ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Девчонки и голая курица

 

Девчонки и голая курица

3 марта 2012 - Ольга Шлыкова


   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.

   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.

   - Соседская курица на двор залетела.

   - Покажи.

   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.

   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошеная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.

 

 

 

© Copyright: Ольга Шлыкова, 2012

Регистрационный номер №0032198

от 3 марта 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0032198 выдан для произведения:


   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.
   В этот вечер сестры Галя, Мотя и Ирушка, дожидались мать со второй смены. Уже стемнело, когда старшая Галя вышла во двор угомонить разберхавшегося Шпунтика. А тот прыгал, давясь ошейником в сторону пустой стайки. Девочка в темноте не сразу разглядела, что лает пёс на перепуганную курицу, забившуюся под дверь стайки. Не долго думая Галя сняла с головы платок и, накинув его на курочку, схватила её, и прижав к себе забежала в дом.
   - Это что у тебя в платке? – спросила пугливая Мотя.
   - Соседская курица на двор залетела.
   - Покажи.
   Галя развернули платок, курочка выпала из её рук на пол.
   - Правда, не наша. Смотри, не шевелится. Наверное, ты ей шею свернула пока тащила.
   Галя подёргала курицу за ногу, потом перевернула на спину. Распластав в стороны крылья, откинув голову на бок, та осталась недвижима.
   - Ну, что делать будем? Мать через час придёт, влетит нам по самые уши, что чужую курицу притащили, да ещё и прибили.
   - Много ты понимаешь, Мотька, она сама в наш двор залезла. Наверное, еще засветло. Почему её хозяйка до сих пор не хватилась? Значит, нужна ей эта курица как прошлогодний снег. Её надо ощипать и сварить. Как раз поспеет к мамашиному приходу.
   Мотька надула губы.
   - Не буду я её ощипывать. Сама притащила, сама и щипай. Варить станем, запахнет на всю улицу. Тётка Полина сразу прибежит разузнать, что это мы в будний день курицу зарубили. Да ещё без матери…
   - Ну, как хочешь, мы с Ирушкой сами управимся.
   Младшая Ирка уже притащила старую газету и разворачивала её на столе. Галя, скинув телогрейку, подхватив птицу с пола, уложила на стол.
   Долго пыхтели девчонки, выдёргивая непослушными пальцами туго сидевшие перья. И вот когда в перьях осталась одна куриная шея, Галя сказала:
   - А теперь ей надо голову отрубить. Шпунтик и с перьями шею сгрызёт. Мотька, неси топор.
   Мотька, приоткрыв дверь в сени, достала стоявший за дверью отцовский колун.
   - Держи, - протянула его Гале.
   - Чего, держи? Ты и руби. Мы с Ирушкой все перья ощипали. Я топор выроню, пальцы устали.
   - Не буду я рубить, я боюсь.
   - Своим курам рубишь и не боишься, а эту испугалась?
   - Я не курицу боюсь, а что мамка накажет.
   - Зато поедим курятины вдоволь.
   - Как же, вдоволь. Мать, небось, ещё на завтра скажет оставить.
   Пока старшие ругались, Ирке стало скучно и она начала потихоньку ощипывать пёрышки с куриной шейки. Пёрышки были маленькие и гладенькие. Ирка складывала их в рядок по росту и любовалась своей работой. Дёрнув за очередное перо, Ирушка испуганно вскрикнула. Ощипанная наголо курица пошевелилась. Потом неуклюже поднялась на ноги и, захлопав голыми крыльями, спрыгнула на пол и выбежала в оставленную открытой дверь в сени. Старшие девчонки побежали следом, но курица уже ушла через кошачий лаз и скрылась в темноте двора. Хоть бы Шпунтик залаял, а он даже не вылез из будки, и сёстры вернулись в дом ни с чем.
   Пришла мать. Отругав дочерей, что заранее не затопили печку, развела сама огонь и отварила картошки в мундирах. Поставила кастрюлю на стол и ушла в комнату. Девчонки поели, а зайдя в комнату, увидели, что мать уснула на диване, не раздеваясь. Старшая Галя принесла тулуп, укрыла мать и, шикнув на сестёр, чтобы ложились, погасила свет.
   На рассвете, мать уже была на ногах. Выпустив кур во двор, задала им корма, подошла покормить пса. Но тот грозно зарычал, глядя мимо хозяйки. Обернувшись, мать, обомлела от страха. От покосившейся стайки на неё шло непонятное существо с куриной головой, совершенно голое и грязное. Это вчерашняя непрошенная гостья, увидев кормящихся кур, вылезла из своего убежища. Пока мать соображала, что ей делать, над забором показалась голова соседки Полины.
   - Слышь, Маринка, к тебе моя курочка вчерась не забегала? Весь двор обшарила…
   И тут Полина увидела ощипанную курицу, которая мирно клевала просо в компании Марининых кур. Пересчитав их, сразу поняла, что голая курица и есть её беглянка.
   Девчонки отпирались до последнего. Галя с Мотей молча тёрли кулаками сухие глаза, а Ирушка ревела навзрыд. Мать сидела на диване, сложив руки на коленях. Полине пришлось отдать лучшую несушку. А бедную ощипанную зарубить. Теперь в доме вкусно пахло куриным бульоном. «Ай, ладно, может девчонки и не виноваты. Может, в самом деле, её ощипал кто-то другой, и она пришла во двор уже голая?», - с этой мыслью мать пошла в кухню, посмотреть как там суп. Котёнок скрёб пол возле ножки стола. Наклонившись, Марина подняла белое куриное пёрышко, завалившееся в щёлку между половицами.

Рейтинг: +2 1328 просмотров
Комментарии (4)
Ирина Елизарова # 3 марта 2012 в 17:52 0
Оля, раз Вы недавно на сайтах стали публиковать свои работы, а пишите давно, то, значит, загашничек полон. Теперь работы надо будет приводить в опрятный вид, "причесывать". Это кропотливая, трудная, но благодарная работа. Главное - "причесывайте" аккуратно и терпеливо. Волосы не рвать, не стричь под ноль!
Перво-наперво - грамотность. После выкладывания текста обязательно посмотрите, что подчеркнуто красным - и к словарям, к господину Розенталю... Но не все, что не подчеркнуто - правильно. Это тоже надо помнить. Грамотно написанный текст - создаёт дополнительную приятность для читателя, Вы его так привлечете к себе, а автору только это и нужно, чтобы его читали с удовольствием. И не хватайтесь сразу за все, что поправить нужно, сначала грамматику, потом стилистику, есть еще и структура текста, это надо дополнительно обмозговывать и параллельно и с первым и со вторым.
И дерзайте, никогда не складывайте крыльев. Творчество - великая сила.
Успехов Вам! 30
Джон Магвайер # 4 марта 2012 в 11:49 0
flower
Альфия Умарова # 29 июля 2012 в 21:02 0
Понравилось, Оля!
Улыбнули! laugh soln
Ольга Шлыкова # 29 июля 2012 в 21:17 0
Спасибо! joke