ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Рыбалка, дед, часы и лисапед...

Рыбалка, дед, часы и лисапед...

20 января 2015 - Николай Талызин
Лет двенадцать мне было, и я проспал на рыбалку. Впрочем, не я проспал, просто старший брат вставать не захотел, обещал мне голову оторвать, если я не отвяжусь и буду его дальше пытаться будить. А ведь мог бы и оторвать, он старше почти на четыре года, да и вообще очень сильный.




И время было безвозвратно упущено. Вот-вот рассвет. Пока сложил и привязал к велосипеду удочки, накопанных с вечера червей переложил в холщовый мешок и присыпал влажным перегноем... Да, и обед собрал: два помидора, огурец и пара сушёных таранок.




Всё, время катастрофически утекало! Розовел восток в займище... До Сухой в район Лозного, до Бобровой ямы я уже не успею: туда километров двадцать пять, даже до ближайших рыбных мест около семнадцати-восемнадцати. Что там, до Заморной до зори уже не поспеть...




Верхушки черешен и яблонь в саду становятся различимыми, скоро рассветёт. Ну и ничего: еду на котлован к острову. Здесь-то всего километров пять-семь, двадцать минут езды. Эх, впрочем, часы, что мне подарил дедушка, не ходят.




* * *




Часы! Мечта мальчишки, любого моего ровесника. «Победа»! У дедушки они висели на стене у кровати в изголовье. Были кроме «Победы» ещё огромные «Звезда». Но к ней он даже прикасаться никому не позволял. С войны привёз. Может быть его ими наградили, или подарил кто.. Но дедушка о войне никогда не рассказывал. Почти... Но о фронтовых днях дедушки мы расскажем потом как-нибудь.




А «Победу» мне дедушка подарил! Все родственники завидовали, как казалось мне, и сразу же окрестили «любимцем деда». А мне было очень обидно: какой же он дед? Он дедушка!




А часы-то, «Победа», чуть-чуть походили и издохли. Крутил я заводилку, тряс — не тикают. Слёзы было стыдно пускать, а нос уже полон соплей. Так я, насупившись, и шмыгал от обиды обеими ноздрями. Папа мой заметил и сжалился. Дал рубль на ремонт. Поехал я на велике через квартал на пустырь, там стояла будка часового мастера. Ах, да, велосипеда у меня своего-то ещё и не было. Сейчас прервусь про рыбалку и часы и чуть-чуть, мало-мало расскажу про велосипеды.




* * *




У дедушки было несколько педальных машин: «ПВЗ», «ХВЗ» и неопознанной марки. Я так думаю, что это был сборный экземпляр из отечественных и трофейных деталей. Впрочем данная машина была не худшим вариантом. А вот «ХВЗ», то есть Харьковский велосипедный завод — О!! Это было что-то! Его, видимо, собирали из бракованных танковых деталей. Весил железный конь очень-очень много! Поднять его было не просто. Рама высоченная! Харьковскую машину никто не любил: ни папа, ни старший брат. Этот лисапед, как называл его дедушка, всегда доставался мне!




Я долго боролся с тяжеленной машиной, готовясь к выезду, раскачивал, чтобы перевести в вертикальное положение. Потом выравнивал руль, пару раз ронял бронированного коня, выводя его за калитку. Далее предстояло пристроить зверскую машину к лавке, что у калитки, где вечерами соседские старушки лузгали семечки. Да что греха таить, и мы тоже то подсолнечник, то тыквенные семена щёлкали.




Ну вот! Подвёл велосипед, приподнял заднее колесо, провернул педаль так, что бы вскочив под раму, с рамы-то я не доставал до педалей, оттолкнуться и одновременно нажать на педаль. А иначе старт не получится. Впрочем не всегда с первого раза и удавалось. Приходилось, виляя передним колесом, тащить этот злосчастный «ХВЗ» назад к лавке и готовиться к «пуску» заново.




Ага! Удалось и я поехал! Но на рыбалку и не думай. Весь я помещался под рамой. Только тоненькие ручонки поднятые вверх рулили, взявшись за рога чудо-аппарата. Но... Только вокруг квартала. Лишь за хлебом в ближайшую булочную. В лучшем случае до «сетки» за овощами.




