Воспитательница

article267505.jpg
           
            Ирина Борисовна позвонила ему по телефону, и вот они встретились, как и договаривались, в больничном саду. Ирину Борисовну отпустил лечащий врач: она была ходячая и послушная пациентка.
            Ефим Рябинкин вновь сидел на мели, и безденежье заставило его согласиться на визит в больницу, хотя брать гонорар у нездорового человека было стыдно. 
            Даже в больничном халате Ирина Борисовна выглядела красавицей: лицо безукоризненной чистоты, правильной формы нос и все еще свежие губы без помады. Бедра широки не избытком плоти, а надежной костью материнского лона. На вид Ирине Борисовне  не более тридцати лет.
            Под ногами шуршали покореженные утренником листья яблонь. Пасмурное небо грозило не то снегом, не то дождем. От Ирины Борисовны исходило не больничное, а уютное домашнее тепло. Глаза у нее зеленоватые, русые волосы в беспорядке лежали на плечах и спине. Рябинкину захотелось посмотреть на ее зубы, и он пошутил:
-Мы с вами одни во всем саду. Два сапога – пара.
Ирина Борисовна не улыбнулась.
-Давайте не терять времени. Врач будет недоволен. Он убежден, что медицина в состоянии поправить мое здоровье.
            Видимых примет нездоровья сыщик у нее не заметил, но промолчал, выразив тем самым готовность слушать далее.
-Мне кажется, вы могли бы помочь мне больше врача.
Рябинкин с удивлением взглянул на нее, и опять ничего не сказал. Хотелось услышать главное. 
-Может быть, вы слышали: я нынешним летом потеряла сына. Ему и шести лет не исполнилось. Пошли на реку купаться, и он утонул; это притом, что у нас есть собственный бассейн с подогревом.
-Чем я могу быть полезен?
-Меня все гложет мысль, что это не случайная смерть, хотя я находилась рядом и одна могла спасти его, если б умела плавать. Мне нужна вся правда, как бы она ни оказалась горька. Я верю, мне станет легче, и лекарства не понадобятся.
-Кто еще с вами был на реке?
-Гувернантка Сережи. Она сразу переплыла на другой берег. Неподалеку от нас купались ребята, девочки и парни. Оттуда неслись визг и плеск воды. Ребята ныряли с гребли. Я смотрела на них, мне представляется, с полминуты; глядь, а Сережи уже нет, и гувернантка кричит мне что-то с другого берега. Я стала звать на помощь ребят, они прибежали по влажному песку и вытащили Сережу из воды. Стали делать искусственное дыхание – бесполезно. 
            Глаза Ирины Борисовны наполнились слезами. Она уже готова разрыдаться, но Ефим сухо спросил:
-А где была в этот момент гувернантка?
-Она изо всех сил плыла к нам, преодолевая течение. В общем, кроме меня, нет виноватых, я стояла рядом и не оправдываю себя. Но мне кажется, что Сережа не мог ни с того ни с сего броситься в воду. Ведь он еще не научился плавать и неохотно посещал бассейн. 
-Что сказала гувернантка, когда приплыла к вам?
-Она нахлебалась воды и отплевывалась, потом бросилась к Сереже делать искусственное дыхание. Потом она сказала мне, что стала громко кричать сразу, как только мальчик бросился в реку. У берега метров шесть мель, а дальше – обрыв, сильное течение с водоворотом.
-Сережа знал кого-то из ребят, что ныряли с гребли?
-Нет, я думаю, не знал никого. Мы почти не бываем в деревне. Да и они все похожи друг на друга. Видно только было, где мальчик, а где – девочка.
-Ваш супруг сейчас дома?
-Нет, он за границей, там у него неотложные дела, он даже на похороны Сережи не приехал.
            С трудом сдерживаемый ливень хлынул из глаз Ирины Борисовны, однако Ефим остановил его предзимней прохладой:
-Я сделаю для вас все, что смогу, но у меня есть условие: сейчас - безвозвратный аванс, составляющий половину гонорара, вторую половину – сразу же, как только я выполню договор.
            Ирина Борисовна насухо вытерла носовым платочком глаза и негромко произнесла:
-Согласна, только у меня нет с собой наличных. Давайте номер вашей банковской карты, и я сегодня же переведу на нее всю сумму в знак полного моего доверия.
