ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ

 

МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ

16 декабря 2013 - Валентин Пирогов

ВАЛЕНТИН ПИРОГОВ

МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ                                                                          

 

                                                                                                                        Дан приказ ему на запад

                                         Глава 1

                                      Карантин

                                                          

              Завершен очередной этап образования -  окончен железнодорожный  техникум ! После окончания – отдых  один месяц и призыв в армию. Но перед отдыхом – призывная комиссия. До этого просочились слухи, что ребята моей специальности будут призваны на службу на атомные подводные лодки.  После переподготовки будут присвоены офицерские  звания, и мы будем направлены служить на флот. Но ходили упорные слухи о плохо выполненной защите экипажей этих подлодок  от радиации. А жить то хочется долго и в хорошем здоровье.

 

        Будучи человеком энергичным и предприимчивым я начал искать пути выхода из этой ситуации. Но, поскольку я из деревни, и не имею никаких связей в Воронеже, я решил похитрить. На призывной комиссии я заявляю, что хочу в военное училище. Думаю, что пока буду сдавать экзамены и завалю их, кампания с подводными лодками закончится. И меня отправят служить в обычные войска.

         Я так и сделал – заявил желание. И был ошарашен.

        - В какое училище Вы хотите?

        - В любое !

        - В авиационное пойдете?

        - Пойду.

Я и не знал, что в авиационные училища дефицит абитуриентов по здоровью.

           - Пройдите в соседний кабинет.

Прошел. Садитесь в кресло. Сел. У кресла над спинкой-  ручка.         

                     - Зарыть глаза.

И начали крутить кресло.

            - Открыть глаза.

Доктор посмотрела мне в глаза и сказала:

             - Годен !

И дальше другие  доктора. Прохожу легко. Но на одном докторе застрял.  Проверила давление, пульс. И что то ей не понравилось. Пригласила ещё докторов. Но они  на латыни щебечут, а мы латынь не походили, ничего не пойму. Долго она меня проверяла, а потом стала расспрашивать кто я и откуда. И тут до меня дошло:

             - Так ты из зондер команды линяешь ? 

             - Так я же не от армии линяю !

             - Будешь служить в авиации.

Но не суждена была мне авиация.  Позже на мандатной  комиссии мне предложили без экзаменов  Ейское авиационное истребительное училище. Я сказал, что боюсь сверхзвук (выпендривался придурок).Тогда мне предложили, опять без экзаменов, Челябинское бомбардировочное, но специальность штурман. Категорически против. Тогда Саратовское вертолетное (там тихо летают). Но, когда я вышел из комиссии, я обнаружил на стене в коридоре плакат по Саратовскому училищу. Оно оказалось средним. Никакого прогресса не было. Я вернулся в мандатную комиссию с заявлением:

               - Не хочу в среднее!

Военком взорвался, сказал мне плохие слова, и я был изгнан прочь. В военкомате я получил повестку о призыве на осень.  И отправился я отдыхать в деревню к родителям.

           Осенью прибыл в Воронеж. И оказалось, что нас не отпустил Бещев  - министр путей сообщения. Малиновский – министр обороны остался без удовлетворения – без зондер команды.

 

     Призвали меня из Воронежа. Призывной пункт находился в то время на станции Воронеж – 2.

      Я, конечно, был переросток.  Для окончания техникума я получил отсрочку на 1 год. Призывной пункт был оборудован для ночевки призывников. Но я, как и многие призывники, сбегал  через забор на ночь. Ночевал в родном общежитии   моего родного техникума с позволения коменданта общежития. Так было как то привычнее. Формировалась команда дл отправки по назначению. Пять дней длилось такое житие. За это время мы в команде все перезнакомились, сформировались симпатии, антипатии.

           И, наконец, погрузка в вагон и отправка. Конечно, выпили в вагоне, но в нашем вагоне обошлось  без особых безобразий. Утром прибыли в город  Нарофоминск. Подмосковье.

       Это была Кантемировская танковая дивизия, в которой мы должны пройти так называемый «карантин». Нас переодели, сформировали подразделения. Началась служба в «карантине» Служба, в основном, заключалась в заготовке овощей для нужд дивизии,  хозработ  и участие  в строительстве нового дивизионного овощехранилища.