Ах, да! Вы же не знаете, что такое «сетка». «Сетка» - это летний ларёк для торговли огурцами, баклажанами, арбузами, помидорами, перцем... Овощи и фрукты привозили на тракторных тележках прямо с колхозных и совхозных полей. А цены были, не поверите: помидоры по десять копеек, огурцы — пять, а если корнишоны, то по восемь. Арбузы торговались по пятаку, а если цену ставили семь-восемь копеек, то говорили, что на бахче неурожай. Стен у ларька как таковых не было: каркас затянут металлической сеткой, отсюда и название - «сетка».




Нагрузишь две-три авоськи и уже вскочить на своего железного коня не можешь. Приходится тащить его пешком. Так я и мучился, пока не освободится Пензенский велосипед. Он был несколько ниже и значительно легче. Если не садиться в седло, то с рамы кончиками пальцев я уже мог крутить педали. А это уже была настоящая езда, гонка! Даже с одной рукой можно рулить. Но останавливаться всё равно надо осторожно, широко выставив ногу, тормозить, как говорили пацаны, «лаптём». Коленки и локти никогда не заживали: всё лето были покрыты болячками, как панцирем.




А тут в магазине появился велосипед «Орлёнок» для подростков. Стоил он огромные деньги: где-то сорок семь-сорок восемь рублей. Говорили, что делали его где-то в Прибалтике, потому что на раме были не только русские буквы, но и несколько латинских. Но это была лишь несбыточная мальчишеская мечта... Хромированные детали, мягкие ручки на руле. А какое двухцветное сидение! Седло так седло! Багажник и сумочка для инструмента... И насос! Эх!!! Это сейчас компьютер, планшет, байк... А тогда — велосипед и часы!




Без велика на какую рыбалку? Только на «камни» за бычками. Иногда старший брат брал меня, посадив то на багажник, то на раму. В первом случае велосипед виляет, управлять трудно, а на раме у меня зад долго не выдерживал, больно однако по кочкам. А, если на дороге пыль или песок, то и вовсе приходилось тащиться пешком. Так что, и мне не в радость, и брату в тягость. Без велика не часто я на настоящую рыбалку попадал. Лишь иногда в выходные мой крёстный заводил мотоцикл «Иж-Юпитер», и мне с двоюродной сестрой или с тётей находилось место в люльке. А люлька была не «родная», а от польской «Панонии». Вот так... А мечта была рядом: «Орлёнок» - велосипед, сделанный определённо под меня...




У меня день рождения летом, в июне. И я даже не мечтал почти что, как-то и не верилось в мальчишеское счастье... А мне мама с папой подарили на день рождения велосипед «Орлёнок»!!!




Ах, как я выбирал своего «коня» в магазине, как вместе с папой и братом собирали его. Затем качал шины новеньким насосом, складывал в сумочку ключи. Потом, уже дома дедушка подогнал под мой рост седло и руль. Как я гонял на своём «Орлике»: сидя, стоя, свесив обе ноги в одну сторону и даже без рук. Болячек только прибавилось.




Но теперь я вместе со взрослыми мог ездить на рыбалку, даже с ночёвками. За двадцать-тридцать километров. Иногда, когда взрослые уезжали совсем далеко и надолго, то я один ездил к ним, что бы забрать улов и подвести для них провизию. Да и самостоятельно ездил туда, куда Макар телят не гонял.




Но и это о велосипедах пока не всё. Я забыл сказать, что мы с родителями жили далеко на Севере. Папа работал на шахте. А на Дон мы приезжали только летом на два-три месяца. Дедушка ждал нашего приезда, готовил велосипеды: смазывал, клепал цепи, клеил шины. Налаживал и удочки, садки, бредень. А когда мы уезжали к себе на Полярный круг, дедушка всё за нами собирал, прибирал, налаживал. Дедушка у меня был настоящий Дед! Теперь я тоже дедуля, но Бог дал пока только внучек: приходится прибирать куклы, вышивать, налаживать санки и лыжи. Я хочу быть таким же Дедом, каким был мой дедушка...




