ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Акафист + аудио

Акафист + аудио

19 января 2017 - Элла Жежелла
Признаться, раньше я не верила в живительную силу молитв, как и в сверхъестественное в целом, относила себя к агностикам: возможно, на Том свете что-то и есть, но точно никто не знает, поэтому жить нужно по совести, а не из желания заслужить благодарность от небесных сил или из страха, что попадешь в ад, где рогатые черти будут колоть тебя вилами в одно место.
Тем страннее, что я решила читать акафист Николаю Чудотворцу по совету моей верующей матушки.
Наверное, потому что тогда достигла дна. Жизнь изменилась в худшую сторону: меня сократили на работе, найти новую не получалось – на собеседования приглашали, но выбирали по итогу других кандидатов. Идти работать в CALL-центр, например, или кассиром, где диапазон приемлемости ниже, не хотелось – с этого я начинала в Москве, зачем возвращаться к истокам? Потом будет еще труднее объяснить взыскательным кадровикам свою «многоходовочку». Моя личная жизнь была катастрофична своим отсутствием в последний год. Да еще и соседка по квартире решила переехать к своему бойфренду. Причем объявила об этом за неделю до конца месяца, когда пришло время платить: «Ну, так вышло, ты… это… найди другую комнату. Или соседку. Твои проблемы, короче». А ведь я считала ее подругой. Всерьез задумалась о возвращении в родной город.   Деньги таяли.
Коллега помог решить одну из моих проблем – явилась на прошлую работу, чтобы забрать положенные отпускные, поныла ему о своей долюшке, а он обрадовал новостью:
— Моя бабушка как раз собирается комнату сдавать! Все спрашивала, не хочет ли кто из моих знакомых снять. Комната в двушке. Очень маленькая, правда, зато и просит бабуля немного. Самое главное: она уехала на дачу и пробудет там до конца лета. Может, и до октября – при хорошей погоде. Если пока с работой не выйдет или решишь уехать в родной город – предупреди заранее и ключи мне верни, да и все.
  Это показалось просто подарком судьбы! Я переехала в тесную комнатенку на Нижней Масловке.  Мне стало казаться, что все не так плохо. Я уже забыла, что такое жить одной, как это может быть прекрасно!
Только радость моя оказалась недолгой – через неделю явилась хозяйка. Я проснулась утром, ощущая чей-то взгляд, и подпрыгнула на кровати, вскрикнув: в дверном проеме стояла сухопарая старушка, внимательно меня разглядывая.  Глаза ее сверкнули.
— Вы – Анна Юрьевна? – сообразила я.
— Она самая.
— А я и есть Марта, — да, глупо, но спросонья вообще соображаешь с трудом.
— Нервы-то у тебя слабые, Марта, — неприятненько хихикнула она. – Между прочим, уже двенадцать часов дня, а ты все спишь.
— Суббота ведь.
— Я вот привыкла в шесть утра вставать. Уже вовсю готовлю, убираюсь, а молодые… только бы поспать. Неудивительно, что ты не замужем. Мужчинам ленивые не нравятся! – одарила она меня нравоучением, открывая ключом дверь в свою комнату, хотя и пяти минут с момента знакомства не прошло.     
— А Ваш внук говорил, что Вы на даче до конца лета пробудете… — не смогла я сдержать разочарования.
— А вот я хочу с молодежью пообщаться. Энергией попитаться. Что мне там сидеть?
М-да. Коллега говорил, что Анна Юрьевна – добрая, интеллигентная бабуля, а так и не скажешь. Обманул, паразит, чтобы комнату сняла. Еще бы. Не каждая согласится жить в такой тесноте! Помещаются только шкаф и кровать. Теперь даже за столом на кухне не посидишь, раз хозяйка приехала.
Увы, первое впечатление не обмануло. Ко всем моим переживаниям добавилось и еще одно – Анна Юрьевна. Я ее буквально возненавидела уже в первые дни. Никакие увещевания самой себя, вроде «Она же старенькая, надо быть снисходительнее!» не помогали. Бабуля придиралась с видимым удовольствием. Верно она сама сказала, хочет питаться энергией. Вплоть до того, что, когда я готовила, квартирная хозяйка тут же прибегала на кухню и начинала комментировать    каждое мое действие, попутно пугая одиночеством – «Макароны ты не так варишь, понятно, почему у тебя нет мужика!».  Могла ворваться и в душ, когда я мылась (щеколды не было) и начать отчитывать.
— Можно хотя бы мне вытереться, а?
— Я у себя дома!
Впрочем, и в «своей» комнате мне покоя не было. Она могла войти без стука и, остановившись на пороге, бубнить:
— У тебя простынь плохо отглажена. Вот мою видела? А я видела из окна, как ты домой возвращалась. Словно медведь переваливаешься! Разве женщины так должны ходить?
Возможно, это не кажется таким уж раздражающим, но у меня и без нее нервы были на пределе.  Словно она и правда из меня высасывала жизненные силы. Сама же Анна Юрьевна выглядела после этого румянее и будто бы даже полнее. И ее взгляд. Он пугал.  Иногда снилось, что Анна Юрьевна смотрит на меня, стоя неподвижно в дверях – как тогда, в день знакомства.   
Иногда я ей высказывала:
— У нас, кажется… рыночные отношения, а не дружеские. Я плачу Вам деньги за комнату. Вы мне помещение предоставляете. Нам совершенно необязательно общаться постоянно.
Она только хмыкала, глядя на меня:
— Я у себя дома!
Как-то проснулась среди ночи. Мне снова виделся кошмар - первый день приезда Анны Юрьевны, ее взгляд. Я пошла попить водички на кухню и… буквально столкнулась хозяйкой лоб в лоб -  она стояла около моей двери и смотрела на нее.
— А, Марта проснулась! – оживилась Анна Юрьевна.  – А вот я в твои годы по ночам не вставала. Что-то не так у тебя со здоровьем. 
