Рецепт врага

15 февраля 2014 - Вениамин Ефимов
article191247.jpg
  Я в застойные времена работал в гастроэнтерологическом отделении. Как раз тогда Л. И. Брежнев опубликовал "Малую землю". Газеты печатали воспоминания генсека. Народ почитывал, похихикивал. Мол, судьба войны решалась не под Москвой или Сталинградом, а на маленьком пятачке земли, где воевал полковник Брежнев. Как-то на обходе один из больных, маленький лысый старичок по фамилии Чунаев, отложив газету с этим произведением, сказал мне
  - Вот вы, доктор, при поступлении всё у меня расспрашивали - какими я болезнями болел. Да не работал ли на вредном производстве. Не балуюсь ли водочкой. А ведь кишечник у меня с той самой малой земли болит.
  -А вы что на малой земле воевали? - спросил я
  - Воевал и медаль за это имею - с готовностью ответил старик - и ранен там был.- Он поднял штанину и показал старые рубцы на голени. - Только ранение о себе не напоминает, а побитый там кишечник так всё время и не даёт покоя.
  - Пиши дед слезницу в военкомат. Вас с Брежневым небось только двое из участников тех боёв осталось. Дадут героя. Сейчас самое время - посоветовал сосед по палате. Чунаев не обиделся и даже улыбнулся молодому человеку.
  -Да, немного нас осталось. Народу там полегло тьма. Ещё при высадке. Доставили нас на катерах под огнём. Близко к берегу катера не погнали. Скомандовали прыгать прямо в воду и вплавь до берега добираться. А на нас только боезапаса килограмм по тридцать, не считая прочей амуниции. Сам спрыгнул, или подтолкнули, уже не помню. Только сразу водой с головкой накрыло. Ростика - то во мне, сами видите, метр с кепкой. Хорошо рядом кто-то меня из воды приподнял и к берегу толкнул. Многие там так и остались стоять навечно. А я вот каким-то чудом выбрался. Выполз на берег, одно только и твержу
  - Ну, слава Богу, слава Богу, а ведь атеистом и комсомольцем был. Потом говорили - каждый четвертый утонул смертью храбрых. В окопах просохли на третьи сутки и как раз всех понесло. Да так, что мы тем, кто утоп позавидовали. Обосрались все, вплоть до комроты, а может и выше начальства, но мы их не видели. От немцев нас отделяло на левом фланге кукурузное поле. С одной стороны мы оправляемся, с другой - фрицы. По кукурузным вершкам хорошо видно, когда немцы за тем же делом шли. Поле это ещё до нас удобряли с обеих сторон и говорят - первое время постреливали, как только кукуруза начинала шевелиться. При нас, правда, перестали. Оправление и похороны - дела для солдата не скажу святые, но из наиважнейших.. Похоронные команды не обстреливали, разве только перепутают иной раз. Лечение одно - соль в водку. Таблеток и у медиков не было. Да и не помогли бы они, говорят - дизентерия у нас, оказывается, была амебная. Её как - то особенно надо лечить. Водка с солью на несколько часов помогала. Может если бы её к ряду раза три, четыре принять, так вылечишься, но нашему брату водки и без поноса всегда не хватало, а тут эпидемия. И вот, значит, приходилось в кукурузу каждые полчаса нырять. Пока силы были, отходили подальше потому, что уже близкие позиции сплошь кровью задристаны. Вот как - то я отыскиваю место почище. А у самого голова кружится, руки дрожат. Только решился присесть, смотрю - фриц уже сидит, смотрит на меня выжидающе. Винтовка рядом с ним и он одну руку около неё держит. И вижу я, рука эта у него дрожит точно так же, как у меня. И лицо, как у всех у нас дизентерийных, страдальческое. Я стою, не знаю что делать. А он показывает, мол, чего там, садись, коль пришел. Да и мне не до стрельбы. Того и гляди, как с гуся потечёт. Присел я метрах в трёх напротив, делаю своё грязное дело. Он вдруг спрашивает
  - Иван, что лечит? Я говорю
  - Водка с солью, фриц. Он берет выкорчеванный стебель кукурузы, показывает корневище и говорит
  - Вода греть. И показывает потом, что это надо пить. Я говорю
  - Не сильно что-то помогает, судя по тебе. Потом мы оба расходимся, пошатываясь от слабости в разные стороны. Пару кореньев я в окоп приволок. Заварили, попили и правда помогает. Стали заваривать по несколько раз в день и понос стал пореже, хоть совсем и не прошел. Откуда у меня этот рецепт я, конечно, не сказал никому. И вот думаю, а немцы интересно водку с солью использовали? Или что русскому в пользу - немцу смерть?

