.- Хорошо?
Габриелле ничего не оставалось, как кивнуть. В следующий миг она уже смогла вдохнуть полной грудью. Девушка в панике обернулась, но ее глаза поймали лишь пустую комнату, в которой кроме самой Габриеллы никого не было.

 

Габриелла в отчаянии шарила глазами по комнате, в надежде найти хоть какую-нибудь зацепку, доказательство, что она не безумна, что ей это не померещилось.
В этот миг до ее слуха долетел мягкий смешок, а в нос ударил резкий запах серы. Он въедался в ее ноздри, раздирая их. Габи в панике оборачивалась, но ее взгляд все так же проваливался в пустоту.
- Здравствуй,- вдруг услышала она в тишине комнаты. Голос послышался прямо из-за ее спины. Габриелла резко обернулась на звук. Прямо перед ней стоял высокий черноволосый мужчина в брючном костюме, скривив губы в улыбке. Грудь девушки сперло ужасом – Габриелла не смогла даже крикнуть. Только открыла рот в попытке глотнуть воздуха, но в легких вдруг оказалось слишком мало места даже для крошечного глотка – все пространства занял этот леденящий ужас.
- Не бойся меня, Габриелла,- мужчина протянул руку и снова светло, мягко улыбнулся.
Тело Габриеллы, ведомое инстинктом самосохранения, отшатнулось от протянутой руки. Девушка не моргая смотрела на пришельца, который, не ведомо как, но попал в ее дом.
- Не бойся,- с расстановкой повторил пришелец.
В этот миг Габи потеряла сознание.

© Copyright: Диана Литовка, 2014

Регистрационный номер №0202124

от 18 марта 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0202124 выдан для произведения:

Яркие вспышки, подобно молниям, освещали один из небоскребов Нью- Йорка, на котором то сходились, то разлетались в сторону Темный и Светлый. Каждый раз, когда их оружие соприкасалось, темноту ночи разрезала вспышка света, невидимая для людского глаза. Рагнар пригнулся к крыше, словно хищный зверь, скаля острые, словно бритва, зубы. В его желтых глазах полыхала ненависть, татуировки горели огнем.
- Ты не получишь ее,- ухмыльнулся Темный, сжимая в руках кинжал.
- Она не останется безнаказанной,- с ледяным спокойствием промолвил ангел,- как и ты, демон.
Рагнар продолжал ядовито ухмыляться. Он провел языком по кромке зубов, желтые глаза сосредоточенно следили за противником, не упуская ни единого жеста ангела.
- Сейчас ты умрешь,- Рагнар подался в сторону, огибая ангела,- и никогда не расскажешь своим сородичам, что нашел Малику.
Ангел уловил маневр Рагнара и зеркально повторил его.
- Ты ошибаешься, демон,- на лице Светлого отражалась пустота.
Рагнар расхохотался, но не расслабился ни на секунду. Их с противником разделял какой-то метр, и демон прекрасно понимал, что может быть повержен Мечом Света в любую секунду. Ангел спокойно взирал на хохочущего врага.
В желтых глазах Рагнара мелькнула решительность. Сейчас или никогда. Он напружинил тело и подлетел вверх, совершая обманный маневр. Светлый приготовился к атаке сверху, выставляя щит над головой, но Рагнар не был так глуп, чтобы совершать такой очевидный маневр. Вместо этого он сделал глубокий вдох, занес кинжал и телепортировался прямо за спину ангела, вонзая светящийся кинжал меж крыльев Светлого. Противник не успел отреагировать на атаку демона и не перенес щит назад, поплатившись за свой промах жизнью. Темный Кинжал в мгновения ока выпил Благодать, и свет, исходивший от кожи ангела, тут же померк, а еще через секунду вовсе погас. Светлый медленно опустился на колени, и Рагнар с омерзением оттолкнул его ногой, обутой в сапог из человеческой кожи. Ангел упал лицом вниз, растворяясь в пространстве серебристой пыльцой.
- Я никогда не ошибаюсь,- протянул Рагнар, радуясь очередной победе.
Он вновь провел языком по кромке зубов, отдавая дань многовековой привычке.
В небе огромной бляшкой переливалась луна, разрезая ночь дорожкой холодного света. Рагнар устало вздохнул и подошел к самому краю крыши. Под ним расстилался весь город, переливаясь ночными огнями, но Рагнару было плевать на эти красоты – человеческая мишура не прельщала демонскую сущность.
Рагнар долгим взглядом посмотрел на восток, в ту сторону, где находился скромный городок Корваллес. Сейчас он телепортируется туда, чтобы очередную ночь стеречь покой любимой в ожидании, когда она наберется сил для перерождения. Он обещал Малике, что найдет ее, и он сделал это. Теперь ему нужно лишь дождаться, пока ее тело окрепнет для обряда Возвращения, и тогда, если у него все получится, они снова будут вместе. Перед глазами Рагнара вновь встал образ любимой: нежный овал лица, чистые голубые глаза, полупрозрачная, идеально-белая кожа, живое, горячее сердце и звонкий, чистый голос.
Рагнар закрыл глаза и представил место, куда ему необходимо было перенестись. В ту же секунду его тело стало на миг невесомым, а затем он уже почувствовал легкое касание теплого ветерка и запах сирени, так щедро рассаженной вокруг дома пастора. Здесь тоже царила ночь, но прозрачная и легкая, совсем не такая, как там, где он был еще секунду назад. Рагнар стоял напротив окна Габриеллы, уже давно мирно спящей в своей постели. Демон ухмыльнулся, когда понял, как именно он назвал Малику. Ему никогда не нравилось имя, которым ее наградили земные родители, но пока что мириться приходилось и с этим. Рагнар неслышно подошел вплотную к окну, заглядывая в темноту девичьей спальни. Дальше он пройти просто не мог, хотя стены и двери никогда не были для него препятствием. Всему виной крест, висящий на стене в комнате Габриеллы. Рагнар окинул взглядом его единственную преграду, и бессильно отпустил глаза. В этот миг до его ушей докатился какой-то шорох, и Рагнар тут же перевел настороженный взгляд на спящую Габриеллу. Девушка перевернулась во сне, и с нее сползло легкое одеяло, оголяя нежные плечи. Габриелла мерно дышала во сне, и Рагнар привычно принялся считать ее вдохи. Он ощущал сладкий запах, исходивший от ее крови. Пусть она и заключена в человеческое тело, но все еще оставалась Светлой, пусть и не помнила об этом.
Из ночи в ночь Рагнар стоял у окна, охраняя покой спящей. Он занял этот пост семнадцать лет назад, чтобы обеспечить сохранность человеческой жизни Малики и невинность ее тела, так необходимую сейчас. Еще ни одному ангелу не удалось проникнуть внутрь дома, чтобы ввести девушку в заблуждение – Рагнар убивал их еще на подлете, попутно отвоевывая у них Светлые Кинжалы, один из которых будет необходим Рагнару для проведения обряда. Днем Рагнар неустанно следовал за возлюбленной по пятам, оставляя ее одну лишь в моменты нахождения ее в церкви. В эти минуты он следил за ней сквозь витражи, то и дело обжигаясь о церковные стены. Лишь благодаря неземному пению Габриеллы Рагнару удается терпеть боль от ожогов и гнет святости намоленного места.
На востоке зарделась заря, окропляя землю багряными красками. Рагнар долго всматривался в горизонт, прежде чем увидел тонкий край солнечного диска. Скоро встанет Габриелла, чтобы начать один из своих обычных дней, а Рагнар вновь встанет за ее спину, чтобы тенью следовать за ней.

