ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → В лихие девяностые…

В лихие девяностые…

23 октября 2013 - Николай Тимохин
article165788.jpg

 

Рассказ будет напечатан в очередном номере журнала «Огни над Бией», (Бийск, Россия).

 ---------------------------------------------------------------------------

                      

                                                     1

До прибытия нашего поезда оставалось еще добрых полчаса. И казалось, что все хлопоты не только этого трудного дня, но и всей поездки – уже позади. Казалось бы – садись  в вагон, да радуйся удачной поездке. Но до вагона еще надо было добраться с товаром – четырьмя тяжелыми коробками.

Сколько бывал в Новосибе, и как бы ни нравился мне сам город, но привыкнуть к вокзалу, особенно к тому, как в нем расположены переходы к перронам – сложно. Видно вокзал строился еще в далекие советские времена и тогда, конечно, никто не рассчитывал на то, что в середине 90-х годов, «челноки» из близлежащих городов, особенно из Казахстана, с неподъемными баулами, сумками и коробками размером с обычный телевизор, как, например,  у нас,  будут массированно атаковать его помещения.

А особенно сам перрон, пробираясь к нему через глубокие подземные переходы, в которые надо не только спуститься, но  и выбраться из них по крутым и широким лестницам. И все это при  огромном потоке толкающихся и спешащих на посадку пассажиров.

Когда знаешь, на какой путь подадут твой состав, тогда это не так сложно. А вот когда ты не знаешь ни этого, ни точного места расположения перрона, к которому прибудет твой вагон, и вообще…на весь этот огромный вокзал смотришь как дикарь, тогда конечно, есть повод для нервотрепки, до тех пор, пока не покинешь этот гостеприимный город.

 «На все - про все», при посадке, как известно, будет отведено всего - то двадцать минут – стоянка поезда. И чтобы проводники, увидав твои баулы, при посадке в вагон встретили тебя с нескрываемой радостью или с тупым равнодушным видом, для этого нужно к ним подойти заранее, а лучше всего, когда весь состав еще стоит в отстойнике. И договориться с ними, выбрав вагон, узнав свое место и отдав за свое спокойное возвращение домой столько, сколько они тебе скажут.

Когда мы с Ромкой ехали сюда из Семипалатинска, мы уже об этом предварительно договорились в вагоне с проводниками. И теперь нужно было к ним лишь показаться и напомнить о себе.  Ведь если состав стоит недалеко от перрона, то можно было хотя бы пару наших коробок, размером с хороший телевизор каждая, отнести еще до подхода поезда к перрону.

Все  это и я хотел проделать, и, отставив Ромку с нашим товаром около камер хранения, пойти договариваться с проводниками.

Ведь перед  началом поездки, у нас с ним какой был уговор? К тому же  - это его слова. Что я буду как бы «за паровоз»: везде все пробивать, с кем надо договариваться и все такое, раз я уже в Новосибе бывал и кое –что   там знаю.

А Ромка будет только молчать в тряпочку и тихо платить за все. Так как  у меня денег с собой не было совсем. 

И все поначалу так и шло. Мы нормально доехали. Но  к концу дня, что-то у нас с ним разладилось. Что-то Ромке не понравилось. И он стал строить из себя командира, то есть руководителя поездки, а точнее  - вкладчика денег в весь наш проект. Тем самым сильно давя на мое самолюбие.

 Я стал с ним спорить и доказывать свою роль в нашем деле. В результате он «дернулся» и командным тоном, не допускающим возражений, сказал мне оставаться в вокзале с товаром и с грузчиками, которые вызвались нам помогать, за «чисто символическую» для нас плату, а сам пошел в отстойник.

Я тоже распсиховался, еще и потому, что у меня неожиданно расстроился живот. И я понял, что мне надо срочно идти по «большому и серьезному вопросу» в места, слава Богу, не столь отдаленные, от нашего товара.

В те годы, автоматические  и багажные камеры хранения в вокзале были расположены друг против друга, в полуподвальном помещении, в центре длинного зала ожидания, состоящего из многих секций.

Вообще, сам вокзал «Новосибирск – главный»  – красивый. Снаружи правда он, в течение нескольких наших поездок, был на постоянном серьезном и затянувшемся ремонте. Почти все подъездные пути к нему были перекрыты, и следовать до главного входа отъезжающим приходилось пешком от остановок или стоянок такси.

Но не это было важно. А  то, что  к камерам хранения нужно было спускаться по недлинной и широкой лестнице. Получалось так, что в этом отсеке вокзального помещения, по левую сторону были расположены вокзальные «М» и «Ж», а по правую – точно напротив, спуск.

Я Ромке тогда еще сразу сказал:

-Давай наши коробки оставим в багажном отделении до прихода поезда. Я схожу к проводникам, а ты пока пойдешь в буфет и что-нибудь возьмешь в дорогу. Перекусить. И пива не забудь.

