ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияФэнтези → Хервуд Сероглазый. Часть 4

Хервуд Сероглазый. Часть 4

18 января 2014 - Андрей Мерклейн
article182234.jpg


   По правде говоря, для Корин это имя ничего не говорило; конечно, она поняла, что Эрмунд сделал какое-то важное открытие, и что этот самый «Хервуд», несомненно, весьма значимая фигура. Но, как и все жители Элейи, она мало что знала о былинных героях древней эпохи, и уж тем более не могла знать их имён. Отшельник, судя по всему, забыл об этом: сейчас он в волнении расхаживал взад – вперёд, то опять склонялся к книге, то брал в руки меч и подносил его к самым глазам, словно пытался найти хоть какой-нибудь тайный знак.
      - Не верю  глазам…неужели это он? Неужели меч самого Хервуда?
      - Дедушка Эрмунд…прости, но ты совсем забыл, я мало-мало знаю про вайнингов. И я совсем не знаю, кто такой был этот Хервуд…
       - Ах да, что же это я, в самом–то деле! – спохватился старик, - Конечно, такие подробности тебе неизвестны, да и вряд ли кто их знает из нынешнего людского племени. Сейчас, погоди немного, в себя приду, дух переведу и расскажу тебе поболее того, что знают люди…а там, глядишь, может и ты что-нибудь ещё про меч вспомнишь. Гм…пожалуй, надо стаканчик винца выпить для успокоения.
      Он достал с полки кувшин, налил себе в кубок и выпил одним залпом; шумно выдохнул, провёл тыльной стороной ладони по усам и бороде, и снова уселся за стол.
      - Что же, поведаю тебе о Хервуде и вайнингах всё, что смог прочитать я в этой книге. Много ещё там непрочитанного…но и узнать удалось немало.
      У короля Эйхарда был сын, принц Хервуд, прозванный в народе «Сероглазым» за цвет своих глаз. Как следует из записей, соплеменники относились к принцу с большим уважением, ибо он уже с малых лет удивлял людей своим умом и сообразительностью. Науки ему давались легко и быстро, гораздо быстрее, чем его сверстникам, а когда пришёл черёд учиться воинскому мастерству, он за короткий срок достиг в этом деле такого умения, что вскоре его наставникам стало впору учиться у него.
      Ему всё было интересно: откуда дует ветер, почему светятся звёзды, как так происходит, что лето сменяется осенью…иногда он надолго уходил из дома, бродил по лесам, поднимался в горы, сидел на берегу моря и всё пытался постичь тайны мироздания.
      В одном из своих путешествий Хервуд познакомился с королём хельдов: тот сам вышел ему навстречу, представился, и далее они продолжили путь вместе. Много тайн открыл принцу король хельдов, и многому научил. Пожалуй, ни один мудрец Вайны не знал столько, сколько юный принц.
      Но вот пришёл год, когда северяне стали готовиться к исходу: началось строительство множества крытых повозок, в которых должно было уместиться имущество странников. Для этого разобрали на доски все корабли, но их, конечно же, не хватило, и пришлось рубить лес у подножия гор, ограждавших Вайну от остального мира. Многие и многие сотни подвод выстроились в нескончаемый караван; и когда всё было готово, вайнинги бросили прощальный взгляд на столь милый их сердцу отчий край – и по сигналу короля Эйхарда двинулись в далёкий путь.
      Горы, что служили границами Вайны, считались непроходимыми…но Хервуд знал тайные проходы, открытые ему хельдом. По узким ущельям, где порой едва-едва могла протиснуться повозка, караван шёл и шёл вперёд, и в конце концов, спустя много дней, вышел на открытое место...и перед странниками простёрлась равнина, на далёкой окраине которой темнела полоса бескрайнего леса.
