ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Все могут короли.

 

Все могут короли.

Солнечный луч уже полчаса крался по белоснежной перине, медленно приближаясь к глазам спящего. Он преодолел складки постели дошел до могучей руки, покоящейся поверх одеяла , коснулся бронзовой шеи и, наконец нежно  погладил веко. Свет потревожил человека, и он повернул голову. Глаза открылись и юный могучий богатырь сел на кровати.
Осмотрелся и улыбнулся. Утро обещало быть добрым.
- Ян! – Крикнул мужчина.
Дверь тотчас же распахнулась так, словно зова ждали, и вошел юноша в сером камзоле.
- Я здесь Ваше величество! – Громко сказал он.
- Давай! Быстро умываться и завтрак! Я голоден как дикий вепрь! – Король соскочил с высокой постели и подошел к  окну.  Солнце ярко залило светом  мощеный двор королевского дворца. Летний ветерок осторожно поигрывал флюгером на северной башне.
- Отличное утро! – Обратился король к слуге.
- Отличное. – Эхом отозвался тот.
- Может с утра на коня и по окрестностям? – Король задорно метнул взгляд на Яна.
- Как Вашему величеству будет угодно. – Тихо ответил Ян.
- Почему ты такой скучный, Ян? – Король плеснул на лицо воды из серебряного таза и принял полотенце. – Ни поговорить с тобой, ни поругаться!
- Ваше величество желает говорить или ругаться? Я весь внимание. – Серьезно ответил слуга.
- А, ну тебя! Давай одеваться и завтракать!
****************************


Лишь вчера закончились девятидневные торжества по случаю коронации. 
Король Роман начал править страной сегодня, первый день.
Еще год назад  он и представить не мог, что окажется в королевском замке.
Двадцатидевятилетний Роман Бренович – старший наследник своего рода жил в городке Нум на севере страны. Отец его погиб в сражениях последней войны и мать сама управляла небольшим поместьем, воспитывая трех сыновей.
Не было секретом, что род Бреновичей  находится в родстве с королевской семьей.
Но, у короля Исаака было два сына, и вопрос о шансах на престол для Романа никогда всерьез не обсуждался .


Однако жизнь распорядилась иначе.
В прошлом году умер от оспы старший сын Короля Исаака  - Бела. А через полгода король погиб в битве с ляхами у городка Вязнец.   Младший королевич Лев сел на трон. Но, кажется, злой рок витал над семьей венценосцев и через два месяца Лев получил удар страшной силы на турнире посвященном  Дню его рождения.
Стоило ли королю самому драться на том  турнире - вопрос риторический.
Лев решил сделать себе подарок, и поплатился жизнью.
 
И тогда королевство оказалось перед угрозой междоусобной войны, потому что  королева Анна – вдова Исаака и мать Льва пользовалась поддержкой лишь части дворянства.


На заседании сейма Великий герцог Конрад Вазецкий обратился с пламенным призывом к дворянству чтить древний обычай престолонаследия по мужской линии.
 «Негоже нарушать заветы предков, даже в современном тринадцатом веке!» - Кричал он,  и указал на прямого представителя королевской  династии  - Романа Бреновича.
Его поддержали.
Так Роман стал королем.
****************************
 
За завтраком присутствовали только самые близкие.
Сверкал маслянистыми глазками пухленький  Герцог Конрад Вазецкий, улыбался и много говорил о нуждах государства.
Ему вторил канцлер Владислав Кормилич, человек ученый с магистерской степенью и строгим лицом, обрамленным седой бородой.
Воевода Рюрик Ростиславович поглядывал на обоих из-за густых бровей, помалкивал. Только изредка  кинжал ощупывал на поясе.
 
- Отведайте вот этого кабана, Ваше величество, - ласково говорил Герцог, - главный егерь прислал его на кухню сегодня ночью.
- Охотно. – Улыбался в ответ король.
- Нужно бы нам самим организовать добрую королевскую охоту! – Предложил воевода.
- Обязательно, с удовольствием поохочусь! Засиделись мы на праздниках, уже десятый день идет, как из-за столов не выходим!
- Это да… - вздохнул канцлер Владислав.
- Знаете господа! – Обратился к собравшимся король. – Я очень люблю конные прогулки! И упражнения с оружием. После подобного мне кажется, что я заново родился! Сердце бьется ровно, в руках и ногах сила и приятная усталость. Что может быть лучше?


- Вы совершенно правы, государь, - поддержал канцлер. – В молодости я тоже был большим поклонником всего этого. Да и сейчас… .
- Этот запах полевых трав… - мечтательно проговорил король.


- Да, я вам скажу – начал воевода Рюрик, вот запах поля у меня на всю жизнь в памяти остался, это поле под Барановичами. Там мы с мадьярами схлестнулись!  Тридцать лет назад  было… Как сейчас помню…
- Под Барановичами? – Живо заинтересовался король, это когда вы короля  Андраша пленили?
- Да, - заулыбался старый воин, - тогда. Вот поле там пахло сильно! Цветами! А я к смерти готовился – дурень молодой! Ха-ха!
- Воевода Рюрик всегда славным воином был! – Сказал Герцог Вязевский. – И честным!
- Да…Да.. – закивал Воевода.
- Я думаю, - снова вступил в разговор канцлер, - охоту мы предложим Вашему величеству в окрестностях замка Пеш. Так? – Вопросительно оглядел он сотрапезников.
- Да, да, - закивали воевода с герцогом, - там леса дикие, нетронутые! Волки под стенами замка шастают!
- И девки там, что волчицы! – Захохотал воевода, - молодым стоит порезвиться! – Подмигнул он королю.
- Решено! через неделю едем под Пеш? – Вопросительно глянул на короля Герцог.
- Да, решено…
- Решено! – Похватил воевода, и громко захохотал, чему-то страшно радуясь.
- Ваше величество, шепнул королю канцлер, - Могу я с вами поговорить с глазу на глаз.
- Конечно, задержитесь после завтрака…
 