Тяжелый меч, словно вросший в ее руку, в который раз прошелся мимо плеча ее врага. Она чувствовала, как сила наполняет каждую клеточку ее тела с каждым взмахом, но ее противник не уступал ей. Странное желтоглазое существо, темная кожа которого была буквально изъедена какими-то знаками, светившимися темно- красным, смотрело прямо ей в глаза, странно улыбаясь. Свет от его татуировок падал ей на лицо, словно окрашивая кожу кровью. Габриелла посмотрела на свои руки, сжимающие меч. На ее коже тоже набиты какие-то надписи, но они светились голубоватым. Габриелла откинула с глаз прядь светлых волос и посмотрела на противника, который сидел на одном из камней, которые в обилие окружали их.
- Ты никогда не одолеешь меня, Светлая,- голос существа звучал немного хрипло.
- Даже если я не убью тебя, на мое место придут другие,- услышала Габриелла свой голос.
Существо рассмеялось и внезапно исчезло, оставляя за собой струйку маслянистого, черного дыма. Габриелла почувствовала жар в спине и тут же обернулась.
- Какая ты молодец,- гадко ухмыльнулось существо,- но я все равно тебя убью.
Руки Габриеллы сами собой занесли меч над головой, тело спружинило, и она взлетела в воздух, делая резкий выпад, метясь прямо в сердце противника. Все это произошло за какие-то доли секунды, но лезвие меча распороло пустоту, лишь смех существа прокатился в пространстве, а вслед за ним Габриелла почувствовала касание чего-то обжигающего прямо к своему горлу.
- Попалась,- веселый голос ее врага послышался у самого уха.
Жар, приставленный к ее горлу, все нарастал, пока не взорвался ослепляющей вспышкой.
Габриелла вскочила в постели, хватаясь за горло. Она открывала и закрывала рот, глотая воздух, словно рыба, выброшенная на берег.
- О, Господи!- наконец, вымолвила она.
Голос хрипел после долгого сна. Габриелла посмотрела в окно, где уже почти встало солнце, озаряя светом округу. Сквозь легкие занавески в комнату пробирался свежий ветерок, обдувая прохладой воспаленный лоб девушки. Прислушавшись, Габриелла уловила негромкие звуки на первом этаже дома – родители уже встали. Габриелла посмотрела на часы, показывающие шесть утра, и скинула ноги с кровати. Сон, когда сердце колотиться, словно хочет проломить ребра, как-то уже не шел.
Девушка накинула халат и поплелась вниз, на кухню, где над плитой уже колдовала мать.
- Доброе утро, мамочка,- Габриелла поцеловала Лизу в щеку.
- Доброе утро, милая. Как спалось?- женщина мягко улыбнулась дочери.
- Нормально,- пожала плечами та, усаживаясь на стул.
Лиза внимательно посмотрела в лицо дочери.
- Что-то ты усталая, как будто и не спала вовсе.
- Все нормально, мам,- отмахнулась Габриелла,- я пойду к себе, умоюсь.
- Беги, доченька,- кивнула Лиза, вновь оборачиваясь к плите.
Озабоченность во взгляде матери все же не пропала.

Габриелла встала под душ, открыв на полную оба вентиля. Вода, в меру прохладная, струилась по телу, унося с собой остатки сна. Сколько еще эти непонятные сны будут мучить ее? Она не понимала их смысла, но всегда видела в них одно и тоже существо со странными желтыми глазами, татуировками и кинжалом, который светился ярко- алым огнем. Кто он? Почему она то хочет его смерти, то вдруг оказывается в его объятиях? Сны, в которых он обнимает ее, приходят так же часто, как и те, в которых она жаждет его смерти. Габриелла вздрогнула, вспомнив, как во сне она чувствует касания горячих рук существа к своей бледной коже, словно это все было наяву.
Девушка закрыла глаза, проводя по лицу руками. Как же она устала от этих бесконечных вопросов и отсутствия ответов. Вода все стекала по ее телу, разбиваясь у ног мириадами брызг. Габриелла взяла с полки брусочек ароматного мыла и провела им по груди. Неловкие пальцы не удержали мыло, и оно с негромким стуком упало на дно ванны. Девушка наклонилась, снова взяв в руки брусок.
Внезапно по телу пробежала легкая дрожь, как бывает всякий раз, когда на Габриеллу кто-нибудь пристально смотрел. Она резко разогнулась и огляделась вокруг. Тишину ванной разрезал лишь плеск воды, и никто не нарушал одиночества Габриеллы. В крошечном окне она тоже никого не увидела, но тревога не отпускала ее, нарастая с каждой секундой. Девушка быстро завернулась в большое полотенце и поспешила в комнату. Там она завешала окно темной занавеской, которой пользовалась крайне редко. Только после того, как в комнату перестал бить солнечный свет, а Габриелла оказалась отгороженной от внешнего мира за стенами дома толстым полотном, ее тревога прошла. Девушка шумно выдохнула и приземлилась на кровать. С ней твориться определенно что-то не то, но вот что? Габриелла вновь не знала ответа.