Было не по себе. Я пролила воду, когда наливала ее в стакан – руки подрагивали.
— О, руки-крюки! Какая ты неуклюжая… -  комментировала хозяйка.
Я, ничего не отвечая, пошла в «свою» комнату, легла в кровать. Анна Юрьевна - за мной, остановившись на пороге.
— Я хочу спать! Завтра у меня важное собеседование!   
— Ага, — ответила она, продолжая стоять в проеме, глядя на меня.
Я не могла отделаться от сосущего чувства под ложечкой. Пришлось встать и закрыть дверь прямо перед ее носом. Я не сомневалась, что она так и простояла там всю ночь. Ибо утром снова застала ее «на посту», выходя из комнаты.  
В общем, жизнь казалась адом, поэтому, когда моя матушка посоветовала мне получить благословение священника и начать читать акафист, я согласилась.
Помню, какое лазоревое чувство легкости охватило меня, когда я, сидя в комнате, начала читать акафист. Специально гасила свет, зажигала церковные свечи.  Не знаю, в силе молитвы дело, или же я просто была напряжена, а монотонное чтение как-то успокаивало.  Отвлекало.
На сороковой день я дочитала акафист в последний раз перед сном. 
На душе было легко и тепло.
Как только легла в кровать, раздался стук в дверь. Сначала решила, будто показалось. Стук повторился.
— Марта, — голос Анны Юрьевны, — открой.
Я удивилась. Обычно ей не требовалось разрешения. Недоуменно пожав плечами, я открыла. Анна Юрьевна стояла напротив меня. Бледная, сверкая глазами.
— Что-то случилось? Почему Вы стучите? У себя же дома, — не могла не съязвить я.
— Плохо себя чувствую я что-то, Марта, - ответила она, покачиваясь. – Даже сил нет дверь открыть. Ты могла бы мне помочь? Иди сюда! – вкрадчиво прошептала она.
У меня внутри все сжалось. Снова стало не по себе. Я решила   включить свет. Его не было.
— Может, Скорую вызвать? – предложила я, медля.  Выходить к ней почему-то не хотелось.
— Да. Точно. Иди в мою комнату, там телефон!  — сказала Анна Юрьевна, и обхватив живот руками, рухнула на пол. Первым порывом было подбежать к ней, я уже занесла ногу за порог, но тут она подняла голову и издала гортанный вопль.
У меня ноги отнялись.  
— Иди же, позвони! – завопила она и легла на спину.
— Могу с сотового набрать! – сказала я, не узнавая свой голос.  Он стал чужим. Деревянные ноги меня не слушались. Я взяла сумку, пытаясь найти дрожащими руками телефон.
— Тебе не удастся! – крикнула она и рассмеялась, ударившись затылком об пол. Волосы, которые Анна Юрьевна убирала назад, разметались вокруг нее. В темноте они казались черными, а не седыми. – Ты не сможешь никому позвонить! – взвизгнула Анна Юрьевна, пытаясь встать, но снова схватилась за живот и упала на ковер. – Только из моей комнаты! Иди туда, сказала! Быстро!
Ее руки словно свела судорога – их выкручивало в разные стороны.
— Мне плохо! – орала она. – Иди сюда!
Я захлопнула дверь, дрожа от ужаса и паники, метавшейся внутри. Села на кровать, поджав ноги.
Крики стихли.
Я укрылась одеялом с головой.
Снаружи что-то стало царапать дверь.
— Марта! Девочка! Выйди ко мне, — раздался ласковый голос Анны Юрьевны.
— Изыди! – заверещала я, не вы силах справиться со своим ужасом. Он выплескивался наружу криком.     
— Открой дверь!  — продолжала она вкрадчиво.
Наверное, от стресса, пережитого ужаса, я быстро уснула, зажав уши руками.
Проснулась рано. Солнечный выплескивался сквозь занавески. Словно ничего и не было.
Долго я себя заставляла встать с кровати, но не могла. Раздался телефонный звонок. Как? Телефон же «умер» вчера!
Я достала его из сумки — зарядки достаточно. Странно, однако.
Звонила HR одной из компании, где я проходила собеседование месяц назад. Кандидат, которого они выбрали, не прошел испытательный срок, теперь хотели пригласить меня.
Я подпрыгнула до потолка.
Неужели и правда акафист помог?
Вспомнив о событиях вчерашней ночи, я вздрогнула. Но, обрадованная новостью, решилась открыть дверь (вооружившись, правда, шваброй, чудом оказавшейся в «моей» комнате). Вышла в коридор. Никого. Комната Анны Юрьевны была закрыта на ключ. Я постучала.
— Анна Юрьевна!
Ответом была тишина.
Меня охватило волнение. Может, она сама вызвала Скорую и ее увезли больницу?
В самом деле, и что на меня нашло, на истеричку? Бабушке стало плохо. А мое больное воображение, опутанное стрессом, додумало, должно быть, несуществующие подробности.
Только как бы выяснить, куда ее увезли? Она, конечно, вреднющая, но…
Щелкнул замок.
В коридор вошла полненькая седая бабуля с огромными авоськами и широкой улыбкой на лице:
— Ох, еле дотащила. Яблочки свои, сливки даже. И малинку тебе привезла! – поприветствовала она меня.
Я так и стояла… ни живая ни мертвая.
— Здравствуй! Тебя, кажется, Мартой зовут? А я – Анна Юрьевна! – представилась бабуля. – Вот, навестить заехала. О, ты уже с утра со шваброй? Надо же. Какая чистоплотная девочка! Любо-дорого смотреть.
— Приятно познакомиться, — не своим голосом произнесла я. — Давайте, помогу сумки на кухню отнести.
— Спасибо!
Я потащила тюки на кухню, бабуля открыла дверь в свою комнату.
—Извини, что напугала. Я ведь вчера звонила тебе, чтобы предупредить о приезде. Мне внук-то дал телефон твой. Только абонент- не абонент…
— Да, разрядился телефон вчера, — заторможено произнесла я.
— Батюшки, что тут в моей комнате творится?! Все разбросано, окна настежь… Домовой, поди, расшалился, он у нас такой. Или ураган пронесся?
— Да, — ответила я. – Был.  Но сейчас все хорошо.
Теперь я уже не так категорична в отношении сверхъественных сил, сами понимаете.