        Жить нас определили в палатках, расположенных в  примыкающем  к военному городку  лесу. Палатки были на деревянных каркасах с нарами на десять человек. За лесом  была речка, а за речкой – город Нарофоминск, куда мы регулярно  посылали гонцов за водкой. С нами же в отдельной палатке  жили сержанты – командиры. У нас сформировался костяк теневого командования из бывших спортсменов.                                     - Лесных Юрий -  боксер 2й раз                                                         - Калинин Егор – борец 1 разряда                                                         - Пирогов Валентин гимнаст 1 разряда    и еще человек 10 спортсменов, в основном выпускников Воронежских техникумов.

     Мне надоело заготавливать картошку и я попросил Лесных, которого поставили на монтаж электропроводки в овощехранилище спротежировать меня на электромонтаж. И он это сделал. Мы с ним стали вести монтаж электропроводки. Но это место не было оборудовано туалетом. И все ходили за заднюю стенку хранилища. А это, оказывается,  было  крайней точкой танкового стрельбища. Тоесть, за задней стенкой овощехранилища была устроена маленькая железная дорога, по которой ездил деревянный макет танка. А вдали, через поле, была исходная позиция стрельба танков. Вот, однажды, меня приспичило. Я, не долго думая, прошел за хранилище, снял ремень и присел. И, в это время, передо мной поехала мишень. Прозвучал хлопок. Но он не впечатлил меня (выстрел был далеко). Впечатления меня переполнили, когда болванка хряпнула по мишени и полетели куски досок. И это в пяти метрах от меняя и я в таком прискорбном виде (со спущенными штанами). Ретировался я со штанами в руках и очень быстро, так как неизвестно было, как часто будут стрелять.

      Мы, конечно,  доложили об этом случае. И вскоре стрельбы запретили, так как в случае перелета болванка могла разрушить крышу хранилища.

       Обедали мы отдельно новички. За столами сидели взводами. И вот началось бросание хлебом. Лесных Юре врезали горбушкой сзади по затылку. Юра встал, оглядел контингент, прошел к соседнему столу и отвесил нормальную оплеуху автору броска. Завязалась потасовка, которую тут же разняли сержанты. Сержанты не видели, кто был зачинщик беспорядка, и пригрозили  Лесных наказанием.

        Наступил вечер. После вечерней проверки и отбоя в нашу палатку заглянул дневальный и передал команду  Лесных явиться к сержантам. Я попросил Юру свистнуть, если нужна будет поддержка. И тишина! Минут пятнадцать я подождал и пошел искать Лесных   в трусах и сапогах на босу ногу. В сержантской палатке никого не было. У дневальных я узнал, что сержанты повели Лесных к кирпичному магазину, который стоял за палатками.

      Подхожу к магазину. Слышу за магазино разговор:

          – Будешь рыть канаву!

         - Зачем?

         -  Чтобы научиться вести себя!

Лесных, конечно был не согласен с их мнением и аргументами. И тут встреваю я.

          - Вам до дембиля сколько, мужики?

          - Твое какое дело, ещё лопату одну принести?

          - Дембиль может не состояться, вы загудите в дисбат!

          - Да мы вас сейчас …

         - А на это я вам уполномочен заявить, что стоит мне сейчас подать сигнал и население пяти палаток через минуту будут здесь готовое к бою. А завтра я лично буду в политотделе дивизии с докладом о случившемся. И, поверьте мне, что я сумею убедить суд в вашей некомпетентности и в попытке не правомочного насилия над личностью. Речь моя имела потрясающий  эффект. Сержанты ретировались, но пригласили нас с Юрой в свою палатку выпить по сто грамм. Мы, люди мирные, и согласились. Но этими сто граммами не обошлось. Мы были молодыми и крепкими и могли больше, а водки у сержантов был хороший запас.

      Больше придирок со стороны сержантов к нам не было на всё время карантина.

      Очередной этап вживания в армейскую среду мы прошли.  Мы стали ждать отправки в  места постоянной службы. От нас особо и не скрывали, что служить мы будем в Группе Советских Войск в Германии.

(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)

© Copyright: Валентин Пирогов, 2013

Регистрационный номер №0175449

от 16 декабря 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0175449 выдан для произведения:

ВАЛЕНТИН ПИРОГОВ

МОИ ВОЕННЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ                                                                          

 

                                                                Дан приказ ему на запад …

                                       Глава 1

                                      Карантин

                                                          

              Завершен очередной этап образования -  окончен железнодорожный  техникум ! После окончания – отдых  один месяц и призыв в армию. Но перед отдыхом – призывная комиссия. До этого просочились слухи, что ребята моей специальности будут призваны на службу на атомные подводные лодки.  После переподготовки будут присвоены офицерские  звания, и мы будем направлены служить на флот. Но ходили упорные слухи о плохо выполненной защите экипажей этих подлодок  от радиации. А жить то хочется долго и в хорошем здоровье.

