ГлавнаяПрозаЭссе и статьиРелигия → ТЕМА № 5 «НАВСТРЕЧУ ХРИСТУ»

ТЕМА № 5 «НАВСТРЕЧУ ХРИСТУ»

16 февраля 2019 - Парнасская Горница
article439458.jpg

ПРОИЗВЕДЕНИЯ ПО ТЕМЕ РАСПОЛОЖЕНЫ ПО ССЫЛКАМ:
ПОЭЗИЯ: http://parnasse.ru/konkurs/navstrechu-hristu/poyezija
ПРОЗА: http://parnasse.ru/konkurs/navstrechu-hristu/proza
Ссылки имеются также в комментариях под статьей.
Доброго прочтения!
==================

Дорогие братья и сестры!
Боголюбивые насельники Парнасской горы!

 
Подошел к концу цикл Рождественских праздников, включающий в себя три
больших (двунадесятых) праздника: 
Рождество Христово, Крещение Господне
(Богоявление) 
​и Сретение Господне (празднование Сретения — 15 февраля,
с 16 февраля попразднство и отдание — 22 февраля).


«Видели очи мои спасение Твое», — сказал праведный Симеон, когда принял
на руки Богомладенца Христа (Лк. 2,30). С этого мгновения Симеон и стал
Богоприимцем, доказав на себе, что главная надежда христианской веры —
возможность личной встречи с Богом — не напрасна…


Наша встреча с Богом совершается в нашем сердце.

В воплощении Слова происходит, по выражению св. Ефрема Сирина, “обмен”
между Богом и человеком: Бог воспринимает от нас человеческую природу,
а нам дарует Свое Божество. “Сын Божий стал Сыном Человеческим, чтобы
сынов человеческих сделать сынами Божиими”
, — сказал св. Ириней Лион-
ский. Обожение, к которому человек был предназначен по самому акту тво-
рения и которое утратил через грехопадение, возвращено человеку Вопло-
тившимся Словом — Господом Иисусом Христом.

И потому именно в Рождестве Христовом происходит всецелое обновление
человеческого естества. Не только в том единственном Рождестве, которое
произошло две тысячи лет назад в Вифлееме, но и в том рождении Христа,
которое вновь и вновь происходит в наших душах. Ибо душа человека — это
“скотские ясли”, которые Бог делает вместилищем Своего Божества и
храмом Своим.

Человек в грехопадении “уподобился скотам несмысленным” (Псалом 48, 13)
но Бог приходит к падшему человеку и делает душу его местом, где происхо-
дит таинственная встреча между Ним и человеком.

Величайшее чудо Боговоплощения в том, что, совершившись однажды в
истории, оно возобновляется в каждом человеке, приходящем ко Христу.

В глубоком молчании ночи Слово Божие воплотилось на земле. Так воплоща-
ется оно в молчаливых глубинах нашей души — там, где умолкает разум, где
истощаются слова, где ум человека предстоит Богу. Неизвестным и неузнан-
ным родился Христос на земле, и лишь волхвы и пастухи вместе с ангелами
вышли навстречу Ему. Так, тихо и незаметно для других, рождается Христос
в человеческой душе, а она выходит Ему навстречу, потому что возгорается
в ней звезда, ведущая к Свету.

Мы таинственно встречаем Христа в молитве, когда вдруг обнаруживаем,
что молитва наша принята и услышана, что Бог “пришел и вселился в нас”
и наполнил нас Своим живоносным присутствием.

Мы встречаем Христа в Евхаристии, когда, причастившись Тела и Крови
Христовых, вдруг чувствуем, что наше собственное тело пронизано Его
Божественной энергией и в венах наших течет Кровь Бога.

Мы встречаем Христа в других Таинствах Церкви, когда через соприкоснове-
ние с Ним обновляемся и оживотворяемся для жизни Вечной.

Мы встречаем Христа в наших ближних, когда человек вдруг раскрывается
для нас и мы прозреваем в сокровенную глубину его, где сияет образ Божий.

Мы встречаем Христа в нашей повседневной жизни, когда среди шума ее
вдруг слышим Его призывный голос или когда видим Его явное и внезапное
вмешательство в ход истории.

Именно так — внезапно и неожиданно — вмешался Бог в жизнь человечества
20 веков назад, когда Своим Рождением повернул весь ход истории. Именно
так рождается Он вновь и вновь в душах тысяч людей и изменяет, преобра-
зует и преображает всю их жизнь, делая их верующими из неверующих,
святыми из грешных, спасающимися из погибающих.

Пусть праздники Рождественского цикла cтанут праздниками рождения Христа
в наших душах и нашего возрождения во Христе, да наполнимся Божеством,
Светом и Святостью…
 
1. Встреча с Богом
 
Разные люди, разные встречи с Богом.
Вот несколько живых примеров нашей и близкой к нам современности.


Серафим Роуз (1914–1982), известный христианский мыслитель, иеромонах
и подвижник, до своего обращения к Православию категорически отрицал
возможность встречи с Богом. Утонченный и начитанный интеллектуал, знаток
восточных религий и западной философии из отчаяния своего нигилизма будто
бы случайно прорвался к вере — случайно оказавшись на богослужении в
Православной Церкви. Он не понимал, ни о чем поют, ни о чем читают в храме,
но ощущение того, что здесь его дом, оказалось настолько сильным, что все
сомнения страдающего мыслителя отпали. «Сретение» состоялось.


«Долгие годы своих занятий я удовлетворялся тем, что был выше традиций, оставаясь
каким-то образом верным им… Я пошел в Православную Церковь, чтобы посмотреть на
еще одну “традицию”. Однако, когда я вошел туда — это была русская церковь в Сан-
Франциско, — со мной случилось нечто, чего я никогда не испытывал раньше ни в буд-
дистском, ни в каком другом восточном храме, что-то в моем сердце сказало: ты дома,
поиски окончены. Я не знал, что это значило, служба была мне абсолютно незнакома
и шла на иностранном языке. Я стал посещать православные богослужения, постепенно
изучая язык и традиции…
Когда я раскрылся для Православия и православных, я начал осознавать, что истина —
не просто абстрактная идея, искомая и познаваемая умом, но нечто личностное, даже
больше, некая Личность, Которую ищет и любит сердце. Так я встретил Христа».


Игумен Никон (Воробьев) (1894–1963). В 1931 году Николай Воробьев принял монашеский постриг и получил новое имя — Никон, став исповедником в тяжелую эпоху советских гонений, духовником для многих верующих людей и выдающимся христианским писателем. Но перед этим ему пришлось преодолеть тяжелый путь поисков и разочарований.

