ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → В лихие девяностые…

 

В лихие девяностые…

23 октября 2013 - Николай Тимохин
article165788.jpg

 

Рассказ будет напечатан в очередном номере журнала «Огни над Бией», (Бийск, Россия).

 ---------------------------------------------------------------------------

                      

                                                     1

До прибытия нашего поезда оставалось еще добрых полчаса. И казалось, что все хлопоты не только этого трудного дня, но и всей поездки – уже позади. Казалось бы – садись  в вагон, да радуйся удачной поездке. Но до вагона еще надо было добраться с товаром – четырьмя тяжелыми коробками.

Сколько бывал в Новосибе, и как бы ни нравился мне сам город, но привыкнуть к вокзалу, особенно к тому, как в нем расположены переходы к перронам – сложно. Видно вокзал строился еще в далекие советские времена и тогда, конечно, никто не рассчитывал на то, что в середине 90-х годов, «челноки» из близлежащих городов, особенно из Казахстана, с неподъемными баулами, сумками и коробками размером с обычный телевизор, как, например,  у нас,  будут массированно атаковать его помещения.

А особенно сам перрон, пробираясь к нему через глубокие подземные переходы, в которые надо не только спуститься, но  и выбраться из них по крутым и широким лестницам. И все это при  огромном потоке толкающихся и спешащих на посадку пассажиров.

Когда знаешь, на какой путь подадут твой состав, тогда это не так сложно. А вот когда ты не знаешь ни этого, ни точного места расположения перрона, к которому прибудет твой вагон, и вообще…на весь этот огромный вокзал смотришь как дикарь, тогда конечно, есть повод для нервотрепки, до тех пор, пока не покинешь этот гостеприимный город.

 «На все - про все», при посадке, как известно, будет отведено всего - то двадцать минут – стоянка поезда. И чтобы проводники, увидав твои баулы, при посадке в вагон встретили тебя с нескрываемой радостью или с тупым равнодушным видом, для этого нужно к ним подойти заранее, а лучше всего, когда весь состав еще стоит в отстойнике. И договориться с ними, выбрав вагон, узнав свое место и отдав за свое спокойное возвращение домой столько, сколько они тебе скажут.

Когда мы с Ромкой ехали сюда из Семипалатинска, мы уже об этом предварительно договорились в вагоне с проводниками. И теперь нужно было к ним лишь показаться и напомнить о себе.  Ведь если состав стоит недалеко от перрона, то можно было хотя бы пару наших коробок, размером с хороший телевизор каждая, отнести еще до подхода поезда к перрону.

Все  это и я хотел проделать, и, отставив Ромку с нашим товаром около камер хранения, пойти договариваться с проводниками.

Ведь перед  началом поездки, у нас с ним какой был уговор? К тому же  - это его слова. Что я буду как бы «за паровоз»: везде все пробивать, с кем надо договариваться и все такое, раз я уже в Новосибе бывал и кое –что   там знаю.

А Ромка будет только молчать в тряпочку и тихо платить за все. Так как  у меня денег с собой не было совсем. 

И все поначалу так и шло. Мы нормально доехали. Но  к концу дня, что-то у нас с ним разладилось. Что-то Ромке не понравилось. И он стал строить из себя командира, то есть руководителя поездки, а точнее  - вкладчика денег в весь наш проект. Тем самым сильно давя на мое самолюбие.

 Я стал с ним спорить и доказывать свою роль в нашем деле. В результате он «дернулся» и командным тоном, не допускающим возражений, сказал мне оставаться в вокзале с товаром и с грузчиками, которые вызвались нам помогать, за «чисто символическую» для нас плату, а сам пошел в отстойник.

Я тоже распсиховался, еще и потому, что у меня неожиданно расстроился живот. И я понял, что мне надо срочно идти по «большому и серьезному вопросу» в места, слава Богу, не столь отдаленные, от нашего товара.

В те годы, автоматические  и багажные камеры хранения в вокзале были расположены друг против друга, в полуподвальном помещении, в центре длинного зала ожидания, состоящего из многих секций.

Вообще, сам вокзал «Новосибирск – главный»  – красивый. Снаружи правда он, в течение нескольких наших поездок, был на постоянном серьезном и затянувшемся ремонте. Почти все подъездные пути к нему были перекрыты, и следовать до главного входа отъезжающим приходилось пешком от остановок или стоянок такси.

Но не это было важно. А  то, что  к камерам хранения нужно было спускаться по недлинной и широкой лестнице. Получалось так, что в этом отсеке вокзального помещения, по левую сторону были расположены вокзальные «М» и «Ж», а по правую – точно напротив, спуск.

Я Ромке тогда еще сразу сказал:

-Давай наши коробки оставим в багажном отделении до прихода поезда. Я схожу к проводникам, а ты пока пойдешь в буфет и что-нибудь возьмешь в дорогу. Перекусить. И пива не забудь.