© Copyright: Элла Жежелла, 2017

Регистрационный номер №0371822

от 19 января 2017

[Скрыть] Регистрационный номер 0371822 выдан для произведения: Полина смотрела в потолок, задержав дыхание, чтобы  сердце в груди не взорвалось от непонятной гаммы эмоций.   Физически же не ощущалось ничего. Ее это радовало. Полина упивалась собственной бесчувственностью, а, значит, свободой от мужа.
— Ты что? – спросил ее Костя.
Полину  снова накрыло, она опять задержала дыхание, чтобы  не затопило от  болезненного ощущения безысходности. «Костя  не даст мне ощутить свою независимость одним фактом своего существования!»
— Все нормально, - ответила Полина  в который раз. -  Сегодня был неудачный день.   
 «Нет, ты этого никогда не добьешься! Не думай, что ты такой восхитительный любовник».
— Полина, — Костя привстал, — что не так? Это не первый раз. Ты в последние дни… такая. Отстраненная, что ли…
Точнее —   полгода. Сначала Полина еще притворялась, изображая счастливую жену успешного мужа, потом перестала. Ей даже было приятно наблюдать за тем, как любимый-ненавистный муж старается без толку ей угодить. И это казалось странным обоим. Раньше Косте было достаточно просто прикоснуться к руке жены, чтобы ее током ошпарило, она радовалась, когда он просто входил в комнату.
— Если что-то произошло, я хотел бы знать, — настаивал муж. — Может, поговорим?
Она давно мечтала услышать эти слова и вылить всю свою накопившуюся обиду, но снова промолчала.
— Так мы долго не продержимся, — произнес Костя.
— Давай потом поговорим. Я спать хочу, у меня же бизнес-тренинг завтра, — Полина легла в кровать, стараясь провалиться в объятья Морфея раньше, чем в чувство вины.
 
________________________________________
 
Она мечтала о любви с детства, но не ладилось. Костя разбудил меланхоличную девушку для жизни. До того момента Полина и не подозревала, что существовать — приятно. Ощущала себя некрасивым колоссом о двух ногах. Первый осенний вечер вместе: мимо пролетал увядший листик, а он обратил ее взор на божью коровку, чудом оказавшуюся под их ногами. Какое счастье — жить. Она была так счастлива, что ей хотелось умереть в тот момент, лишь бы он не заканчивался.
Костя потом и убил ее, решив, что «теперь нужна девушка ярче», имея в виду эффектную Ольгу с работы. Полина отмечала День рождения и Новый год одна, а он — с «любименькой девочкой» в Андорре.
Она полгода ждала возвращения Кости… чтобы попасть в «пересменку» — он провел с ней пару ночей, потом проникся чувствами к взрослой состоявшейся Яне, недоступной женщине из их компании. Полина ходила на встречи и посиделки, для того чтобы просто его увидеть. Надеялась, он поймет, что ему нужны не красотки, а истинные чувства. Ха! Костя, не обращая внимания на Полину, только что сайгаком не прыгал вокруг Яны, желая ей понравиться. Неизвестно, добился ли он желаемого от этой недотроги.
Потом у него был недолгий роман с некой Женей, но для Полины эта история осталась за кадром. Затем — с еще одной девушкой, которая называла себя в соцсетях Caramel Caramel.
Когда Костя вдруг появился вновь в жизни Полины и сделал предложение, она приняла его как подарок судьбы.
— Я понял, что мне нужна только ты, — так он объяснил свою резкую перемену. То не вспоминал вообще, теперь вдруг предложение! — Давай не будем о прошлом.
Костя не раскаялся. Не извинился. Впрочем, тогда ее это и не волновало. Главное — был рядом.
«Может, правда оценил мою искренность», — думала Полина.
Он оказался хорошим мужем, заботливым, внимательным, встречал с работы (если сам не был занят), его волновало, тепло ли оделась жена, про других женщин он словно забыл, что тоже удивляло.
В последние месяцы Полину вдруг «накрыло» волной обиды и ненависти за всех этих Оль-Ян. Когда они с мужем лежали в обнимку и смотрели какой-нибудь фильм, ее вдруг начинало мутить от отвращения, когда она представляла, что он вот также возлежал с другой.
Полина не могла простить… не его, а себя, за то, что так унижалась, дабы заполучить Костю. Да, она добилась своего, но, когда эйфория прошла, осталась пустота. Она ему не верила. Может, их идеальные отношения — просто длинная «пересменка», а потом найдется какая-нибудь роскошная Марионелла, и будет он добиваться ее расположения на глазах у Полины и совместных детей…
«Вот он, человек, причинивший мне столько страданий, оценил, понял. Все как я хотела, но почему-то мне по-прежнему невыносимо. Видимо, я из тех людей, которые должны кого-то ненавидеть — не себя, так другого».
Она стала задумываться об уходе от супруга. Сказала маме, что, возможно, вернется в отчий дом.
— Думаешь, найдешь второго такого завидного мужа? — возопила родительница. Тебе ведь уже двадцать семь, почти тридцатник! То все мечтала любовь найти, замуж выйти, теперь вот капризничаешь. Не дождусь я внуков, ой…
Когда мама это сказала, Полина ощутила облегчение — теперь можно оставаться с любимым ненавистным мужем по «левой» причине. Вроде как не сама приковала себя цепями к внимательному и неверному «козлу».
 
________________________________________
 
Она уже застегивала шубу, когда в коридор вышел Костя.
— Полина!.. — воскликнул он, увидев жену. — Ты снова эту ерундень… как его там — кандибобер? — на голову надела! — возмутился он. — Ужасно выглядит.
— Капор, а не кандибобер. Холодно на улице, не хочу морозить голову.
— Глупую голову. Давай тебе нормальную шапку купим. Твой капор оскорбляет мои эстетические чувства.
— Я сама его связала.
— Но он страшный! — не отставал Костя. — И по цвету ни к чему не подходит…
— Пока, — сказала Полина, выходя из квартиры.
Она не могла объяснить даже себе, зачем носила этот капор.
Стараниями мужа Полина стала гораздо эффектнее. Сменила гардероб (до этого ей не хватало вкуса и финансовых возможностей), прическу, макияж. В общем, из простушки превратилась в привлекательную молодую женщину. Она не могла позволить себе плохо выглядеть — все видели, какие красотки были у Кости до нее.
Тем не менее, капор все равно прятала, чтобы муж «случайно» не выкинул (как он это сделал с дешевой бижутерией жены).
Наверное, это — единственное, что у нее осталось своего. Капор был проявлением той Полины, какой она была раньше, до Яночек-Олечек — милой влюбленной простушки, открытой миру.
 
