Соседи-2

19 ноября 2013 - Серов Владимир

 А в дворе рядом жили сплошь частники - 5 семей.

Слева от въездных ворот жила еврейская семья. Мать, отец и две дочери – Женька и младшая Эмка. Мы с Эммой были одногодки, и учились в одном классе.

Эмкина мама работала кассиршей в сберкассе, что около Крытого рынка. А отец был скорняком, и говорили – очень хорошим.  Жили зажиточно. Дом на  6-7 комнат. Внутри была идеальная чистота. Везде ковры. И пахло какой-то смесью ванили и одеколона. В шкафах стояла дорогая посуда. Позже я узнал, что это был настоящий мейсенсксий фарфор и богемский хрусталь. У них была большая библиотека. Она была закрыта в шкафу. Отец насмерть запретил давать кому-либо книги, и я так толком не знаю – какие там были книги. Старшая Женька была на 2 года старше моей сестры Ленки. Она, окончив Мединститут, стала врачом. Когда шёл массовый отъезд евреев в Израиль, их семья распалась! Отец вспомнил про Родину предков и уехал, а бабьё ехать отказалось, и они остались в СССР.

 

Дальше, вглубь двора, слева в пристройке к огромной стене трехэтажного дома, жил лилипут - дядя Леша. Он был одинокий, как яйцо. Ростом чуть более метра, со сморщенным старушечьим желтоватым личиком, испещренным множеством морщин и морщинок, как у печёного яблока. Говорил  детско-скрипучим голосом. Курил дешевые папиросы «Прибой». Теперь пенсионер, он в молодости работал в цирке. Всегда носил тюбетейку – то ли голова мёрзла, то ли скрывал лысину.

Когда приносили пенсию, то покупал дешёвое яблочное вино и пил его маленькими рюмочками, разведя пополам с газировкой. За газировкой, как правило, бегали мы – ребятня. У него был шикарный немецкий аккордеон, видимо трофейный, – единственная ценная вещь в его доме. 

Подвыпив, он брал аккордеон, выходил на скамеечку около домика и играл всё подряд, что бы ни просили. Его из-за аккордеона почти не было видно, и как он умудрялся играть – для меня до сих пор загадка!

У него было два друга. Один - тоже музыкант, а другой – художник Гена. И ещё была у дяди Лёши закадычная подружка Люда. Она была такая же маленькая и сморщенная желтым личиком. Но выглядела хуже дяди Лёши, потому что красилась в немыслимо рыжий цвет, ярко-красно рисовала губы «бантиком» и подводила глаза черно-голубым. Чисто запечёная в микроволновке Мальвина!

 

При каждой встрече, которая, конечно же, сопровождалась винопитием, дядя Лёша и Гена дрались из-за Люды – ревновали друг к другу. Один раз Гена загнал дядю Лёшу в общественный сортир. И с полчаса Люда уговаривала его выйти наружу, а тот боялся выходить, опасаясь Гены. Зрелище этих переговоров было потрясающе смешным!

Когда я был в армии, дядя Лёша задохнулся дымом, при пожаре, который сам и устроил  – выпавшая изо рта папироска подожгла подушку. Его хибарка сгорела, от неё осталась только черная обугленная тень на стене большого дома.

 

На задней стороне двора жила очень странная еврейская семья.

Мать и двое сыновей. Её звали Фаина, а имена братьев я не помню, потому что никогда с ними не общался из-за большой разницы в возрасте. Братья, наверное, где-то работали, потому что пили они только по выходным – с вечера пятницы и до вечера воскресенья.

Файка (так её все звали) была мужеподобной грузной женщиной и, как говорится, бой-бабой!  Я хорошо запомнил её серо-фиолетовое лицо с огромным висящим носом и большими, наыворот, губами. Из угла рта вечно торчала дымящаяся изжёванная папироса. Голос у неё был грубый и утробный. Пила она наравне с сыновьями.

 

Справа, ближе к воротам стоял большой одноэтажный дом с двумя отдельными входами. Здесь жили два брата Гузеевы с семьями. Смешно, но я не помню, как звали младшего брата и его жену. Младший брат был каким-то руководителем и его поведение, манера держаться, стиль жизни были соответствующими. Его жена, деревня-деревней, зная, что её муж – начальник, держалась высокомерно. У них было две дочки - Галя (на год младше меня) и младшая Лена.

Старший брат Саша был простаком и ничего из себя не корчил.  Жена Елена была точной копией «бабы Бабарухи» (А.С.Пушкин, поэма «Сказка о царе Салтане»).

Маленькое личико с остреньким подбородком и острым крючковатым носом. Губы тянулись в нитку, а маленькие глаза пронзительно сверлили!  Мужа она пилила постоянно,  приводя в пример брата – постоянный источник её раздражения. Данное обстоятельство привело к тому, что братья не ходили друг к другу в гости!

Дядя  Саша так сильно любил дочь Людмилу, что осмеливался из-за неё ругаться с женой, когда та напрасно наезжала на дочку.

© Copyright: Серов Владимир, 2013

Регистрационный номер №0170477

от 19 ноября 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0170477 выдан для произведения:

 А в дворе рядом жили сплошь частники - 5 семей.

