ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Мой любимый психолог

 

Мой любимый психолог

30 апреля 2012 - Екатерина Иванина

Посвящаю З.В.К.

I ЧАСТЬ

(отрывки из дневников студентки Кристины Т. и

преподавателя Юлии М.)

 

6.09.2011г. (Дневник Кристины Т. – К.Т.)

…Сегодня был самый обычный день. В универе – самые обычные пары. Риторика, история языка. Из новых предметов была только психология. Преподша, конечно, удивила. Я почему-то ожидала увидеть женщину в возрасте, такую старомодную и чопорную, одержимую психологией. Или даже наоборот, не одержимую, а пофигистичную к предмету. Но я ошиблась.

Когда она вошла в аудиторию, я прямо обомлела. Такая цыпочка. Модно одетая, ухоженная, молодая. На внешность тоже ничего, не страшненькая. У меня в голове сразу мысль пронеслась: «Ого, какая!..» Естественно, серьёзно я её не восприняла.

А вообще она какая-то высокомерная. Сразу видно, что между нами, студентами, и ней, преподавателем, стоит непробиваемая стена. Причём стену эту она сама выставляет.

Сама психология – скучный предмет. Я среди пары даже заснула, хоть и сижу всего за второй партой. Надеюсь, психологица не обиделась.

Не знаю, как всё это можно выучить (а выучить придётся – зимой экзамен!).

 

6.09.2011г. (Дневник Юли М. – Ю.М.)

…Как же я устала за сегодняшний день. По-видимому, за лето отвыкла от работы. Этот сумасшедший ритм жизни ещё долго будет сводить меня с ума. Стараюсь как-то отвлечься и не думать об усталости.

…Сегодня провела первое занятие по общей психологии у белорусских филологов. Публика весьма разношёрстная, слушали невнимательно (по большей части меня разглядывали, особенно парни, которых там всего пятеро). Видимо, пока ещё им предмет не очень интересен. Как всегда, вошла я с каменным выражением лица, старалась вести себя так, чтобы не давать поводов для фамильярности по отношению к себе. На последних партах все занимались своими делами, а одна студентка, за второй партой среднего ряда, вообще спала. Я, конечно, ей замечание делать не стала, всякое в жизни бывает. Но неужели я так скучно преподаю материал? Ну, ничего, мы ещё поборемся.

 

9.09.2011г. (К.Т.)

…Оказывается, психология не такая уж и скучная наука. Я сегодня слушала и даже заинтересовалась тем, что преподша говорила. Она рассказывала о психоанализе Фрейда, причём делала это с таким восхищением и воодушевлением, будто его лично знала. Хотя, если честно, я всегда считала Фрейда озабоченным психом, Юлия Валерьевна всё-таки изменила моё представление о нём. Эти Эрос и Танатос раньше были непонятными словечками для меня, теперь же, когда она объяснила, что это такое, их смысл не кажется мне больше размытым.

А вообще она (ну, в смысле психологица) какая-то загадочная. Поначалу она показалась мне человеком с завышенной самооценкой. Да и у других тоже сложилось такое мнение. Но сейчас я понимаю, что, возможно, первое впечатление было обманчивым. Например, она с такой любовью и радостью говорила о детях, хотя, насколько я поняла, ни детей, ни мужа у неё нет. Её непроницаемое лицо всего на несколько мгновений стало милым и добрым. Нет, вообще-то выражение её лица обычно совсем не злое. Но я почувствовала, что Снежная королева слегка подтаяла. Это может свидетельствовать о том, что непробиваемость и непроницаемость психологицы – всего лишь броня, защищающая её от внешнего мира. А внутри она, может быть, совсем иная. Хотя не стоит делать поспешных выводов.

 

9.09.2011г. (Ю.М.)

…Я сегодня, когда домой ехала, задумалась над одним вопросом: если бы я безумно влюбилась в какого-либо преподавателя, будь я, скажем, сейчас двадцатилетней студенткой, то что бы стала делать? Как бы себя вела? Особенно в том случае, если бы преподаватель тоже был молоденьким, двадцатипятилетним, и ещё к тому же неженатым. Пыталась смоделировать своё поведение, но как-то не очень хорошо получилось. Слава Богу, что я никогда не попадала в такую ситуацию. А ведь с кем-то такое случается.

…Этот курс белорусского факультета, как оказалось, не так уж плох. Я затронула сегодня психоанализ Фрейда на занятии, и им, как мне показалось, было интересно слушать. Похоже, некоторые из них (а может, даже все) до этого момента считали Фрейда озабоченным психом и имели весьма неясное представление о его теории. Но, когда я им рассказала о ней в общих чертах, на лицах многих отразилось изумление. Да, такая реакция в моей практике наблюдается не в первый раз. Кстати, девчонка за второй партой, которая в прошлый раз уснула, слушала мою речь очень внимательно, словно пытаясь поймать каждое моё слово. Мне кажется, она более остальных смотрит на меня, причём с некой критической усмешкой, будто с помощью взгляда старается понять мою сущность, проникнуть в мою душу и будто уже что-то знает обо мне. Да и взгляд-то её, мягко говоря, тяжеловатый, поэтому стараюсь не смотреть на неё.

 

20.09.2011г. (К.Т.)

…Я внимательно рассматривала нашу психологицу всю пару, иногда даже не слышала, о чём она говорит. И вроде как ничего особенного в её внешности не нашла. Обыкновенная девушка. Только глаза необычные. Такие не то голубые, не то серые. Всё-таки скорее серые. И глядит она всегда пронизывающе, как рентген. Страшный взгляд! Кто-то сзади загалдел, так она, ничего не говоря при этом, просто посмотрела в ту сторону – и в аудитории воцарилась мертвецкая тишина.

А вообще она светленькая, русоволосая. Волосы вьются, как у меня. И она их чаще всего распускает. Лицо её постоянно имеет каменное выражение. Губы тонкие, а когда она улыбается, то просто поджимает нижнюю губу. Только тогда можно увидеть в её чертах добродушие. На щеках обычно румянец. Жестикулирует она так, как, должно быть, делала это какая-нибудь потомственная дворянка века XVIII или ХIХ. Да, в кино она хорошо бы смотрелась в роли аристократки. Видно, что она ухаживает за собой: всегда накрашена, одета с иголочки, аккуратна и опрятна. Наверное, постоянно сидит на диете, потому что фигура у неё стройная.

Мне почему-то кажется, что она добрая, вот только не очень стремится показать это.

 

23.09.2011г. (К.Т.)

…Я начинаю замечать, что Юля Валерьевна мне нравится всё больше и больше. Она рассказывает очень интересные истории. И хотя некоторые вещи по самой психологии я не понимаю, слушать эту преподшу увлекательно.

По-моему, я скоро ей заболею.

 

27.09.2011г. (К.Т.)

…Я много слышу, как обсуждают нашу психологицу однокурсники. Одним она категорически не нравится (говорят, типа, мы с ней горя ещё тяпнем, ведь экзамен же), другие вообще на неё особого внимания не обращают, а третьи обсуждают её внешность, манеру одеваться, говорить. В общем, она вызвала общественный резонанс.

Интересно, она одинока?

 

30.09.2011г. (К.Т.)

…Жалко, что я раньше не интересовалась психологией. Хоть это и сложная наука, но именно с её помощью можно детально узнавать других и себя. Сегодня Юля Валерьевна была в таком приподнятом настроении. Рассказывала нам о памяти, её функциях. Как всегда, интересно. Я слушала взахлёб. Мне порой кажется, что я слишком прямо и как-то усиленно на неё смотрю. Но я не могу отвести взгляда от этого человека.

Скоро практические. Боюсь. Как она будет проводить их? Некоторым кажется, что она будет зверствовать, а я думаю, что она хорошая. А злой она показалась только для того, чтобы мы на шею ей не садились. Потом станет добренькой, и таким образом захватит  любовь обеих групп. Игра на контрасте. Хорошая тактика.

 

30.09.2011г. (Ю.М.)

…Эта девушка за второй партой какая-то странная. Мало того, что она всё время буравит меня своим взглядом (мне прямо неуютно), так ещё пытается всяческим образом привлечь к себе внимание. Я стараюсь вообще на неё не смотреть.

А ещё у них на курсе есть парень, который тоже постоянно пытается выделиться, «блеснуть» передо мной. На внешность он весьма милый. Но сразу видно, что человек это несерьёзный и ненадёжный.

 

4.10.2011г. (К.Т.)

…Сегодня на психологии говорили о стрессах, депрессии, депривации и подобном. Юля Валерьевна проинформировала нас о том, как бороться со стрессом. Правда, половина нужной информации прошла мимо меня. Как я ни старалась слушать, мысли уходили куда-то в сторону. Я думала о том, смогу ли быть когда-нибудь в перспективе подругой такой девушки, как наша психологица. Представила себе, как залетаю к ней на кафедру:

– Юлька, привет! Я так соскучилась! Ну, как у тебя дела?

И так далее. Интересно было помечтать. Жаль, что этим мечтам не суждено сбыться.

Мне кажется, что я уже… Нет, боюсь написать это слово.

Очень больно, когда кто-то рядом говорит о ней, особенно если это что-то неприятное.

Постоянно жду пар по психологии и не могу не думать о ней. Во всех предметах мне видится напоминание о Юле. Может, я уже схожу с ума?

 

7.10.2011г. (К.Т.)

…Только что прочитала пьесу Ибсена «Кукольный дом». Мне запомнилась оттуда одна фраза, я даже выписала её себе: «Некоторых людей любишь больше всего на свете, а с другими как-то больше всего хочется бывать». Она очень верна.

…Оказывается, Юле Валерьевне 32 года. Выглядит она намного моложе своего возраста. Я бы дала ей не больше 28. Наверное, все силы отдаёт тому, чтобы так выглядеть. Зато на неё действительно приятно смотреть. Вот бывает же, что человек и умный, и красивый. Только очень редко.

 

11.10.2011г. (К.Т.)

…Теперь я знаю немного больше об общении и межличностных отношениях. Сегодня была очень интересная лекция. Я даже всю пару её слушала. Оказывается, когда начальник стремится иметь с подчинёнными неформальные отношения, это не есть хорошо. В будущем этот начальник может сыграть злую шутку с подчинённым. Запомню, что не стоит заводить близких отношений с начальством. Интересно, а преподов можно считать своим начальством?

Может, психологица намекала на то, что к ней не стоит подходить с личными вопросами? Может, она на меня намекала, ведь я так преданно на неё смотрю (хоть она этого и не замечает), что мне кажется: мой взгляд видит весь курс. Мне кажется, что каждое моё движение расценивается всеми как свидетельство преклонения перед ней. Всеми, кроме неё. Как назло, она на меня даже не смотрит, а когда читает лекцию, то глядит либо в правый или левый угол аудитории, либо на кого-то из задних парт.

 

11.10.2011г. (Ю.М.)

…Порой мне начинает казаться, что меня никто не слышит, что я говорю на парах всё исключительно самой себе. Но вдруг случайно мой взгляд цепляется за другой, очень преданный и твёрдый, взгляд этой девушки со второй парты. Я даже имени её не знаю, а она смотрит на меня так, будто мы знакомы с ней всю жизнь, смотрит, никогда не отрываясь и злясь на одногруппников, если те её отвлекают от слушания моих слов.

Так хорошо, что хоть кто-то слышит меня, впитывает мои слова.

 

14.10.2011г. (К.Т.)

…Господи, когда это произошло? Почему я не помню того момента, когда все мои мысли стала занимать это бездушное, бесчувственное существо? Иногда мне начинает казаться, что я её ненавижу. Ненавижу только за то, что её могут пожирать своими жадными глазами все окружающие, все, кому ни лень. Как это страшно! Наверное, Господь Бог дал людям это страдание, страдание безответных чувств, как плату за грехи прошлого. Ведь и любовь, и ненависть разъедают нас изнутри, и совсем неважно становится, какое чувство владеет человеком, потому что в любом случае это боль. Нет, я не зафанатела от нашей психологицы, ведь я не двенадцатилетняя девочка. Я не люблю её и не ненавижу, просто меня к ней тянет, будто я знала её раньше. Будто у меня уже была другая жизнь, и мы с ней тогда дружили или были сёстрами. Надеюсь, она скоро вылетит из моей головы, потому что этот человек причиняет мне боль.

 

14.10.2011г. (Ю.М.)

…Как это странно! Со мной что-то происходит, но я не могу понять, что же это. Я захожу на курс белорусов, и словно что-то начинает биться в груди. Самое главное, что я не могу понять, откуда это берётся и что это за чувство.

 

18.10.2011г. (К.Т.)

…Не хочу думать, не хочу писать о ней. Хочу забыть её.

 

21.10.2011г. (К.Т.)

…Как бы я ни старалась, она не выходит из моей головы. Как могу, скрываю всё, что чувствую. Иногда подшучиваю над ней в своей компании, а внутри всё так и кипит!

Зачем был этот день, шестое сентября, когда я впервые её увидала?..

И всё же лекций по психологии ещё много, я буду просто любоваться этим совершенством, этим шедевром природы.

 

25.10.2011г. (К.Т.)

Это кошмар! Лекции по психологии закончились. Я не думала, что всё пройдёт так быстро. Но, к счастью, ещё будут практики. Тогда будет шанс узнать её поближе.