 

        Будучи человеком энергичным и предприимчивым я начал искать пути выхода из этой ситуации. Но, поскольку я из деревни, и не имею никаких связей в Воронеже, я решил похитрить. На призывной комиссии я заявляю, что хочу в военное училище. Думаю. Что пока буду сдавать экзамены и завалю их, кампания с подводными лодками закончится. И меня отправят служить в обычные войска.

         Я так и сделал – заявил желание. И бел ошарашен.

        - В какое училище Вы хотите?

        - В любое !

        - В авиационное пойдете?

        - Пойду.

Я и не знал, что в авиационные училища дефицит абитуриентов по здоровью.

           - Пройдите в соседний кабинет.

Прошел. Садитесь в кресло. Сел. У кресла над спинкой ручка. Зарыть глаза. И начали крутить кресло.

            - Открыть глаза.

Доктор посмотрела мне в глаза и сказала:

             - Годен !

И дальше другие  доктора. Прохожу легко. Но на одном докторе застрял.  Проверила давление, пульс. И что то ей не понравилось. Пригласила ещё докторов. Но они  на латыни щебечут, а мы латынь не походили, ничего не пойму. Долго она меня проверяла, а потом стала расспрашивать кто я и откуда. И тут доне дошло:

             - Так ты из зондер команды линяешь ? 

             - Так я же не от армии линяю !

             - Будешь служить в авиации.

Но не суждена была мне авиация.  Позже на мандатной  комиссии мне предложили без экзаменов  Ейское авиационное истребительное училище. Я сказал, что боюсь сверхзвук (выпендривался придурок).Тогда мне предложили, опять без экзаменов, Челябинское бомбардировочное, но специальность штурман. Категорически против. Тогда Саратовское вертолетное (там тихо летают). Но, когда я вышел из комиссии, я обнаружил на стене в коридоре плакат по Саратовскому училищу. Оно оказалось средним. Никакого прогресса не было. Я вернулся в мандатную комиссию с заявлением:

               - Не хочу в среднее!

Военком взорвался, сказал мне плохие слова, и я был изгнан прочь. В военкомате я получил повестку о призыве на осень.  И отправился я отдыхать в деревню к родителям.

           Осенью прибыл в Воронеж. И оказалось, что нас не отпустил Бещев  - министр путей сообщения Малиновский – министр обороны остался без удовлетворения – без зондер команды.

 

     Призвали меня из Воронежа. Призывной пункт находился в то время на станции Воронеж – 2.

      Я, конечно, был переросток.  Для окончания техникума я получил отсрочку на 1 год. Призывной пункт был оборудован для ночевки призывников. Но я, как и многие призывники, сбегал  на ночь. Ночевал в родном общежитии техникума,  в котором я учился с позволения коменданта общежития. Так было как то привычнее. Формировалась команда дл отправки по назначению. Пять дней длилось такое житие. За это время мы в команде все перезнакомились, сформировались симпатии, антипатии.

           И, наконец, погрузка в вагон и отправка. Конечно, выпили в вагоне, но в нашем вагоне обошлось  без особых безобразий. Утром прибыли в город  Нарофоминск. Подмосковье.

       Это была Кантемировская танковая дивизия, в которой мы должны пройти так называемый «карантин». Нас переодели, сформировали подразделения. Началась служба в «карантине» Служба, в основном, заключалась в заготовке овощей для нужд дивизии,  хозработ  и участие  в строительстве нового дивизионного овощехранилища.

        Жить нас определили в палатках, расположенных в  примыкающем  к военному городку  лесу. Палатки были на деревянных каркасах с нарами на десять человек. За лесом  была речка, а за речкой – город Нарофоминск, куда мы регулярно  посылали гонцов за водкой. С нами же в отдельной палатке  жили сержанты – командиры. У нас сформировался костяк теневого командования из бывших спортсменов.                                     - Лесных Юрий -  боксер 2й разряд;                                      - Калинин Егор – борец 1й разряд;                                         - Пирогов Валентин гимнаст 2й разряд;                          и еще человек 10 спортсменов, в основном выпускников Воронежских техникумов.