Рагнар не мог глазам своим поверить. Так рано? Похоже на то, ведь он своими глазами только что видел, как девочка почувствовала его присутствие, тут же скрывшись за толстой занавеской. Это значило, что ее внутренняя сила уже порядочно выросла, и Габриелла чувствовала присутствие чего-то чуждого и темного. Ангельская сущность Малики требовала выхода. Рагнар сжал челюсть и принялся кружить вокруг дома пастора. Ему необходимо было пробраться внутрь, но как это сделать, он так и не смог придумать за все семнадцать лет. Сейчас у него осталось не так много времени до момента, когда Габриелла начнет сходить с ума от натиска Малики внутри ее тела. Рагнар вздохнул, взлетев на кромку крыши пастора, и присел на корточки. Нужно торопиться, иначе он попросту не успеет воспользоваться единственным шансом вернуть возлюбленную и спасти их обоих от неминуемой смерти.

 

Габриелла сосредоточенно терла поверхность стола салфеткой. Через занавешенное окно не просачивалось ни единого дуновения ветерка. Несколько минут назад заходила мать, с порога начав возмущаться, что Габриелла превратила комнату в нору. Толстая портьера была тут же убрана в сторону, и в комнату ворвался резкий порыв ветра, свет залил пол и стены огромной лужей. Одновременно с этой лужей в душе Габриеллы тут же растекся липкий страх. Он становился все навязчивее с каждым мгновением, ослабевая лишь, когда окно было закрыто толстым отрезом ткани. Мать ушла, и Габи задернула портьеру, словно отгораживая себя от неведомого, невидимого врага.
Она сходит с ума. Причем ужасающе быстро. Перед глазами Габриеллы уже встала картинка, как психиатр с уверенностью ставит ей диагноз «шизофрения», дополняя картинку манией преследования.
Часы на первом этаже дома отбили шесть вечера. Габриелла уже давно пришла из школы. Вопреки ее ожиданиям, там она не чувствовала страха, который обуревал ее здесь, дома. Девушка непонимающе качнула головой и отошла от стола, переходя к полкам. Эта уборка не была запланированной, затеянная просто ради убивания времени и отвлечением рассудка на другие вещи в надежде заглушить тревоги.
Получалось из рук вон плохо, точнее, не получалось совершенно. Для полноты картинку дополняли воспоминания сегодняшнего сна: очередная битва с желтоглазым существом, закончившаяся сценой поцелуев с ним же, и обжигающей боли, которая лавиной затопило каждую клеточку уже проснувшейся к тому моменту Габриеллы. Девушка вздрогнула, отгоняя от себя все еще яркие ощущения.
В раздумьях Габи обтерла полки и потянулась за новой салфеткой, пачка которых лежала на столе. Рядом с полками, на стене, висел простой деревянный крест, и теперь настала его очередь быть вытертым от осевшим на него пыли.
Габриелла сняла со стены крест и провела по его поверхности салфеткой, которая оставила за собой влажный след. Девушка обтерла распятие с лицевой стороны, и перевернула его обратной, чтобы обтереть и там. Через тонкую салфетку пальцы почувствовали едва заметные неровности. Габи поднесла крест ближе к глазам, чтобы посмотреть, за что зацепились ее пальцы. Вдоль всего распятия тянулась тонкая строчка вязи букв. Габриелла отложила салфетку на ближайшую полку и подошла к столу. В одном из ящиков она отыскала лупу и уже через нее посмотрела на надпись. Габриелла, будучи воспитана в католической семье пастора, прекрасно знала латынь, но к ее удивлению, надпись на кресте была сделана вовсе не латынью. Лупа увеличивала совсем незнакомые девушке буквы и слова. Габриелла несколько мгновений пристально рассматривала надпись, а затем отложила лупу и вышла из комнаты.
