ГлавнаяВся прозаМалые формыМиниатюры → Первооснова коловращений

Первооснова коловращений

20 июля 2014 - Владимир Потапов
 
      Я не верю в случайные совпадения.
      - Случайностей не бывает, всё предопределено и взаимосвязано, -  вдалбливал мне отец во времена моего детства. – Прогул – двойка – мой ремень… - Он смахивал пот с бровей и продолжал свои физические и  нравственные  наставления. – Ищи первопричину. Что предшествовало прогулу? Гнедая не может просто так сломать ногу. Значит, это кому – то было надо…
      Свист ремня немного сбивал меня от поисков истины. Тривиальная вчерашняя рыбалка вместо занятий меня не устраивала. Была в ней какая – то приземлённость, а отец, насколько я понимал, искал на моих закорках высший смысл. И я старался ему помочь, мучительно выдумывая причину. Боже, как я был наивен в те далёкие времена! Будь всё это сейчас, я бы заранее смазал мягкое место подсолнечным маслом и, уж, конечно же, искал бы первопричину в моей мамаше (светлая ей память!): за час до нравоучений мамашей была обнаружена и изъята отцовская заначка. А пить в долг отец не привык. Посему в сердцах переключился на мою задницу. И теперь, с высоты своих лет я понимаю, что вариативность поиска первопричины может колебаться  от высоких материй до седалищного нерва.
      Но когда я увидел сидящего на крыльце избирательного участка Эбенезера  Белфорда с неизменной тлеющей сигаретой в уголке ленивого рта – я, надо признаться, обомлел. Амплитуды вариантности явно зашкаливали.
      Я даже замедлил шаг и выплюнул жвачку.  Местная псина с линялой шкурой  с интересом её обнюхала, присела, помочилась и ушла досыпать к забору.
      - Эб, - тихо и ласково произнёс я. – Эб!
      Я почему – то посчитал, что с фантомами, клонами и всякими мороками не стоит говорить на повышенных тонах
      Эбенезер Белфорд  (или кто там, выдающий себя за него)  приоткрыл смеженные веки и некоторое время молча на меня смотрел. Затем глубокие вертикальные складки на его щеках сгладились и приняли горизонтальное положение.
      - Майкл! – заорал он так, будто нам мешала револьверная стрельба. – Ба!!! Ты?!
      Пепел с его сигареты упал на заплеванное крыльцо. И раскудахтался петух в курятнике. Я понял: передо мною Эбенезер Белфорд собственной персоной.
      Мы обнялись.
      От Эба по-прежнему, как в те, далекие годы пахло смесью лошадиного и мужского  пота, дешевым табаком и, как не странно, мимозой.
      - Как ты здесь? – поинтересовался он, усаживаясь на прежнее место. – На выборы? Или по делу?
      Он достал из кармана плоскую фляжку, открутил крышку, протянул мне.
      - За встречу!
      Я слегка кивнул в ответ и приложился к горлышку. Виски! Настоящие! Те, с  ранчо папаши Эба !
      - А ты-то как здесь?  За сотни миль от дома?! И давно?
      - Восьмой год. – Эб принял от меня фляжку, чтобы не отстать в разговоре. – У меня здесь дело! – значительно произнёс он. – Я приобрел ферму.
      Апломб, с которым это было  произнесено, указал мне:  Эб не изменился.  Всё так же продолжает играть в покер и шевелит пальцами у кольта с разряженной обоймой.
      - Ну-ну,- протянул я, усаживаясь рядом на перила. – А как же папашина ферма?  Ты же был единственный наследник! Продал?
      Он беспечно кивнул головой.
      - А почему к нам? Здесь что, корма сочнее? Эб, перестань крутиться, как необъезженная! Изволь говорит правду!
      Я достал свою фляжку, бросил ему. Ловкости, с которой он осушил её до половины (я это замерил по бульканью в его горле) позавидовал бы и кэмэл.
