ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияДраматургия → Лесное молчание 21 глава

 

Лесное молчание 21 глава

22 июля 2012 - ВЛАДИМИР РОМАНОВ
article64624.jpg

Утром Толик и Александр отправились в администрацию, чтобы им помогли с созданием нового театра.

Очередь к мэру оказалась огромной, состоящей в основном из женщин, разбавленная несколькими мужчинами и стариками, по новорусской традиции укромно облокотившимися на свои палки и костыли. Когда как молодые парни уселись травя друг другу похабные анекдоты. в пол голоса.

Воспитанный в семье, где свято чтимы  возраст и уважение к старшим Толик, в первую очередь оборвал рай царивший у сидящих парней. Он превратился в грозовой шторм, в глазах коего блестела истерика молний.

- Ребята, не хотите уступить место для стариков?

- Нет. Молодым ведь у нас везде дорога – огрызнулся один.

- А ну ка быстренько поднялись сосунки! ( сидящим было не более 15 лет) – взревел Толик.

- Ты откуда взялся такой умный? – нехотя поднимаясь, сказали парни и отошли от стульев.

В одно мгновение женщины подхватили идею Толика и напали на парней. После успокоившейся  толпы Саша подытожил.

- А что до вас раньше не доходило, что их нужно было поднять? Вот народ пошёл, не смелый.

Саша махнул рукой и провёл по лицам взгляд, ловя интонации в глазах, но все отворачивались от него. Парень выглянул в окно, затем он начал разговаривать с актёром.

Очередь зашивилилась, и через некоторое время ребята попали на приём к мэру.

Огромный по  сравнению с коридором кабинет, блестел дорогой мебелью с интересной лепкой и гравюрами. Большой стол, скрывал крупного телосложения лысоватого мужчину под  портретом, с гордо – издевающимся взглядом президента.

- Я вас слушаю. -  покладая свои полные руки, и растопырив пальцы на столе, сказал мужчина. Его пустой чиновничий взгляд блуждал среди потока посетителей.

- Мы пришли сюда, что бы с вашей помощью создать театр на базе  «Филина».

- Что такое «Филин»?  - недоумевая спросил мэр.

- База байкеров, концертная площадка.

- Понятно… А что вы – то от меня хотите? Он частный клуб, а не муниципалитет.

Толик рассказал, суть дела своего замысла, после которого мэр, немного вспотел и побледнел. Некоторое время он молчал и лишь после  добавил.

- Вообще-то это не ко мне. В 134 кабинете сидит Евтохика Екатерина Андреевна. Она у нас за культуру молодёжи отвечает. Сейчас я ей позвоню, скажу чтобы приняла вас вне очереди. Хотя ребята, оно вам это нужно? Сейчас же на спектакли людей не загоняют, как  в былые времена. Молодежь лучше в ночной клуб сходит, чем на спектакль. Идея интересная, но это скорее нужно в областную администрацию, но туда я не позвоню, мы в разных партиях состоим, поэтому не в ладах. Поймите, ребята меня уж правильно.

Парни вышли из кабинета и спустились к 134 кабинету, в котором женщина им навела по кружке чая, усадила над окном, из которого красивый вид выходит на долину реки, утопающей меж кроны ёлок… Казалось будто река цепляется за иглы деревьев. Весенний город купался в солнечных лучах. Спешащие куда-то люди грелись первыми тёплыми деньками.

Ребята изложили свою точку, на которую получили вполне ожидаемый ответ. Женщина отправила их в другой кабинет, в котором им объяснили, что создание театра на официальном уровне дело не нужное для современного времени… Их удивило одно совпадение, царящее в чиновничьей массовке. Они хвалили ребят за подобную идею, но не желали покровительствовать в их начинаниях.

По дороге домой Толик, шёл с опущенной головой.  Его одолевала усталость.

- Да… Вот дурдом, а не страна – взмахом руки Толик, указал на безнадёжность.

- Толик, главное не отчаивайся, не важно, что думает наша  политверхушка о проекте. Мы начнём подготовку, а после посмотрим, что к чему… Я уверен всё у нас получится. Мы справимся.

- Да, мне уже вчера пятеро человек позвонили, и я назначил время. Сегодня вечером ребята подойдут к «Филину». Я очень волнуюсь, ведь среди неформалов я не свой парень. И к тому же не знаю как себя надо вести, волнуюсь. Скорее даже боюсь…

- Я тоже хочу с тобой. Возьмёшь? – спросил Толик.

- Да, я только, что хотел тебе предложить, но ты опередил.

Ребята, дойдя до магазина музыкальных инструментов, куда Саша устроился работать, разошлись, что бы вечером вновь встретиться.

Истинная дружба тем и прекрасна, что с нею люди становятся более открыты, чем при любовной связи или родстве. Дружба - это великая ответственность и несет ее совершенно лишь тот, кто не осознает этот груз, а является, как бы единым целым организмом. Это великое чувство, от которого зависит вся жизнь человека и потеря дружбы является большим походом к краю смерти жизни. Дружба дана человеку свыше, посему и должна развиваться, а не прерываться, либо останавливаться вовсе.

Арина вновь нашла курсы и записалась в музыкальный колледж по классу вокала. Девушка начала подготовку на курсах, занимаясь целыми днями и делая успокаивающие компрессы для горла по ночам.

Она трудилась, непокладая рук. Работая над постановкой своего вокала, у неё начались преподавателями небольшие разногласия, из-за хрипоты. Учителя не соглашались на добавление в академический вокал экспрессива, когда как Арина настаивала на смеси этих двух видов подачи голоса. Педагоги утверждали, что школа вокала доводит талант до уровня уникального тембра исключительно трудными путями. А молодость не ценит опыт прошловековых традиций, классической школы.

- Мне нужен экспрессивный вокал – объясняла девушка. Она не однократно показывала как именно желает научиться петь, без потери голоса.

- Я понимаю тебя, что ты хочешь… молодость, порывы – рок-н-ролл… но это … Это скоро закончится и ты захочешь исполнять серьёзные композиции. А если ты расшатаешь голос, то  обратно его не настроишь, как другой инструмент. Голос это феноменальный инструмент, но он не поддаётся ремонту, в классическом его понимании…

- А что вы что считаете рок не серьёзной музыкой? Разве можно судить о том, что вы ни разу не слышали?!

- Ну детка… что ж там серьёзного? – недоумённо спросил мужчина.

Учитель сел за фортепиано и сыграл кусочек из одной песни  группы «Звери». – Что тут серьёзного?

- Вообще- то… Это не рок! Далеко не рок!

- А что? удручённо спросил учитель.

- С трёх раз догадайтесь?

- Попса? – вопросительно взглянул на девушку – Тогда покажи, на что способны твои рокеры? Раз ты их так хвалишь. На самом деле, мне стало интересно.

  Арина порылась в своём рюкзаке, достала диск «Стихия Огня» - Легиона и включила песню «Звезда». Георгий Петрович начал слушать песню. Потихоньку его лицо начало изменяться, изображая от суеверия до понимания и положительной улыбки. К концу песни он попросил поставить её ещё разок, при этом начал подбирать пальцами на фортепиано мелодию.

- Слушай, потрясающе – какой вокал! Это и есть экспрессия?! – удивлённо спросил он.

- Да! Вот видите, классическая школа плюс полная самоотдача, выразительность помогают ему сопереживать песню со слушателем.

- Восхитительно! А что ты мне ещё можешь поставить из этого исполнителя. Кстати… Кто это?

- Алексей Булгаков. Группа «Легион»

- Голосистый! Из рока я слышал Кинчева, Цоя, Бутусова. А тут действительно масштабно, красиво и «свежо»! Вроде звучит как простой романс, но музыкальная гармония иная. В нём много надрыва.

- Это называется Power-Metal – стеснённо ответила Арина.

- То есть, мощный метал? – с горящим блеском в глазах утвердил педагог.

- Ну, в какой то мере… Скорее это Neo classical metall.

Арина и Георгий Петрович послушали весь диск. Мужчина остался под впечатлением от прослушанной музыки.

- Ну, что я тебя смогу научить академическому вокалу, но сама потом пробуй экспрессив-фальцет. Тут  дело такое – он махнул рукой – одно другому не мешает! Даю руку на отсечение, я теперь убедился.

- Дополняет! – поправила радостная девушка.

- Действительно. Дополняет. Но мы здесь не музыку будем слушать, а учиться петь. Ну ка, вставай на ноги живо и «Кармэн» мне исполняй! – его голос звучал словно ручей, стекающий по горному ущелью. В нём были и радость, и полёт и лёгкость.

Арина тянула своим меццо-сопрано знаменитую арию. Педагог запел вместе с ней.  Сильные голоса воспарили  ввысь.

Сильные, дрожащие стигматы голосовых связок парили в зале. Их тональности украшали неописуемым орнаментом стены и предметы, находящиеся здесь. Что-то необъяснимо-космическое происходило в тот момент вокруг двух поющих людей. Тонны положительно – закрепленных частиц выплескивались из человеческих сердец. Ибо вправду гласит в народе поговорка: «Нет в мире лучше инструмента, чем людская душа».

