ГлавнаяПрозаМалые формыМиниатюры → Министры и музыканты

Министры и музыканты

2 сентября 2017 - Юрий Урм
В один из дней начала восьмидесятых годов руководство ресторана предложило мне, руководителю оркестра приехать днем, чтобы убрать со сцены аппаратуру и помочь в подготовке зала к проведению ответственного правительственного банкета.

Я спросил у коллег, кто из них был бы согласен приехать завтра, но никто из них не выразил такового желания. Тогда я обратился к барабанщику, и он тоже не выбирая слов послал все начальство вместе взятое к черту и куда еще дальше. Я понимал, что мне одному будет тяжело справиться с задачей, поставленной начальством. Поэтому я попытался найти аргументы, которые помогли бы мне его уговорить. В итоге, получив изрядную порцию негатива в адрес администрации да и мой лично, мне все же удалось его уговорить. Как это ни смешно, мы оба работали днем инженерами, а остальные музыканты днем нежились в своих квартирах, но только мы нашли возможность приехать в ресторан. 

На следующее утро мы уже были в ресторане и начали убирать аппаратуру. В это время в зал ресторана вошли два человека, один из них был начальником городского продторга, а второй заместителем министра торговли республики. Оба эти человека были хорошо известны работникам ресторана, и своим появлением они подчеркнули важность серьезной и качественной подготовки к проведению банкета.

Работники ресторана прониклись немалой толикой инстинктивного страха быть уличенными в некачественной подготовке или попросту говоря в халтуре. Все они с удвоенной энергией принялись гладить скатерти и ткани для декорации и драпировки столов, полировать посуду и т.д.

Оба высоких начальника ходили по залу как хозяева и старались выявить недостатки, сделать замечания, а так же дать ценные советы. Работники молча воспринимали это вмешательство и старались все сделать так, чтобы начальникам не было к чему придраться. 

Барабанщик с первой минуты своего появления в ресторане продолжил вчерашний негативный монолог в адрес администрации и в мой лично. Я уже не рад был, что попросил его помочь. Я несколько раз попытался урезонить его и даже предложил ему уехать, раз так ему все это было не по нутру, но он не унимался. Парень был наполовину туркмен и темпераментом он обладал неуемным. Уж если злился, то всерьез и успокоить его было никакой возможности.

Когда один их больших начальников что-то сказал лично ему, того как взорвало и он понес и этого конкретного начальника и всех, всех, всех. Главной его мыслью было то, что музыкальная аппаратура ресторана не соответствовала никаким требованиям. Его как с дуба сорвало и понесло.

Понимая, что это все равно не решит вопрос, я пытался успокоить его и увести разговор в решение текущего вопроса, но унять его я был не в силах. Признеся тираду о том, что он думает о начальстве и вообще о нашей жизни, он стал ждать реакции.

Начальник продторга, не привыкший к такому к себе отношению мелких работников ресторанов, а уж тем более каких-то дурацких музыкантов начал свой недобрый монолог. Его абсолютно не интересовала ни аппаратура ни сами музыканты. Он был молодым, но очень успешным карьеристом, занявшим весьма высокую должность в иерархии и привык к чинопочитанию и очень уважительному отношению как директоров, так и других работников всех ресторанов. Одного его слова было достаточно, чтобы на следующий день мы с треском были уволены.

Разглядев в барабанщике явно не местного жителя, он закончил тем, что предложил ему идти туда, где все хорошо…Это прозвучало так, как будто действительно можно было куда-то уйти, а точнее уехать, чтобы решить озвученную проблему. В этом его предложении сконцентрировалась и его личная обида на нелицеприятный разговор и безразличие к сути вопроса и национальная неприязнь. Не долго думая барабанщик повернулся и уехал из ресторана.

Я остался один и в меру возможностей продолжил убирать аппаратуру со сцены. Тут настал мой черед, когда я проходил мимо замминистра, тот попросил меня, что-то перенести, и я язвительно сказал ему, что министрам очень полезно иногда потаскать ящики.

Я ожидал негативной реакции и от второго начальника, занимавшего еще более высокое положение. Но его ответ просто в момент разоружил меня, он сказал, что не против поработать физически. 

Далее все работы мы выполнили вдвоем с очень высокопоставленным начальником, и у меня уже не было никакого желания язвить ему и неуместно шутить. Я был благодарен за его помощь. Человек более старшего поколения был настоящим эстонским мужиком, несмотря на его очень высокий статус в обществе, не боящимся никакой работы, да и щеки не надувал.

Те работники ресторана, кто слышал наши диалоги с высоким начальством посчитали, что очень скоро наш оркестр будет уволен. Но как это ни странно никаких оргвыводов не последовало, и мы продолжил работать, как ни в чем не бывало…

© Copyright: Юрий Урм, 2017

Регистрационный номер №0395081

от 2 сентября 2017

[Скрыть] Регистрационный номер 0395081 выдан для произведения: В один из дней начала восьмидесятых годов руководство ресторана предложило мне, руководителю оркестра приехать днем, чтобы убрать со сцены аппаратуру и помочь в подготовке зала к проведению ответственного правительственного банкета.