В Новосибирске в то время было отменное пиво. Так он -  нет же, взбрыкнулся.

-Зачем мы будем за полчаса тратить лишние деньги и платить за каждую коробку в отдельности! Не забывай, что   этим грузчикам тоже надо что-то дать! К тому же, неизвестно, сколько проводники «заломят» при посадке! Вот и посчитай все!

Короче, он завелся не на шутку, испортив мне все настроение. И еще как назло наши «ящики», естественно, не вмещались в ячейки автоматической камеры хранения. А нам бы это было, ох, как удобно! Да и по деньгам, выгодно! Но Ромка уперся. А потом и вообще – ушел к проводникам. 

И все бы, может, и ничего, если бы мой живот неожиданно и совсем некстати, не заставил меня отправиться в вокзальный туалет. По сути, можно было бы, наверное, поднатужится, расслабить ремень на брюках и потерпеть до посадки в вагон. К тому же наши грузчики дотащили бы ящики сами. А мы бы просто следовали за ними.

Но здесь опять был один нюанс. В Новосибирском поезде, в вагонах, туалеты будут закрыты до конца санитарной зоны. А это пока Академгородок не проедешь, с полчаса пройдет  - точно. Так что в любом случае, пойти в вокзальный туалет мне пришлось.

Но как быть с товаром-то? Чувствую, что положение сложное, времечко – бежит и ждать  - не смогу. Хотя, зачем я буду мучиться? Грузчики, которых мы с Ромкой наняли, надеюсь, посторожат наш товар.

К тому же, они очень обрадовались оказанному им доверию. И дружно заявили, что я могу спокойно идти, по столь важному «делу». А коробки наши, мол, никуда не денутся. И чисто по-человечески, грузчики, даже не станут брать с меня дополнительную плату. Ведь они понимают, что у нас нет лишних денег, и то, что я пошел не просто за пивом.

Перепрыгивая через ступеньки, я, теперь уже по двум причинам, поспешил в свободную кабинку. Долго я там засиживаться не стал. И также спешно – стал спускаться по лестнице, ведущей к камерам хранения, а точнее – к нашему товару. Теперь уже я  точно знал, что оставил своих незнакомцев без присмотра чуть больше чем на пять минут.

Но когда я спустился с лестницы и посмотрел на то место, где должны были ждать меня  грузчики, то… не поверил своим глазам!

                                           2

В лихие девяностые только ленивые или совсем безденежные не занимались коммерцией, а проще говоря – перепродажей всего того,  что покупалось и попадалось под руку. При этом, стараясь делать деньги из воздуха, а воздух продавать за деньги.

Не остался в стороне от этого занятия и я. А поскольку ленивым я себя не считал, то целиком и полностью относился ко второй, безденежной,  категории предпринимателей.

Торговать на базар я всегда выходил с небольшим столиком. А на нем размещал компактный магнитофон и микрокассеты с записями песен разных исполнителей.

Ассортимент у меня был самый разнообразный. Начиная со звезд эстрады 50-х годов и заканчивая всевозможными иностранными «кричалками», названия которых я произносить не мог, и покупатели говорили  их  сами.

Разбогатеть на такой торговле кассетами  - мне не светило. Но базар как наркотик – затягивает. И на «худо бедную жизнь» денег все же хватало. Правда для оборота товара, часто приходилось занимать деньги или брать кассеты на реализацию. Дома у меня стояло несколько магнитофонов –приставок «Вега МП-122С» и на них я делал всевозможные копии аудио кассет.

Мне постоянно требовались чистые  аудиокассеты, по оптовым ценам Новосибирска. А к ним также необходимо было иметь самые последние записи всевозможных концертов и альбомов звезд эстрады, хотя бы в одном экземпляре. Такие кассеты я называл  - оригиналы. Они у меня всегда бережно хранились  и никогда не продавались.

        С них я и делал копии, а затем продавал на базаре. И однажды Ромка, мой сосед по подъезду, обратив  внимание на мой  кассетный бизнес, изъявил желание вложить в него свои деньги и попробовать нам поработать в паре.

Для этого он  предложил поехать в Новосибирск, причем все расходы он берет на себя. И там закупить что нужно: кассеты – оригиналы и чистые, вкладыши к ним, цветные обложки, а, может быть, даже и магнитофон для перезаписи.

Вечером того же дня, мы уже расписали на бумаге несуществующую будущую прибыль, все подсчитали и остались довольны каждый самим собой и началом нашего общего дела. Ромка в него вкладывал тысячу долларов. И для меня это были огромные деньги!

И как говорится: сказано – сделано! Всю дорогу в Новосиб, мы с Ромкой почти что и не разговаривали. Каждый думал о своем. Я так вообще, люблю смотреть из окна вагона на мелькающие мимо меня широты России - матушки. Или читать журнал.