Кроме нее в доме в это время находился еще и отец. Габи остановилась на лестнице, ведущей вниз.
- Пап?- позвала девушка, выглядывая с лестницы в гостиную.
- Что, Габи?- Ричард сидел в кресле с книгой на коленях.
Он поправил сползшие на кончик носа очки и вскинул на дочь вопросительный взгляд. Габи спустилась с лестницы и подошла к отцу.
- Пап, что это?- она протянула ему распятие обратной стороной вверх.
Ричард принял из рук дочери крест.
- А что там?- спросил он, разглядывая надпись.
Буквы были слишком мелкие, чтобы Ричард смог разглядеть их, даже будучи в очках.
- Габи, это обычная латынь. Посмотри другие распятия – там тоже есть такие же надписи,- увещевал он дочь, отдавая ей крест.
- Папа, это не латынь,- покачала головой Габи, забирая крест.
- С чего ты взяла?- Ричард водворил на место вновь сползающие очки.
- Папа, я знаю латынь – ты меня сам учил. Я смотрела на надпись через лупу,- упрямилась Габи.
- Пойдем,- вздохнул пастор, вставая с кресла.
Они вместе прошли в спальню Габи, и девушка подала отцу лупу. Пастор с минуту разглядывал надпись через увеличительное стекло, затем отложил его и задумчиво потер подбородок.
- Интересно…
Габи в ожидании смотрела на отца, который молча смотрел на распятие.
- Так что значит эта надпись?- наконец, не выдержала девушка.
- Я не знаю, Габи. Я не знаю,- покачала головой пастор.- Этот крест ровесник твоему прадедушке, если не старше, но все же странно, что это не латынь.
- А можно узнать, что там написано?- глаза девушки загорелись любопытством.
- Ну, конечно можно,- хмыкнул Ричард.- Крест пока что я заберу себе.
- Хорошо,- протянула Габи.
Она надеялась, что отец ей доверит переводить эту надпись, но, похоже, что он сам заинтересовался не меньше. Ричард всегда был натурой любознательно и, несмотря на свой уже давно зрелый возраст, все еще впитывал знания подобно губке.
- И, кстати, почему окно зашторено?- Ричард укоризненно покачал головой, подходя к окну.
Габриелла вздохнула: этот туда же. Комнату вновь залил солнечный свет. Габриелла вновь напряглась в ожидании волны тревоги, но с удивлением ощутила лишь ее отсутствие. Вздохнув с облегчением, девушка схватила с полки салфетку.
- Габи, ты еще не закончила уборку?- спросил Ричард, глядя, как дочь складывает салфетку.
- Ну, вроде все, а что?- Габи запечатала упаковку салфеток и сунула ее в карман платья.
- Мама придет еще не скоро…
- Хорошо, папа, я приготовлю ужин,- весело ухмыльнулась девушка, поняв намек отца.
- Умница,- мягко улыбнулся отец.
- Пойдем,- весело пропела Габи, обнимая отца за талию.
Настроение у нее взлетело в мгновения ока.

Рагнар не мог поверить своим глазам и ушам. Пастор уносит крест? Неужели удача повернулась к нему лицом? Похоже на то, и Рагнар, наконец, сможет попасть внутрь дома. Ему даже не верилось в свою удачу: все семнадцать лет кресты со стен не снимались, и, уж тем более, не покидали дом. А сегодня пастор собственноручно забрал распятие из рук дочери, чтобы перевести надпись на обороте.
Губы Рагнара растянулись в предвкушении скорых перемен, и демон легко заскочил на подоконник. Габриелла улыбнулась отцу, и они вместе вышли из комнаты. Сегодня Габи будет готовить ужин, значит, у Рагнара есть время как минимум до одиннадцати вечера, чтобы подготовиться. Демон еще с минуту послушал, о чем говорили отец и дочь. Не услышав полезной информации, Темный с едва слышным хлопком растворился в воздухе, оставляя за собой облачко черного дыма, которое тут же развеял задорный ветерок.