Ну, держись, Юля Валерьевна. Я в этой войне сумею победить. И если ты по-прежнему не обратишь на меня своё бесценное внимание, если не соизволишь спуститься с небес на землю, я приму жёсткие меры!

 

25.10.2011г. (Ю.М.)

…Сегодня у белорусов закончились лекции. В четверг в одной из групп начнутся практические занятия. Интересно будет на них посмотреть, подтвердить или не подтвердить своё мнение о них в целом или о ком-то в частности.

Особенно хочу понять, что за человек та странная девушка за второй партой.

 

26.10.2011г. (К.Т.)

…Я хожу, как безумная. Постоянно думаю о ней, словно она меня приворожила. Что она сейчас делает? Чем занимается? Может, лежит в тёпленькой постели у своего хахаля? А может, сидит одна дома и в одиночку пьёт винчик? Может, нет у неё никакого хахаля, причём давно?

В одном я уверена точно: она не думает обо мне. Ведь она даже фамилии моей не знает. Наверное. Для неё я безликая девушка со второй парты. Возможно, эта моя уверенность – всего лишь тупая убеждённость человека с низкой самооценкой в том, что ты не можешь понравиться или запомниться другому. И всё же я стараюсь реально смотреть на вещи.

 

26.10.2011г. (Ю.М.)

…Интересно, о чём сейчас может думать та девушка со второй парты? Думает ли она обо мне? И почему она всегда так на меня смотрит? Может, она на всех преподавателей так глядит? Живёт ли она в общежитии? Или в квартире с родителями? Есть ли у неё парень?

Я задаю себе эти вопросы, и понимаю, что почти всегда слишком мало знаю о своих студентах. Хотя почему я должна о них что-то знать? Наши дорожки расходятся.

Наверное, всё же эта девушка обо мне не думает.

 

27.10.2011г. (К.Т.)

…Боже, как это страшно! Я даже не могла предположить, что Юля Валерьевна такой зверь на практиках. Я сегодня отвечала вопрос о психике и её структуре. Хорошо, что я твёрдо его выучила, потому что подсмотреть что-то с конспекта нереально. Она смотрит прямо в глаза, как на допросе. Взгляда не отводит, и, пока отвечаешь ей, такой страх в душе, будто реально сидишь перед следователем. Весь то краснеешь, то бледнеешь, сердце бешено колотится. Ужас, а не пара!

Но, в принципе, в остальном она такая же, как и на лекциях. Истории рассказывает, разговаривать попусту не даёт…

 

27.10.2011г. (Ю.М.)

…В целом, белорусы молодцы. Вопросы распределили, ответили. Правда, пока ещё меня слегка побаиваются, но это даже к лучшему.

Эту странную девушку за второй партой зовут Кристина. Она сегодня отвечала. Было видно волнение, но она держалась лучше остальных отвечающих. Мой пристальный взгляд выдержала стойко. Может, потому что она сама не менее пристально смотрит.

По внешности она – простая девушка, даже девчонка совсем, хоть и на третьем курсе уже. У неё задумчиво-тревожные зелёные глаза, бледная кожа с неярким румянцем. Русые волосы всегда собраны в низкий хвост. А броские украшения и одежду она, наверное, игнорирует, потому что одета всегда очень и очень просто. Красится в редких случаях, но макияж её очень преображает. Возможно, эту девушку в гораздо большей степени интересует собственный внутренний мир, чем унылая повседневность. Но всё же мне кажется, что за этой мечтательностью и отрешённостью скрывается решительность и сильная воля, а также настойчивость в достижении целей. Кристина напоминает мне кошку, за внешним спокойствием которой кроется готовность в любую секунду схватить добычу. Я думаю, ей всё равно, какое впечатление она производит на окружающих.

Хочу за ней ещё понаблюдать.

 

30.10.2011г. (Неотправленное письмо Кристины Т., адресованное Юле М.)

Дорогая моему сердцу Ю.В.!

Прекрасно понимаю, что отнимаю Ваше драгоценное время, но ничего не могу с собой поделать. Порой мне кажется, что ещё немного – и меня свалит с ног сердечный приступ. Или мои ноги сами шагнут из окна шестого этажа. Я не могу сдерживать более своих чувств, поэтому придётся мне Вам их высказать, иначе случится непоправимая беда.

После недавнего разочарования в одном человеке мне показалось, что сердце моё стало каменным, и я никогда не смогу ни любить, ни испытывать искренних пламенных чувств к кому бы то ни было. Однако я ошиблась, потому как почти два месяца назад в моей жизни возник, словно нежданный оазис в пустыне, человек, который всколыхнул мою сущность и потревожил мой относительный покой. Я обрадовалась поначалу, но потом мне стало ясно: боль безответных чувств – это адские муки на земле. Да, лучше уж быть бездушным циником, чем пылким и страстным человеком.

Наверное, Вы догадались, что человек, пробудивший меня от бесчувственной спячки, – Вы. И будь я проклята за то, что посмела сказать эти слова. Но теперь всё же мне стало намного легче.

Вы можете сказать, что это всего лишь временная страсть. Но как можно вообще отличить истинную любовь от страсти? Говорят, что от любви до ненависти – один шаг. Если после расставания с человеком в твоём сердце остаётся ненависть к нему, значит, этого человека ты любил. Ну, а если остаёшься к нему равнодушным, то ранее испытываемое к нему чувство – всего лишь страсть. Так неужели же, чтобы понять это, мне нужно навеки покинуть Вас? Не лучше ли не думать об этих мелочах и просто жить.

Давайте дружить, откинем все условности и упадём в бездну увлекательной и интересной жизни!

Жду Вашего ответа с нетерпением!

 

3.11.2011г. (К.Т.)

…Никогда не думала, что я буду так страдать из-за девушки. Мне больно, когда я её вижу, и больно, когда не имею возможности её видеть. Что же это такое?

Вот иногда иду по коридору мимо её лаборантской и думаю: «Хоть бы она всего на мгновение выглянула оттуда!.. Только бы секундочку посмотреть на неё – и всё. Больше мне ничего не нужно». А потом психологица действительно выходит из лаборантской, и я мечтаю провалиться сквозь землю, чтоб она меня не заметила, даже видеть её уже не хочется. Её присутствие заставляет гореть огнём каждую клетку моего организма, каждый нерв, каждую мышцу. Может, я в самом деле схожу с ума? Почему я так хочу дружить с этим человеком? Ведь она такая же, как и все. И всё же из окружающих именно она нравится мне больше всего.

Правда, у этой женщины есть один большой недостаток: она существует всего в одном экземпляре, поэтому на всех её в любом случае не хватит. А на мою долю, боюсь, не останется ничего.

А ещё меня цепляет, что Сергей О. постоянно на парах по психологии пытается выделиться перед Юлей. И она вроде как к нему испытывает симпатию. Вот чёрт! Я его за это теперь не выношу, почти с ним не разговариваю. Прям когда его вижу – внутри словно волна злости встаёт. Так и хочется ему что-то нехорошее сказать. Но я молчу и душу в себе эту злобу.

Боже, дай мне силы всё это пережить! Сделай так, чтобы она сама ко мне подошла с каким-либо вопросом, и у меня был бы повод узнать её лучше.

Скоро контрольная. Может, завалить её и пойти к ней лично переписать?.. И потом…

Мне иногда действительно хочется завалиться к ней в лаборантскую и заявить, что со мной из-за неё творится что-то немыслимое. Но я так никогда не поступлю.

 

3.11.2011г. (Ю.М.)

…Белорусы мне нравятся всё больше и больше. Они умеют рассуждать и не боятся высказывать своё мнение. Интересная группа, и работать с ними приятно.

…Кристина (я за ней почти всю пару наблюдала) какая-то мутная сегодня была. То ли у неё что-то случилось, то ли просто она была в плохом расположении духа, но на паре она не присутствовала. То есть сама она на занятии сидела, но где были её мысли в этот момент – неизвестно. Раньше эта девушка не казалась настолько погружённой в себя. Может, оттого что я мало на неё смотрела.

Что же кроется в этой обычной на первый взгляд студентке?

 

4.11.2011г. (К.Т.)

…Сегодня Юля не пришла на пару. Видите ли, забыла про нас. Я никогда не понимала, как препод может забыть о том, что ему нужно идти проводить занятие. Одногруппники прям теории строили, куда она могла подеваться. Староста в конце пары всё-таки сходила в лаборантскую к ней, и выяснилось – она всего лишь запамятовала, что у неё сейчас пара. Возмутительно!

Если бы она только знала, как я ждала её сегодня. Даже накрасилась ради психологии, а эта эгоистка не пришла.

Я решила – не буду больше думать о ней, обращать на неё внимание. Мне теперь всё равно. Я нормальный человек и не собираюсь изводить себя из-за какой-то бездушной стервы. Я себя тоже не на помойке нашла!

 

4.11.2011г. (Ю.М.)

…Мне так сегодня стыдно было. Из моей головы напрочь вылетело, что у тридцать второй группы белорусов сегодня пара. Почти в конце занятия пришла их староста, только что я уже могла сделать? В итоге пропало целых два часа. Ужас! Обычно я такой рассеянностью не страдаю.

 

11.11.2011г. (К.Т.)

Сергей О. меня убил. Он ляпнул после психологии сегодня всего две фразы, а я случайно услышала и до сих пор отойти от них не могу. Главное – каким тоном он это сказал!

– А она замужем? Как бы к ней подкатить?

Это он о Юле. О преподавателе!

Самец! Этот тупой алкоголик только и может, что «подкатывать»! Для него Юля – всего лишь желанная добыча. Не человек.

Вот бывают же люди, которые, к чему ни прикасаются, всё портят. Всё, что Сергей ни скажет о ком-то или о чём-то, становится для меня омерзительным.

Воображаю, как бы он выхвалялся перед нами, если бы переспал с ней… Нет, не хочу даже думать об этом.

А Юля… Она ведь тоже с ним на парах заигрывает. Что, если… Не дай Бог!

Мне плохо, очень-очень. Я хожу по общаге и по универу какая-то отупевшая от всего этого.

Неужели Юля может так поступить? В таком случае она для меня умрёт.

Всё, клянусь, больше ни строчки о ней!

 

II ЧАСТЬ

 

Вот бывают люди, которые имеют обыкновение делать прекрасным всё, к чему прикасаются. Старший преподаватель кафедры психологии Юлия Валерьевна М. была именно таким человеком. Её простота и естественность поражали и умиляли окружающих людей. Это была женщина, которая умела искусно спрятать свои и без того немногочисленные недостатки за ловко подчёркнутыми достоинствами. Она обладала редким в наше время качеством – человечностью во всех смыслах этого слова, а незаурядный ум и коммуникабельность были прекрасными дополнениями. Всё это и влекло к ней других людей. В том числе негодяев и гениев.

Студентка третьего курса филологического факультета Кристина Т., к счастью, не относилась ни к категории гениев, ни уж тем более к категории негодяев. По мнению многих её знакомых и друзей, это была обычная девчонка. Не такая, конечно, как все, а весьма оригинальная и «на любителя». Но если бы вам пришло в голову спросить кого-либо из её круга о том, есть ли на счету этой девушки какой-либо сверхъестественно ужасный поступок, то ручаюсь – никто не вспомнил бы ничего подобного. Кристина отличалась от современных людей тем, что будто бы жила в прошлом. Да, родиться она должна была в XIX веке, максимум – в начале XX. Однако судьба распорядилась так, что девушка появилась на свет в год развала СССР. И её саму это глубоко не устраивало, ведь это было не её время. Она считала, что сейчас её никто не понимает. А все считали, что она старомодна.

Кто знает, почему было суждено встретиться этим двум абсолютно разным людям. Вы скажете, что это судьба. Или воля Божья. Или случайность. Не могу знать.

Мы всю жизнь ждём того человека, который изменит нас и наши взгляды. Ежедневно мы допускаем такую мысль: «Вот завтра этот человек появится – и всё пойдёт иначе!» И, когда этот день всё-таки настаёт и сия долгожданная личность смело пересекает нашу жизнь, мы даже не замечаем данного события. Чаще всего уже потом мы пытаемся вспомнить обстоятельства той судьбоносной встречи – и не можем извлечь из глубин нашей памяти ни одной важной детали.

Так ворвалась в жизнь Кристины умная и тихая Юлия Валерьевна. Так ворвалась в жизнь Юли неординарная и непонятая современными людьми Кристина. И совсем неважно, по какой причине это произошло.

Они были знакомы чуть более двух месяцев. За это время им не удалось узнать друг о друге ничего особо примечательного. И вполне может быть, что, едва пересёкшись, их судьбы могли пойти по разным направлениям. Может быть, Юля вскоре забыла бы эту «странную девушку со второй парты» навсегда. Может быть, Кристина охладела бы к своей преподавательнице по психологии, полностью разочаровавшись в ней. Но нет, всё сложилось иначе.

 

***

 

Общеизвестно, что семнадцатого ноября студенты отмечают свой профессиональный, так сказать, праздник. Но для Кристины Т. это был самый обыкновенный день. Праздновать она ничего не собиралась и ещё с утра считала, что сегодня не случится ничего, из рамок выходящего.