В Новосибирске мы сразу же знакомой мне дорогой направились закупать  оптом кассеты: чистые и с записями. День пролетел незаметно и хорошо.

Усталые, но довольные удачной покупкой товара, мы за час до отправления поезда «Новосибирск – Семипалатинск», выгрузили из такси у вокзала четыре объемные коробки. Откуда ни возьмись, к нам подбежали несколько «добрых молодцев» разного возраста и стали навязчиво предлагать свои услуги по транспортировке на себе  наших коробок.

Мне стало жалко тратить деньги, пусть  даже Ромкины,  на этих грузчиков, и я решительно предложил отказаться от их услуг.

 - Рома, сколько раз мы сюда мотались и  с женой, и с друзьями, и никогда не нанимали этих алкашей. А груз у нас тоже бывал, извини меня! Кассовые аппараты, еще советские -  возили!

Но мой напарник почему-то не захотел меня слушать, а выбрал двух мужчин, которым было уже очень давно за тридцать и договорился с ними о цене.

Несмотря на то, что оба наших спасителя были не атлетического  телосложения, они, к моему удивлению,  как пушинки подхватили наши коробки, каждый по одной, и, переставляя их в зоне видимости, быстро перенесли в вокзал.

Оставшееся до прихода поезда время мне хотелось провести с пользой для дела. Сходить перекусить в буфет и прикупить с собой в вагон несколько бутылок пива. Но Ромка почему-то разнервничался и сказал, что все это можно взять уже в поезде, в вагоне – ресторане. Я ему пробовал возражать, объясняя, что ресторан будет работать не раньше, чем мы проедем Академгородок, но мой напарник был упрям.

- Давай, сдадим коробки в багажную камеру хранения. Да будем спокойно ждать поезда. И вдвоем сходим к проводникам. А этих, - и я указал на наших грузчиков,  - отпустим.

Но Ромка не привык претерпевать трудности челнока при погрузке товара в вагон   и снова развозмущался:

 -Зачем это нам надо, корячиться с коробками по перрону?! Да и людям тоже нужно  дать возможность подзаработать. Пусть уж они до конца нам помогут. А к проводникам я сам схожу. А ты тут сиди. С ними.

И не слушая моих возражений, скрылся в переходе, ведущем на перроны. Наши грузчики молчали  и слушали нас. Один из них сидел на корточках около товара, а другой – на коробке. У последнего было такое добродушное лицо! Он мне почему-то сразу понравился и вызвал доверие. По его лицу можно было сразу догадаться, что он – честный человек! Пришло время передохнуть, перед последним рывком – погрузкой.

Казалось, что все хлопоты уже позади и нас ожидает Семипалатинский базар с выгодной распродажей нашего товара.

Но мои мысли прервало безотлагательное желание напоследок посетить привокзальный туалет. Я, недолго думая, предупредил своих охранников товара о своем скором  возвращении, и под одобрительные их возгласы, направился в туалет.

                                       3

А когда я возвращался, спускаясь   по   лестнице ведущей в зал с камерами хранения, то есть на то место, где меня должны были ожидать наши помощники – охранники, то… не поверил своим глазам!

Такого просто быть не могло! У меня подкосились ноги, и стало тяжело дышать. Я не верил тому, что видел и тупо смотрел на то место, где чуть больше пяти минут назад находились наши грузчики, охраняя  товар в мое отсутствие. Их просто не было!!! А вместе с ними пропали и две коробки с кассетами. А две оставшиеся  бесхозно меня ожидали.

Но меня это ничуть  не обрадовало! Внутри себя я чувствовал мелкую дрожь. Мне захотелось курить, и я не знал, что делать? С собой у меня не было ни копейки денег. Ромка – не оставил!

Я был связан по рукам и ногам. Мне бы кинуться по горячим следам за грабителями, пока еще было время! Но куда деть две последние, уцелевшие коробки?

Подобной ситуации в моей жизни еще не было. Да я и не верил, что все это происходит со мной. Скорее бы пришел Ромка!!!

А когда он важно так,  появился за несколько минут до прихода поезда, а именно, в самый момент начала толкучки среди пассажиров, он меня несколько раз переспрашивал, куда это ушли с товаром наши помощники, и зачем я с ним так шучу?

А когда он с огромным усилием воли все таки понял, что мои слова это горькая правда, то по всему вокзалу раздалось: «До отправления поезда «Новосибирск – Семипалатинск» остается пять минут. Просим вас…» Выбросить ваши билеты, господа безголовые. Наверное,  так бы сказала дикторша, оценивая нашу ситуацию. А мы бы в ответ на её шутку дружно рассмеялись, но  в другое время и при других обстоятельствах. А сейчас…

Несмотря на весь ужас произошедшего,  вдвоем все же думалось лучше! Мы постарались успокоиться и взять себя в руки. Так как все еще были абсолютно уверены, что «эти двое» физически не способны утащить куда-то далеко такие громоздкие коробки. 