      Этот лес, Корин, тот самый, что начинается здесь, в Элейе, и идёт далеко на север, а также на восток и запад. Вайнинги, за два перехода миновав равнину, без колебаний углубились в него, и снова путь указывал Хервуд, ибо только он знал, куда именно идти, и где кончаются угрюмые и мрачные лесные дебри. Случалось, на шедших впереди разведчиков нападали то хищные звери, то те самые дикие люди, о которых ты спрашивала; однако куда им было тягаться с бесстрашными воинами – северянами? Ничто их не пугало, и не было той силы, которая могла бы заставить остановиться или свернуть в сторону.
      На исходе лета первые повозки переселенцев наконец-то миновали границу лесных чертогов и оказались в нашем краю. Взору их предстала страна мирных землепашцев и скотоводов: возделанные поля, луга со стадами пасущихся коров и овец, небольшие деревушки и селения. Появление невиданных доселе чужеземцев, к тому же вооружённых и одетых в блестящие доспехи, немало изумило и напугало местных жителей. Но вайнинги были воинами, а не разбойниками, и никогда не обнажали мечи против слабого или беззащитного, никогда не пускали в ход оружие для устрашения или принуждения. Наоборот, они впоследствии многое передали людям Элейи, и многому научили, но самое главное - познакомили неграмотных крестьян с буквами и письмом.
      Здесь вайнинги и решили остановиться на зимовку; с разрешения местных старейшин разбили лагеря, быстро соорудили жилища, стойла для лошадей. Продукты и сено выменивали в окрестных селениях, давая взамен удивительные украшения, изящную посуду и добротно сделанные инструменты. Люди же, жившие в этих самых селениях, нарадоваться не могли столь внезапно появившимся щедрым соседям.
      Вот тут и произошло то нашествие южан-кочевников, сказания о котором ты, Корин, наверняка слышала. Объединившись в огромную орду, жестокие варвары-грабители из далёких южных степей двинулись в северные земли, потому что там было чем поживиться, а сами они кроме как гонять табуны лошадей да разбоем заниматься, больше ничего и не умели. Ни один народ не мог дать отпор этой лавине, сметающей всё на своём пути: орда оставляла после себя сожжённые деревни и обильно политую кровью землю, а тех, кто остался в живых, угоняли в рабство.
      Так продолжалось до тех пор, пока кочевники не достигли нашего края…и это стало концом кровавого похода южан. В один из дней прямо на своём пути передовые отряды завоевателей внезапно встретили незнакомого противника: стройная линия закованных в доспехи всадников преградила дорогу упивающимся своей безнаказанностью варварам. Те вначале опешили: уж больно грозен и непривычен взору был вид воинов, с такими южане ещё не встречались. Но, поскольку враг был слишком малочисленным ( пять-шесть сотен против десятка тысяч), кочевники быстро опомнились и с гиканьем ринулись в атаку.
      И тогда вайнинги ударили: подобно внезапно налетевшему шквалу ветра над полем пронёсся громогласный боевой клич «Вайна!», и сотни воинов-северян одновременно сорвались с места навстречу приближающемуся неприятелю. Словно стальной кулак врезался в самую гущу их конницы, сокрушая всех, кто оказывался на пути; пройдя насквозь скопление людской и конской массы, вайнинги быстро развернулись и ударили снова. Потом ударили ещё раз, и ещё раз; клинки мелькали с неимоверной быстротой, разя без всякой пощады, и ни один взмах меча не пропадал зря. А жители деревень, издалека наблюдавшие за боем, говорили потом, что видели сотни молний, вспыхивающих то там, то сям – это сверкали клинки, опускающиеся на голову врага.
      Никогда раньше кочевники не знали такого ужаса и такого поражения: непобедимая орда была смята, отброшена назад и разбита в пух и прах. Уцелевшие кучки южан с позором бежали, изо всех сил пришпоривая своих грязных лошадей, а по пятам за ними неслись бесстрашные воины. Никто из вайнингов не пострадал и не получил даже лёгкой раны, кроме одного…и этот один-единственный был принц Хервуд Сероглазый.    
