ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Восемь негритят

Восемь негритят

4 апреля 2014 - Вадим Ионов

Поездка эта сложилась как-то сама собой, без особых раздумий. Москвой уже вовсю завладел май, и вот, как-то в один из уже тёплых вечеров мне позвонил мой Друг – Лёшка,

- А не сгонять ли нам в Хибины?!

 

В мае, в Приэльбрусье снега уже мало, а на Кольском, в горах – катай не хочу!

Я был совсем не против, а очень даже за! Команда страдающих «лыжной лихорадкой» собралась быстро, и через пару дней мы уже ехали из Мурманска в Кировск. Ехали, без заказа гостиницы (в советские времена на это требовалось время), на частный сектор, на авось. Ну, в конце концов, всё всегда как-то решается. Оно и решилось, быстро и без проблем.

Мы дошли до дома, что стоял ближе всех к выкату, и позвонили в первую же попавшуюся дверь. Открывшая нам женщина направила нас в соседний подъезд, сказав, что в той квартире нам может быть будет не слишком удобно, однако на неделю поселят всех пятерых.

 

Так мы и сделали. Квартира была трёхкомнатной, с вполне приличной мебелью. Сговорившись с хозяевами об оплате, мы дали задаток и готовы уже были скинуть рюкзаки и пройти в одну из комнат, когда глава семейства, держащий на руках полуторогодовалого сына, нас остановил,

- Нет-нет. Вы будете жить не здесь, а в квартире напротив. Она тоже наша. Там живут наши дети.

Ну, напротив, так напротив. Тем более что нам нужен то был только ночлег.

 

Детская квартира представляла собой полную противоположность родительской – обшарпанные стены, мебели практически никакой. В комнатах вместо кроватей сколоченные двухэтажные нары. На кухне стол, старенький холодильник и табуретки.

Но, правда, чисто – ни грязи, ни мусора по углам. В нашей комнате был тот же невзыскательный интерьер. Без излишеств.

Папаша передал нам ключи и сказал, что дети возвращаются из школы и садика  после пяти часов вечера.

Мы распаковались, перекусили и уже собрались прогуляться, когда входная дверь распахнулась и в квартиру ворвалась ватага раскрасневшейся ребятни. Их было семь человек в возрасте от пяти до пятнадцати лет. Самый старший держал в руках авоськи с хлебом и макаронами.

 

Колюня присвистнул и тихо сказал, - Семь негритят!

- Восемь! – поправил его Друг-Лёха., – Восьмой у папаши с мамашей!

Ребята сразу притихли, увидев в доме незнакомых мужиков. Затем чуть погалдели, здороваясь, разделись и разбрелись по своим комнатам.

Мы же вышли на улицу, и Олежка спросил, - Мужики! А не пора ли нам съезжать?

- Да брось ты, - отозвался Друг-Лёшка, – Нормальные ребятишки. Вежливые.

 

Вернувшись, мы быстро перезнакомились со всеми обитателями квартиры.  Старший же, представившись как Александр, спросил, во сколько мы планируем вставать утром, так как в половине восьмого весь пионеротряд начинает собираться в сад и школу, и от этого может быть несколько шумно.

- В половине восьмого уже не страшно, - ответил Олег. – Самое время.

 

Мы улеглись пораньше, устав от дороги, и не зная, насколько спокойной будет ночь. Тем более что папаня принёс самого младшего – Андрюшу, и сдал его с рук на руки девчонкам, наверное, для полного комплекта.

Опасения же наши совсем не оправдались. Ночью всё было тихо, как в пятизвёздочном отеле.

 

Проснулся я от криков и грохота. Посмотрел на часы – было ровно половина восьмого.

Я встал, открыл дверь и вышел в коридор. И тут мимо меня в детской эмалированной ванне, весь обложенный подушками, промчался, заходящийся от смеха Андрюша. Ванна же приводилась в движение посредством его братьев и сестёр, которые заливались хохотом не меньше водителя.