В Новосибирске в то время было отменное пиво. Так он -  нет же, взбрыкнулся.

-Зачем мы будем за полчаса тратить лишние деньги и платить за каждую коробку в отдельности! Не забывай, что   этим грузчикам тоже надо что-то дать! К тому же, неизвестно, сколько проводники «заломят» при посадке! Вот и посчитай все!

Короче, он завелся не на шутку, испортив мне все настроение. И еще как назло наши «ящики», естественно, не вмещались в ячейки автоматической камеры хранения. А нам бы это было, ох, как удобно! Да и по деньгам, выгодно! Но Ромка уперся. А потом и вообще – ушел к проводникам. 

И все бы, может, и ничего, если бы мой живот неожиданно и совсем некстати, не заставил меня отправиться в вокзальный туалет. По сути, можно было бы, наверное, поднатужится, расслабить ремень на брюках и потерпеть до посадки в вагон. К тому же наши грузчики дотащили бы ящики сами. А мы бы просто следовали за ними.

Но здесь опять был один нюанс. В Новосибирском поезде, в вагонах, туалеты будут закрыты до конца санитарной зоны. А это пока Академгородок не проедешь, с полчаса пройдет  - точно. Так что в любом случае, пойти в вокзальный туалет мне пришлось.

Но как быть с товаром-то? Чувствую, что положение сложное, времечко – бежит и ждать  - не смогу. Хотя, зачем я буду мучиться? Грузчики, которых мы с Ромкой наняли, надеюсь, посторожат наш товар.

К тому же, они очень обрадовались оказанному им доверию. И дружно заявили, что я могу спокойно идти, по столь важному «делу». А коробки наши, мол, никуда не денутся. И чисто по-человечески, грузчики, даже не станут брать с меня дополнительную плату. Ведь они понимают, что у нас нет лишних денег, и то, что я пошел не просто за пивом.

Перепрыгивая через ступеньки, я, теперь уже по двум причинам, поспешил в свободную кабинку. Долго я там засиживаться не стал. И также спешно – стал спускаться по лестнице, ведущей к камерам хранения, а точнее – к нашему товару. Теперь уже я  точно знал, что оставил своих незнакомцев без присмотра чуть больше чем на пять минут.

Но когда я спустился с лестницы и посмотрел на то место, где должны были ждать меня  грузчики, то… не поверил своим глазам!

                                           2

В лихие девяностые только ленивые или совсем безденежные не занимались коммерцией, а проще говоря – перепродажей всего того,  что покупалось и попадалось под руку. При этом, стараясь делать деньги из воздуха, а воздух продавать за деньги.

Не остался в стороне от этого занятия и я. А поскольку ленивым я себя не считал, то целиком и полностью относился ко второй, безденежной,  категории предпринимателей.

Торговать на базар я всегда выходил с небольшим столиком. А на нем размещал компактный магнитофон и микрокассеты с записями песен разных исполнителей.

Ассортимент у меня был самый разнообразный. Начиная со звезд эстрады 50-х годов и заканчивая всевозможными иностранными «кричалками», названия которых я произносить не мог, и покупатели говорили  их  сами.

Разбогатеть на такой торговле кассетами  - мне не светило. Но базар как наркотик – затягивает. И на «худо бедную жизнь» денег все же хватало. Правда для оборота товара, часто приходилось занимать деньги или брать кассеты на реализацию. Дома у меня стояло несколько магнитофонов –приставок «Вега МП-122С» и на них я делал всевозможные копии аудио кассет.

Мне постоянно требовались чистые  аудиокассеты, по оптовым ценам Новосибирска. А к ним также необходимо было иметь самые последние записи всевозможных концертов и альбомов звезд эстрады, хотя бы в одном экземпляре. Такие кассеты я называл  - оригиналы. Они у меня всегда бережно хранились  и никогда не продавались.

        С них я и делал копии, а затем продавал на базаре. И однажды Ромка, мой сосед по подъезду, обратив  внимание на мой  кассетный бизнес, изъявил желание вложить в него свои деньги и попробовать нам поработать в паре.

Для этого он  предложил поехать в Новосибирск, причем все расходы он берет на себя. И там закупить что нужно: кассеты – оригиналы и чистые, вкладыши к ним, цветные обложки, а, может быть, даже и магнитофон для перезаписи.

Вечером того же дня, мы уже расписали на бумаге несуществующую будущую прибыль, все подсчитали и остались довольны каждый самим собой и началом нашего общего дела. Ромка в него вкладывал тысячу долларов. И для меня это были огромные деньги!