     Вражеская стрела, пущенная неизвестно откуда, нашла в пылу битвы именно его: обычные стрелы не оставляли на доспехах северян даже царапин, но эта, судя по всему, была с каким-то колдовским наговором, потому что пробила насквозь доспехи и тело принца, войдя в грудь и выйдя из спины.
      Страшна и беспощадна была месть вайнингов: они гнали и били врага до тех пор, пока не осталось вообще никого, кого можно было бы догнать. А те немногие счастливцы, что своевременно успели спрятаться в тёмных лощинах или густом кустарнике, принесли потом на свою родину рассказы о непобедимых защитниках страны Элейи.
      Несколько воинов положили тело Хервуда на щиты и подняли на плечи…а потом поле боя вдруг окутал такой густой туман, что вообще ничего не стало видно. Куда унесли принца, где предали земле его тело – это так и осталось тайной: вайнинги об этом умалчивали, а местным жителям неудобно было спрашивать.
      Так погиб Хервуд Сероглазый, горячо любимый своими соплеменниками и почитаемый другими народами, воин с далёкого Севера, сложивший свою голову за землю, которая ему даже и родной не была.

© Copyright: Андрей Мерклейн, 2014

Регистрационный номер №0182234

от 18 января 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0182234 выдан для произведения:
По правде говоря, для Корин это имя ничего не говорило; конечно, она поняла, что Эрмунд сделал какое-то важное открытие, и что этот самый «Хервуд», несомненно, весьма значимая фигура. Но, как и все жители Срединных земель, она мало что знала о былинных героях древней эпохи, и уж тем более не могла знать их имён. Отшельник, судя по всему, забыл об этом: сейчас он в волнении расхаживал взад – вперёд, то опять склонялся к книге, то брал в руки меч и подносил его к самым глазам, словно пытался найти хоть какой-нибудь тайный знак.
      - Не верю  глазам…неужели это он? Неужели меч самого Хервуда?
      - Дедушка Эрмунд…прости, но ты совсем забыл, я мало-мало знаю про вайнингов. И я совсем не знаю, кто такой был этот Хервуд…
       - Ах да, что же это я, в самом–то деле! – спохватился старик, - Конечно, такие подробности тебе неизвестны, да и вряд ли кто их знает из нынешнего людского племени. Сейчас, погоди немного, в себя приду, дух переведу и расскажу тебе поболее того, что знают люди…а там, глядишь, может и ты что-нибудь ещё про меч вспомнишь. Гм…пожалуй, надо стаканчик винца выпить для успокоения.
      Он достал с полки кувшин, налил себе в кубок и выпил одним залпом; шумно выдохнул, провёл тыльной стороной ладони по усам и бороде, и снова уселся за стол.
      - Что же, поведаю тебе о Хервуде и вайнингах всё, что смог прочитать я в этой книге. Много ещё там непрочитанного…но и узнать удалось немало.
      У короля Эйхарда был сын, принц Хервуд, прозванный в народе «Сероглазым» за цвет своих глаз. Как следует из записей, соплеменники относились к принцу с большим уважением, ибо он уже с малых лет удивлял людей своим умом и сообразительностью. Науки ему давались легко и быстро, гораздо быстрее, чем его сверстникам, а когда пришёл черёд учиться воинскому мастерству, он за короткий срок достиг в этом деле такого умения, что вскоре его наставникам стало впору учиться у него.
      Ему всё было интересно: откуда дует ветер, почему светятся звёзды, как так происходит, что лето сменяется осенью…иногда он надолго уходил из дома, бродил по лесам, поднимался в горы, сидел на берегу моря и всё пытался постичь тайны мироздания.
      В одном из своих путешествий Хервуд познакомился с королём хельдов: тот сам вышел ему навстречу, представился, и далее они продолжили путь вместе. Много тайн открыл принцу король хельдов, и многому научил. Пожалуй, ни один мудрец Вайны не знал столько, сколько юный принц.