Сидящий на заднем ряду Влад, молча поглощал свою девушку глазами. Его уже два часа не было слышно, и учитель с девушкой совсем позабыли о нём, занимаясь вокалом. Тогда как парень, не отводя глаз следил за всеми движениями и всей кожей впитывал все голосовые перипетии, персонифицируя их под звук электрогитары. В его голове рождались красивые музыкальные ходы, он их быстро, но тихо импровизировал губами и записывая их на диктофон, который носил всегда с собой в кармане.

Он здесь то же  учился, учился слушать образами, алигориями, фантосмагониями…

Родной ЖД вокзал города Орловска встретил девушек цветущими ветвями сирени. Толпы людей вывалились из электрички.

Ира и Жанна сели в маршрутное такси и отправились домой.

Город ни изменился совершенно ничем… Все тот же запах карамельно-жвачного детства пропитывал воздух. Бесконечное веретено городского транспорта тянуло на себя жизнь Орловска. Громкая, легкая музыка разносилась из музыкального ларька, грузный запах сигарет клубился над людским потоком, спешащим куда-то прочь. Жанна все время показывала Ире места, связанные со своей историей. Девушки смеялись, но в глазах Жанны снова просыпалось ощущение одиночества. Девушка понимала, что она давно перевернула страницу своей жизни, но также она осознавала, что перевернуть не значит стереть или отказаться от собственной истории. Девушка осознавала в этот момент. Что все последующие возвращения в Орловск будут воскрешать в ней липкий конвейер страха, одиночества, мечтаний и всего того, что сопровождало ее в детстве и юности. Жанна развеивала эти мысли разговорами, но все же внутри клокотало набатом детство.

На своей остановке девушки вышли и пошли по двору, где выросла Жанна. Воздух для неё был родной.

Двор не изменился ничем, теже старушки, только их стало значительно меньше…

Из подъезда, где жил  Шкур, высунулся ребёнок годовалого возраста, и молодой парень вышел вслед за ним, увидев Жанну, он опустил голову и  поздоровался. Его спортивный костюм облегал пополнившее тело. На шее не оказалось золотой цепи, вечно тянувшую голову вниз. Он походил на загнанную собаку. Его вечно шаловливый взгляд превратился в тоскливый серый сумрак. Руки свисали вниз, будто две плети. С трудом можно было представить, что этот спокойный юноша, в прошлом был грозою всего района. Парень вызвал шедших по двору девушек презренную жалость.

- Привет Жанна, ты уже приехала? – спросил он низким, хриплым голосом.

- Да… Саша это ты что-ли? – удивлённо спросила Жанна.

- Угу, - смазливо ответил Шкур. Он угадал Иру и посмотрел на девушек стыдливо.

- А ребёнок чей? – спросила Ира.

- Мой – опустя ещё сильнее голову, сказал он. Складывалось впечатление, что он стыдится малыша.

Из подъезда вышла девушка, выкрикнув бранную речь на парня. Она нарочито, взмахнула сумкой показав, знак протеста. Её губы сжимали сигарету.

- Мы ещё поговорим, надеюсь? – поворачиваясь, промолвил Шкур. Сейчас он выглядел старше своего возраста.

- Если получится увидеться, поговорим, Саша – Жанна прищурилась и они пошли дальше.

Парень быстро поднял ребёнка и побежал к стоящей девушке. Она громко наорала на него, пригрозила своим отцом и толкнула рукой по лопаткам. Шкур оглянулся, глядя на Жанну. Девушка взглянула в его сумрак глаз, там застыл портрет ужаса. Еще через мгновение и он мог заплакать. Шкуру совсем не имел тот образ, в котором он пребывал сейчас. Он понимал, что это далеко не роль узника, он просто не знал как себя вести в данной ситуации. Парень отчаянно надеялся найти в Жанне опору для себя.

Девушки переглянулись, улыбнулись и поднялись к Жанне, по такому же обшарпанному подъезду, как и был. Жанна нехотя озиралась по сторонам, считывая маты на искорёженных временем стенах. В её грудь вливалась таже бездушность, что всегда излучалась о полуразвалившихся стен.

Позвонив в дверь, у Жанны участилось дыхание и сердцебиение.

Растворилась дверь и папа её  вышел встречать свою дочь. Девушка прыгнула к отцу на шею, крепко сжалась в  неё руками. Мужчина  закружился на месте, с  широкой улыбкой на лице.

Следом вышла мама Жанны, и дочка вырвавшись из объятий отца с криком «мама» - кинулись к женщине. Они втро1м обнялись и янтарём слёзы блестели на их счастливых лицах.

Пройдя в квартиру, Тамара Ивановна  накормила девочек и заодно принялась за вопросы.

После обмена информацией Жанна спросила.

- Мам что случилось со Шкуром? Мы его встретили с дитём и девушкой.

- Ой дочка, хохмы было много… В общем он тут раскрутился хорошо…

Ему кто-то дал поработать в Казино, а Саша же юркий ведь парень за пол года стал администратором, наворотил себе денег, прикупил пару машин, охранников, смог завладеть игровыми автоматами  в соседних городах. В общем, стал крутым  предпринимателем. И однажды, хотя, что однажды – девочек  возили они сюда много, но один раз видно привезли не тех…

Потому, что после этого какой-то олигарх суда стал приезжать довольно часто. Как впоследствии, оказалось – отец этой девочки, которую Саша привёз в себе.

- Всю жизнь испортил ради 5 минут удовольствия – сказала Ира.

- Ну, вот после этого он отобрал у Саши все точки, и пригрозил, что не отдаст их, если Шкур не женится на его «погубленной» дочери, которая через два месяца родила, после  свадьбы.

- А она, что спала с ним, когда была уже беременной?

- Не знаю дочка, выходит, что так.

- Блин… Ну народ… - вздохнула Ира.

- А Артём как, неслышно? – спросила Жанна.

- Он учится где-то, его практически не видно. Хотя он иногда звонит, спрашивает как ты.

Жанна с Ирой после долгой беседы пошли в комнату, где молчаливый замок, ждал свою покровительницу.

Жанна села на стул за компьютером, повернулась и начала всматриваться в мир, который не смог стать вечным спутником её жизни. В мир, что позволил погибнуть себе, ценою нескончаемых мечтаний. Воспоминания волной накатились на Жанну. Она сидела и громко плакала. Слезы текли неиссякаемым потоком. Все предметы окружающие ее напоминали о былой жизни. В ней еще не было столько обмана, суровости и смелости. Там были лишь мечты, там были лишь сны. Но как в песне поется - жизнь дана не тем, кто любит проводить ее во сне. Жанна это ощутила на себе лихвой. Теперь в голове, кроме сухих планов и зарисовок песен не было ничего. Она напрочь перестала мечтать, лишь изредка ей хотелось превратиться в жар-птицу, чтобы донести свой свет до бегающих в впотьмах людей. Каждый вдох воздуха приносил в нее полотно ностальгии, а каждый выход попытку успокоиться. Девушка размышляла над вопросом остаться ли здесь или идти по жизни своею стезей.

Пока Ира принимала душ, Жанна смогла насладиться в полной мере одиночеством в том понимании, в котором привыкла быть постоянно, из мира, имя которому детство.

Её наполнила ностальгия и нахлынувшие мечты, которым не свойственно сбыться на пути жизни. Лишь атмосфера воспоминаний запахла тюльпанами.

Девушка вновь смотрела на далёкий лес, скрывающийся за стеной замка и уже в глазах были не иллюзорные мечты, а  реалии… пройденными своими ногами и мыслями…

Слёзы текли по её щекам, но эти слёзы были каплями счастья прожитого времени и накопленных знаний…

Ира вошла в комнату и со свойственной ей ироничностью заметила:

- Ну, ты крошка опять нюни распустила, это что опять такое? Опять  депрессия или меланхолия задела жизненные органы? Или как все это понимать?

- Нет, на  сей раз воспоминания… нахлынули в моё сердце…

- Сдались они тебе эти «воспоминания», нужно жить сегодняшним днём, или хорошими воспоминаниями. Ведь ты меня сейчас хочешь обмануть. Ты вспоминаешь грусть из своего детства.

- Я счастлива, и это сдавливает горло…

- Нет, ты ещё несчастлива. Твои слёзы ещё солёны, а когда они будут пьянее вина или слаще мёда, вот тогда ты будешь счастлива. Жанна улыбнулась и обняла свою подружку.

На следующей день Жанна с Ирой решили пойти прогуляться по городу. И в 12:40 вышли во двор, где солнечные лучи играли с молодой листвой, маленький ветерок теребил кроны и траву, отчего падающая тень от всех движущих предметов танцевала.

Во дворе сидели Шкур, ребёнок бегал возле него и девушка, курящая тонкую сигарету. Она без умолку лепетала что-то своему мужу, который «летал» где-то очень далеко. Он отчаянно слушал девичью белиберду. Серые клубы сигаретного дыма растворялись в воздухе.