 
 
 
Когда герцог с воеводой покинули обеденный зал, канцлер встал у окна и заговорил тихо.
- Государь, напоминаю Вам, что  осталась неделя до приезда  в столицу его святейшества Папы Римского Иннокентия.
- Я помню, помню… - Романа не очень интересовал приезд Папы. Он казался ему  скучной чередой  ритуалов, которые предстоит исполнять.
- Ваше величество. Герцог Вазецкий направил Папе письмо, содержание которого стало мне известно. Да он и не очень это скрывает. В разговорах со своими дворянами откровенно хвастает.
- Что за письмо? – Заинтересовался Роман.
- А письмо такое, – шагнул ближе канцлер, - там он жалуется понтифику на несправедливость, постигшую его во время торжеств коронации, которую допустили вы. – Канцлер поклонился  королю.
- Я? – Король изумился.
- Да, Вы.
- И что же это за несправедливость?
- Герцог считает, что дар, преподнесенный роду Вазецких королем во время торжеств, слишком скромен. – Канцлер помолчал, затем продолжил. – Он настолько мал, что весь удел на две десятины меньше того, что получил воевода!
А это уже почти оскорбление. Если учесть  заслуги перед короной  дома Вазецких.
 
- Как? Как такое возможно? – Король пожал плечами в недоумении. – Ему подарен лучший замок в Европе! А он считает десятины земли?!
Канцлер Владислав замер с непроницаемым лицом, ожидая пока король успокоится и примет новость.
- Но это же подло! – Обратился к нему король, - Он что, не мог ко мне придти?! Да я бы компенсировал ему эти десятины с лихвой!
Почему сразу к Папе…?!
Почему он так поступает?! – Лицо короля исказила гримаса отвращения. – Объясните, Владислав!
 
- Думаю, Герцог не считает Вас достойным…
Он не считает, что должен о чем-то просить Ваше величество. Вы сами должны дать ему то, что заслужил род Вазецких.
А коли не даете, то он научит Вас «уму – разуму».
- Что?! – Король в гневе вскочил на ноги.
- Так говорит Герцог своим дворянам. – Отступил на шаг канцлер.
- Свинство какое! – Прошипел король, сжимая кулаки. – Под арест его! И… повесить, как простолюдина…!
Канцлер молчал.
Король пробежал несколько шагов вдоль зала, остановился, повел бешенным взглядом вокруг и резко выдохнул.
- Почему нет?!


- Потому что Папа – родственник Вазецкого и он будет здесь через неделю.  – Ответил канцлер. - Хороша же будет наша встреча его святейшества с виселицей у ворот.
- Да и черт с ним! Что нам сделает Папа?! – Заскрежетал зубами король.
- Успокойтесь ваше величество! – Резко сказал канцлер. – Что если Папа не поддержит нас в переговорах с мадьярами по поводу пограничных территорий, и мы упустим огромную выгоду?
К тому же за повешенного родственника он и от церкви отлучить может!
А это пострашнее  мадьяр будет.
 
- И что? Что мне это отлучение?!
- Государь! Это настроит против вас весь народ.
 Только подумайте, страна отлучена от церкви: хоронить священники откажутся, значит все умершие без отпевания - прямой дорогой в ад! И погребений не будет!
Свадьбы играть тоже нельзя! И, вообще, все богослужения прекратятся.
Долго ли будет терпеть это народ?!
Ни сеять, ни собирать урожай без благословения они не станут!
Страшные беды несет с собой отлучение!


- Так что же делать?!
Канцлер пожал плечами. - Терпеть. Папа будет Вас ругать, а Вы соглашайтесь, признавайте свои ошибки и обещайте исправить.
- Вы хоть представляете, каким петухом тут будет расхаживать в эти дни Вазецкий?! Это же унижение короля!
- С Вазецким посчитаетесь при случае – позже. Сейчас нужно делать все, чтобы скандал замялся.
- И ведь ни словом, ни взглядом не дает знать – подлый предатель. Улыбается! Доброго утра желает! – Король ударил кулаком в ладонь. – Меч мне! И Мирослава сюда! Хочу драки!...
 
… - Вы звали меня, Ваше Величество? – Старый друг Романа стоял в дверях, склонив голову. Мирослав жил в семье Романа, они вместе учились верховой езде и держать меч. Вместе проказничали в Нуме. Ели с одной чашки и часто спали рядом.
- Здравствуй, Мирослав! – Король встал и сделал несколько шагов навстречу другу. – Возьми оружие, хочу поупражняться.
- Как Вам угодно. – Отозвался Мирослав и вышел из зала.
 