Шли годы, мы росли. Вместо велосипедов у нас стали мопеды «Рига-2, -8, -12», «Верховина»... Дедушка и с этой техникой справлялся. После очередного нашего отъезда всё исправлял и прибирал. К следующему лету и техника, и снасти были готовы на всю «орду». Пока оставим «лисапеды», так дедушка называл наших коней и вернёмся к часам и рыбалке.




* * *




Продолжим о часах «Победа», что мне дедушка подарил. Так вот, прикатил я в одних трусах к часовому мастеру. Почему в одних трусах? Так жарко! А шорт мы тогда и не знали. У часовщика, видимо, в летний зной работы было не много. Да и часы мои его заинтересовали. Модель-то оказалась знатная, одна из первых, что во ознаменование Великой Победы были выпущены в Советском Союзе. Сейчас многие и не поверят, что за девяносто копеек мастер наладил механизм, переставил его в новый, но точно такой же, корпус, заменил истёршийся циферблат. Часы стали как новые. Служили верой и правдой многие годы, пока мой младший братишка не добрался и по несмышлёности разобрал их до последней шестерёнки. Мне было жаль дедушкиных часов. И братишку жаль. Малец несмышленый. А потом и он подрос, гонял на моём «Орлёнке», перешедшему к нему по наследству.




* * *




Пора, пора на рыбалку. В путь! Но сколько потеряно времени, к зорьке хотя бы на котлован попасть.







Вот уж, опять придётся сделать небольшое отступление: объяснить, что такое котлован. Когда строили ГЭС — гидроэлектростанцию, брали грунт для плотины из расположенных рядом карьеров. Впоследствии они были наполнены донской водой и влились в единую гидросистему. Котлованы и сейчас служат как бы буфером. Когда идёт сброс воды через плотину ГЭС, уровень прежде всего поднимается в котлованах, а лишь потом плавно перетекает в русло Дона. И наоборот, когда сброс воды небольшой, то река всё равно наполнена водой, Дон питается из котлованов. А сколько там было рыбы!







Вот туда я и направился. Повезёт, то возьму одну-две стерлядки. Нет, то хотя бы подлещиков, окуня, рыбца или ерша, наконец. Однако, когда я приехал на первый котлован к острову, то моё любимое уловное место было занято. А располагаться рядом с другими рыбаками я не любил. Ушёл в заливчик, где никто и никогда не рыбачил. Отмель, на которую заносит течение всю зелень и мусор.




Солнышко уже выпустило первые лучи-стрелы из-за водной глади, на мгновение ослепив рыбаков. Предрассветная прохлада и волнение, которое никогда не покидает рыбака, заставляли дрожать руки и ноги в коленках. Снарядил я и закинул две донки, которые у нас называют закидушками. Поплавочную удочку решил настроить позже, когда встанет солнце и слегка согреет мурашки на коже. Здесь же отмель, забродить надо, а не охота, зябко дюже.




И... вдруг! Поклёвка! Аж подгрузельник слетел. Колокольчиков у нас, мальчишек, не было, дорого. Так мы или кусок свинца на проволоке вешали на леску. Или вовсе кусок глины. Вытаскиваю леску, идёт легко, как обрыв. И тут всплывает огромный лещ, аж чешуя красная и в зелёной тине. А какой послушный: хлебнув воздуха, сразу лёг на бок и без особого сопротивления вслед за леской оказался на берегу. В садок его! А он через кольцо горловины не пролазит. Хорошо, что я запасливый. Выкинул харчи из мешка, улов в освободившуюся тару. А тут и вторая снасть уже уплывает. Еле догнал в метрах пяти -семи от берега. Хорошо, что отмель. И опять лещ-ветеран.




Азарт охватил весь мой мальчишеский организм, сердце подкатило и колотилось уже где-то под горлом. Я потерял всякий рассудок, не заметил, что уже летают ласточки-береговушки, вороны на берегу поедают битую дохлую рыбу, а солнце уже полностью вышло их-за горизонта, оторвавшись от водной глади, распуская пока ещё ласково-тёплые лучи. Но скоро они превратятся в обжигающе-пылающие пучки стрел. Выжженная донская степь уже давно потеряла даже малейшие оттенки зелёного. Она сейчас даже не золотая, а серо-блёклая с проседью зарослей ковыля.




