Путь в никуда

23 августа 2014 - Юрий Алексеенко

Две чёрные фигуры, обнявшись, бредут по ночному, заросшему амброзией и дикушками переулку, тыкаются то в лавочку, то в штакетник палисадника, то лбом в межевое дерево. На них сыпятся с листьев высохшие птичьи экскременты, рыжая пыль металлургических осадков. Каждая их встреча с препятствием обычно заканчивается, либо падением на землю, либо мучительной борьбой за удержание на ногах.

Они что-то бессвязно говорят друг другу, доказывают. Их голоса беспардонно и навязчиво тревожат  затихший и уставший за день переулок, и больше напоминают вскрики сбившихся с тропы оленей, зовущих к себе обленившихся самок. По голосам не трудно догадаться, что обе фигуры молоды, им лет по тридцать, у них в груди поселились большие проблемы и скверные противоречия. Иногда между вскриками и прочими матюгами проскакивают нотки, указывающие на их стремление доказать сошедшему с ума миру, что они всех этих сволочей, позорящих жизнь, порвут в ошметки.

- Самбек, слышь, – спрашивает одна фигура у другой. – А мы прально идём ? Чё то не похоже, что это Укрепский переулок….

- Конечно, же Укрепский. Я тут пацаном босяка ещё бегал. Каждую палку знаю. Меня не запутаешь… Вона за тем Алексеевским домом, - усадьба Балаганова, того чудика, который Ваньку Сударя на сто тысяч в чёрную кинул и до си прикидывается и не отдаёт. А там видишь, вдалеке мутнеет трёхэтажка, так, то дом начальничка с металлургии Страшилкина. Дерьмо - не человек, тьфу…. Ограбил завод, работягам премии потрусил и тарифы порезал. Я тут всех знаю… и косых, и хромых и зажравшихся, и недожирающих и просто дуриков. – Уверенно говорит вторая фигура.

- Бог в помощь твоим знаниям….. – соглашается длинная чёрная фигура. – А давай, чтоб резвей идти, начнём чеканить шаг, помнишь, как в армии, перед казармой, нас сержант вымучивал ?

- Мне водкой всю память расшибло… Что-то, конечно, помню…. Перед дембелем месяца три на плацу молодняк по квадратам гонял ! Всех строил ! – Вытянувшись в линейку, как прыгун перед входом вводу, говорит другой чёрный человек.

Ночную тишину разорвали беспорядочные шлепки ног об асфальт. Через секунду оттуда послушалась шелест потревоженной листвы, треск веток и глухие звуки двух упавших тел…. Всё стихло. Потом началась возня, новые сухие щелчки, приглушенные матюги….

- Самбек, это……, чё я хотел сказать….,- послышался с земли сдавленный голос. – Почему у тебя в районе не горят лампы, а ? Чуть же не убились ! Почему не добиваешься от депутатов и властей, шоб фонарей тут натыкали…. Тебе перед другом не в падлу такой расклад по услугам населению !

- Та мне всё некогда, вот выйду из запоя, отряхнусь от былого, обязательно всех в шеренгу выстрою ! – Поднимаясь с земли и хватаясь за колючие ветки выродившегося куста розы, говорит Самбек.

- В это я верю! Ты мощный пацан !

- Вот… Вот… Я им ещё всем покажу… Давай, подымайсь, а то пропадём тут. О-от, бляха-муха….все ладони - в колючках, понасадят тут цветов, - честным людям не пройтить…..

Чёрный человек, откликающийся на кличку Вареновка, поднявшись с земли, тупо водит глазами по темноте, и, озадачившись незнакомой местностью, говорит:

- Не-е, Самбек….. это не Укрепский переулок….. Там вдали…… не трёхэтажка начальничка, а каланча какая-то с трубами….

- Не каланча, а силовая подстанция, электронэргетическая….

- Да она ж вроде это… на Батайском переулке…..? – Удивляется голос.

- Ну, да… мы на Батайском и стоим, до цели ещё километров два пилять….