Первая половина этого дня, частично проведённая в университете, действительно была самой что ни на есть заурядной. Однако третьей парой у Кристины стояла психология – и этим всё сказано.

Всю эту пару девушка сидела как на иголках. Но не по той причине, что Юля Валерьевна, как всегда, не обращала на неё свой взор, а потому, что эта самая преподавательница уж слишком пристально поглядывала на Сергея О. А он, как назло, прямо из кожи вон лез, чтобы привлечь к своей особе бесценное внимание психолога. И каждый раз, когда Сергей с места выкрикивал какую-то шуточку (очень часто весьма плоскую, как казалось «девушке со второй парты»), глаза Юли весело загорались, она смущённо улыбалась и некоторое время робко, чтоб никто не заметил, поглядывала на парня. В это время Кристине прямо не сиделось на месте, и её соседка по парте (а надо сказать, что сидела девушка теперь не за второй партой, а за последней и не одна, а с одногруппницей по имени Ольга) не выдержала и громко возмутилась:

– Блин, да что ты всё шевелишься?!

На эту реплику вся аудитория оглушительно рассмеялась, а Юля Валерьевна, смущённо улыбнувшись, посмотрела на Олю (но не на Кристину) и проговорила:

– Надеюсь, вы не ко мне обращаетесь.

Группа веселилась. Кристина же даже не растянула губ в улыбке. И лишь когда смех в помещении утих, она, опустив глаза, громко и отчётливо, словно выбивая каждое слово на барабане, сказала:

– Когда Серёженька наш свои гормоны успокоит, может, я и перестану шевелиться.

– А что я сделал? – сразу же возмутился парень.

– Достал уже со своими комментариями, – уже не спокойно, а откровенно вызывающе произнесла Кристина.

Сергей ничего не ответил, а только, слегка покраснев, подпёр рукой голову. В аудитории стояла тяжёлая тишина.

– Всё? Выяснили отношения? Я могу продолжить? – добродушно и ничуть не ехидно спросила Юля Валерьевна.

– Извините, – примирительно проговорила «девушка со второй парты».

Дальше пара пошла своим чередом. Сергей больше не произнёс ни слова, Кристина ни разу не шелохнулась, а преподавательница задавала вопросы на тему эмоционально-волевых процессов.

Решение пришло в голову Кристины, а точнее в её сердце, мгновенно. Это случилось за три минуты до конца пары.

«Всё очень просто, – думалось ей. – Надо просто подойти к ней и аккуратно спросить, что она думает обо мне… Или нет, не так. Попросить у неё совета. Мол, мне нравится один человек, он на двенадцать лет меня старше, и я очень хочу с ним общаться, но этот человек имеет более высокий статус. И… Да, типа, как мне к нему подкатить? А потом… А что потом? Что это даст? Может, она догадается? Хотя вряд ли. А всё-таки стоит попробовать. Боже мой, что же я делаю?!»

Последняя мысль мелькнула в мозгу девушки уже тогда, когда она стояла у стола, за которым пока ещё сидела Юля Валерьевна. Одногруппники «девушки со второй парты» уже разбежались кто куда.

– Юля Валерьевна, можно с вами поговорить? – как можно более уравновешенно, стараясь скрыть сильное волнение, безумно бьющееся сердце и подрагивающие руки, попросила её Кристина.

– Да, идёмте, – просто ответила психолог.

Кристина удивилась: Юля не стала ничего спрашивать и вообще не выразила на лице ни тени эмоции, будто девушка подошла и попросила о чём-то само собой разумеющемся.

Они вышли из аудитории. Преподавательница, левой рукой прижимая к себе журнал и папку, остановилась перед студенткой и, как всегда, пронзая насквозь, посмотрела на неё. Кристина поёжилась под этим взглядом, но, почувствовав, что психолог совсем не враждебно, а даже доброжелательно настроена по отношению к её особе, испытала облегчение и умиротворение.

– Юля Валерьевна, только… знаете, что… – смущённо  пробормотала Кристина. – Если вы что-то поймёте или будете чем-то возмущены, пожалуйста… Пускай наши отношения останутся прежними, хорошо?

«Какие отношения?! Что я несу?!» – подумала про себя студентка.

Юля молча кивнула.

– Посоветуйте, ради Бога, что мне делать, – более ровно заговорила Кристина. – В общем, там такая ситуация. Мне нравится один человек, но с этим человеком у нас нет точек соприкосновения. То есть мы с ним знакомы, однако практически никаких отношений между нами не существует. Я очень хочу с ней общаться, а не могу. Во-первых, она старше меня на двенадцать лет. А во-вторых, я не знаю, как к ней подойти. И знаете…

– Погодите, Кристина, давайте разберёмся, – произнесла внимательно слушавшая преподавательница, когда в речи девушки образовалась пауза. – Значит, я так понимаю, этот человек – женщина?

– Да.

– Почему вы не можете просто подойти к ней и сказать это прямо?

– Понимаете, это преподавательница, причём с чужой кафедры. Ну, как я к ней подойду? Мне же ещё экзамен ей сдавать.

– Ну, в том, чтобы сказать правду, нет ничего страшного. И я не думаю, что это существенно повлияет на вашу успеваемость. Вообще, Кристина, я не понимаю, что вы подразумеваете под словом «общаться». Общаться можно по-разному: вместе проводить выходные, ходить в кафе, разговаривать на интимные темы или советоваться по профессиональным вопросам – всё это общение. Вы сначала определите для себя, чего вы хотите.

Едва Юля Валерьевна успела произнести последние слова, как в диалог вклинилась ещё одна персона – одна из преподавательниц кафедры литературы.

– Кристина, вы знаете про конкурс, который проводится в честь 120-летия со Дня рождения М.Богдановича? – с ходу начала эта персона.

– Да, знаю, – осторожно ответила девушка.

– Не хотите поучаствовать? Там нужно сдать работу до первого декабря, вы, по-моему, успеете.

– Да, я… хорошо, я попробую, – нетерпеливо проговорила Кристина, думая про себя: «Пожалуйста, не мешайте мне, Наталья Петровна, я всё сделаю, только сейчас больше ничего не говорите. Идите себе, и всё!» Но всё же она задала вопрос: – А что нужно написать? Статью или рассказ?

– Можно и то, и другое. Вы зайдите ко мне, я вам всё объясню, хорошо? – уже отходя, говорила Наталья Петровна.

– Хорошо, – согласилась студентка.

– В общем, Кристина, – продолжала Юля, – я не могу посоветовать вам ничего определённого. Я не знаю, чего вы хотите и что там между вами происходит на данный момент. Это понятно, что вам страшно сказать всё прямо. На самом деле, вы правы: неизвестно, как всё может обернуться.

– Да ничего между нами не происходит, она меня даже не замечает, – пожаловалась Кристина. – Будто я пустое место.

Преподавательница вздохнула и только собралась сказать что-то ещё, но к ней обратилась какая-то женщина, выросшая словно из-под земли:

– Юля Валерьевна, вы методику доделали?

– Да, конечно, у меня в папке в лаборантской лежит. Заберёте посмотреть? – почему-то таинственно улыбнулась психолог.

– Я позже зайду к вам, а то мне сейчас к проректору нужно, – сказала коллега Юли Валерьевны, уходя по направлению к лестничному пролёту.

Пока эти взрослые женщины разговаривали, Кристина приняла ещё одно решение. Как только незнакомая женщина удалилась, она, медленно выдохнув, заговорила:

– Юля Валерьевна. Может, я поступлю неправильно, не знаю, но больше я терпеть и молчать не могу. Я хочу сказать вам, что этот человек… вы.

Раньше Кристине казалось, что если вдруг ей когда-нибудь доведётся произнести подобные слова по отношению к этому человеку, то небеса рухнут на землю, весь мир резко изменится или, по крайней мере, случится что-то страшно непоправимое. Ан нет, она ошибалась. Небеса по-прежнему нависали над землёй и даже не думали никуда падать. Мир вокруг Кристины не претерпел особых изменений. Да и ничего страшно непоправимого не произошло. Вернее будет сказать, что вообще ничего не случилось.

Но самое интересно, что на лице Юли студентка не смогла увидеть ни одной эмоции: ни удивления, ни страха, ни презрения – ни-че-го. Будто психолог заранее знала, что именно скажет девушка. Или будто ей было фиолетово, что та говорит. Или, может быть, она настолько профессионально умела скрывать эмоции, что ни один мускул не выдал её настоящих чувств.

– Ну, Кристина, я не против, – спокойно ответила преподавательница. – Мне и самой было бы интересно узнать вас. Но… Вы же понимаете, что до экзамена это невозможно.

– Да, я понимаю, – кивнула Кристина, хотя она не совсем понимала, причём тут экзамен.

– Это может повлечь за собой непонятные слухи и тому подобное, – продолжала Юля, словно подслушав мысли студентки. – И к тому же некоторые могут усомниться в объективности поставленной мной за экзамен отметки.

– Я очень боюсь вас потерять, – неожиданно со страданием в голосе произнесла девушка. – Пройдёт экзамен – и вы обо мне забудете.

Психолог по-доброму рассмеялась.

– Не волнуйтесь, не забуду, – заверила она Кристину, мягко тронув ту за плечо. – А ещё вам не стоит меня идеализировать. Я – самый обычный человек со своими проблемами и недостатками, поэтому будет не очень хорошо, если вы во мне разочаруетесь.

– Я понимаю, я проходила через подобное уже не раз, поэтому научилась смотреть на людей приземлённо, – сказала студентка и в тот же момент осознала, что солгала. Никогда она не смотрела на людей «приземлённо». И объективно никогда не оценивала чужие и свои поступки. Девушка украдкой глянула на лицо собеседницы («Не поняла ли она, что я сказала неправду?..»), но опять же Кристине было неясно: либо Юле всё равно, либо она скрыла свои чувства, либо так ничего и не осознала?

– Это хорошо, – просто кивнула преподавательница. И в их разговоре настала та неловкая минута, когда говорить больше не о чем.

– Ну, тогда я пойду, – просительным тоном проговорила «девушка со второй парты».

– Да, – позволила ей психолог, словно от этого позволения зависело, уйдёт Кристина или нет. – Идите. Если что – заходите. Я тут недалеко, в лаборантской, заседаю всё время. Всего доброго!

И её губы на прощанье ещё раз растянулись в милой улыбке.

Девушки разошлись в разные стороны.

Кристина осталась неудовлетворенной этим разговором. С одной стороны, вроде бы всё выяснилось: она сказала всё, что хотела, и Юля Валерьевна вполне адекватно отреагировала на её слова, даже более того – преподавательница в целом поняла студентку. Но, с другой стороны, девушка не чувствовала той отдачи от психолога, какая могла бы быть; она ощущала, что всё-таки до конца осталась непонятой. Хотя, на самом деле, какую отдачу она хотела получить? Что на тот момент могла ответить и уж тем более сделать Юля?

После этого Кристина осознала, что готова пойти на всё, лишь бы стать подругой преподавательницы.

 

***

 

– Юль, я не хотела тебя обидеть. Но почему-то ты тогда это мне сказала, ведь так? Ты сама учила меня, что ни одно слово у человека не может вылететь просто так. Любая мысль имеет значение.

– Это так, ты права. Но, Кристин, когда я сказала тебе… Ну… Ты пойми, для меня это было весьма неожиданно – услышать подобное признание от своей студентки. Не от студента, а от студентки! Понятно, если бы подошёл парень, ну, влюбился. Тут всё ясно. Но девушка?.. Что я должна была в тот момент подумать?.. Я даже не знала, как нужно реагировать. Вот и ляпнула, не подумав. И потом… Я тебя тогда совсем не знала. Поэтому нужно было держать дистанцию. Ведь теперь всё не так.

– Что-то в тот момент ты не казалась особенно растерянной. Я вообще ни одной эмоции на твоём лице прочитать не смогла. Как вспомню!.. «Вы же понимаете, что до экзамена это невозможно». У меня аж мурашки по коже пробежали.

– Да ладно тебе. Ну, прости. Я не хотела тебя обижать.

Юля и Кристина уже почти месяц после того самого Дня студента были на «ты». Они очень тесно общались, немало свободного времени проводили вместе, и Юля привязалась к Кристине почти в той же степени, в какой эта студентка была ранее привязана к психологу. Их взаимоотношения должны были вскоре перейти в крепкую устоявшуюся дружбу, основанную на полном доверии друг к другу и взаимном уважении. Именно должны были, но…

Как Кристине удалось добиться этого за столь короткий срок? Просто она использовала любую возможность, чтобы быть рядом с Юлей, чтобы искать общие темы, интересы и тому подобное. В общем, девушка не упустила свой шанс.

Сейчас разговор происходил в лаборантской. Кроме Юли и Кристины, здесь никого не было.

Уже наступил вечер. Тьма неумолимо пожирала город, и, казалось, этот сумрак вот-вот готов был влиться, втолкнуться,  разбив оконное стекло, в помещение, пролезть сквозь щели, затопить всё здание. Но, к счастью, этого произойти не могло.

Студентка и преподавательница мирно болтали, сидя друг напротив друга и попивая кофе.

– Знаешь, а ещё ко мне этот ваш Сергей О. постоянно подкатывает, – опять заговорила психолог.

– Он тебе нравится? – почему-то сразу погрустнела Кристина.

