Окно Овертона

Существует негласная теория в закулисье театра: мол, хороший режиссер может поставить гениальный спектакль по телефонной книге.

 За пятьдесят лет служения на сцене подобных постановок не встречал, но любопытство разбирает, что называется, «до мозга костей».

В голову всякая чертовщина червячками заползает, теребя серое вещество:

- А что, если и впрямь попробовать? – первый вопрос из кучи взбунтовавшейся массы.

- На кой ляд? Кто смотреть будет бессюжетное творение? – По тонким  извилинам, осторожно пробираясь, сквозь жуткий вонизм, врывается свежая незыблемая струйка.

- Как кто? Зритель изголодался по экстриму. В конце концов, театр - это Вселенная, с ее бурями, треволнениями, катастрофами, бойнями и, наконец,  с « Окнами Овертона»…

Змеями ползучими заметались червяки в навозной куче – отчего в висках и затылке коликами отдалось, а в глазах помутнело.

- « Окно Овертона» - это, что-то новое? – Простонало в тонкой струе надлобья.

- «Окно Овертона» - технология легализации непотребства ...каннибализм, инцест, содомия, гомосексуализм -  ничего нового.  Скорее, возродившееся древнее. Вспомни, Дарвина с его учением: происхождение человека от обезьяны.

Шквалом посыпались упреки из затылочной части, в которой клубком сгруппировались черви, изрядно вытеснив благоразумные островки.   Со скоростью света, оплодотворяя проросшие семена посредством червивого помета, в мгновенье ока преобразовали искрометную зеленеющую мысль  в померкнувшую углеродную жижу.

Разгоряченные родниковые  струйки, зажатые тисками, взбунтовавшейся червивой гвардией, пытаясь выжить в пространстве атакующего неприятеля,  истерично взвизгнули:

- Свободу Слову Божьему!

Тут-то и началась кутерьма.
По-людски – самая настоящая война с применением артиллерии  - интенсивного пуканья червей, авиацией – извержением переваренного помета.
Пехота и танковые дивизии шуровали в унисон, втаптывая в глубины навозного месива, устоявшего  на мизерной территории трезвого сознания, противника.

- Не можешь мыслить планетарно башкой, извергай дерьмо из естества, как это теперь принято в  мировых  сообществах.

- В обществах с ограниченными способностями?

- В демократических, развитых цивилизациях.

Задыхаясь  в угарном пространстве, родниковые струйки, приплюснутые навозной массой, застряв  в лобовом русле, оставшемся еще в природном состоянии, неожиданно забасили медвежьим ревом:

- Хорошо, оставим сцену в покое, перейдем к литературе. Предлагаем из обычного алфавита сочинить миниатюру.

Пауза, которую и следовало было ожидать, продлилась, однако, недолго:

- Валяйте! -  Взрывом прогремело  в  затылочной, и височных частях.

- Мы можем Ваять, а валяете дурака вы! Для творческого вдохновения нам нужно пространство и свежий воздух. Отведите войска в сторону! Хотя бы, на десять миллиметров вкось.

- Вкривь!
- Мы оглохнем.

- Зачем вам слух?! Воображайте,  молча в тишине.

- При условии, если вы немедля прекратите вонючую атаку.

- Даем шанс. Требуем взамен: от буквы А до Я реалистичный ход событий с экстремальным развитием действия.

Ах, какая благодать!  Тишина. Прохлада. И, будто кузнечики, застрекотали в  умиротворенном пространстве  творческого островка.

« А туй, бомбардируй варяг. Гады доморощенные жлобством заполонили исконное. Камнеметами  лунатиков молниеносно настигли облака. Пространство разрушено. Сизые тупорылые ухари – хакеры целенаправленно, через штампы, щеголяют, эпохально юродствуя. Якорями мягкого и твердого знака атакуют, бомбят врата Господни, дробя жестоко заповеди истинные. Космос лучезарный молитвенно настаивает одуматься, покаяться. Разумное, Святое теплится у Храма целомудрия…

Раздался взрыв, в котором козлиное блеяние вторглось, как ножом в масло,  и плавно намазало бутерброд, окутав скользкой неприглядной жижой затылочную часть вместе с височной:

-  Серо, безвкусно, неуютно! Слушай, сюда:

« Бездарные бабуины – варят глицерины. Дотошные жандармы -  запойно ищут карму. Лукавые монстры -  натравили олухов просто. Разумные светосилы тьмы -  урбанизировали хряков целины. Чувствуешь шалости щеглов эпохальных, юродствующих в ярости? И что почем – и что почем?  Ни твердый  и ни мягкий знаки, и даже Й здесь ни причем. -

…Вонзилось в грудь стрелой ядовитой. Колыхнуло в сердце бульканьем кипящим. Задрожали колени трясучкой осиновой.

Был ли я заживо погребен?
Нет.
Вроде, как живым оставался.

К тому же, надо было разобраться:
« Что  вокруг все-таки произошло? И где я?»




© Copyright: Александр Балбекин, 2014

Регистрационный номер №0218381

от 2 июня 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0218381 выдан для произведения: Существует негласная теория в закулисье театра: мол, хороший режиссер может поставить гениальный спектакль по телефонной книге.

 За пятьдесят лет служения на сцене подобных постановок не встречал, но любопытство разбирает, что называется, «до мозга костей».

В голову всякая чертовщина червячками заползает, теребя серое вещество:

- А что, если и впрямь попробовать? – первый вопрос из кучи взбунтовавшейся массы.