Напарник Самбека таращит глаза и, пригнув голову над ветками дерева, пытается прочитать улицу на вывеске углового дома. Но из-за темноты и мельтиков в глазах ничего не может разобрать. Он злится, скрипит зубами, встряхивает головой, сжимает кулаки, грозит мысленно кому-то….

- Куда мы зашли ? А можа это и не Батайский…..? – недоумевает он.

Самбек сощурившись и держась за куст той самой одичавшей розы, всматривается в контуры чего-то большого  и массивного, чернеющего впереди на звёздном летнем небе.

- Может и не Батайском…, – говорит он загадочно. – Кажись, на Выгонной улице стоим…. В этой темнище не разберёшь.

- Затащил ты меня в глушь…, слышь как кабели завывают, а может не кабели…..черти какие-нибудь….. тут же когда-то кладбище было… Это нечистая тебя водит…. Всё ! Заблудились ! 

- Ничуть…. тут рядом с Выгонной есть ещё один «магаз», а рядом самогоном торгують…. Так что не пропадём…. Я, когда на заводе работал, так кажный день затемно возвращался. Не поверишь, однажды даже закрытыми глазами шёл по переулкам и вышел к дому… Чуешь, Самбек…. Щас забыл маненько…. Завод наш разграбили олигархи, продукцию пропили, станки прожрали, а нас работяг – по миру пустили… Вот я и стал мозгами забываться…. Скоро всё забуду…

- Выходит, олигархи виноваты, шо ты меня завёл куда попало….. Они виноваты, да ?  Когда выгоняли с работы, пошёл бы им всем, ворюгам, морды поотбивал, шеи повыворачивал…. Не так бы обидно было….

Безнадёжно махнув рукой, Самбек глубоко вздохнул.

- Я тоже мечтал иметь такой дом, как у Страшилкина., - понуро говорит он. - И что получил ? Немножко денег и волчий билет безработного… Суки они все…..

- Вот-вот, надо было начальничкам нос наизнанку вывернуть, оно знаешь, хорошо становится, когда в пятак прицельно бьёшь ! Душа из тебя так и выскакивает от счастья, когда видишь, как мудака карёжит….

….Вареновка и Самбек вновь обнялись, и пошли, шатаясь, дальше. Идут, шлёпают ногами, пугают переулочных котов, ошарашивают разговорами местных собак, те взбрыкивают, будто стригунки перед мамкой-кобылой, носятся у калиток и невпопад голосят. Магазин, куда они нацелились, остался где-то сбоку и давно уже спрятался за разросшимися акациями…. На них, очернившихся теменью, также падают сухие экскременты и сыпится металлургическая пыль…. Укрепская улица вообще укрылась от их глаз, где-то у Железнодорожного переезда и улицы Трубопрокатной. На перекрёстке их начало уводит к яме, вырытой чьей-то злой рукой, рядом с ГРП…. И всё бы ничего, если б ни одно обстоятельство: ГРП или газо-распределительный пункт оказался на редкость крепким и совершенно не непробиваемым. Самбеку так и не удалось свернуть ему шею. Он бил в него ногами и руками. В ответ газораспределитель лишь только загадочно шипел. Немного устав, он отошёл и с разбегу  тыкнулся головой в железный ящик. Металлическая ёмкость загудела. Почуяв плоды первой победы, Самбек беспорядочно замахал кулаками и начал мутузить жёлтые газопроводные трубы и швелеровые стойки, крича при этом на всю переулочную округу:

- Страшилкин, пи-и-идо-ор, выходи с хаты ! Убью, козла ! Ты меня по миру пустил! Жизнь мою ограбил ! Я не уйду отсюда пока дом твой не завалю !

Рядом стоял Вареновка и, вытаращив глаза, подзадоривал:

-  Шо ты дом его ломаешь ?! Он то причём ?! Ты вытащи начальничка из хаты и сразу – в морду ! Шоб сразу скопытился !