      - Ты помнишь, как появился у нас  на ферме? – спросил он, утёршись. –  Бледный, как полуденное солнце. Немощный, стеснительный… Парень с Востока…
      - Конечно, помню. Три месяца стажировки. Нас много тогда прибыло в Нью-Клин. Кто на три месяца, кто на полгода…  А по поводу немощности – это ещё надо посмотреть! – обидчиво оживился я. – Зуб-то, поди, до сих пор шатается?
      Он потрогал языком зуб, помотал отрицательно головой, вернул фляжку.
      - Майкл, прошу тебя - не перебивай. Я до сих пор путаю времена.
      - И падежи,- некстати хихикнул я.
      - Нет,- серьёзно ответил он. – Падеж был на следующий год.  А тогда с вами приехала Лидия. Ну, такая… 95-60-95… Неужели не помнишь? Шатенка такая…- И он очень точно нарисовал ладонью абрис.
       - Всё! Вспомнил! – Я действительно вспомнил эту Лидию. Только мне показалось, что с цифрой «60» Эб немного напутал. Сантиметров на 20. – Только она на ранчо не осталась, устроилась  официанткой в городе, «У  дядюшки Пэна».
       - Да, «У дядюшки Пэна». Через год мы поженились. У нас двое ребятишек.
       Я облегченно вздохнул.  И одновременно посетовал на себя: что за дурость – искать везде сложности? Банальность – она повсеместна. Хотя…
      - Эб, а почему вы здесь? Чем тебя не устроило отцовское хозяйство? Или ЕЁ не устроило?
     Он потянулся, улыбнулся мечтательно.
     - Захотелось своего дела. Захотелось мир посмотреть. Да и Лидию очень тянуло на родину.
     Да-а, любовь…  Она и не таких  под копыто поджимала. А уж эти простаки с Запада, как Эб… Да-а, любовь… Первопричина первопричин.
      - А ты как? Ты же с этих краев…
      - Зоотехником…  
      Дверь участка открылась.   Эб еле успел спрятать фляжку.
      - Милый,  ты мне нужен. Срочно на Дальний Карьер! Думаю, голосовать там уже закончили. Опечатаешь урны – и обратно! Одна нога здесь, другая – тоже!
       Я, скрытый дверью, успел заметить лишь клок золотистых волос. Дверь захлопнулась.
      Эбенезер  развел руками: видишь, как оно, дружище… Дела!
      - Ну, Майкл, до встречи!
      Мы обнялись на прощание. Мне даже померещилась слеза в уголке его левого глаза.
      Эб вытащил из расшитого «под хохлому»  валенка спрятанную фляжку, отдал мне, подошел к стоящему на обочине «ниссан - кашкаю», уселся на заднее сиденье и тронул водителя за плечо: - На Дальний Карьер.
      Окурок прилип к моей отвисшей губе.  Я машинально встряхнул фляжку. Нет, видимо, Эб постарел: во фляжке еще что-то осталось. Я сплюнул окурок и приложился к горлышку. Да так и застыл с запрокинутой головой: с избирательного   плаката на двери мне лучезарно улыбалась веснушчатое лицо Лидии  Сидоровой, генерального директора мясоперерабатывающего комплекса, кандидата в депутаты Государственной Думы от семьдесят четвертого избирательного округа города Клина.
      Вот это высоты! В её то тридцать с небольшим лет! А ты: Эд, чувства, лямур… Да за такой перспективой – хоть на Алеутские острова! Эх, Мишка, Мишка, мало тебя батя в детстве вразумлял! Политика – вот первооснова всего! Хоть на Диком Западе, хоть в российской глубинке… А этому, уж, простачку-янки сам бог велел за этими 90-80-90 в Россию тащиться! Заодно, и к высокому, к «Лебединому озеру»  приобщится у истоков, так сказать.  Для Думы – первостатейная вещь, частенько наяривают. Плюс «кашкай»  да  пимы с иголочки…
      Псина у забора  широко, с лязганьем клыков  зевнула и вновь замерла в спячке.
       