«Сретение» в летнюю ночь
Летом 1915 года Николая настиг глубочайший кризис. Утратив в юности доверие к Православию, он бросился на поиски нового смысла жизни. Однако многолетнее ночное изучение философских и научных работ его духовную жажду не утолили, а только еще больше усилили. Однажды доведенный до предела душевными муками, Николай выбежал за город в поле. Его сознание агонизировало отчаянными вспышками, сквозь которые, наконец, прорвался один-единственный осмысленный крик: «Господи, если Ты есть, то откройся мне! Я ищу Тебя не для каких-нибудь земных, корыстных целей. Мне одно только надо: есть Ты или нет Тебя?»
И желанный, столь необходимый теперь ответ пришел.
«Невозможно передать, — вспоминал Николай впоследствии — то действие благодати, которое убеждает в существовании Бога с силой и очевидностью, не оставляющей ни малейшего сомнения у человека. Господь открывается так, как, скажем, после мрачной тучи вдруг просияет солнышко: ты уже не сомневаешься, солнце это или фонарь кто-нибудь зажег. Так Господь открылся мне, что я припал к земле со словами: «Господи, слава Тебе, благодарю Тебя! Даруй мне всю жизнь служить Тебе! Пусть все скорби, все страдания, какие есть на земле, сойдут на меня, даруй мне все пережить, только не отпасть от Тебя, не лишиться Тебя!».
Как долго продолжалась эта таинственная встреча Николая с Богом, неизвестно. Но, когда он наконец встал на ноги, было уже далеко за полночь. Все спали. Каково же было его удивление, когда вдруг до него стал ясно доноситься торжественный колокольный звон! Допустить, что кто-то решил устроить праздничный перезвон в столь позднее время, было едва ли возможно. Но тогда — откуда он взялся?..

 
Митрополит Сурожский Антоний (1914–2003). Один из самых известных Православных проповедников XX-го века. Его книги популярны во всем мире. Встрече Андрея (так звали его до монашеского пострига) с Богом предшествовало полное недоверие ко всякому проповеднику Православной Истины. И вот...

«Случилось так, что Великим постом какого-то года, кажется, тридцатого, нас, мальчиков, стали водить наши руководители на волейбольное поле. Раз мы собрались, и оказалось, что пригласили священника провести духовную беседу с нами, дикарями. Ну, конечно, все от этого отлынивали, как могли, кто успел сбежать, сбежал; у кого хватило мужества воспротивиться вконец, воспротивился; но меня руководитель уломал. Он меня не уговаривал, что надо пойти, потому что это будет полезно для моей души или что-нибудь такое, потому что, сошлись он на душу или на Бога, я не поверил бы ему. Но он сказал: «Послушай, мы пригласили отца Сергия Булгакова; ты можешь себе представить, что он разнесет по городу о нас, если никто не придет на беседу?» Я подумал: да, лояльность к моей группе требует этого. А еще он прибавил замечательную фразу: «Я же тебя не прошу слушать! Ты сиди и думай свою думу, только будь там».

Я подумал, что, пожалуй, и можно, и отправился. И всё было действительно хорошо; только, к сожалению, отец Сергий Булгаков говорил слишком громко и мне мешал думать свои думы; и я начал прислушиваться, и то, что он говорил, привело меня в такое состояние ярости, что я уже не мог оторваться от его слов; помню, он говорил о Христе, о Евангелии, о христианстве. Он был замечательный богослов, и он был замечательный человек для взрослых, но у него не было никакого опыта с детьми, и он говорил, как говорят с маленькими зверятами, доводя до нашего сознания все сладкое, что можно найти в Евангелии, от чего как раз мы шарахнулись бы, и я шарахнулся: кротость, смирение, тихость — все рабские свойства, в которых нас упрекают, начиная с Ницше и дальше. Он меня привел в такое состояние, что я решил не возвращаться на волейбольное поле, несмотря на то, что это была страсть моей жизни, а ехать домой, попробовать обнаружить, есть ли у нас дома где-нибудь Евангелие, проверить и покончить с этим; мне даже на ум не приходило, что я не покончу с этим, потому что было совершенно очевидно, что он знает свое дело, и, значит, это так…

И вот я у мамы попросил Евангелие, которое у нее оказалось, заперся в своем углу, посмотрел на книжку и обнаружил, что Евангелий четыре, а раз четыре, то одно из них, конечно, должно быть короче других. И так как я ничего хорошего не ожидал ни от одного из четырех, я решил прочесть самое короткое.

И тут я попался; я много раз после этого обнаруживал, до чего Бог хитер бывает, когда Он располагает Свои сети, чтобы поймать рыбу; потому что, прочти я другое Евангелие, у меня были бы трудности; за каждым Евангелием есть какая-то культурная база; Марк же писал именно для таких молодых дикарей, как я, — для римского молодняка. Этого я не знал — но Бог знал. И Марк знал, может быть, когда написал короче других…

И вот я сел читать; и тут вы, может быть, поверите мне на слово, потому что этого не докажешь. Со мной случилось то, что бывает иногда на улице, знаете, когда идешь — и вдруг повернешься, потому что чувствуешь, что кто-то на тебя смотрит сзади. Я сидел, читал, и между началом первой и началом третьей глав Евангелия от Марка, которое я читал медленно, потому что язык был непривычный, вдруг почувствовал, что по ту сторону стола, тут, стоит Христос…

И это было настолько рази­тельное чувство, что мне пришлось остановиться, перестать читать и посмотреть. Я долго смотрел; я ничего не видел, не слышал, чувствами ничего не ощущал. Но даже когда я смотрел прямо перед собой на то место, где никого не было, у меня было то же самое яркое сознание, что тут стоит Христос, несомненно. Помню, что я тогда откинулся и поду­мал: если Христос живой стоит тут — значит, это воскресший Христос. Значит, я знаю достоверно и лично, в пределах моего личного, собственного опыта, что Христос воскрес, и значит, все, что о Нем говорят, — правда. Это того же рода логика, как у ранних христиан, которые обнаруживали Христа и приобретали веру не через рассказ о том, что было от начала, а через встречу с Христом живым, из чего следовало, что распятый Христос был тем, что говорится о Нем, и что весь предшествующий рассказ тоже имеет смысл.

