ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияДраматургия → Лесное молчание 20 глава

 

Лесное молчание 20 глава

22 июля 2012 - ВЛАДИМИР РОМАНОВ
article64623.jpg

После окончания концерта, все выступающие ещё долго отмечали праздник Великой Победы.

И не смотря на то, что каждый из них по своему, презирал военные демарши, в одном они сходились – война это зло. Нельзя поколениям забывать о её чудовищности. Ведь с её ужасами человечество лучше узнаёт свою сущность, дружбу, любовь и нутро. А это даёт возможность следующим поколениям учиться на чужих ошибках. Им представиться возможность стать чище, спокойней и гораздо просветлёней. Но пока, это недосягаемые черты для человечества. До сих пор человечество восхищается военными парадами, строевыми механизмами, где с человека стёрто его животное происхождение грубым наждаком военного устава и строевой культурой. Да, безусловно, все мы живём под мирным небом благодаря огромному ВПК, но  у любого гражданина есть право на своё негативное отношение к армии.  Всю историю люди гордились физической силой, способной привести её обладателя к сладкой победе, но так уж устроено общество, что любая виктория порождает огромное количество зависти у отщепенцев, которые в будущем переписывать историю. Дабы раскрасить её в свои цвета. Так было всегда! Так будет и впредь. Когда Русь приняла христианство, она  порешила большую часть своего народа.  Когда пришли татаро – монголы, они сократили часть населения. За долгое правление Романовской династии, императоры соревновались в хитростях издевательств над родным народом. При СССР, народ не щадили, будто это не основа государства, а лишний элемент в табличке властной игры. Да и современные  политики только и научились самому худшему у своих предшественников, только говорить о вечно растущем уровне достатка и умеют… А народ всё терпит и всё прощает власти её злодеянияяя Вот только сколько это ещё будет продолжаться это волшебное терпение?

Спустя  три дня Жанна решила съездить домой, уладить кое-какие дела. Так получилось, что  Александр не смог поддержать свою спутницу и остался в Самаре, зато Ирина решила сопроводить подругу.

Рано утром, когда солнце уже проснулось, а город ещё не совсем, девушки приехали на ЖД вокзал, за половину часа до поезда.

Прохлада утреннего воздуха, немного походила на робкие прикосновения пера, выпавшего из подушки. Лёгкий озноб, пробегающий, по телу заставлял, ощетиниться мурашкам и ожидать поцелуя нового дуновения, лёгонького ветерка, который обычно бывает в ранний час…

Одетые в джинсы, кофты, без рисунков и весенние ветровки девушки разместились на скамейке, где из пустоты возникало множество народа, который мчится в неиссякаемом потоке. Изливались молодые парни, и весёлые девушки, старики и дамы с собачками, за короткие 30 минут город сбросил оковы сна. Началось утро, а с ним и гулкий шум индустриального города. Звонкий оркестр автомобилей загудел над атмосферным цокотом каблуков прохожих.  Голубиные и воробьиные стаи порхали над крышами и людьми. Словно символизируя, что счастье скрывается в каждом закроме мира. А нам так трудно его разглядеть. Прозрачный солнечный свет нагревал вокзальный воздух. Бродящие собаки жалобно провожали взглядами спешащих куда-то людей. Цепкая напряженность людей обвенчивала самарский народ. Каждого из них ожидали намеченные планы, дела, мечты и надежды.

Двойные удары  колёс по рельсам помчали девушек из одного города в другой. За окном потихоньку улицы и дома Самары сменились на одноэтажные строения  около городских деревень, а затем и те  уступили место полям и перелескам. Сочные зеленые листья и ветви радовали глаз. Аккуратно обрезанный лес блистал пышностью. Из окна в вагон валилась свежесть просторов России. Девушки сидели и вспоминали свою переписку. Казалось, она была в прошлой жизни и с нею уже потерялась связующая нить. Но, судьба выдавила из себя исключение и вместо гигантской , титанической боли из-за обрыва переписки девушки получили счастье живого общения. В их глазах сверкали алмазы слез счастья. Поход в зимний лес для Жанны, жилье с Толиком для Иры стали хорошей школой. Нескончаемый поток тоски и отчаяния заполнял их души, когда они решились изменить свою жизнь. Они долго переживали по этому поводу, не находили сил жить дальше, боялись оставаться с собой наедине, не верили, что жизнь улыбнется им, но все равно жили и набирались нового опыта. Поэтому Ира и Жанна впитывали как губки живость сочной природы.

Девушки сидели напротив друг дружки над окнами и вели разговор о прошедшем концерте. Рядом сидящие парни и мужчина часто посматривали на молодых принцесс. Они переглядывались меж собой и обратно переводили взгляд в никуда. В них росло любопытство…

Ира заметила интерес к себе и Жанне со стороны мужчин первой.

Парень немного подвинулся к Жанне, повернул голову и сказал:

- Девушки, вы такие, красивые. Можно с вами познакомиться? – и он сразу улыбнулся.