А я весь в рыбацком азарте, весь в работе. И даже не заметил, что рядом со мной почему-то и откуда-то появились два парня. Да какие парни, пацаны на пару лет постарше меня.




- Как улов?




А я-то простодушный:




- Вот. Два леща!




Но ребята смотрят как-то не по-доброму. Не осознавая ещё опасности, как-то рефлекторно, я стал сматывать удочки, складывать в сумку свои пожитки.




- Отдай рыбу!- потребовали «гости». Я стиснул зубы и, молча, готовился к отъезду. Силы были неравны: я один, их двое; я бледный и худенький северянин, а эти казачата крежасты, коренасты, загорелые.. Ноги слегка кривоваты, под коня выструганы. Они-то и кобылу никогда не видели, но природа клепает казаков под седло. Пусть не обижаются на меня земляки-донцы, но они и до сих пор носят штаны шире на пару размеров, и ширинка болтается чуть ли не до колен. Вековая привычка. А коль штаны в обтяжку, то вскочишь на скакуна с голой задницей: вмиг лопнут штаны по шву!




- Рыбу давай! - пацаны шагнули ко мне ближе.




- Дядя Толя!!!- я заорал что было мОчи. Дал же Бог лужёную глотку.




В двух-трёх километрах находился судоремонтный завод, где сварщиком работал мой крёстный. Вряд ли он меня мог услышать, но крик меня спас. Грабители отшатнулись и стали оглядываться. И мой «Орлёнок! Мой славный железный конь! За велосипедом они угнаться уже не смогли.




Вернулся домой. Брат только встал с постели. Бабушка с мамой решали, что готовить на обед. Моя рыба оказалась кстати. Однако мой испуганный вид взбудоражил всё семейство. Брат ревел:




- Где они?! Головы поотшибаю!




Мать шептала:




- Один ни шагу со двора...




Бабушка капала сердечные капли.




А в каждом леще было более двух килограммов. Вот так.




Брат мой старший больше не сопротивлялся, когда я его будил в три часа ночи на рыбалку. А я и до сих пор встаю в любой час дня и ночи, когда мне надо. Без будильника.




* * *




Так я помню один из дней моего детства. Будет время и подходящее настроение, найдутся терпеливые слушатели и читатели, расскажу ещё. И про батюшку Дон, про далёкий Русский Север, о грибной охоте под Тулой, о путешествии по Оке, о городах Средней Азии, которым несколько тысяч лет, непременно о Беловежской пуще, о заснеженных вершинах Урала и теплых водах южных морей. До встречи...













 

© Copyright: Николай Талызин, 2015

Регистрационный номер №0266220

от 20 января 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0266220 выдан для произведения: Лет двенадцать мне было, и я проспал на рыбалку. Впрочем, не я проспал, просто старший брат вставать не захотел, обещал мне голову оторвать, если я не отвяжусь и буду его дальше пытаться будить. А ведь мог бы и оторвать, он старше почти на четыре года, да и вообще очень сильный.




И время было безвозвратно упущено. Вот-вот рассвет. Пока сложил и привязал к велосипеду удочки, накопанных с вечера червей переложил в холщовый мешок и присыпал влажным перегноем... Да, и обед собрал: два помидора, огурец и пара сушёных таранок.




Всё, время катастрофически утекало! Розовел восток в займище... До Сухой в район Лозного, до Бобровой ямы я уже не успею: туда километров двадцать пять, даже до ближайших рыбных мест около семнадцати-восемнадцати. Что там, до Заморной до зори уже не поспеть...




Верхушки черешен и яблонь в саду становятся различимыми, скоро рассветёт. Ну и ничего: еду на котлован к острову. Здесь-то всего километров пять-семь, двадцать минут езды. Эх, впрочем, часы, что мне подарил дедушка, не ходят.




* * *




Часы! Мечта мальчишки, любого моего ровесника. «Победа»! У дедушки они висели на стене у кровати в изголовье. Были кроме «Победы» ещё огромные «Звезда». Но к ней он даже прикасаться никому не позволял. С войны привёз. Может быть его ими наградили, или подарил кто.. Но дедушка о войне никогда не рассказывал. Почти... Но о фронтовых днях дедушки мы расскажем потом как-нибудь.