Жанна и Ира присели рядом.

- Как твои дела, Саша? – спросила Жанна. Она поглядела в грустные глаза парня.

- Да вот – показал рукой на девушку и мальчика играющего с бабочкой – Женился, теперь я счастлив, как верблюд. Теперь я могу месяцами не пить – грустно улыбнулся он.

- Ну во первых – помпезно завизжала его жена – Вы представьтесь передо мной, а во – вторых: мы женились по любви… хе, хе моей! Саша голова нашей семьи, а я - шея. Куда хочу, туда верчу.

- Да, повезло тебе дружище – сказала Ира – а я спрашивала у тебя, что будешь делать если подхватишь что-то. Ты помнишь, что  мне ответил – «Лечится». И как твои успехи?

- Никак. Против этой болезни нет вакцины – грустно ответил парень.

- Просто Саша, нужно было жить проще, а не так как ты… всё что ты посеешь в хизни возвращается к тебе. Не мне тебя судить, но ты вёл безрассудный образ жизни.

Теперь ты расплачиваешься, за всё чем ты так хвалился.

- Да теперь я часто тебя вспоминаю и понимаю гораздо лучше, чем себя самого.

Внезапно жена всучила телефонную трубку, из которой донеслось сопение злого мужчины, который начал орать, чтобы на километр ко всяким сукам не подходил, а то оторвёт всё, что телепается у него. Шкур молча выключил телефон, и протянул его обратно.

- Как Артём? – она жадно глядела на стены домов, двор. Сейчас она понимала, что весь год этого не хватало в её жизни. Ей даже казалось, что в данный момент времени не пошла бы на столь опасную авантюру с лесом. Она вернулась домой, откуда так сильно старалась сбежать, где так ей было тесно.

- Жанна, откуда я могу знать? Мне сейчас хуже чем в концлагере живётся, как что не по шерстке, сразу папа, сразу мама… Надо же было так просчитаться в жизни…

Он опустил голову и умолк. Спустя  минуты три молчания Жанна и Ира пошли дальше.

- Да вот Ира не поверишь, никогда не представляла возможным  увидеть Шкура таким беспомощным. Да он всегда был слабым по натуре, безвольным человеком, и выплёскивал всю агрессию, опасаясь, что кто-то первым дерзнёт на него посмотреть без содрогания.

- А сейчас? – Жанна  взглянула на Иру, коротко спросившую этот вопрос..

- Что сейчас? Он сломался сразу после настоящего столкновения с трудностями. Он оказался не способным взглянуть правде в глаза.

Ну только не говори, что тебе его жаль – глаза Иры наполнились непониманием.

- Нет не жаль, но всё таки он страдает. Я ему сочувствую.

- По делом, пусть поживёт, так как он относился с людьми – Ира удивилась сама себе, но после произнесённых Жанной слов о сочувствии, в ней тоже родились подобные чувства. Девушка сама не отдавала отчёта в том, что ей может быть жалко совершенно чужого человека .

- Да это такая древнекитайская мудрость: «Чтобы объяснить, что такое добро, нужно долго и мучительно подбирать слова, а зло – достаточно показать единожды на собственном примере».

- А тогда почему люди так поступают чаще?

- Это я полагаю должен каждый сам отвечать перед собой.

Девушки погуляли по парку, площади, улицам и к вечеру уставшими вернулись домой. Где их ждал ужин. Руки родной матери старательно приготовили еду.

Жанна пробыла дома около двух недель, взяв с собой вещи, она с Ирой собрались уезжать.

На перроне вокзала Жанна снова стояла в объятиях своих родителей. И эта картина была самой умилительной среди тех, что доводилось видеть… Прощание родителей ужасное зрелище… лучше бы это не видеть никогда. Ведь в этот момент скучаешь по человеку куда больше, чем когда не видишь его долго.  В такие моменты хочется раствориться в его дыхании, и стать частью родного человека…

Все трое лили слёзы, все трое не хотели расставания, но все трое понимали, что по другому уже не будет. Отчего скрижаль души шипела и визжала болью в глазах.

Неожиданно Жанну окликнул чей-то мужской голос. Она оглянулась и увидела Артёма.

Опрятный парень сжимал букет красных роз. Сладкий запах одеколона, аккуратная причёска, выбритое лицо изливалось любовью. Лёгкий багрянец веял нежными чувствами к девушке.

- Прими эти цветы. – он протянул охапку роз. Его голос дрожал.

- Прости, но я не могу…- отказалась девушка от цветов.

- Я понимаю, что не могу надеяться на что-то, но всё, же прими, в знак моей благодарности.

Жанна, молча глядела на парня с букетом роз. Опрятный, высокий с правильными чертами лица и  телосложения, а сама молча думала: «Пусть тебе повезёт, пусть ты будешь счастлив, но уже не со мной, а с той, кто тебя станет ценить, за твои стремления и дела, но не я». Жанна и сама толком не понимала своего теперешнего поведения. Ей страшно хотелось остаться здесь, пусть даже рядом с не любимым парнем, но зато, неподалёку от родителей. Она даже думала, что если Артём возьмет её за руку и поведёт за собою, она бросит всё о чём мечтала и останется в родном городе. Девичьи глаза заслезились и боль отчаяния рванулась в её хрупкую душу. В грёзах она видела себя же и женою этого парня и матерью его детей. Но лишь один нюанс не давал сбыться её сиюминутным мечтам – под сердцем бьётся жизнь её дитя… эта жизнь рушила все заслоны и крепости прошлой, прожитой, прошедшей юности одетой в романтические перспективы на будущее. Жанна убедилась сейчас как оказалось просто разрушить и своё счастье и счастье других людей. Ради одной её прихоти сейчас могла разрушаться и жизнь Артёма и Сашина и её самой… Девушка услышала звуки подходящей, спасительной электрички и вернулась в явь жизни.

Подъехала электричка, внесли в вагон все три сумки и Жанна попрощавшись с родителями, на последок протянула руку Артёму, сказала:

- Артём, пусть ты сейчас остаёшься один. Помни, ты станешь счастлив, если сам будешь стремиться к этому. Мысль материальна, отчего она способна влиять на жизнь  иначе, чем мы подразумеваем и представляем себе. Удачи тебе…

- И тебе тоже – в ответ уронил слова, парень. Он пошёл вдоль перрона, а Жанна зайдя в вагон, высунула голову и правую руку долго махала родителям, а они ей.

После Жанна села на сидение и взглянула на Иру.

Внезапно зазвенел телефон у Жанны. Она прочла смс.

«Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, МОЯ ДЕВОЧКА»

Жанна улыбнулась и ответила: «ЖДИ МОЙ АНГЕЛ. Я НА ДОРОГЕ, КОТОРАЯ ВЕДЁТ К ТЕБЕ».

Весь обратный путь девушки провели в нескончаемом удовольствии обсуждения своих мыслей и раздумий. Ира читала тексты, прозу, стихи, взятые с собой Жанной…

Она высказывала свои ведения по их поводу. Наконец никто им не мешал в пути. И девушки наслаждались красотой русской земли. Они нафотографировали наиболее понравившиеся места… И с удовольствием рассматривали на фотоаппарате их… Но лишь они не касались одной темы – мечтаний и планов на будущую жизнь, ибо лес научил их не строить мир своих грёз. Жизнь поддаётся тем людям, которые трудом научились отделять явь ото сна.

Влад сидел на ступеньках, немного выше людей слушающих  Анатольеву речь. Гурьба энтузиастов  сидела. Немного стебаясь над идеей создания театра. «Ребята, я сейчас вас собрал здесь не с проста – начал Толик, и продолжил – Сейчас вас пришло сюда человек 60 и вы не поверите, но это здорово. На самом деле, на базе «Филина» я хочу создать театральную площадку и «андеграудный» симфонический оркестр. И для этого мне нужны вы».

В основном люди сидели на ступенях или стульях канцерной площадки. Многие из них внимательно слушали актёра, другие же лишь присутствовали. Но были и те, кто действительно  впоследствии станут этим столпом нового «Филина». Сомнения одолевали их чувствами. Молодёжь переглядывалась, не зная как реагировать на подобную идею.

Толик оглядел каждого и продолжил:

«Нас многие обвиняют в непонятности, в неяркости, в неясности наших взглядов на мир. Но при этом люди не желают заглядывать в нашу атмосферу глубже, чем просто поверхностно. И я в один момент решил обернуть нашу культуру не в «гремящее, жужжащих звуках - а в мягкости – и легкости» т.е. в театральном и классическом обрамлении. На мой взгляд это будет интересно людям разных взглядов. Посему я вас и пригласил. Мне нужны артистичные, харизматичные актёры, умеющие слушать и понимать людей, готовые расти и развиваться в разных направлениях. Честно предупреждаю, этот путь тернист, он сложен, но пройти его мы сможем, если будем держаться друг друга. Только когда люди обвенчаны одной идеей, они способны поддерживать своих товарищей» - актёр замолчал.