– Так себе. Хотя я не стала бы связывать свою жизнь с таким человеком. Он очень милый, но не более того. Красота – явление непостоянное. Нужно, чтобы рядом был мужчина, так сказать, для души.

– Ну-ну, красиво сказала, – холодно ответила «девушка со второй парты». – Молодец.

– Я давно заметила, что у тебя какое-то субъективное отношение к этому парню.

– Он мне просто не нравится. И никогда не нравился.

– Ты лжёшь, – убеждённо сказала Юля.

– Неужели ты всегда видишь, когда тебе лгут?

– Нет, не всегда, но сейчас я это увидела.

– Хорошо. Ты действительно хочешь услышать, что я о нём думаю и что между нами произошло?

– Можешь ничего не рассказывать, я пойму.

– Да нет, я хочу тебе всё объяснить.

– Ну, тогда действуй.

– Я познакомилась с Сергеем, когда только поступила в универ. Это был первый человек, с которым я заговорила. И с самого первого дня у нас завязались очень хорошие отношения. Когда у меня были какие-то проблемы, я мигом бежала к нему, и он помогал, если мог. Я доверяла этому человеку, поведала ему столько своих тайн, что ни одна из моих подруг столько обо мне не знала и не знает. И самое интересное, что я чувствовала: он доверяет мне в той же мере. Мне было понятно, что я не смогу противостоять его чарам, что рано или поздно в своём сердце я почувствую горячую любовь к нему. И это произошло.

Шло время. И весь этот период я любила Сергея и ждала ответных чувств. Не могу сказать, чтобы он был ко мне холоден. Но это было совсем не то, чего мне бы хотелось. На него постоянно вешались какие-то девки. И всё же я ждала.

 Потом, уже вначале второго курса, мы отдалились друг от друга. Сергея будто подменили. После того, как его заселили в общагу, он начал спиваться. Постоянной девушки у него не было, каждую ночь новая пассия. Про меня же он стал, видимо, забывать.

До сих пор мне думается: неужели он так и не смог понять, что я его люблю?

И вот однажды я решилась признаться ему в своих чувствах. Выпила полстакана водки, залпом, не запив ничем и не закусив. Пошла к нему в комнату и сказала, что давно его люблю. Как это ни странно, в тот момент он был трезв, что случалось редко. И он ответил: «Кристин, ты классная девчонка, но давай останемся друзьями». Этой фразой он словно вонзил мне нож в сердце. В его словах сомневаться нельзя было, он отдавал отчёт в том, что говорил. И тогда я ушла. Как сейчас помню: по моим щекам катились ледяные слёзы.

Что я в тот момент испытала!.. Если бы ты только знала. Я почувствовала себя ненужной, растоптанной. Я поняла наконец, что ничего для него не значу, что те девицы, которые роем летают вокруг него, нужны ему больше, чем я.

Естественно, друзьями мы не остались. Да и как можно после такого остаться в каких-либо отношениях? Я увидела ту пропасть между нами, которую невозможно было преодолеть. Она росла, увеличивалась, углублялась.

В конце концов, наступил тот момент, когда мы практически перестали разговаривать. Это случилось само по себе. И если раньше меня волновала его судьба, то теперь мне не то, чтобы всё равно, но… как бы это сказать… В общем не хочу лезть в его жизнь, потому что, если я это делаю, возникает такое ощущение, будто моя душа погружается в грязь.

Я думаю так: «Если ему нравится гробить свою жизнь – ради Бога. Я умываю руки».

Вот и всё.

– Да, печальная история, – проговорила Юля. – Самое страшное, что можно испытать по отношению к человеку, – это разочарование.

– Знаешь, я сейчас тебе это рассказала – и мне так полегчало, – призналась Кристина. – Пусть уже много времени прошло, пусть я это пережила и оставила далеко позади, всё равно внутри, глубоко в душе, постоянно был какой-то осадок. А сейчас всё стало на свои места. Спасибо. Ты мой любимый психолог.

– Всегда пожалуйста, – улыбнулась преподавательница.

Кристина испытала истинное облегчение. Всё складывалось хорошо, психолог её понимала, выслушивала любые её истории. Так должно было длиться вечно. Но не длилось.

Когда Юля снова заговорила, Кристина почувствовала, что колонны, на которых держалось её счастье, начинают потрескивать. Нет, не падать, а всего лишь покрываться пока ещё маленькими, незаметными издалека трещинками. Но, как известно, именно из маленьких трещинок возникают гигантские разломы. Что-то пошло не так.

– Я хочу поговорить с тобой серьёзно, только ты не обижайся, ладно? –тоном, предвещающим нечто нехорошее, заговорила преподавательница.

– Ну, постараюсь, – нарочно нехотя заявила Кристина и засмеялась.

– О нас с тобой ходят не очень хорошие слухи. Мои коллеги задают ненужные вопросы о том, почему я так тесно общаюсь с одной из своих студенток. Поговаривают, что у нас с тобой отношения… ну… понимаешь?

– Что?! Да… как… можно… я не… никогда… мы же просто… – невнятно забормотала студентка. – Как они могут?! Мы же просто дружим… Они ничего не знают… У меня никогда и мыслей таких мерзких не было…

– Я знаю, – остановила поток мыслей собеседницы Юля. – Но другие не знают. А ещё я вчера случайно услышала разговор твоих одногруппниц. Они строили догадки по поводу того, отчего ты так часто заглядываешь ко мне. В общем, эти догадки тоже были весьма гнусными.

Кристина была настолько возмущена и одновременно ошеломлена этими словами, что уже даже ничего не говорила, а, сжав кулаки и низко опустив голову, тупо смотрела на принтер, который стоял на соседнем столе.

– И что ты предлагаешь? – тихо проговорила «девушка со второй парты».

– Нам нужно перестать общаться до экзамена, – произнесла психолог эти страшные для Кристины слова. И в душе девушки словно что-то упало, глухо стукнувшись о дно этой самой души. – Хотя бы в стенах университета. Я вообще-то слухов не очень боюсь, но всё-таки это неприятно. Ты пойми…

– Я всё понимаю, – оборвала её Кристина. – Ответь мне только на один вопрос. Если бы подобные слухи ходили о тебе и Сергее О., ты бы ему то же самое предложила? Не общаться? Или наоборот, тебе нравилось бы, когда твои коллеги и мои одногруппники обсуждали бы все подробности этого лжеромана? Ну? Конечно, что я могу тебе дать? Я всего лишь какая-то девчонка. А он! Он же мужик, он… Может, ты за него замуж выскочишь? Хотя не советую. Намучаешься…

Она говорила сначала спокойно, но к концу этого монолога эта внешняя уравновешенность перешла в раздражительность и даже гнев.

– Тише, тише, успокойся, – пыталась утихомирить её преподавательница. – Что ты такое говоришь? У меня никогда подобного на уме не было.

– Похоже, я ошиблась, – уже более смирно сказала Кристина. – Ты такая же, как они.

– Кто – они? – не поняла Юля.

– Они. Люди, которые нас окружают. Бо́льшая часть их не может подавить свои животные инстинкты. Они не могут сдерживать в себе природу. Они и есть животные. Спят, едят, пьют, спят, едят… И в этом вся их жизнь. У них не хватает силы, чтобы бороться с внутренними желаниями. И в тебе этой силы нет. Я это сейчас почувствовала. Хоть ты и хорошая, но одно это закрывает для меня все твои благодетели.

– Значит, я – животное?! Я не могу сдержать природу?! – тоже вскипела психолог, хотя почти всегда старалась до последнего сохранять хладнокровие.

– Возможно. Я почему-то уверена, что если бы тебе представилась возможность попасть в постель Сергея, то ты бы эту возможность не упустила.

– Да, не упустила бы. Ты права. Да я и не упустила на самом деле. Если хочешь знать, я с ним спала. Здесь, в лаборантской. На этом столе.

В этот момент Кристина ощутила, что колонны её счастья с громким звуком рухнули, рассыпавшись на мелкие осколки, которые уже невозможно было собрать воедино. Но девушка не испытала душевной и уж тем более физической боли. Напротив, ей стало легко, как будто до этого момента она не могла дышать из-за некого невидимого корсета, а сейчас этот корсет сам по себе развязался – и она вдохнула чистейший воздух всей грудью. Кристина освободилась.

– Это правда? – только и спросила студентка. И сразу же поняла по лицу Юли, что это – правда. Девушка не увидела в глазах собеседницы даже намёка на раскаяние. – Наверное, ты очень довольна этим своим поступком. И может, даже испытываешь за него гордость. Значит, Серёженьку ты не стыдишься, а со мной тебе неловко. Так? Ведь ты для этого прикрывалась экзаменом? Чтобы не видеть меня, да? Мне тебя жаль. Но я не буду больше долбиться в твою дверь. Ни в открытую, ни в закрытую.

Кристина в последний раз взглянула в серые глаза преподавательницы, но в этот раз она не увидела там ничего.

Студентка молча ушла из лаборантской. Навсегда.

 

***

ВЫДЕРЖКИ ИЗ НекрологА

 

«Вчера, 14 декабря 2011 года, трагически оборвалась жизнь студентки третьего курса филологического факультета Кристины М.

…Девушка погибла в результате автомобильной аварии, спровоцированной пьяным водителем.

…Кристина могла стать отличным журналистом. Она также имела все предпосылки для того, чтобы в будущем стать преподавателем нашего университета.

…Кристина, такой ты останешься в нашей памяти навсегда».

 

***

 

Психиатрическая лечебница. Разговор двух докторов-психиатров, идущих по коридору:

– Профессор, уверяю вас, это очень интересный случай. Я тоже поначалу не обратил на него внимание, но… Поверьте, вам стоит взглянуть на эту пациентку.

– Ну, что ж. Идёмте, только быстро. Что там у неё?

– Большую часть времени девушка ведёт себя адекватно. Никаких отклонений не наблюдается. Но как только она слышит слово «экзамен», у неё начинается нервный припадок. В этот момент пациентка агрессивна, практически неуправляема.

– Сколько длится припадок?

– Не знаю, мы почти сразу колем успокоительное, она ведёт себя слишком буйно.

– А как она реагирует на слова, скажем, близкие по тематике к слову «экзамен». Например, на «зачёт». Или на «пересдачу».

– Никак. Я же говорю, в остальном она полностью адекватна.

– Кто она по профессии?

– Юлия Валерьевна М. – преподаватель психологии в университете. Стаж работы – 4 года.

– Молодая… Значит, в некотором роде связана с нашей работой. Может, она Фрейда обчиталась? – усмехнулся доктор.

– Не знаю. Но она прекрасно разбирается в процессах и механизмах психики. С ней, кстати, весьма интересно разговаривать на психологические темы.

– С чем связана реакция на это слово?

– Это пока выяснить не удалось. Мы лишь узнали, что в последнее время она тесно общалась с одной из своих студенток. Четырнадцатого декабря эта студентка погибла. Попала под машину. А пятнадцатого Юлию Валерьевну привезли к нам.

– Тёмная какая-то история.

Они наконец подошли к нужной палате. Молодой доктор повернул дверную ручку и, пропустив профессора вперёд себя, вошёл внутрь. Там возле дверей стояло двое санитаров и медсестра, а на стуле сидела, мило и отрешённо улыбаясь, хрупкая девушка тридцати двух лет, известная нам под именем Юли М. Доктора взяли стулья и присели недалеко от неё.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровался профессор.

– Добрый день, – отозвалась преподавательница.

– Как ваше здоровье? – сразу же поинтересовался он.

– Хорошо, я чувствую себя прекрасно, – ответила девушка. – Только по ночам иногда плохо спится. Скажите, когда меня выпишут?

– Вас нужно немного подлечить. Вы же говорите, что вам плохо спится, – мягко произнёс молодой психиатр.

– Вы считаете меня сумасшедшей? – грустно улыбнулась Юля.

– Нет, что вы. Это не так.

– Вы хотите вернуться на работу, в университет? – задал вопрос профессор.

– Да, мне очень нравится преподавать психологию. Мне нравится работать со студентами.

– Расскажите нам, вы любите свой предмет?

– Да, я люблю вникать в суть некоторых психических явлений, а потом доносить это до разума другого человека.

– А экзамены вы любите принимать? – как бы невзначай произнёс профессор.

Улыбка мгновенно сползла с лица пациентки. Она побледнела, подбородок её задрожал, на глазах появились слёзы. У девушки начался припадок: сначала тихо, а постепенно всё громче, вплоть до истерического крика, Юля повторяла слова «Нет, только не экзамен, не хочу экзамен, больше не будет экзаменов, обещаю!.. Прости, прости!..». Она упала на колени, а затем, судорожно подёргиваясь, как капризный ребёнок, перевернулась на спину.

Санитары подбежали по знаку молодого психиатра, легко подняли девушку, положили на кровать и, пока медсестра вводила успокоительное ей в вену, крепко держали ей руки и ноги. Прошло немного времени – и приступ преподавательницы сменился крепким сном.

– Да, – пробормотал профессор, когда все вышли из палаты, – вы, пожалуй, правы. Очень интересный случай. Осталось только выяснить, причём же тут экзамен.

Е.Иванина,

декабрь 2011 – февраль 2012гг.