© Copyright: Юрий Алексеенко, 2014

Регистрационный номер №0234692

от 23 августа 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0234692 выдан для произведения:

Две чёрные фигуры, обнявшись, бредут по ночному, заросшему амброзией и дикушками переулку, тыкаются то в лавочку, то в штакетник палисадника, то лбом в межевое дерево. На них сыпятся с листьев высохшие птичьи экскременты, рыжая пыль металлургических осадков. Каждая их встреча с препятствием обычно заканчивается, либо падением на землю, либо мучительной борьбой за удержание на ногах.

Они что-то бессвязно говорят друг другу, доказывают. Их голоса беспардонно и навязчиво тревожат  затихший и уставший за день переулок, и больше напоминают вскрики сбившихся с тропы оленей, зовущих к себе обленившихся самок. По голосам не трудно догадаться, что обе фигуры молоды, им лет по тридцать, у них в груди поселились большие проблемы и скверные противоречия. Иногда между вскриками и прочими матюгами проскакивают нотки, указывающие на их стремление доказать сошедшему с ума миру, что они всех этих сволочей, позорящих жизнь, порвут в ошметки.

- Самбек, слышь, – спрашивает одна фигура у другой. – А мы прально идём ? Чё то не похоже, что это Укрепский переулок….

- Конечно, же Укрепский. Я тут пацаном босяка ещё бегал. Каждую палку знаю. Меня не запутаешь… Вона за тем Алексеевским домом, - усадьба Балаганова, того чудика, который Ваньку Сударя на сто тысяч в чёрную кинул и до си прикидывается и не отдаёт. А там видишь, вдалеке мутнеет трёхэтажка, так, то дом начальничка с металлургии Страшилкина. Дерьмо - не человек, тьфу…. Ограбил завод, работягам премии потрусил и тарифы порезал. Я тут всех знаю… и косых, и хромых и зажравшихся, и недожирающих и просто дуриков. – Уверенно говорит вторая фигура.

- Бог в помощь твоим знаниям….. – соглашается длинная чёрная фигура. – А давай, чтоб резвей идти, начнём чеканить шаг, помнишь, как в армии, перед казармой, нас сержант вымучивал ?

- Мне водкой всю память расшибло… Что-то, конечно, помню…. Перед дембелем месяца три на плацу молодняк по квадратам гонял ! Всех строил ! – Вытянувшись в линейку, как прыгун перед входом вводу, говорит другой чёрный человек.

Ночную тишину разорвали беспорядочные шлепки ног об асфальт. Через секунду оттуда послушалась шелест потревоженной листвы, треск веток и глухие звуки двух упавших тел…. Всё стихло. Потом началась возня, новые сухие щелчки, приглушенные матюги….

- Самбек, это……, чё я хотел сказать….,- послышался с земли сдавленный голос. – Почему у тебя в районе не горят лампы, а ? Чуть же не убились ! Почему не добиваешься от депутатов и властей, шоб фонарей тут натыкали…. Тебе перед другом не в падлу такой расклад по услугам населению !

- Та мне всё некогда, вот выйду из запоя, отряхнусь от былого, обязательно всех в шеренгу выстрою ! – Поднимаясь с земли и хватаясь за колючие ветки выродившегося куста розы, говорит Самбек.

- В это я верю! Ты мощный пацан !

- Вот… Вот… Я им ещё всем покажу… Давай, подымайсь, а то пропадём тут. О-от, бляха-муха….все ладони - в колючках, понасадят тут цветов, - честным людям не пройтить…..

Чёрный человек, откликающийся на кличку Вареновка, поднявшись с земли, тупо водит глазами по темноте, и, озадачившись незнакомой местностью, говорит:

- Не-е, Самбек….. это не Укрепский переулок….. Там вдали…… не трёхэтажка начальничка, а каланча какая-то с трубами….

- Не каланча, а силовая подстанция, электронэргетическая….

- Да она ж вроде это… на Батайском переулке…..? – Удивляется голос.

- Ну, да… мы на Батайском и стоим, до цели ещё километров два пилять….