- Конечно же… нет! – сказала Жанна. В её глазах отразился рыбий взгляд гопника.

- Почему? – удивлённо спросил сероглазый парень, заставляя улыбаться себя.

Второй вступился в разговор, чтобы не возникла пауза. Его голос был немного выше голоса первого парня.

- Девушки, вы красавицы, мы красавицы, почему бы, нам вместе не провести время?  Всё равно же рядом сидим. А с девушками всегда приятнее находиться по жизни.

Ира взглянула на Жанну,  та лишь потупила взгляд.

- Ну, раз говорите «Вы красавицы», значит, давайте знакомиться, меня Жанна зовут.

- Меня Ира.

- Я Алексей, это мой друг Паша, эта Пашин брат Виталик и мой отец Евгений.

Жанна просмотрела скользким взглядом всех и, не прочитав в их глазах ничего, кроме животного интереса, подморгнула Ирине, что дальнейшее знакомство ничего ей не даст, достала книгу, и начала читать… Ирина немного удивилась такому повороту подружки. Её некрасивый поступок не понравился Ире.

Парни из всех сил начали рассказывать о весёлом  время провождении 9 мая: о геройском стриптизе в местном ночном клубе; о грандиозной попойке. Паша напомнил, что там плясал с одной экстравагантной «тёлкой» до тех пор пока у него ноги не осеклись. А после эта особа умудрилась ещё с двумя парнями оттанцевать пока те, как и он так же не присели от усталости. Он повторил несколько раз фразу «как она ягодицами крутила». Третий молчал и переводил взгляд то на девушек, то на парней.

Где-то, через полчаса, он впервые открыл рот, глядя, на Жанну спросил.

- Жанна, что ты всё время там читаешь, глаза портишь? Сколько на тебя ни гляжу,  ты лишь переворачиваешь страницы. Что там интересного? – он поглядел в девичьи глаза и сразу опустил свой взгляд.

Жанна подняла голову и устремила свой взор на парня.

- Тебе что-то не нравится? – в её глазах появилась ярость.

- Нет, конечно. Книга о чём?  - парень еле подобрал слова, отвечая с заиканием.

- О второй мировой… Ремарк… - тихо ответила девушка.

- Понятно – осупившись ответил Виталик- по его глазам пробежало пренебрежение.

Поезд выехал на берег Волги и понёсся вдоль её берега. В реке купались солнечные лучи. Грандиозный водный поток блестел волшебной чащей волн. Что-то завораживающе - пугающее  было в ее размерах. Река затягивала взгляд смотрящих на нее людей и топила их в своей торжественности. По ее широкому руслу плыл речной корабль. На его палубе стояли люди. Из трубы валил дым. Ире невольно на ум пришла песня Зыкиной «Течет Волга». Девушка пела ее про себя. Ей захотелось стать чайкой и помчаться вдоль кромки воды, чтобы вдыхать ее испарения и пропитываться теплыми волнами солнечной реки. Ира только сейчас поняла, какова глубина этой песни. Ей тоже захотелось опустить свои руки в воду, чтобы вдохнуть и напитаться этой могучей матушкой рекой.

Жанна вновь продолжила чтение, а Ира  глядела на долину Волги, ей как никогда ранее захотелось, побыть наедине с этой, могучей рекой солнца. Пленительная красота всё также тянула  её к себе, вырывая душу из груди.

Неожиданно Ира почувствовала, как чья-то рука тянется вверх к поясу по её ноге. Сильно ударив кулаком по запястью, быстрым движением девушка заломила руку за спину парню. При этом он не успел даже ойкнуть, лишь потупил взгляд.

- Смотри мне юноша, такие штучки со мной не пройдут. В следующий раз отобью совсем – вставая с места, сказала Ира. Она обернулась в вагон, но люди не отреагировали на ссору. Её очень напугало это бездушное равнодушие людей. На миг ей показалось, что если бы парни начали их насиловать, мало б осмелилось людей вступиться за честь девушек. Девушка старалась быть объективной, посему поставила себя на место незнакомых людей, и содрогнулась от своего поступка. «сами допросились» - подумала бы она и продолжая думать о насущных делах жизни. Не стоит винить людей за их малодушность, не пытаясь понять как сам бы поступил на их месте.

- Больше не буду, - простонал он в ответ.

Ира села на место и продолжала смотреть в окно, где уже начался лес. Весенней, живой песней он заполнил простор. Чудовищно поразительные картины рисовал её мозг. На фоне красивого леса ей чудились немереные батальоны равнодушных людей, спешащих по своим делам. Огромный социум, разопщёных людей всё шёл куда-то прочь от охватывающих всеобщих катаклизмов. Ведь просто закрыть глаза, перед весомой проблемой, и отвернувший от неё, упрямо доказывать самому себе, что её нет и  не может быть. Она не понимала, чем всё это может обернуться, но радужности во всеобщем одиночестве не может быть. Из каждого листка, блистательным дыханием изливалась весенняя чистота, заполняя дущу радостью людей, способных понимать эту красоту. 