Рябинкин возражать не стал. Когда переводить деньги – воля клиента.
-Могу я сейчас увидеть гувернантку?
-Нет, она рассчиталась сразу же после похорон Сережи. Где она теперь – не знаю. Сохранился лишь номер ее мобильного телефона.
Сыщик тут же занес номер в свой мобильник. 
-У вас не осталось ее фотографии?
            Ирина Борисовна сохранила в сотовом фото Сережи, на котором рядом с мальчиком стояла его воспитательница. Сыщик получил это фото через блютуз.
-А кого-либо из мальчишек-ныряльщиков я могу отыскать?
-Вероятно, они местные, я не знаю ни одного имени, да и внешность не очень-то помню. Я была не в себе.
            Ефим вежливо простился с Ириной Борисовной, отметив про себя, что нервное потрясение не наложило отпечатка на ее красоту.
Из Интернета узнал, что муж Ирины Борисовны богат и вынужден заниматься коммерческими проектами за границей, куда вложено немало средств. Это могло послужить веской причиной неявки на похороны сына.
            Увеличил на компьютере фото гувернантки. Она выглядела лет на десять – пятнадцать старше своей хозяйки. Казалось, косметика въелась в кожу и сделала из нее маску. Волосы были перекрашены в неестественно-черный цвет. Ефим попробовал дозвониться по сотовому - напрасно потратил время: номер оказался заблокированным. О воспитательнице не имелось во всемирной паутине никаких сведений, зато о муже Ирины Борисовны – хоть отбавляй. Статьи одна за другой и многочисленные комментарии. Кстати, последние поведали ему, что будущий миллионер учился в школе не ахти как хорошо. Рано заинтересовался девочками. С напрягом получил четверки по ЕГЭ. Тем не менее, поступил в престижный вуз. На сайте школы Ефим отыскал снимок выпускников. Высокий парень с галстуком, в белой рубашке, дешевом черном костюме. Скажи кто его однокашникам, как высоко взлетит их товарищ, поверили бы? Вряд ли. На фото много тех, что одеты куда богаче его. Девушки обычные: мечтательные, слегка ветреные и строгие. Внимание сыщика привлекла одна, стоящая ближе всех к будущему миллионеру. Чем больше он вглядывался в ее лицо, тем яснее понимал: вторая половина дня выдастся по-настоящему суматошной. Он перекинул фото с выпускниками в мобильник, запомнил адрес школы и ринулся на ее поиски. У банкомата тотчас убедился, что Ирина Борисовна  слов на ветер не бросает. Деньги на его счет уже были переведены. Осталось их отработать.
            В школе Ефиму повезло. Он почти сразу же наткнулся на бывшую классную руководительницу, невысокую женщину в очках, располневшую, но лучившуюся энергией. Сказал, что собирает материал о выпускниках для молодежного журнала. Женщина повела его из учительской в класс, где никого не было, и Рябинкин сразу же приступил к расспросу. Ему удалось выведать главное: девушка, слегка прижавшаяся к высокому юноше, не только его одноклассница, но и невеста. Они решили поступить в один вуз и на третьем курсе зарегистрироваться. Юноша поступил, а девушке предложили поступить на контрактной основе, на втором курсе перевестись на бесплатное отделение. Ее пьющие родители и так едва сводили концы с концами. Где им дочку учить в престижном вузе? Так разлучились жених и невеста, причем она осталась беременной, пришлось делать аборт. Поговаривают, результатом того вмешательства стало бесплодие. Аборт был подпольный, у повитухи. Захотелось, видно, втайне сделать. Дуреха была.
-Ну а как ее бывший жених?
-На первом курсе он еще встречался с нею, потом забыл, нашел новую зазнобу. Что прежней оставалось делать? Закончила областной пединститут и работает где-то. На встрече выпускников ни разу не была. Впрочем, ее первый парень тоже.
