ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Друзья в ночи

Друзья в ночи

2 ноября 2013 - Владимир Исаков
Друзья в  ночи
 

© Copyright: Владимир Исаков, 2013

Регистрационный номер №0167392

от 2 ноября 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0167392 выдан для произведения:
Друзья в  ночи

(автор В. Исаков)
  Ночь    обнимала   меня   распущенными  во всю  вселенную,  иссиня чёрными   крыльями   ворона.  Перья  крыльев    украшали  и  слегка   освещали    россыпи  звезд - стразов!  Луна с  грустной   нежностью   смотрела  на меня,  не отрывая   взгляда  через   морозный  узор   на  стеклах   окон.  Окна   квартиры на половину  занавешены  половинками    пожелтевших   газет « Красная  звезда», прикрепленных   канцелярскими  кнопками  к  раме.  В  глазах  Луны    застыло  недоумение и  грусть: ей  было  обидно   за меня.   
   В  одинокой  квартире   Луна    была  моим   третьим  собеседником  в   споре  о жизни.  Дым сигареты,  заполняющий   ленивым  облаком  квартиру,  гулял,  летая  по   ней  свободно.    Залезал в пустой  шкаф  с  пустыми  полками,  играл   детской   куклой  сиротливо  валяющейся  на пустом  диване  забытой в суете   отъезда.  Сейчас  ему  было,  где разгуляться и никто  его не «замахивал»  руками с полотенцем, выгоняя  на морозный  ветер.   Дыму уже  не приходилось  сиротливо  жаться   в  узкую   щель  кухонной  форточки,  и  сейчас  он  в  первый  раз знакомился  с   новой  хозяйкой  квартиры  тишиной.    Тишина  удивляла  его своим  поведением: её  звонкое  молчание  обескураживало.   Еще  больше   удивляло,   почему  - то  отсутствие в  этом   тонком  звоне  тишины   женского  обворожительного  заботливого  голоса  и  детского  смеха, бормотание  сказки по  телевизору  вечерами  всегда доносившегося  из  большой комнаты.    В  пустой  озябшей   от  одиночества  квартире   на   круглом   столе,  застеленном    газетой  «Красная   Звезда»   стояло    зеркало  в  незатейливой  деревянной   рамке. 
   Это бы мой второй  собеседник.  Стол,  одиноко  облокотившись  на подоконник,  переживал   о своих  друзьях,  особенно  о  новом  диване:  они так   хорошо  разговаривали   днём в отсутствие  людей.  Он  переживал, что   мебель   уехала в  ледяном, продуваемом всем ветрам   металлическом контейнере   в неизвестном  направлении и  может   замерзнуть:  лак,  так тонок и  потрескается  на морозе.   Зеркало  было моим   единственным  живым  собеседником  в  квартире.  
   Оно переволновалось   за меня  и от расстройства почернело  по краям. 
Странно,  оно (мой  второй собеседник)  всегда   поддерживающий   меня во всём сейчас молчало, иногда  заглядывая мне в глаза.   
   Чёрный  хлеб,   аккуратно   нарезанный  на  ровные   куски и  разрезанные наискосок по диагонали,  лежали   на тарелке  не тронутыми.   На  второй  тарелке    грустили  мелко нарезанные куски   деревенского с  розовыми прожилками   сала  с двумя широкими  прожилками   мяса  посередине,  с вялым  понурым  укропом    на  краю тарелки в обнимку.  Над тарелками    возвышался    граненый стакан с  водкой  налитой  до краёв  и  стрелой вверх початая  прозрачная бутылка с красивой   этикеткой.  Её  подсвечивали,  как  охраняемую зону,   пламя   огня   белой   витой   свечи по окружности, как  по периметру в  особо важном  охраняемом  объекте.    Язычок  её  пламени  бегал  по фитильку,  просил  взглянуть на него и,  смущаясь, менял   цвет  с  синего до белого.  Они вместе с зеркалом  были   хозяевами  моей  пустой  квартиры.  Мой  первый  собеседник  огонь  свечи,   подмигивал  мне  пламенем. Нас с  огнем  связывала  общая  тайна!   Я   знал, что огонь  может  опалить кожу и  запросто снять её  с  тела, а  с души все   грехи: всю грязь   в  душе  он   выжигал  своим  чистым  пламенем! 
Черти   и те   на своих сковородках   жарят    грешников  этим чистым  пламенем. 
Я смотрел   на  своего  жаркого  друга   и просил  ответить мне   на один единственный  вопрос, который   меня сейчас мучил: «Измену   любимой  женщины   смог бы   он выжечь  своими   огненными  пальцами   в моей  душе?!». И второй   мучащий  меня  вопрос, я  спрашивал  у всех моих  ночных  гостей: «Почему так  произошло?». 
   Но,  ночь с её   нежными  ледяными  ладонями одиночества  и  чёрными  глазами  с паутиной опостылевшей  пыльной тоски.  Луна с  её  добротой  во взгляде,  огонь  с  сердитым  и от этого бегающим  по фитилю  свечи пламенем,  молчали!   Молчало  и зеркало!   Неожиданно  зеркало  мне  прошептало   в   звенящей  тишине   квартиры.