 

© Copyright: Екатерина Иванина, 2012

Регистрационный номер №0045768

от 30 апреля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0045768 выдан для произведения:

Посвящаю З.В.К.

I ЧАСТЬ

(отрывки из дневников студентки Кристины Т. и

преподавателя Юлии М.)

 

6.09.2011г. (Дневник Кристины Т. – К.Т.)

…Сегодня был самый обычный день. В универе – самые обычные пары. Риторика, история языка. Из новых предметов была только психология. Преподша, конечно, удивила. Я почему-то ожидала увидеть женщину в возрасте, такую старомодную и чопорную, одержимую психологией. Или даже наоборот, не одержимую, а пофигистичную к предмету. Но я ошиблась.

Когда она вошла в аудиторию, я прямо обомлела. Такая цыпочка. Модно одетая, ухоженная, молодая. На внешность тоже ничего, не страшненькая. У меня в голове сразу мысль пронеслась: «Ого, какая!..» Естественно, серьёзно я её не восприняла.

А вообще она какая-то высокомерная. Сразу видно, что между нами, студентами, и ней, преподавателем, стоит непробиваемая стена. Причём стену эту она сама выставляет.

Сама психология – скучный предмет. Я среди пары даже заснула, хоть и сижу всего за второй партой. Надеюсь, психологица не обиделась.

Не знаю, как всё это можно выучить (а выучить придётся – зимой экзамен!).

 

6.09.2011г. (Дневник Юли М. – Ю.М.)

…Как же я устала за сегодняшний день. По-видимому, за лето отвыкла от работы. Этот сумасшедший ритм жизни ещё долго будет сводить меня с ума. Стараюсь как-то отвлечься и не думать об усталости.

…Сегодня провела первое занятие по общей психологии у белорусских филологов. Публика весьма разношёрстная, слушали невнимательно (по большей части меня разглядывали, особенно парни, которых там всего пятеро). Видимо, пока ещё им предмет не очень интересен. Как всегда, вошла я с каменным выражением лица, старалась вести себя так, чтобы не давать поводов для фамильярности по отношению к себе. На последних партах все занимались своими делами, а одна студентка, за второй партой среднего ряда, вообще спала. Я, конечно, ей замечание делать не стала, всякое в жизни бывает. Но неужели я так скучно преподаю материал? Ну, ничего, мы ещё поборемся.

 

9.09.2011г. (К.Т.)

…Оказывается, психология не такая уж и скучная наука. Я сегодня слушала и даже заинтересовалась тем, что преподша говорила. Она рассказывала о психоанализе Фрейда, причём делала это с таким восхищением и воодушевлением, будто его лично знала. Хотя, если честно, я всегда считала Фрейда озабоченным психом, Юлия Валерьевна всё-таки изменила моё представление о нём. Эти Эрос и Танатос раньше были непонятными словечками для меня, теперь же, когда она объяснила, что это такое, их смысл не кажется мне больше размытым.

А вообще она (ну, в смысле психологица) какая-то загадочная. Поначалу она показалась мне человеком с завышенной самооценкой. Да и у других тоже сложилось такое мнение. Но сейчас я понимаю, что, возможно, первое впечатление было обманчивым. Например, она с такой любовью и радостью говорила о детях, хотя, насколько я поняла, ни детей, ни мужа у неё нет. Её непроницаемое лицо всего на несколько мгновений стало милым и добрым. Нет, вообще-то выражение её лица обычно совсем не злое. Но я почувствовала, что Снежная королева слегка подтаяла. Это может свидетельствовать о том, что непробиваемость и непроницаемость психологицы – всего лишь броня, защищающая её от внешнего мира. А внутри она, может быть, совсем иная. Хотя не стоит делать поспешных выводов.

 

9.09.2011г. (Ю.М.)

…Я сегодня, когда домой ехала, задумалась над одним вопросом: если бы я безумно влюбилась в какого-либо преподавателя, будь я, скажем, сейчас двадцатилетней студенткой, то что бы стала делать? Как бы себя вела? Особенно в том случае, если бы преподаватель тоже был молоденьким, двадцатипятилетним, и ещё к тому же неженатым. Пыталась смоделировать своё поведение, но как-то не очень хорошо получилось. Слава Богу, что я никогда не попадала в такую ситуацию. А ведь с кем-то такое случается.

…Этот курс белорусского факультета, как оказалось, не так уж плох. Я затронула сегодня психоанализ Фрейда на занятии, и им, как мне показалось, было интересно слушать. Похоже, некоторые из них (а может, даже все) до этого момента считали Фрейда озабоченным психом и имели весьма неясное представление о его теории. Но, когда я им рассказала о ней в общих чертах, на лицах многих отразилось изумление. Да, такая реакция в моей практике наблюдается не в первый раз. Кстати, девчонка за второй партой, которая в прошлый раз уснула, слушала мою речь очень внимательно, словно пытаясь поймать каждое моё слово. Мне кажется, она более остальных смотрит на меня, причём с некой критической усмешкой, будто с помощью взгляда старается понять мою сущность, проникнуть в мою душу и будто уже что-то знает обо мне. Да и взгляд-то её, мягко говоря, тяжеловатый, поэтому стараюсь не смотреть на неё.

 

20.09.2011г. (К.Т.)

…Я внимательно рассматривала нашу психологицу всю пару, иногда даже не слышала, о чём она говорит. И вроде как ничего особенного в её внешности не нашла. Обыкновенная девушка. Только глаза необычные. Такие не то голубые, не то серые. Всё-таки скорее серые. И глядит она всегда пронизывающе, как рентген. Страшный взгляд! Кто-то сзади загалдел, так она, ничего не говоря при этом, просто посмотрела в ту сторону – и в аудитории воцарилась мертвецкая тишина.

А вообще она светленькая, русоволосая. Волосы вьются, как у меня. И она их чаще всего распускает. Лицо её постоянно имеет каменное выражение. Губы тонкие, а когда она улыбается, то просто поджимает нижнюю губу. Только тогда можно увидеть в её чертах добродушие. На щеках обычно румянец. Жестикулирует она так, как, должно быть, делала это какая-нибудь потомственная дворянка века XVIII или ХIХ. Да, в кино она хорошо бы смотрелась в роли аристократки. Видно, что она ухаживает за собой: всегда накрашена, одета с иголочки, аккуратна и опрятна. Наверное, постоянно сидит на диете, потому что фигура у неё стройная.

Мне почему-то кажется, что она добрая, вот только не очень стремится показать это.

 

23.09.2011г. (К.Т.)

…Я начинаю замечать, что Юля Валерьевна мне нравится всё больше и больше. Она рассказывает очень интересные истории. И хотя некоторые вещи по самой психологии я не понимаю, слушать эту преподшу увлекательно.

По-моему, я скоро ей заболею.

 

27.09.2011г. (К.Т.)

…Я много слышу, как обсуждают нашу психологицу однокурсники. Одним она категорически не нравится (говорят, типа, мы с ней горя ещё тяпнем, ведь экзамен же), другие вообще на неё особого внимания не обращают, а третьи обсуждают её внешность, манеру одеваться, говорить. В общем, она вызвала общественный резонанс.

Интересно, она одинока?

 

30.09.2011г. (К.Т.)

…Жалко, что я раньше не интересовалась психологией. Хоть это и сложная наука, но именно с её помощью можно детально узнавать других и себя. Сегодня Юля Валерьевна была в таком приподнятом настроении. Рассказывала нам о памяти, её функциях. Как всегда, интересно. Я слушала взахлёб. Мне порой кажется, что я слишком прямо и как-то усиленно на неё смотрю. Но я не могу отвести взгляда от этого человека.

Скоро практические. Боюсь. Как она будет проводить их? Некоторым кажется, что она будет зверствовать, а я думаю, что она хорошая. А злой она показалась только для того, чтобы мы на шею ей не садились. Потом станет добренькой, и таким образом захватит  любовь обеих групп. Игра на контрасте. Хорошая тактика.

 

30.09.2011г. (Ю.М.)

…Эта девушка за второй партой какая-то странная. Мало того, что она всё время буравит меня своим взглядом (мне прямо неуютно), так ещё пытается всяческим образом привлечь к себе внимание. Я стараюсь вообще на неё не смотреть.

А ещё у них на курсе есть парень, который тоже постоянно пытается выделиться, «блеснуть» передо мной. На внешность он весьма милый. Но сразу видно, что человек это несерьёзный и ненадёжный.

 

4.10.2011г. (К.Т.)

…Сегодня на психологии говорили о стрессах, депрессии, депривации и подобном. Юля Валерьевна проинформировала нас о том, как бороться со стрессом. Правда, половина нужной информации прошла мимо меня. Как я ни старалась слушать, мысли уходили куда-то в сторону. Я думала о том, смогу ли быть когда-нибудь в перспективе подругой такой девушки, как наша психологица. Представила себе, как залетаю к ней на кафедру:

– Юлька, привет! Я так соскучилась! Ну, как у тебя дела?

И так далее. Интересно было помечтать. Жаль, что этим мечтам не суждено сбыться.

Мне кажется, что я уже… Нет, боюсь написать это слово.

Очень больно, когда кто-то рядом говорит о ней, особенно если это что-то неприятное.

Постоянно жду пар по психологии и не могу не думать о ней. Во всех предметах мне видится напоминание о Юле. Может, я уже схожу с ума?

 

7.10.2011г. (К.Т.)

…Только что прочитала пьесу Ибсена «Кукольный дом». Мне запомнилась оттуда одна фраза, я даже выписала её себе: «Некоторых людей любишь больше всего на свете, а с другими как-то больше всего хочется бывать». Она очень верна.

…Оказывается, Юле Валерьевне 32 года. Выглядит она намного моложе своего возраста. Я бы дала ей не больше 28. Наверное, все силы отдаёт тому, чтобы так выглядеть. Зато на неё действительно приятно смотреть. Вот бывает же, что человек и умный, и красивый. Только очень редко.

 

11.10.2011г. (К.Т.)

…Теперь я знаю немного больше об общении и межличностных отношениях. Сегодня была очень интересная лекция. Я даже всю пару её слушала. Оказывается, когда начальник стремится иметь с подчинёнными неформальные отношения, это не есть хорошо. В будущем этот начальник может сыграть злую шутку с подчинённым. Запомню, что не стоит заводить близких отношений с начальством. Интересно, а преподов можно считать своим начальством?

Может, психологица намекала на то, что к ней не стоит подходить с личными вопросами? Может, она на меня намекала, ведь я так преданно на неё смотрю (хоть она этого и не замечает), что мне кажется: мой взгляд видит весь курс. Мне кажется, что каждое моё движение расценивается всеми как свидетельство преклонения перед ней. Всеми, кроме неё. Как назло, она на меня даже не смотрит, а когда читает лекцию, то глядит либо в правый или левый угол аудитории, либо на кого-то из задних парт.

 

11.10.2011г. (Ю.М.)

…Порой мне начинает казаться, что меня никто не слышит, что я говорю на парах всё исключительно самой себе. Но вдруг случайно мой взгляд цепляется за другой, очень преданный и твёрдый, взгляд этой девушки со второй парты. Я даже имени её не знаю, а она смотрит на меня так, будто мы знакомы с ней всю жизнь, смотрит, никогда не отрываясь и злясь на одногруппников, если те её отвлекают от слушания моих слов.

Так хорошо, что хоть кто-то слышит меня, впитывает мои слова.

 

14.10.2011г. (К.Т.)

…Господи, когда это произошло? Почему я не помню того момента, когда все мои мысли стала занимать это бездушное, бесчувственное существо? Иногда мне начинает казаться, что я её ненавижу. Ненавижу только за то, что её могут пожирать своими жадными глазами все окружающие, все, кому ни лень. Как это страшно! Наверное, Господь Бог дал людям это страдание, страдание безответных чувств, как плату за грехи прошлого. Ведь и любовь, и ненависть разъедают нас изнутри, и совсем неважно становится, какое чувство владеет человеком, потому что в любом случае это боль. Нет, я не зафанатела от нашей психологицы, ведь я не двенадцатилетняя девочка. Я не люблю её и не ненавижу, просто меня к ней тянет, будто я знала её раньше. Будто у меня уже была другая жизнь, и мы с ней тогда дружили или были сёстрами. Надеюсь, она скоро вылетит из моей головы, потому что этот человек причиняет мне боль.

 

14.10.2011г. (Ю.М.)

…Как это странно! Со мной что-то происходит, но я не могу понять, что же это. Я захожу на курс белорусов, и словно что-то начинает биться в груди. Самое главное, что я не могу понять, откуда это берётся и что это за чувство.

 

18.10.2011г. (К.Т.)

…Не хочу думать, не хочу писать о ней. Хочу забыть её.

 

21.10.2011г. (К.Т.)

…Как бы я ни старалась, она не выходит из моей головы. Как могу, скрываю всё, что чувствую. Иногда подшучиваю над ней в своей компании, а внутри всё так и кипит!

Зачем был этот день, шестое сентября, когда я впервые её увидала?..

И всё же лекций по психологии ещё много, я буду просто любоваться этим совершенством, этим шедевром природы.

 

25.10.2011г. (К.Т.)

Это кошмар! Лекции по психологии закончились. Я не думала, что всё пройдёт так быстро. Но, к счастью, ещё будут практики. Тогда будет шанс узнать её поближе.