Парень сидя теребил себе левую руку, его друзья, молча, наблюдали за ним и девушками.

- Странные вы какие-то – сказал Виталий, немного осупившимся, от удивления голосом.

- Ну да, какие есть. – ответила Жанна.

Всю оставшуюся дорогу парни в полголоса переговаривались, но к девушкам не обращались, даже не глядели в их сторону.

Поезд остановился на получасовую «передышку» в одном из городов, в ожидании подъезжающей электрички для пересадки. Ира  и Жанна пересели в неё и продолжили путь в вагоне, сев над входом  рядом друг с дружкой. Электричка тронулась. Внутри было не сильно людно, в основном молодёжь.

Жанна обратилась к Ире.

- Слушай, как-то домой хочется с особым трепетом.. Родители знают, что я должна приехать, а когда нет… Вот думаю сюрприз будет.

- Толик говорил, что Артём тебя искал? – спросила Ирина.

- Да. – немного прищурившись ответила Жанна.

- Ты с ним встретишься? Ведь он тебя любит, или как там у них это называется?

- Если получится, иронично ответила Жанна.в её голове не находилось места для этого парня.

Как часто люди прерывают, а порой и вовсе останавливают общение со своими друзьями с началом новой любви. Как бы это больно им самим не было, но влюбленность покрывает эти ошибки. Как часто такие поступки рушат доверие к любому, даже самому близкому человеку. Почему все-таки человек рушит свободу дружбы, меняя ее на клетку любви. Да любовь- это высочайшее чувство достигаемое человеком в своей жизни. Но разве нельзя сохранять хорошие человеческие отношения с появлением второй половинки? Ведь на самом деле каждый из наших друзей способен привнести в жизнь крошки счастья, из которых впоследствии  и сплетается единый орнамент блаженства жизни. На самом деле высокое духовное развитие ведет к вечному сохранению друзей в семье. На самом деле прекратить дружбу очень легко, но восстановить практически невозможно. Тем дружба является вернее любви, что она может прощать гораздо более серьезные вещи, чем измена, отчаяние и любовь.

Её глаза немного затуманились.

- Думаю тебе лучше оборвать все связи с этой шпаной.

- Знаешь, Артём как-то мне сказал, что ему не нравится компания, с которой он общается.

- Тогда зачем он в ней находится?

- Ира не все могут быть одинокими. Для многих одиночество, не выносимое чувство. Не все, так как ты могут взять в руки меч, гитару или ручку и создавать что-то…

Многим людям просто этого не дано, да и не надо…

- Это я понимаю, а другого понять не могу – как можно жить ни чем не заниматься и при этом быть довольным собой? Что таким людям надо от жизни? Разве пустота не дырявит сознание своей огромностью?

- Денег и секса – вмешалась одна девушка, нацепившая не по сезону обтягивающую розовую кофту и чёрную мини-юбку. Её ноги на скорую руку выбриты.На пол размера меньше сандалии, но сделаны из дорогой кожи. Блестящая сумочка, приоткрыта, в которой напичканы расчёски, помады, и прочие женские «примочки». Ярко-выкрашенная блондинка со взглядом неопределённой толи любви, толи тоски,  сидела, рассматривая «конкуренток». Она находила себя выше всех людей на свете.

- Что? – инфантильно просила Жанна.

- Девочки, я же сказала, что ж тут не понятного… В вашем-то возрасте уже пора и о мальчиках думать… Хотя… Судя по том как вы выглядите, вы думаете только о книгах. А жизнь далека от  страничных героев. К тому же если человек читает литературу XIX века, он может погрязнуть во временном разрыве. Одна моя знакомая так и осталась в советском времени.

- Хорошо… - сказала Ира – но – по-моему, дорогая, мы не с тобой общались. И вмешиваться в чужие разговоры не прилично… По крайней мере… книги этому учат людей…

- Ну, я дала вам совет. И вам грех им не воспользоваться.

Ира и Жанна переглянулись и улыбнулись.

- А мы по моему, в нём  и не  нуждаемся.

- Знаешь мужчины, и мысли в разное время приходят. Это ещё один психологический советник - она протянула в руке некий глянцевый журнал с изображением полуголой женщины, на её лице вместо макияжа было расписная католическая фреска.

- Не надо! - в один голос протянули девушки.

- Ну как хотите, - обиженно ответила незнакомка – я работаю модельером, и скажу вам прямо 4 С вашими подтянутыми, спортивными фигурками грех за собой не следить…

В это время в вагон зашла девушка, одетая в кожаную юбку, и чёрную майку с надписью «DIMMU BORGIR». Весь вагон обратил на неё внимание, но после брошенных взглядов вернулся к к своему полуспокойному проезду. Люди продолжили смотреть в никуда.

Она прошла до того места, где сидели Ира с Жанной, немного постояв на месте заговорила.

- Жанна это ты? – её плаксивая тональность ударила девушкам по ушам.

- Да.- вопросительно ответила девушка.