И как говорится: сказано – сделано! Всю дорогу в Новосиб, мы с Ромкой почти что и не разговаривали. Каждый думал о своем. Я так вообще, люблю смотреть из окна вагона на мелькающие мимо меня широты России - матушки. Или читать журнал.

В Новосибирске мы сразу же знакомой мне дорогой направились закупать  оптом кассеты: чистые и с записями. День пролетел незаметно и хорошо.

Усталые, но довольные удачной покупкой товара, мы за час до отправления поезда «Новосибирск – Семипалатинск», выгрузили из такси у вокзала четыре объемные коробки. Откуда ни возьмись, к нам подбежали несколько «добрых молодцев» разного возраста и стали навязчиво предлагать свои услуги по транспортировке на себе  наших коробок.

Мне стало жалко тратить деньги, пусть  даже Ромкины,  на этих грузчиков, и я решительно предложил отказаться от их услуг.

 - Рома, сколько раз мы сюда мотались и  с женой, и с друзьями, и никогда не нанимали этих алкашей. А груз у нас тоже бывал, извини меня! Кассовые аппараты, еще советские -  возили!

Но мой напарник почему-то не захотел меня слушать, а выбрал двух мужчин, которым было уже очень давно за тридцать и договорился с ними о цене.

Несмотря на то, что оба наших спасителя были не атлетического  телосложения, они, к моему удивлению,  как пушинки подхватили наши коробки, каждый по одной, и, переставляя их в зоне видимости, быстро перенесли в вокзал.

Оставшееся до прихода поезда время мне хотелось провести с пользой для дела. Сходить перекусить в буфет и прикупить с собой в вагон несколько бутылок пива. Но Ромка почему-то разнервничался и сказал, что все это можно взять уже в поезде, в вагоне – ресторане. Я ему пробовал возражать, объясняя, что ресторан будет работать не раньше, чем мы проедем Академгородок, но мой напарник был упрям.

- Давай, сдадим коробки в багажную камеру хранения. Да будем спокойно ждать поезда. И вдвоем сходим к проводникам. А этих, - и я указал на наших грузчиков,  - отпустим.

Но Ромка не привык претерпевать трудности челнока при погрузке товара в вагон   и снова развозмущался:

 -Зачем это нам надо, корячиться с коробками по перрону?! Да и людям тоже нужно  дать возможность подзаработать. Пусть уж они до конца нам помогут. А к проводникам я сам схожу. А ты тут сиди. С ними.

И не слушая моих возражений, скрылся в переходе, ведущем на перроны. Наши грузчики молчали  и слушали нас. Один из них сидел на корточках около товара, а другой – на коробке. У последнего было такое добродушное лицо! Он мне почему-то сразу понравился и вызвал доверие. По его лицу можно было сразу догадаться, что он – честный человек! Пришло время передохнуть, перед последним рывком – погрузкой.

Казалось, что все хлопоты уже позади и нас ожидает Семипалатинский базар с выгодной распродажей нашего товара.

Но мои мысли прервало безотлагательное желание напоследок посетить привокзальный туалет. Я, недолго думая, предупредил своих охранников товара о своем скором  возвращении, и под одобрительные их возгласы, направился в туалет.

                                       3

А когда я возвращался, спускаясь   по   лестнице ведущей в зал с камерами хранения, то есть на то место, где меня должны были ожидать наши помощники – охранники, то… не поверил своим глазам!

Такого просто быть не могло! У меня подкосились ноги, и стало тяжело дышать. Я не верил тому, что видел и тупо смотрел на то место, где чуть больше пяти минут назад находились наши грузчики, охраняя  товар в мое отсутствие. Их просто не было!!! А вместе с ними пропали и две коробки с кассетами. А две оставшиеся  бесхозно меня ожидали.

Но меня это ничуть  не обрадовало! Внутри себя я чувствовал мелкую дрожь. Мне захотелось курить, и я не знал, что делать? С собой у меня не было ни копейки денег. Ромка – не оставил!

Я был связан по рукам и ногам. Мне бы кинуться по горячим следам за грабителями, пока еще было время! Но куда деть две последние, уцелевшие коробки?

Подобной ситуации в моей жизни еще не было. Да я и не верил, что все это происходит со мной. Скорее бы пришел Ромка!!!

А когда он важно так,  появился за несколько минут до прихода поезда, а именно, в самый момент начала толкучки среди пассажиров, он меня несколько раз переспрашивал, куда это ушли с товаром наши помощники, и зачем я с ним так шучу?

А когда он с огромным усилием воли все таки понял, что мои слова это горькая правда, то по всему вокзалу раздалось: «До отправления поезда «Новосибирск – Семипалатинск» остается пять минут. Просим вас…» Выбросить ваши билеты, господа безголовые. Наверное,  так бы сказала дикторша, оценивая нашу ситуацию. А мы бы в ответ на её шутку дружно рассмеялись, но  в другое время и при других обстоятельствах. А сейчас…

Несмотря на весь ужас произошедшего,  вдвоем все же думалось лучше! Мы постарались успокоиться и взять себя в руки. Так как все еще были абсолютно уверены, что «эти двое» физически не способны утащить куда-то далеко такие громоздкие коробки. 