Габриелла вытирала слезы, потоком льющиеся по бледным щекам. Нож с хрустом разрезал луковицу, лежащую на деревянной доске. Рядом, на плите, шипело масло, налитое в сковороду. Габриелла закончила нарезать колечки лука и отодвинула доску в сторону. В этот момент раздался короткий звон – в микроволновке растаяло мясо. Габриелла вытащила стеклянное блюдо и слила воду в мойку. Масло в сковороде уже раскалилось, и Габи осторожно выложила мясо на сковороду. Масло тут же начало стрелять. Пару капель попало на руки девушки, и Габи вскрикнула от боли, растирая крошечные ожоги.
Во дворе послышался рокот мотора семейного Форда шестьдесят второго года выпуска – вернулась Лиза, уехавшая еще до рассвета в Салем, столицу штата. В Салеме жила сестра Лизы, Верджиния, тридцатилетняя женщина, пребывавшая сейчас на пятом месяце беременности. Лиза припарковала машину у дома и пересекла двор.
- Мама,- улыбнулась Габи, встречая мать на Лизу на пороге.
- Здравствуй, доченька,- та поцеловала Габи в щеку,- а где папа?
- Я отправила его за солью,- хихикнула Габи,- но он скоро должен прийти. Скоро будет ужин, так что поторапливайся.
Лиза весело кивнула и развернулась по направлению к лестнице. Габи вернулась к плите, перевернула мясо, уже подрумяненное и высыпала в сковороду лук. На соседней конфорке, в жестяном ковше бурлил и пенился томатный соус, который девушка размешала деревянной ложкой.
Через двадцать минут за столом собралась вся семья, чтобы оценить ужин, который Габи готовила с таким усердием. Ричард вручил Габи соль, за которой она отправляла его, а мать весело смеялась, выслушивая шутливые жалобы мужа на «своевольную» дочь.
- Верджиния буквально цветет,- рассказывала Лиза о сегодняшней поездке,- ей идет беременность, а ее Герет на седьмом небе от счастья. Им напророчили девочку.
- А как там Джон?- поинтересовалась Габи о своеем двоюродном семилетнем брате, сыне Верджинии.
- От этого постреленка нигде спасения нет!- рассмеялась Лиза.- Так и сыплет вопросами на каждого, кого увидит.
- Габи была такой же,- весело хмыкнул Ричард,- покоя с утра до вечера не давала.
- Да, именно ее я и вспомнила, когда смотрела на Джонни,- согласно кивнула Лиза.- Кстати, они даже чем-то похожи.
- И чем же?- оживился Ричард.
Лиза на секунду призадумалась.
- Выражением глаз. Они у него такие же светлые, чистые.
Габи молча слушала разговор родителей. Где-то на заднем плане ее сознания нарастало напряжение.
- Габи, ты сегодня молчаливая,- обратила внимание на дочь Лиза.
- Просто устала,- пожала плечами девушка.- Сегодня была контрольная.
- И как? Ты справилась?
- Конечно,- слабо улыбнулась Габриелла.- Не было ничего сложного – я давно выучила эту тему.
- Ты умница, девочка,- подключился отец.- Мы гордимся тобой – у тебя самый высокий балл в школе.
- Я стараюсь, папа,- равнодушно ответила Габи.
- Девочка, ты не заболела?- насторожилась мать.
- Голова болит,- поморщила Габриелла.
- Может, ты пойдешь спать? Тебе не помешает отдохнуть,- заметил отец, глядя на часы.
Лиза кивнула.
- Да, наверное,- вздохнула Габи.- Я пойду к себе. Спокойной ночи.
Девушка встала из-за стола, отодвигая тарелку дальше от себя. Она прошла мимо отца с матерью, по очереди поцеловав родителей.
- Спокойно ночи, милая,- пожелала Лиза.
- Спокойно ночи, Габи,- вторил ей Ричард.
Габи кивнула родителям и медленно поднялась к себе. В комнате было свежо и тихо. Девушка медленно стянула с себя платье и нагая прошла в ванную. Зашумела вода, разбиваясь о дно ванны цветными каплями.