 К тому же, по своему внешнему виду, наши грабители никак не походили ни на коммерсантов, ни на пассажиров. А, скорее всего  - на бомжей, с чужим товаром. И они обязательно попадутся в поле зрения милиции. А словить их, это  всего лишь дело техники  блюстителей порядка. Думали мы.

А в милиции – наоборот. Сначала они там сильно удивились, как это мы, (то есть я) оставили свой товар неизвестно кому? Незнакомцам! И почему не попросили дежурного милиционера посмотреть за товаром, когда один из нас отлучался по нужде?

В тот злополучный вечер мы, вместе с двумя милиционерами,  обошли все привокзальные закоулки и злачные места незавершенных новых вокзальных строений.

         Блюстители порядка даже зашли «на огонек» в лачугу каких-то настоящих «бичей» и по нашему словесному портрету описали внешность потенциальных грабителей. При этом, призвав присутствующих говорить им правду, одну только правду и ничего кроме правды. Но «бывшие интеллигенты», те, кто еще мог после запоев хоть как-то реагировать на милиционеров, ничего вразумительного не сказали. И наши долгие хождения с блюстителями порядка по каким-то станционным закоулкам  ни к чему хорошему не привели.

Мы не знали что делать. Это хорошо еще, что Ромка не успел отдать проводникам предоплату за перевозимый груз. И у него сохранилась незначительная часть денег, на которую мы не смогли бы купить билеты назад.

Нам только и оставалось, что  провести ночь  в зале ожидания, причем оплатив   за ночлег в специальной кассе вокзала. Даже на самый легкий ужин в буфете у нас теперь не было свободных денег. Ведь мы в чужом городе. И знакомых у нас здесь – нет.

Чтобы хоть как-то спасти наше положение и заиметь деньги на обратные билеты, мы теперь вынуждены  были продать оптом  по дешевке, тут же на вокзале, наши кассеты. И без товара вернуться домой. Этот вариант был не самым утешительным.

И мы решили  что-либо придумать. Хотя бы еще и потому, что до утра была уйма времени. И нам не оставалось  ничего другого, как найти какое-то спасительное решение.

 И к утру оно пришло, правда, в Ромкину голову. Он вспомнил, что в Новосибе у него когда–то жил одноклассник. Обратившись в справочную службу, там же  на вокзале, Ромка узнал нужные нам координаты и  с первым же автобусом отправился по указанному адресу.

Я остался в зале ожидания, так какперь уже нам приходилось экономить и на транспорте. узнал нужные нам координаты и  теперь уже нам приходилось экономить и на транспорте.

Ромки не было долго. А когда он все же вернулся на вокзал и привез с собой взятые в долг деньги, мы снова отправились  закупать кассеты. Правда, уже гораздо меньшее количество, всего одну коробку. Да  и заплатить за них  нам уже пришлось больше. Как за мелкий опт.

Как оказалось, в тот день ассортимент предлагаемых нам на закуп кассет, был уже более скудным. Видно, такие же,  как мы оптовики понаехали и раскупили все самое ходовое.

В поезде мы совсем не разговаривали. Ромка думал о том, как он будет получать с меня свои деньги, теперь уже без прибыли. Ему бы  хоть вернуть вложенное в дело, да отдать долг однокласснику в Новосибе.

А я думал о том, что нашел себе новую проблему. И все из – за того, что мы с Ромкой в самый последний момент поцапались, расслабились, успокоились. А  я прозевал наш товар.

На базаре в Семипалатинске я быстро распродал кассеты, при этом с тяжестью на душе думая о том, какую бы мы могли получить прибыль, если бы довезли товар до дома. По сути, поездку можно было бы и снова повторить, так сказать с учетом проделанной работы над ошибками и продолжить общее дело.

Но сосед мой оказался куда более предприимчивым. Вернув свои вложенные деньги, Ромка  уже без меня, и с каким-то другим напарником, съездил в Новосиб за кассетами. Потом пытался их продавать на нашем базаре в одиночку, создавая мне конкуренцию. Но вскоре ему это надоело, и он все продал оптом.

С тех пор мы с Ромкой  уже больше не общались, лишь деликатно здоровались. А потом и вовсе нас судьба развела по разным своим дорогам, словно давая возможность каждому из нас не вспоминать о том, как  мы ездили за товаром  в Новосибирск,   в лихие девяностые…

                                                              Окт, 2013

 

 

 

 

 

 

© Copyright: Николай Тимохин, 2013

Регистрационный номер №0165788

от 23 октября 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0165788 выдан для произведения:

 

Рассказ будет напечатан в очередном номере журнала «Огни над Бией», (Бийск, Россия).