Внезапный крик из толпы оборвал молчание.

- А ты, что революцию затеял? – громкий сарказм искривил настроение молодёжи.

Толик немного ошалел от этого вопроса. Он покраснел, но сразу пришёл в себя.

- Нет… Революцию нужно делать в пределах своей головы, но не просторах родной земли.

- Тогда на какой чёрт лекцию читаешь? Мы люди свободные, и мы не на полит бюро здесь заседаем.

Встал Саша, сидящий на стуле сзади Толика, и громким своим голосом заорал (он так говорил почти всегда).

- А ты я вижу умным себя хочешь показать? Или просто ты не хочешь  слушать? Что-то я тебя не пойму… Ты ради чего сюда пришёл?

- Ради поиска репетиционной базы для коллектива. Но вижу вам на русский рок плевать. Вам театр важнее… ну вас всех… сами знаете куда… Я бунтарь, и мне нужен всплеск эмоций, а не пьесы читать от нечего делать…

- Так зачем ты сюда пришёл?

- Я думал вы рок – группу собираете, а вы – театр. (слово «театр» прозвучало слишком дерзко, низко и надменно). На хрен мне это нужно, если вы не TRU METALL  будете создавать – парень встал и ушёл.

Вслед за ним ушло ещё  пятеро человек.

Остальные молча проводили их взглядом, а потом Толик повернулся и сказал. Я  собираюсь пристраивать к  «Филину» здания, где можно будет репетировать со своими группами, даже если никто не захочет из них  участвовать в проектах  «Филина». Мы сможем хоть так поддерживать наше неформальное сообщество…

Оставшиеся люди оживились… Громкий смех воспарил в холле. В его звуке рождались новые надежды.

- В принципе для начала у меня всё… теперь если есть вопросы, то можете их озвучить, Толик поглядел на ребят, сидящих напротив его. Его глаза скользили по лицам и он считал секунды.

Девушка с длинными рыжими волосами встала и спросила.

- А за какие деньги мы это всё будем делать? Я так поняла, ты молодой человек об этом умолчал.

- Сначала это всё бесплатно. Нам необходимо будет притереться друг к другу и определить, кто на что способен. Пока всё строится на волонтерских принципах…

- А потом ещё и будет зарплата? – раздался крик из толпы.

- Только после спектакля – отрезал Саша – от продажи билетов.

Громкий смех снова раздался по залу. Ребята стали более дружелюбны.

- А что играть, или как обычно в театрах с «Чайки»? – послышался всё тот же голос.

- Нет, молодой человек с «Алисы» и альбома «Сейчас уже позднее, чем ты думаешь» - устроит?

- Более чем – ошарашено ответил парень.

- А кто нас будет инструктировать?

- Я уже договорился с местными хореографами, педагогами по вокалу из Москвы и Самары – все согласны на добровольных началах заниматься. А теперь думаю, завтра к 19 часам все опять соберётесь тут и будем решать, кто может быть у нас костюмером и гримёром. Ведь  довольно других вопросов для обсуждения…

Проболтав ещё около двух часов, компания разбежалась по своим   тропам.

Влад, Толик и  Саша поехали к Ире домой, где обнаружили приехавших девушек из Орловска.

Парни поделились своими успехами. Яркий энтузиазм Толика передавался всем людям, слушающих его. Он говорил с огромным придыханием, словно боясь упустить мелочь. Он был окрылен от того, что люди услышали его и готовы жертвовать своим временем для воплощения его идей в жизнь. Его глаза горели далеким светом звезд. Он сам походил на огромное созвездие. Актер нашел в себе неподдельный талант и хотел осуществить свои планы. И он прикладывал к этому все силы.

И на следующий вечер после рабочего дня люди вновь собрались в «Филине» где обсудили, создание народной, творческой дружины «Воля Рока».

Пришедшая молодежь действительно заинтересовалась созданием этих проектов и все вместе решили это делать на благо российской культуры.

Свет и во тьме светит, если его правильно направить. Что есть свет, что есть тьма? Как часто люди размышляют над этими вопросами мирозданья. Каждый конечно находит на них свои ответы, и никто не вправе опротестовывать их. А ведь как часто люди переосмысливают эти понятия и тому называют отсутствием света, а свет именуют жаром. С такой же легкой руки можно называть и знание светом, и тьмой. Ибо как можно назвать светлыми знаниями правительство Третьего рейха? Или тьма мироздания, существующая до « слова», была тьма? А кто может сказать это, доказав это? Может это «слово» лишь озарило то, что находилось в темени тьмы? Может этот мир существовал и до прозвучавшей музыки мироздания, просто его жизнь пролетела совсем иначе, чем принято сейчас считать. Может свет это лишь священный фаллос жизни, и оживает тьма лишь, когда он касается ее?

После ребята из «Эльборс» сыграли для пришедших несколько своих песен, которые они приняли композиции на ура. Монументальность, лиричность, экспрессия, мрачность, и красивые мелодии завораживали слушателей и уносили к далёким краям севера, где растворяли в ледяных надеждах каждого…

Отсутствовала лишь Арина, которая действительно была занята целыми сутками. Она тренировалась над своим вокалом. Все педагоги диву давались от её роста. Девушка каждый день пела всё лучше.

На следующий день Арина пришла к педагогам, с Жанной и рвение второй  вокалистки ни в чём не уступало  первой. Они пели разученные с Жанной песни и обе девушки очаровывали своим желанием самосовершенствования. Девушки рассказывали о театральном «Филине», о «Эльборсе», приносили свои тексты и демо версии песен. Вместе с преподавателями они разучивали вокальные ходы и после смело исполняли их.

Со временем девушки стали практически профессиональными артистками. Остальные проценты необходимо было зарабатывать опытом, который набирали на репетициях своей группы и театральных помостах.

Для занятой своим делом молодёжи, дни летели молниеносно. Они все занимались любимым делом, а посему не нуждались в отдыхе. Лишь беременность для девушек была чем-то отрезвляющим, в веретене творческих забот. Лето дало им возможность оценить свои материнские чувства на проверку и девушки, одна за другой попали в родильный дом…

Арина родила мальчика, которого назвали Всеволод, а Ира и Жанна – девочек Снежану и Карину. Девочки горели от счастья впервые кормя своих детей… В них янтарным блеском срывались улыбки и ощущения материнства. Их парни, новоиспеченные папаши стояли в коридоре обнявших плакали, встречая рассвет… Тем временем «Воля рока» расправляла свои крылья. К первому сентября перепрофилированный «Филин» открыл свой первый сезон. Весь неформальный бомонд был так же, как и Толик окрылен новым веянием рок-культуры и они цепко держали друг друга в железном рукопожатии К осени ребята из группы «Эльбрус» выпустили свой дебютный альбом «Молчание лесного духа» и дали свой первый официальный концерт. На нем присутствовала группа «Белый Сокол», выпустившая второй диск - «Крылья Ветра».

Лучи солнца разгорались над горизонтом. Они обогащали небо светлыми прикосновениями и  чистыми поцелуями покрывали землю. Пленительный рассвет среди лета озарял небо розовой бахромою зори. Легкий, еле заметный ветерок сгонял тень в потаенные места. Пение птиц разбудило город и среди разноголосья проступило каменное изваяние. Невдалеке от «Филина» силою «Воли Рока» был возведен двенадцати столбовой храм Солнца. Упорным трудом ребята создавали это величественное сооружение. Его диаметр составлял тридцать метров. Каменные столбы поднимались на пятиметровую высоту. Их очень осторожно сложили из огромных волжских валунов. Обрамлял этот посолонь круг посаженных пирамидальных тополей. Небо все набухало светящейся лазурью и зеленые часы играли на внутреннем озерце его лучами. После этого концерта все шестеро человек встречали этот благодатный рассвет, с распростертыми к небу ладонями. В глазах музыкантов царила Правь. Этот рай отражался в их улыбках, словно новая строчка в истории жизни. Ребята вспоминали жизни свои до встречи друг с другом, поход в лес.  Начало съемок, встречи со зверями, поликлинику и другие истории из жизни. Ветер перемен срывал  с их памяти листки жизни и уносил вместе с тенями в глубину истории. Ребята сплетали у орнамента новую гармонию с обновленным мировоззрением. В нем уже не было беспризорных идей, они давно превратились в миссию чадолюбия и покаяние, пришедшее через протест, нигилизм и познание себя. Музыканты чувствовали бремя ответственности на себе и убедились, что их души стали истинно православными. Отныне ребята не стали делить его на три ответвления.

 

2010 © ВСЕ АВТОРСИЕ ПРАВА ЗАЩИЩЕНЫ ЗАКОНОМ ОБ АВТОРСКОМ ПРАВЕ

РФ

2006-2008

© Copyright: ВЛАДИМИР РОМАНОВ, 2012

Регистрационный номер №0064624

от 22 июля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0064624 выдан для произведения:

Утром Толик и Александр отправились в администрацию, чтобы им помогли с созданием нового театра.