- Ты меня не узнала? Я Лилит. Я не высылала тебе свою фотографию, так как не фотографируюсь вообще.. Ну, вот зато встретились на яву… Я очень рада этому факту.

Жанна встала, девушки обнялись, и подошедшая Лилит села рядом. От неё повеяло сырой, холодной аурой. Складывалось впечатление, что она вышла от людей что из гостей, у которых было домом болото. Нет, от ней не разило плохим запахом, совсем наоборот, ей очень шёл мягкий и прозрачный аромат духов.

- Почему ты прекратила переписку? – спросила Жанна.

- Тебя слишком потянуло на свет, ты стала более добрее,  к окружающим, к их ошибкам и перестала интересоваться  black культурой.

- Я просто поняла, что black metal не мой музыкальный стиль, что весь этот сатанизм, прощается в 16-17 лет, но не старше… Человек не может быть таким свободным, как описывает эта религия. До определённой черты, это меня привлекало, но после жертвы, на которую нужно пойти, я перестала верить в искренность этих слов… Конечно если отделить истинный сатанизм от  наростов в виде всех этих Ла Вэев и других современных авторов, то это вполне здравая ветвь людской философии, но не более… Если это нравится определенной касте людей, то пусть это они и хранят свои догмы для будущих поколений. Мне это не интересно, поскольку я выросла из сатанизма.

- Да ты и не была ею…  Хорошо, а по-твоему какая – нибудь другая религия не говорит тоже самое, но другими словами?

- Боже, девушки, о чём вы говорите? – вмешалась незнакомка, сидящая напротив. В её глазах родилась дикость.  Она нервно перелистывала глянцевый журнал, словно ища в нём очищение.

- Это… с вами едет или ещё не докатились до грязи такой? – спросила Лилит.

- Прекрати… - громко сказала Ира.

- Почему? Ты видела, как на меня отреагировали люди? Почему я должна молчать?

- И на нас тоже, но это не повод выплёскивать желчь на окружающих. Каждый имеет право на самовыражение. Разве другие люди не свободны от тех постулатов, которыми ты так дорожишь?

- Я свободна от их «самовыражения».

- Только до определённого момента – повторила Жанна – Ты же едешь со всеми в одном вагоне.

- Но мы идём каждый своею дорогой. И пути эти не пересекаются.

- Ну вот они и идут по своим дорогам… Почему ты даёшь себе право ущемлять их свободу, им не даёшь такого же права?

- Тогда, почему им положено выплёскивать, а мне нет? Я вынуждена защищаться в этом мире, где стереотипы во всём от мольбы до взглядов. Мне это не нужно… Я хочу быть свободной от всех и всего… А меня обвиняют в этом… Разве вам это всё нравится? Мне нет!

- И нам тоже совсем не нравятся стереотипы, правящие миром….

- Но мы по разные баррикады. Ты Валькирия не смогла стать одной из наших, значит против нас… А что у вас с группой? Мы создали, аналог Cradle of filth  c  женским вокалом  и русскоязычной лирикой Misanthropic dukrecia – по-моему, название полностью отражает наше видение. Вот один отрывок из песни вам прочту:

Инквизицией я рождена

И воспитана отчужденьем.

Но душа не покорена,

Вверх стремлюсь с паденья

Ваши лживые мечты

В придуманное спасенье

Мне совсем не нужны

Они ведут вас к забвенью.

Я пройду свой путь одна.

Чего бы мне не стоил он.

Надо мною лишь луна,

Слышу голос её волчий.

Голос этот слышен мне

И ещё десяткам тысяч.

Он поднимет в этот свет

Миллионы злыдней.

Мы взорвём все купола,

Остановим церковь,

Чтобы мать сыра – земля

Освободилась от неверных…

Так печально умирать

На костре горящем.

И позорно знать,

О пропитанных мечтах плачем…

- Довольно – перебила Ира. – Дальше у вас всех одно и то же, сколько можно, из пустого в порожнее переливать? Разве это является свободой? Вы же, отличного от своего мнения не приемлите… Как вы так живёте?

- А что ты не называешь однообразием? Как  язычники кланяются сгнившим брёвнам и огромным валунам или стоящие кандибобером мусульмане, или вечно ждущие наказания за рождение христиане? Это-ли не однообразие? А black  ни к чему не призывает. Он просто отражает состояние моей души и  сердец других людей. Black это свобода от чужих мнений. А почему вы так настроены  против него? -  вычурно спросила Лилит.

- Вы же говорите лишь о свободе, а отличные мнения от ваших не принимаете1 Как можно говорить о свободе, если её вы не принимаете, такой, какая она существует? – повторила Ира.

- Пойми Лилит, свобода прежде всего в голове, а не на словах.

После этих слов никто не обмолвился. Каждая из девушек задумалась и просто глядела в окно, где проплывали вереницы улиц, домов и людей…

На своей остановке девушки вышли. А Лилит поехала дальше.

© Copyright: ВЛАДИМИР РОМАНОВ, 2012

Регистрационный номер №0064623

от 22 июля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0064623 выдан для произведения:

После окончания концерта, все выступающие ещё долго отмечали праздник Великой Победы.