Чуть позже в коридоре появился Александр, и тихо сказал, - Всё. Всем одеваться.

И через пять минут в доме уже никого кроме нас не было. Ванна стояла в своём углу, посуда на кухне была вымыта, пол протёрт.

 Выкатывали мы по полной, понимая, что в этот год нам снега уже не поймать. Приходили домой, и валились с ног. Вечера же проводили в обществе беспокойного семейства, так как куда-то идти попросту уже не было сил.

Ужинали же мы все вместе. Ребята варили здоровый жбан макарон, мы сдабривали их привезённой с собой тушёнкой и весело пировали.

Как-то за таким ужином Друг-Лёшка спросил,

- Александр! А как Вы учитесь?

- А как мы можем учиться?! Конечно, хорошо, – просто ответил тот.

- Слушай, а чего Вы на лыжах-то не катаетесь? Ведь живёте-то на горе. Я понимаю, что снаряга стоит денег, но ведь есть же здесь спортшкола, причём очень хорошая спортшкола.

- Мне некогда. Девчонки ходят на хореографию. А вот Вовчика записали. На будущий год.

Розовощёкий, лопоухий Вовчик сиял как начищенный самовар.

- Ну, конечно, если он четвёртый класс закончит без троек.

Вовчик, со свистом всасывая макароны, быстро закивал головой, - Я на лыжах буду гонять быстрее всех!

Сестра, шутя, шлёпнула его по затылку, - Ешь молча. Чемпион…

 

Ночью я проснулся от странного звука. Вышел из комнаты и увидел на кухне старшую девочку, что пророчила Вовчику чемпионство. Она стояла на коленях и оттирала с линолеума чёрную полосу, что осталась после виражей Андрюшиного болида. Тёрла молча, методично, и видно уже давно. На часах было около двух часов ночи.

Я услышал за спиной сопение и обернулся. За мной в трусах и в майке стоял Колюня. Он с минуту посмотрел на девчушку и спросил,

- Натаха! Тебе помочь?

- Не-е-е. Я сама.

- А чего одна?

- Так я ж дежурная.

- А-а-а…

 

Уснул я, наверное, через час, под тот же звук мочалки о пол.

Утром чёрной полосы на кухне не было.

Мы откатали свою неделю, и готовились к отъезду домой. Я собрал рюкзак и стоял, глядя в окно на возню пацанов во дворе.  

 

Среди резвившейся кучи-малы, мальчишка постарше вдруг начал задирать Вовчика. Свалил его с ног и стал забрасывать снегом. Я уже собирался открыть окно и прикрикнуть на обидчика будущего чемпиона, когда из-за угла дома, бесшумно и стремительно, как отряд молниеносных монголов, выскочили братья и сестра лопоухого.

Они надавали по шапке агрессору, но не зло как это бывает у ребятни, а так – чтобы поучить. Отряхнули Вована, и рассыпались в разные стороны, как их и не было.

 

Прощались же по-дружески, с подарками. Мы подарили новым знакомым свои перочинные ножи, значки, фляжки, что у кого было. Взамен же получили по  маленькому хибинскому камушку.

 

Всю дорогу до Мурманска мой Друг-Лёха молчал, думая о чём-то своём, и только уже в самолёте, крутя в пальцах свой камень, он повернулся ко мне и спросил,

- Слушай, Вадюха! А может мы всё делаем не правильно?!

Я пожал плечами, и ответил,

- Может быть, Друг-Лёха! Может быть….

 

 

© Copyright: Вадим Ионов, 2014

Регистрационный номер №0206550

от 4 апреля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0206550 выдан для произведения:

Поездка эта сложилась как-то сама собой, без особых раздумий. Москвой уже вовсю завладел май, и вот, как-то в один из уже тёплых вечеров мне позвонил мой Друг – Лёшка,

- А не сгонять ли нам в Хибины?!