Очередь к мэру оказалась огромной, состоящей в основном из женщин, разбавленная несколькими мужчинами и стариками, по новорусской традиции укромно облокотившимися на свои палки и костыли. Когда как молодые парни уселись травя друг другу похабные анекдоты. в пол голоса.

Воспитанный в семье, где свято чтимы  возраст и уважение к старшим Толик, в первую очередь оборвал рай царивший у сидящих парней. Он превратился в грозовой шторм, в глазах коего блестела истерика молний.

- Ребята, не хотите уступить место для стариков?

- Нет. Молодым ведь у нас везде дорога – огрызнулся один.

- А ну ка быстренько поднялись сосунки! ( сидящим было не более 15 лет) – взревел Толик.

- Ты откуда взялся такой умный? – нехотя поднимаясь, сказали парни и отошли от стульев.

В одно мгновение женщины подхватили идею Толика и напали на парней. После успокоившейся  толпы Саша подытожил.

- А что до вас раньше не доходило, что их нужно было поднять? Вот народ пошёл, не смелый.

Саша махнул рукой и провёл по лицам взгляд, ловя интонации в глазах, но все отворачивались от него. Парень выглянул в окно, затем он начал разговаривать с актёром.

Очередь зашивилилась, и через некоторое время ребята попали на приём к мэру.

Огромный по  сравнению с коридором кабинет, блестел дорогой мебелью с интересной лепкой и гравюрами. Большой стол, скрывал крупного телосложения лысоватого мужчину под  портретом, с гордо – издевающимся взглядом президента.

- Я вас слушаю. -  покладая свои полные руки, и растопырив пальцы на столе, сказал мужчина. Его пустой чиновничий взгляд блуждал среди потока посетителей.

- Мы пришли сюда, что бы с вашей помощью создать театр на базе  «Филина».

- Что такое «Филин»?  - недоумевая спросил мэр.

- База байкеров, концертная площадка.

- Понятно… А что вы – то от меня хотите? Он частный клуб, а не муниципалитет.

Толик рассказал, суть дела своего замысла, после которого мэр, немного вспотел и побледнел. Некоторое время он молчал и лишь после  добавил.

- Вообще-то это не ко мне. В 134 кабинете сидит Евтохика Екатерина Андреевна. Она у нас за культуру молодёжи отвечает. Сейчас я ей позвоню, скажу чтобы приняла вас вне очереди. Хотя ребята, оно вам это нужно? Сейчас же на спектакли людей не загоняют, как  в былые времена. Молодежь лучше в ночной клуб сходит, чем на спектакль. Идея интересная, но это скорее нужно в областную администрацию, но туда я не позвоню, мы в разных партиях состоим, поэтому не в ладах. Поймите, ребята меня уж правильно.

Парни вышли из кабинета и спустились к 134 кабинету, в котором женщина им навела по кружке чая, усадила над окном, из которого красивый вид выходит на долину реки, утопающей меж кроны ёлок… Казалось будто река цепляется за иглы деревьев. Весенний город купался в солнечных лучах. Спешащие куда-то люди грелись первыми тёплыми деньками.

Ребята изложили свою точку, на которую получили вполне ожидаемый ответ. Женщина отправила их в другой кабинет, в котором им объяснили, что создание театра на официальном уровне дело не нужное для современного времени… Их удивило одно совпадение, царящее в чиновничьей массовке. Они хвалили ребят за подобную идею, но не желали покровительствовать в их начинаниях.

По дороге домой Толик, шёл с опущенной головой.  Его одолевала усталость.

- Да… Вот дурдом, а не страна – взмахом руки Толик, указал на безнадёжность.

- Толик, главное не отчаивайся, не важно, что думает наша  политверхушка о проекте. Мы начнём подготовку, а после посмотрим, что к чему… Я уверен всё у нас получится. Мы справимся.

- Да, мне уже вчера пятеро человек позвонили, и я назначил время. Сегодня вечером ребята подойдут к «Филину». Я очень волнуюсь, ведь среди неформалов я не свой парень. И к тому же не знаю как себя надо вести, волнуюсь. Скорее даже боюсь…

- Я тоже хочу с тобой. Возьмёшь? – спросил Толик.

- Да, я только, что хотел тебе предложить, но ты опередил.

Ребята, дойдя до магазина музыкальных инструментов, куда Саша устроился работать, разошлись, что бы вечером вновь встретиться.

Истинная дружба тем и прекрасна, что с нею люди становятся более открыты, чем при любовной связи или родстве. Дружба - это великая ответственность и несет ее совершенно лишь тот, кто не осознает этот груз, а является, как бы единым целым организмом. Это великое чувство, от которого зависит вся жизнь человека и потеря дружбы является большим походом к краю смерти жизни. Дружба дана человеку свыше, посему и должна развиваться, а не прерываться, либо останавливаться вовсе.

Арина вновь нашла курсы и записалась в музыкальный колледж по классу вокала. Девушка начала подготовку на курсах, занимаясь целыми днями и делая успокаивающие компрессы для горла по ночам.

Она трудилась, непокладая рук. Работая над постановкой своего вокала, у неё начались преподавателями небольшие разногласия, из-за хрипоты. Учителя не соглашались на добавление в академический вокал экспрессива, когда как Арина настаивала на смеси этих двух видов подачи голоса. Педагоги утверждали, что школа вокала доводит талант до уровня уникального тембра исключительно трудными путями. А молодость не ценит опыт прошловековых традиций, классической школы.

- Мне нужен экспрессивный вокал – объясняла девушка. Она не однократно показывала как именно желает научиться петь, без потери голоса.

- Я понимаю тебя, что ты хочешь… молодость, порывы – рок-н-ролл… но это … Это скоро закончится и ты захочешь исполнять серьёзные композиции. А если ты расшатаешь голос, то  обратно его не настроишь, как другой инструмент. Голос это феноменальный инструмент, но он не поддаётся ремонту, в классическом его понимании…

- А что вы что считаете рок не серьёзной музыкой? Разве можно судить о том, что вы ни разу не слышали?!

- Ну детка… что ж там серьёзного? – недоумённо спросил мужчина.

Учитель сел за фортепиано и сыграл кусочек из одной песни  группы «Звери». – Что тут серьёзного?

- Вообще- то… Это не рок! Далеко не рок!

- А что? удручённо спросил учитель.

- С трёх раз догадайтесь?

- Попса? – вопросительно взглянул на девушку – Тогда покажи, на что способны твои рокеры? Раз ты их так хвалишь. На самом деле, мне стало интересно.

  Арина порылась в своём рюкзаке, достала диск «Стихия Огня» - Легиона и включила песню «Звезда». Георгий Петрович начал слушать песню. Потихоньку его лицо начало изменяться, изображая от суеверия до понимания и положительной улыбки. К концу песни он попросил поставить её ещё разок, при этом начал подбирать пальцами на фортепиано мелодию.

- Слушай, потрясающе – какой вокал! Это и есть экспрессия?! – удивлённо спросил он.

- Да! Вот видите, классическая школа плюс полная самоотдача, выразительность помогают ему сопереживать песню со слушателем.

- Восхитительно! А что ты мне ещё можешь поставить из этого исполнителя. Кстати… Кто это?

- Алексей Булгаков. Группа «Легион»

- Голосистый! Из рока я слышал Кинчева, Цоя, Бутусова. А тут действительно масштабно, красиво и «свежо»! Вроде звучит как простой романс, но музыкальная гармония иная. В нём много надрыва.

- Это называется Power-Metal – стеснённо ответила Арина.

- То есть, мощный метал? – с горящим блеском в глазах утвердил педагог.

- Ну, в какой то мере… Скорее это Neo classical metall.

Арина и Георгий Петрович послушали весь диск. Мужчина остался под впечатлением от прослушанной музыки.

- Ну, что я тебя смогу научить академическому вокалу, но сама потом пробуй экспрессив-фальцет. Тут  дело такое – он махнул рукой – одно другому не мешает! Даю руку на отсечение, я теперь убедился.

- Дополняет! – поправила радостная девушка.

- Действительно. Дополняет. Но мы здесь не музыку будем слушать, а учиться петь. Ну ка, вставай на ноги живо и «Кармэн» мне исполняй! – его голос звучал словно ручей, стекающий по горному ущелью. В нём были и радость, и полёт и лёгкость.

Арина тянула своим меццо-сопрано знаменитую арию. Педагог запел вместе с ней.  Сильные голоса воспарили  ввысь.

Сильные, дрожащие стигматы голосовых связок парили в зале. Их тональности украшали неописуемым орнаментом стены и предметы, находящиеся здесь. Что-то необъяснимо-космическое происходило в тот момент вокруг двух поющих людей. Тонны положительно – закрепленных частиц выплескивались из человеческих сердец. Ибо вправду гласит в народе поговорка: «Нет в мире лучше инструмента, чем людская душа».