Ну, держись, Юля Валерьевна. Я в этой войне сумею победить. И если ты по-прежнему не обратишь на меня своё бесценное внимание, если не соизволишь спуститься с небес на землю, я приму жёсткие меры!

 

25.10.2011г. (Ю.М.)

…Сегодня у белорусов закончились лекции. В четверг в одной из групп начнутся практические занятия. Интересно будет на них посмотреть, подтвердить или не подтвердить своё мнение о них в целом или о ком-то в частности.

Особенно хочу понять, что за человек та странная девушка за второй партой.

 

26.10.2011г. (К.Т.)

…Я хожу, как безумная. Постоянно думаю о ней, словно она меня приворожила. Что она сейчас делает? Чем занимается? Может, лежит в тёпленькой постели у своего хахаля? А может, сидит одна дома и в одиночку пьёт винчик? Может, нет у неё никакого хахаля, причём давно?

В одном я уверена точно: она не думает обо мне. Ведь она даже фамилии моей не знает. Наверное. Для неё я безликая девушка со второй парты. Возможно, эта моя уверенность – всего лишь тупая убеждённость человека с низкой самооценкой в том, что ты не можешь понравиться или запомниться другому. И всё же я стараюсь реально смотреть на вещи.

 

26.10.2011г. (Ю.М.)

…Интересно, о чём сейчас может думать та девушка со второй парты? Думает ли она обо мне? И почему она всегда так на меня смотрит? Может, она на всех преподавателей так глядит? Живёт ли она в общежитии? Или в квартире с родителями? Есть ли у неё парень?

Я задаю себе эти вопросы, и понимаю, что почти всегда слишком мало знаю о своих студентах. Хотя почему я должна о них что-то знать? Наши дорожки расходятся.

Наверное, всё же эта девушка обо мне не думает.

 

27.10.2011г. (К.Т.)

…Боже, как это страшно! Я даже не могла предположить, что Юля Валерьевна такой зверь на практиках. Я сегодня отвечала вопрос о психике и её структуре. Хорошо, что я твёрдо его выучила, потому что подсмотреть что-то с конспекта нереально. Она смотрит прямо в глаза, как на допросе. Взгляда не отводит, и, пока отвечаешь ей, такой страх в душе, будто реально сидишь перед следователем. Весь то краснеешь, то бледнеешь, сердце бешено колотится. Ужас, а не пара!

Но, в принципе, в остальном она такая же, как и на лекциях. Истории рассказывает, разговаривать попусту не даёт…

 

27.10.2011г. (Ю.М.)

…В целом, белорусы молодцы. Вопросы распределили, ответили. Правда, пока ещё меня слегка побаиваются, но это даже к лучшему.

Эту странную девушку за второй партой зовут Кристина. Она сегодня отвечала. Было видно волнение, но она держалась лучше остальных отвечающих. Мой пристальный взгляд выдержала стойко. Может, потому что она сама не менее пристально смотрит.

По внешности она – простая девушка, даже девчонка совсем, хоть и на третьем курсе уже. У неё задумчиво-тревожные зелёные глаза, бледная кожа с неярким румянцем. Русые волосы всегда собраны в низкий хвост. А броские украшения и одежду она, наверное, игнорирует, потому что одета всегда очень и очень просто. Красится в редких случаях, но макияж её очень преображает. Возможно, эту девушку в гораздо большей степени интересует собственный внутренний мир, чем унылая повседневность. Но всё же мне кажется, что за этой мечтательностью и отрешённостью скрывается решительность и сильная воля, а также настойчивость в достижении целей. Кристина напоминает мне кошку, за внешним спокойствием которой кроется готовность в любую секунду схватить добычу. Я думаю, ей всё равно, какое впечатление она производит на окружающих.

Хочу за ней ещё понаблюдать.

 

30.10.2011г. (Неотправленное письмо Кристины Т., адресованное Юле М.)

Дорогая моему сердцу Ю.В.!

Прекрасно понимаю, что отнимаю Ваше драгоценное время, но ничего не могу с собой поделать. Порой мне кажется, что ещё немного – и меня свалит с ног сердечный приступ. Или мои ноги сами шагнут из окна шестого этажа. Я не могу сдерживать более своих чувств, поэтому придётся мне Вам их высказать, иначе случится непоправимая беда.

После недавнего разочарования в одном человеке мне показалось, что сердце моё стало каменным, и я никогда не смогу ни любить, ни испытывать искренних пламенных чувств к кому бы то ни было. Однако я ошиблась, потому как почти два месяца назад в моей жизни возник, словно нежданный оазис в пустыне, человек, который всколыхнул мою сущность и потревожил мой относительный покой. Я обрадовалась поначалу, но потом мне стало ясно: боль безответных чувств – это адские муки на земле. Да, лучше уж быть бездушным циником, чем пылким и страстным человеком.

Наверное, Вы догадались, что человек, пробудивший меня от бесчувственной спячки, – Вы. И будь я проклята за то, что посмела сказать эти слова. Но теперь всё же мне стало намного легче.

Вы можете сказать, что это всего лишь временная страсть. Но как можно вообще отличить истинную любовь от страсти? Говорят, что от любви до ненависти – один шаг. Если после расставания с человеком в твоём сердце остаётся ненависть к нему, значит, этого человека ты любил. Ну, а если остаёшься к нему равнодушным, то ранее испытываемое к нему чувство – всего лишь страсть. Так неужели же, чтобы понять это, мне нужно навеки покинуть Вас? Не лучше ли не думать об этих мелочах и просто жить.

Давайте дружить, откинем все условности и упадём в бездну увлекательной и интересной жизни!

Жду Вашего ответа с нетерпением!

 

3.11.2011г. (К.Т.)

…Никогда не думала, что я буду так страдать из-за девушки. Мне больно, когда я её вижу, и больно, когда не имею возможности её видеть. Что же это такое?

Вот иногда иду по коридору мимо её лаборантской и думаю: «Хоть бы она всего на мгновение выглянула оттуда!.. Только бы секундочку посмотреть на неё – и всё. Больше мне ничего не нужно». А потом психологица действительно выходит из лаборантской, и я мечтаю провалиться сквозь землю, чтоб она меня не заметила, даже видеть её уже не хочется. Её присутствие заставляет гореть огнём каждую клетку моего организма, каждый нерв, каждую мышцу. Может, я в самом деле схожу с ума? Почему я так хочу дружить с этим человеком? Ведь она такая же, как и все. И всё же из окружающих именно она нравится мне больше всего.

Правда, у этой женщины есть один большой недостаток: она существует всего в одном экземпляре, поэтому на всех её в любом случае не хватит. А на мою долю, боюсь, не останется ничего.

А ещё меня цепляет, что Сергей О. постоянно на парах по психологии пытается выделиться перед Юлей. И она вроде как к нему испытывает симпатию. Вот чёрт! Я его за это теперь не выношу, почти с ним не разговариваю. Прям когда его вижу – внутри словно волна злости встаёт. Так и хочется ему что-то нехорошее сказать. Но я молчу и душу в себе эту злобу.

Боже, дай мне силы всё это пережить! Сделай так, чтобы она сама ко мне подошла с каким-либо вопросом, и у меня был бы повод узнать её лучше.

Скоро контрольная. Может, завалить её и пойти к ней лично переписать?.. И потом…

Мне иногда действительно хочется завалиться к ней в лаборантскую и заявить, что со мной из-за неё творится что-то немыслимое. Но я так никогда не поступлю.

 

3.11.2011г. (Ю.М.)

…Белорусы мне нравятся всё больше и больше. Они умеют рассуждать и не боятся высказывать своё мнение. Интересная группа, и работать с ними приятно.

…Кристина (я за ней почти всю пару наблюдала) какая-то мутная сегодня была. То ли у неё что-то случилось, то ли просто она была в плохом расположении духа, но на паре она не присутствовала. То есть сама она на занятии сидела, но где были её мысли в этот момент – неизвестно. Раньше эта девушка не казалась настолько погружённой в себя. Может, оттого что я мало на неё смотрела.

Что же кроется в этой обычной на первый взгляд студентке?

 

4.11.2011г. (К.Т.)

…Сегодня Юля не пришла на пару. Видите ли, забыла про нас. Я никогда не понимала, как препод может забыть о том, что ему нужно идти проводить занятие. Одногруппники прям теории строили, куда она могла подеваться. Староста в конце пары всё-таки сходила в лаборантскую к ней, и выяснилось – она всего лишь запамятовала, что у неё сейчас пара. Возмутительно!

Если бы она только знала, как я ждала её сегодня. Даже накрасилась ради психологии, а эта эгоистка не пришла.

Я решила – не буду больше думать о ней, обращать на неё внимание. Мне теперь всё равно. Я нормальный человек и не собираюсь изводить себя из-за какой-то бездушной стервы. Я себя тоже не на помойке нашла!

 

4.11.2011г. (Ю.М.)

…Мне так сегодня стыдно было. Из моей головы напрочь вылетело, что у тридцать второй группы белорусов сегодня пара. Почти в конце занятия пришла их староста, только что я уже могла сделать? В итоге пропало целых два часа. Ужас! Обычно я такой рассеянностью не страдаю.

 

11.11.2011г. (К.Т.)

Сергей О. меня убил. Он ляпнул после психологии сегодня всего две фразы, а я случайно услышала и до сих пор отойти от них не могу. Главное – каким тоном он это сказал!

– А она замужем? Как бы к ней подкатить?

Это он о Юле. О преподавателе!

Самец! Этот тупой алкоголик только и может, что «подкатывать»! Для него Юля – всего лишь желанная добыча. Не человек.

Вот бывают же люди, которые, к чему ни прикасаются, всё портят. Всё, что Сергей ни скажет о ком-то или о чём-то, становится для меня омерзительным.

Воображаю, как бы он выхвалялся перед нами, если бы переспал с ней… Нет, не хочу даже думать об этом.

А Юля… Она ведь тоже с ним на парах заигрывает. Что, если… Не дай Бог!

Мне плохо, очень-очень. Я хожу по общаге и по универу какая-то отупевшая от всего этого.

Неужели Юля может так поступить? В таком случае она для меня умрёт.

Всё, клянусь, больше ни строчки о ней!

 

II ЧАСТЬ

 

Вот бывают люди, которые имеют обыкновение делать прекрасным всё, к чему прикасаются. Старший преподаватель кафедры психологии Юлия Валерьевна М. была именно таким человеком. Её простота и естественность поражали и умиляли окружающих людей. Это была женщина, которая умела искусно спрятать свои и без того немногочисленные недостатки за ловко подчёркнутыми достоинствами. Она обладала редким в наше время качеством – человечностью во всех смыслах этого слова, а незаурядный ум и коммуникабельность были прекрасными дополнениями. Всё это и влекло к ней других людей. В том числе негодяев и гениев.

Студентка третьего курса филологического факультета Кристина Т., к счастью, не относилась ни к категории гениев, ни уж тем более к категории негодяев. По мнению многих её знакомых и друзей, это была обычная девчонка. Не такая, конечно, как все, а весьма оригинальная и «на любителя». Но если бы вам пришло в голову спросить кого-либо из её круга о том, есть ли на счету этой девушки какой-либо сверхъестественно ужасный поступок, то ручаюсь – никто не вспомнил бы ничего подобного. Кристина отличалась от современных людей тем, что будто бы жила в прошлом. Да, родиться она должна была в XIX веке, максимум – в начале XX. Однако судьба распорядилась так, что девушка появилась на свет в год развала СССР. И её саму это глубоко не устраивало, ведь это было не её время. Она считала, что сейчас её никто не понимает. А все считали, что она старомодна.

Кто знает, почему было суждено встретиться этим двум абсолютно разным людям. Вы скажете, что это судьба. Или воля Божья. Или случайность. Не могу знать.

Мы всю жизнь ждём того человека, который изменит нас и наши взгляды. Ежедневно мы допускаем такую мысль: «Вот завтра этот человек появится – и всё пойдёт иначе!» И, когда этот день всё-таки настаёт и сия долгожданная личность смело пересекает нашу жизнь, мы даже не замечаем данного события. Чаще всего уже потом мы пытаемся вспомнить обстоятельства той судьбоносной встречи – и не можем извлечь из глубин нашей памяти ни одной важной детали.

Так ворвалась в жизнь Кристины умная и тихая Юлия Валерьевна. Так ворвалась в жизнь Юли неординарная и непонятая современными людьми Кристина. И совсем неважно, по какой причине это произошло.

Они были знакомы чуть более двух месяцев. За это время им не удалось узнать друг о друге ничего особо примечательного. И вполне может быть, что, едва пересёкшись, их судьбы могли пойти по разным направлениям. Может быть, Юля вскоре забыла бы эту «странную девушку со второй парты» навсегда. Может быть, Кристина охладела бы к своей преподавательнице по психологии, полностью разочаровавшись в ней. Но нет, всё сложилось иначе.

 

***

 

Общеизвестно, что семнадцатого ноября студенты отмечают свой профессиональный, так сказать, праздник. Но для Кристины Т. это был самый обыкновенный день. Праздновать она ничего не собиралась и ещё с утра считала, что сегодня не случится ничего, из рамок выходящего.