 

В мае, в Приэльбрусье снега уже мало, а на Кольском, в горах – катай не хочу!

Я был совсем не против, а очень даже за! Команда страдающих «лыжной лихорадкой» собралась быстро, и через пару дней мы уже ехали из Мурманска в Кировск. Ехали, без заказа гостиницы (в советские времена на это требовалось время), на частный сектор, на авось. Ну, в конце концов, всё всегда как-то решается. Оно и решилось, быстро и без проблем.

Мы дошли до дома, что стоял ближе всех к выкату, и позвонили в первую же попавшуюся дверь. Открывшая нам женщина направила нас в соседний подъезд, сказав, что в той квартире нам может быть будет не слишком удобно, однако на неделю поселят всех пятерых.

 

Так мы и сделали. Квартира была трёхкомнатной, с вполне приличной мебелью. Сговорившись с хозяевами об оплате, мы дали задаток и готовы уже были скинуть рюкзаки и пройти в одну из комнат, когда глава семейства, держащий на руках полуторогодовалого сына, нас остановил,

- Нет-нет. Вы будете жить не здесь, а в квартире напротив. Она тоже наша. Там живут наши дети.

Ну, напротив, так напротив. Тем более что нам нужен то был только ночлег.

 

Детская квартира представляла собой полную противоположность родительской – обшарпанные стены, мебели практически никакой. В комнатах вместо кроватей сколоченные двухэтажные нары. На кухне стол, старенький холодильник и табуретки.

Но, правда, чисто – ни грязи, ни мусора по углам. В нашей комнате был тот же невзыскательный интерьер. Без излишеств.

Папаша передал нам ключи и сказал, что дети возвращаются из школы и садика  после пяти часов вечера.

Мы распаковались, перекусили и уже собрались прогуляться, когда входная дверь распахнулась и в квартиру ворвалась ватага раскрасневшейся ребятни. Их было семь человек в возрасте от пяти до пятнадцати лет. Самый старший держал в руках авоськи с хлебом и макаронами.

 

Колюня присвистнул и тихо сказал, - Семь негритят!

- Восемь! – поправил его Друг-Лёха., – Восьмой у папаши с мамашей!

Ребята сразу притихли, увидев в доме незнакомых мужиков. Затем чуть погалдели, здороваясь, разделись и разбрелись по своим комнатам.

Мы же вышли на улицу, и Олежка спросил, - Мужики! А не пора ли нам съезжать?

- Да брось ты, - отозвался Друг-Лёшка, – Нормальные ребятишки. Вежливые.

 

Вернувшись, мы быстро перезнакомились со всеми обитателями квартиры.  Старший же, представившись как Александр, спросил, во сколько мы планируем вставать утром, так как в половине восьмого весь пионеротряд начинает собираться в сад и школу, и от этого может быть несколько шумно.

- В половине восьмого уже не страшно, - ответил Олег. – Самое время.

 

Мы улеглись пораньше, устав от дороги, и не зная, насколько спокойной будет ночь. Тем более что папаня принёс самого младшего – Андрюшу, и сдал его с рук на руки девчонкам, наверное, для полного комплекта.

Опасения же наши совсем не оправдались. Ночью всё было тихо, как в пятизвёздочном отеле.

 

Проснулся я от криков и грохота. Посмотрел на часы – было ровно половина восьмого.

Я встал, открыл дверь и вышел в коридор. И тут мимо меня в детской эмалированной ванне, весь обложенный подушками, промчался, заходящийся от смеха Андрюша. Ванна же приводилась в движение посредством его братьев и сестёр, которые заливались хохотом не меньше водителя.

Чуть позже в коридоре появился Александр, и тихо сказал, - Всё. Всем одеваться.

И через пять минут в доме уже никого кроме нас не было. Ванна стояла в своём углу, посуда на кухне была вымыта, пол протёрт.

