ГлавнаяПрозаМалые формыМиниатюры → Трудности перевода

Трудности перевода

16 декабря 2014 - Владимир Степанищев
     «Дурак раньше кричал: «Все в порядке», дурак сегодня кричит: «Все не в порядке», - как всегда невпопад». Лучше Жванецкого и не скажешь об дураках-то. Ключевое слово здесь – глагол «кричать», и совсем неважно что кричать, истину иль ахинею. Излагать как разумное, так и глупости тихим голосом – уже путь к исцелению, сиречь к молчанию. «Знающий не говорит, говорящий не знает», - записал кто-то за другим юмористом, жившим за две с половиной тысячи лет до вышеупомянутого. Еще бы вот и писать перестать вовсе… Тот же Будда, Сократ, Христос говорили ведь почти шепотом, лично, на ухо, а что до письма – так ведь ни строчки собственноручно. Ну ей богу – зачем писать? Дурак ведь и вовсе не тычет в книжку пальчик, а ежели, не приведи господь, и прочтет чего, пару абзацев из Библии, скажем, или из Корана, - тут и давай орать, аж стекла из окон вон.

     «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». Вообще-то у Иоанна там не «Слово», а «Логос». Впечатлительный Иоанн писал свое литературное произведение зачем-то по-гречески, тут-то и начались трудности перевода. С греческого «логос» означает «мысль», «смысл», «понятие» и еще шестнадцать значений словаря и (так пишет Лев Толстой, а он, дотошный, исследовал в оригинале древнегреческие манускрипты) лишь на девятнадцатом месте переводится как «слово». Итак… Иоанн судя по всему говорил на арамейском, так как понимал (по-своему, разумеется) слова Иисуса, который, будучи галилеянином, изъяснялся скорее всего на родном наречии. После того как апостолу дали выпить яду, затем бросили в кипящее масло, а тот выжил, его, неугомонного, сослали на остров Патмос, где он, похоже напрочь позабыв родной язык, заговорил и освоил письменность аборигенов. Потом все это переиначили на латынь, затем были Кирилл с Мефодием, церковнославянский, в общем, черт его разберет, чего там на самом деле было в начале, и что по правде было Бог, и было ли вообще. Мысль изреченная, говаривал старик Тютчев (а до него Лао Цзы), уже есть ложь, а когда сто раз переведенная и тысячу раз переписанная, а еще ежели с пристрастием да с добрым, понятное дело, умыслом…, а еще дай теперь эту книжку дураку и прикажи, нет, просто предложи покричать – вот тебе и революция.

     Революция. Вот еще словцо-то. Большинство зачем-то полагают, будто революция есть поворот, переворот, обновление, превращение, обновление… Да вообще-то нет. Revolutio с позднелатинского означает всего лишь возврат к исходной точке. Ну то есть дурак, кричащий «Все не в порядке» совершенно не догадывается, что хочет, просит, жаждет, требует каменного века…, через море крови, разумеется, - а как еще? Даже пацифисты, прости господи. Pacificus – делаю мир, с латыни. Ну и делай, коль душа просит, но с Калашниковым-то наперевес зачем? Добро должно быть с кулаками? Какой…, чтоб не обидеть, такое нацарапал?

Добро должно быть с кулаками, 
Добро суровым быть должно, 
Чтобы летела шерсть клоками 
Со всех, кто лезет на добро.

     «Должно…», «добро…», даже рифмы нет. Подождите… Куняев, Куняев…, ах, этот, «Любовь, исполненная зла»? Вот оборотец-то тоже…, любовь, исполненная зла… М-да… Ну а я-то, сам-то?.. Не сказать, чтоб писатель, ан пишу ведь какого-то рожна… Перевожу кривоногие, жидконогие мысли мои на бумагу самодельным слогом да неровным почерком, путаясь в наклонениях, блуждая в запятых. У меня караул какие трудности с этим переводом. Лезу ведь на добро. Ни Иоанн-богослов, ни Станислав-праведник мне не указ. Это с меня должна шерсть лететь клоками. Жванецкий прав конечно: «ПисАть, как и пИсать, нужно, когда уже не можешь», только в сторонку, тайком, в стыдливом одиночестве и в специально отведенном месте, где никто не услышит запаха твоих мыслей. Человек, вкусивши даже чистейшей ключевой воды родников господних, пока переварит, - так ее «переведет» на свой «язык», что когда станет исторгать… Трудности перевода…

© Copyright: Владимир Степанищев, 2014

Регистрационный номер №0259454

от 16 декабря 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0259454 выдан для произведения:      «Дурак раньше кричал: «Все в порядке», дурак сегодня кричит: «Все не в порядке», - как всегда невпопад». Лучше Жванецкого и не скажешь об дураках-то. Ключевое слово здесь – глагол «кричать», и совсем неважно что кричать, истину иль ахинею. Излагать как разумное, так и глупости тихим голосом – уже путь к исцелению, сиречь к молчанию. «Знающий не говорит, говорящий не знает», - записал кто-то за другим юмористом, жившим за две с половиной тысячи лет до вышеупомянутого. Еще бы вот и писать перестать вовсе… Тот же Будда, Сократ, Христос говорили ведь почти шепотом, лично, на ухо, а что до письма – так ведь ни строчки собственноручно. Ну ей богу – зачем писать? Дурак ведь и вовсе не тычет в книжку пальчик, а ежели, не приведи господь, и прочтет чего, пару абзацев из Библии, скажем, или из Корана, - тут и давай орать, аж стекла из окон вон.