      Но вот пришёл год, когда северяне стали готовиться к исходу: началось строительство множества крытых повозок, в которых должно было уместиться имущество странников. Для этого разобрали на доски все корабли, но их, конечно же, не хватило, и пришлось рубить лес у подножия гор, ограждавших Вайну от остального мира. Многие и многие сотни подвод выстроились в нескончаемый караван; и когда всё было готово, вайнинги бросили прощальный взгляд на столь милый их сердцу отчий край – и по сигналу короля Эйхарда двинулись в далёкий путь.
      Горы, что служили границами Вайны, считались непроходимыми…но Хервуд знал тайные проходы, открытые ему хельдом. По узким ущельям, где порой едва-едва могла протиснуться повозка, караван шёл и шёл вперёд, и в конце концов, спустя много дней, вышел на открытое место...и перед странниками простёрлась равнина, на далёкой окраине которой темнела полоса бескрайнего леса.
      Этот лес, Корин, тот самый, что начинается здесь, в Срединных землях, и идёт далеко на север, а также на восток и запад. Вайнинги, за два перехода миновав равнину, без колебаний углубились в него, и снова путь указывал Хервуд, ибо только он знал, куда именно идти, и где кончаются угрюмые и мрачные лесные дебри. Случалось, на шедших впереди разведчиков нападали то хищные звери, то те самые дикие люди, о которых ты спрашивала; однако куда им было тягаться с бесстрашными воинами – северянами? Ничто их не пугало, и не было той силы, которая могла бы заставить остановиться или свернуть в сторону.
      На исходе лета первые повозки переселенцев наконец-то миновали границу лесных чертогов и оказались в нашем краю. Взору их предстала страна мирных землепашцев и скотоводов: возделанные поля, луга со стадами пасущихся коров и овец, небольшие деревушки и селения. Появление невиданных доселе чужеземцев, к тому же вооружённых и одетых в блестящие доспехи, немало изумило и напугало местных жителей. Но вайнинги были воинами, а не разбойниками, и никогда не обнажали мечи против слабого или беззащитного, никогда не пускали в ход оружие для устрашения или принуждения. Наоборот, они впоследствии многое передали людям Срединных земель, и многому научили, но самое главное - познакомили неграмотных крестьян с буквами и письмом.
      Здесь вайнинги и решили остановиться на зимовку; с разрешения местных старейшин разбили лагеря, быстро соорудили жилища, стойла для лошадей. Продукты и сено выменивали в окрестных селениях, давая взамен удивительные украшения, изящную посуду, добротно сделанные инструменты и даже кое-что из оружия ( но не мечи, разумеется). Люди же, жившие в этих самых селениях, нарадоваться не могли столь внезапно появившимся щедрым соседям.
      Вот тут и произошло то нашествие южан-кочевников, сказания о котором ты, Корин, наверняка слышала. Объединившись в огромную орду, жестокие варвары-грабители из далёких южных степей двинулись в северные земли, потому что там было чем поживиться, а сами они кроме как гонять табуны лошадей да разбоем заниматься, больше ничего и не умели. Ни один народ не мог дать отпор этой лавине, сметающей всё на своём пути: орда оставляла после себя сожжённые деревни и обильно политую кровью землю, а тех, кто остался в живых, угоняли в рабство.
      Так продолжалось до тех пор, пока кочевники не достигли нашего края…и это стало концом кровавого похода южан. В один из дней прямо на своём пути передовые отряды завоевателей внезапно встретили незнакомого противника: стройная линия закованных в доспехи всадников преградила дорогу упивающимся своей безнаказанностью варварам. Те вначале опешили: уж больно грозен и непривычен взору был воинов вид, с такими южане ещё не встречались. Но, поскольку враг был слишком малочисленным ( пять-шесть сотен против десятка тысяч), кочевники быстро опомнились и с гиканьем ринулись в атаку.