Ну, дальше я читал; но это уже было нечто совсем другое.
Первые мои открытия в этой области я сейчас очень ярко помню; я, вероятно, выразил бы это иначе, когда был мальчиком лет пятнадцати, но первое было: что, если это правда, значит, все Евангелие — правда, значит в жизни есть смысл, значит, можно жить не для чего иного как для того, чтобы поделиться с другими тем чудом, которое я обнаружил; что есть, наверное, тысячи людей, которые об этом не знают, и что надо им скорее сказать. Второе — что если это правда, то все, что я думал о людях, была неправда; что Бог сотворил всех; что Он возлюбил всех до смерти включительно; и что поэтому даже если они думают, что они мне враги, то я знаю, что они мне не враги.

Помню, на следующее утро я вышел и шел как в преображенном мире; на всякого человека, который мне попадался, я смотрел и думал: тебя Бог создал по любви! Он тебя любит! ты мне брат, ты мне сестра; ты меня можешь уничтожить, потому что ты этого не понимаешь, но я это знаю, и этого довольно… Это было самое разительное открытие.

Дальше, когда продолжал читать, меня поразило уважение и бережное отношение Бога к человеку; если люди готовы друг друга затоптать в грязь, то Бог этого никогда не делает. В рассказе, например, о блудном сыне: блудный сын признаёт, что он согрешил перед небом, перед отцом, что он недостоин быть его сыном; он даже готов сказать: прими меня хоть наемником… Но если вы заметили, в Евангелии отец не дает ему сказать этой последней фразы, он ему дает договорить до «я недостоин называться твоим сыном» и тут его перебивает, возвращая обратно в семью: принесите обувь, принесите кольцо, принесите одежду… Потому что недостойным сыном ты можешь быть, достойным слугой или рабом — никак; сыновство не снимается. Это третье.

А последнее, что меня тогда поразило, что я выразил бы тогда совершенно иначе, вероятно, это то, что Бог — и такова природа любви — так нас умеет любить, что готов с нами разделить все без остатка: не только тварность через Воплощение, не только ограничение всей жизни через последствия греха, не только физические страдания и смерть, но и самое ужасное, что есть, — условие смертности, условие ада: боголишенность, потерю Бога, от которой человек умирает. Этот крик Христов на кресте: Боже Мой! Боже Мой! Зачем Ты Меня оставил? — эта приобщенность не только богооставленности, а боголишенности, которая убивает человека, эта готовность Бога разделить нашу обезбоженность, как бы с нами пойти во ад, потому что сошествие Христово во ад — это именно сошествие в древний ветхозаветный шеол, то есть то место, где Бога нет… Меня так поразило, что, значит, нет границы Божией готовности разделить человеческую судьбу, чтобы взыскать человека.

И это совпало — когда очень быстро после этого я уже вошел в Церковь — с опытом целого поколения людей, которые до революции знали Бога великих соборов, торжественных богослужений; которые потеряли всё — и Родину, и родных, и, часто, уважение к себе, какое-то положение в жизни, дававшее им право жить; которые были ранены очень глубоко и поэтому так уязвимы, — они вдруг обнаружили, что по любви к человеку Бог захотел стать именно таковым: беззащитным, до конца уязвимым, бессильным, безвластным, презренным для тех людей, которые верят только в победу силы. И тогда мне приоткрылась одна сторона жизни, которая для меня очень много значит. Это то, что НАШЕГО БОГА, ХРИСТИАНСКОГО БОГА, МОЖНО НЕ ТОЛЬКО ЛЮБИТЬ, НО МОЖНО УВАЖАТЬ; НЕ ТОЛЬКО ПОКЛОНЯТЬСЯ ЕМУ, ПОТОМУ ЧТО ОН — БОГ, А ПОКЛОНЯТЬСЯ ЕМУ ПО ЧУВСТВУ ГЛУБОКОГО УВАЖЕНИЯ, другого слова я не найду»...

 
Пётр Мамонов, поэт, актёр, музыкант
«Стал думать, для чего вообще жить, для чего мне эти отпущенные семьдесят или сколько там лет жизни. А прапрадед мой был протоиереем храма Василия блаженного на Красной площади. Дай, думаю, куплю молитвословчик — посмотрю, о чём они там молятся. Читал поначалу с ужасом и с неким удивлением. Стал в храм ходить. Это было начало, а настоящая встреча с Богом произошла не так давно. Я не мог выбраться из одного греха. Никак не мог. Вот утром на Сретение встал и вдруг почувствовал, что Господь залил моё сердце любовью и обезоружил меня. Вера вдруг пришла — как обухом. Смысл появился: вечная жизнь и счастье всегда. Читаю труды Святых Отцов, Библию, стараюсь жить по Божьим Законам».
 
Константин Кинчев, лидер группы «Алиса»
 «Прежде чем сделать свой выбор, я и в эзотерике достаточно покопался, и с магией попетлял, Коран перелопатил, несколько раз бывал в буддистском монастыре. Всё это было не то. В 1992 году, когда мне уже было тридцать два года, позвонил Стас Намин и сказал, что в Иерусалиме проводятся дни дружбы городов — его побратимов — и есть культурная программа. Поехал. И тут же в Иерусалиме я осознал, что мне надо креститься. Просто в монастыре я встретился с одной монахиней. Она сказала мне: «Ты вернёшься домой и крестишься». Потом эта монахиня пришла в город со мной побеседовать, и ночью я провожал её в монастырь, который находился над Гефсиманским садом. Было далеко за полночь, я шёл один, перескочил через ограду. Посмотрел на небо, представил, что здесь происходило. И одна мысль: вот сейчас бы мне умереть здесь, и всё, больше ничего не надо — это было бы счастьем. С этим ощущением я вернулся в Москву. Сердцем почувствовал, что Православная Церковь — это место, где моей душе хорошо, а слова святого Феофана Затворника: «Не знаю, как кому, а мне без Православия не спастись», — лишь укрепили меня в ощущении верного выбора. Убеждение в том, что христианство пассивно, является ошибочным. Смирение воспитывает волю и даёт силу противостоять злу».
 
Владимир Хотиненко, актер и кинорежиссер, заслуж. деятель искусств РФ
«Поразительным было то, что мое обращение к Богу произошло совершенно внезапно, словно на пустом месте, на фоне внешне стабильной и благополучной жизни: меня никто к этому не толкал и не агитировал. У меня не было никакого кризиса или ощущения тупика: учился на высших режиссерских курсах, и никаких внешних примет внутренней потерянности или безысходности существования не было. Как и большинство людей, выросших в советском государстве, я не отличался особо религиозным сознанием. Просто я был элементарно образован, и в один прекрасный день я вдруг осознал безусловную необходимость креститься».