Рагнар хищно присел, напрягая тело. В нескольких метрах от него, пересекая темный переулок, шел молодой мужчина. Демон четко видел, как молодая, сильная кровь струится по его жилам. Все человеческие сказки о вампирах, питающихся людской кровью, были отчасти правдивы, но демоны тоже не гнушались подобным способом пропитания, когда не было альтернативы.
Темному сегодня как никогда нужны были силы, а он не ел уже около полугода. Горло дернулось, когда Рагнар представил, как горячая человеческая кровь наполнит его рот. Язык скользнул по кромке клыков, и демон растворился в сумраке ночи. Отдаленным эхом по переулку прокатился короткий жалобный вскрик, а затем вновь наступила тишина.
Рагнар впился зубами в шею жертвы, одним глотком высасывая из нее жизнь, заключенную в каждой капле крови. Татуировки, потускневшие за время, что Рагнар обходился без пищи, вспыхнули ярко-алым пламенем, переливаясь и искрясь.
Когда жертва в его руках похолодела, демон отбросил ее, словно мусор. Завтра утром, а, скорее всего, еще сегодня ночью обескровленного мертвеца обнаружат прохожие, но его это совершенно не волновало. Тело демона наполнилось блаженный теплом, силой загорелась каждая клеточка. Рагнар вздохнул полной грудью, чувствуя, как капли еще горячей крови стекают по его подбородку и капают на широкую, голую грудь. Небрежно обтерев подбородок тыльной стороной ладони, Темный скользнул языком по губам, подбирая оставшееся.
Прикрыв глаза, демон исчез.

Габриелла растирала тело губкой, пока кожа не приобрела мягкий розовый оттенок. Белая пена с медовым ароматом цветов стекала по девичьему телу густым потоком. Длинные золотистые волосы, теперь потемневшие, мокрыми прядями липли к лицу, спине и груди. Ванная была наполнена паром. Габриелла уже сорок минут стояла под душем, ее щеки горели, кожа пылала от страстных поцелуев горячей воды, почти кипятка, струями обвивавшего ее фигуру.
Ополоснув губку, Габриелла отложила ее на полочку и вновь встала под душ. Вода смыла последние разводы мыльно пены и шампуня. Девушка глотала воздух ртом, полностью погрузившись в водяные потоки. Наконец, закрыв воду, Габриелла выступила из ванной, тут же замотавшись в махровое полотенце. От кожи шел пар.
Девушка протерла ладошкой зеркало, вглядываясь в свое отражение. На щеках расцвели красные пятна, оживляя обычно бледное лицо. Прозрачные голубые глаза смотрели устало и настороженно – Габриелла никак не могла расстаться с тревогой и ощущением чьего-то присутствия. Девушка провела пальцем по своему курносому носику. Он ей никогда не нравился из-за этой самой курносости. Поморщившись, она отвернулась от зеркала и принялась обтирать тело от влаги. Затем, промокнув волосы, девушка нагая прошла в комнату, оставив полотенце на сушилке.
На спинке кровати ее ожидала хлопковая сорочка, ее любимая, но Габриелла не спешила ее надевать. Лиза никогда не приветствовала расхаживание голышом, но Габриелла никогда особенно и не прислушивалась к подобным словам матери. Родители учили ее быть смиренной, богопослушной и скромной, коей Габриелла и была, но когда девушка оставалась наедине с собой, она давала себе небольшую свободу. Ей нравилось, когда прохладный воздух струиться по коже, остужая тело после горячего душа. Вот и сейчас Габи легла на кровать, раскинув руки и согнув одну ногу в колене. Тревога в груди немного ослабла, и девушка позволила себе откинуть портьеру с окна и приоткрыть форточку, впуская в комнату вечернюю свежесть.
Тишину нарушало лишь чириканье каких-то птичек в ближайших кустах, да стрекотание цикад. Габриелла прикрыла глаза, слегка улыбаясь. Покой накрыл ее легким шелком, нежными волнами лаская сознание. Сон сладкими волнами накатывал на расслабленное тело, просачиваясь сквозь закрытые веки.