И не смотря на то, что каждый из них по своему, презирал военные демарши, в одном они сходились – война это зло. Нельзя поколениям забывать о её чудовищности. Ведь с её ужасами человечество лучше узнаёт свою сущность, дружбу, любовь и нутро. А это даёт возможность следующим поколениям учиться на чужих ошибках. Им представиться возможность стать чище, спокойней и гораздо просветлёней. Но пока, это недосягаемые черты для человечества. До сих пор человечество восхищается военными парадами, строевыми механизмами, где с человека стёрто его животное происхождение грубым наждаком военного устава и строевой культурой. Да, безусловно, все мы живём под мирным небом благодаря огромному ВПК, но  у любого гражданина есть право на своё негативное отношение к армии.  Всю историю люди гордились физической силой, способной привести её обладателя к сладкой победе, но так уж устроено общество, что любая виктория порождает огромное количество зависти у отщепенцев, которые в будущем переписывать историю. Дабы раскрасить её в свои цвета. Так было всегда! Так будет и впредь. Когда Русь приняла христианство, она  порешила большую часть своего народа.  Когда пришли татаро – монголы, они сократили часть населения. За долгое правление Романовской династии, императоры соревновались в хитростях издевательств над родным народом. При СССР, народ не щадили, будто это не основа государства, а лишний элемент в табличке властной игры. Да и современные  политики только и научились самому худшему у своих предшественников, только говорить о вечно растущем уровне достатка и умеют… А народ всё терпит и всё прощает власти её злодеянияяя Вот только сколько это ещё будет продолжаться это волшебное терпение?

Спустя  три дня Жанна решила съездить домой, уладить кое-какие дела. Так получилось, что  Александр не смог поддержать свою спутницу и остался в Самаре, зато Ирина решила сопроводить подругу.

Рано утром, когда солнце уже проснулось, а город ещё не совсем, девушки приехали на ЖД вокзал, за половину часа до поезда.

Прохлада утреннего воздуха, немного походила на робкие прикосновения пера, выпавшего из подушки. Лёгкий озноб, пробегающий, по телу заставлял, ощетиниться мурашкам и ожидать поцелуя нового дуновения, лёгонького ветерка, который обычно бывает в ранний час…

Одетые в джинсы, кофты, без рисунков и весенние ветровки девушки разместились на скамейке, где из пустоты возникало множество народа, который мчится в неиссякаемом потоке. Изливались молодые парни, и весёлые девушки, старики и дамы с собачками, за короткие 30 минут город сбросил оковы сна. Началось утро, а с ним и гулкий шум индустриального города. Звонкий оркестр автомобилей загудел над атмосферным цокотом каблуков прохожих.  Голубиные и воробьиные стаи порхали над крышами и людьми. Словно символизируя, что счастье скрывается в каждом закроме мира. А нам так трудно его разглядеть. Прозрачный солнечный свет нагревал вокзальный воздух. Бродящие собаки жалобно провожали взглядами спешащих куда-то людей. Цепкая напряженность людей обвенчивала самарский народ. Каждого из них ожидали намеченные планы, дела, мечты и надежды.

Двойные удары  колёс по рельсам помчали девушек из одного города в другой. За окном потихоньку улицы и дома Самары сменились на одноэтажные строения  около городских деревень, а затем и те  уступили место полям и перелескам. Сочные зеленые листья и ветви радовали глаз. Аккуратно обрезанный лес блистал пышностью. Из окна в вагон валилась свежесть просторов России. Девушки сидели и вспоминали свою переписку. Казалось, она была в прошлой жизни и с нею уже потерялась связующая нить. Но, судьба выдавила из себя исключение и вместо гигантской , титанической боли из-за обрыва переписки девушки получили счастье живого общения. В их глазах сверкали алмазы слез счастья. Поход в зимний лес для Жанны, жилье с Толиком для Иры стали хорошей школой. Нескончаемый поток тоски и отчаяния заполнял их души, когда они решились изменить свою жизнь. Они долго переживали по этому поводу, не находили сил жить дальше, боялись оставаться с собой наедине, не верили, что жизнь улыбнется им, но все равно жили и набирались нового опыта. Поэтому Ира и Жанна впитывали как губки живость сочной природы.

Девушки сидели напротив друг дружки над окнами и вели разговор о прошедшем концерте. Рядом сидящие парни и мужчина часто посматривали на молодых принцесс. Они переглядывались меж собой и обратно переводили взгляд в никуда. В них росло любопытство…

Ира заметила интерес к себе и Жанне со стороны мужчин первой.

Парень немного подвинулся к Жанне, повернул голову и сказал:

- Девушки, вы такие, красивые. Можно с вами познакомиться? – и он сразу улыбнулся.

- Конечно же… нет! – сказала Жанна. В её глазах отразился рыбий взгляд гопника.

- Почему? – удивлённо спросил сероглазый парень, заставляя улыбаться себя.

Второй вступился в разговор, чтобы не возникла пауза. Его голос был немного выше голоса первого парня.