________________________________________
 
Сидя в учебной аудитории на бизнес-тренинге, Полина сознавала, что выбрала не ту стезю. В ожидании любви, ей всегда было все равно, где работать. Выйдя за Костю, она стала делать успехи в карьере. Полина решила, что получит должность начальника отдела, потом уйдет в декрет с этой позиции. Получится, что реализовалась в карьере, а не просто приложение к мужу Косте, красивому и успешному. И сама по себе – личность состоявшаяся. Тем не менее, карьера мало увлекала ее.
Полина огляделась. Все такие важные. На ум пришло просторечное слово «расфуфыренные».
Рядом с ней сидел кудрявый парнишка лет двадцати трёх. Он раздражал ее одним своим видом. Пожалуй, хуже расфуфыренных директрис и их надутых замов только такие мальчики. Мог бы одеться солиднее, хотя бы в стиле casual, нет, обязательно напялить майку с надписью Linkin park, чтобы показать, какой ты особенный, отличный от всех. «Зачем он только сюда явился, этот чудик?» — думала Полина.
Сосед что-то лихорадочно писал маркером, так, что бумага шуршала. Полина уже хотела, было, попросить его перестать — явно ведь не за тренером мысли конспектировал, но тут зазвонил его Айфон, и молодой человек вышел.
Полина без любопытства глянула на его лист, ожидая увидеть рисунок, каких-нибудь чертей, но… то были стихи. Они подняли в ней волну странных чувств.
Полина не могла его объяснить — то была и растроганность, и даже раздражение… Сидеть на тренинге и писать стихи… Хотел показать эксцентричность, как и в случае с внешним видом? Мол, я не только в бизнесе, но и такой из себя творческий? Или действительно прилив вдохновения?
Вернулся сосед по парте, взглянул на нее и вздрогнул. Некоторое время они смотрели друг на друга.
Опустив глаза, парень смущенно улыбнулся, сел и прикрыл листок. Она вгляделась в него уже с интересом. Что-то в его лице было такое… милое. Странное определение по отношению к мужчине, но Полина не могла не улыбнуться ему. На бейдже было указано имя молодого человека — Алексей. «Ему бы больше подошло Иван! Кудрявый блондин», — думала Полина.
На кофе-брейке расфуфыренные дяденьки и тетеньки устремились к тарелкам с печеньками-конфетками, забыв о своем положении.
— Вы взяли уже второй «Чокопай», — заголосила директор крупной компании, представительная дама лет пятидесяти, — а мне не досталось ни одного! Это нечестно!
Зам генерального директора другой фирмы тем временем рассовывал чаи в пакетиках по своим необъятным карманам.
Полина только усмехалась. Не хотелось заниматься нетворкингом. Алексей стоял поодаль ото всех и смотрел на нее.
Да, выйдя замуж, Полина стала привлекательнее, мужчины проявляли внимание, но природной красоты, как в той же Ольге, в ней не было. Ничего такого, чтобы увидеть и вздрогнуть. Даже странно, но приятно.
После тренинга Полина вернулась домой в хорошем настроении.
 
________________________________________
 
Не в силах сдержаться, она обхватила его шею руками. Это было так порочно — уединиться вдвоем в ванной посреди всеобщего гвалта.
Костя припал к ее губам. В ванной было тесно. Полину озарило надеждой — если бы он не скучал по ней, не был бы таким страстным. Они уйдут домой вместе, начнут все сначала…
Следующая картина — Полина и Костя выходят из ванной. В коридоре стоит надменная Яна, снимает пальто с крючка.
— Уже уходите? — спрашивает Костя у нее игриво.
— Да, устала, — Яна кокетливо улыбается, хотя обычно скупа на проявление эмоций, аки Снежная Королева.
— Позвольте, провожу?
И Костя галантно помогает Яне надеть пальто. Полина стоит между коридором и ванной, ее охватывает чувство презрения к себе. Надо же до такого опуститься — по ванным комнатам в гостях у общих знакомых лобзаться! Потому не могла иначе. Рвалась к нему душой и телом. Казалось, что и он — тоже, но…
— Пока, — говорит Костя Полине, уходя с Яной. Словно ничего не было буквально две минуты назад.
… она проснулась в слезах. Полина села на кровати, прижав руку к груди — невыносимо щемило в сердце. Костя мирно спал рядом.
«Ну, почему?! — думала Полина. — Могли бы ведь жить нормально!».
Муж проснулся, вероятно, от ее тяжелого взгляда:
— Почему ты плачешь?
— Кошмар приснился.
— Воды тебе принести?
— Не надо, спасибо.
Полина понимала, что снова не уснет, оставшись один на один этим болезненным чувством.
«Алексей, — произнесла про себя она. — Завтра я увижу Лёшу. И послезавтра», — на душе стало спокойнее.
 