 К тому же, по своему внешнему виду, наши грабители никак не походили ни на коммерсантов, ни на пассажиров. А, скорее всего  - на бомжей, с чужим товаром. И они обязательно попадутся в поле зрения милиции. А словить их, это  всего лишь дело техники  блюстителей порядка. Думали мы.

А в милиции – наоборот. Сначала они там сильно удивились, как это мы, (то есть я) оставили свой товар неизвестно кому? Незнакомцам! И почему не попросили дежурного милиционера посмотреть за товаром, когда один из нас отлучался по нужде?

В тот злополучный вечер мы, вместе с двумя милиционерами,  обошли все привокзальные закоулки и злачные места незавершенных новых вокзальных строений.

         Блюстители порядка даже зашли «на огонек» в лачугу каких-то настоящих «бичей» и по нашему словесному портрету описали внешность потенциальных грабителей. При этом, призвав присутствующих говорить им правду, одну только правду и ничего кроме правды. Но «бывшие интеллигенты», те, кто еще мог после запоев хоть как-то реагировать на милиционеров, ничего вразумительного не сказали. И наши долгие хождения с блюстителями порядка по каким-то станционным закоулкам  ни к чему хорошему не привели.

Мы не знали что делать. Это хорошо еще, что Ромка не успел отдать проводникам предоплату за перевозимый груз. И у него сохранилась незначительная часть денег, на которую мы не смогли бы купить билеты назад.

Нам только и оставалось, что  провести ночь  в зале ожидания, причем оплатив   за ночлег в специальной кассе вокзала. Даже на самый легкий ужин в буфете у нас теперь не было свободных денег. Ведь мы в чужом городе. И знакомых у нас здесь – нет.

Чтобы хоть как-то спасти наше положение и заиметь деньги на обратные билеты, мы теперь вынуждены  были продать оптом  по дешевке, тут же на вокзале, наши кассеты. И без товара вернуться домой. Этот вариант был не самым утешительным.

И мы решили  что-либо придумать. Хотя бы еще и потому, что до утра была уйма времени. И нам не оставалось  ничего другого, как найти какое-то спасительное решение.

 И к утру оно пришло, правда, в Ромкину голову. Он вспомнил, что в Новосибе у него когда–то жил одноклассник. Обратившись в справочную службу, там же  на вокзале, Ромка узнал нужные нам координаты и  с первым же автобусом отправился по указанному адресу.

Я остался в зале ожидания, так какперь уже нам приходилось экономить и на транспорте. узнал нужные нам координаты и  теперь уже нам приходилось экономить и на транспорте.

Ромки не было долго. А когда он все же вернулся на вокзал и привез с собой взятые в долг деньги, мы снова отправились  закупать кассеты. Правда, уже гораздо меньшее количество, всего одну коробку. Да  и заплатить за них  нам уже пришлось больше. Как за мелкий опт.

Как оказалось, в тот день ассортимент предлагаемых нам на закуп кассет, был уже более скудным. Видно, такие же,  как мы оптовики понаехали и раскупили все самое ходовое.

В поезде мы совсем не разговаривали. Ромка думал о том, как он будет получать с меня свои деньги, теперь уже без прибыли. Ему бы  хоть вернуть вложенное в дело, да отдать долг однокласснику в Новосибе.

А я думал о том, что нашел себе новую проблему. И все из – за того, что мы с Ромкой в самый последний момент поцапались, расслабились, успокоились. А  я прозевал наш товар.

На базаре в Семипалатинске я быстро распродал кассеты, при этом с тяжестью на душе думая о том, какую бы мы могли получить прибыль, если бы довезли товар до дома. По сути, поездку можно было бы и снова повторить, так сказать с учетом проделанной работы над ошибками и продолжить общее дело.

Но сосед мой оказался куда более предприимчивым. Вернув свои вложенные деньги, Ромка  уже без меня, и с каким-то другим напарником, съездил в Новосиб за кассетами. Потом пытался их продавать на нашем базаре в одиночку, создавая мне конкуренцию. Но вскоре ему это надоело, и он все продал оптом.

С тех пор мы с Ромкой  уже больше не общались, лишь деликатно здоровались. А потом и вовсе нас судьба развела по разным своим дорогам, словно давая возможность каждому из нас не вспоминать о том, как  мы ездили за товаром  в Новосибирск,   в лихие девяностые…

                                                              Окт, 2013

 

 

 

 

 

 

© Copyright: Николай Тимохин, 2013

Регистрационный номер №0165788

от 23 октября 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0165788 выдан для произведения:

 

Рассказ будет напечатан в очередном номере журнала «Огни над Бией», (Бийск, Россия).