Слева от въездных ворот жила еврейская семья. Мать, отец и две дочери – Женька и младшая Эмка. Мы с Эммой были одногодки, и учились в одном классе.

Эмкина мама работала кассиршей в сберкассе, что около Крытого рынка. А отец был скорняком, и говорили – очень хорошим.  Жили зажиточно. Дом на  6-7 комнат. Внутри была идеальная чистота. Везде ковры. И пахло какой-то смесью ванили и одеколона. В шкафах стояла дорогая посуда. Позже я узнал, что это был настоящий мейсенсксий фарфор и богемский хрусталь. У них была большая библиотека. Она была закрыта в шкафу. Отец насмерть запретил давать кому-либо книги, и я так толком не знаю – какие там были книги. Старшая Женька была на 2 года старше моей сестры Ленки. Она, окончив Мединститут, стала врачом. Когда шёл массовый отъезд евреев в Израиль, их семья распалась! Отец вспомнил про Родину предков и уехал, а бабьё ехать отказалось, и они остались в СССР.

 

Дальше, вглубь двора, слева в пристройке к огромной стене трехэтажного дома, жил лилипут - дядя Леша. Он был одинокий, как яйцо. Ростом чуть более метра, со сморщенным старушечьим желтоватым личиком, испещренным множеством морщин и морщинок, как у печёного яблока. Говорил  детско-скрипучим голосом. Курил дешевые папиросы «Прибой». Теперь пенсионер, он в молодости работал в цирке. Всегда носил тюбетейку – то ли голова мёрзла, то ли скрывал лысину.

Когда приносили пенсию, то покупал дешёвое яблочное вино и пил его маленькими рюмочками, разведя пополам с газировкой. За газировкой, как правило, бегали мы – ребятня. У него был шикарный немецкий аккордеон, видимо трофейный, – единственная ценная вещь в его доме. 

Подвыпив, он брал аккордеон, выходил на скамеечку около домика и играл всё подряд, что бы ни просили. Его из-за аккордеона почти не было видно, и как он умудрялся играть – для меня до сих пор загадка!

У него было два друга. Один - тоже музыкант, а другой – художник Гена. И ещё была у дяди Лёши закадычная подружка Люда. Она была такая же маленькая и сморщенная желтым личиком. Но выглядела хуже дяди Лёши, потому что красилась в немыслимо рыжий цвет, ярко-красно рисовала губы «бантиком» и подводила глаза черно-голубым. Чисто запечёная в микроволновке Мальвина!

 

При каждой встрече, которая, конечно же, сопровождалась винопитием, дядя Лёша и Гена дрались из-за Люды – ревновали друг к другу. Один раз Гена загнал дядю Лёшу в общественный сортир. И с полчаса Люда уговаривала его выйти наружу, а тот боялся выходить, опасаясь Гены. Зрелище этих переговоров было потрясающе смешным!

Когда я был в армии, дядя Лёша задохнулся дымом, при пожаре, который сам и устроил  – выпавшая изо рта папироска подожгла подушку. Его хибарка сгорела, от неё осталась только черная обугленная тень на стене большого дома.

 

На задней стороне двора жила очень странная еврейская семья.

Мать и двое сыновей. Её звали Фаина, а имена братьев я не помню, потому что никогда с ними не общался из-за большой разницы в возрасте. Братья, наверное, где-то работали, потому что пили они только по выходным – с вечера пятницы и до вечера воскресенья.

Файка (так её все звали) была мужеподобной грузной женщиной и, как говорится, бой-бабой!  Я хорошо запомнил её серо-фиолетовое лицо с огромным висящим носом и большими, наыворот, губами. Из угла рта вечно торчала дымящаяся изжёванная папироса. Голос у неё был грубый и утробный. Пила она наравне с сыновьями.

 

Справа, ближе к воротам стоял большой одноэтажный дом с двумя отдельными входами. Здесь жили два брата Гузеевы с семьями. Смешно, но я не помню, как звали младшего брата и его жену. Младший брат был каким-то руководителем и его поведение, манера держаться, стиль жизни были соответствующими. Его жена, деревня-деревней, зная, что её муж – начальник, держалась высокомерно. У них было две дочки - Галя (на год младше меня) и младшая Лена.

Старший брат Саша был простаком и ничего из себя не корчил.  Жена Елена была точной копией «бабы Бабарухи» (А.С.Пушкин, поэма «Сказка о царе Салтане»).

Маленькое личико с остреньким подбородком и острым крючковатым носом. Губы тянулись в нитку, а маленькие глаза пронзительно сверлили!  Мужа она пилила постоянно,  приводя в пример брата – постоянный источник её раздражения. Данное обстоятельство привело к тому, что братья не ходили друг к другу в гости!

Рейтинг: +1 288 просмотров
Комментарии (1)
 
Проза, которую Вы не читали

 

Популярная проза за месяц
126
122
92
85
72
71
64
64
63
63
62
Перчатка 19 ноября 2017 (Виктор Лидин)
60
59
58
57
56
54
54
53
53
52
51
49
48
47
46
44
43
Синички 20 ноября 2017 (Тая Кузмина)
41
35