            Ефим от души поблагодарил старую учительницу и не жалел потраченного времени. Интуиция и острое зрение вывели его на верную дорогу. То смутное сходство между симпатичной девушкой и потертой жизнью женщиной, нанявшейся воспитательницей в богатую семью, подсказало ему, что у преступления может быть одна версия. И она теперь окрепла, показав свою пуповину, вскормившую тайный замысел. Нужны доказательства, а их найти сложнее, чем восстановить недостающее в цепи звено. Итак, недавняя школьница пошла на криминальный аборт, чтоб избежать огласки и пьяного родительского гнева. Может быть, в ее классе не она первая стала пузатой, но не повезло больше всего ей. Бесплодие… Для молодой женщины это все равно что привет от могильного камня. Она вышла замуж на пятом курсе, и в замужестве растратила остатки прежней миловидности. Ссоры с мужем, пьянство привели к разводу и укрепили в ней неприязнь к противоположному полу. Безмужняя холодная постель заставляла искать причину всего этого, и память отвечала: он. Он обрюхатил ее и предал, погнавшись за другой юбкой. Предал зачатого им ребенка. Нет ему, двуногому козлу, прощения. В одну из таких одиноких ночей у нее возник план, как отплатить бывшему жениху той же монетой. Она без труда узнала, что сам он обретается за бугром, половина с ребенком здесь. Подловив подходящий момент, устроилась в его семью гувернанткой. Она знала неплохо английский, чему родители придавали обычно большое значение. Их чада должны хорошо понимать то, что им скажут по-английски. Проблем с трудоустройством не возникло.
            И вот она в шикарном особняке своего бывшего жениха, от которого, сложись обстоятельства по-иному, она могла бы иметь ребенка. Роскошная, в тепличных условиях, жизнь. Красота его супруги, которую она по-прежнему воспринимала как соперницу. Муж ее, конечно же, ни о чем не догадывался. Ему сообщили фамилию новой воспитательницы сына (то была фамилия бывшего мужа). Зависть стала разъедать душу новой гувернантки. Медленно, неуклонно, настырно. Что ей стоило все скрывать? С мальчиком она занималась охотно и много, берегла его от болезней, развивала память и воображение. И все это лишь для того, чтобы в один чарующе-прекрасный летний день… 
            Ефим Рябинкин дал в популярной местной газете объявление: «Внимание, профессионалы и любители! Фонд виртуальной культуры проводит для всемирной паутины конкурс фотографий на тему «Нынешний июль на нашей речке». Материалы высылать по электронной почте (адрес его ящика). Единственное условие: указывать дату снимка. Недатированные фотографии рассматриваться не будут». Затем он распространил это же объявление и в Интернете и стал ждать.
            Каких только не приходило фотографий! Тут и купание, и рыбалка, и плавание на катере, и даже секс в воде. Ефим все внимательно просмотрел. Копошился он в снимках не напрасно. Ирина Борисовна все еще находилась в больнице, зима еще не сказала ни одного ледяного звука. Клиентка назначила встречу в то же самое время, в том же саду. 
            Ирина Борисовна по-прежнему выглядела очаровательной, хотя и более бледной, чем в прошлый раз. Рябинкину жалко было ее, но что он мог поделать? Не наводить же тень на плетень.
-Сережу утопила воспитательница, бывшая невеста вашего мужа. Он когда-то предательски оставил ее, беременную. И вот – результат. Она отомстила ему, а получается, что и вам, как сопернице.
Ирина Борисовна опустила голову, длинные волосы почти полностью скрыли ее лицо.
-Я предчувствовала это,- прошептала она.- Но как она смела, подлая!
-А вот как,- сыщик показал на экране сотового фотографию.
            Яркий солнечный день. Ирина Борисовна в бикини. На другом берегу женщина призывно машет рукой. Мальчишка бросается в водоворот. 
Плечи Ирины Борисовны сотряслись от рыданий.
Дмитрий ГАВРИЛЕНКО
 

© Copyright: Дмитрий Сергеевич Гавриленко, 2015

Регистрационный номер №0267505

от 27 января 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0267505 выдан для произведения:             Ирина Борисовна позвонила ему по телефону, и вот они встретились, как и договаривались, в больничном саду. Ирину Борисовну отпустил лечащий врач: она была ходячая и послушная пациентка.
            Ефим Рябинкин вновь сидел на мели, и безденежье заставило его согласиться на визит в больницу, хотя брать гонорар у нездорового человека было стыдно. 
            Даже в больничном халате Ирина Борисовна выглядела красавицей: лицо безукоризненной чистоты, правильной формы нос и все еще свежие губы без помады. Бедра широки не избытком плоти, а надежной костью материнского лона. На вид Ирине Борисовне  не более тридцати лет.