Первая половина этого дня, частично проведённая в университете, действительно была самой что ни на есть заурядной. Однако третьей парой у Кристины стояла психология – и этим всё сказано.

Всю эту пару девушка сидела как на иголках. Но не по той причине, что Юля Валерьевна, как всегда, не обращала на неё свой взор, а потому, что эта самая преподавательница уж слишком пристально поглядывала на Сергея О. А он, как назло, прямо из кожи вон лез, чтобы привлечь к своей особе бесценное внимание психолога. И каждый раз, когда Сергей с места выкрикивал какую-то шуточку (очень часто весьма плоскую, как казалось «девушке со второй парты»), глаза Юли весело загорались, она смущённо улыбалась и некоторое время робко, чтоб никто не заметил, поглядывала на парня. В это время Кристине прямо не сиделось на месте, и её соседка по парте (а надо сказать, что сидела девушка теперь не за второй партой, а за последней и не одна, а с одногруппницей по имени Ольга) не выдержала и громко возмутилась:

– Блин, да что ты всё шевелишься?!

На эту реплику вся аудитория оглушительно рассмеялась, а Юля Валерьевна, смущённо улыбнувшись, посмотрела на Олю (но не на Кристину) и проговорила:

– Надеюсь, вы не ко мне обращаетесь.

Группа веселилась. Кристина же даже не растянула губ в улыбке. И лишь когда смех в помещении утих, она, опустив глаза, громко и отчётливо, словно выбивая каждое слово на барабане, сказала:

– Когда Серёженька наш свои гормоны успокоит, может, я и перестану шевелиться.

– А что я сделал? – сразу же возмутился парень.

– Достал уже со своими комментариями, – уже не спокойно, а откровенно вызывающе произнесла Кристина.

Сергей ничего не ответил, а только, слегка покраснев, подпёр рукой голову. В аудитории стояла тяжёлая тишина.

– Всё? Выяснили отношения? Я могу продолжить? – добродушно и ничуть не ехидно спросила Юля Валерьевна.

– Извините, – примирительно проговорила «девушка со второй парты».

Дальше пара пошла своим чередом. Сергей больше не произнёс ни слова, Кристина ни разу не шелохнулась, а преподавательница задавала вопросы на тему эмоционально-волевых процессов.

Решение пришло в голову Кристины, а точнее в её сердце, мгновенно. Это случилось за три минуты до конца пары.

«Всё очень просто, – думалось ей. – Надо просто подойти к ней и аккуратно спросить, что она думает обо мне… Или нет, не так. Попросить у неё совета. Мол, мне нравится один человек, он на двенадцать лет меня старше, и я очень хочу с ним общаться, но этот человек имеет более высокий статус. И… Да, типа, как мне к нему подкатить? А потом… А что потом? Что это даст? Может, она догадается? Хотя вряд ли. А всё-таки стоит попробовать. Боже мой, что же я делаю?!»

Последняя мысль мелькнула в мозгу девушки уже тогда, когда она стояла у стола, за которым пока ещё сидела Юля Валерьевна. Одногруппники «девушки со второй парты» уже разбежались кто куда.

– Юля Валерьевна, можно с вами поговорить? – как можно более уравновешенно, стараясь скрыть сильное волнение, безумно бьющееся сердце и подрагивающие руки, попросила её Кристина.

– Да, идёмте, – просто ответила психолог.

Кристина удивилась: Юля не стала ничего спрашивать и вообще не выразила на лице ни тени эмоции, будто девушка подошла и попросила о чём-то само собой разумеющемся.

Они вышли из аудитории. Преподавательница, левой рукой прижимая к себе журнал и папку, остановилась перед студенткой и, как всегда, пронзая насквозь, посмотрела на неё. Кристина поёжилась под этим взглядом, но, почувствовав, что психолог совсем не враждебно, а даже доброжелательно настроена по отношению к её особе, испытала облегчение и умиротворение.

– Юля Валерьевна, только… знаете, что… – смущённо  пробормотала Кристина. – Если вы что-то поймёте или будете чем-то возмущены, пожалуйста… Пускай наши отношения останутся прежними, хорошо?

«Какие отношения?! Что я несу?!» – подумала про себя студентка.

Юля молча кивнула.

– Посоветуйте, ради Бога, что мне делать, – более ровно заговорила Кристина. – В общем, там такая ситуация. Мне нравится один человек, но с этим человеком у нас нет точек соприкосновения. То есть мы с ним знакомы, однако практически никаких отношений между нами не существует. Я очень хочу с ней общаться, а не могу. Во-первых, она старше меня на двенадцать лет. А во-вторых, я не знаю, как к ней подойти. И знаете…

– Погодите, Кристина, давайте разберёмся, – произнесла внимательно слушавшая преподавательница, когда в речи девушки образовалась пауза. – Значит, я так понимаю, этот человек – женщина?

– Да.

– Почему вы не можете просто подойти к ней и сказать это прямо?

– Понимаете, это преподавательница, причём с чужой кафедры. Ну, как я к ней подойду? Мне же ещё экзамен ей сдавать.

– Ну, в том, чтобы сказать правду, нет ничего страшного. И я не думаю, что это существенно повлияет на вашу успеваемость. Вообще, Кристина, я не понимаю, что вы подразумеваете под словом «общаться». Общаться можно по-разному: вместе проводить выходные, ходить в кафе, разговаривать на интимные темы или советоваться по профессиональным вопросам – всё это общение. Вы сначала определите для себя, чего вы хотите.

Едва Юля Валерьевна успела произнести последние слова, как в диалог вклинилась ещё одна персона – одна из преподавательниц кафедры литературы.

– Кристина, вы знаете про конкурс, который проводится в честь 120-летия со Дня рождения М.Богдановича? – с ходу начала эта персона.

– Да, знаю, – осторожно ответила девушка.

– Не хотите поучаствовать? Там нужно сдать работу до первого декабря, вы, по-моему, успеете.

– Да, я… хорошо, я попробую, – нетерпеливо проговорила Кристина, думая про себя: «Пожалуйста, не мешайте мне, Наталья Петровна, я всё сделаю, только сейчас больше ничего не говорите. Идите себе, и всё!» Но всё же она задала вопрос: – А что нужно написать? Статью или рассказ?

– Можно и то, и другое. Вы зайдите ко мне, я вам всё объясню, хорошо? – уже отходя, говорила Наталья Петровна.

– Хорошо, – согласилась студентка.

– В общем, Кристина, – продолжала Юля, – я не могу посоветовать вам ничего определённого. Я не знаю, чего вы хотите и что там между вами происходит на данный момент. Это понятно, что вам страшно сказать всё прямо. На самом деле, вы правы: неизвестно, как всё может обернуться.

– Да ничего между нами не происходит, она меня даже не замечает, – пожаловалась Кристина. – Будто я пустое место.

Преподавательница вздохнула и только собралась сказать что-то ещё, но к ней обратилась какая-то женщина, выросшая словно из-под земли:

– Юля Валерьевна, вы методику доделали?

– Да, конечно, у меня в папке в лаборантской лежит. Заберёте посмотреть? – почему-то таинственно улыбнулась психолог.

– Я позже зайду к вам, а то мне сейчас к проректору нужно, – сказала коллега Юли Валерьевны, уходя по направлению к лестничному пролёту.

Пока эти взрослые женщины разговаривали, Кристина приняла ещё одно решение. Как только незнакомая женщина удалилась, она, медленно выдохнув, заговорила:

– Юля Валерьевна. Может, я поступлю неправильно, не знаю, но больше я терпеть и молчать не могу. Я хочу сказать вам, что этот человек… вы.

Раньше Кристине казалось, что если вдруг ей когда-нибудь доведётся произнести подобные слова по отношению к этому человеку, то небеса рухнут на землю, весь мир резко изменится или, по крайней мере, случится что-то страшно непоправимое. Ан нет, она ошибалась. Небеса по-прежнему нависали над землёй и даже не думали никуда падать. Мир вокруг Кристины не претерпел особых изменений. Да и ничего страшно непоправимого не произошло. Вернее будет сказать, что вообще ничего не случилось.

Но самое интересно, что на лице Юли студентка не смогла увидеть ни одной эмоции: ни удивления, ни страха, ни презрения – ни-че-го. Будто психолог заранее знала, что именно скажет девушка. Или будто ей было фиолетово, что та говорит. Или, может быть, она настолько профессионально умела скрывать эмоции, что ни один мускул не выдал её настоящих чувств.

– Ну, Кристина, я не против, – спокойно ответила преподавательница. – Мне и самой было бы интересно узнать вас. Но… Вы же понимаете, что до экзамена это невозможно.

– Да, я понимаю, – кивнула Кристина, хотя она не совсем понимала, причём тут экзамен.

– Это может повлечь за собой непонятные слухи и тому подобное, – продолжала Юля, словно подслушав мысли студентки. – И к тому же некоторые могут усомниться в объективности поставленной мной за экзамен отметки.

– Я очень боюсь вас потерять, – неожиданно со страданием в голосе произнесла девушка. – Пройдёт экзамен – и вы обо мне забудете.

Психолог по-доброму рассмеялась.

– Не волнуйтесь, не забуду, – заверила она Кристину, мягко тронув ту за плечо. – А ещё вам не стоит меня идеализировать. Я – самый обычный человек со своими проблемами и недостатками, поэтому будет не очень хорошо, если вы во мне разочаруетесь.

– Я понимаю, я проходила через подобное уже не раз, поэтому научилась смотреть на людей приземлённо, – сказала студентка и в тот же момент осознала, что солгала. Никогда она не смотрела на людей «приземлённо». И объективно никогда не оценивала чужие и свои поступки. Девушка украдкой глянула на лицо собеседницы («Не поняла ли она, что я сказала неправду?..»), но опять же Кристине было неясно: либо Юле всё равно, либо она скрыла свои чувства, либо так ничего и не осознала?

– Это хорошо, – просто кивнула преподавательница. И в их разговоре настала та неловкая минута, когда говорить больше не о чем.

– Ну, тогда я пойду, – просительным тоном проговорила «девушка со второй парты».

– Да, – позволила ей психолог, словно от этого позволения зависело, уйдёт Кристина или нет. – Идите. Если что – заходите. Я тут недалеко, в лаборантской, заседаю всё время. Всего доброго!

И её губы на прощанье ещё раз растянулись в милой улыбке.

Девушки разошлись в разные стороны.

Кристина осталась неудовлетворенной этим разговором. С одной стороны, вроде бы всё выяснилось: она сказала всё, что хотела, и Юля Валерьевна вполне адекватно отреагировала на её слова, даже более того – преподавательница в целом поняла студентку. Но, с другой стороны, девушка не чувствовала той отдачи от психолога, какая могла бы быть; она ощущала, что всё-таки до конца осталась непонятой. Хотя, на самом деле, какую отдачу она хотела получить? Что на тот момент могла ответить и уж тем более сделать Юля?

После этого Кристина осознала, что готова пойти на всё, лишь бы стать подругой преподавательницы.

 

***

 

– Юль, я не хотела тебя обидеть. Но почему-то ты тогда это мне сказала, ведь так? Ты сама учила меня, что ни одно слово у человека не может вылететь просто так. Любая мысль имеет значение.

– Это так, ты права. Но, Кристин, когда я сказала тебе… Ну… Ты пойми, для меня это было весьма неожиданно – услышать подобное признание от своей студентки. Не от студента, а от студентки! Понятно, если бы подошёл парень, ну, влюбился. Тут всё ясно. Но девушка?.. Что я должна была в тот момент подумать?.. Я даже не знала, как нужно реагировать. Вот и ляпнула, не подумав. И потом… Я тебя тогда совсем не знала. Поэтому нужно было держать дистанцию. Ведь теперь всё не так.

– Что-то в тот момент ты не казалась особенно растерянной. Я вообще ни одной эмоции на твоём лице прочитать не смогла. Как вспомню!.. «Вы же понимаете, что до экзамена это невозможно». У меня аж мурашки по коже пробежали.

– Да ладно тебе. Ну, прости. Я не хотела тебя обижать.

Юля и Кристина уже почти месяц после того самого Дня студента были на «ты». Они очень тесно общались, немало свободного времени проводили вместе, и Юля привязалась к Кристине почти в той же степени, в какой эта студентка была ранее привязана к психологу. Их взаимоотношения должны были вскоре перейти в крепкую устоявшуюся дружбу, основанную на полном доверии друг к другу и взаимном уважении. Именно должны были, но…

Как Кристине удалось добиться этого за столь короткий срок? Просто она использовала любую возможность, чтобы быть рядом с Юлей, чтобы искать общие темы, интересы и тому подобное. В общем, девушка не упустила свой шанс.

Сейчас разговор происходил в лаборантской. Кроме Юли и Кристины, здесь никого не было.

Уже наступил вечер. Тьма неумолимо пожирала город, и, казалось, этот сумрак вот-вот готов был влиться, втолкнуться,  разбив оконное стекло, в помещение, пролезть сквозь щели, затопить всё здание. Но, к счастью, этого произойти не могло.

Студентка и преподавательница мирно болтали, сидя друг напротив друга и попивая кофе.

– Знаешь, а ещё ко мне этот ваш Сергей О. постоянно подкатывает, – опять заговорила психолог.

– Он тебе нравится? – почему-то сразу погрустнела Кристина.