А «Победу» мне дедушка подарил! Все родственники завидовали, как казалось мне, и сразу же окрестили «любимцем деда». А мне было очень обидно: какой же он дед? Он дедушка!




А часы-то, «Победа», чуть-чуть походили и издохли. Крутил я заводилку, тряс — не тикают. Слёзы было стыдно пускать, а нос уже полон соплей. Так я, насупившись, и шмыгал от обиды обеими ноздрями. Папа мой заметил и сжалился. Дал рубль на ремонт. Поехал я на велике через квартал на пустырь, там стояла будка часового мастера. Ах, да, велосипеда у меня своего-то ещё и не было. Сейчас прервусь про рыбалку и часы и чуть-чуть, мало-мало расскажу про велосипеды.




* * *




У дедушки было несколько педальных машин: «ПВЗ», «ХВЗ» и неопознанной марки. Я так думаю, что это был сборный экземпляр из отечественных и трофейных деталей. Впрочем данная машина была не худшим вариантом. А вот «ХВЗ», то есть Харьковский велосипедный завод — О!! Это было что-то! Его, видимо, собирали из бракованных танковых деталей. Весил железный конь очень-очень много! Поднять его было не просто. Рама высоченная! Харьковскую машину никто не любил: ни папа, ни старший брат. Этот лисапед, как называл его дедушка, всегда доставался мне!




Я долго боролся с тяжеленной машиной, готовясь к выезду, раскачивал, чтобы перевести в вертикальное положение. Потом выравнивал руль, пару раз ронял бронированного коня, выводя его за калитку. Далее предстояло пристроить зверскую машину к лавке, что у калитки, где вечерами соседские старушки лузгали семечки. Да что греха таить, и мы тоже то подсолнечник, то тыквенные семена щёлкали.




Ну вот! Подвёл велосипед, приподнял заднее колесо, провернул педаль так, что бы вскочив под раму, с рамы-то я не доставал до педалей, оттолкнуться и одновременно нажать на педаль. А иначе старт не получится. Впрочем не всегда с первого раза и удавалось. Приходилось, виляя передним колесом, тащить этот злосчастный «ХВЗ» назад к лавке и готовиться к «пуску» заново.




Ага! Удалось и я поехал! Но на рыбалку и не думай. Весь я помещался под рамой. Только тоненькие ручонки поднятые вверх рулили, взявшись за рога чудо-аппарата. Но... Только вокруг квартала. Лишь за хлебом в ближайшую булочную. В лучшем случае до «сетки» за овощами.




Ах, да! Вы же не знаете, что такое «сетка». «Сетка» - это летний ларёк для торговли огурцами, баклажанами, арбузами, помидорами, перцем... Овощи и фрукты привозили на тракторных тележках прямо с колхозных и совхозных полей. А цены были, не поверите: помидоры по десять копеек, огурцы — пять, а если корнишоны, то по восемь. Арбузы торговались по пятаку, а если цену ставили семь-восемь копеек, то говорили, что на бахче неурожай. Стен у ларька как таковых не было: каркас затянут металлической сеткой, отсюда и название - «сетка».




Нагрузишь две-три авоськи и уже вскочить на своего железного коня не можешь. Приходится тащить его пешком. Так я и мучился, пока не освободится Пензенский велосипед. Он был несколько ниже и значительно легче. Если не садиться в седло, то с рамы кончиками пальцев я уже мог крутить педали. А это уже была настоящая езда, гонка! Даже с одной рукой можно рулить. Но останавливаться всё равно надо осторожно, широко выставив ногу, тормозить, как говорили пацаны, «лаптём». Коленки и локти никогда не заживали: всё лето были покрыты болячками, как панцирем.




А тут в магазине появился велосипед «Орлёнок» для подростков. Стоил он огромные деньги: где-то сорок семь-сорок восемь рублей. Говорили, что делали его где-то в Прибалтике, потому что на раме были не только русские буквы, но и несколько латинских. Но это была лишь несбыточная мальчишеская мечта... Хромированные детали, мягкие ручки на руле. А какое двухцветное сидение! Седло так седло! Багажник и сумочка для инструмента... И насос! Эх!!! Это сейчас компьютер, планшет, байк... А тогда — велосипед и часы!