 Выкатывали мы по полной, понимая, что в этот год нам снега уже не поймать. Приходили домой, и валились с ног. Вечера же проводили в обществе беспокойного семейства, так как куда-то идти попросту уже не было сил.

Ужинали же мы все вместе. Ребята варили здоровый жбан макарон, мы сдабривали их привезённой с собой тушёнкой и весело пировали.

Как-то за таким ужином Друг-Лёшка спросил,

- Александр! А как Вы учитесь?

- А как мы можем учиться?! Конечно, хорошо, – просто ответил тот.

- Слушай, а чего Вы на лыжах-то не катаетесь? Ведь живёте-то на горе. Я понимаю, что снаряга стоит денег, но ведь есть же здесь спортшкола, причём очень хорошая спортшкола.

- Мне некогда. Девчонки ходят на хореографию. А вот Вовчика записали. На будущий год.

Розовощёкий, лопоухий Вовчик сиял как начищенный самовар.

- Ну, конечно, если он четвёртый класс закончит без троек.

Вовчик, со свистом всасывая макароны, быстро закивал головой, - Я на лыжах буду гонять быстрее всех!

Сестра, шутя, шлёпнула его по затылку, - Ешь молча. Чемпион…

 

Ночью я проснулся от странного звука. Вышел из комнаты и увидел на кухне старшую девочку, что пророчила Вовчику чемпионство. Она стояла на коленях и оттирала с линолеума чёрную полосу, что осталась после виражей Андрюшиного болида. Тёрла молча, методично, и видно уже давно. На часах было около двух часов ночи.

Я услышал за спиной сопение и обернулся. За мной в трусах и в майке стоял Колюня. Он с минуту посмотрел на девчушку и спросил,

- Натаха! Тебе помочь?

- Не-е-е. Я сама.

- А чего одна?

- Так я ж дежурная.

- А-а-а…

 

Уснул я, наверное, через час, под тот же звук мочалки о пол.

Утром чёрной полосы на кухне не было.

Мы откатали свою неделю, и готовились к отъезду домой. Я собрал рюкзак и стоял, глядя в окно на возню пацанов во дворе.  

 

Среди резвившейся кучи-малы, мальчишка постарше вдруг начал задирать Вовчика. Свалил его с ног и стал забрасывать снегом. Я уже собирался открыть окно и прикрикнуть на обидчика будущего чемпиона, когда из-за угла дома, бесшумно и стремительно, как отряд молниеносных монголов, выскочили братья и сестра лопоухого.

Они надавали по шапке агрессору, но не зло как это бывает у ребятни, а так – чтобы поучить. Отряхнули Вована, и рассыпались в разные стороны, как их и не было.

 

Прощались же по-дружески, с подарками. Мы подарили новым знакомым свои перочинные ножи, значки, фляжки, что у кого было. Взамен же получили по  маленькому хибинскому камушку.

 

Всю дорогу до Мурманска мой Друг-Лёха молчал, думая о чём-то своём, и только уже в самолёте, крутя в пальцах свой камень, он повернулся ко мне и спросил,

- Слушай, Вадюха! А может мы всё делаем не правильно?!

Я пожал плечами, и ответил,

- Может быть, Друг-Лёха! Может быть….

 

 

Рейтинг: +1 223 просмотра
Комментарии (1)
Влад Устимов # 8 апреля 2014 в 16:52 0
Нравится. Очень хорошо написано. И, действительно, есть над чем задуматься. Успеха!
 

 

Популярная проза за месяц
127
120
106
97
95
Подруги 11 ноября 2017 (Татьяна Петухова)
93
93
92
91
86
85
79
76
73
71
70
69
Тёщин сон 3 ноября 2017 (Тая Кузмина)
66
УЧИТЕЛЬ 24 октября 2017 (Николина ОзернАя)
63
63
62
60
59
Предзимье 31 октября 2017 (Виктор Лидин)
59
59
57
53
45
40
38