Рагнар сидел на подоконнике в комнате Габриеллы и пристально наблюдал за девушкой. Его желтые глаза хищно поблескивали, когда сладкий аромат ангельской сущности волнами касался его ноздрей. Девушка раскинулась на кровати, явно наслаждаясь своей наготой. Рагнар склонил голову набок. Сейчас Габриелла не подавала каких-либо признаков ощущения присутствия демона в ее комнате, но Рагнару было достаточно единственного знака о том, что девушка почувствовала его, чтобы начать действовать.
Он легко спрыгнул на пол и подошел к кровати, наблюдая за Габриеллой – та даже не шелохнулась. Демон лишь весело хмыкнул, скользя глазами по длинной, изящной шее, округлой груди, плоскому животу и тонкой талии. Длинные ноги и покатые бедра вызвали у него восторженный вздох. Он прекрасно помнил тело Малики, но видя его перед собой впервые за последние двадцать лет, Рагнар вновь почувствовал, что пьянеет от любви к этому существу.
Габриелла приоткрыла один глаз, затем второй и медленно села. Рагнар улыбнулся и присел на пол перед кроватью. Сейчас он воплотится перед ней, чтобы рассказать правду. Конечно, перед этим ему нужно будет закрыть ей рот, чтобы она не разбудила весь дом и несколько соседних районов своими истошными криками. Ему совсем не нравилось, что придется применять силу, даже такую незначительную, к той, которую он любил больше жизни, но без этого ему не обойтись.
Габриелла нехотя натянула на себя сорочку и соскочила с кровати, чтобы подойти к зеркалу. Сжав в руке щетку, она провела ею уже по практически сухим волосам и стянула их розовой лентой. Зевая, Габриелла потянулась и отправилась в постель. Взяв за краешек оделяла, она уже собралась откинуть его в сторону, но тут за спиной раздался какой-то шорох. Девушка резко развернулась, а в следующий миг почувствовала, как ее рот и нос оказались зажаты. Глаза Габриеллы широко распахнулись в ужасе. Девушка попыталась достать до нападавшего, и ее пальцы наткнулись на твердое тело, горячее и гладкое.
- Если не будешь кричать, я тебя отпущу,- услышала она вкрадчивый шепот, мягкий и ласковый.- Хорошо?
Габриелле ничего не оставалось, как кивнуть. В следующий миг она уже смогла вдохнуть полной грудью. Девушка в панике обернулась, но ее глаза поймали лишь пустую комнату, в которой кроме самой Габриеллы никого не было.

 

Габриелла в отчаянии шарила глазами по комнате, в надежде найти хоть какую-нибудь зацепку, доказательство, что она не безумна, что ей это не померещилось.
В этот миг до ее слуха долетел мягкий смешок, а в нос ударил резкий запах серы. Он въедался в ее ноздри, раздирая их. Габи в панике оборачивалась, но ее взгляд все так же проваливался в пустоту.
- Здравствуй,- вдруг услышала она в тишине комнаты. Голос послышался прямо из-за ее спины. Габриелла резко обернулась на звук. Прямо перед ней стоял высокий черноволосый мужчина в брючном костюме, скривив губы в улыбке. Грудь девушки сперло ужасом – Габриелла не смогла даже крикнуть. Только открыла рот в попытке глотнуть воздуха, но в легких вдруг оказалось слишком мало места даже для крошечного глотка – все пространства занял этот леденящий ужас.
- Не бойся меня, Габриелла,- мужчина протянул руку и снова светло, мягко улыбнулся.
Тело Габриеллы, ведомое инстинктом самосохранения, отшатнулось от протянутой руки. Девушка не моргая смотрела на пришельца, который, не ведомо как, но попал в ее дом.
- Не бойся,- с расстановкой повторил пришелец.
В этот миг Габи потеряла сознание.
Рейтинг: 0 176 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!