Без велика на какую рыбалку? Только на «камни» за бычками. Иногда старший брат брал меня, посадив то на багажник, то на раму. В первом случае велосипед виляет, управлять трудно, а на раме у меня зад долго не выдерживал, больно однако по кочкам. А, если на дороге пыль или песок, то и вовсе приходилось тащиться пешком. Так что, и мне не в радость, и брату в тягость. Без велика не часто я на настоящую рыбалку попадал. Лишь иногда в выходные мой крёстный заводил мотоцикл «Иж-Юпитер», и мне с двоюродной сестрой или с тётей находилось место в люльке. А люлька была не «родная», а от польской «Панонии». Вот так... А мечта была рядом: «Орлёнок» - велосипед, сделанный определённо под меня...




У меня день рождения летом, в июне. И я даже не мечтал почти что, как-то и не верилось в мальчишеское счастье... А мне мама с папой подарили на день рождения велосипед «Орлёнок»!!!




Ах, как я выбирал своего «коня» в магазине, как вместе с папой и братом собирали его. Затем качал шины новеньким насосом, складывал в сумочку ключи. Потом, уже дома дедушка подогнал под мой рост седло и руль. Как я гонял на своём «Орлике»: сидя, стоя, свесив обе ноги в одну сторону и даже без рук. Болячек только прибавилось.




Но теперь я вместе со взрослыми мог ездить на рыбалку, даже с ночёвками. За двадцать-тридцать километров. Иногда, когда взрослые уезжали совсем далеко и надолго, то я один ездил к ним, что бы забрать улов и подвести для них провизию. Да и самостоятельно ездил туда, куда Макар телят не гонял.




Но и это о велосипедах пока не всё. Я забыл сказать, что мы с родителями жили далеко на Севере. Папа работал на шахте. А на Дон мы приезжали только летом на два-три месяца. Дедушка ждал нашего приезда, готовил велосипеды: смазывал, клепал цепи, клеил шины. Налаживал и удочки, садки, бредень. А когда мы уезжали к себе на Полярный круг, дедушка всё за нами собирал, прибирал, налаживал. Дедушка у меня был настоящий Дед! Теперь я тоже дедуля, но Бог дал пока только внучек: приходится прибирать куклы, вышивать, налаживать санки и лыжи. Я хочу быть таким же Дедом, каким был мой дедушка...




Шли годы, мы росли. Вместо велосипедов у нас стали мопеды «Рига-2, -8, -12», «Верховина»... Дедушка и с этой техникой справлялся. После очередного нашего отъезда всё исправлял и прибирал. К следующему лету и техника, и снасти были готовы на всю «орду». Пока оставим «лисапеды», так дедушка называл наших коней и вернёмся к часам и рыбалке.




* * *




Продолжим о часах «Победа», что мне дедушка подарил. Так вот, прикатил я в одних трусах к часовому мастеру. Почему в одних трусах? Так жарко! А шорт мы тогда и не знали. У часовщика, видимо, в летний зной работы было не много. Да и часы мои его заинтересовали. Модель-то оказалась знатная, одна из первых, что во ознаменование Великой Победы были выпущены в Советском Союзе. Сейчас многие и не поверят, что за девяносто копеек мастер наладил механизм, переставил его в новый, но точно такой же, корпус, заменил истёршийся циферблат. Часы стали как новые. Служили верой и правдой многие годы, пока мой младший братишка не добрался и по несмышлёности разобрал их до последней шестерёнки. Мне было жаль дедушкиных часов. И братишку жаль. Малец несмышленый. А потом и он подрос, гонял на моём «Орлёнке», перешедшему к нему по наследству.




* * *




Пора, пора на рыбалку. В путь! Но сколько потеряно времени, к зорьке хотя бы на котлован попасть.