Сидящий на заднем ряду Влад, молча поглощал свою девушку глазами. Его уже два часа не было слышно, и учитель с девушкой совсем позабыли о нём, занимаясь вокалом. Тогда как парень, не отводя глаз следил за всеми движениями и всей кожей впитывал все голосовые перипетии, персонифицируя их под звук электрогитары. В его голове рождались красивые музыкальные ходы, он их быстро, но тихо импровизировал губами и записывая их на диктофон, который носил всегда с собой в кармане.

Он здесь то же  учился, учился слушать образами, алигориями, фантосмагониями…

Родной ЖД вокзал города Орловска встретил девушек цветущими ветвями сирени. Толпы людей вывалились из электрички.

Ира и Жанна сели в маршрутное такси и отправились домой.

Город ни изменился совершенно ничем… Все тот же запах карамельно-жвачного детства пропитывал воздух. Бесконечное веретено городского транспорта тянуло на себя жизнь Орловска. Громкая, легкая музыка разносилась из музыкального ларька, грузный запах сигарет клубился над людским потоком, спешащим куда-то прочь. Жанна все время показывала Ире места, связанные со своей историей. Девушки смеялись, но в глазах Жанны снова просыпалось ощущение одиночества. Девушка понимала, что она давно перевернула страницу своей жизни, но также она осознавала, что перевернуть не значит стереть или отказаться от собственной истории. Девушка осознавала в этот момент. Что все последующие возвращения в Орловск будут воскрешать в ней липкий конвейер страха, одиночества, мечтаний и всего того, что сопровождало ее в детстве и юности. Жанна развеивала эти мысли разговорами, но все же внутри клокотало набатом детство.

На своей остановке девушки вышли и пошли по двору, где выросла Жанна. Воздух для неё был родной.

Двор не изменился ничем, теже старушки, только их стало значительно меньше…

Из подъезда, где жил  Шкур, высунулся ребёнок годовалого возраста, и молодой парень вышел вслед за ним, увидев Жанну, он опустил голову и  поздоровался. Его спортивный костюм облегал пополнившее тело. На шее не оказалось золотой цепи, вечно тянувшую голову вниз. Он походил на загнанную собаку. Его вечно шаловливый взгляд превратился в тоскливый серый сумрак. Руки свисали вниз, будто две плети. С трудом можно было представить, что этот спокойный юноша, в прошлом был грозою всего района. Парень вызвал шедших по двору девушек презренную жалость.

- Привет Жанна, ты уже приехала? – спросил он низким, хриплым голосом.

- Да… Саша это ты что-ли? – удивлённо спросила Жанна.

- Угу, - смазливо ответил Шкур. Он угадал Иру и посмотрел на девушек стыдливо.

- А ребёнок чей? – спросила Ира.

- Мой – опустя ещё сильнее голову, сказал он. Складывалось впечатление, что он стыдится малыша.

Из подъезда вышла девушка, выкрикнув бранную речь на парня. Она нарочито, взмахнула сумкой показав, знак протеста. Её губы сжимали сигарету.

- Мы ещё поговорим, надеюсь? – поворачиваясь, промолвил Шкур. Сейчас он выглядел старше своего возраста.

- Если получится увидеться, поговорим, Саша – Жанна прищурилась и они пошли дальше.

Парень быстро поднял ребёнка и побежал к стоящей девушке. Она громко наорала на него, пригрозила своим отцом и толкнула рукой по лопаткам. Шкур оглянулся, глядя на Жанну. Девушка взглянула в его сумрак глаз, там застыл портрет ужаса. Еще через мгновение и он мог заплакать. Шкуру совсем не имел тот образ, в котором он пребывал сейчас. Он понимал, что это далеко не роль узника, он просто не знал как себя вести в данной ситуации. Парень отчаянно надеялся найти в Жанне опору для себя.

Девушки переглянулись, улыбнулись и поднялись к Жанне, по такому же обшарпанному подъезду, как и был. Жанна нехотя озиралась по сторонам, считывая маты на искорёженных временем стенах. В её грудь вливалась таже бездушность, что всегда излучалась о полуразвалившихся стен.

Позвонив в дверь, у Жанны участилось дыхание и сердцебиение.

Растворилась дверь и папа её  вышел встречать свою дочь. Девушка прыгнула к отцу на шею, крепко сжалась в  неё руками. Мужчина  закружился на месте, с  широкой улыбкой на лице.

Следом вышла мама Жанны, и дочка вырвавшись из объятий отца с криком «мама» - кинулись к женщине. Они втро1м обнялись и янтарём слёзы блестели на их счастливых лицах.

Пройдя в квартиру, Тамара Ивановна  накормила девочек и заодно принялась за вопросы.

После обмена информацией Жанна спросила.

- Мам что случилось со Шкуром? Мы его встретили с дитём и девушкой.

- Ой дочка, хохмы было много… В общем он тут раскрутился хорошо…

Ему кто-то дал поработать в Казино, а Саша же юркий ведь парень за пол года стал администратором, наворотил себе денег, прикупил пару машин, охранников, смог завладеть игровыми автоматами  в соседних городах. В общем, стал крутым  предпринимателем. И однажды, хотя, что однажды – девочек  возили они сюда много, но один раз видно привезли не тех…

Потому, что после этого какой-то олигарх суда стал приезжать довольно часто. Как впоследствии, оказалось – отец этой девочки, которую Саша привёз в себе.

- Всю жизнь испортил ради 5 минут удовольствия – сказала Ира.

- Ну, вот после этого он отобрал у Саши все точки, и пригрозил, что не отдаст их, если Шкур не женится на его «погубленной» дочери, которая через два месяца родила, после  свадьбы.

- А она, что спала с ним, когда была уже беременной?

- Не знаю дочка, выходит, что так.

- Блин… Ну народ… - вздохнула Ира.

- А Артём как, неслышно? – спросила Жанна.

- Он учится где-то, его практически не видно. Хотя он иногда звонит, спрашивает как ты.

Жанна с Ирой после долгой беседы пошли в комнату, где молчаливый замок, ждал свою покровительницу.

Жанна села на стул за компьютером, повернулась и начала всматриваться в мир, который не смог стать вечным спутником её жизни. В мир, что позволил погибнуть себе, ценою нескончаемых мечтаний. Воспоминания волной накатились на Жанну. Она сидела и громко плакала. Слезы текли неиссякаемым потоком. Все предметы окружающие ее напоминали о былой жизни. В ней еще не было столько обмана, суровости и смелости. Там были лишь мечты, там были лишь сны. Но как в песне поется - жизнь дана не тем, кто любит проводить ее во сне. Жанна это ощутила на себе лихвой. Теперь в голове, кроме сухих планов и зарисовок песен не было ничего. Она напрочь перестала мечтать, лишь изредка ей хотелось превратиться в жар-птицу, чтобы донести свой свет до бегающих в впотьмах людей. Каждый вдох воздуха приносил в нее полотно ностальгии, а каждый выход попытку успокоиться. Девушка размышляла над вопросом остаться ли здесь или идти по жизни своею стезей.

Пока Ира принимала душ, Жанна смогла насладиться в полной мере одиночеством в том понимании, в котором привыкла быть постоянно, из мира, имя которому детство.

Её наполнила ностальгия и нахлынувшие мечты, которым не свойственно сбыться на пути жизни. Лишь атмосфера воспоминаний запахла тюльпанами.

Девушка вновь смотрела на далёкий лес, скрывающийся за стеной замка и уже в глазах были не иллюзорные мечты, а  реалии… пройденными своими ногами и мыслями…

Слёзы текли по её щекам, но эти слёзы были каплями счастья прожитого времени и накопленных знаний…

Ира вошла в комнату и со свойственной ей ироничностью заметила:

- Ну, ты крошка опять нюни распустила, это что опять такое? Опять  депрессия или меланхолия задела жизненные органы? Или как все это понимать?

- Нет, на  сей раз воспоминания… нахлынули в моё сердце…

- Сдались они тебе эти «воспоминания», нужно жить сегодняшним днём, или хорошими воспоминаниями. Ведь ты меня сейчас хочешь обмануть. Ты вспоминаешь грусть из своего детства.

- Я счастлива, и это сдавливает горло…

- Нет, ты ещё несчастлива. Твои слёзы ещё солёны, а когда они будут пьянее вина или слаще мёда, вот тогда ты будешь счастлива. Жанна улыбнулась и обняла свою подружку.

На следующей день Жанна с Ирой решили пойти прогуляться по городу. И в 12:40 вышли во двор, где солнечные лучи играли с молодой листвой, маленький ветерок теребил кроны и траву, отчего падающая тень от всех движущих предметов танцевала.

Во дворе сидели Шкур, ребёнок бегал возле него и девушка, курящая тонкую сигарету. Она без умолку лепетала что-то своему мужу, который «летал» где-то очень далеко. Он отчаянно слушал девичью белиберду. Серые клубы сигаретного дыма растворялись в воздухе.

Жанна и Ира присели рядом.