 ---------------------------------------------------------------------------

                      

                                                     1

До прибытия нашего поезда оставалось еще добрых полчаса. И казалось, что все хлопоты не только этого трудного дня, но и всей поездки – уже позади. Казалось бы – садись  в вагон, да радуйся удачной поездке. Но до вагона еще надо было добраться с товаром – четырьмя тяжелыми коробками.

Сколько бывал в Новосибе, и как бы ни нравился мне сам город, но привыкнуть к вокзалу, особенно к тому, как в нем расположены переходы к перронам – сложно. Видно вокзал строился еще в далекие советские времена и тогда, конечно, никто не рассчитывал на то, что в середине 90-х годов, «челноки» из близлежащих городов, особенно из Казахстана, с неподъемными баулами, сумками и коробками размером с обычный телевизор, как, например,  у нас,  будут массированно атаковать его помещения.

А особенно сам перрон, пробираясь к нему через глубокие подземные переходы, в которые надо не только спуститься, но  и выбраться из них по крутым и широким лестницам. И все это при  огромном потоке толкающихся и спешащих на посадку пассажиров.

Когда знаешь, на какой путь подадут твой состав, тогда это не так сложно. А вот когда ты не знаешь ни этого, ни точного места расположения перрона, к которому прибудет твой вагон, и вообще…на весь этот огромный вокзал смотришь как дикарь, тогда конечно, есть повод для нервотрепки, до тех пор, пока не покинешь этот гостеприимный город.

 «На все - про все», при посадке, как известно, будет отведено всего - то двадцать минут – стоянка поезда. И чтобы проводники, увидав твои баулы, при посадке в вагон встретили тебя с нескрываемой радостью или с тупым равнодушным видом, для этого нужно к ним подойти заранее, а лучше всего, когда весь состав еще стоит в отстойнике. И договориться с ними, выбрав вагон, узнав свое место и отдав за свое спокойное возвращение домой столько, сколько они тебе скажут.

Когда мы с Ромкой ехали сюда из Семипалатинска, мы уже об этом предварительно договорились в вагоне с проводниками. И теперь нужно было к ним лишь показаться и напомнить о себе.  Ведь если состав стоит недалеко от перрона, то можно было хотя бы пару наших коробок, размером с хороший телевизор каждая, отнести еще до подхода поезда к перрону.

Все  это и я хотел проделать, и, отставив Ромку с нашим товаром около камер хранения, пойти договариваться с проводниками.

Ведь перед  началом поездки, у нас с ним какой был уговор? К тому же  - это его слова. Что я буду как бы «за паровоз»: везде все пробивать, с кем надо договариваться и все такое, раз я уже в Новосибе бывал и кое –что   там знаю.

А Ромка будет только молчать в тряпочку и тихо платить за все. Так как  у меня денег с собой не было совсем. 

И все поначалу так и шло. Мы нормально доехали. Но  к концу дня, что-то у нас с ним разладилось. Что-то Ромке не понравилось. И он стал строить из себя командира, то есть руководителя поездки, а точнее  - вкладчика денег в весь наш проект. Тем самым сильно давя на мое самолюбие.

 Я стал с ним спорить и доказывать свою роль в нашем деле. В результате он «дернулся» и командным тоном, не допускающим возражений, сказал мне оставаться в вокзале с товаром и с грузчиками, которые вызвались нам помогать, за «чисто символическую» для нас плату, а сам пошел в отстойник.

Я тоже распсиховался, еще и потому, что у меня неожиданно расстроился живот. И я понял, что мне надо срочно идти по «большому и серьезному вопросу» в места, слава Богу, не столь отдаленные, от нашего товара.

В те годы, автоматические  и багажные камеры хранения в вокзале были расположены друг против друга, в полуподвальном помещении, в центре длинного зала ожидания, состоящего из многих секций.

Вообще, сам вокзал «Новосибирск – главный»  – красивый. Снаружи правда он, в течение нескольких наших поездок, был на постоянном серьезном и затянувшемся ремонте. Почти все подъездные пути к нему были перекрыты, и следовать до главного входа отъезжающим приходилось пешком от остановок или стоянок такси.

Но не это было важно. А  то, что  к камерам хранения нужно было спускаться по недлинной и широкой лестнице. Получалось так, что в этом отсеке вокзального помещения, по левую сторону были расположены вокзальные «М» и «Ж», а по правую – точно напротив, спуск.

Я Ромке тогда еще сразу сказал:

-Давай наши коробки оставим в багажном отделении до прихода поезда. Я схожу к проводникам, а ты пока пойдешь в буфет и что-нибудь возьмешь в дорогу. Перекусить. И пива не забудь.

В Новосибирске в то время было отменное пиво. Так он -  нет же, взбрыкнулся.