Напарник Самбека таращит глаза и, пригнув голову над ветками дерева, пытается прочитать улицу на вывеске углового дома. Но из-за темноты и мельтиков в глазах ничего не может разобрать. Он злится, скрипит зубами, встряхивает головой, сжимает кулаки, грозит мысленно кому-то….

- Куда мы зашли ? А можа это и не Батайский…..? – недоумевает он.

Самбек сощурившись и держась за куст той самой одичавшей розы, всматривается в контуры чего-то большого  и массивного, чернеющего впереди на звёздном летнем небе.

- Может и не Батайском…, – говорит он загадочно. – Кажись, на Выгонной улице стоим…. В этой темнище не разберёшь.

- Затащил ты меня в глушь…, слышь как кабели завывают, а может не кабели…..черти какие-нибудь….. тут же когда-то кладбище было… Это нечистая тебя водит…. Всё ! Заблудились ! 

- Ничуть…. тут рядом с Выгонной есть ещё один «магаз», а рядом самогоном торгують…. Так что не пропадём…. Я, когда на заводе работал, так кажный день затемно возвращался. Не поверишь, однажды даже закрытыми глазами шёл по переулкам и вышел к дому… Чуешь, Самбек…. Щас забыл маненько…. Завод наш разграбили олигархи, продукцию пропили, станки прожрали, а нас работяг – по миру пустили… Вот я и стал мозгами забываться…. Скоро всё забуду…

- Выходит, олигархи виноваты, шо ты меня завёл куда попало….. Они виноваты, да ?  Когда выгоняли с работы, пошёл бы им всем, ворюгам, морды поотбивал, шеи повыворачивал…. Не так бы обидно было….

Безнадёжно махнув рукой, Самбек глубоко вздохнул.

- Я тоже мечтал иметь такой дом, как у Страшилкина., - понуро говорит он. - И что получил ? Немножко денег и волчий билет безработного… Суки они все…..

- Вот-вот, надо было начальничкам нос наизнанку вывернуть, оно знаешь, хорошо становится, когда в пятак прицельно бьёшь ! Душа из тебя так и выскакивает от счастья, когда видишь, как мудака карёжит….

….Вареновка и Самбек вновь обнялись, и пошли, шатаясь, дальше. Идут, шлёпают ногами, пугают переулочных котов, ошарашивают разговорами местных собак, те взбрыкивают, будто стригунки перед мамкой-кобылой, носятся у калиток и невпопад голосят. Магазин, куда они нацелились, остался где-то сбоку и давно уже спрятался за разросшимися акациями…. На них, очернившихся теменью, также падают сухие экскременты и сыпится металлургическая пыль…. Укрепская улица вообще укрылась от их глаз, где-то у Железнодорожного переезда и улицы Трубопрокатной. На перекрёстке их начало уводит к яме, вырытой чьей-то злой рукой, рядом с ГРП…. И всё бы ничего, если б ни одно обстоятельство: ГРП или газо-распределительный пункт оказался на редкость крепким и совершенно не непробиваемым. Самбеку так и не удалось свернуть ему шею. Он бил в него ногами и руками. В ответ газораспределитель лишь только загадочно шипел. Немного устав, он отошёл и с разбегу  тыкнулся головой в железный ящик. Металлическая ёмкость загудела. Почуяв плоды первой победы, Самбек беспорядочно замахал кулаками и начал мутузить жёлтые газопроводные трубы и швелеровые стойки, крича при этом на всю переулочную округу:

- Страшилкин, пи-и-идо-ор, выходи с хаты ! Убью, козла ! Ты меня по миру пустил! Жизнь мою ограбил ! Я не уйду отсюда пока дом твой не завалю !

Рядом стоял Вареновка и, вытаращив глаза, подзадоривал:

-  Шо ты дом его ломаешь ?! Он то причём ?! Ты вытащи начальничка из хаты и сразу – в морду ! Шоб сразу скопытился !

Рейтинг: 0 161 просмотр
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!