      И тогда вайнинги ударили: подобно внезапно налетевшему шквалу ветра над полем пронёсся громогласный боевой клич «Вайна!», и сотни воинов-северян одновременно сорвались с места навстречу приближающемуся неприятелю. Словно стальной кулак врезался в самую гущу их конницы, сокрушая всех, кто оказывался на пути; пройдя насквозь скопление людской и конской массы, вайнинги быстро развернулись и ударили снова. Потом ударили ещё раз, и ещё раз; клинки мечей мелькали с неимоверной быстротой, разя без всякой пощады, и ни один взмах меча не пропадал зря. А жители деревень, издалека наблюдавшие за боем, говорили потом, что видели сотни молний, вспыхивающих то там, то сям – это сверкали клинки, опускающиеся на голову врага.
      Никогда раньше кочевники не знали такого ужаса и такого поражения: непобедимая орда была смята, отброшена назад и разбита в пух и прах. Уцелевшие кучки южан с позором бежали, изо всех сил пришпоривая своих грязных лошадей, а по пятам за ними неслись бесстрашные воины. Никто из вайнингов не пострадал и не получил даже лёгкой раны, кроме одного…и этот один-единственный был принц Хервуд Сероглазый. Вражеская стрела, пущенная неизвестно откуда, нашла в пылу битвы именно его: обычные стрелы не оставляли на доспехах северян даже царапин, но эта, судя по всему, была с каким-то колдовским наговором, потому что пробила насквозь доспехи и тело принца, войдя в грудь и выйдя из спины.
      Страшна и беспощадна была месть вайнингов: они гнали и добивали врага до тех пор, пока не осталось вообще никого, кого можно было бы догнать. А те немногие счастливцы, что своевременно успели спрятаться в тёмных лощинах или густом кустарнике, принесли потом на свою родину рассказы о непобедимых защитниках Срединных земель.
      Несколько воинов положили тело Хервуда на щиты и подняли на плечи…а потом поле боя вдруг окутал такой густой туман, что вообще ничего не стало видно. Куда унесли принца, где предали земле его тело – это так и осталось тайной: вайнинги об этом умалчивали, а местным жителям неудобно было спрашивать.
      Так погиб Хервуд Сероглазый, горячо любимый своими соплеменниками и почитаемый другими народами, воин с далёкого Севера, сложивший свою голову за землю, которая ему даже и родной не была.
 
Рейтинг: +4 224 просмотра
Комментарии (8)
Анна Магасумова # 4 февраля 2014 в 00:12 +1
Жаль Хервуда...
Андрей Мерклейн # 4 февраля 2014 в 07:51 +1
Он еще появится в повествовании )
Kyle James Davies # 7 февраля 2014 в 21:26 0
Жаль, конечно, Хервуда(, читаю дальше)
Андрей Мерклейн # 7 февраля 2014 в 21:39 +1
Придёт время, и Хервуд вновь предстанет перед героями ( и перед Вами :))
4545 # 3 января 2015 в 07:03 +1
Очень хорошо описано сражение, также Вы удачно подбираете картинки. Для этого тоже должен быть своеобразный талант) Глава прочиталась на одном дыхании, очень жаль Хервуда, но Вы порадовали, сказав, что он вернется. Будем ждать)
Андрей Мерклейн # 3 января 2015 в 07:29 +1
Вернётся, вернётся, это я обещаю )))
4545 # 3 января 2015 в 07:44 +1
Интересно будет прочесть об этом)
Андрей Мерклейн # 3 января 2015 в 07:50 +1
Очень приятно, когда знаешь, что читатель ждёт продолжения )))
Популярная проза за месяц
124
114
113
109
105
100
98
Весна 12 марта 2019 (Леонид Зеленский)
96
ДУМЫ 15 марта 2019 (Петр Казакевич)
93
Мимозы 5 марта 2019 (Эльвира Ищенко)
88
86
84
83
83
81
80
80
73
72
71
70
67
66
66
65
65
63
61
61
60