            Под ногами шуршали покореженные утренником листья яблонь. Пасмурное небо грозило не то снегом, не то дождем. От Ирины Борисовны исходило не больничное, а уютное домашнее тепло. Глаза у нее зеленоватые, русые волосы в беспорядке лежали на плечах и спине. Рябинкину захотелось посмотреть на ее зубы, и он пошутил:
-Мы с вами одни во всем саду. Два сапога – пара.
Ирина Борисовна не улыбнулась.
-Давайте не терять времени. Врач будет недоволен. Он убежден, что медицина в состоянии поправить мое здоровье.
            Видимых примет нездоровья сыщик у нее не заметил, но промолчал, выразив тем самым готовность слушать далее.
-Мне кажется, вы могли бы помочь мне больше врача.
Рябинкин с удивлением взглянул на нее, и опять ничего не сказал. Хотелось услышать главное. 
-Может быть, вы слышали: я нынешним летом потеряла сына. Ему и шести лет не исполнилось. Пошли на реку купаться, и он утонул; это притом, что у нас есть собственный бассейн с подогревом.
-Чем я могу быть полезен?
-Меня все гложет мысль, что это не случайная смерть, хотя я находилась рядом и одна могла спасти его, если б умела плавать. Мне нужна вся правда, как бы она ни оказалась горька. Я верю, мне станет легче, и лекарства не понадобятся.
-Кто еще с вами был на реке?
-Гувернантка Сережи. Она сразу переплыла на другой берег. Неподалеку от нас купались ребята, девочки и парни. Оттуда неслись визг и плеск воды. Ребята ныряли с гребли. Я смотрела на них, мне представляется, с полминуты; глядь, а Сережи уже нет, и гувернантка кричит мне что-то с другого берега. Я стала звать на помощь ребят, они прибежали по влажному песку и вытащили Сережу из воды. Стали делать искусственное дыхание – бесполезно. 
            Глаза Ирины Борисовны наполнились слезами. Она уже готова разрыдаться, но Ефим сухо спросил:
-А где была в этот момент гувернантка?
-Она изо всех сил плыла к нам, преодолевая течение. В общем, кроме меня, нет виноватых, я стояла рядом и не оправдываю себя. Но мне кажется, что Сережа не мог ни с того ни с сего броситься в воду. Ведь он еще не научился плавать и неохотно посещал бассейн. 
-Что сказала гувернантка, когда приплыла к вам?
-Она нахлебалась воды и отплевывалась, потом бросилась к Сереже делать искусственное дыхание. Потом она сказала мне, что стала громко кричать сразу, как только мальчик бросился в реку. У берега метров шесть мель, а дальше – обрыв, сильное течение с водоворотом.
-Сережа знал кого-то из ребят, что ныряли с гребли?
-Нет, я думаю, не знал никого. Мы почти не бываем в деревне. Да и они все похожи друг на друга. Видно только было, где мальчик, а где – девочка.
-Ваш супруг сейчас дома?
-Нет, он за границей, там у него неотложные дела, он даже на похороны Сережи не приехал.
            С трудом сдерживаемый ливень хлынул из глаз Ирины Борисовны, однако Ефим остановил его предзимней прохладой:
-Я сделаю для вас все, что смогу, но у меня есть условие: сейчас - безвозвратный аванс, составляющий половину гонорара, вторую половину – сразу же, как только я выполню договор.
            Ирина Борисовна насухо вытерла носовым платочком глаза и негромко произнесла:
-Согласна, только у меня нет с собой наличных. Давайте номер вашей банковской карты, и я сегодня же переведу на нее всю сумму в знак полного моего доверия.
Рябинкин возражать не стал. Когда переводить деньги – воля клиента.
-Могу я сейчас увидеть гувернантку?
-Нет, она рассчиталась сразу же после похорон Сережи. Где она теперь – не знаю. Сохранился лишь номер ее мобильного телефона.
Сыщик тут же занес номер в свой мобильник. 
-У вас не осталось ее фотографии?
            Ирина Борисовна сохранила в сотовом фото Сережи, на котором рядом с мальчиком стояла его воспитательница. Сыщик получил это фото через блютуз.
-А кого-либо из мальчишек-ныряльщиков я могу отыскать?
-Вероятно, они местные, я не знаю ни одного имени, да и внешность не очень-то помню. Я была не в себе.
