ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ

МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ

16 декабря 2013 - Валентин Пирогов

ВАЛЕНТИН ПИРОГОВ

МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ                                                                          

 

                                                                                                                        Дан приказ ему на запад

                                         Глава 1

                                      Карантин

                                                          

              Завершен очередной этап образования -  окончен железнодорожный  техникум ! После окончания – отдых  один месяц и призыв в армию. Но перед отдыхом – призывная комиссия. До этого просочились слухи, что ребята моей специальности будут призваны на службу на атомные подводные лодки.  После переподготовки будут присвоены офицерские  звания, и мы будем направлены служить на флот. Но ходили упорные слухи о плохо выполненной защите экипажей этих подлодок  от радиации. А жить то хочется долго и в хорошем здоровье.

 

        Будучи человеком энергичным и предприимчивым я начал искать пути выхода из этой ситуации. Но, поскольку я из деревни, и не имею никаких связей в Воронеже, я решил похитрить. На призывной комиссии я заявляю, что хочу в военное училище. Думаю, что пока буду сдавать экзамены и завалю их, кампания с подводными лодками закончится. И меня отправят служить в обычные войска.

         Я так и сделал – заявил желание. И был ошарашен.

        - В какое училище Вы хотите?

        - В любое !

        - В авиационное пойдете?

        - Пойду.

Я и не знал, что в авиационные училища дефицит абитуриентов по здоровью.

           - Пройдите в соседний кабинет.

Прошел. Садитесь в кресло. Сел. У кресла над спинкой-  ручка.         

                     - Зарыть глаза.

И начали крутить кресло.

            - Открыть глаза.

Доктор посмотрела мне в глаза и сказала:

             - Годен !

И дальше другие  доктора. Прохожу легко. Но на одном докторе застрял.  Проверила давление, пульс. И что то ей не понравилось. Пригласила ещё докторов. Но они  на латыни щебечут, а мы латынь не походили, ничего не пойму. Долго она меня проверяла, а потом стала расспрашивать кто я и откуда. И тут до меня дошло:

             - Так ты из зондер команды линяешь ? 

             - Так я же не от армии линяю !

             - Будешь служить в авиации.

Но не суждена была мне авиация.  Позже на мандатной  комиссии мне предложили без экзаменов  Ейское авиационное истребительное училище. Я сказал, что боюсь сверхзвук (выпендривался придурок).Тогда мне предложили, опять без экзаменов, Челябинское бомбардировочное, но специальность штурман. Категорически против. Тогда Саратовское вертолетное (там тихо летают). Но, когда я вышел из комиссии, я обнаружил на стене в коридоре плакат по Саратовскому училищу. Оно оказалось средним. Никакого прогресса не было. Я вернулся в мандатную комиссию с заявлением:

               - Не хочу в среднее!

Военком взорвался, сказал мне плохие слова, и я был изгнан прочь. В военкомате я получил повестку о призыве на осень.  И отправился я отдыхать в деревню к родителям.

           Осенью прибыл в Воронеж. И оказалось, что нас не отпустил Бещев  - министр путей сообщения. Малиновский – министр обороны остался без удовлетворения – без зондер команды.

 

     Призвали меня из Воронежа. Призывной пункт находился в то время на станции Воронеж – 2.

      Я, конечно, был переросток.  Для окончания техникума я получил отсрочку на 1 год. Призывной пункт был оборудован для ночевки призывников. Но я, как и многие призывники, сбегал  через забор на ночь. Ночевал в родном общежитии   моего родного техникума с позволения коменданта общежития. Так было как то привычнее. Формировалась команда дл отправки по назначению. Пять дней длилось такое житие. За это время мы в команде все перезнакомились, сформировались симпатии, антипатии.

           И, наконец, погрузка в вагон и отправка. Конечно, выпили в вагоне, но в нашем вагоне обошлось  без особых безобразий. Утром прибыли в город  Нарофоминск. Подмосковье.

       Это была Кантемировская танковая дивизия, в которой мы должны пройти так называемый «карантин». Нас переодели, сформировали подразделения. Началась служба в «карантине» Служба, в основном, заключалась в заготовке овощей для нужд дивизии,  хозработ  и участие  в строительстве нового дивизионного овощехранилища.