________________________________________
 
На кофе-брейке Полина решилась подойти к Алексею, почему-то ощущая смущение.
— Простите, но я вчера прочла ваши стихи. Мне очень понравилось, — сразу начала разговор Полина.
— Да бросьте издеваться, — покраснел Алексей. — Представляю, что Вы обо мне подумали… Творит на тренинге ерунду, вместо того, чтобы делом заниматься.
— Ну, да, признаться честно, так и подумала. Но стихи все равно хорошие.
— Слушай, как тебя звать? — спросил Алексей, резко перейдя на «ты». — Вообще, я знаю, что Полина, не бейдже ведь написано. Просто тебе больше идет имя Вероника.
— Хм, это почему же?
— Я чувствую тебя Вероникой.
— Интересная формулировка. А себя кем — Платоном?
— Почему именно Платоном?
— А отчего я — Вероника, а не, скажем, Марионелла или Ольга? — спросила Полина. Тоска зашевелилась в груди, когда она назвала это имя. «Моя девочка» — и Костя, обнимающий Олечку. Полина помотала головой, зная, что это выглядит нелепо, но иначе не могла избавиться от мыслей о муженьке.
— Я же сказал — чувствую так. Это трудно объяснить, Вероника, то есть, Полина…
— А я тебя чувствую Иваном.
— Нет, не чувствуешь. Просто мне это имя подходит, само собой напрашивается — типичный Иван из русских сказок, кучерявый и простой, — усмехнулся он.
— В общем, ты — творческий человек. Что же тогда делаешь тут?
— А ты? Я здесь, потому что отец хочет, чтобы я продолжил его дело, все вот так банально.
— Ага, внешним видом ты хочешь показать всем, как тебя это глубоко бесит?
— Нет. Наслаждаюсь моментом. Скоро будет нельзя. Когда стану работать на отца.
Полина никогда с мажорами не сталкивалась, она судила о них по фильмам, где их показывали любителями красивых «телок» и прочих… «радостей», говорить о которых неприлично, да и для здоровья они вредны. А тут — приличный мальчик. Хотя… кто знает, какой он вне стен этой аудитории.
— А еще я занимаюсь этой работой для того, чтобы доказать себе, что могу, — продолжал Алексей. — Не знаю, почему хочу быть с тобой откровенным…
«Наверное, потому что кроме меня никто и не спрашивал», — цинично подумала Полина.
— Я страдаю осознанно, — просто сказал Алексей.
— Чтобы творилось лучше?
— Ага, — он так обрадовался ее реплике.
— А других поводов страдать нет, только искусственные?
— Ой, да все поводы, на самом деле, искусственные, — даже обиделся Алексей. — Кроме, разве что, смерти дорогих людей — родителей, любимых…
— Измена мужа, — выдала Полина, ну, у кого что болит, как говорится. — Безответная любовь.
— Не-а. Тоже надумано. Сильная эмоциональная боль длится восемь минут, вроде. Остальное — придумываем сами.
— Зачем? — заворожено спросила Полина. — Не все же творят…
— А жаль. Зачем? Чтобы очиститься. Сделать жизнь возвышеннее. Большинство женщин, только не обижайся, ладно, если ты феминистка, я вовсе не шовинист…
— Договаривай уже. Я не феминистка.
— Ну, многие женщины считают, что смысл — в страданиях и самоотречении. Чем больше они страдают, тем, якобы, осмысленнее жизнь.
— А если оно само… страдается?
— Ты можешь это прекратить.
— Не-а, — в тон ему сказала Полина.
— Значит, тебе это нравится! Может, ты — творческая личность… Вероника, — все-таки, он назвал ее прочувствованным именем и посмотрел смущенно, как бы спрашивая, можно ли. Полина опустила глаза долу — она была не против. Вероника — так Вероника, хотя это и странно. Зато незнакомый человек сказал, что прочувствовал ее. По крайней мере, он этого хотел.
 
________________________________________
 
Этот Алексей показался ей иным, отличным от всех. Не было в его взоре похоти. За несколько диалогов во время кофе-брейков она пережила столько странных эмоций, сколько не испытывала за всю свою жизнь!
В юности Полина мечтала, чтобы кто-то вот так увидел и вздрогнул. Она не подозревала, что будет унижаться ради своей большой любви к Косте.
Теперь эта странная абсурдность — разговоры с Алексеем ни о чем на бизнес-тренинге для солидных людей — вызывала в ней ностальгию. По странной юности, которой у нее не было.
Хотя она и не переставала удивляться — что этот своеобразный парень в ней нашел?
 
________________________________________
 
Из здания бизнес-центра Алексей и Полина выходили вместе.
На улице Полина машинально надела капор. Дернулась, чтобы снять, но решила, что это будет выглядеть глупо. Алексей и не заметил ее причудливого головного убора.
— Наверное, ты могла бы подумать, что я эти дни перед тобой рисуюсь, слова странные произношу, чтобы затащить в койку впоследствии, но это не так, — вдруг сказал молодой человек, взбив свои буйные кудри. — Просто ты — единственная, кто понял, как мне сейчас фигово, — вдруг сказал Алексей. — Больше меня никто не разгадал.
Не хотелось бы его разочаровывать, но нет. О том, что ему сейчас плохо, Полина не догадывалась.
— Хм, фигово и по фиг — вроде, почти одинаково звучит, а смысл разный.
— Ага, вроде как «любовь» и «нелюбовь», — хмыкнул Алексей. — Всего две буквы, а чувства-то как непохожи!
— Ой, причем тут это?!
— А ты не умничай, вот что. Я тут пытаюсь быть откровенным, чего сто лет не делал. А ты…
— Извини. Просто я тоже хочу произвести на тебя… нужное впечатление.
— Тоже? — снова хмыкнул Алексей. — Как кто?
— А ты не хочешь? — смутилась Полина.
Сердце заколотилось сильнее: «Как бы он во мне не разочаровался!».
— Нет, — ответил Алексей. — Наоборот, хочу быть таким, какой есть.
Она хотела что-то сказать. Признаться, что тоже хочет, например, все ему рассказать, но понимала, что должна выдержать паузу. Да и рассказывать ей было не о чем, кроме того факта, что она замужем за неверным Константином.
Хм, выходит, все-таки муж — главное достижение в ее жизни, что бы там ни говорили о феминизме. Не зря, значит, Полина столько перед ним унижалась.
«Опять я думаю только о Косте».
— Понимаю, никому неинтересно нытье, тем более, от мужика, — горячо заговорил Алексей после паузы, так и не спросив о ней, — но у меня такое ощущение, что тебе я могу сказать все.
Оба замолчали.
Почему в жизни не так, как в кино? Там реплики текут сами собой, причем, остроумные и правильные, герои замолкают, смотрят друг на друга и начинают лобзаться как помешанные. В жизни же мы стоим, не зная, что еще сказать.
Атмосфера вокруг была наэлектризована, но не пробужденным сексуальным желанием. Доверием.
— Ты мне просто понравилась, — сказал вдруг Алексей. — Ну, пока, до завтра! — и он пошел к своей машине, что-то насвистывая.
Полина посмотрела ему вслед.
 