- Как твои дела, Саша? – спросила Жанна. Она поглядела в грустные глаза парня.

- Да вот – показал рукой на девушку и мальчика играющего с бабочкой – Женился, теперь я счастлив, как верблюд. Теперь я могу месяцами не пить – грустно улыбнулся он.

- Ну во первых – помпезно завизжала его жена – Вы представьтесь передо мной, а во – вторых: мы женились по любви… хе, хе моей! Саша голова нашей семьи, а я - шея. Куда хочу, туда верчу.

- Да, повезло тебе дружище – сказала Ира – а я спрашивала у тебя, что будешь делать если подхватишь что-то. Ты помнишь, что  мне ответил – «Лечится». И как твои успехи?

- Никак. Против этой болезни нет вакцины – грустно ответил парень.

- Просто Саша, нужно было жить проще, а не так как ты… всё что ты посеешь в хизни возвращается к тебе. Не мне тебя судить, но ты вёл безрассудный образ жизни.

Теперь ты расплачиваешься, за всё чем ты так хвалился.

- Да теперь я часто тебя вспоминаю и понимаю гораздо лучше, чем себя самого.

Внезапно жена всучила телефонную трубку, из которой донеслось сопение злого мужчины, который начал орать, чтобы на километр ко всяким сукам не подходил, а то оторвёт всё, что телепается у него. Шкур молча выключил телефон, и протянул его обратно.

- Как Артём? – она жадно глядела на стены домов, двор. Сейчас она понимала, что весь год этого не хватало в её жизни. Ей даже казалось, что в данный момент времени не пошла бы на столь опасную авантюру с лесом. Она вернулась домой, откуда так сильно старалась сбежать, где так ей было тесно.

- Жанна, откуда я могу знать? Мне сейчас хуже чем в концлагере живётся, как что не по шерстке, сразу папа, сразу мама… Надо же было так просчитаться в жизни…

Он опустил голову и умолк. Спустя  минуты три молчания Жанна и Ира пошли дальше.

- Да вот Ира не поверишь, никогда не представляла возможным  увидеть Шкура таким беспомощным. Да он всегда был слабым по натуре, безвольным человеком, и выплёскивал всю агрессию, опасаясь, что кто-то первым дерзнёт на него посмотреть без содрогания.

- А сейчас? – Жанна  взглянула на Иру, коротко спросившую этот вопрос..

- Что сейчас? Он сломался сразу после настоящего столкновения с трудностями. Он оказался не способным взглянуть правде в глаза.

Ну только не говори, что тебе его жаль – глаза Иры наполнились непониманием.

- Нет не жаль, но всё таки он страдает. Я ему сочувствую.

- По делом, пусть поживёт, так как он относился с людьми – Ира удивилась сама себе, но после произнесённых Жанной слов о сочувствии, в ней тоже родились подобные чувства. Девушка сама не отдавала отчёта в том, что ей может быть жалко совершенно чужого человека .

- Да это такая древнекитайская мудрость: «Чтобы объяснить, что такое добро, нужно долго и мучительно подбирать слова, а зло – достаточно показать единожды на собственном примере».

- А тогда почему люди так поступают чаще?

- Это я полагаю должен каждый сам отвечать перед собой.

Девушки погуляли по парку, площади, улицам и к вечеру уставшими вернулись домой. Где их ждал ужин. Руки родной матери старательно приготовили еду.

Жанна пробыла дома около двух недель, взяв с собой вещи, она с Ирой собрались уезжать.

На перроне вокзала Жанна снова стояла в объятиях своих родителей. И эта картина была самой умилительной среди тех, что доводилось видеть… Прощание родителей ужасное зрелище… лучше бы это не видеть никогда. Ведь в этот момент скучаешь по человеку куда больше, чем когда не видишь его долго.  В такие моменты хочется раствориться в его дыхании, и стать частью родного человека…

Все трое лили слёзы, все трое не хотели расставания, но все трое понимали, что по другому уже не будет. Отчего скрижаль души шипела и визжала болью в глазах.

Неожиданно Жанну окликнул чей-то мужской голос. Она оглянулась и увидела Артёма.

Опрятный парень сжимал букет красных роз. Сладкий запах одеколона, аккуратная причёска, выбритое лицо изливалось любовью. Лёгкий багрянец веял нежными чувствами к девушке.

- Прими эти цветы. – он протянул охапку роз. Его голос дрожал.

- Прости, но я не могу…- отказалась девушка от цветов.

- Я понимаю, что не могу надеяться на что-то, но всё, же прими, в знак моей благодарности.

Жанна, молча глядела на парня с букетом роз. Опрятный, высокий с правильными чертами лица и  телосложения, а сама молча думала: «Пусть тебе повезёт, пусть ты будешь счастлив, но уже не со мной, а с той, кто тебя станет ценить, за твои стремления и дела, но не я». Жанна и сама толком не понимала своего теперешнего поведения. Ей страшно хотелось остаться здесь, пусть даже рядом с не любимым парнем, но зато, неподалёку от родителей. Она даже думала, что если Артём возьмет её за руку и поведёт за собою, она бросит всё о чём мечтала и останется в родном городе. Девичьи глаза заслезились и боль отчаяния рванулась в её хрупкую душу. В грёзах она видела себя же и женою этого парня и матерью его детей. Но лишь один нюанс не давал сбыться её сиюминутным мечтам – под сердцем бьётся жизнь её дитя… эта жизнь рушила все заслоны и крепости прошлой, прожитой, прошедшей юности одетой в романтические перспективы на будущее. Жанна убедилась сейчас как оказалось просто разрушить и своё счастье и счастье других людей. Ради одной её прихоти сейчас могла разрушаться и жизнь Артёма и Сашина и её самой… Девушка услышала звуки подходящей, спасительной электрички и вернулась в явь жизни.

Подъехала электричка, внесли в вагон все три сумки и Жанна попрощавшись с родителями, на последок протянула руку Артёму, сказала:

- Артём, пусть ты сейчас остаёшься один. Помни, ты станешь счастлив, если сам будешь стремиться к этому. Мысль материальна, отчего она способна влиять на жизнь  иначе, чем мы подразумеваем и представляем себе. Удачи тебе…

- И тебе тоже – в ответ уронил слова, парень. Он пошёл вдоль перрона, а Жанна зайдя в вагон, высунула голову и правую руку долго махала родителям, а они ей.

После Жанна села на сидение и взглянула на Иру.

Внезапно зазвенел телефон у Жанны. Она прочла смс.

«Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, МОЯ ДЕВОЧКА»

Жанна улыбнулась и ответила: «ЖДИ МОЙ АНГЕЛ. Я НА ДОРОГЕ, КОТОРАЯ ВЕДЁТ К ТЕБЕ».

Весь обратный путь девушки провели в нескончаемом удовольствии обсуждения своих мыслей и раздумий. Ира читала тексты, прозу, стихи, взятые с собой Жанной…

Она высказывала свои ведения по их поводу. Наконец никто им не мешал в пути. И девушки наслаждались красотой русской земли. Они нафотографировали наиболее понравившиеся места… И с удовольствием рассматривали на фотоаппарате их… Но лишь они не касались одной темы – мечтаний и планов на будущую жизнь, ибо лес научил их не строить мир своих грёз. Жизнь поддаётся тем людям, которые трудом научились отделять явь ото сна.

Влад сидел на ступеньках, немного выше людей слушающих  Анатольеву речь. Гурьба энтузиастов  сидела. Немного стебаясь над идеей создания театра. «Ребята, я сейчас вас собрал здесь не с проста – начал Толик, и продолжил – Сейчас вас пришло сюда человек 60 и вы не поверите, но это здорово. На самом деле, на базе «Филина» я хочу создать театральную площадку и «андеграудный» симфонический оркестр. И для этого мне нужны вы».

В основном люди сидели на ступенях или стульях канцерной площадки. Многие из них внимательно слушали актёра, другие же лишь присутствовали. Но были и те, кто действительно  впоследствии станут этим столпом нового «Филина». Сомнения одолевали их чувствами. Молодёжь переглядывалась, не зная как реагировать на подобную идею.

Толик оглядел каждого и продолжил:

«Нас многие обвиняют в непонятности, в неяркости, в неясности наших взглядов на мир. Но при этом люди не желают заглядывать в нашу атмосферу глубже, чем просто поверхностно. И я в один момент решил обернуть нашу культуру не в «гремящее, жужжащих звуках - а в мягкости – и легкости» т.е. в театральном и классическом обрамлении. На мой взгляд это будет интересно людям разных взглядов. Посему я вас и пригласил. Мне нужны артистичные, харизматичные актёры, умеющие слушать и понимать людей, готовые расти и развиваться в разных направлениях. Честно предупреждаю, этот путь тернист, он сложен, но пройти его мы сможем, если будем держаться друг друга. Только когда люди обвенчаны одной идеей, они способны поддерживать своих товарищей» - актёр замолчал.

Внезапный крик из толпы оборвал молчание.