-  Знаешь  воин,   в этом мире    всех  ненадежней  только  три  хорошо  сшитых    красивых   вещи в твоем   пустом брошенном  красивыми платьями  шкафу: власть,   удача  и  карьера! 
- Но,  с возрастом  ты  поймешь   никчемность  двух   вещей, что так  иногда   не дальновидные  люди  дорожат в жизни:  власть  и карьера. 
    Было   хотел  возразить, но  стал прислушиваться    к   шепоту  других слов   зеркала, а оно  продолжало, медленно выговаривая  слова  шепотом мне  в глаза!
 - Постоянными  и  нужными    тебе  в   этом   подлунной  мире (оно  взглянуло  в сторону  луны) несомненно,  это:  дружба, твои  убеждения и любовь! Они  постоянные   вещи и   незыблемы  в жизни  и  судьбе.  
     Взяв  стакан  с водкой,  хотел,  было с  зеркалом «чокнуться»,  Никогда   не пил  один,   но шепот   становился  настойчивей.   
- Никогда   не  вернуть   в  твой   шкаф  простые   на первый   взгляд   вещи  это:  время, запахи  детства,   мимолетное  слово, даже   брошенное  сгоряча,  и    возможность.  Да,  именно  возможность!   
   Я задумался,  медленно  впуская     новую порцию  дыма от  сигареты,  дав   силу  старому.    Поставил  стакан на  стол,  не притронувшись к водке, а зеркало  настаивало   задуматься продолжая.
- А самым   ценным   в  твоём  шкафу будут  вещи,  которые  никогда  нельзя терять тебе  в жизни: честь,   надежду  и  спокойствие!
 Огонь на свече    закивал  своей   горячей жёлтой головой в  знак  согласия.   Хотелось   возразить мудрому  моему  собеседнику, но,  подумав,  накинул  на него   черную  марлю: прошло 6 часов и  34  минуты со времени   отхода поезда, а  с  его отходом   от платформы  я   похоронил свою  любовь  и сердце.  
    И  сейчас  траур,  у меня  проходили поминки  по любви и сердцу: скорый  поезд  на Москву их увозил   навсегда.    
 И   уже шесть часов 34  минуты я поминал  свое сердце и свою звенящую струной,  и разорвавшиеся  по  ниточкам  любовь   третьей   пачкой   сигарет.   Мужчины   не плачут,  мужчины   огорчаются  и  могут  простить  всё,  и всегда  женщине.   Кроме  одного!    Это   слово   со  змеиным   раздвоенным   языком  и  острыми   зубами, от   укуса  которого  чернеет   душа и   умирает  сердце, покрываясь  ломкой коркой  бесчувствия.  Укус  этого  слова внезапен  и    незаметен, как   прилетевший    осколок  от взрыва.  Название  этому  слову « Измена».   Это слово   эхом  пролетело  по  квартире  и,  ударившись об подоконник,  улетело в  форточку   к той  женщине, что  его  согрела своими   ледяными  ладонями. Оно такое  заразное и всегда  находит своего  создателя  даже через   долгое,  долгое   время.
   Ночь  провела   шелком  безысходности   своих  перьев  темноты  по моим  плечам,  от  их шелеста  и тяжести  слегка   поседели  виски  и  немножко  согнулись   плечи.   Заглянув    тоской  в  глубину  моих  зрачков,  ночь,  улыбнулась:   с этого момента  я  стал    постоянным  её  собеседником.   
   Вспомнил   одну  цитату:  «Время  судит даже судей! », ночь  согласно  кивнула,  улыбнувшись в знак  согласия  лицом полного,  ледяного спокойствия, кому,   как  не ей  знать эту  истину.   Она   много выслушала   за свою жизнь исповедей.   
Теперь   остались в моей жизни  две величины в   шкафу  жизни:  дружба  и убеждения. Третье  под  словом «ЛЮБОВЪ»,   я  достал   из шкафа   за ненадобностью и вычеркнул  из постоянных    величин.  
  Вынес   это слово  на улицу,  а вдруг,  кому  - то  понадобится.   Вернувшись, одним   махом  выпив стакан водки,  не  закусывая и не  чокаясь с зеркалом,   помянул  отсутствующих: сердце и любовь.    Встал  из – за  стола и  стал  жить   дальше.  
   В груди, вместо   сердца стал биться   скромный   живой мотор, перегоняющий    кровь в моем теле  не нужном  никому кроме  моих бойцов: без  моей  учебы  и подготовки  они пропадут.  А  в жизни  остались  только  четыре  краски цвета: черный – ночь, серый - день, зелёный – моя  родная   армия  и  бесцветный – после  поминок  моя жизнь!
Горечь измены  очень   трудно  отмывается  в  душе, для  этого  есть  лишь одно  чистящее   средство: молитвы  над пламенем  церковных   свечей!

 Когда  смотришь   на  свечи в  храме, видишь,   они  плавятся в  пламени   твоих молитв  от твоих  грехов!


Рейтинг: +2 183 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
91
80
75
70
65
64
59
58
57
56
54
54
52
52
52
51
49
49
48
48
47
47
45
45
45
40
40
Лесное озеро 4 августа 2017 (Тая Кузмина)
40
34
30