________________________________________
 
Она пришла домой позднее обычного. Муж разговаривал по СКАЙПУ.
— Яна, я за тебя рад!..
У нее ноги занемели. Ком в горле распухал. Собравшись с силами, Полина распахнула дверь в комнату. Она думала, муж прервет тайный разговор с бывшей или нынешней любовницей.
Или Яна не была бывшей любовницей, а стала ею недавно?
Или не была и не стала, но скоро будет? Тогда отказала, теперь — не против? Ну да, с женой в интимном плане ничего не выходит, странно, что Костя, с его-то темпераментом, не нашел кого-то на стороне раньше.
Или… о, точно! Он спал с Яной все это время?
Может, к Ольге тоже захаживал?
Полина взялась за сердце.
Костя и не думал заканчивать разговор и не выглядел как человек, которого застали врасплох:
— Моя жена пришла. Вовремя ты, Полина.
— Да? — растеряно произнесла она.
— Помнишь Янку?
— Ха, еще бы.
— Она нас приглашает на свадьбу, — весело сказал муж. Он не расслышал сардонического «ха», на которое она сделала упор, дабы выразить все свое отношение к Яне. А как Костя прыгал вокруг нее! Еще бы упал-отжался, чтобы она взор бросила.
Полина не нашлась, что ответить. Взглянув еще раз на жену, Костя все-таки свернул разговор с Яной.
Полина подошла к окну. Тщательно сдерживаемая ненависть резко превратилась в выжигающую горечь.
— Так-с, — произнес Костя. — Это что, приступ ревности?
Полина была не в силах что-либо сказать.
— Такое настроение из-за того, что я общался с бывшей девушкой?
А, значит, все-таки Яна снизошла тогда до Кости. Не зря прыгал.
Полина уже не могла молчать. У нее все внутри рвалось.
— Дело не только в Яне. Вернее, не в этом разговоре. Я тебя ненавижу просто! — наконец, высказалась она.
Костя опешил.
— Последние полгода где-то, — уточнила Полина.
Он потрясенно смотрел на нее.
— Но… почему? — наконец, спросил Костя, не глядя на жену.
«Я смогу уязвить его хоть как-то. За все те вечера, что ждала звонка, пока он развлекался с другими. За все эти месяцы, что он жил с Ольгами и хватал за ручки Яночку».
— Я тебе не доверяю.
— Зачем ты тогда со мной, если тебе так невыносимо? — спросил Костя, не глядя на жену. Он не выглядел расстроенным.
— Не знаю. Я не могла без тебя. Но и с тобой теперь — тоже. Меня тошнит оттого, что все искренне считают, что мне повезло, что я вышла за тебя. Невзирая на то, что ты изменял мне с самого начала…
— Я так и думал, что причина в этом. Только странно, что сказывается сейчас.
— И мне.
Она смотрела на мужа, ожидая, что он попросит прощения, скажет еще раз, что любит ее, и все встанет на свои места. Ее обида, наконец, пройдет.
— Мы договорились не вспоминать, — вместо этого зло сказал Костя.
— Нет, такого не было, дорогой! Это ты, ты, ты сказал: «не будем вспоминать», просто закрыл эту тему, даже не поговорив со мной.
— А тебе было очень важно тогда надавать мне по наглой физиономии?
— Может быть. Сделай я это тогда, не было бы такого сейчас. Мне было так плохо и больно, но тебе-то все равно… И сейчас ты общаешься с этой Яной, не подумав, что почувствую я.
— Ясно. Хватит.
— Я уверена, что очень скоро ты начнешь встречаться тайком с какой-нибудь Надей…
Надь в его списке, вроде, не было, она и не знала, почему назвала это имя, а не, скажем, Ольга.
— Ну, нет. С Надей я больше не буду. Нам обоим это давно неинтересно.
«Да он что, гаденыш, издевается надо мной?!» — Полина захлебывалась собственной злостью.
Муж, казалось, потешается над ней:
— Предупреждаю твои расспросы: с Ольгой тоже не буду, с Надей — тем более. Хотя Надя задолго до тебя была, это неинтересно.
«Сейчас выставит меня же виноватой. В том, что-де напомнила ему же, как он мне изменял еще до брака. Потом мы помиримся, а куда же денемся? Всегда буду в этой зависимости. Мне будет больно, а ему — все равно. Костя — не тот, кто способен понять всю тяжесть ситуации и снять ее с меня. Хотя бы соврать, что он меня любит, мне это так нужно», — и снова Полина проговаривала про себя, не могла высказать все это вслух.
— Ты меня совсем не понимаешь, что толку говорить, — Полина сдерживалась от слез.
Он не разумел, почему жене тяжело. Ну, почему?
— Все-таки, истеричка ты, — заключил Костя. — Сама себя накручиваешь, хотя повода нет. Мы детей планировали, вроде как… Я бросил курить. И тут, значит, выясняется, что ты все это время меня ненавидела?
— Не всегда, — ей все-таки хотелось его уязвить.
— Ну, с ума сойти теперь, Полина!
Конечно. Виновата она.
И Полине захотелось… извиниться. Или Костя — манипулятор, или Полина — слабачка.
Фифти-фифти.
И она снова ненавидела себя за то, что хотела извиниться.
— Ты не заставишь меня бегать перед тобой на задних лапках, слышишь? — не сдержалась Полина, еще больше ошарашив мужа. — Хватит!
— Что?! Это я только и делаю, что бегаю. Последнее время — особенно.
— Я никогда не смогу тебе доверять. Потому что ты снова уйдешь.
— Ладно, хватит. Мне надоело. Я-то, как видишь, все делаю для отношений, а ты… С тобой так сложно!
— Иди к Ольге, с ней же проще.
— С кем мне быть — это я сам решу.
— Иногда за тебя решают обстоятельства, дорогой мой! Яна-то замуж выходит, так что вряд ли тебя осчастливит.
— Да-а, Полина, разочаровала ты меня, — сказал муж, потирая переносицу. — Я-то честен был, ты могла это принимать, могла и не принимать. Ты приняла, вроде как… Мне казалось, когда ты согласилась не вспоминать, была честна, а ненавидеть молча… М-да. Полина, жизнь иронична. Я во все эти сопли-чувства не верил. Ну, писал Ольге когда-то в соцсетях, что люблю, но это была забава для нас обоих.
— Не сомневаюсь.
— Я не верил, что можно любить и доверять. Потом понял — был категоричен. Можно доверять. Тебе. А ты, оказывается, ненавидела меня…
— Ты ничего не понял, Костя. И опять делаешь виноватой меня. Вместо того, чтобы попросить прощения…
Костя подошел к ней и встряхнул:
— Мне не за что извиняться. Понятно? Мы договорились не вспоминать. Ты приняла это условие. Давай тогда расстанемся, правда. Лучше сейчас, чем это будет точить наши отношения, а потом ты меня среди ночи убьешь из-за того, что я когда-то посмел тебя недооценить и предпочел Ольгу.
Муж ушел в ванную, хлопнув дверью.
«А я возьму и проведу ночь с этим Лёшкой!», — подумала она.
 