Король удивленно посмотрел ему вслед. Он что, так теперь всегда со мной разговаривать будет? «Как Вам угодно!» - Передразнил он друга и улыбнулся.
Мирослав вернулся скоро, держа в руках два турнирных меча. Один он с поклоном подал королю.
- Брось эти формальности! Защищайся! – Роман сделал выпад. Противник легко ушел в сторону и ударил в ответ. Завязалась короткая и веселая схватка. Спустя несколько минут изрядно выдохшиеся соперники остановили поединок.


- Все! – Выдохнул король, и Мирослав бросился на пол, растирая сильно ушибленную в поединке  ногу. Роман присел рядом.
- Представляешь, сука какая этот  Герцог!  - Оживленно начал рассказывать Роман. – Жалобу накатал на меня самому Папе! Земли ему на две десятины меньше, видите ли… - Король приостановился на полуслове, удивленно разглядывая друга. – Что с тобой? – Спросил он.
Роман перестал растирать ногу. Поднялся и застыл с покорно склоненной головой.
- Жду приказаний, мой король. – Ответил Воин.
- Да брось! Мне тут и поговорить не с кем! – Роман заулыбался и потрепал друга по плечу. Тот не шелохнулся.
- Мирослав, ты что? – Снова спросил король.
- Жду приказаний. – Ответил  воин.
- Ты серьезно? – Король  почувствовал, как гнев подкатывает к  горлу.
- Да, мой король!
- Брось, сказал! Давай поговорим.
Воин молчал.
- Так я и говорю, сука какая… - попытался продолжить беседу король, но каменное лицо друга вновь охладило его пыл.
- Не прекратишь выпендриваться? – Спросил он.
- Нет. – Воин ниже нагнул голову.
- Ну и дурень! – Король с досадой отвернулся. – Ступай!
Мирослав ушел.
 
Что за чертовщина вокруг? Если даже Мирослав не разговаривает, то, как жить тогда, Боже?!
Только и слышно: «Как пожелаете, государь! Как прикажете! Как угодно!» И ни слова своего. Все как государь скажет!
 А коли ему совет нужен?
Или помощь?
 
Из ниши тихо и неслышно вышел воевода. Подошел к королю близко.
- Послушай меня, старика, государь. – Воевода Рюрик заговорил жарко, почти в самое ухо. – Канцлер Владислав не так уж и бескорыстен в служении короне твоей. – Старик перешел на шепот. - По его приказу с каждого воинского похода для него собирают десятину  дьяки, коих он к войску приписывает для штабной, якобы службы.
- А ты куда смотришь? – Король уперся взглядом в непроходимую чащу бровей, за которыми прятались глаза воеводы.
- А я штош, - смущенно забормотал тот, - меня-то с его подписью только и ставят войском командовать. Вот и молчу, ради государства.
- А сам тож богатеешь с походов-то?
- А как же!
Но, то дело воинское. Добыча святое дело. А он - хто таков? Крапивье семя!
- От меня чего хочешь?
- Ничего, государь! Едино, чтоб ты знал всю правду!
- Хорошо. Ступай.
 
Вот и еще одна правда, сколько ее будет впереди. А день так хорошо начинался! Эх! На коня бы и в поле….
 
- Ты с воеводой говорил? – В дверях мать короля.
- Да. Мама, а что ты спрашиваешь?
- Не верю я ему.
- Почему?
- Говорят, он с ляхами сильно дружен. Странно это, не так давно война кончилась, а он тут же дочку за князя их выдал…
- Выдал, да … я слышал…
- Держи ухо востро с ним!
- Хорошо… .
- И, еще… Ходят слухи, что именно воевода Рюрик приложил руку к смерти короля Льва.
- Да ну! Как это?
- А так! Подкупленный им оруженосец, говорят, слишком слабо завязал лямки подшлемника. Голова королевская болталась в огромном турнирном шлеме и, когда по нему вдарило копье соперника, чело королевское  разбилось о собственный шлем как яйцо! Может такое быть?
- Может… А может – врут?
- Может и врут, но будь осторожен…
 
*****************************
 
Королевский Совет собрался в Малом зале.
Сегодня Роман пригласил только самых близких.
Все уже были в сборе, когда гвардеец на часах лязгнул оружием, отдавая честь, и король твердым шагом  вошел в зал.
Он прошел  во главу стола и сел, окидывая пытливым взглядом собравшихся.
Семь пар глаз встретили  короля.
 
 Герцог Конрад Вазецкий оказался по правую руку от государя. По левую - мать Романа  Соломея Бринович. За ней заняли места два младших брата Романа: Коломан и Дмитр .
За Герцогом восседал Воевода Рюрик Ростиславович и замыкал правый ряд Канцлер Владислав Кормилич. У окна остался стоять кардинал Демпский Болеслав.
 
Собрание с трудом скрывало  любопытство.
Никто не знал, зачем их собрал король. Роман начал сразу, не откладывая дел в долгий ящик.
- Вчера, - сказал он – я обсудил с господином кардиналом, - король кивнул на кардинала Демпского, стоящего у окна, - важное дело.
Думаю, разговор наш имел самое огромное государственное значение, и я решил незамедлительно собрать Вас для того, чтобы поделиться нашими  мыслями по поводу развития государства.
Лица присутствующих посветлели и преисполнились гордости.
 
- Разговор мы вели об открытии в столице университета по образцу тех, кои уже существую в некоторых странах на западе.
Заведение это  полезно не только тем, что будет готовить грамотных служителей Господа, но и тем, что многие науки получат, мы надеемся, в его стенах развитие.
Дело это крайне важное для всего государства. Потому что уже через несколько лет в стране появятся грамотные управляющие, которые будут способствовать росту богатства страны. И войско получит грамотных людей, которые много пользы ему принесут.
 