-Зачем мы будем за полчаса тратить лишние деньги и платить за каждую коробку в отдельности! Не забывай, что   этим грузчикам тоже надо что-то дать! К тому же, неизвестно, сколько проводники «заломят» при посадке! Вот и посчитай все!

Короче, он завелся не на шутку, испортив мне все настроение. И еще как назло наши «ящики», естественно, не вмещались в ячейки автоматической камеры хранения. А нам бы это было, ох, как удобно! Да и по деньгам, выгодно! Но Ромка уперся. А потом и вообще – ушел к проводникам. 

И все бы, может, и ничего, если бы мой живот неожиданно и совсем некстати, не заставил меня отправиться в вокзальный туалет. По сути, можно было бы, наверное, поднатужится, расслабить ремень на брюках и потерпеть до посадки в вагон. К тому же наши грузчики дотащили бы ящики сами. А мы бы просто следовали за ними.

Но здесь опять был один нюанс. В Новосибирском поезде, в вагонах, туалеты будут закрыты до конца санитарной зоны. А это пока Академгородок не проедешь, с полчаса пройдет  - точно. Так что в любом случае, пойти в вокзальный туалет мне пришлось.

Но как быть с товаром-то? Чувствую, что положение сложное, времечко – бежит и ждать  - не смогу. Хотя, зачем я буду мучиться? Грузчики, которых мы с Ромкой наняли, надеюсь, посторожат наш товар.

К тому же, они очень обрадовались оказанному им доверию. И дружно заявили, что я могу спокойно идти, по столь важному «делу». А коробки наши, мол, никуда не денутся. И чисто по-человечески, грузчики, даже не станут брать с меня дополнительную плату. Ведь они понимают, что у нас нет лишних денег, и то, что я пошел не просто за пивом.

Перепрыгивая через ступеньки, я, теперь уже по двум причинам, поспешил в свободную кабинку. Долго я там засиживаться не стал. И также спешно – стал спускаться по лестнице, ведущей к камерам хранения, а точнее – к нашему товару. Теперь уже я  точно знал, что оставил своих незнакомцев без присмотра чуть больше чем на пять минут.

Но когда я спустился с лестницы и посмотрел на то место, где должны были ждать меня  грузчики, то… не поверил своим глазам!

                                           2

В лихие девяностые только ленивые или совсем безденежные не занимались коммерцией, а проще говоря – перепродажей всего того,  что покупалось и попадалось под руку. При этом, стараясь делать деньги из воздуха, а воздух продавать за деньги.

Не остался в стороне от этого занятия и я. А поскольку ленивым я себя не считал, то целиком и полностью относился ко второй, безденежной,  категории предпринимателей.

Торговать на базар я всегда выходил с небольшим столиком. А на нем размещал компактный магнитофон и микрокассеты с записями песен разных исполнителей.

Ассортимент у меня был самый разнообразный. Начиная со звезд эстрады 50-х годов и заканчивая всевозможными иностранными «кричалками», названия которых я произносить не мог, и покупатели говорили  их  сами.

Разбогатеть на такой торговле кассетами  - мне не светило. Но базар как наркотик – затягивает. И на «худо бедную жизнь» денег все же хватало. Правда для оборота товара, часто приходилось занимать деньги или брать кассеты на реализацию. Дома у меня стояло несколько магнитофонов –приставок «Вега МП-122С» и на них я делал всевозможные копии аудио кассет.

Мне постоянно требовались чистые  аудиокассеты, по оптовым ценам Новосибирска. А к ним также необходимо было иметь самые последние записи всевозможных концертов и альбомов звезд эстрады, хотя бы в одном экземпляре. Такие кассеты я называл  - оригиналы. Они у меня всегда бережно хранились  и никогда не продавались.

        С них я и делал копии, а затем продавал на базаре. И однажды Ромка, мой сосед по подъезду, обратив  внимание на мой  кассетный бизнес, изъявил желание вложить в него свои деньги и попробовать нам поработать в паре.

Для этого он  предложил поехать в Новосибирск, причем все расходы он берет на себя. И там закупить что нужно: кассеты – оригиналы и чистые, вкладыши к ним, цветные обложки, а, может быть, даже и магнитофон для перезаписи.

Вечером того же дня, мы уже расписали на бумаге несуществующую будущую прибыль, все подсчитали и остались довольны каждый самим собой и началом нашего общего дела. Ромка в него вкладывал тысячу долларов. И для меня это были огромные деньги!

И как говорится: сказано – сделано! Всю дорогу в Новосиб, мы с Ромкой почти что и не разговаривали. Каждый думал о своем. Я так вообще, люблю смотреть из окна вагона на мелькающие мимо меня широты России - матушки. Или читать журнал.

В Новосибирске мы сразу же знакомой мне дорогой направились закупать  оптом кассеты: чистые и с записями. День пролетел незаметно и хорошо.