Вот уж, опять придётся сделать небольшое отступление: объяснить, что такое котлован. Когда строили ГЭС — гидроэлектростанцию, брали грунт для платины из расположенных рядом карьеров. Впоследствии они были наполнены донской водой и влились в единую гидросистему. Котлованы и сейчас служат как бы буфером. Когда идёт сброс воды через платину ГЭС, уровень прежде всего поднимается в котлованах, а лишь потом плавно перетекает в русло Дона. И наоборот, когда сброс воды небольшой, то река всё равно наполнена водой, Дон питается из котлованов. А сколько там было рыбы!







Вот туда я и направился. Повезёт, то возьму одну-две стерлядки. Нет, то хотя бы подлещиков, окуня, рыбца или ерша, наконец. Однако, когда я приехал на первый котлован к острову, то моё любимое уловное место было занято. А располагаться рядом с другими рыбаками я не любил. Ушёл в заливчик, где никто и никогда не рыбачил. Отмель, на которую заносит течение всю зелень и мусор.




Солнышко уже выпустило первые лучи-стрелы из-за водной глади, на мгновение ослепив рыбаков. Предрассветная прохлада и волнение, которое никогда не покидает рыбака, заставляли дрожать руки и ноги в коленках. Снарядил я и закинул две донки, которые у нас называют закидушками. Поплавочную удочку решил настроить позже, когда встанет солнце и слегка согреет мурашки на коже. Здесь же отмель, забродить надо, а не охота, зябко дюже.




И... вдруг! Поклёвка! Аж подгрузельник слетел. Колокольчиков у нас, мальчишек, не было, дорого. Так мы или кусок свинца на проволоке вешали на леску. Или вовсе кусок глины. Вытаскиваю леску, идёт легко, как обрыв. И тут всплывает огромный лещ, аж чешуя красная и в зелёной тине. А какой послушный: хлебнув воздуха, сразу лёг на бок и без особого сопротивления вслед за леской оказался на берегу. В садок его! А он через кольцо горловины не пролазит. Хорошо, что я запасливый. Выкинул харчи из мешка, улов в освободившуюся тару. А тут и вторая снасть уже уплывает. Еле догнал в метрах пяти -семи от берега. Хорошо, что отмель. И опять лещ-ветеран.




Азарт охватил весь мой мальчишеский организм, сердце подкатило и колотилось уже где-то под горлом. Я потерял всякий рассудок, не заметил, что уже летают ласточки-береговушки, вороны на берегу поедают битую дохлую рыбу, а солнце уже полностью вышло их-за горизонта, оторвавшись от водной глади, распуская пока ещё ласково-тёплые лучи. Но скоро они превратятся в обжигающе-пылающие пучки стрел. Выжженная донская степь уже давно потеряла даже малейшие оттенки зелёного. Она сейчас даже не золотая, а серо-блёклая с проседью зарослей ковыля.




А я весь в рыбацком азарте, весь в работе. И даже не заметил, что рядом со мной почему-то и откуда-то появились два парня. Да какие парни, пацаны на пару лет постарше меня.




- Как улов?




А я-то простодушный:




- Вот. Два леща!




Но ребята смотрят как-то не по-доброму. Не осознавая ещё опасности, как-то рефлекторно, я стал сматывать удочки, складывать в сумку свои пожитки.




- Отдай рыбу!- потребовали «гости». Я стиснул зубы и, молча, готовился к отъезду. Силы были неравны: я один, их двое; я бледный и худенький северянин, а эти казачата крежасты, коренасты, загорелые.. Ноги слегка кривоваты, под коня выструганы. Они-то и кобылу никогда не видели, но природа клепает казаков под седло. Пусть не обижаются на меня земляки-донцы, но они и до сих пор носят штаны шире на пару размеров, и ширинка болтается чуть ли не до колен. Вековая привычка. А коль штаны в обтяжку, то вскочишь на скакуна с голой задницей: вмиг лопнут штаны по шву!




- Рыбу давай! - пацаны шагнули ко мне ближе.




- Дядя Толя!!!- я заорал что было мОчи. Дал же Бог лужёную глотку.




В двух-трёх километрах находился судоремонтный завод, где сварщиком работал мой крёстный. Вряд ли он меня мог услышать, но крик меня спас. Грабители отшатнулись и стали оглядываться. И мой «Орлёнок! Мой славный железный конь! За велосипедом они угнаться уже не смогли.