Присутствующие заулыбались. Герцог Вазецкий даже хлопнул в ладоши три раза и сказал: «Добре! Добре!»
 
Но мы не только хотели с вами поделиться добрыми вестями, но и попросить у вас помощи.
Эти слова мгновенно изменили обстановку в зале.
Из благодушной она стала вдруг напряженной.
Король кожей почувствовал холодок, что прошел по лицам.
 
- Мы с кардиналом  просчитали необходимые траты, сверились с казначеем  и пришли к выводу, что в целом казна  почти полностью покроет расходы. Но не хватает  пятидесяти тысяч золотых.
Деньги не великие.
Поэтому я решил, что возможно вы согласитесь помочь…
 
Недовольный ропот пробежал среди собравшихся.
- Как? Дать денег? – Переспросил Герцог Вазецкий.
- Да. Каждому меньше чем по десять тысяч.
Я посчитал, что в ходе коронационных торжеств каждый из вас получил даров на сумму по сотне тысяч. И вам не составит труда вложить  по десять в дело государственной важности.


- Нету! – Отрезал герцог.
- Я посчитал, что дело того стоит. – Не обратил внимания на реплику герцога король, - Действительно  грамотные люди через несколько десятилетий смогут изменить страну к лучшему. И кто как не вы, государственные люди, мои родные и друзья, сможете это понять и помочь мне?!
Мне, и государству, от которого все мы и живем!
И, в конце концов, деньги вернутся вам сторицей, но, возможно, не скоро.
Будет богатеть государство, а с ним и  вы – плоть от плоти его!


Да, и при случае я постарался бы компенсировать ваши вложения.
Что скажете?
 
Роман поочередно стал вглядываться в лица.
Вазецкий смотрел прямо и дерзко в глаза короля. Мать прятала мысли за  искусственной улыбкой. Братья опустили глаза в стол. Воевода Рюрик качал головой и что-то шептал себе в усы. А канцлер Кормилич почему-то покраснел и глядел в потолок.
 
- Почему это мы должны платить за его идею?! – Ткнул пальцем в кардинала Герцог Вазецкий. – Пусть он и платит! А у меня денег нет! Или с народа берите!
Пусть народ несет бремя развития страны! – Эта мысль ему понравилась, и он решил ее развить. -  И через несколько лет оно само для них все окупится! Верно?! – Герцог обвел взглядом окружающих.
Канцлер согласно замотал головой.
 
- А ты, государь со своего, не казенного владения, чего не заплатишь? Оно тебе и вернется потом. – Вкрадчиво и зло  высказался вдруг герцог.
- Что? – Опешил от наглости король, - Да. Само собой! И я вложу!
Это с моими вложенными нужно еще пятьдесят тысяч.
- С Вашими! – Многозначительно закивал Герцог. – Ну-ну.
 
- Воевода, ты что скажешь? – Обратился король к старику.
- Долги проклятые! – Закачал головой  тот. – У старого воина только долги и есть, государь. Отдал вот и все – нету денег.
Ну… только если король прикажет… – А взгляд его блуждал по комнате не находя опоры.
 
- Мама! – С надеждой обратился к матери сын. – Ты как?
- А может и вправду, сынок, налогом новым обойдемся. Там, ты и сам говоришь, деньги не великие? А?
Да и свои все я вложила уже в ремонт  вотчины нашей. Помнишь же, как там все разрухе подвержено.
Братья так и сидят, потупив взоры.
К ним король обращаться не стал.


Он медленно поднялся и подвел итог: «Что ж, быть по сему». 
Не говоря более ничего, задумчиво направился к выходу.
В полутемном зале  фигура его выглядела жалкой и сиротливой.
Дойдя до двери, Роман остановился и обернулся, словно что-то забыл. Он ткнул пальцем в соратников и сказал: «Я понял!  Власть это одиночество!»
Король  вышел из зала.
 
**************************
 
Солнечный луч уже полчаса крался по белоснежной перине, медленно приближаясь к глазам спящего. Он преодолел складки постели дошел до могучей руки, покоящейся поверх одеяла , коснулся бронзовой шеи и, наконец нежно  погладил веко. Свет потревожил человека, и он открыл глаза.
Тотчас же распахнулась дверь, и внесли умываться и одежду.
Король поднялся с постели и подошел к  окну. 
Двор  замка пересекал мужчина в серой шляпе с пером. Его шаги гулко отзывались от стен замка, пустота двора сглатывала их как голодная собака. Флюгер на северной башне замер.
- Сегодня я завтракаю один! – Обратился король к слуге.
- Будет исполнено. – Эхом отозвался тот.
- А сейчас, секретаря с пером и бумагой сюда. – Король метнул взгляд на Яна.
- Как Вашему величеству будет угодно. – Тихо ответил Ян и вышел.
Через минуту явился секретарь. Он разложил бумагу на столе и приготовился писать.
Король, уже одет, бодр и свеж.  На лице его блуждает холодная улыбка.
- Ваше святейшество! – начал он диктовать письмо.
Послание носило нейтральный характер. И, в основном, речь в нем шла о том, как король готовиться к приезду Папы, и что еще планирует сделать к его прибытию. Но ровно в середине текста, там, где речь шла о новых назначениях, король спешил сообщить, что Герцог Вазевский, который так много сделал для короны, и безусловно ни какие награды не способны его заслуги оценить, пожалован самым почетным назначением, и отправляется послом его королевского величества в Испанию.
Герцог избран на это место лишь потому, что на нем лежит самая почетнейшая обязанность! Ему предстоит сватать испанскую инфанту за короля!
И никому более король доверить такое важное поручение не может.
Его Величество просит у Папы благословения на брак…
 
Закончив письмо. Роман с удовлетворением поставил размашистую подпись и вздохнул с притворным сожалением: «Как жаль расставаться с лучшим другом короны».
Затем  король продиктовал указ о назначении посла в Испанию с требованием отбыть  незамедлительно.
 