- Девушки, вы красавицы, мы красавицы, почему бы, нам вместе не провести время?  Всё равно же рядом сидим. А с девушками всегда приятнее находиться по жизни.

Ира взглянула на Жанну,  та лишь потупила взгляд.

- Ну, раз говорите «Вы красавицы», значит, давайте знакомиться, меня Жанна зовут.

- Меня Ира.

- Я Алексей, это мой друг Паша, эта Пашин брат Виталик и мой отец Евгений.

Жанна просмотрела скользким взглядом всех и, не прочитав в их глазах ничего, кроме животного интереса, подморгнула Ирине, что дальнейшее знакомство ничего ей не даст, достала книгу, и начала читать… Ирина немного удивилась такому повороту подружки. Её некрасивый поступок не понравился Ире.

Парни из всех сил начали рассказывать о весёлом  время провождении 9 мая: о геройском стриптизе в местном ночном клубе; о грандиозной попойке. Паша напомнил, что там плясал с одной экстравагантной «тёлкой» до тех пор пока у него ноги не осеклись. А после эта особа умудрилась ещё с двумя парнями оттанцевать пока те, как и он так же не присели от усталости. Он повторил несколько раз фразу «как она ягодицами крутила». Третий молчал и переводил взгляд то на девушек, то на парней.

Где-то, через полчаса, он впервые открыл рот, глядя, на Жанну спросил.

- Жанна, что ты всё время там читаешь, глаза портишь? Сколько на тебя ни гляжу,  ты лишь переворачиваешь страницы. Что там интересного? – он поглядел в девичьи глаза и сразу опустил свой взгляд.

Жанна подняла голову и устремила свой взор на парня.

- Тебе что-то не нравится? – в её глазах появилась ярость.

- Нет, конечно. Книга о чём?  - парень еле подобрал слова, отвечая с заиканием.

- О второй мировой… Ремарк… - тихо ответила девушка.

- Понятно – осупившись ответил Виталик- по его глазам пробежало пренебрежение.

Поезд выехал на берег Волги и понёсся вдоль её берега. В реке купались солнечные лучи. Грандиозный водный поток блестел волшебной чащей волн. Что-то завораживающе - пугающее  было в ее размерах. Река затягивала взгляд смотрящих на нее людей и топила их в своей торжественности. По ее широкому руслу плыл речной корабль. На его палубе стояли люди. Из трубы валил дым. Ире невольно на ум пришла песня Зыкиной «Течет Волга». Девушка пела ее про себя. Ей захотелось стать чайкой и помчаться вдоль кромки воды, чтобы вдыхать ее испарения и пропитываться теплыми волнами солнечной реки. Ира только сейчас поняла, какова глубина этой песни. Ей тоже захотелось опустить свои руки в воду, чтобы вдохнуть и напитаться этой могучей матушкой рекой.

Жанна вновь продолжила чтение, а Ира  глядела на долину Волги, ей как никогда ранее захотелось, побыть наедине с этой, могучей рекой солнца. Пленительная красота всё также тянула  её к себе, вырывая душу из груди.

Неожиданно Ира почувствовала, как чья-то рука тянется вверх к поясу по её ноге. Сильно ударив кулаком по запястью, быстрым движением девушка заломила руку за спину парню. При этом он не успел даже ойкнуть, лишь потупил взгляд.

- Смотри мне юноша, такие штучки со мной не пройдут. В следующий раз отобью совсем – вставая с места, сказала Ира. Она обернулась в вагон, но люди не отреагировали на ссору. Её очень напугало это бездушное равнодушие людей. На миг ей показалось, что если бы парни начали их насиловать, мало б осмелилось людей вступиться за честь девушек. Девушка старалась быть объективной, посему поставила себя на место незнакомых людей, и содрогнулась от своего поступка. «сами допросились» - подумала бы она и продолжая думать о насущных делах жизни. Не стоит винить людей за их малодушность, не пытаясь понять как сам бы поступил на их месте.

- Больше не буду, - простонал он в ответ.

Ира села на место и продолжала смотреть в окно, где уже начался лес. Весенней, живой песней он заполнил простор. Чудовищно поразительные картины рисовал её мозг. На фоне красивого леса ей чудились немереные батальоны равнодушных людей, спешащих по своим делам. Огромный социум, разопщёных людей всё шёл куда-то прочь от охватывающих всеобщих катаклизмов. Ведь просто закрыть глаза, перед весомой проблемой, и отвернувший от неё, упрямо доказывать самому себе, что её нет и  не может быть. Она не понимала, чем всё это может обернуться, но радужности во всеобщем одиночестве не может быть. Из каждого листка, блистательным дыханием изливалась весенняя чистота, заполняя дущу радостью людей, способных понимать эту красоту. 

Парень сидя теребил себе левую руку, его друзья, молча, наблюдали за ним и девушками.

- Странные вы какие-то – сказал Виталий, немного осупившимся, от удивления голосом.

- Ну да, какие есть. – ответила Жанна.