Вернулся домой. Брат только встал с постели. Бабушка с мамой решали, что готовить на обед. Моя рыба оказалась кстати. Однако мой испуганный вид взбудоражил всё семейство. Брат ревел:




- Где они?! Головы поотшибаю!




Мать шептала:




- Один ни шагу со двора...




Бабушка капала сердечные капли.




А в каждом леще было более двух килограммов. Вот так.




Брат мой старший больше не сопротивлялся, когда я его будил в три часа ночи на рыбалку. А я и до сих пор встаю в любой час дня и ночи, когда мне надо. Без будильника.




* * *




Так я помню один из дней моего детства. Будет время и подходящее настроение, найдутся терпеливые слушатели и читатели, расскажу ещё. И про батюшку Дон, про далёкий Русский Север, о грибной охоте под Тулой, о путешествии по Оке, о городах Средней Азии, которым несколько тысяч лет, непременно о Беловежской пуще, о заснеженных вершинах Урала и теплых водах южных морей. До встречи...













 
Рейтинг: +8 364 просмотра
Комментарии (18)
НИКОЛАЙ ГОЛЬБРАЙХ # 21 января 2015 в 00:03 +1
НИКОЛАЙ, ПРЕКРАСНАЯ РАБОТА!!! 50ba589c42903ba3fa2d8601ad34ba1e c0137 ura c0414
Николай Талызин # 21 января 2015 в 00:09 +2
Добрый вечер, Николай!
Спасибо за высокую оценку.
Буду писать, пока у меня есть хотя бы один читатель...
С уважением Николай.
Влад Устимов # 23 января 2015 в 12:18 +1
Ещё!
Николай Талызин # 23 января 2015 в 12:27 +2
Спасибо!
Буду пробовать писать ещё...
С уважением Николай.
Людмила Алексеева # 24 января 2015 в 09:41 +1
8ed46eaeebfbdaa9807323e5c8b8e6d9
Николай Талызин # 24 января 2015 в 10:13 +2
040a6efb898eeececd6a4cf582d6dca6
Любовь Вощенко # 2 марта 2015 в 22:12 +1
Николай,добрая проза, рада что заглянула
Николай Талызин # 2 марта 2015 в 22:17 +1
Спасибо, Любовь, за добрые слова!
Не забывайте, заходите.
С уважением Николай.
040a6efb898eeececd6a4cf582d6dca6
Наталия Новицкая # 13 июля 2015 в 20:29 +1
50ba589c42903ba3fa2d8601ad34ba1e прочла на одном дыхании, понравился ваш рассказ, буду заглядывать к вам на страничку.
live3
Николай Талызин # 13 июля 2015 в 21:51 +1
Благодарю Вас, Наташа!
Добро пожаловать в тёплый дои Талызина!
Антонида Саушкина # 13 июля 2015 в 20:37 +1
Интересный рассказ. Как говорится, у каждого из нас есть свой "велосипед" или "рыбалка", т.е. история нашего детства.
Николай Талызин # 13 июля 2015 в 21:52 +1
Антонида, огромное спасибо!
Мы с Вами родом из детства...
С уважением Николай.
Людмила Денисова # 14 июля 2015 в 11:18 +1
Прочитала с огромным удовольствием! Большшое спасибо! Пишите ещё, ждём.
Николай Талызин # 14 июля 2015 в 12:08 +1
Благодарю Вас, Людмила!
Заходите, читайте. Я всегда рад Читателю!
С уважением Николай.
Людмила Казачок # 10 сентября 2015 в 16:39 0
НИКОЛАЙ, ПРЕКРАСНАЯ РАБОТА!!!
Николай Талызин # 11 сентября 2015 в 07:44 0
Благодарю за внимание к моей работе и за отзыв.
С уважением Николай.
Галина Кравчук # 28 октября 2015 в 07:06 0
Николай Талызин # 28 октября 2015 в 08:25 0
8ed46eaeebfbdaa9807323e5c8b8e6d9
Популярная проза за месяц
117
116
113
107
102
98
96
96
95
91
90
88
82
80
79
74
73
73
71
69
67
66
66
66
64
64
63
61
58
54