            Ефим вежливо простился с Ириной Борисовной, отметив про себя, что нервное потрясение не наложило отпечатка на ее красоту.
Из Интернета узнал, что муж Ирины Борисовны богат и вынужден заниматься коммерческими проектами за границей, куда вложено немало средств. Это могло послужить веской причиной неявки на похороны сына.
            Увеличил на компьютере фото гувернантки. Она выглядела лет на десять – пятнадцать старше своей хозяйки. Казалось, косметика въелась в кожу и сделала из нее маску. Волосы были перекрашены в неестественно-черный цвет. Ефим попробовал дозвониться по сотовому - напрасно потратил время: номер оказался заблокированным. О воспитательнице не имелось во всемирной паутине никаких сведений, зато о муже Ирины Борисовны – хоть отбавляй. Статьи одна за другой и многочисленные комментарии. Кстати, последние поведали ему, что будущий миллионер учился в школе не ахти как хорошо. Рано заинтересовался девочками. С напрягом получил четверки по ЕГЭ. Тем не менее, поступил в престижный вуз. На сайте школы Ефим отыскал снимок выпускников. Высокий парень с галстуком, в белой рубашке, дешевом черном костюме. Скажи кто его однокашникам, как высоко взлетит их товарищ, поверили бы? Вряд ли. На фото много тех, что одеты куда богаче его. Девушки обычные: мечтательные, слегка ветреные и строгие. Внимание сыщика привлекла одна, стоящая ближе всех к будущему миллионеру. Чем больше он вглядывался в ее лицо, тем яснее понимал: вторая половина дня выдастся по-настоящему суматошной. Он перекинул фото с выпускниками в мобильник, запомнил адрес школы и ринулся на ее поиски. У банкомата тотчас убедился, что Ирина Борисовна  слов на ветер не бросает. Деньги на его счет уже были переведены. Осталось их отработать.
            В школе Ефиму повезло. Он почти сразу же наткнулся на бывшую классную руководительницу, невысокую женщину в очках, располневшую, но лучившуюся энергией. Сказал, что собирает материал о выпускниках для молодежного журнала. Женщина повела его из учительской в класс, где никого не было, и Рябинкин сразу же приступил к расспросу. Ему удалось выведать главное: девушка, слегка прижавшаяся к высокому юноше, не только его одноклассница, но и невеста. Они решили поступить в один вуз и на третьем курсе зарегистрироваться. Юноша поступил, а девушке предложили поступить на контрактной основе, на втором курсе перевестись на бесплатное отделение. Ее пьющие родители и так едва сводили концы с концами. Где им дочку учить в престижном вузе? Так разлучились жених и невеста, причем она осталась беременной, пришлось делать аборт. Поговаривают, результатом того вмешательства стало бесплодие. Аборт был подпольный, у повитухи. Захотелось, видно, втайне сделать. Дуреха была.
-Ну а как ее бывший жених?
-На первом курсе он еще встречался с нею, потом забыл, нашел новую зазнобу. Что прежней оставалось делать? Закончила областной пединститут и работает где-то. На встрече выпускников ни разу не была. Впрочем, ее первый парень тоже.
            Ефим от души поблагодарил старую учительницу и не жалел потраченного времени. Интуиция и острое зрение вывели его на верную дорогу. То смутное сходство между симпатичной девушкой и потертой жизнью женщиной, нанявшейся воспитательницей в богатую семью, подсказало ему, что у преступления может быть одна версия. И она теперь окрепла, показав свою пуповину, вскормившую тайный замысел. Нужны доказательства, а их найти сложнее, чем восстановить недостающее в цепи звено. Итак, недавняя школьница пошла на криминальный аборт, чтоб избежать огласки и пьяного родительского гнева. Может быть, в ее классе не она первая стала пузатой, но не повезло больше всего ей. Бесплодие… Для молодой женщины это все равно что привет от могильного камня. Она вышла замуж на пятом курсе, и в замужестве растратила остатки прежней миловидности. Ссоры с мужем, пьянство привели к разводу и укрепили в ней неприязнь к противоположному полу. Безмужняя холодная постель заставляла искать причину всего этого, и память отвечала: он. Он обрюхатил ее и предал, погнавшись за другой юбкой. Предал зачатого им ребенка. Нет ему, двуногому козлу, прощения. В одну из таких одиноких ночей у нее возник план, как отплатить бывшему жениху той же монетой. Она без труда узнала, что сам он обретается за бугром, половина с ребенком здесь. Подловив подходящий момент, устроилась в его семью гувернанткой. Она знала неплохо английский, чему родители придавали обычно большое значение. Их чада должны хорошо понимать то, что им скажут по-английски. Проблем с трудоустройством не возникло.