Всю оставшуюся дорогу парни в полголоса переговаривались, но к девушкам не обращались, даже не глядели в их сторону.

Поезд остановился на получасовую «передышку» в одном из городов, в ожидании подъезжающей электрички для пересадки. Ира  и Жанна пересели в неё и продолжили путь в вагоне, сев над входом  рядом друг с дружкой. Электричка тронулась. Внутри было не сильно людно, в основном молодёжь.

Жанна обратилась к Ире.

- Слушай, как-то домой хочется с особым трепетом.. Родители знают, что я должна приехать, а когда нет… Вот думаю сюрприз будет.

- Толик говорил, что Артём тебя искал? – спросила Ирина.

- Да. – немного прищурившись ответила Жанна.

- Ты с ним встретишься? Ведь он тебя любит, или как там у них это называется?

- Если получится, иронично ответила Жанна.в её голове не находилось места для этого парня.

Как часто люди прерывают, а порой и вовсе останавливают общение со своими друзьями с началом новой любви. Как бы это больно им самим не было, но влюбленность покрывает эти ошибки. Как часто такие поступки рушат доверие к любому, даже самому близкому человеку. Почему все-таки человек рушит свободу дружбы, меняя ее на клетку любви. Да любовь- это высочайшее чувство достигаемое человеком в своей жизни. Но разве нельзя сохранять хорошие человеческие отношения с появлением второй половинки? Ведь на самом деле каждый из наших друзей способен привнести в жизнь крошки счастья, из которых впоследствии  и сплетается единый орнамент блаженства жизни. На самом деле высокое духовное развитие ведет к вечному сохранению друзей в семье. На самом деле прекратить дружбу очень легко, но восстановить практически невозможно. Тем дружба является вернее любви, что она может прощать гораздо более серьезные вещи, чем измена, отчаяние и любовь.

Её глаза немного затуманились.

- Думаю тебе лучше оборвать все связи с этой шпаной.

- Знаешь, Артём как-то мне сказал, что ему не нравится компания, с которой он общается.

- Тогда зачем он в ней находится?

- Ира не все могут быть одинокими. Для многих одиночество, не выносимое чувство. Не все, так как ты могут взять в руки меч, гитару или ручку и создавать что-то…

Многим людям просто этого не дано, да и не надо…

- Это я понимаю, а другого понять не могу – как можно жить ни чем не заниматься и при этом быть довольным собой? Что таким людям надо от жизни? Разве пустота не дырявит сознание своей огромностью?

- Денег и секса – вмешалась одна девушка, нацепившая не по сезону обтягивающую розовую кофту и чёрную мини-юбку. Её ноги на скорую руку выбриты.На пол размера меньше сандалии, но сделаны из дорогой кожи. Блестящая сумочка, приоткрыта, в которой напичканы расчёски, помады, и прочие женские «примочки». Ярко-выкрашенная блондинка со взглядом неопределённой толи любви, толи тоски,  сидела, рассматривая «конкуренток». Она находила себя выше всех людей на свете.

- Что? – инфантильно просила Жанна.

- Девочки, я же сказала, что ж тут не понятного… В вашем-то возрасте уже пора и о мальчиках думать… Хотя… Судя по том как вы выглядите, вы думаете только о книгах. А жизнь далека от  страничных героев. К тому же если человек читает литературу XIX века, он может погрязнуть во временном разрыве. Одна моя знакомая так и осталась в советском времени.

- Хорошо… - сказала Ира – но – по-моему, дорогая, мы не с тобой общались. И вмешиваться в чужие разговоры не прилично… По крайней мере… книги этому учат людей…

- Ну, я дала вам совет. И вам грех им не воспользоваться.

Ира и Жанна переглянулись и улыбнулись.

- А мы по моему, в нём  и не  нуждаемся.

- Знаешь мужчины, и мысли в разное время приходят. Это ещё один психологический советник - она протянула в руке некий глянцевый журнал с изображением полуголой женщины, на её лице вместо макияжа было расписная католическая фреска.

- Не надо! - в один голос протянули девушки.

- Ну как хотите, - обиженно ответила незнакомка – я работаю модельером, и скажу вам прямо 4 С вашими подтянутыми, спортивными фигурками грех за собой не следить…

В это время в вагон зашла девушка, одетая в кожаную юбку, и чёрную майку с надписью «DIMMU BORGIR». Весь вагон обратил на неё внимание, но после брошенных взглядов вернулся к к своему полуспокойному проезду. Люди продолжили смотреть в никуда.

Она прошла до того места, где сидели Ира с Жанной, немного постояв на месте заговорила.

- Жанна это ты? – её плаксивая тональность ударила девушкам по ушам.

- Да.- вопросительно ответила девушка.

- Ты меня не узнала? Я Лилит. Я не высылала тебе свою фотографию, так как не фотографируюсь вообще.. Ну, вот зато встретились на яву… Я очень рада этому факту.