После завтрака король присутствовал на утреннем приеме. Он улыбался.
Но улыбка его заставляла поеживаться от странного озноба тех,  на кого падал взор монарха!
 

© Copyright: Александр Александров, 2015

Регистрационный номер №0275251

от 4 марта 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0275251 выдан для произведения: Солнечный луч уже полчаса крался по белоснежной перине, медленно приближаясь к глазам спящего. Он преодолел складки постели дошел до могучей руки, покоящейся поверх одеяла , коснулся бронзовой шеи и, наконец нежно  погладил веко. Свет потревожил человека, и он повернул голову. Глаза открылись и юный могучий богатырь сел на кровати.
Осмотрелся и улыбнулся. Утро обещало быть добрым.
- Ян! – Крикнул мужчина.
Дверь тотчас же распахнулась так, словно зова ждали, и вошел юноша в сером камзоле.
- Я здесь Ваше величество! – Громко сказал он.
- Давай! Быстро умываться и завтрак! Я голоден как дикий вепрь! – Король соскочил с высокой постели и подошел к  окну.  Солнце ярко залило светом  мощеный двор королевского дворца. Летний ветерок осторожно поигрывал флюгером на северной башне.
- Отличное утро! – Обратился король к слуге.
- Отличное. – Эхом отозвался тот.
- Может с утра на коня и по окрестностям? – Король задорно метнул взгляд на Яна.
- Как Вашему величеству будет угодно. – Тихо ответил Ян.
- Почему ты такой скучный, Ян? – Король плеснул на лицо воды из серебряного таза и принял полотенце. – Ни поговорить с тобой, ни поругаться!
- Ваше величество желает говорить или ругаться? Я весь внимание. – Серьезно ответил слуга.
- А, ну тебя! Давай одеваться и завтракать!
****************************


Лишь вчера закончились девятидневные торжества по случаю коронации. 
Король Роман начал править страной сегодня, первый день.
Еще год назад  он и представить не мог, что окажется в королевском замке.
Двадцатидевятилетний Роман Бренович – старший наследник своего рода жил в городке Нум на севере страны. Отец его погиб в сражениях последней войны и мать сама управляла небольшим поместьем, воспитывая трех сыновей.
Не было секретом, что род Бреновичей  находится в родстве с королевской семьей.
Но, у короля Исаака было два сына, и вопрос о шансах на престол для Романа никогда всерьез не обсуждался .


Однако жизнь распорядилась иначе.
В прошлом году умер от оспы старший сын Короля Исаака  - Бела. А через полгода король погиб в битве с ляхами у городка Вязнец.   Младший королевич Лев сел на трон. Но, кажется, злой рок витал над семьей венценосцев и через два месяца Лев получил удар страшной силы на турнире посвященном  Дню его рождения.
Стоило ли королю самому драться на том  турнире - вопрос риторический.
Лев решил сделать себе подарок, и поплатился жизнью.
 
И тогда королевство оказалось перед угрозой междоусобной войны, потому что  королева Анна – вдова Исаака и мать Льва пользовалась поддержкой лишь части дворянства.


На заседании сейма Великий герцог Конрад Вазецкий обратился с пламенным призывом к дворянству чтить древний обычай престолонаследия по мужской линии.
 «Негоже нарушать заветы предков, даже в современном тринадцатом веке!» - Кричал он,  и указал на прямого представителя королевской  династии  - Романа Бреновича.
Его поддержали.
Так Роман стал королем.
****************************
 
За завтраком присутствовали только самые близкие.
Сверкал маслянистыми глазками пухленький  Герцог Конрад Вазецкий, улыбался и много говорил о нуждах государства.
Ему вторил канцлер Владислав Кормилич, человек ученый с магистерской степенью и строгим лицом, обрамленным седой бородой.
Воевода Рюрик Ростиславович поглядывал на обоих из-за густых бровей, помалкивал. Только изредка  кинжал ощупывал на поясе.
 
- Отведайте вот этого кабана, Ваше величество, - ласково говорил Герцог, - главный егерь прислал его на кухню сегодня ночью.
- Охотно. – Улыбался в ответ король.
- Нужно бы нам самим организовать добрую королевскую охоту! – Предложил воевода.
- Обязательно, с удовольствием поохочусь! Засиделись мы на праздниках, уже десятый день идет, как из-за столов не выходим!
- Это да… - вздохнул канцлер Владислав.
- Знаете господа! – Обратился к собравшимся король. – Я очень люблю конные прогулки! И упражнения с оружием. После подобного мне кажется, что я заново родился! Сердце бьется ровно, в руках и ногах сила и приятная усталость. Что может быть лучше?