     «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». Вообще-то у Иоанна там не «Слово», а «Логос». Впечатлительный Иоанн писал свое литературное произведение зачем-то по-гречески, тут-то и начались трудности перевода. С греческого «логос» означает «мысль», «смысл», «понятие» и еще шестнадцать значений словаря и (так пишет Лев Толстой, а он, дотошный, исследовал в оригинале древнегреческие манускрипты) лишь на девятнадцатом месте переводится как «слово». Итак… Иоанн судя по всему говорил на арамейском, так как понимал (по-своему, разумеется) слова Иисуса, который, будучи галилеянином, изъяснялся скорее всего на родном наречии. После того как апостолу дали выпить яду, затем бросили в кипящее масло, а тот выжил, его, неугомонного, сослали на остров Патмос, где он, похоже напрочь позабыв родной язык, заговорил и освоил письменность аборигенов. Потом все это переиначили на латынь, затем были Кирилл с Мефодием, церковнославянский, в общем, черт его разберет, чего там на самом деле было в начале, и что по правде было Бог, и было ли вообще. Мысль изреченная, говаривал старик Тютчев (а до него Лао Цзы), уже есть ложь, а когда сто раз переведенная и тысячу раз переписанная, а еще ежели с пристрастием да с добрым, понятное дело, умыслом…, а еще дай теперь эту книжку дураку и прикажи, нет, просто предложи покричать – вот тебе и революция.

     Революция. Вот еще словцо-то. Большинство зачем-то полагают, будто революция есть поворот, переворот, обновление, превращение, обновление… Да вообще-то нет. Revolutio с позднелатинского означает всего лишь возврат к исходной точке. Ну то есть дурак, кричащий «Все не в порядке» совершенно не догадывается, что хочет, просит, жаждет, требует каменного века…, через море крови, разумеется, - а как еще? Даже пацифисты, прости господи. Pacificus – делаю мир, с латыни. Ну и делай, коль душа просит, но с Калашниковым-то наперевес зачем? Добро должно быть с кулаками? Какой…, чтоб не обидеть, такое нацарапал?

Добро должно быть с кулаками, 
Добро суровым быть должно, 
Чтобы летела шерсть клоками 
Со всех, кто лезет на добро.

     «Должно…», «добро…», даже рифмы нет. Подождите… Куняев, Куняев…, ах, этот, «Любовь, исполненная зла»? Вот оборотец-то тоже…, любовь, исполненная зла… М-да… Ну а я-то, сам-то?.. Не сказать, чтоб писатель, ан пишу ведь какого-то рожна… Перевожу кривоногие, жидконогие мысли мои на бумагу самодельным слогом да неровным почерком, путаясь в наклонениях, блуждая в запятых. У меня караул какие трудности с этим переводом. Лезу ведь на добро. Ни Иоанн-богослов, ни Станислав-праведник мне не указ. Это с меня должна шерсть лететь клоками. Жванецкий прав конечно: «ПисАть, как и пИсать, нужно, когда уже не можешь», только в сторонку, тайком, в стыдливом одиночестве и в специально отведенном месте, где никто не услышит запаха твоих мыслей. Человек, вкусивши даже чистейшей ключевой воды родников господних, пока переварит, - так ее «переведет» на свой «язык», что когда станет исторгать… Трудности перевода…
Рейтинг: +1 284 просмотра
Комментарии (1)
Влад Устимов # 18 декабря 2014 в 16:07 0
Убедительно, прочел с удовольствием. Спасибо. Новых Вам успехов, Владимир!

 

Популярная проза за месяц
158
В плену у моря... 28 августа 2017 (Анна Гирик)
137
129
114
109
107
Синее море 25 августа 2017 (Тая Кузмина)
104
Ловец жемчуга 28 августа 2017 (Тая Кузмина)
104
102
99
89
88
87
86
86
83
78
78
77
76
75
Только Ты! 17 сентября 2017 (Анна Гирик)
74
73
ПРИНЦ 29 августа 2017 (Елена Бурханова)
72
71
71
Песочный замок 6 сентября 2017 (Аида Бекеш)
65
65
64
63