© Copyright: Вениамин Ефимов, 2014

Регистрационный номер №0191247

от 15 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0191247 выдан для произведения:
  Я в застойные времена работал в гастроэнтерологическом отделении. Как раз тогда Л. И. Брежнев напечатал "Малую землю". Газеты печатали воспоминания генсека. Народ почитывал, похихикивал. Мол, судьба войны решалась не под Москвой или Сталинградом, а на маленьком пятачке земли, где воевал полковник Брежнев. Как-то на обходе один из больных, маленький лысый старичок по фамилии Чунаев, отложив газету с этим произведением, сказал мне
  - Вот вы, доктор, при поступлении всё у меня расспрашивали - какими я болезнями болел. Да не работал ли на вредном производстве. Не балуюсь ли водочкой. А ведь кишечник у меня с той самой малой земли болит.
  -А вы что на малой земле воевали? - спросил я
  - Воевал и медаль за это имею - с готовностью ответил старик - и ранен там был.- Он поднял штанину и показал старые рубцы на голени. - Только ранение о себе не напоминает, а побитый там кишечник так всё время и не даёт покоя.
  - Пиши дед слезницу в военкомат. Вас с Брежневым небось только двое из участников тех боёв осталось. Дадут героя. Сейчас самое время - посоветовал сосед по палате. Чунаев не обиделся и даже улыбнулся молодому человеку.
  -Да, немного нас осталось. Народу там полегло тьма. Ещё при высадке. Доставили нас на катерах под огнём. Близко к берегу катера не погнали. Скомандовали прыгать прямо в воду и вплавь до берега добираться. А на нас только боезапаса килограмм по тридцать, не считая прочей амуниции. Сам спрыгнул, или подтолкнули, уже не помню. Только сразу водой с головкой накрыло. Ростика - то во мне, сами видите, метр с кепкой. Хорошо рядом кто-то меня из воды приподнял и к берегу толкнул. Многие там так и остались стоять навечно. А я вот каким-то чудом выбрался. Выполз на берег, одно только и твержу
  - Ну, слава Богу, слава Богу, а ведь атеистом и комсомольцем был. Потом говорили - каждый четвертый утонул смертью храбрых. В окопах просохли на третьи сутки и как раз всех понесло. Да так, что мы тем, кто утоп позавидовали. Обосрались все, вплоть до комроты, а может и выше начальства, но мы их не видели. От немцев нас отделяло на левом фланге кукурузное поле. С одной стороны мы оправляемся, с другой - фрицы. По кукурузным вершкам хорошо видно, когда немцы за тем же делом шли. Поле это ещё до нас удобряли с обеих сторон и говорят - первое время постреливали, как только кукуруза начинала шевелиться. При нас, правда, перестали. Оправление и похороны - дела для солдата не скажу святые, но из наиважнейших.. Похоронные команды не обстреливали, разве только перепутают иной раз. Лечение одно - соль в водку. Таблеток и у медиков не было. Да и не помогли бы они, говорят - дизентерия у нас, оказывается, была амебная. Её как - то особенно надо лечить. Водка с солью на несколько часов помогала. Может если бы её к ряду раза три, четыре принять, так вылечишься, но нашему брату водки и без поноса всегда не хватало, а тут эпидемия. И вот, значит, приходилось в кукурузу каждые полчаса нырять. Пока силы были, отходили подальше потому, что уже близкие позиции сплошь кровью задристаны. Вот как - то я отыскиваю место почище. А у самого голова кружится, руки дрожат. Только решился присесть, смотрю - фриц уже сидит, смотрит на меня выжидающе. Винтовка рядом с ним и он одну руку около неё держит. И вижу я, рука эта у него дрожит точно так же, как у меня. И лицо, как у всех у нас дизентерийных, страдальческое. Я стою, не знаю что делать. А он показывает, мол, чего там, садись, коль пришел. Да и мне не до стрельбы. Того и гляди, как с гуся потечёт. Присел я метрах в трёх напротив, делаю своё грязное дело. Он вдруг спрашивает
  - Иван, что лечит? Я говорю
  - Водка с солью, фриц. Он берет выкорчеванный стебель кукурузы, показывает корневище и говорит
  - Вода греть. И показывает потом, что это надо пить. Я говорю
  - Не сильно что-то помогает, судя по тебе. Потом мы оба расходимся, пошатываясь от слабости в разные стороны. Пару кореньев я в окоп приволок. Заварили, попили и правда помогает. Стали заваривать по несколько раз в день и понос стал пореже, хоть совсем и не прошел. Откуда у меня этот рецепт я, конечно, не сказал никому. И вот думаю, а немцы интересно водку с солью использовали? Или что русскому в пользу - немцу смерть?
Рейтинг: +3 160 просмотров
Комментарии (6)
Ольга Боровикова # 17 февраля 2014 в 20:56 +1
Что-то подобное слышала от матери родной, она, правда, на фронте не воевала, но помогала партизанам...
Тоже рассказывала- был случай, что немец в оккупированной деревне давал лекарство, оно спасло ей жизнь!
Единичны случаи, правда...
А Вам, спасибо.
Вениамин Ефимов # 17 февраля 2014 в 22:06 0
Да, бывало.Воевали люди, которые, когда можно было не убивать, не убивали.Это не патриотично, но понять, мне кажется, можно. Спасибо за то, что прочли.
Влад Устимов # 24 февраля 2014 в 17:12 0
Очень хороший рассказ. Ничего лишнего и слог отменный. Читается легко. И сюжет жизненный, вполне правдоподобный. Наш рецепт надежный, проверенный. Интересное совпадение: минька с подобным содержанием (минутное перемирие)у меня давно в столе дожидается. Только там другая болезнь. Желаю успеха!
Вениамин Ефимов # 25 февраля 2014 в 07:59 0
Спасибо
Алексей Куренков # 29 марта 2014 в 06:59 0
Странно, за столько лет первый раз открыл войну для себя с этой стороны. Обычно немцев описывают коварными и бесчеловечными. А тут... вот он, "...мобилизованный и призванный, ушёл на фронт из барских садоводств...". Разве 99% людей нужны войны. А их столетиями ставят и ставят друг против друга, как фигурки на шахматной доске, до полной победа. А потом они лежат вместе в сырой земле, как внутри шахматной доски.
Спасибо Вениамин, очень понравилось.
Вениамин Ефимов # 29 марта 2014 в 09:02 0
Спасибо вам Алексей.Любая война дело противоестественное, это грязь,кровь, мерзость.