        Жить нас определили в палатках, расположенных в  примыкающем  к военному городку  лесу. Палатки были на деревянных каркасах с нарами на десять человек. За лесом  была речка, а за речкой – город Нарофоминск, куда мы регулярно  посылали гонцов за водкой. С нами же в отдельной палатке  жили сержанты – командиры. У нас сформировался костяк теневого командования из бывших спортсменов.                                     - Лесных Юрий -  боксер 2й раз                                                         - Калинин Егор – борец 1 разряда                                                         - Пирогов Валентин гимнаст 1 разряда    и еще человек 10 спортсменов, в основном выпускников Воронежских техникумов.

     Мне надоело заготавливать картошку и я попросил Лесных, которого поставили на монтаж электропроводки в овощехранилище спротежировать меня на электромонтаж. И он это сделал. Мы с ним стали вести монтаж электропроводки. Но это место не было оборудовано туалетом. И все ходили за заднюю стенку хранилища. А это, оказывается,  было  крайней точкой танкового стрельбища. Тоесть, за задней стенкой овощехранилища была устроена маленькая железная дорога, по которой ездил деревянный макет танка. А вдали, через поле, была исходная позиция стрельба танков. Вот, однажды, меня приспичило. Я, не долго думая, прошел за хранилище, снял ремень и присел. И, в это время, передо мной поехала мишень. Прозвучал хлопок. Но он не впечатлил меня (выстрел был далеко). Впечатления меня переполнили, когда болванка хряпнула по мишени и полетели куски досок. И это в пяти метрах от меняя и я в таком прискорбном виде (со спущенными штанами). Ретировался я со штанами в руках и очень быстро, так как неизвестно было, как часто будут стрелять.

      Мы, конечно,  доложили об этом случае. И вскоре стрельбы запретили, так как в случае перелета болванка могла разрушить крышу хранилища.

       Обедали мы отдельно новички. За столами сидели взводами. И вот началось бросание хлебом. Лесных Юре врезали горбушкой сзади по затылку. Юра встал, оглядел контингент, прошел к соседнему столу и отвесил нормальную оплеуху автору броска. Завязалась потасовка, которую тут же разняли сержанты. Сержанты не видели, кто был зачинщик беспорядка, и пригрозили  Лесных наказанием.

        Наступил вечер. После вечерней проверки и отбоя в нашу палатку заглянул дневальный и передал команду  Лесных явиться к сержантам. Я попросил Юру свистнуть, если нужна будет поддержка. И тишина! Минут пятнадцать я подождал и пошел искать Лесных   в трусах и сапогах на босу ногу. В сержантской палатке никого не было. У дневальных я узнал, что сержанты повели Лесных к кирпичному магазину, который стоял за палатками.

      Подхожу к магазину. Слышу за магазино разговор:

          – Будешь рыть канаву!

         - Зачем?

         -  Чтобы научиться вести себя!

Лесных, конечно был не согласен с их мнением и аргументами. И тут встреваю я.

          - Вам до дембиля сколько, мужики?

          - Твое какое дело, ещё лопату одну принести?

          - Дембиль может не состояться, вы загудите в дисбат!

          - Да мы вас сейчас …

         - А на это я вам уполномочен заявить, что стоит мне сейчас подать сигнал и население пяти палаток через минуту будут здесь готовое к бою. А завтра я лично буду в политотделе дивизии с докладом о случившемся. И, поверьте мне, что я сумею убедить суд в вашей некомпетентности и в попытке не правомочного насилия над личностью. Речь моя имела потрясающий  эффект. Сержанты ретировались, но пригласили нас с Юрой в свою палатку выпить по сто грамм. Мы, люди мирные, и согласились. Но этими сто граммами не обошлось. Мы были молодыми и крепкими и могли больше, а водки у сержантов был хороший запас.

      Больше придирок со стороны сержантов к нам не было на всё время карантина.

      Очередной этап вживания в армейскую среду мы прошли.  Мы стали ждать отправки в  места постоянной службы. От нас особо и не скрывали, что служить мы будем в Группе Советских Войск в Германии.

(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)

© Copyright: Валентин Пирогов, 2013

Регистрационный номер №0175449

от 16 декабря 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0175449 выдан для произведения:

ВАЛЕНТИН ПИРОГОВ

МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ                                                                          

 

                                                                Дан приказ ему на запад …

                                       Глава 1

                                      Карантин

                                                          

              Завершен очередной этап образования -  окончен железнодорожный  техникум ! После окончания – отдых  один месяц и призыв в армию. Но перед отдыхом – призывная комиссия. До этого просочились слухи, что ребята моей специальности будут призваны на службу на атомные подводные лодки.  После переподготовки будут присвоены офицерские  звания, и мы будем направлены служить на флот. Но ходили упорные слухи о плохо выполненной защите экипажей этих подлодок  от радиации. А жить то хочется долго и в хорошем здоровье.