© Copyright: Владимир Потапов, 2014

Регистрационный номер №0227684

от 20 июля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0227684 выдан для произведения:  
      Я не верю в случайные совпадения.
      - Случайностей не бывает, всё предопределено и взаимосвязано, -  вдалбливал мне отец во времена моего детства. – Прогул – двойка – мой ремень… - Он смахивал пот с бровей и продолжал свои физические и  нравственные  наставления. – Ищи первопричину. Что предшествовало прогулу? Гнедая не может просто так сломать ногу. Значит, это кому – то было надо…
      Свист ремня немного сбивал меня от поисков истины. Тривиальная вчерашняя рыбалка вместо занятий меня не устраивала. Была в ней какая – то приземлённость, а отец, насколько я понимал, искал на моих закорках высший смысл. И я старался ему помочь, мучительно выдумывая причину. Боже, как я был наивен в те далёкие времена! Будь всё это сейчас, я бы заранее смазал мягкое место подсолнечным маслом и, уж, конечно же, искал бы первопричину в моей мамаше (светлая ей память!): за час до нравоучений мамашей была обнаружена и изъята отцовская заначка. А пить в долг отец не привык. Посему в сердцах переключился на мою задницу. И теперь, с высоты своих лет я понимаю, что вариативность поиска первопричины может колебаться  от высоких материй до седалищного нерва.
      Но когда я увидел сидящего на крыльце избирательного участка Эбенезера  Белфорда с неизменной тлеющей сигаретой в уголке ленивого рта – я, надо признаться, обомлел. Амплитуды вариантности явно зашкаливали.
      Я даже замедлил шаг и выплюнул жвачку.  Местная псина с линялой шкурой  с интересом её обнюхала, присела, помочилась и ушла досыпать к забору.
      - Эб, - тихо и ласково произнёс я. – Эб!
      Я почему – то посчитал, что с фантомами, клонами и всякими мороками не стоит говорить на повышенных тонах
      Эбенезер Белфорд  (или кто там, выдающий себя за него)  приоткрыл смеженные веки и некоторое время молча на меня смотрел. Затем глубокие вертикальные складки на его щеках сгладились и приняли горизонтальное положение.
      - Майкл! – заорал он так, будто нам мешала револьверная стрельба. – Ба!!! Ты?!
      Пепел с его сигареты упал на заплеванное крыльцо. И раскудахтался петух в курятнике. Я понял: передо мною Эбенезер Белфорд собственной персоной.
      Мы обнялись.
      От Эба по-прежнему, как в те, далекие годы пахло смесью лошадиного и мужского  пота, дешевым табаком и, как не странно, мимозой.
      - Как ты здесь? – поинтересовался он, усаживаясь на прежнее место. – На выборы? Или по делу?
      Он достал из кармана плоскую фляжку, открутил крышку, протянул мне.
      - За встречу!
      Я слегка кивнул в ответ и приложился к горлышку. Виски! Настоящие! Те, с  ранчо папаши Эба !
      - А ты-то как здесь?  За сотни миль от дома?! И давно?
      - Восьмой год. – Эб принял от меня фляжку, чтобы не отстать в разговоре. – У меня здесь дело! – значительно произнёс он. – Я приобрел ферму.
      Апломб, с которым это было  произнесено, указал мне:  Эб не изменился.  Всё так же продолжает играть в покер и шевелит пальцами у кольта с разряженной обоймой.
      - Ну-ну,- протянул я, усаживаясь рядом на перила. – А как же папашина ферма?  Ты же был единственный наследник! Продал?
      Он беспечно кивнул головой.
      - А почему к нам? Здесь что, корма сочнее? Эб, перестань крутиться, как необъезженная! Изволь говорит правду!
      Я достал свою фляжку, бросил ему. Ловкости, с которой он осушил её до половины (я это замерил по бульканью в его горле) позавидовал бы и кэмэл.
      - Ты помнишь, как появился у нас  на ферме? – спросил он, утёршись. –  Бледный, как полуденное солнце. Немощный, стеснительный… Парень с Востока…