________________________________________
 
В этот крайний день тренинга Полина красилась тщательнее обычного. Не стала надевать капор.
Она шла к аудитории, бледнея. Полина плавилась в своей шубе, но не спешила ее снять. От жары мысли в голове проворачивались медленнее, потому отгораживать себя от них было легче.
Охватило чувство, что вот сейчас на нее снизойдёт великое откровение, о котором она давно догадывалась. Сердце бешено колотилось, ноги немели, а дышать становилось тяжелее.
Полина расстегнула пуговицы. Старалась делать это медленно, — вдруг резкое движение ускорит процесс «осенения»? Она не знала, как, но мало ли…
Искушение остановиться и глубоко задуматься: «А почему я так себя чувствую?» — было велико, но Полина упорно говорила себе «Нет». Рано или поздно придется уступить порыву «осенения». И ей было страшно…
Она открыла аудиторию, вошла.
— Доброе утро, — поздоровалась Полина и, вздохнув, взглянула на стол, за которым сидел Алексей. Он тепло улыбнулся ей.
Полине хотелось, как в кино, закрыть лицо руками или завизжать, чтобы и со стороны это выглядело неправдоподобно и наигранно. Она думала, осознает, что влюбилась, но нет… Для Полины это стало большим разочарованием.
В его глазах она видела лишь свое отражение.
Да и то, видимо, не свое — какой-то придуманной им Вероники.
 
________________________________________
 
После тренинга Алексей задержался, чтобы задать тренеру вопросы, ответы на которые его не интересовали.
Полина ждала его. Придумала повод — мол, что-то забыла. Наконец, исчерпав возможный лимит времени, Алексей, извинившись, вышел из аудитории, услышав вздох облечения тренера в спину.
— А я это… то… ну… — Полина запнулась.
— Что-то забыла и вернулась! — подсказал Алексей.
— Именно так, — благодарно улыбнулась Полина.
Она надеялась, теперь все будет просто — ничего не говоря и не спрашивая, он поведет ее к себе.
— Я горжусь собой. И тобой, — сказал Алексей, идя по коридору.
Он помахал перед ней свидетельством об окончании тренинга.
— Две души, которым не подходит этот мир, получили сертификат, свидетельствующий, что смирение возможно.
Полина прыснула.
Они вышли на улицу, остановились. Ощутимо похолодало. У нее начали замерзать уши.
Алексей смотрел вдаль.
«Кинуться на него, что ли, с объятиями?» — думала Полина. Ей было странно — сексуальное желание доселе в ней вызывал только Костя. И тут — на тебе! — вожделение. Причем какое-то скромное, робкое. Мужа она хотела страстно, безраздельно, а тут было нечто иное.
— Хочешь, я прочту тебе что-то из старенького? — предложил Алексей после этой гнетущей паузы.
«Как ему сказать, что я не против секса? — думала она. — Я должна изменить, должна!» — и как Косте  это удавалось столь легко?
— Ну, почитай, — понизила голос Полина и облизнула губы. Она надеялась, Алексей все поймет. Вместо этого он честно стал читать стихи. Заунывные и грустные.
«Ты не видишь, что я околела?» — подобно Марфушеньке из фильма «Морозко» подумала она.
Алексей же вдохновенно читал, глядя сквозь нее. Наконец, он замолчал.
— Если моя поэзия тебя утомила — пойму и не обижусь, — сказал он. Просто я не хочу тебя отпускать так рано, — горячо заговорил Алексей. — Ты — особенная.
Вот он, тот самый момент… но лишь досада и какое-то раздражение шевельнулись в Полине. Почему он видит в ней то, чего нет, а то, что она замерзла — реальный факт — не узреет никак? Отчего не заметил ее капор? Увидел душу? Так, выходит, не ее. Как ни старался Алексей прочувствовать Полину, ощущал все равно явно не то. С одной стороны, приятно, что тебя оценили с первого взгляда, с другой… не тебя.
И тут Полина поняла, что снова злится на себя. Она поняла, кого напоминает ей этот нелепый, эгоцентричный, но милый Лёшка. Ее саму. Девчонку в смешном капоре, которая ждала Костю после работы, а его коллеги посмеивались над ее восторженностью. Полина видела в Косте тогда идеал… потому что он — единственный, кто проявил к ней интерес. Как и она — по отношению к этому Лёшке. Полина подсовывала свою любовь всем, как Алексей — стихи. Костя заинтересовался из вежливости, вот она и назначила его тогда идеалом, хотя он этого не желал. Эта Лёшкина восторженность казалась Полине тяжким грузом ответственности. Как, наверное, и Косте тогда — привязанность будущей жены.
Впрочем, он первый сказал, что она — красивая.
«Он открыл мне… меня. Значит, что-то чувствовал. Потом, наверное, эта ответственность придавила. И тот факт, что я любила не его, а какой-то идеал», — думала Полина.
Возможно, все было иначе — что чувствовал тогда Костя, мог знать только он, а Полине хотелось его оправдать, пусть он сам и не стал этого делать.
Может, стоило бы изменить мужу, чтобы уравнять позиции, хотя вряд ли, это уже не будет изменой, ведь они с мужем вроде как расстались.
Полина четко осознала, что не может сблизиться с Алексеем. Просто не может… вот так опошлить их странное доверие друг к другу. Эту симпатию, которая казалась такой чистой. Ведь если будет секс, она будет вспоминать о нем, а не о полете души, который он в ней незаслуженно увидел.
Наверное, Алексей готов в нее влюбиться и страдать. «Что ж, пусть, если это поможет в творчестве, но без моего непосредственного участия. Не буду я ему жизнь портить. Не хочу, чтобы он страдал, как я по Косте».
— Лёш, извини, я бы рада, но очень замерзла, — подала голос Полина.
— А я так увлекся, что даже не заметил, Вероника. Пойдем ко мне — отогреешься. Я живу отдельно от властного папы, если что, — улыбнулся Алексей.
— Я, все-таки, не Вероника.
Он вздохнул:
— Но прислать тебе мои новые стихи на «мыло» можно-о?..
— Обязательно почитаю. Ладно, Леш, мне прогуляться надо.
— Ну, ладно. Тогда — пока.
Мог бы и сопоставить логически: пять минут назад она пожаловалась, что ей холодно гулять и по этой причине отказалась продолжить знакомство. Теперь говорит, что хочет пройтись. Хотя теплее не стало. «Какой он невнимательный!» — подумала Полина.
— Счастливо! — сказала она знакомому.
— Ты — потрясающая женщина. Просто восхитительная! — одарил Алексей комплиментом и ушел.
Полина проводила его взглядом.
Все-таки приятно быть потрясающей женщиной в чьих-то глазах, ничего для этого не делая.
Полина задумчиво побрела вдоль парка и почти не удивилась, увидев Костю, ожидающего ее. Он тоже провожал Алексея взглядом.
Полина остановилась, глядя на мужа.
— Сегодня утром ты забыла надеть свой уродский капор, — сказал Костя, отводя взгляд. Впервые ему было неловко в ее присутствии. — К вечеру обещали похолодание, а ты не на машине.
Полина молча смотрела на мужа.
— Носи, если хочешь, — сказал Костя, и никто в целом мире бы не понял, что это означало и чего стоило.
— Можешь выкинуть этот капор в урну. Твоя взяла — я носить его больше не стану. Он действительно страшный.
— Сейчас-то надень, Полина, твой-то этот… крендель ушел, не на кого впечатление производить, — хмуро сказал Костя, — а я не хочу, чтобы ты отморозила свою глупую голову.
— Не надену, — воспротивилась Полина.
— Быстро, сказал!
— Ладно.  
 