- На кой ляд? Кто смотреть будет бессюжетное творение? – По тонким  извилинам, осторожно пробираясь, сквозь жуткий вонизм, врывается свежая незыблемая струйка.

- Как кто? Зритель изголодался по экстриму. В конце концов, театр - это Вселенная, с ее бурями, треволнениями, катастрофами, бойнями и, наконец,  с « Окнами Овертона»…

Змеями ползучими заметались червяки в навозной куче – отчего в висках и затылке коликами отдалось, а в глазах помутнело.

- « Окно Овертона» - это, что-то новое? – Простонало в тонкой струе надлобья.
- «Окно Овертона» - технология легализации непотребства ...каннибализм, инцест, содомия, гомосексуализм -  ничего нового.  Скорее, возродившееся древнее. Вспомни, Дарвина с его учением: происхождение человека от обезьяны.
Шквалом посыпались упреки из затылочной части, в которой клубком сгруппировались черви, изрядно вытеснив благоразумные островки.   Со скоростью света, оплодотворяя проросшие семена посредством червивого помета, в мгновенье ока преобразовали  искрометную зеленеющую мысль  в померкнувшую углеродную жижу.
Разгоряченные родниковые  струйки, зажатые тисками, взбунтовавшейся червивой гвардией, пытаясь выжить в пространстве атакующего неприятеля,  истерично взвизгнули:
- Свободу Слову Божьему!
Тут-то и началась кутерьма.
По-людски – самая настоящая война с применением артиллерии  - интенсивного пуканья червей, авиацией – извержением переваренного помета.
 Пехота и танковые дивизии шуровали в унисон, втаптывая в глубины навозного месива, устоявшего  на мизерной территории трезвого сознания, противника.
- Не можешь мыслить планетарно башкой, извергай дерьмо из естества, как это теперь принято в  мировых  сообществах.
- В обществах с ограниченными способностями?
- В демократических, развитых цивилизациях.
Задыхаясь  в угарном пространстве, родниковые струйки, приплюснутые навозной массой, застряв  в лобовом русле, оставшемся еще в природном состоянии, неожиданно забасили медвежьим ревом:
- Хорошо, оставим сцену в покое, перейдем к литературе. Предлагаем из обычного алфавита сочинить миниатюру.
Пауза, которую и следовало было ожидать, продлилась, однако, недолго:
- Валяйте! -  Взрывом прогремело  в  затылочной, и височных частях.
- Мы можем Ваять, а валяете дурака вы! Для творческого вдохновения нам нужно пространство и свежий воздух. Отведите войска в сторону! Хотя бы, на десять миллиметров вкось.
- Вкривь!
- Мы оглохнем.
- Зачем вам слух?! Воображайте,  молча в тишине.
- При условии, если вы немедля прекратите вонючую атаку.
- Даем шанс. Требуем взамен: от буквы А до Я реалистичный ход событий с экстремальным развитием действия.
Ах, какая благодать!  Тишина. Прохлада. И, будто кузнечики, застрекотали в  умиротворенном пространстве  творческого островка.
« А туй, бомбардируй варяг. Гады доморощенные жлобством заполонили исконное. Камнеметами  лунатиков молниеносно настигли облака. Пространство разрушено. Сизые тупорылые ухари – хакеры целенаправленно, через штампы, щеголяют, эпохально юродствуя. Якорями мягкого и твердого знака атакуют, бомбят врата Господни, дробя жестоко заповеди истинные. Космос лучезарный молитвенно настаивает одуматься, покаяться. Разумное, Святое теплится у Храма целомудрия…
Раздался взрыв, в котором козлиное блеяние вторглось, как ножом в масло,  и плавно намазало бутерброд, окутав скользкой неприглядной жижой затылочную часть вместе с височной:
-  Серо, безвкусно, неуютно! Слушай, сюда:
« Бездарные бабуины – варят глицерины. Дотошные жандармы -  запойно ищут карму. Лукавые монстры -  натравили олухов просто. Разумные светосилы тьмы -  урбанизировали хряков целины. Чувствуешь шалости щеглов эпохальных, юродствующих в ярости? И что почем – и что почем?  Ни твердый  и ни мягкий знаки, и даже Й здесь ни причем. -
…Вонзилось в грудь стрелой ядовитой. Колыхнуло в сердце бульканьем кипящим. Задрожали колени трясучкой осиновой.
Был ли я заживо погребен?
Нет.
 Вроде, как живым оставался.
 К тому же, надо было разобраться:
 « Что  вокруг все-таки произошло? И где я?»





Рейтинг: +3 214 просмотров
Комментарии (4)
Алена Викторова # 9 июня 2014 в 14:05 0
интересно...
как у Вас одно за другое - цепочка)
Александр Балбекин # 9 июня 2014 в 17:08 0
Спасибо, Алена. 5min
Марина Попова # 14 июня 2014 в 21:08 0
Знаете, Александр, эту вещь можно использовать в качестве примера... Казалось бы одну гадкую и мелкую мысль допустить, а что в результате... брр... и танки не спасут...
Александр Балбекин # 14 июня 2014 в 21:32 0
040a6efb898eeececd6a4cf582d6dca6
Популярная проза за месяц
117
116
113
107
100
96
92
91
90
88
84
82
79
78
78
73
72
72
70
69
66
64
64
63
61
58
58
57
56
54