Любовь Соколова (1921-2001), актриса кино, народная артистка СССР
«Вспоминаю, как в июле 1941 года (жила я тогда в Ленинграде), в день моего рождения, мы поехали со свекровью по делам за город. Вышли из вагона, идём по улице, вдруг подходит ко мне статный бородатый старичок. Он очень мягко меня остановил. Заглянул в глаза и говорит: «Имя моё — Николай. Ты будешь есть по чуть-чуть. Но выживешь». (А мы ведь тогда ещё голодную блокаду и представить не могли). И ещё он сказал: «Выучи молитвы «Отче наш» и «Матерь Божия, помоги мне». Сказав это, старичок отошёл от нас и скрылся за забором, а свекровь моя, опомнившись, говорит: «Это же Николай Чудотворец! Догони его!» Я бросилась за забор, а там огромный пустырь, и никого нет. Человек не мог здесь никуда исчезнуть так быстро. Мы тут же пошли в церковь, и там, взглянув на икону Николая Чудотворца, я сразу же узнала того старичка. В годы ленинградской блокады голод скосил всех моих близких, в том числе и свекровь. А я выжила — и это было чудом! Молитвы, заповеданные святителем, читала каждое утро».
 
2. Церковь и дети
 
Сретение в Новом Завете — это воцерковление, священный обряд, совершаемый над младенцем на 40-й день по его рождении, когда он приносится в храм своей матерью: мать предстает Богу для очищения, младенец — для посвящения. (На практике воцерковление совершается чаще всего не в 40-й день, а в день крещения, который может быть любым). 
В более широком смысле воцерковление — это теснейшее приобщение верующего к  общецерковной жизни, подразумевающее глубокое усвоение православного учения, духовное совершенствование, возрастание в праведности. Это как бы врастание человека в организм Церкви, превращение из христианина номинального в христианина реального, вхождение в ее жизнь настолько глубокое, что эта жизнь становится в полной мере и его жизнью.
Воцерковление происходит, когда церковная служба становится для человека органичной и естественной, когда он не представляет своей жизни без неё. Это не значит, что человек становится праведником. Но это значит, что у человека появляется общая с Богом жизнь...

Ребенок входит в церковную жизнь легче, чем взрослый человек. Они гораздо легче, чем взрослые, проникаются всей мистикой и таинственностью богослужения и литургического символизма, они чувствуют
и ценят эту сторону наших богослужений. Чувство святости и благоговения перед Господом Богом, стоящего по ту сторону повседневной жизни и открывающегося таинственно в богослужении, чувство страха Божия, лежащего в основе религии, гораздо ближе и понятнее детям, нежели взрослым...

Атмосфера церкви должна входить в жизнь ребенка еще дома. Как может ребенок чувствовать святость воскресенья, дня, посвященного воскресению Господа Иисуса Христа, и того, что он должен воспринять и почувствовать в церкви, если у него дома с раннего утра гремит радио или телевизор, родители курят, читают газеты и нет ничего святого в этом воскресном дне?
Посещение церкви должно бы было быть подготовлено: тишиной и особой торжественностью зажигания лампадок перед иконами, общей молитвой, чтением положенного в этот день Евангелия, чистотой и особой опрятностью и одежды, и жилища.
Как часто родители не понимают, насколько все это формирует религиозное сознание ребенка, оставляющее свой след в его душе и влияющее на всю его дальнейшую жизнь!..

Накануне воскресенья и праздников церковных, во время Великого Поста, когда мы приготовляемся к исповеди и причастию, дом должен отражать церковь, должен светиться тем светом, который мы приносим домой с богослужений…

Религиозное воспитание детей, несмотря на всю трудность, дарует глубокую радость и детям, и родителям, и эту радость никто никогда не отымет, и никакие трудности и волнения житейские на протяжении всей земной жизни не смогут ее уничтожить!..
 

* При составлении были использованы труды митрополита Иллариона (Алфеева),
митрополита Антония (Сурожского), протопресвитера Александра Шмемана, 
материалы Православного журнала "Фома".

 
* * *
ТЕМА № 5 Православной Литературной Страницы
«НАВСТРЕЧУ ХРИСТУ»
 
На ваше благочестивое рассмотрение
выносятся следующие рубрики:


1. Сретение Господне
(стихи о празднике, о Симеоне Богоприимце)
2. Встреча с Богом
(поэзия и проза)
3. Церковь и дети
(поэзия и проза)
4. Свободная тема
о Боге, вере, Церкви, душе, природе...

(поэзия и проза)
 

Ваши произведения могут быть изложены в следующих литературных жанрах:
жанры прозы: очерк, эссе, рассказ, новелла, притча, фэнтези, сказка;
жанры поэтические: лирическое стихотворение, элегия, послание, ода.

Исключаются сатира, пародии и эпиграммы, но не воспрещается улыбка.
Недопустима публикация произведений, содержащих нецензурные выражения
и элементы эротики.

Форма поэтических произведений 
любая (силлабо-тоника, белый стих,
ритмическая проза).
Следование теме обязательно, однако рассмотрение ее возможно в любом ракурсе (http://parnasse.ru/prose/essay/religion/pravoslavnaja-literaturnaja-stranica.html)
Объем произведений любой, но в пределах разумного.

Произведения принимаются как новые, так и ранее опубликованные.

Новые публикуем по алгоритму:
"Написать" —> "Конкурсы" —> "Навстречу Христу" —> "Поэзия" или "Проза".
Опубликованные ранее присылаем в почту Парнасской Горницы сообщением. 
Количество произведений от одного автора — без ограничений.
Окончание приёма публикаций — 10 марта.

 
Ждем Ваших прекрасных духовных сочинений!
Всем участникам желаем благодатной помощи Божией!

“Пусть твои беседы будут взвешены на весах,
чтобы они были полезны тем, которые их услышат”.

(Антоний Великий)


С поклоном,
ведущая Православной ЛитСтраницы Василисса
 
 

 
 

© Copyright: Парнасская Горница, 2019

Регистрационный номер №0439458

от 16 февраля 2019

[Скрыть] Регистрационный номер 0439458 выдан для произведения:
Дорогие братья и сестры!
Боголюбивые насельники Парнасской горы!

 
Праздник Сретение Господне, который Православная Церковь
празднует с 15 по 22 февраля, замыкает Рождественский цикл
праздников:
Рождество в Вифлееме, Крещение во Иордане и
Сретение в Иерусалимском Храме.