Я спросил у коллег, кто из них был бы согласен приехать завтра, но никто из них не выразил такового желания. Тогда я обратился к барабанщику, и он тоже не выбирая слов послал все начальство вместе взятое к черту и куда еще дальше. Я понимал, что мне одному будет тяжело справиться с задачей, поставленной начальством. Поэтому я попытался найти аргументы, которые помогли бы мне его уговорить. В итоге, получив изрядную порцию негатива в адрес администрации да и мой лично, мне все же удалось его уговорить. Как это ни смешно, мы оба работали днем инженерами, а остальные музыканты днем нежились в своих квартирах, но только мы нашли возможность приехать в ресторан. 

На следующее утро мы уже были в ресторане и начали убирать аппаратуру. В это время в зал ресторана вошли два человека, один из них был начальником городского продторга, а второй заместителем министра торговли республики. Оба эти человека были хорошо известны работникам ресторана, и своим появлением они подчеркнули важность серьезной и качественной подготовки к проведению банкета.

Работники ресторана прониклись немалой толикой инстинктивного страха быть уличенными в некачественной подготовке или попросту говоря в халтуре. Все они с удвоенной энергией принялись гладить скатерти и ткани для декорации и драпировки столов, полировать посуду и т.д.

Оба высоких начальника ходили по залу как хозяева и старались выявить недостатки, сделать замечания, а так же дать ценные советы. Работники молча воспринимали это вмешательство и старались все сделать так, чтобы начальникам не было к чему придраться. 

Барабанщик с первой минуты своего появления в ресторане продолжил вчерашний негативный монолог в адрес администрации и в мой лично. Я уже не рад был, что попросил его помочь. Я несколько раз попытался урезонить его и даже предложил ему уехать, раз так ему все это было не по нутру, но он не унимался. Парень был наполовину туркмен и темпераментом он обладал неуемным. Уж если злился, то всерьез и успокоить его было никакой возможности.

Когда один их больших начальников что-то сказал лично ему, того как взорвало и он понес и этого конкретного начальника и всех, всех, всех. Главной его мыслью было то, что музыкальная аппаратура ресторана не соответствовала никаким требованиям. Его как с дуба сорвало и понесло.

Понимая, что это все равно не решит вопрос, я пытался успокоить его и увести разговор в решение текущего вопроса, но унять его я был не в силах. Признеся тираду о том, что он думает о начальстве и вообще о нашей жизни, он стал ждать реакции.

Начальник продторга, не привыкший к такому к себе отношению мелких работников ресторанов, а уж тем более каких-то дурацких музыкантов начал свой недобрый монолог. Его абсолютно не интересовала ни аппаратура ни сами музыканты. Он был молодым, но очень успешным карьеристом, занявшим весьма высокую должность в иерархии и привык к чинопочитанию и очень уважительному отношению как директоров, так и других работников всех ресторанов. Одного его слова было достаточно, чтобы на следующий день мы с треском были уволены.

Разглядев в барабанщике явно не местного жителя, он закончил тем, что предложил ему идти туда, где все хорошо…Это прозвучало так, как будто действительно можно было куда-то уйти, а точнее уехать, чтобы решить озвученную проблему. В этом его предложении сконцентрировалась и его личная обида на нелицеприятный разговор и безразличие к сути вопроса и национальная неприязнь. Не долго думая барабанщик повернулся и уехал из ресторана.

Я остался один и в меру возможностей продолжил убирать аппаратуру со сцены. Тут настал мой черед, когда я проходил мимо замминистра, тот попросил меня, что-то перенести, и я язвительно сказал ему, что министрам очень полезно иногда потаскать ящики.

Я ожидал негативной реакции и от второго начальника, занимавшего еще более высокое положение. Но его ответ просто в момент разоружил меня, он сказал, что не против поработать физически. 

Далее все работы мы выполнили вдвоем с очень высокопоставленным начальником, и у меня уже не было никакого желания язвить ему и неуместно шутить. Я был благодарен за его помощь. Человек более старшего поколения был настоящим эстонским мужиком, несмотря на его очень высокий статус в обществе, не боящимся никакой работы, да и щеки не надувал.

Те работники ресторана, кто слышал наши диалоги с высоким начальством посчитали, что очень скоро наш оркестр будет уволен. Но как это ни странно никаких оргвыводов не последовало, и мы продолжил работать, как ни в чем не бывало…
Рейтинг: 0 62 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

 

Популярная проза за месяц
175
142
127
118
117
Кто она, Осень? 28 сентября 2017 (Тая Кузмина)
116
​ТАЙНА ОСЕНИ 29 сентября 2017 (Эльвира Ищенко)
106
101
101
100
99
98
97
95
93
93
92
91
88
85
84
84
82
81
81
77
73
61
52
50