Жанна встала, девушки обнялись, и подошедшая Лилит села рядом. От неё повеяло сырой, холодной аурой. Складывалось впечатление, что она вышла от людей что из гостей, у которых было домом болото. Нет, от ней не разило плохим запахом, совсем наоборот, ей очень шёл мягкий и прозрачный аромат духов.

- Почему ты прекратила переписку? – спросила Жанна.

- Тебя слишком потянуло на свет, ты стала более добрее,  к окружающим, к их ошибкам и перестала интересоваться  black культурой.

- Я просто поняла, что black metal не мой музыкальный стиль, что весь этот сатанизм, прощается в 16-17 лет, но не старше… Человек не может быть таким свободным, как описывает эта религия. До определённой черты, это меня привлекало, но после жертвы, на которую нужно пойти, я перестала верить в искренность этих слов… Конечно если отделить истинный сатанизм от  наростов в виде всех этих Ла Вэев и других современных авторов, то это вполне здравая ветвь людской философии, но не более… Если это нравится определенной касте людей, то пусть это они и хранят свои догмы для будущих поколений. Мне это не интересно, поскольку я выросла из сатанизма.

- Да ты и не была ею…  Хорошо, а по-твоему какая – нибудь другая религия не говорит тоже самое, но другими словами?

- Боже, девушки, о чём вы говорите? – вмешалась незнакомка, сидящая напротив. В её глазах родилась дикость.  Она нервно перелистывала глянцевый журнал, словно ища в нём очищение.

- Это… с вами едет или ещё не докатились до грязи такой? – спросила Лилит.

- Прекрати… - громко сказала Ира.

- Почему? Ты видела, как на меня отреагировали люди? Почему я должна молчать?

- И на нас тоже, но это не повод выплёскивать желчь на окружающих. Каждый имеет право на самовыражение. Разве другие люди не свободны от тех постулатов, которыми ты так дорожишь?

- Я свободна от их «самовыражения».

- Только до определённого момента – повторила Жанна – Ты же едешь со всеми в одном вагоне.

- Но мы идём каждый своею дорогой. И пути эти не пересекаются.

- Ну вот они и идут по своим дорогам… Почему ты даёшь себе право ущемлять их свободу, им не даёшь такого же права?

- Тогда, почему им положено выплёскивать, а мне нет? Я вынуждена защищаться в этом мире, где стереотипы во всём от мольбы до взглядов. Мне это не нужно… Я хочу быть свободной от всех и всего… А меня обвиняют в этом… Разве вам это всё нравится? Мне нет!

- И нам тоже совсем не нравятся стереотипы, правящие миром….

- Но мы по разные баррикады. Ты Валькирия не смогла стать одной из наших, значит против нас… А что у вас с группой? Мы создали, аналог Cradle of filth  c  женским вокалом  и русскоязычной лирикой Misanthropic dukrecia – по-моему, название полностью отражает наше видение. Вот один отрывок из песни вам прочту:

Инквизицией я рождена

И воспитана отчужденьем.

Но душа не покорена,

Вверх стремлюсь с паденья

Ваши лживые мечты

В придуманное спасенье

Мне совсем не нужны

Они ведут вас к забвенью.

Я пройду свой путь одна.

Чего бы мне не стоил он.

Надо мною лишь луна,

Слышу голос её волчий.

Голос этот слышен мне

И ещё десяткам тысяч.

Он поднимет в этот свет

Миллионы злыдней.

Мы взорвём все купола,

Остановим церковь,

Чтобы мать сыра – земля

Освободилась от неверных…

Так печально умирать

На костре горящем.

И позорно знать,

О пропитанных мечтах плачем…

- Довольно – перебила Ира. – Дальше у вас всех одно и то же, сколько можно, из пустого в порожнее переливать? Разве это является свободой? Вы же, отличного от своего мнения не приемлите… Как вы так живёте?

- А что ты не называешь однообразием? Как  язычники кланяются сгнившим брёвнам и огромным валунам или стоящие кандибобером мусульмане, или вечно ждущие наказания за рождение христиане? Это-ли не однообразие? А black  ни к чему не призывает. Он просто отражает состояние моей души и  сердец других людей. Black это свобода от чужих мнений. А почему вы так настроены  против него? -  вычурно спросила Лилит.

- Вы же говорите лишь о свободе, а отличные мнения от ваших не принимаете1 Как можно говорить о свободе, если её вы не принимаете, такой, какая она существует? – повторила Ира.

- Пойми Лилит, свобода прежде всего в голове, а не на словах.

После этих слов никто не обмолвился. Каждая из девушек задумалась и просто глядела в окно, где проплывали вереницы улиц, домов и людей…

На своей остановке девушки вышли. А Лилит поехала дальше.

Рейтинг: +2 299 просмотров
Комментарии (1)
Анна Магасумова # 22 июля 2012 в 19:32 0
- Странные вы какие-то – сказал Виталий, немного осупившимся, от удивления голосом.

- Ну да, какие есть. – ответила Жанна.

Было бы побольше таких молодых людей! supersmile
И позорно знать,

О пропитанных мечтах плачем… live1 santa