«Видели очи мои спасение Твое», — сказал праведный Симеон,
когда принял на руки Богомладенца Христа (Лк. 2,30). С этого
мгновения Симеон и стал Богоприимцем, доказав на себе, что
главная надежда христианской веры — возможность личной
встречи с Богом — не напрасна…

Встреча с Богом совершается в нашем сердце.
В воплощении Слова происходит, по выражению святого Ефрема
Сирина, “обмен” между Богом и человеком: Бог воспринимает
от нас человеческую природу, а нам дарует Свое Божество.
“Сын Божий стал Сыном Человеческим, чтобы сынов человеческих
сделать сынами Божиими”, – сказал святой Ириней Лионский.
Обожение, к которому человек был предназначен по самому акту
творения и которое утратил через грехопадение, возвращено
человеку Воплотившимся Словом – Господом Иисусом Христом.
И потому именно в Рождестве Христовом происходит всецелое
обновление человеческого естества. Не только в том единственном
Рождестве, которое произошло две тысячи лет назад в Вифлееме,
но и в том рождении Христа, которое вновь и вновь происходит
в наших душах. Ибо душа человека – это “скотские ясли”, которые
Бог делает вместилищем Своего Божества и храмом Своим.
Человек в грехопадении “уподобился скотам несмысленным”,
но Бог приходит к падшему человеку и делает душу его местом,
где происходит таинственная встреча между Ним и человеком.
Величайшее чудо Боговоплощения в том, что, совершившись
однажды в истории, оно возобновляется в каждом человеке,
приходящем ко Христу. В глубоком молчании ночи Слово Божие
воплотилось на земле. Так воплощается оно в молчаливых
глубинах нашей души – там, где умолкает разум, где истощаются
слова, где ум человека предстоит Богу. Неизвестным и неузнанным
родился Христос на земле, и лишь волхвы и пастухи вместе
с ангелами вышли навстречу Ему. Так, тихо и незаметно для других,
рождается Христос в человеческой душе, а она выходит Ему
навстречу, потому что возгорается в ней звезда, ведущая к Свету.
Мы таинственно встречаем Христа в молитве, когда вдруг
обнаруживаем, что молитва наша принята и услышана, что Бог
“пришел и вселился в нас” и наполнил нас Своим живоносным
присутствием.
Мы встречаем Христа в Евхаристии, когда, причастившись Тела
и Крови Христовых, вдруг чувствуем, что наше собственное тело
пронизано Его Божественной энергией и в жилах наших течет
Кровь Бога.
Мы встречаем Христа в других таинствах Церкви, когда через
соприкосновение с Ним обновляемся и оживотворяемся для
жизни Вечной.
Мы встречаем Христа в наших ближних, когда человек вдруг
раскрывается для нас и мы прозреваем в сокровенную глубину
его, где сияет образ Божий.
Мы встречаем Христа в нашей повседневной жизни, когда среди
шума ее вдруг слышим Его призывный голос или когда видим Его
явное и внезапное вмешательство в ход истории.
Именно так – внезапно и неожиданно – вмешался Бог в жизнь
человечества двадцать веков назад, когда Своим Рождением
повернул весь ход истории. Именно так рождается Он вновь и
вновь в душах тысяч людей и изменяет, преобразует и преображает
всю их жизнь, делая их верующими из неверующих, святыми из
грешных, спасающимися из погибающих.
Пусть праздники Рождественского цикла cтанут праздниками
рождения Христа в нашей душе и нашего возрождения во Христе,
да наполнимся Божеством, Светом и святостью…
 
1. Встреча с Богом
 
Разные люди, разные встречи с Богом.
Вот несколько живых примеров нашей современности.


Серафим Роуз (1914–1982), известный христианский мыслитель,
иеромонах и подвижник, до своего обращения к Православию
категорически отрицал возможность встречи с Богом. Утонченный
и начитанный интеллектуал, знаток восточных религий и западной
философии из отчаяния своего нигилизма будто бы случайно
прорвался к вере — случайно оказавшись на богослужении в
Православной Церкви. Он не понимал, ни о чем поют, ни о чем
читают в храме, но ощущение того, что здесь его дом, оказалось
настолько сильным, что все сомнения страдающего мыслителя
отпали. «Сретение» состоялось.

«Долгие годы своих занятий я удовлетворялся тем, что был выше традиций,
ставаясь каким-то образом верным им… Я пошел в Православную Церковь,
чтобы посмотреть на еще одну “традицию”. Однако, когда я вошел туда —
это была русская церковь в Сан-Франциско, — со мной случилось нечто,
чего я никогда не испытывал раньше ни в буддистском, ни в каком другом
восточном храме, что-то в моем сердце сказало: ты дома, поиски окончены.
Я не знал, что это значило, служба была мне абсолютно незнакома и шла на
иностранном языке. Я стал посещать православные богослужения,
постепенно изучая язык и традиции… Когда я раскрылся для Православия
и православных, я начал осознавать, что истина — не просто абстрактная
идея, искомая и познаваемая умом, но нечто личностное, даже больше,
некая Личность, Которую ищет и любит сердце. Так я встретил Христа».


Игумен Никон (Воробьев): «Сретение» в летнюю ночь
В 1931 году Николай Воробьев (1894–1963) принял монашеский
постриг и получил новое имя — Никон, став исповедником в тяжелую эпоху советских гонений, духовником для многих верующих людей и глубоким христианским писателем. Но перед этим ему пришлось преодолеть тяжелый путь поисков и разочарований.
Летом 1915 года Николая настиг глубочайший кризис. Утратив в юности доверие к православию, он бросился на поиски нового смысла жизни. Однако многолетнее ночное изучение философских и научных работ его духовную жажду не утолили, а только еще больше усилили. Однажды доведенный до предела душевными муками, Николай выбежал за город в поле. Его сознание агонизировало отчаянными вспышками, сквозь которые, наконец, прорвался один-единственный осмысленный крик: «Господи, если Ты есть, то откройся мне! Я ищу Тебя не для каких-нибудь земных, корыстных целей. Мне одно только надо: есть Ты или нет Тебя?»
И желанный, столь необходимый теперь ответ пришел.
«Невозможно передать, — вспоминал Николай впоследствии — то действие благодати, которое убеждает в существовании Бога с силой и очевидностью, не оставляющей ни малейшего сомнения у человека. Господь открывается так, как, скажем, после мрачной тучи вдруг просияет солнышко: ты уже не сомневаешься, солнце это или фонарь кто-нибудь зажег. Так Господь открылся мне, что я припал к земле со словами: «Господи, слава Тебе, благодарю Тебя! Даруй мне всю жизнь служить Тебе! Пусть все скорби, все страдания, какие есть на земле, сойдут на меня, даруй мне все пережить, только не отпасть от Тебя, не лишиться Тебя!».
Как долго продолжалась эта таинственная встреча Николая с Богом, неизвестно. Но, когда он наконец встал на ноги, было уже далеко за полночь. Все спали.
Каково же было его удивление, когда вдруг до него стал ясно доноситься торжественный колокольный звон! Допустить, что кто-то решил устроить праздничный перезвон в столь позднее время, было едва ли возможно. Но тогда – откуда он взялся?..
 