Рейтинг: +8 449 просмотров
Комментарии (11)
Остап Ибрагимыч Задунайскый # 17 апреля 2018 в 09:06 +3
Элла:
Помню, какое лазоревое чувство легкости охватило меня

Какая обалденная, цветом поданная аллегория лёгкости! Да и сама история, шикарно рассказанная, захватила дух. Мне эта бабка... ну та, ведьма!.. показалась вот такой, из фильма «Вий»:


Я хоть и атеист, но против нечистой, думаю, действенны именно религиозные методы, слова, фразы, заклинания, молитвы. И думаю так не безосновательно! Был я, правда, совсем ещё маленьким, потому и не могу помнить свою историю встречи с этой самой тёмной силой, но мать мне рассказывала произошедшее именно так: http://parnasse.ru/konkurs/chempionat4kon/etap7chemp4/gost.html

***

Вот тут Вы, Виктория, скорее всего, пропустили слово "деле":
В самом, что на меня нашло, на истеричку?
В самом деле, что на меня нашло, на истеричку? - так, наверное, надо?
А в остальном всё замечательно!
Спасибо.
Элла Жежелла # 18 апреля 2018 в 12:44 +3
Спасибо большой за отзыв и положительную оценку, да и вообще - за внимание и прочтение. Я, кстати, давненько Вас почитываю. Так именно от Вас - приятно вдвойне.
Ну, обменялись любезностями. Впрочем, разве это плохо?
Спасибо, что указали на описку. Полагаю, тут она и не одна, наверняка и с пунктуацией проблемы имеются. Эх, да что ж такое! Сколько бы ни перечитывала свои рассказы, все одно пропускаю собственные описки, оЧепятки. Исправлю!
Остап Ибрагимыч Задунайскый # 18 апреля 2018 в 17:29 +3
После прочтения даже захотелось самому написать что-нибудь с мистической поволокой. )))
Как выразился в своё время Лео Таксиль: «В больших дозах мистицизм приводит к безумию, в малых — к одичанию...».
Вот такие истории, как у Вас, помогают чувствовать лёгкое касание той самой мистики, и этим завораживают, помогают отделаться от обыденности.

Я после обязательно зайду ещё к Вам и уверен, что найду много интересного.
Элла Жежелла # 18 апреля 2018 в 21:54 +2
Буду только рада! И сама тоже зайду еще, чтобы так основательно почитать, вникнуть.
Относительно моего личного отношения к мистике... Ну, в домовых и ведьм я уж точно не верю. Тем не менее, мистические истории завораживают. Особенно те, что не о призраках, а о вроде бы объяснимых вещах, что могут произойти с каждым.
Kera # 14 августа 2018 в 21:26 +2
Очень интересный рассказ, так сразу и не поймешь что ж с бабулей то было не так, а в финале вон как обернулось).
Элла Жежелла # 14 августа 2018 в 22:38 +1
Спасибо за отзыв!
Как человек, долгое время живший на съемных квартирах в Москве, могу сказать, что подобные странности часто наблюдались у пожилых арендодательниц. Причем мистической подоплеки там не было)
Елена Бурханова # 14 августа 2018 в 23:03 +1
Захватывающий сюжет!))
Сначала так и думалось - что попалась стерва-хозяйка!
А потом вон как всё обернулось!)))
Я где-то читала, что если увидеть домового - это не к добру.
Кеша Яд # 5 сентября 2018 в 21:56 +1
класс!! а мной в аду местечко забронировано, сковородки мыть буду. говорят, там некому мыть, у всех конечности заняты, а посуда перепачкана.)
Den is Ural Ursus arctos Plushy I # 25 сентября 2018 в 11:58 +1
Вполне симпатичное и выразительное чтение с хорошо расставленными акцентами.Жаль,что с телефона нельзя тут прослушать,а то было бы классно,надев гарнитуру, погрузить себя в атмосферу этого моноспектакля.)
Валентина Егоровна Серёдкина # 10 октября 2018 в 22:52 0

Элла, наше дело пребывать в молитвах и молении во Свете праведном!

Читая, вспоминала Гоголя "Вий"... Всего самого доброго во благо! Уютной осени!

Элла Жежелла # 11 октября 2018 в 00:38 0
Спасибо за внимание, уважаемая Валентина Егоровна!
И вам уютной осени!
Популярная проза за месяц
121
98
97
91
88
88
Самый лучший!! 22 августа 2019 (Анна Гирик)
87
Ты говорил… 1 сентября 2019 (Жанна Зудрагс)
82
80
77
74
70
69
67
65
На селе 27 августа 2019 (Алексей Ананьев)
55
55
54
53
53
Прощай! 30 августа 2019 (Василий Акименко)
53
51
51
50
50
50
45
40
38
37