Усталые, но довольные удачной покупкой товара, мы за час до отправления поезда «Новосибирск – Семипалатинск», выгрузили из такси у вокзала четыре объемные коробки. Откуда ни возьмись, к нам подбежали несколько «добрых молодцев» разного возраста и стали навязчиво предлагать свои услуги по транспортировке на себе  наших коробок.

Мне стало жалко тратить деньги, пусть  даже Ромкины,  на этих грузчиков, и я решительно предложил отказаться от их услуг.

 - Рома, сколько раз мы сюда мотались и  с женой, и с друзьями, и никогда не нанимали этих алкашей. А груз у нас тоже бывал, извини меня! Кассовые аппараты, еще советские -  возили!

Но мой напарник почему-то не захотел меня слушать, а выбрал двух мужчин, которым было уже очень давно за тридцать и договорился с ними о цене.

Несмотря на то, что оба наших спасителя были не атлетического  телосложения, они, к моему удивлению,  как пушинки подхватили наши коробки, каждый по одной, и, переставляя их в зоне видимости, быстро перенесли в вокзал.

Оставшееся до прихода поезда время мне хотелось провести с пользой для дела. Сходить перекусить в буфет и прикупить с собой в вагон несколько бутылок пива. Но Ромка почему-то разнервничался и сказал, что все это можно взять уже в поезде, в вагоне – ресторане. Я ему пробовал возражать, объясняя, что ресторан будет работать не раньше, чем мы проедем Академгородок, но мой напарник был упрям.

- Давай, сдадим коробки в багажную камеру хранения. Да будем спокойно ждать поезда. И вдвоем сходим к проводникам. А этих, - и я указал на наших грузчиков,  - отпустим.

Но Ромка не привык претерпевать трудности челнока при погрузке товара в вагон   и снова развозмущался:

 -Зачем это нам надо, корячиться с коробками по перрону?! Да и людям тоже нужно  дать возможность подзаработать. Пусть уж они до конца нам помогут. А к проводникам я сам схожу. А ты тут сиди. С ними.

И не слушая моих возражений, скрылся в переходе, ведущем на перроны. Наши грузчики молчали  и слушали нас. Один из них сидел на корточках около товара, а другой – на коробке. У последнего было такое добродушное лицо! Он мне почему-то сразу понравился и вызвал доверие. По его лицу можно было сразу догадаться, что он – честный человек! Пришло время передохнуть, перед последним рывком – погрузкой.

Казалось, что все хлопоты уже позади и нас ожидает Семипалатинский базар с выгодной распродажей нашего товара.

Но мои мысли прервало безотлагательное желание напоследок посетить привокзальный туалет. Я, недолго думая, предупредил своих охранников товара о своем скором  возвращении, и под одобрительные их возгласы, направился в туалет.

                                       3

А когда я возвращался, спускаясь   по   лестнице ведущей в зал с камерами хранения, то есть на то место, где меня должны были ожидать наши помощники – охранники, то… не поверил своим глазам!

Такого просто быть не могло! У меня подкосились ноги, и стало тяжело дышать. Я не верил тому, что видел и тупо смотрел на то место, где чуть больше пяти минут назад находились наши грузчики, охраняя  товар в мое отсутствие. Их просто не было!!! А вместе с ними пропали и две коробки с кассетами. А две оставшиеся  бесхозно меня ожидали.

Но меня это ничуть  не обрадовало! Внутри себя я чувствовал мелкую дрожь. Мне захотелось курить, и я не знал, что делать? С собой у меня не было ни копейки денег. Ромка – не оставил!

Я был связан по рукам и ногам. Мне бы кинуться по горячим следам за грабителями, пока еще было время! Но куда деть две последние, уцелевшие коробки?

Подобной ситуации в моей жизни еще не было. Да я и не верил, что все это происходит со мной. Скорее бы пришел Ромка!!!

А когда он важно так,  появился за несколько минут до прихода поезда, а именно, в самый момент начала толкучки среди пассажиров, он меня несколько раз переспрашивал, куда это ушли с товаром наши помощники, и зачем я с ним так шучу?

А когда он с огромным усилием воли все таки понял, что мои слова это горькая правда, то по всему вокзалу раздалось: «До отправления поезда «Новосибирск – Семипалатинск» остается пять минут. Просим вас…» Выбросить ваши билеты, господа безголовые. Наверное,  так бы сказала дикторша, оценивая нашу ситуацию. А мы бы в ответ на её шутку дружно рассмеялись, но  в другое время и при других обстоятельствах. А сейчас…

Несмотря на весь ужас произошедшего,  вдвоем все же думалось лучше! Мы постарались успокоиться и взять себя в руки. Так как все еще были абсолютно уверены, что «эти двое» физически не способны утащить куда-то далеко такие громоздкие коробки. 