 

        Будучи человеком энергичным и предприимчивым я начал искать пути выхода из этой ситуации. Но, поскольку я из деревни, и не имею никаких связей в Воронеже, я решил похитрить. На призывной комиссии я заявляю, что хочу в военное училище. Думаю. Что пока буду сдавать экзамены и завалю их, кампания с подводными лодками закончится. И меня отправят служить в обычные войска.

         Я так и сделал – заявил желание. И бел ошарашен.

        - В какое училище Вы хотите?

        - В любое !

        - В авиационное пойдете?

        - Пойду.

Я и не знал, что в авиационные училища дефицит абитуриентов по здоровью.

           - Пройдите в соседний кабинет.

Прошел. Садитесь в кресло. Сел. У кресла над спинкой ручка. Зарыть глаза. И начали крутить кресло.

            - Открыть глаза.

Доктор посмотрела мне в глаза и сказала:

             - Годен !

И дальше другие  доктора. Прохожу легко. Но на одном докторе застрял.  Проверила давление, пульс. И что то ей не понравилось. Пригласила ещё докторов. Но они  на латыни щебечут, а мы латынь не походили, ничего не пойму. Долго она меня проверяла, а потом стала расспрашивать кто я и откуда. И тут доне дошло:

             - Так ты из зондер команды линяешь ? 

             - Так я же не от армии линяю !

             - Будешь служить в авиации.

Но не суждена была мне авиация.  Позже на мандатной  комиссии мне предложили без экзаменов  Ейское авиационное истребительное училище. Я сказал, что боюсь сверхзвук (выпендривался придурок).Тогда мне предложили, опять без экзаменов, Челябинское бомбардировочное, но специальность штурман. Категорически против. Тогда Саратовское вертолетное (там тихо летают). Но, когда я вышел из комиссии, я обнаружил на стене в коридоре плакат по Саратовскому училищу. Оно оказалось средним. Никакого прогресса не было. Я вернулся в мандатную комиссию с заявлением:

               - Не хочу в среднее!

Военком взорвался, сказал мне плохие слова, и я был изгнан прочь. В военкомате я получил повестку о призыве на осень.  И отправился я отдыхать в деревню к родителям.

           Осенью прибыл в Воронеж. И оказалось, что нас не отпустил Бещев  - министр путей сообщения Малиновский – министр обороны остался без удовлетворения – без зондер команды.

 

     Призвали меня из Воронежа. Призывной пункт находился в то время на станции Воронеж – 2.

      Я, конечно, был переросток.  Для окончания техникума я получил отсрочку на 1 год. Призывной пункт был оборудован для ночевки призывников. Но я, как и многие призывники, сбегал  на ночь. Ночевал в родном общежитии техникума,  в котором я учился с позволения коменданта общежития. Так было как то привычнее. Формировалась команда дл отправки по назначению. Пять дней длилось такое житие. За это время мы в команде все перезнакомились, сформировались симпатии, антипатии.

           И, наконец, погрузка в вагон и отправка. Конечно, выпили в вагоне, но в нашем вагоне обошлось  без особых безобразий. Утром прибыли в город  Нарофоминск. Подмосковье.

       Это была Кантемировская танковая дивизия, в которой мы должны пройти так называемый «карантин». Нас переодели, сформировали подразделения. Началась служба в «карантине» Служба, в основном, заключалась в заготовке овощей для нужд дивизии,  хозработ  и участие  в строительстве нового дивизионного овощехранилища.

        Жить нас определили в палатках, расположенных в  примыкающем  к военному городку  лесу. Палатки были на деревянных каркасах с нарами на десять человек. За лесом  была речка, а за речкой – город Нарофоминск, куда мы регулярно  посылали гонцов за водкой. С нами же в отдельной палатке  жили сержанты – командиры. У нас сформировался костяк теневого командования из бывших спортсменов.                                     - Лесных Юрий -  боксер 2й разряд;                                      - Калинин Егор – борец 1й разряд;                                         - Пирогов Валентин гимнаст 2й разряд;                          и еще человек 10 спортсменов, в основном выпускников Воронежских техникумов.