– Так себе. Хотя я не стала бы связывать свою жизнь с таким человеком. Он очень милый, но не более того. Красота – явление непостоянное. Нужно, чтобы рядом был мужчина, так сказать, для души.

– Ну-ну, красиво сказала, – холодно ответила «девушка со второй парты». – Молодец.

– Я давно заметила, что у тебя какое-то субъективное отношение к этому парню.

– Он мне просто не нравится. И никогда не нравился.

– Ты лжёшь, – убеждённо сказала Юля.

– Неужели ты всегда видишь, когда тебе лгут?

– Нет, не всегда, но сейчас я это увидела.

– Хорошо. Ты действительно хочешь услышать, что я о нём думаю и что между нами произошло?

– Можешь ничего не рассказывать, я пойму.

– Да нет, я хочу тебе всё объяснить.

– Ну, тогда действуй.

– Я познакомилась с Сергеем, когда только поступила в универ. Это был первый человек, с которым я заговорила. И с самого первого дня у нас завязались очень хорошие отношения. Когда у меня были какие-то проблемы, я мигом бежала к нему, и он помогал, если мог. Я доверяла этому человеку, поведала ему столько своих тайн, что ни одна из моих подруг столько обо мне не знала и не знает. И самое интересное, что я чувствовала: он доверяет мне в той же мере. Мне было понятно, что я не смогу противостоять его чарам, что рано или поздно в своём сердце я почувствую горячую любовь к нему. И это произошло.

Шло время. И весь этот период я любила Сергея и ждала ответных чувств. Не могу сказать, чтобы он был ко мне холоден. Но это было совсем не то, чего мне бы хотелось. На него постоянно вешались какие-то девки. И всё же я ждала.

 Потом, уже вначале второго курса, мы отдалились друг от друга. Сергея будто подменили. После того, как его заселили в общагу, он начал спиваться. Постоянной девушки у него не было, каждую ночь новая пассия. Про меня же он стал, видимо, забывать.

До сих пор мне думается: неужели он так и не смог понять, что я его люблю?

И вот однажды я решилась признаться ему в своих чувствах. Выпила полстакана водки, залпом, не запив ничем и не закусив. Пошла к нему в комнату и сказала, что давно его люблю. Как это ни странно, в тот момент он был трезв, что случалось редко. И он ответил: «Кристин, ты классная девчонка, но давай останемся друзьями». Этой фразой он словно вонзил мне нож в сердце. В его словах сомневаться нельзя было, он отдавал отчёт в том, что говорил. И тогда я ушла. Как сейчас помню: по моим щекам катились ледяные слёзы.

Что я в тот момент испытала!.. Если бы ты только знала. Я почувствовала себя ненужной, растоптанной. Я поняла наконец, что ничего для него не значу, что те девицы, которые роем летают вокруг него, нужны ему больше, чем я.

Естественно, друзьями мы не остались. Да и как можно после такого остаться в каких-либо отношениях? Я увидела ту пропасть между нами, которую невозможно было преодолеть. Она росла, увеличивалась, углублялась.

В конце концов, наступил тот момент, когда мы практически перестали разговаривать. Это случилось само по себе. И если раньше меня волновала его судьба, то теперь мне не то, чтобы всё равно, но… как бы это сказать… В общем не хочу лезть в его жизнь, потому что, если я это делаю, возникает такое ощущение, будто моя душа погружается в грязь.

Я думаю так: «Если ему нравится гробить свою жизнь – ради Бога. Я умываю руки».

Вот и всё.

– Да, печальная история, – проговорила Юля. – Самое страшное, что можно испытать по отношению к человеку, – это разочарование.

– Знаешь, я сейчас тебе это рассказала – и мне так полегчало, – призналась Кристина. – Пусть уже много времени прошло, пусть я это пережила и оставила далеко позади, всё равно внутри, глубоко в душе, постоянно был какой-то осадок. А сейчас всё стало на свои места. Спасибо. Ты мой любимый психолог.

– Всегда пожалуйста, – улыбнулась преподавательница.

Кристина испытала истинное облегчение. Всё складывалось хорошо, психолог её понимала, выслушивала любые её истории. Так должно было длиться вечно. Но не длилось.

Когда Юля снова заговорила, Кристина почувствовала, что колонны, на которых держалось её счастье, начинают потрескивать. Нет, не падать, а всего лишь покрываться пока ещё маленькими, незаметными издалека трещинками. Но, как известно, именно из маленьких трещинок возникают гигантские разломы. Что-то пошло не так.

– Я хочу поговорить с тобой серьёзно, только ты не обижайся, ладно? –тоном, предвещающим нечто нехорошее, заговорила преподавательница.

– Ну, постараюсь, – нарочно нехотя заявила Кристина и засмеялась.

– О нас с тобой ходят не очень хорошие слухи. Мои коллеги задают ненужные вопросы о том, почему я так тесно общаюсь с одной из своих студенток. Поговаривают, что у нас с тобой отношения… ну… понимаешь?

– Что?! Да… как… можно… я не… никогда… мы же просто… – невнятно забормотала студентка. – Как они могут?! Мы же просто дружим… Они ничего не знают… У меня никогда и мыслей таких мерзких не было…

– Я знаю, – остановила поток мыслей собеседницы Юля. – Но другие не знают. А ещё я вчера случайно услышала разговор твоих одногруппниц. Они строили догадки по поводу того, отчего ты так часто заглядываешь ко мне. В общем, эти догадки тоже были весьма гнусными.

Кристина была настолько возмущена и одновременно ошеломлена этими словами, что уже даже ничего не говорила, а, сжав кулаки и низко опустив голову, тупо смотрела на принтер, который стоял на соседнем столе.

– И что ты предлагаешь? – тихо проговорила «девушка со второй парты».

– Нам нужно перестать общаться до экзамена, – произнесла психолог эти страшные для Кристины слова. И в душе девушки словно что-то упало, глухо стукнувшись о дно этой самой души. – Хотя бы в стенах университета. Я вообще-то слухов не очень боюсь, но всё-таки это неприятно. Ты пойми…

– Я всё понимаю, – оборвала её Кристина. – Ответь мне только на один вопрос. Если бы подобные слухи ходили о тебе и Сергее О., ты бы ему то же самое предложила? Не общаться? Или наоборот, тебе нравилось бы, когда твои коллеги и мои одногруппники обсуждали бы все подробности этого лжеромана? Ну? Конечно, что я могу тебе дать? Я всего лишь какая-то девчонка. А он! Он же мужик, он… Может, ты за него замуж выскочишь? Хотя не советую. Намучаешься…

Она говорила сначала спокойно, но к концу этого монолога эта внешняя уравновешенность перешла в раздражительность и даже гнев.

– Тише, тише, успокойся, – пыталась утихомирить её преподавательница. – Что ты такое говоришь? У меня никогда подобного на уме не было.

– Похоже, я ошиблась, – уже более смирно сказала Кристина. – Ты такая же, как они.

– Кто – они? – не поняла Юля.

– Они. Люди, которые нас окружают. Бо́льшая часть их не может подавить свои животные инстинкты. Они не могут сдерживать в себе природу. Они и есть животные. Спят, едят, пьют, спят, едят… И в этом вся их жизнь. У них не хватает силы, чтобы бороться с внутренними желаниями. И в тебе этой силы нет. Я это сейчас почувствовала. Хоть ты и хорошая, но одно это закрывает для меня все твои благодетели.

– Значит, я – животное?! Я не могу сдержать природу?! – тоже вскипела психолог, хотя почти всегда старалась до последнего сохранять хладнокровие.

– Возможно. Я почему-то уверена, что если бы тебе представилась возможность попасть в постель Сергея, то ты бы эту возможность не упустила.

– Да, не упустила бы. Ты права. Да я и не упустила на самом деле. Если хочешь знать, я с ним спала. Здесь, в лаборантской. На этом столе.

В этот момент Кристина ощутила, что колонны её счастья с громким звуком рухнули, рассыпавшись на мелкие осколки, которые уже невозможно было собрать воедино. Но девушка не испытала душевной и уж тем более физической боли. Напротив, ей стало легко, как будто до этого момента она не могла дышать из-за некого невидимого корсета, а сейчас этот корсет сам по себе развязался – и она вдохнула чистейший кислород всей грудью. Кристина освободилась.

– Это правда? – только и спросила студентка. И сразу же поняла по лицу Юли, что это – правда. Девушка не увидела в глазах собеседницы даже намёка на раскаяние. – Наверное, ты очень довольна этим своим поступком. И может, даже испытываешь за него гордость. Значит, Серёженьку ты не стыдишься, а со мной тебе неловко. Так? Ведь ты для этого прикрывалась экзаменом? Чтобы не видеть меня, да? Мне тебя жаль. Но я не буду больше долбиться в твою дверь. Ни в открытую, ни в закрытую.

Кристина в последний раз взглянула в серые глаза преподавательницы, но в этот раз она не увидела там ничего.

Студентка молча ушла из лаборантской. Навсегда.

 

***

ВЫДЕРЖКИ ИЗ НекрологА

 

«Вчера, 14 декабря 2011 года, трагически оборвалась жизнь студентки третьего курса филологического факультета Кристины М.

…Девушка погибла в результате автомобильной аварии, спровоцированной пьяным водителем.

…Кристина могла стать отличным журналистом. Она также имела все предпосылки для того, чтобы в будущем стать преподавателем нашего университета.

…Кристина, такой ты останешься в нашей памяти навсегда».

 

***

 

Психиатрическая лечебница. Разговор двух докторов-психиатров, идущих по коридору:

– Профессор, уверяю вас, это очень интересный случай. Я тоже поначалу не обратил на него внимание, но… Поверьте, вам стоит взглянуть на эту пациентку.

– Ну, что ж. Идёмте, только быстро. Что там у неё?

– Большую часть времени девушка ведёт себя адекватно. Никаких отклонений не наблюдается. Но как только она слышит слово «экзамен», у неё начинается нервный припадок. В этот момент пациентка агрессивна, практически неуправляема.

– Сколько длится припадок?

– Не знаю, мы почти сразу колем успокоительное, она ведёт себя слишком буйно.

– А как она реагирует на слова, скажем, близкие по тематике к слову «экзамен». Например, на «зачёт». Или на «пересдачу».

– Никак. Я же говорю, в остальном она полностью адекватна.

– Кто она по профессии?

– Юлия Валерьевна М. – преподаватель психологии в университете. Стаж работы – 4 года.

– Молодая… Значит, в некотором роде связана с нашей работой. Может, она Фрейда обчиталась? – усмехнулся доктор.

– Не знаю. Но она прекрасно разбирается в процессах и механизмах психики. С ней, кстати, весьма интересно разговаривать на психологические темы.

– С чем связана реакция на это слово?

– Это пока выяснить не удалось. Мы лишь узнали, что в последнее время она тесно общалась с одной из своих студенток. Четырнадцатого декабря эта студентка погибла. Попала под машину. А пятнадцатого Юлию Валерьевну привезли к нам.

– Тёмная какая-то история.

Они наконец подошли к нужной палате. Молодой доктор повернул дверную ручку и, пропустив профессора вперёд себя, вошёл внутрь. Там возле дверей стояло двое санитаров и медсестра, а на стуле сидела, мило и отрешённо улыбаясь, хрупкая девушка тридцати двух лет, известная нам под именем Юли М. Доктора взяли стулья и присели недалеко от неё.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровался профессор.

– Добрый день, – отозвалась преподавательница.

– Как ваше здоровье? – сразу же поинтересовался он.

– Хорошо, я чувствую себя прекрасно, – ответила девушка. – Только по ночам иногда плохо спится. Скажите, когда меня выпишут?

– Вас нужно немного подлечить. Вы же говорите, что вам плохо спится, – мягко произнёс молодой психиатр.

– Вы считаете меня сумасшедшей? – грустно улыбнулась Юля.

– Нет, что вы. Это не так.

– Вы хотите вернуться на работу, в университет? – задал вопрос профессор.

– Да, мне очень нравится преподавать психологию. Мне нравится работать со студентами.

– Расскажите нам, вы любите свой предмет?

– Да, я люблю вникать в суть некоторых психических явлений, а потом доносить это до разума другого человека.

– А экзамены вы любите принимать? – как бы невзначай произнёс профессор.

Улыбка мгновенно сползла с лица пациентки. Она побледнела, подбородок её задрожал, на глазах появились слёзы. У девушки начался припадок: сначала тихо, а постепенно всё громче, вплоть до истерического крика, Юля повторяла слова «Нет, только не экзамен, не хочу экзамен, больше не будет экзаменов, обещаю!.. Прости, прости!..». Она упала на колени, а затем, судорожно подёргиваясь, как капризный ребёнок, перевернулась на спину.

Санитары подбежали по знаку молодого психиатра, легко подняли девушку, положили на кровать и, пока медсестра вводила успокоительное ей в вену, крепко держали ей руки и ноги. Прошло немного времени – и приступ преподавательницы сменился крепким сном.

– Да, – пробормотал профессор, когда все вышли из палаты, – вы, пожалуй, правы. Очень интересный случай. Осталось только выяснить, причём же тут экзамен.

Е.Иванина,

декабрь 2011 – февраль 2012гг.

 

Рейтинг: 0 391 просмотр
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!