 ---------------------------------------------------------------------------

                      

                                                     1

До прибытия нашего поезда оставалось еще добрых полчаса. И казалось, что все хлопоты не только этого трудного дня, но и всей поездки – уже позади. Казалось бы – садись  в вагон, да радуйся удачной поездке. Но до вагона еще надо было добраться с товаром – четырьмя тяжелыми коробками.

Сколько бывал в Новосибе, и как бы ни нравился мне сам город, но привыкнуть к вокзалу, особенно к тому, как в нем расположены переходы к перронам – сложно. Видно вокзал строился еще в далекие советские времена и тогда, конечно, никто не рассчитывал на то, что в середине 90-х годов, «челноки» из близлежащих городов, особенно из Казахстана, с неподъемными баулами, сумками и коробками размером с обычный телевизор, как, например,  у нас,  будут массированно атаковать его помещения.

А особенно сам перрон, пробираясь к нему через глубокие подземные переходы, в которые надо не только спуститься, но  и выбраться из них по крутым и широким лестницам. И все это при  огромном потоке толкающихся и спешащих на посадку пассажиров.

Когда знаешь, на какой путь подадут твой состав, тогда это не так сложно. А вот когда ты не знаешь ни этого, ни точного места расположения перрона, к которому прибудет твой вагон, и вообще…на весь этот огромный вокзал смотришь как дикарь, тогда конечно, есть повод для нервотрепки, до тех пор, пока не покинешь этот гостеприимный город.

 «На все - про все», при посадке, как известно, будет отведено всего - то двадцать минут – стоянка поезда. И чтобы проводники, увидав твои баулы, при посадке в вагон встретили тебя с нескрываемой радостью или с тупым равнодушным видом, для этого нужно к ним подойти заранее, а лучше всего, когда весь состав еще стоит в отстойнике. И договориться с ними, выбрав вагон, узнав свое место и отдав за свое спокойное возвращение домой столько, сколько они тебе скажут.

Когда мы с Ромкой ехали сюда из Семипалатинска, мы уже об этом предварительно договорились в вагоне с проводниками. И теперь нужно было к ним лишь показаться и напомнить о себе.  Ведь если состав стоит недалеко от перрона, то можно было хотя бы пару наших коробок, размером с хороший телевизор каждая, отнести еще до подхода поезда к перрону.

Все  это и я хотел проделать, и, отставив Ромку с нашим товаром около камер хранения, пойти договариваться с проводниками.

Ведь перед  началом поездки, у нас с ним какой был уговор? К тому же  - это его слова. Что я буду как бы «за паровоз»: везде все пробивать, с кем надо договариваться и все такое, раз я уже в Новосибе бывал и кое –что   там знаю.

А Ромка будет только молчать в тряпочку и тихо платить за все. Так как  у меня денег с собой не было совсем. 

И все поначалу так и шло. Мы нормально доехали. Но  к концу дня, что-то у нас с ним разладилось. Что-то Ромке не понравилось. И он стал строить из себя командира, то есть руководителя поездки, а точнее  - вкладчика денег в весь наш проект. Тем самым сильно давя на мое самолюбие.

 Я стал с ним спорить и доказывать свою роль в нашем деле. В результате он «дернулся» и командным тоном, не допускающим возражений, сказал мне оставаться в вокзале с товаром и с грузчиками, которые вызвались нам помогать, за «чисто символическую» для нас плату, а сам пошел в отстойник.

Я тоже распсиховался, еще и потому, что у меня неожиданно расстроился живот. И я понял, что мне надо срочно идти по «большому и серьезному вопросу» в места, слава Богу, не столь отдаленные, от нашего товара.

В те годы, автоматические  и багажные камеры хранения в вокзале были расположены друг против друга, в полуподвальном помещении, в центре длинного зала ожидания, состоящего из многих секций.

Вообще, сам вокзал «Новосибирск – главный»  – красивый. Снаружи правда он, в течение нескольких наших поездок, был на постоянном серьезном и затянувшемся ремонте. Почти все подъездные пути к нему были перекрыты, и следовать до главного входа отъезжающим приходилось пешком от остановок или стоянок такси.

Но не это было важно. А  то, что  к камерам хранения нужно было спускаться по недлинной и широкой лестнице. Получалось так, что в этом отсеке вокзального помещения, по левую сторону были расположены вокзальные «М» и «Ж», а по правую – точно напротив, спуск.

Я Ромке тогда еще сразу сказал:

-Давай наши коробки оставим в багажном отделении до прихода поезда. Я схожу к проводникам, а ты пока пойдешь в буфет и что-нибудь возьмешь в дорогу. Перекусить. И пива не забудь.