      - Конечно, помню. Три месяца стажировки. Нас много тогда прибыло в Нью-Клин. Кто на три месяца, кто на полгода…  А по поводу немощности – это ещё надо посмотреть! – обидчиво оживился я. – Зуб-то, поди, до сих пор шатается?
      Он потрогал языком зуб, помотал отрицательно головой, вернул фляжку.
      - Майкл, прошу тебя - не перебивай. Я до сих пор путаю времена.
      - И падежи,- некстати хихикнул я.
      - Нет,- серьёзно ответил он. – Падеж был на следующий год.  А тогда с вами приехала Лидия. Ну, такая… 95-60-95… Неужели не помнишь? Шатенка такая…- И он очень точно нарисовал ладонью абрис.
       - Всё! Вспомнил! – Я действительно вспомнил эту Лидию. Только мне показалось, что с цифрой «60» Эб немного напутал. Сантиметров на 20. – Только она на ранчо не осталась, устроилась  официанткой в городе, «У  дядюшки Пэна».
       - Да, «У дядюшки Пэна». Через год мы поженились. У нас двое ребятишек.
       Я облегченно вздохнул.  И одновременно посетовал на себя: что за дурость – искать везде сложности? Банальность – она повсеместна. Хотя…
      - Эб, а почему вы здесь? Чем тебя не устроило отцовское хозяйство? Или ЕЁ не устроило?
     Он потянулся, улыбнулся мечтательно.
     - Захотелось своего дела. Захотелось мир посмотреть. Да и Лидию очень тянуло на родину.
     Да-а, любовь…  Она и не таких  под копыто поджимала. А уж эти простаки с Запада, как Эб… Да-а, любовь… Первопричина первопричин.
      - А ты как? Ты же с этих краев…
      - Зоотехником…  
      Дверь участка открылась.   Эб еле успел спрятать фляжку.
      - Милый,  ты мне нужен. Срочно на Дальний Карьер! Думаю, голосовать там уже закончили. Опечатаешь урны – и обратно! Одна нога здесь, другая – тоже!
       Я, скрытый дверью, успел заметить лишь клок золотистых волос. Дверь захлопнулась.
      Эбенезер  развел руками: видишь, как оно, дружище… Дела!
      - Ну, Майкл, до встречи!
      Мы обнялись на прощание. Мне даже померещилась слеза в уголке его левого глаза.
      Эб вытащил из расшитого «под хохлому»  валенка спрятанную фляжку, отдал мне, подошел к стоящему на обочине «ниссан - кашкаю», уселся на заднее сиденье и тронул водителя за плечо: - На Дальний Карьер.
      Окурок прилип к моей отвисшей губе.  Я машинально встряхнул фляжку. Нет, видимо, Эб постарел: во фляжке еще что-то осталось. Я сплюнул окурок и приложился к горлышку. Да так и застыл с запрокинутой головой: с избирательного   плаката на двери мне лучезарно улыбалась веснушчатое лицо Лидии  Сидоровой, генерального директора мясоперерабатывающего комплекса, кандидата в депутаты Государственной Думы от семьдесят четвертого избирательного округа города Клина.
      Вот это высоты! В её то тридцать с небольшим лет! А ты: Эд, чувства, лямур… Да за такой перспективой – хоть на Алеутские острова! Эх, Мишка, Мишка, мало тебя батя в детстве вразумлял! Политика – вот первооснова всего! Хоть на Диком Западе, хоть в российской глубинке… А этому, уж, простачку-янки сам бог велел за этими 90-80-90 в Россию тащиться! Заодно, и к высокому, к «Лебединому озеру»  приобщится у истоков, так сказать.  Для Думы – первостатейная вещь, частенько наяривают. Плюс «кашкай»  да  пимы с иголочки…
      Псина у забора  широко, с лязганьем клыков  зевнула и вновь замерла в спячке.
       
Рейтинг: +2 151 просмотр
Комментарии (4)
Серов Владимир # 20 июля 2014 в 08:59 0
Замечательно! super
Владимир Потапов # 20 июля 2014 в 11:13 0
Спасибо, Владимир. Вот, хотел доброе слово о любимом О Генри сказать. Не знаю, как получилось, но очень хотелось...
Владимир
Галина Карташова # 1 октября 2014 в 22:01 0
Получилось превосходно!
Владимир Потапов # 12 октября 2014 в 18:12 0
Спасибо, Галина. Так давно ничего не слышал на этом сайте. Хотя (грешен) и сам редко захожу
Популярная проза за месяц
117
116
112
111
107
96
95
92
91
88
87
83
81
79
74
73
72
71
70
69
66
64
64
63
63
Непогода. 23 апреля 2017 (Лариса Чайка)
61
58
57
56
56