- А ты, что революцию затеял? – громкий сарказм искривил настроение молодёжи.

Толик немного ошалел от этого вопроса. Он покраснел, но сразу пришёл в себя.

- Нет… Революцию нужно делать в пределах своей головы, но не просторах родной земли.

- Тогда на какой чёрт лекцию читаешь? Мы люди свободные, и мы не на полит бюро здесь заседаем.

Встал Саша, сидящий на стуле сзади Толика, и громким своим голосом заорал (он так говорил почти всегда).

- А ты я вижу умным себя хочешь показать? Или просто ты не хочешь  слушать? Что-то я тебя не пойму… Ты ради чего сюда пришёл?

- Ради поиска репетиционной базы для коллектива. Но вижу вам на русский рок плевать. Вам театр важнее… ну вас всех… сами знаете куда… Я бунтарь, и мне нужен всплеск эмоций, а не пьесы читать от нечего делать…

- Так зачем ты сюда пришёл?

- Я думал вы рок – группу собираете, а вы – театр. (слово «театр» прозвучало слишком дерзко, низко и надменно). На хрен мне это нужно, если вы не TRU METALL  будете создавать – парень встал и ушёл.

Вслед за ним ушло ещё  пятеро человек.

Остальные молча проводили их взглядом, а потом Толик повернулся и сказал. Я  собираюсь пристраивать к  «Филину» здания, где можно будет репетировать со своими группами, даже если никто не захочет из них  участвовать в проектах  «Филина». Мы сможем хоть так поддерживать наше неформальное сообщество…

Оставшиеся люди оживились… Громкий смех воспарил в холле. В его звуке рождались новые надежды.

- В принципе для начала у меня всё… теперь если есть вопросы, то можете их озвучить, Толик поглядел на ребят, сидящих напротив его. Его глаза скользили по лицам и он считал секунды.

Девушка с длинными рыжими волосами встала и спросила.

- А за какие деньги мы это всё будем делать? Я так поняла, ты молодой человек об этом умолчал.

- Сначала это всё бесплатно. Нам необходимо будет притереться друг к другу и определить, кто на что способен. Пока всё строится на волонтерских принципах…

- А потом ещё и будет зарплата? – раздался крик из толпы.

- Только после спектакля – отрезал Саша – от продажи билетов.

Громкий смех снова раздался по залу. Ребята стали более дружелюбны.

- А что играть, или как обычно в театрах с «Чайки»? – послышался всё тот же голос.

- Нет, молодой человек с «Алисы» и альбома «Сейчас уже позднее, чем ты думаешь» - устроит?

- Более чем – ошарашено ответил парень.

- А кто нас будет инструктировать?

- Я уже договорился с местными хореографами, педагогами по вокалу из Москвы и Самары – все согласны на добровольных началах заниматься. А теперь думаю, завтра к 19 часам все опять соберётесь тут и будем решать, кто может быть у нас костюмером и гримёром. Ведь  довольно других вопросов для обсуждения…

Проболтав ещё около двух часов, компания разбежалась по своим   тропам.

Влад, Толик и  Саша поехали к Ире домой, где обнаружили приехавших девушек из Орловска.

Парни поделились своими успехами. Яркий энтузиазм Толика передавался всем людям, слушающих его. Он говорил с огромным придыханием, словно боясь упустить мелочь. Он был окрылен от того, что люди услышали его и готовы жертвовать своим временем для воплощения его идей в жизнь. Его глаза горели далеким светом звезд. Он сам походил на огромное созвездие. Актер нашел в себе неподдельный талант и хотел осуществить свои планы. И он прикладывал к этому все силы.

И на следующий вечер после рабочего дня люди вновь собрались в «Филине» где обсудили, создание народной, творческой дружины «Воля Рока».

Пришедшая молодежь действительно заинтересовалась созданием этих проектов и все вместе решили это делать на благо российской культуры.

Свет и во тьме светит, если его правильно направить. Что есть свет, что есть тьма? Как часто люди размышляют над этими вопросами мирозданья. Каждый конечно находит на них свои ответы, и никто не вправе опротестовывать их. А ведь как часто люди переосмысливают эти понятия и тому называют отсутствием света, а свет именуют жаром. С такой же легкой руки можно называть и знание светом, и тьмой. Ибо как можно назвать светлыми знаниями правительство Третьего рейха? Или тьма мироздания, существующая до « слова», была тьма? А кто может сказать это, доказав это? Может это «слово» лишь озарило то, что находилось в темени тьмы? Может этот мир существовал и до прозвучавшей музыки мироздания, просто его жизнь пролетела совсем иначе, чем принято сейчас считать. Может свет это лишь священный фаллос жизни, и оживает тьма лишь, когда он касается ее?

После ребята из «Эльборс» сыграли для пришедших несколько своих песен, которые они приняли композиции на ура. Монументальность, лиричность, экспрессия, мрачность, и красивые мелодии завораживали слушателей и уносили к далёким краям севера, где растворяли в ледяных надеждах каждого…

Отсутствовала лишь Арина, которая действительно была занята целыми сутками. Она тренировалась над своим вокалом. Все педагоги диву давались от её роста. Девушка каждый день пела всё лучше.

На следующий день Арина пришла к педагогам, с Жанной и рвение второй  вокалистки ни в чём не уступало  первой. Они пели разученные с Жанной песни и обе девушки очаровывали своим желанием самосовершенствования. Девушки рассказывали о театральном «Филине», о «Эльборсе», приносили свои тексты и демо версии песен. Вместе с преподавателями они разучивали вокальные ходы и после смело исполняли их.

Со временем девушки стали практически профессиональными артистками. Остальные проценты необходимо было зарабатывать опытом, который набирали на репетициях своей группы и театральных помостах.

Для занятой своим делом молодёжи, дни летели молниеносно. Они все занимались любимым делом, а посему не нуждались в отдыхе. Лишь беременность для девушек была чем-то отрезвляющим, в веретене творческих забот. Лето дало им возможность оценить свои материнские чувства на проверку и девушки, одна за другой попали в родильный дом…

Арина родила мальчика, которого назвали Всеволод, а Ира и Жанна – девочек Снежану и Карину. Девочки горели от счастья впервые кормя своих детей… В них янтарным блеском срывались улыбки и ощущения материнства. Их парни, новоиспеченные папаши стояли в коридоре обнявших плакали, встречая рассвет… Тем временем «Воля рока» расправляла свои крылья. К первому сентября перепрофилированный «Филин» открыл свой первый сезон. Весь неформальный бомонд был так же, как и Толик окрылен новым веянием рок-культуры и они цепко держали друг друга в железном рукопожатии К осени ребята из группы «Эльбрус» выпустили свой дебютный альбом «Молчание лесного духа» и дали свой первый официальный концерт. На нем присутствовала группа «Белый Сокол», выпустившая второй диск - «Крылья Ветра».

Лучи солнца разгорались над горизонтом. Они обогащали небо светлыми прикосновениями и  чистыми поцелуями покрывали землю. Пленительный рассвет среди лета озарял небо розовой бахромою зори. Легкий, еле заметный ветерок сгонял тень в потаенные места. Пение птиц разбудило город и среди разноголосья проступило каменное изваяние. Невдалеке от «Филина» силою «Воли Рока» был возведен двенадцати столбовой храм Солнца. Упорным трудом ребята создавали это величественное сооружение. Его диаметр составлял тридцать метров. Каменные столбы поднимались на пятиметровую высоту. Их очень осторожно сложили из огромных волжских валунов. Обрамлял этот посолонь круг посаженных пирамидальных тополей. Небо все набухало светящейся лазурью и зеленые часы играли на внутреннем озерце его лучами. После этого концерта все шестеро человек встречали этот благодатный рассвет, с распростертыми к небу ладонями. В глазах музыкантов царила Правь. Этот рай отражался в их улыбках, словно новая строчка в истории жизни. Ребята вспоминали жизни свои до встречи друг с другом, поход в лес.  Начало съемок, встречи со зверями, поликлинику и другие истории из жизни. Ветер перемен срывал  с их памяти листки жизни и уносил вместе с тенями в глубину истории. Ребята сплетали у орнамента новую гармонию с обновленным мировоззрением. В нем уже не было беспризорных идей, они давно превратились в миссию чадолюбия и покаяние, пришедшее через протест, нигилизм и познание себя. Музыканты чувствовали бремя ответственности на себе и убедились, что их души стали истинно православными. Отныне ребята не стали делить его на три ответвления.

 

2010 © ВСЕ АВТОРСИЕ ПРАВА ЗАЩИЩЕНЫ ЗАКОНОМ ОБ АВТОРСКОМ ПРАВЕ

РФ

2006-2008

Рейтинг: +1 719 просмотров
Комментарии (1)
Анна Магасумова # 22 июля 2012 в 19:37 0
"Мысль материальна, отчего она способна влиять на жизнь иначе, чем мы подразумеваем и представляем себе". - хорошо сказано. Мне очень понравилось! такое позитивное завершение романа. СПАСИБО!