В Новосибирске в то время было отменное пиво. Так он -  нет же, взбрыкнулся.

-Зачем мы будем за полчаса тратить лишние деньги и платить за каждую коробку в отдельности! Не забывай, что   этим грузчикам тоже надо что-то дать! К тому же, неизвестно, сколько проводники «заломят» при посадке! Вот и посчитай все!

Короче, он завелся не на шутку, испортив мне все настроение. И еще как назло наши «ящики», естественно, не вмещались в ячейки автоматической камеры хранения. А нам бы это было, ох, как удобно! Да и по деньгам, выгодно! Но Ромка уперся. А потом и вообще – ушел к проводникам. 

И все бы, может, и ничего, если бы мой живот неожиданно и совсем некстати, не заставил меня отправиться в вокзальный туалет. По сути, можно было бы, наверное, поднатужится, расслабить ремень на брюках и потерпеть до посадки в вагон. К тому же наши грузчики дотащили бы ящики сами. А мы бы просто следовали за ними.

Но здесь опять был один нюанс. В Новосибирском поезде, в вагонах, туалеты будут закрыты до конца санитарной зоны. А это пока Академгородок не проедешь, с полчаса пройдет  - точно. Так что в любом случае, пойти в вокзальный туалет мне пришлось.

Но как быть с товаром-то? Чувствую, что положение сложное, времечко – бежит и ждать  - не смогу. Хотя, зачем я буду мучиться? Грузчики, которых мы с Ромкой наняли, надеюсь, посторожат наш товар.

К тому же, они очень обрадовались оказанному им доверию. И дружно заявили, что я могу спокойно идти, по столь важному «делу». А коробки наши, мол, никуда не денутся. И чисто по-человечески, грузчики, даже не станут брать с меня дополнительную плату. Ведь они понимают, что у нас нет лишних денег, и то, что я пошел не просто за пивом.

Перепрыгивая через ступеньки, я, теперь уже по двум причинам, поспешил в свободную кабинку. Долго я там засиживаться не стал. И также спешно – стал спускаться по лестнице, ведущей к камерам хранения, а точнее – к нашему товару. Теперь уже я  точно знал, что оставил своих незнакомцев без присмотра чуть больше чем на пять минут.

Но когда я спустился с лестницы и посмотрел на то место, где должны были ждать меня  грузчики, то… не поверил своим глазам!

                                           2

В лихие девяностые только ленивые или совсем безденежные не занимались коммерцией, а проще говоря – перепродажей всего того,  что покупалось и попадалось под руку. При этом, стараясь делать деньги из воздуха, а воздух продавать за деньги.

Не остался в стороне от этого занятия и я. А поскольку ленивым я себя не считал, то целиком и полностью относился ко второй, безденежной,  категории предпринимателей.

Торговать на базар я всегда выходил с небольшим столиком. А на нем размещал компактный магнитофон и микрокассеты с записями песен разных исполнителей.

Ассортимент у меня был самый разнообразный. Начиная со звезд эстрады 50-х годов и заканчивая всевозможными иностранными «кричалками», названия которых я произносить не мог, и покупатели говорили  их  сами.

Разбогатеть на такой торговле кассетами  - мне не светило. Но базар как наркотик – затягивает. И на «худо бедную жизнь» денег все же хватало. Правда для оборота товара, часто приходилось занимать деньги или брать кассеты на реализацию. Дома у меня стояло несколько магнитофонов –приставок «Вега МП-122С» и на них я делал всевозможные копии аудио кассет.

Мне постоянно требовались чистые  аудиокассеты, по оптовым ценам Новосибирска. А к ним также необходимо было иметь самые последние записи всевозможных концертов и альбомов звезд эстрады, хотя бы в одном экземпляре. Такие кассеты я называл  - оригиналы. Они у меня всегда бережно хранились  и никогда не продавались.

        С них я и делал копии, а затем продавал на базаре. И однажды Ромка, мой сосед по подъезду, обратив  внимание на мой  кассетный бизнес, изъявил желание вложить в него свои деньги и попробовать нам поработать в паре.

Для этого он  предложил поехать в Новосибирск, причем все расходы он берет на себя. И там закупить что нужно: кассеты – оригиналы и чистые, вкладыши к ним, цветные обложки, а, может быть, даже и магнитофон для перезаписи.

Вечером того же дня, мы уже расписали на бумаге несуществующую будущую прибыль, все подсчитали и остались довольны каждый самим собой и началом нашего общего дела. Ромка в него вкладывал тысячу долларов. И для меня это были огромные деньги!