- Вы совершенно правы, государь, - поддержал канцлер. – В молодости я тоже был большим поклонником всего этого. Да и сейчас… .
- Этот запах полевых трав… - мечтательно проговорил король.


- Да, я вам скажу – начал воевода Рюрик, вот запах поля у меня на всю жизнь в памяти остался, это поле под Барановичами. Там мы с мадьярами схлестнулись!  Тридцать лет назад  было… Как сейчас помню…
- Под Барановичами? – Живо заинтересовался король, это когда вы короля  Андраша пленили?
- Да, - заулыбался старый воин, - тогда. Вот поле там пахло сильно! Цветами! А я к смерти готовился – дурень молодой! Ха-ха!
- Воевода Рюрик всегда славным воином был! – Сказал Герцог Вязевский. – И честным!
- Да…Да.. – закивал Воевода.
- Я думаю, - снова вступил в разговор канцлер, - охоту мы предложим Вашему величеству в окрестностях замка Пеш. Так? – Вопросительно оглядел он сотрапезников.
- Да, да, - закивали воевода с герцогом, - там леса дикие, нетронутые! Волки под стенами замка шастают!
- И девки там, что волчицы! – Захохотал воевода, - молодым стоит порезвиться! – Подмигнул он королю.
- Решено! через неделю едем под Пеш? – Вопросительно глянул на короля Герцог.
- Да, решено…
- Решено! – Похватил воевода, и громко захохотал, чему-то страшно радуясь.
- Ваше величество, шепнул королю канцлер, - Могу я с вами поговорить с глазу на глаз.
- Конечно, задержитесь после завтрака…
 
 
 
 
Когда герцог с воеводой покинули обеденный зал, канцлер встал у окна и заговорил тихо.
- Государь, напоминаю Вам, что  осталась неделя до приезда  в столицу его святейшества Папы Римского Иннокентия.
- Я помню, помню… - Романа не очень интересовал приезд Папы. Он казался ему  скучной чередой  ритуалов, которые предстоит исполнять.
- Ваше величество. Герцог Вазецкий направил Папе письмо, содержание которого стало мне известно. Да он и не очень это скрывает. В разговорах со своими дворянами откровенно хвастает.
- Что за письмо? – Заинтересовался Роман.
- А письмо такое, – шагнул ближе канцлер, - там он жалуется понтифику на несправедливость, постигшую его во время торжеств коронации, которую допустили вы. – Канцлер поклонился  королю.
- Я? – Король изумился.
- Да, Вы.
- И что же это за несправедливость?
- Герцог считает, что дар, преподнесенный роду Вазецких королем во время торжеств, слишком скромен. – Канцлер помолчал, затем продолжил. – Он настолько мал, что весь удел на две десятины меньше того, что получил воевода!
А это уже почти оскорбление. Если учесть  заслуги перед короной  дома Вазецких.
 
- Как? Как такое возможно? – Король пожал плечами в недоумении. – Ему подарен лучший замок в Европе! А он считает десятины земли?!
Канцлер Владислав замер с непроницаемым лицом, ожидая пока король успокоится и примет новость.
- Но это же подло! – Обратился к нему король, - Он что, не мог ко мне придти?! Да я бы компенсировал ему эти десятины с лихвой!
Почему сразу к Папе…?!
Почему он так поступает?! – Лицо короля исказила гримаса отвращения. – Объясните, Владислав!
 
- Думаю, Герцог не считает Вас достойным…
Он не считает, что должен о чем-то просить Ваше величество. Вы сами должны дать ему то, что заслужил род Вазецких.
А коли не даете, то он научит Вас «уму – разуму».
- Что?! – Король в гневе вскочил на ноги.
- Так говорит Герцог своим дворянам. – Отступил на шаг канцлер.
- Свинство какое! – Прошипел король, сжимая кулаки. – Под арест его! И… повесить, как простолюдина…!
Канцлер молчал.
Король пробежал несколько шагов вдоль зала, остановился, повел бешенным взглядом вокруг и резко выдохнул.
- Почему нет?!


- Потому что Папа – родственник Вазецкого и он будет здесь через неделю.  – Ответил канцлер. - Хороша же будет наша встреча его святейшества с виселицей у ворот.
- Да и черт с ним! Что нам сделает Папа?! – Заскрежетал зубами король.
- Успокойтесь ваше величество! – Резко сказал канцлер. – Что если Папа не поддержит нас в переговорах с мадьярами по поводу пограничных территорий, и мы упустим огромную выгоду?
К тому же за повешенного родственника он и от церкви отлучить может!
А это пострашнее  мадьяр будет.
 
- И что? Что мне это отлучение?!
- Государь! Это настроит против вас весь народ.
 Только подумайте, страна отлучена от церкви: хоронить священники откажутся, значит все умершие без отпевания - прямой дорогой в ад! И погребений не будет!
Свадьбы играть тоже нельзя! И, вообще, все богослужения прекратятся.
Долго ли будет терпеть это народ?!
Ни сеять, ни собирать урожай без благословения они не станут!
Страшные беды несет с собой отлучение!


- Так что же делать?!
Канцлер пожал плечами. - Терпеть. Папа будет Вас ругать, а Вы соглашайтесь, признавайте свои ошибки и обещайте исправить.
- Вы хоть представляете, каким петухом тут будет расхаживать в эти дни Вазецкий?! Это же унижение короля!
- С Вазецким посчитаетесь при случае – позже. Сейчас нужно делать все, чтобы скандал замялся.
- И ведь ни словом, ни взглядом не дает знать – подлый предатель. Улыбается! Доброго утра желает! – Король ударил кулаком в ладонь. – Меч мне! И Мирослава сюда! Хочу драки!...
 