Митрополит Сурожский Антоний (1914–2003) — один из самых известных христианских проповедников XX-го века. Его книгами и сегодня зачитываются тысячи людей по всему миру. Встрече Андрея (так звали его до монашеского пострига) с Богом предшествовало полное недоверие ко всякому носителю и проповеднику так называемой объективной истины: любой окончательный ответ казался ему тогда пошлым и однобоким. И вот…
«Случилось так, что Великим постом какого-то года, кажется, тридцатого, нас, мальчиков, стали водить наши руководители на волейбольное поле. Раз мы собрались, и оказалось, что пригласили священника провести духовную беседу с нами, дикарями. Ну, конечно, все от этого отлынивали, как могли, кто успел сбежать, сбежал; у кого хватило мужества воспротивиться вконец, воспротивился; но меня руководитель уломал. Он меня не уговаривал, что надо пойти, потому что это будет полезно для моей души или что-нибудь такое, потому что, сошлись он на душу или на Бога, я не поверил бы ему. Но он сказал: «Послушай, мы пригласили отца Сергия Булгакова; ты можешь себе представить, что он разнесет по городу о нас, если никто не придет на беседу?» Я подумал: да, лояльность к моей группе требует этого. А еще он прибавил замечательную фразу: «Я же тебя не прошу слушать! Ты сиди и думай свою думу, только будь там».

Я подумал, что, пожалуй, и можно, и отправился. И всё было действительно хорошо; только, к сожалению, отец Сергий Булгаков говорил слишком громко и мне мешал думать свои думы; и я начал прислушиваться, и то, что он говорил, привело меня в такое состояние ярости, что я уже не мог оторваться от его слов; помню, он говорил о Христе, о Евангелии, о христианстве. Он был замечательный богослов, и он был замечательный человек для взрослых, но у него не было никакого опыта с детьми, и он говорил, как говорят с маленькими зверятами, доводя до нашего сознания все сладкое, что можно найти в Евангелии, от чего как раз мы шарахнулись бы, и я шарахнулся: кротость, смирение, тихость — все рабские свойства, в которых нас упрекают, начиная с Ницше и дальше. Он меня привел в такое состояние, что я решил не возвращаться на волейбольное поле, несмотря на то, что это была страсть моей жизни, а ехать домой, попробовать обнаружить, есть ли у нас дома где-нибудь Евангелие, проверить и покончить с этим; мне даже на ум не приходило, что я не покончу с этим, потому что было совершенно очевидно, что он знает свое дело, и, значит, это так…

И вот я у мамы попросил Евангелие, которое у нее оказалось, заперся в своем углу, посмотрел на книжку и обнаружил, что Евангелий четыре, а раз четыре, то одно из них, конечно, должно быть короче других. И так как я ничего хорошего не ожидал ни от одного из четырех, я решил прочесть самое короткое.

И тут я попался; я много раз после этого обнаруживал, до чего Бог хитер бывает, когда Он располагает Свои сети, чтобы поймать рыбу; потому что, прочти я другое Евангелие, у меня были бы трудности; за каждым Евангелием есть какая-то культурная база; Марк же писал именно для таких молодых дикарей, как я, — для римского молодняка. Этого я не знал — но Бог знал. И Марк знал, может быть, когда написал короче других…

И вот я сел читать; и тут вы, может быть, поверите мне на слово, потому что этого не докажешь. Со мной случилось то, что бывает иногда на улице, знаете, когда идешь — и вдруг повернешься, потому что чувствуешь, что кто-то на тебя смотрит сзади. Я сидел, читал, и между началом первой и началом третьей глав Евангелия от Марка, которое я читал медленно, потому что язык был непривычный, вдруг почувствовал, что по ту сторону стола, тут, стоит Христос…

И это было настолько рази­тельное чувство, что мне пришлось остановиться, перестать читать и посмотреть. Я долго смотрел; я ничего не видел, не слышал, чувствами ничего не ощущал. Но даже когда я смотрел прямо перед собой на то место, где никого не было, у меня было то же самое яркое сознание, что тут стоит Христос, несомненно. Помню, что я тогда откинулся и поду­мал: если Христос живой стоит тут — значит, это воскресший Христос. Значит, я знаю достоверно и лично, в пределах моего личного, собственного опыта, что Христос воскрес, и значит, все, что о Нем говорят, — правда. Это того же рода логика, как у ранних христиан, которые обнаруживали Христа и приобретали веру не через рассказ о том, что было от начала, а через встречу с Христом живым, из чего следовало, что распятый Христос был тем, что говорится о Нем, и что весь предшествующий рассказ тоже имеет смысл.

Ну, дальше я читал; но это уже было нечто совсем другое.
Первые мои открытия в этой области я сейчас очень ярко помню; я, вероятно, выразил бы это иначе, когда был мальчиком лет пятнадцати, но первое было: что, если это правда, значит, все Евангелие — правда, значит в жизни есть смысл, значит, можно жить не для чего иного как для того, чтобы поделиться с другими тем чудом, которое я обнаружил; что есть, наверное, тысячи людей, которые об этом не знают, и что надо им скорее сказать. Второе — что если это правда, то все, что я думал о людях, была неправда; что Бог сотворил всех; что Он возлюбил всех до смерти включительно; и что поэтому даже если они думают, что они мне враги, то я знаю, что они мне не враги.

Помню, на следующее утро я вышел и шел как в преображенном мире; на всякого человека, который мне попадался, я смотрел и думал: тебя Бог создал по любви! Он тебя любит! ты мне брат, ты мне сестра; ты меня можешь уничтожить, потому что ты этого не понимаешь, но я это знаю, и этого довольно… Это было самое разительное открытие.

Дальше, когда продолжал читать, меня поразило уважение и бережное отношение Бога к человеку; если люди готовы друг друга затоптать в грязь, то Бог этого никогда не делает. В рассказе, например, о блудном сыне: блудный сын признаёт, что он согрешил перед небом, перед отцом, что он недостоин быть его сыном; он даже готов сказать: прими меня хоть наемником… Но если вы заметили, в Евангелии отец не дает ему сказать этой последней фразы, он ему дает договорить до «я недостоин называться твоим сыном» и тут его перебивает, возвращая обратно в семью: принесите обувь, принесите кольцо, принесите одежду… Потому что недостойным сыном ты можешь быть, достойным слугой или рабом — никак; сыновство не снимается. Это третье.