     Мне надоело заготавливать картошку и я попросил Лесных, которого поставили на монтаж электропроводки в овощехранилище спротежировать меня на электромонтаж. И он это сделал. Мы с ним стали вести монтаж электропроводки. Но это место не было оборудовано туалетом. И все ходили за заднюю стенку хранилища. А это, оказывается,  было  крайней точкой танкового стрельбища. Тоесть, за задней стенкой овощехранилища была устроена маленькая железная дорога, по которой ездил деревянный макет танка. А вдали, через поле, была исходная позиция стрельба танков. Вот, однажды, меня приспичило. Я, не долго думая, прошел за хранилище, снял ремень и присел. И, в это время, передо мной поехала мишень. Прозвучал хлопок. Но он не впечатлил меня (выстрел был далеко). Впечатления меня переполнили, когда болванка хряпнула по мишени и полетели куски досок. И это в пяти метрах от меняя и я в таком прискорбном виде (со спущенными штанами). Ретировался я со штанами в руках и очень быстро, так как неизвестно было, как часто будут стрелять.

      Мы, конечно,  доложили об этом случае. И вскоре стрельбы запретили, так как в случае перелета болванка могла разрушить крышу хранилища.

       Обедали мы отдельно новички. За столами сидели взводами. И вот началось бросание хлебом. Лесных Юре врезали горбушкой сзади по затылку. Юра встал, оглядел контингент, прошел к соседнему столу и отвесил нормальную оплеуху автору броска. Завязалась потасовка, которую тут же разняли сержанты. Сержанты не видели, кто был зачинщик беспорядка, и пригрозили  Лесных наказанием.

        Наступил вечер. После вечерней проверки и отбоя в нашу палатку заглянул дневальный и передал команду  Лесных явиться к сержантам. Я попросил Юру свистнуть, если нужна будет поддержка. И тишина! Минут пятнадцать я подождал и пошел искать Лесных   в трусах и сапогах на босу ногу. В сержантской палатке никого не было. У дневальных я узнал, что сержанты повели Лесных к кирпичному магазину, который стоял за палатками.

      Подхожу к магазину. Слышу за магазино разговор:

          – Будешь рыть канаву!

         - Зачем?

         -  Чтобы научиться вести себя!

Лесных, конечно был не согласен с их мнением и аргументами. И тут встрею я.

          - Вам до дембиля сколько, мужики?

          - Твое какое дело, ещё лопату одну принести?

          - Дембиль может не состояться, вы загудите в дисбат!

          - Да мы вас сейчас …

         - А на это я вам уполномочен заявить, что стоит мне сейчас подать сигнал и население пяти палаток через минуту будут здесь готовое к бою. А завтра я лично буду в политотделе дивизии с докладом о случившемся. И, поверьте мне, что я сумею убедить суд в вашей некомпетентности и в попытке не правомочного насилия над личностью. Речь моя имела потрясающий  эффект. Сержанты ретировались, но пригласили нас с Юрой в свою палатку выпить по сто грамм. Мы, люди мирные, и согласились. Но этими сто граммами не обошлось. Мы были молодыми и крепкими и могли больше, а водки у сержантов был хороший запас.

      Больше придирок со стороны сержантов к нам не было на всё время карантина.

      Очередной этап вживания в армейскую среду мы прошли.  Мы стали ждать отправки в  места постоянной службы. От нас особо и не скрывали, что служить мы будем в Группе Советских Войск в Германии.

(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)

Рейтинг: +3 286 просмотров
Комментарии (7)
НАДЕЖДА ШУМАКОВА # 16 декабря 2013 в 18:26 0
ИНТЕРЕСНО! А МУЖЧИНАМ БУДЕТ ЕЩЕ ИНТЕРЕСНЕЕ. КАЖДЫЙ ВСПОМНИТ СВОИ АРМЕЙСКИЕ БУДНИ!
Валентин Пирогов # 16 декабря 2013 в 19:19 0
9c054147d5a8ab5898d1159f9428261c
Серов Владимир # 16 декабря 2013 в 23:42 0
Никогда бы не подумал, что в Кантемировской дивизии такой бардак! Тем более - в карантине!
Валентин Пирогов # 17 декабря 2013 в 16:19 0
Дак этож было в 1962 году!!! Спасибо за внимание!!! c0137
Лариса Графтио # 7 января 2014 в 21:11 0
Прочитали вдвоём с интересом. Похоже на биографию Толи. c0411
Валентин Пирогов # 9 января 2014 в 19:13 0
ИСКРЕННЕЕ СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ К МОЕМУ ОПУСУ!!!
Михаил Болдырев # 29 января 2014 в 20:04 0
c0137
Популярная проза за месяц
93
80
75
75
70
64
63
58
57
56
54
54
52
52
51
51
49
49
48
48
47
47
47
44
43
42
Лесное озеро 4 августа 2017 (Тая Кузмина)
40
36
35
30