            И вот она в шикарном особняке своего бывшего жениха, от которого, сложись обстоятельства по-иному, она могла бы иметь ребенка. Роскошная, в тепличных условиях, жизнь. Красота его супруги, которую она по-прежнему воспринимала как соперницу. Муж ее, конечно же, ни о чем не догадывался. Ему сообщили фамилию новой воспитательницы сына (то была фамилия бывшего мужа). Зависть стала разъедать душу новой гувернантки. Медленно, неуклонно, настырно. Что ей стоило все скрывать? С мальчиком она занималась охотно и много, берегла его от болезней, развивала память и воображение. И все это лишь для того, чтобы в один чарующе-прекрасный летний день… 
            Ефим Рябинкин дал в популярной местной газете объявление: «Внимание, профессионалы и любители! Фонд виртуальной культуры проводит для всемирной паутины конкурс фотографий на тему «Нынешний июль на нашей речке». Материалы высылать по электронной почте (адрес его ящика). Единственное условие: указывать дату снимка. Недатированные фотографии рассматриваться не будут». Затем он распространил это же объявление и в Интернете и стал ждать.
            Каких только не приходило фотографий! Тут и купание, и рыбалка, и плавание на катере, и даже секс в воде. Ефим все внимательно просмотрел. Копошился он в снимках не напрасно. Ирина Борисовна все еще находилась в больнице, зима еще не сказала ни одного ледяного звука. Клиентка назначила встречу в то же самое время, в том же саду. 
            Ирина Борисовна по-прежнему выглядела очаровательной, хотя и более бледной, чем в прошлый раз. Рябинкину жалко было ее, но что он мог поделать? Не наводить же тень на плетень.
-Сережу утопила воспитательница, бывшая невеста вашего мужа. Он когда-то предательски оставил ее, беременную. И вот – результат. Она отомстила ему, а получается, что и вам, как сопернице.
Ирина Борисовна опустила голову, длинные волосы почти полностью скрыли ее лицо.
-Я предчувствовала это,- прошептала она.- Но как она смела, подлая!
-А вот как,- сыщик показал на экране сотового фотографию.
            Яркий солнечный день. Ирина Борисовна в бикини. На другом берегу женщина призывно машет рукой. Мальчишка бросается в водоворот. 
Плечи Ирины Борисовны сотряслись от рыданий.
Дмитрий ГАВРИЛЕНКО
 
Рейтинг: +4 193 просмотра
Комментарии (6)
Ивушка # 27 января 2015 в 10:14 0
Увлекательное повествование,интересный дедектив,понравилось,отлично написано.
Дмитрий Сергеевич Гавриленко # 27 января 2015 в 10:41 +1
smayliki-prazdniki-269
Рад Вашему хорошему впечатлению от рассказа, высокой его оценке.

Елена Бурханова # 29 января 2015 в 23:47 0
Отлично написано, Дмиотрий!
Горький осадок после рассказа.
Зло всегда возвращается.
Дмитрий Сергеевич Гавриленко # 30 января 2015 в 10:27 0
9c054147d5a8ab5898d1159f9428261c
Елена, разделяю Ваше впечатление... Приятно, что Вы внимательно прочитали рассказ.

Галина Карташова # 28 октября 2015 в 20:33 +1
Жалко героиню, она-то пострадала по чужой вине. Соперницей не была, подлых поступков не совершала. Просто вышла замуж, просто создавала свою семью. Да, жалко.

Отлично написано! big_smiles_138
Дмитрий Сергеевич Гавриленко # 5 ноября 2015 в 21:59 +1
soln
Галя, доброго вечера, солнечного и тёплого настроения, уюта! Ваше впечатление от "Воспитательницы" мне по душе. Я разделяю Ваше наблюдение над характером Ирины Борисовны. Она действительно оказалась самым привлекательным персонажем в этой истории. Спасибо Вам!