А последнее, что меня тогда поразило, что я выразил бы тогда совершенно иначе, вероятно, это то, что Бог — и такова природа любви — так нас умеет любить, что готов с нами разделить все без остатка: не только тварность через Воплощение, не только ограничение всей жизни через последствия греха, не только физические страдания и смерть, но и самое ужасное, что есть, — условие смертности, условие ада: боголишенность, потерю Бога, от которой человек умирает. Этот крик Христов на кресте: Боже Мой! Боже Мой! Зачем Ты Меня оставил? — эта приобщенность не только богооставленности, а боголишенности, которая убивает человека, эта готовность Бога разделить нашу обезбоженность, как бы с нами пойти во ад, потому что сошествие Христово во ад — это именно сошествие в древний ветхозаветный шеол, то есть то место, где Бога нет… Меня так поразило, что, значит, нет границы Божией готовности разделить человеческую судьбу, чтобы взыскать человека.

И это совпало — когда очень быстро после этого я уже вошел в Церковь — с опытом целого поколения людей, которые до революции знали Бога великих соборов, торжественных богослужений; которые потеряли всё — и Родину, и родных, и, часто, уважение к себе, какое-то положение в жизни, дававшее им право жить; которые были ранены очень глубоко и поэтому так уязвимы, — они вдруг обнаружили, что по любви к человеку Бог захотел стать именно таковым: беззащитным, до конца уязвимым, бессильным, безвластным, презренным для тех людей, которые верят только в победу силы. И тогда мне приоткрылась одна сторона жизни, которая для меня очень много значит. Это то, что НАШЕГО БОГА, ХРИСТИАНСКОГО БОГА, МОЖНО НЕ ТОЛЬКО ЛЮБИТЬ, НО МОЖНО УВАЖАТЬ; НЕ ТОЛЬКО ПОКЛОНЯТЬСЯ ЕМУ, ПОТОМУ ЧТО ОН — БОГ, А ПОКЛОНЯТЬСЯ ЕМУ ПО ЧУВСТВУ ГЛУБОКОГО УВАЖЕНИЯ, другого слова я не найду».


 
 
Пётр Мамонов –  поэт, актёр, музыкант
«Стал думать, для чего вообще жить, для чего мне эти отпущенные семьдесят или сколько там лет жизни. А прапрадед мой был протоиереем храма Василия блаженного на Красной площади. Дай, думаю, куплю молитвословчик – посмотрю, о чём они там молятся. Читал поначалу с ужасом и с неким удивлением. Стал в храм ходить. Это было начало, а настоящая встреча с Богом произошла не так давно. Я не мог выбраться из одного греха. Никак не мог. Вот утром на Сретение встал и вдруг почувствовал, что Господь залил моё сердце любовью и обезоружил меня. Вера вдруг пришла – как обухом. Смысл появился: вечная жизнь и счастье всегда. Читаю труды Святых Отцов, Библию, стараюсь жить по Божьим Законам».
 
Константин Кинчев -- лидер группы «Алиса»
 «Прежде чем сделать свой выбор, я и в эзотерике достаточно покопался, и с магией попетлял, Коран перелопатил, несколько раз бывал в буддистском монастыре. Всё это было не то. В 1992 году, когда мне уже было тридцать два года, позвонил Стас Намин и сказал, что в Иерусалиме проводятся дни дружбы городов – его побратимов – и есть культурная программа. Поехал. И тут же в Иерусалиме я осознал, что мне надо креститься. Просто в монастыре я встретился с одной монахиней. Она сказала мне: «Ты вернёшься домой и крестишься». Потом эта монахиня пришла в город со мной побеседовать, и ночью я провожал её в монастырь, который находился над Гефсиманским садом. Было далеко за полночь, я шёл один, перескочил через ограду. Посмотрел на небо, представил, что здесь происходило. И одна мысль: вот сейчас бы мне умереть здесь, и всё, больше ничего не надо — это было бы счастьем. С этим ощущением я вернулся в Москву. Сердцем почувствовал, что Православная Церковь – это место, где моей душе хорошо, а слова святого Феофана Затворника: «Не знаю, как кому, а мне без Православия не спастись», — лишь укрепили меня в ощущении верного выбора. Убеждение в том, что христианство пассивно, является ошибочным. Смирение воспитывает волю и даёт силу противостоять злу».
 
Владимир Хотиненко -- актер и кинорежиссер, заслуженный деятель искусств РФ
 «Поразительным было то, что мое обращение к Богу произошло совершенно внезапно, словно на пустом месте, на фоне внешне стабильной и благополучной жизни: меня никто к этому не толкал и не агитировал. У меня не было никакого кризиса или ощущения тупика: учился на высших режиссерских курсах, и никаких внешних примет внутренней потерянности или безысходности существования не было. Как и большинство людей, выросших в советском государстве, я не отличался особо религиозным сознанием. Просто я был элементарно образован, и в один прекрасный день я вдруг осознал безусловную необходимость креститься».
Любовь Соколова (1921-2001), актриса кино, народная артистка СССР
«Вспоминаю, как в июле 1941 года (жила я тогда в Ленинграде), в день моего рождения, мы поехали со свекровью по делам за город. Вышли из вагона, идём по улице, вдруг подходит ко мне статный бородатый старичок. Он очень мягко меня остановил. Заглянул в глаза и говорит: «Имя моё – Николай. Ты будешь есть по чуть-чуть. Но выживешь». (А мы ведь тогда ещё голодную блокаду и представить не могли). И ещё он сказал: «Выучи молитвы «Отче наш» и «Матерь Божия, помоги мне». Сказав это, старичок отошёл от нас и скрылся за забором, а свекровь моя, опомнившись, говорит: «Это же Николай Чудотворец! Догони его!» Я бросилась за забор, а там огромный пустырь, и никого нет. Человек не мог здесь никуда исчезнуть так быстро. Мы тут же пошли в церковь, и там, взглянув на икону Николая Чудотворца, я сразу же узнала того старичка. В годы ленинградской блокады голод скосил всех моих близких, в том числе и свекровь. А я выжила – и это было чудом! Молитвы, заповеданные святителем, читала каждое утро».
 