 К тому же, по своему внешнему виду, наши грабители никак не походили ни на коммерсантов, ни на пассажиров. А, скорее всего  - на бомжей, с чужим товаром. И они обязательно попадутся в поле зрения милиции. А словить их, это  всего лишь дело техники  блюстителей порядка. Думали мы.

А в милиции – наоборот. Сначала они там сильно удивились, как это мы, (то есть я) оставили свой товар неизвестно кому? Незнакомцам! И почему не попросили дежурного милиционера посмотреть за товаром, когда один из нас отлучался по нужде?

В тот злополучный вечер мы, вместе с двумя милиционерами,  обошли все привокзальные закоулки и злачные места незавершенных новых вокзальных строений.

         Блюстители порядка даже зашли «на огонек» в лачугу каких-то настоящих «бичей» и по нашему словесному портрету описали внешность потенциальных грабителей. При этом, призвав присутствующих говорить им правду, одну только правду и ничего кроме правды. Но «бывшие интеллигенты», те, кто еще мог после запоев хоть как-то реагировать на милиционеров, ничего вразумительного не сказали. И наши долгие хождения с блюстителями порядка по каким-то станционным закоулкам  ни к чему хорошему не привели.

Мы не знали что делать. Это хорошо еще, что Ромка не успел отдать проводникам предоплату за перевозимый груз. И у него сохранилась незначительная часть денег, на которую мы не смогли бы купить билеты назад.

Нам только и оставалось, что  провести ночь  в зале ожидания, причем оплатив   за ночлег в специальной кассе вокзала. Даже на самый легкий ужин в буфете у нас теперь не было свободных денег. Ведь мы в чужом городе. И знакомых у нас здесь – нет.

Чтобы хоть как-то спасти наше положение и заиметь деньги на обратные билеты, мы теперь вынуждены  были продать оптом  по дешевке, тут же на вокзале, наши кассеты. И без товара вернуться домой. Этот вариант был не самым утешительным.

И мы решили  что-либо придумать. Хотя бы еще и потому, что до утра была уйма времени. И нам не оставалось  ничего другого, как найти какое-то спасительное решение.

 И к утру оно пришло, правда, в Ромкину голову. Он вспомнил, что в Новосибе у него когда–то жил одноклассник. Обратившись в справочную службу, там же  на вокзале, Ромка узнал нужные нам координаты и  с первым же автобусом отправился по указанному адресу.

Я остался в зале ожидания, так какперь уже нам приходилось экономить и на транспорте. узнал нужные нам координаты и  теперь уже нам приходилось экономить и на транспорте.

Ромки не было долго. А когда он все же вернулся на вокзал и привез с собой взятые в долг деньги, мы снова отправились  закупать кассеты. Правда, уже гораздо меньшее количество, всего одну коробку. Да  и заплатить за них  нам уже пришлось больше. Как за мелкий опт.

Как оказалось, в тот день ассортимент предлагаемых нам на закуп кассет, был уже более скудным. Видно, такие же,  как мы оптовики понаехали и раскупили все самое ходовое.

В поезде мы совсем не разговаривали. Ромка думал о том, как он будет получать с меня свои деньги, теперь уже без прибыли. Ему бы  хоть вернуть вложенное в дело, да отдать долг однокласснику в Новосибе.

А я думал о том, что нашел себе новую проблему. И все из – за того, что мы с Ромкой в самый последний момент поцапались, расслабились, успокоились. А  я прозевал наш товар.

На базаре в Семипалатинске я быстро распродал кассеты, при этом с тяжестью на душе думая о том, какую бы мы могли получить прибыль, если бы довезли товар до дома. По сути, поездку можно было бы и снова повторить, так сказать с учетом проделанной работы над ошибками и продолжить общее дело.

Но сосед мой оказался куда более предприимчивым. Вернув свои вложенные деньги, Ромка  уже без меня, и с каким-то другим напарником, съездил в Новосиб за кассетами. Потом пытался их продавать на нашем базаре в одиночку, создавая мне конкуренцию. Но вскоре ему это надоело, и он все продал оптом.

С тех пор мы с Ромкой  уже больше не общались, лишь деликатно здоровались. А потом и вовсе нас судьба развела по разным своим дорогам, словно давая возможность каждому из нас не вспоминать о том, как  мы ездили за товаром  в Новосибирск,   в лихие девяностые…

                                                              Окт, 2013

 

 

 

 

 

 

Рейтинг: 0 205 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Проза, которую Вы не читали

 

Популярная проза за месяц
175
142
127
118
117
Кто она, Осень? 28 сентября 2017 (Тая Кузмина)
116
​ТАЙНА ОСЕНИ 29 сентября 2017 (Эльвира Ищенко)
106
101
101
98
97
97
95
94
93
93
90
89
86
85
84
83
81
80
78
77
75
61
52
50