И как говорится: сказано – сделано! Всю дорогу в Новосиб, мы с Ромкой почти что и не разговаривали. Каждый думал о своем. Я так вообще, люблю смотреть из окна вагона на мелькающие мимо меня широты России - матушки. Или читать журнал.

В Новосибирске мы сразу же знакомой мне дорогой направились закупать  оптом кассеты: чистые и с записями. День пролетел незаметно и хорошо.

Усталые, но довольные удачной покупкой товара, мы за час до отправления поезда «Новосибирск – Семипалатинск», выгрузили из такси у вокзала четыре объемные коробки. Откуда ни возьмись, к нам подбежали несколько «добрых молодцев» разного возраста и стали навязчиво предлагать свои услуги по транспортировке на себе  наших коробок.

Мне стало жалко тратить деньги, пусть  даже Ромкины,  на этих грузчиков, и я решительно предложил отказаться от их услуг.

 - Рома, сколько раз мы сюда мотались и  с женой, и с друзьями, и никогда не нанимали этих алкашей. А груз у нас тоже бывал, извини меня! Кассовые аппараты, еще советские -  возили!

Но мой напарник почему-то не захотел меня слушать, а выбрал двух мужчин, которым было уже очень давно за тридцать и договорился с ними о цене.

Несмотря на то, что оба наших спасителя были не атлетического  телосложения, они, к моему удивлению,  как пушинки подхватили наши коробки, каждый по одной, и, переставляя их в зоне видимости, быстро перенесли в вокзал.

Оставшееся до прихода поезда время мне хотелось провести с пользой для дела. Сходить перекусить в буфет и прикупить с собой в вагон несколько бутылок пива. Но Ромка почему-то разнервничался и сказал, что все это можно взять уже в поезде, в вагоне – ресторане. Я ему пробовал возражать, объясняя, что ресторан будет работать не раньше, чем мы проедем Академгородок, но мой напарник был упрям.

- Давай, сдадим коробки в багажную камеру хранения. Да будем спокойно ждать поезда. И вдвоем сходим к проводникам. А этих, - и я указал на наших грузчиков,  - отпустим.

Но Ромка не привык претерпевать трудности челнока при погрузке товара в вагон   и снова развозмущался:

 -Зачем это нам надо, корячиться с коробками по перрону?! Да и людям тоже нужно  дать возможность подзаработать. Пусть уж они до конца нам помогут. А к проводникам я сам схожу. А ты тут сиди. С ними.

И не слушая моих возражений, скрылся в переходе, ведущем на перроны. Наши грузчики молчали  и слушали нас. Один из них сидел на корточках около товара, а другой – на коробке. У последнего было такое добродушное лицо! Он мне почему-то сразу понравился и вызвал доверие. По его лицу можно было сразу догадаться, что он – честный человек! Пришло время передохнуть, перед последним рывком – погрузкой.

Казалось, что все хлопоты уже позади и нас ожидает Семипалатинский базар с выгодной распродажей нашего товара.

Но мои мысли прервало безотлагательное желание напоследок посетить привокзальный туалет. Я, недолго думая, предупредил своих охранников товара о своем скором  возвращении, и под одобрительные их возгласы, направился в туалет.

                                       3

А когда я возвращался, спускаясь   по   лестнице ведущей в зал с камерами хранения, то есть на то место, где меня должны были ожидать наши помощники – охранники, то… не поверил своим глазам!

Такого просто быть не могло! У меня подкосились ноги, и стало тяжело дышать. Я не верил тому, что видел и тупо смотрел на то место, где чуть больше пяти минут назад находились наши грузчики, охраняя  товар в мое отсутствие. Их просто не было!!! А вместе с ними пропали и две коробки с кассетами. А две оставшиеся  бесхозно меня ожидали.

Но меня это ничуть  не обрадовало! Внутри себя я чувствовал мелкую дрожь. Мне захотелось курить, и я не знал, что делать? С собой у меня не было ни копейки денег. Ромка – не оставил!

Я был связан по рукам и ногам. Мне бы кинуться по горячим следам за грабителями, пока еще было время! Но куда деть две последние, уцелевшие коробки?

Подобной ситуации в моей жизни еще не было. Да я и не верил, что все это происходит со мной. Скорее бы пришел Ромка!!!

А когда он важно так,  появился за несколько минут до прихода поезда, а именно, в самый момент начала толкучки среди пассажиров, он меня несколько раз переспрашивал, куда это ушли с товаром наши помощники, и зачем я с ним так шучу?

А когда он с огромным усилием воли все таки понял, что мои слова это горькая правда, то по всему вокзалу раздалось: «До отправления поезда «Новосибирск – Семипалатинск» остается пять минут. Просим вас…» Выбросить ваши билеты, господа безголовые. Наверное,  так бы сказала дикторша, оценивая нашу ситуацию. А мы бы в ответ на её шутку дружно рассмеялись, но  в другое время и при других обстоятельствах. А сейчас…

Несмотря на весь ужас произошедшего,  вдвоем все же думалось лучше! Мы постарались успокоиться и взять себя в руки. Так как все еще были абсолютно уверены, что «эти двое» физически не способны утащить куда-то далеко такие громоздкие коробки. 