… - Вы звали меня, Ваше Величество? – Старый друг Романа стоял в дверях, склонив голову. Мирослав жил в семье Романа, они вместе учились верховой езде и держать меч. Вместе проказничали в Нуме. Ели с одной чашки и часто спали рядом.
- Здравствуй, Мирослав! – Король встал и сделал несколько шагов навстречу другу. – Возьми оружие, хочу поупражняться.
- Как Вам угодно. – Отозвался Мирослав и вышел из зала.
 
Король удивленно посмотрел ему вслед. Он что, так теперь всегда со мной разговаривать будет? «Как Вам угодно!» - Передразнил он друга и улыбнулся.
Мирослав вернулся скоро, держа в руках два турнирных меча. Один он с поклоном подал королю.
- Брось эти формальности! Защищайся! – Роман сделал выпад. Противник легко ушел в сторону и ударил в ответ. Завязалась короткая и веселая схватка. Спустя несколько минут изрядно выдохшиеся соперники остановили поединок.


- Все! – Выдохнул король, и Мирослав бросился на пол, растирая сильно ушибленную в поединке  ногу. Роман присел рядом.
- Представляешь, сука какая этот  Герцог!  - Оживленно начал рассказывать Роман. – Жалобу накатал на меня самому Папе! Земли ему на две десятины меньше, видите ли… - Король приостановился на полуслове, удивленно разглядывая друга. – Что с тобой? – Спросил он.
Роман перестал растирать ногу. Поднялся и застыл с покорно склоненной головой.
- Жду приказаний, мой король. – Ответил Воин.
- Да брось! Мне тут и поговорить не с кем! – Роман заулыбался и потрепал друга по плечу. Тот не шелохнулся.
- Мирослав, ты что? – Снова спросил король.
- Жду приказаний. – Ответил  воин.
- Ты серьезно? – Король  почувствовал, как гнев подкатывает к  горлу.
- Да, мой король!
- Брось, сказал! Давай поговорим.
Воин молчал.
- Так я и говорю, сука какая… - попытался продолжить беседу король, но каменное лицо друга вновь охладило его пыл.
- Не прекратишь выпендриваться? – Спросил он.
- Нет. – Воин ниже нагнул голову.
- Ну и дурень! – Король с досадой отвернулся. – Ступай!
Мирослав ушел.
 
Что за чертовщина вокруг? Если даже Мирослав не разговаривает, то, как жить тогда, Боже?!
Только и слышно: «Как пожелаете, государь! Как прикажете! Как угодно!» И ни слова своего. Все как государь скажет!
 А коли ему совет нужен?
Или помощь?
 
Из ниши тихо и неслышно вышел воевода. Подошел к королю близко.
- Послушай меня, старика, государь. – Воевода Рюрик заговорил жарко, почти в самое ухо. – Канцлер Владислав не так уж и бескорыстен в служении короне твоей. – Старик перешел на шепот. - По его приказу с каждого воинского похода для него собирают десятину  дьяки, коих он к войску приписывает для штабной, якобы службы.
- А ты куда смотришь? – Король уперся взглядом в непроходимую чащу бровей, за которыми прятались глаза воеводы.
- А я штош, - смущенно забормотал тот, - меня-то с его подписью только и ставят войском командовать. Вот и молчу, ради государства.
- А сам тож богатеешь с походов-то?
- А как же!
Но, то дело воинское. Добыча святое дело. А он - хто таков? Крапивье семя!
- От меня чего хочешь?
- Ничего, государь! Едино, чтоб ты знал всю правду!
- Хорошо. Ступай.
 
Вот и еще одна правда, сколько ее будет впереди. А день так хорошо начинался! Эх! На коня бы и в поле….
 
- Ты с воеводой говорил? – В дверях мать короля.
- Да. Мама, а что ты спрашиваешь?
- Не верю я ему.
- Почему?
- Говорят, он с ляхами сильно дружен. Странно это, не так давно война кончилась, а он тут же дочку за князя их выдал…
- Выдал, да … я слышал…
- Держи ухо востро с ним!
- Хорошо… .
- И, еще… Ходят слухи, что именно воевода Рюрик приложил руку к смерти короля Льва.
- Да ну! Как это?
- А так! Подкупленный им оруженосец, говорят, слишком слабо завязал лямки подшлемника. Голова королевская болталась в огромном турнирном шлеме и, когда по нему вдарило копье соперника, чело королевское  разбилось о собственный шлем как яйцо! Может такое быть?
- Может… А может – врут?
- Может и врут, но будь осторожен…
 
*****************************
 
Королевский Совет собрался в Малом зале.
Сегодня Роман пригласил только самых близких.
Все уже были в сборе, когда гвардеец на часах лязгнул оружием, отдавая честь, и король твердым шагом  вошел в зал.
Он прошел  во главу стола и сел, окидывая пытливым взглядом собравшихся.
Семь пар глаз встретили  короля.
 
 Герцог Конрад Вазецкий оказался по правую руку от государя. По левую - мать Романа  Соломея Бринович. За ней заняли места два младших брата Романа: Коломан и Дмитр .
За Герцогом восседал Воевода Рюрик Ростиславович и замыкал правый ряд Канцлер Владислав Кормилич. У окна остался стоять кардинал Демпский Болеслав.
 