2. Церковь и дети
Сретение в Новом Завете – это воцерковление, священный обряд, совершаемый над младенцем на 40-й день по его рождении, когда он приносится в храм своей матерью: мать предстает Богу для очищения, младенец – для посвящения. (На практике воцерковление совершается чаще всего не в 40-й день, а в день крещения, который может быть любым).
В более широком смысле воцерковление – это теснейшее приобщение верующего к общецерковной жизни, подразумевающее глубокое усвоение православного учения, духовное совершенствование, возрастание в праведности. Это как бы врастание человека в организм Церкви, превращение из христианина номинального в христианина реального, вхождение в ее жизнь настолько глубокое, что эта жизнь становится в полной мере и его жизнью (иеромонах Нектарий (Морозов)).
Воцерковление происходит, когда церковная служба становится для человека органичной и естественной, когда он не представляет своей жизни без неё. Это не значит, что человек становится праведником. Но это значит, что у человека появляется общая с Богом жизнь.
Ребенок входит в церковную жизнь легче, чем взрослый человек. «Дети проникаются гораздо легче, чем взрослые, всей мистикой и таинственностью богослужения и литургического символизма, они чувствуют и ценят эту сторону наших богослужений. Чувство святости и благоговения перед Господом Богом, стоящего по ту сторону повседневной жизни и открывающегося таинственно в богослужении, чувство страха Божия, лежащего в основе каждой религии, гораздо ближе и понятнее детям, чем взрослым.
Атмосфера церкви должна входить в жизнь ребенка еще дома. Как может ребенок чувствовать святость воскресенья, дня, посвященного воскресению Господа Иисуса Христа, и того, что он должен воспринять и почувствовать в церкви, если у него дома с раннего утра гремит радио или телевизор, родители курят, читают газеты и нет ничего святого в этом воскресном дне? Посещение церкви должно бы было быть подготовлено: тишиной и особой торжественностью зажигания лампадок перед иконами, общей молитвой, чтением положенного в этот день Евангелия, чистотой и особой опрятностью и одежды, и жилища. Как часто родители не понимают, как все это формирует религиозное сознание ребенка, которое оставляет свой след на всю жизнь и которое никакие трудности и волнения житейские не смогут в нем уничтожить!
Накануне воскресенья и праздников церковных, во время Великого Поста, когда мы приготовляемся к исповеди и причастию, дом должен отражать церковь, должен светиться тем светом, который мы приносим домой с богослужений…» (прот. Александр Шмеман)
Религиозное воспитание детей, несмотря на всю трудность для родителей, дарует глубокую радость и детям, и родителям, и эту радость никто никогда не отымет…
 
ТЕМА № 5 нашей Православной Литературной Страницы
«НАВСТРЕЧУ ХРИСТУ»
 
По обычаю две номинации: ПОЭЗИЯ и ПРОЗА. 
Ваши произведения могут быть изложены в следующих литературных жанрах:
жанры прозы: очерк, эссе, рассказ, новелла, притча, фэнтези, сказка;
жанры поэтические: лирическое стихотворение, элегия, послание, ода.
Исключаются сатира, пародии и эпиграммы, но не воспрещается улыбка.
Недопустима публикация произведений, содержащих нецензурные выражения
и элементы эротики.
Форма поэтических произведений любая (силлабо-тоника, белый стих,
ритмическая проза).
Следование предложенной теме обязательно, однако рассмотрение ее возможно в любом ракурсе (http://parnasse.ru/prose/essay/religion/pravoslavnaja-literaturnaja-stranica.html)
Объем произведений любой, но в пределах разумного.

Предлагаю на ваше благочестивое рассмотрение общую тематику
литературных произведений:
 
1. Встреча с Богом
(поэзия и проза)
 
2. Церковь и дети
(поэзия и проза)
 
3. Свободная тема:
о Боге, вере, Церкви, душе…
(поэзия)
 
Ждем Ваших прекрасных духовных сочинений!
Желаем всем участникам благодатной помощи Божией!
“Пусть твои беседы будут взвешены на весах,
чтобы они были полезны тем, которые их услышат”.
(Антоний Великий)

Количество произведений от одного автора — без ограничений.
Окончание приёма публикаций — 1 февраля.

С поклоном, ведущая Православной ЛитСтраницы Василисса

 
 

 
 
Рейтинг: +23 979 просмотров
Комментарии (6)
Пронькина Татьяна # 17 февраля 2019 в 03:14 +5
Спасибо, Ольга! С таким уважением к читателю и любовью к Богу оформлена твоя страница, что заходить и читать большая радость. spasibo-6
Sall Славик*оf # 17 февраля 2019 в 03:45 +2
Браво.Хорошая тема.Удачи.
Парнасская Горница # 18 февраля 2019 в 12:20 +2
Тема праздника освещена в статье "Сретение Господне — встреча".
Ознакомиться с ней можно, перейдя по ссылке
http://parnasse.ru/prose/essay/religion/sretenie-gospodne.html
Ольга Боровикова # 19 февраля 2019 в 09:49 +2
К Богу дорога трудна -
Часто одни буреломы навстречу,
Камни, пески, и не светит луна!-
Сбитые ноги НАМ душеньку лечат!
Вдуматься надо в свои прегрешения,
Разве их мало на нашем пути?..
Но мы упорны до удивления:
Лишь бы других поскорей осудить!
Надо начать это делать немедля,
Встать на колени и Бога просить...
До исступления,в вечерню, обедню!-
Слезы любви, благодарности лить.
Знаю детей нашей школы Воскресной,
В маленьком городе только одна.
В ней говорят лишь о Боге уместно,
Святостью доброй та школа полна.
Только ведь дети детьми остаются,
Бегают, прыгают, песни поют.
Если порою и громко смеются,
То их наставники не устают.
Многое знают ребята из Школы:
Фору дадут даже взрослым порой.
Учат из Библии дети основы,
Знают, что яму другим ты не рой.
Видеть в глазу у чужого соринку,-
Это не делает чести тебе.-
Снова и снова ведётся беседа:
На философские темы звучит.
В маленьком сердце большая победа:
Льются оттуда душевно лучи.
Парнасская Горница # 19 февраля 2019 в 12:21 +2
Спаси Господи, дорогая Ольга...
Верные мысли, добрые строки...
Радостно от того, что у Вас такая замечательная воскресная школа!..
Приглашаю Вас к участию в работе!
Парнасская Горница # 4 марта 2019 в 09:24 +1
ДОРОГИЕ БРАТЬЯ И СЕСТРЫ!
ССЫЛКИ НА ТЕМАТИЧЕСКИЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ:
ПОЭЗИЯ: http://parnasse.ru/konkurs/navstrechu-hristu/poyezija
ПРОЗА: http://parnasse.ru/konkurs/navstrechu-hristu/proza
ДОБРОГО ВАМ ПРОЧТЕНИЯ!
Популярная проза за месяц
112
111
106
87
79
77
75
72
66
65
60
59
55
54
53
53
53
53
51
50
50
48
47
45
43
42
42
41
40
40