 К тому же, по своему внешнему виду, наши грабители никак не походили ни на коммерсантов, ни на пассажиров. А, скорее всего  - на бомжей, с чужим товаром. И они обязательно попадутся в поле зрения милиции. А словить их, это  всего лишь дело техники  блюстителей порядка. Думали мы.

А в милиции – наоборот. Сначала они там сильно удивились, как это мы, (то есть я) оставили свой товар неизвестно кому? Незнакомцам! И почему не попросили дежурного милиционера посмотреть за товаром, когда один из нас отлучался по нужде?

В тот злополучный вечер мы, вместе с двумя милиционерами,  обошли все привокзальные закоулки и злачные места незавершенных новых вокзальных строений.

         Блюстители порядка даже зашли «на огонек» в лачугу каких-то настоящих «бичей» и по нашему словесному портрету описали внешность потенциальных грабителей. При этом, призвав присутствующих говорить им правду, одну только правду и ничего кроме правды. Но «бывшие интеллигенты», те, кто еще мог после запоев хоть как-то реагировать на милиционеров, ничего вразумительного не сказали. И наши долгие хождения с блюстителями порядка по каким-то станционным закоулкам  ни к чему хорошему не привели.

Мы не знали что делать. Это хорошо еще, что Ромка не успел отдать проводникам предоплату за перевозимый груз. И у него сохранилась незначительная часть денег, на которую мы не смогли бы купить билеты назад.

Нам только и оставалось, что  провести ночь  в зале ожидания, причем оплатив   за ночлег в специальной кассе вокзала. Даже на самый легкий ужин в буфете у нас теперь не было свободных денег. Ведь мы в чужом городе. И знакомых у нас здесь – нет.

Чтобы хоть как-то спасти наше положение и заиметь деньги на обратные билеты, мы теперь вынуждены  были продать оптом  по дешевке, тут же на вокзале, наши кассеты. И без товара вернуться домой. Этот вариант был не самым утешительным.

И мы решили  что-либо придумать. Хотя бы еще и потому, что до утра была уйма времени. И нам не оставалось  ничего другого, как найти какое-то спасительное решение.

 И к утру оно пришло, правда, в Ромкину голову. Он вспомнил, что в Новосибе у него когда–то жил одноклассник. Обратившись в справочную службу, там же  на вокзале, Ромка узнал нужные нам координаты и  с первым же автобусом отправился по указанному адресу.

Я остался в зале ожидания, так какперь уже нам приходилось экономить и на транспорте. узнал нужные нам координаты и  теперь уже нам приходилось экономить и на транспорте.

Ромки не было долго. А когда он все же вернулся на вокзал и привез с собой взятые в долг деньги, мы снова отправились  закупать кассеты. Правда, уже гораздо меньшее количество, всего одну коробку. Да  и заплатить за них  нам уже пришлось больше. Как за мелкий опт.

Как оказалось, в тот день ассортимент предлагаемых нам на закуп кассет, был уже более скудным. Видно, такие же,  как мы оптовики понаехали и раскупили все самое ходовое.

В поезде мы совсем не разговаривали. Ромка думал о том, как он будет получать с меня свои деньги, теперь уже без прибыли. Ему бы  хоть вернуть вложенное в дело, да отдать долг однокласснику в Новосибе.

А я думал о том, что нашел себе новую проблему. И все из – за того, что мы с Ромкой в самый последний момент поцапались, расслабились, успокоились. А  я прозевал наш товар.

На базаре в Семипалатинске я быстро распродал кассеты, при этом с тяжестью на душе думая о том, какую бы мы могли получить прибыль, если бы довезли товар до дома. По сути, поездку можно было бы и снова повторить, так сказать с учетом проделанной работы над ошибками и продолжить общее дело.

Но сосед мой оказался куда более предприимчивым. Вернув свои вложенные деньги, Ромка  уже без меня, и с каким-то другим напарником, съездил в Новосиб за кассетами. Потом пытался их продавать на нашем базаре в одиночку, создавая мне конкуренцию. Но вскоре ему это надоело, и он все продал оптом.

С тех пор мы с Ромкой  уже больше не общались, лишь деликатно здоровались. А потом и вовсе нас судьба развела по разным своим дорогам, словно давая возможность каждому из нас не вспоминать о том, как  мы ездили за товаром  в Новосибирск,   в лихие девяностые…

                                                              Окт, 2013

 

 

 

 

 

 

Рейтинг: 0 166 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!