Собрание с трудом скрывало  любопытство.
Никто не знал, зачем их собрал король. Роман начал сразу, не откладывая дел в долгий ящик.
- Вчера, - сказал он – я обсудил с господином кардиналом, - король кивнул на кардинала Демпского, стоящего у окна, - важное дело.
Думаю, разговор наш имел самое огромное государственное значение, и я решил незамедлительно собрать Вас для того, чтобы поделиться нашими  мыслями по поводу развития государства.
Лица присутствующих посветлели и преисполнились гордости.
 
- Разговор мы вели об открытии в столице университета по образцу тех, кои уже существую в некоторых странах на западе.
Заведение это  полезно не только тем, что будет готовить грамотных служителей Господа, но и тем, что многие науки получат, мы надеемся, в его стенах развитие.
Дело это крайне важное для всего государства. Потому что уже через несколько лет в стране появятся грамотные управляющие, которые будут способствовать росту богатства страны. И войско получит грамотных людей, которые много пользы ему принесут.
 
Присутствующие заулыбались. Герцог Вазецкий даже хлопнул в ладоши три раза и сказал: «Добре! Добре!»
 
Но мы не только хотели с вами поделиться добрыми вестями, но и попросить у вас помощи.
Эти слова мгновенно изменили обстановку в зале.
Из благодушной она стала вдруг напряженной.
Король кожей почувствовал холодок, что прошел по лицам.
 
- Мы с кардиналом  просчитали необходимые траты, сверились с казначеем  и пришли к выводу, что в целом казна  почти полностью покроет расходы. Но не хватает  пятидесяти тысяч золотых.
Деньги не великие.
Поэтому я решил, что возможно вы согласитесь помочь…
 
Недовольный ропот пробежал среди собравшихся.
- Как? Дать денег? – Переспросил Герцог Вазецкий.
- Да. Каждому меньше чем по десять тысяч.
Я посчитал, что в ходе коронационных торжеств каждый из вас получил даров на сумму по сотне тысяч. И вам не составит труда вложить  по десять в дело государственной важности.


- Нету! – Отрезал герцог.
- Я посчитал, что дело того стоит. – Не обратил внимания на реплику герцога король, - Действительно  грамотные люди через несколько десятилетий смогут изменить страну к лучшему. И кто как не вы, государственные люди, мои родные и друзья, сможете это понять и помочь мне?!
Мне, и государству, от которого все мы и живем!
И, в конце концов, деньги вернутся вам сторицей, но, возможно, не скоро.
Будет богатеть государство, а с ним и  вы – плоть от плоти его!


Да, и при случае я постарался бы компенсировать ваши вложения.
Что скажете?
 
Роман поочередно стал вглядываться в лица.
Вазецкий смотрел прямо и дерзко в глаза короля. Мать прятала мысли за  искусственной улыбкой. Братья опустили глаза в стол. Воевода Рюрик качал головой и что-то шептал себе в усы. А канцлер Кормилич почему-то покраснел и глядел в потолок.
 
- Почему это мы должны платить за его идею?! – Ткнул пальцем в кардинала Герцог Вазецкий. – Пусть он и платит! А у меня денег нет! Или с народа берите!
Пусть народ несет бремя развития страны! – Эта мысль ему понравилась, и он решил ее развить. -  И через несколько лет оно само для них все окупится! Верно?! – Герцог обвел взглядом окружающих.
Канцлер согласно замотал головой.
 
- А ты, государь со своего, не казенного владения, чего не заплатишь? Оно тебе и вернется потом. – Вкрадчиво и зло  высказался вдруг герцог.
- Что? – Опешил от наглости король, - Да. Само собой! И я вложу!
Это с моими вложенными нужно еще пятьдесят тысяч.
- С Вашими! – Многозначительно закивал Герцог. – Ну-ну.
 
- Воевода, ты что скажешь? – Обратился король к старику.
- Долги проклятые! – Закачал головой  тот. – У старого воина только долги и есть, государь. Отдал вот и все – нету денег.
Ну… только если король прикажет… – А взгляд его блуждал по комнате не находя опоры.
 
- Мама! – С надеждой обратился к матери сын. – Ты как?
- А может и вправду, сынок, налогом новым обойдемся. Там, ты и сам говоришь, деньги не великие? А?
Да и свои все я вложила уже в ремонт  вотчины нашей. Помнишь же, как там все разрухе подвержено.
Братья так и сидят, потупив взоры.
К ним король обращаться не стал.


Он медленно поднялся и подвел итог: «Что ж, быть по сему». 
Не говоря более ничего, задумчиво направился к выходу.
В полутемном зале  фигура его выглядела жалкой и сиротливой.
Дойдя до двери, Роман остановился и обернулся, словно что-то забыл. Он ткнул пальцем в соратников и сказал: «Я понял!  Власть это одиночество!»
Король  вышел из зала.
 
**************************
 
Следующим утром последовала череда очень жестких королевских указов.
А сам монарх осуществлял  утренний прием свежим, сильным и с абсолютно холодным лицом.
Он улыбался всем.
Но улыбка его заставляла поеживаться от странного озноба тех,  на кого падал взор короля!
 
Рейтинг: +1 152 просмотра
Комментарии (1)
Ивушка # 30 мая 2016 в 20:06 0
с Днём рождения ,Александр