     Мне надоело заготавливать картошку и я попросил Лесных, которого поставили на монтаж электропроводки в овощехранилище спротежировать меня на электромонтаж. И он это сделал. Мы с ним стали вести монтаж электропроводки. Но это место не было оборудовано туалетом. И все ходили за заднюю стенку хранилища. А это, оказывается,  было  крайней точкой танкового стрельбища. Тоесть, за задней стенкой овощехранилища была устроена маленькая железная дорога, по которой ездил деревянный макет танка. А вдали, через поле, была исходная позиция стрельба танков. Вот, однажды, меня приспичило. Я, не долго думая, прошел за хранилище, снял ремень и присел. И, в это время, передо мной поехала мишень. Прозвучал хлопок. Но он не впечатлил меня (выстрел был далеко). Впечатления меня переполнили, когда болванка хряпнула по мишени и полетели куски досок. И это в пяти метрах от меняя и я в таком прискорбном виде (со спущенными штанами). Ретировался я со штанами в руках и очень быстро, так как неизвестно было, как часто будут стрелять.

      Мы, конечно,  доложили об этом случае. И вскоре стрельбы запретили, так как в случае перелета болванка могла разрушить крышу хранилища.

       Обедали мы отдельно новички. За столами сидели взводами. И вот началось бросание хлебом. Лесных Юре врезали горбушкой сзади по затылку. Юра встал, оглядел контингент, прошел к соседнему столу и отвесил нормальную оплеуху автору броска. Завязалась потасовка, которую тут же разняли сержанты. Сержанты не видели, кто был зачинщик беспорядка, и пригрозили  Лесных наказанием.

        Наступил вечер. После вечерней проверки и отбоя в нашу палатку заглянул дневальный и передал команду  Лесных явиться к сержантам. Я попросил Юру свистнуть, если нужна будет поддержка. И тишина! Минут пятнадцать я подождал и пошел искать Лесных   в трусах и сапогах на босу ногу. В сержантской палатке никого не было. У дневальных я узнал, что сержанты повели Лесных к кирпичному магазину, который стоял за палатками.

      Подхожу к магазину. Слышу за магазино разговор:

          – Будешь рыть канаву!

         - Зачем?

         -  Чтобы научиться вести себя!

Лесных, конечно был не согласен с их мнением и аргументами. И тут встрею я.

          - Вам до дембиля сколько, мужики?

          - Твое какое дело, ещё лопату одну принести?

          - Дембиль может не состояться, вы загудите в дисбат!

          - Да мы вас сейчас …

         - А на это я вам уполномочен заявить, что стоит мне сейчас подать сигнал и население пяти палаток через минуту будут здесь готовое к бою. А завтра я лично буду в политотделе дивизии с докладом о случившемся. И, поверьте мне, что я сумею убедить суд в вашей некомпетентности и в попытке не правомочного насилия над личностью. Речь моя имела потрясающий  эффект. Сержанты ретировались, но пригласили нас с Юрой в свою палатку выпить по сто грамм. Мы, люди мирные, и согласились. Но этими сто граммами не обошлось. Мы были молодыми и крепкими и могли больше, а водки у сержантов был хороший запас.

      Больше придирок со стороны сержантов к нам не было на всё время карантина.

      Очередной этап вживания в армейскую среду мы прошли.  Мы стали ждать отправки в  места постоянной службы. От нас особо и не скрывали, что служить мы будем в Группе Советских Войск в Германии.

(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)

Рейтинг: +3 225 просмотров
Комментарии (7)
НАДЕЖДА ШУМАКОВА # 16 декабря 2013 в 18:26 0
ИНТЕРЕСНО! А МУЖЧИНАМ БУДЕТ ЕЩЕ ИНТЕРЕСНЕЕ. КАЖДЫЙ ВСПОМНИТ СВОИ АРМЕЙСКИЕ БУДНИ!
Валентин Пирогов # 16 декабря 2013 в 19:19 0
9c054147d5a8ab5898d1159f9428261c
Серов Владимир # 16 декабря 2013 в 23:42 0
Никогда бы не подумал, что в Кантемировской дивизии такой бардак! Тем более - в карантине!
Валентин Пирогов # 17 декабря 2013 в 16:19 0
Дак этож было в 1962 году!!! Спасибо за внимание!!! c0137
Лариса Графтио # 7 января 2014 в 21:11 0
Прочитали вдвоём с интересом. Похоже на биографию Толи. c0411
Валентин Пирогов # 9 января 2014 в 19:13 0
ИСКРЕННЕЕ СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ К МОЕМУ ОПУСУ!!!
Михаил Болдырев # 29 января 2014 в 20:04 0
c0137