ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → ЧЕЧЕНСКАЯ ЛЕЗГИНКА

ЧЕЧЕНСКАЯ ЛЕЗГИНКА

5 сентября 2012 - Татьяна Уразова

Кавказский вечер был мягок, как пушистая чёрная кошка. Нежно ласкал разгорячённые тела ещё молодых, но уже не юных одноклассников.  Многие пришли в ресторан на встречу одноклассников  со вторыми половинами, а трое прихватили с собой кто мать, кто отца, а Ирина и мать - Елизавету Андреевну,  и её старинную подругу Анастасию Ивановну.

 

Теперь  можно сказать, что в прошлом веке, когда они жили в Баку до печальных событий,  и в горе, и в радости были всегда вместе. Пережив ужасное потрясение, Анастасия Ивановна вернулась во Владикавказ с большими потерями: осталась одна одинёшенька в этом мире.  Болезни и возраст делали своё дело.

 

И неожиданное приглашение, оказалось не лучиком, а факелом в её тёмном царстве.  Перебрав  свой гардероб, она вдруг поняла, что надеть нечего. Дожила до седых волос! И ни одного приличного платья. А ходить по магазинам, нет сил.  Но тут пришла на помощь Лизка, так ласково и без злого умысла она звала Елизавету Андреевну, как дочку. Лизке за шестьдесят, а ей под девяносто. Лизка принесла красивое синее платье со всякими современными штучками и  переливающееся колье.  Седина волос и серебристое колье были неотразимы.

 

На такси они подъехали к ресторану. В эту минуту Анастасия Ивановна почувствовала себя почти английской королевой, хотя никто ей не подал руку,  хотя она еле-еле выставила перебинтованные ножки в разношенных туфлях. Встав на ноги, поправив волосы и платье, с красным ридикюлем из тридцатых годов Анастасия Ивановна царственной походкой прошествовала в зал. Лизка, улыбаясь, шла за ней. Сели за ближайший столик от входа.

 

На столах чего только не было! Анастасия Ивановна даже прослезилась, пытаясь вспомнить, когда она в последний раз была в ресторане. Молодёжь пила, ела, веселилась, танцевала. Они с Лизкой тоже не уступали им. И пели, и танцевали или в общем круге, или друг с другом. То и дело слышались разные тосты, как  и коронный номер  Анастасии Ивановны:

 

   -Наливай!

 

Коньячные рюмки маленькие, а необъятное количество закусок, даже при постоянном «наливай» не дали «молодёжи»  охмелеть. Растрогавшись, Анастасия вспомнила мужа, семейные праздники и горько проговорила:

 

   - Лизка! А ведь они, эта молодежь золотая, нас с тобой уже и за женщин не считают! Мы для них старухи! Старухи! Понимаешь? Старухи! Лизка, а я не старуха! Лизка, знаешь, я по ночам о любви мечтаю… Смешно, да, Лизка?

 

   -Ну, что вы Анастасия Ивановна! Мы женщины! На нас ещё мужчины смотрят. Просто здесь молодёжь. Я ведь тоже по ночам мечтаю о любви… Только спит она где-то беспробудным сном. Хорошо Иришка придумала, нас с собой взять. Хоть за них порадуемся. Все красивые. А как танцуют! Смотри, в красном платье Юля, красавица, умница, как танцует! Как танцует! Я тоже в молодости выдавала!

 

- Нет, Лизка! Если я сегодня не станцую с кавалером, умру! Вот крест тебе  - умру! Ну ладно, наливай!

 

 

Одна лезгинка плавно перетекала в другую: кабардинскую, дагестанскую, осетинскую. И  вот настал черёд  чеченской лезгинки. Молодой, но упитанный мужчина в сером стильном костюме  изрядно выпивший, с глазами щёлочками, через которые  он видел туманный и расплывающийся мир, пригласил, галантно кивнув головой, почтенную Анастасию Ивановну. Она  не отказала. 

 

В  центр зала вплыла потрясающая пара. Круглая бритая голова, крепкие плечи, пивной животик, короткие ножки с маленькими ступнями, которыми мужчина  мелко перебирал в танце, одна рука, почти лежащая на животе, а вторая отставлена в сторону, но кисть висела, как завядший лист.

 

И,  женщина под девяносто лет  со стрижкой каре и волосами лежащими, как им хотелось. Слава  Богу за прожитую жизнь даже они поняли, что жить надо, как хочется, а не как придётся, с крепкой статью, гордо посаженной головой, в синем нарядном современном платье и дорогой бижутерией на шее, отёкшими  ногами, перебинтованными от щиколоток до колен,  то ли в тапочках, то ли в разношенных балетках.

 

Танец захватывал. Она, перебирая больными ногами, двигалась по кругу, забыв про свои года. Нежно  улыбалась, но не кавалеру, а чему-то эфемерному, вероятно своим воспоминаниям  из прожитой жизни. 

 

Оба статные, молодость и старость, сошлись в танце, но вела его всё-таки старость. В какой-то момент мужчина терял нить танца, подступал очень близко,  упирался своим животом в её, и сразу рука дамы с силой отбрасывала его на расстояние локтя. Причём было ощущение, что мужчина отлетал, как шарик. И это повторялось с завидной периодичностью.

 

Зал  затаив дыхание, наблюдал за ними. Ди-джей уже в третий раз включал чеченскую лезгинку.  Всем было интересно, кто же первый остановится? Первой сдалась молодость. Вытирая носовым платком  блестящую в испарине голову, кавалер подвёл даму к столу, откланялся и, сделав несколько шагов, широко разведя руки, засмеялся и на весь зал громко:

 

    - Вот,  бабка даёт!

 

По залу прошёл восторженный гул. И только Анастасия Ивановна присев на свой стул, подняв рюмку, обиженно громко прокричала:

 

   -  Какая я вам - бабка? Я - Анастасия Ивановна!  Рано списали нас! Мы ещё ого-го! Наливай!

 

И все гости радостно её поддержали:

 

  - Какая она  бабка? Она  наше величество–  женщина! За прекрасную даму! Наливай!

 

Тень лёгкой грусти пробежала по лицу Анастасии Ивановны и отставив рюмку, она тихо прошептала:

 

   -За прекрасную даму...

 

 

 

 

 

 

 

 

© Copyright: Татьяна Уразова, 2012

Регистрационный номер №0074681

от 5 сентября 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0074681 выдан для произведения:

Кавказский вечер был мягок, как пушистая чёрная кошка. Нежно ласкал разгорячённые тела ещё молодых, но уже не юных одноклассников.  Многие пришли в ресторан на встречу одноклассников  со вторыми половинами, а трое прихватили с собой кто мать, кто отца, а Ирина и мать - Елизавету Андреевну,  и её старинную подругу Анастасию Ивановну.

 

Теперь  можно сказать, что в прошлом веке, когда они жили в Баку до печальных событий,  и в горе, и в радости были всегда вместе. Пережив ужасное потрясение, Анастасия Ивановна вернулась во Владикавказ с большими потерями: осталась одна одинёшенька в этом мире.  Болезни и возраст делали своё дело.

 

И неожиданное приглашение, оказалось не лучиком, а факелом в её тёмном царстве.  Перебрав  свой гардероб, вдруг поняла, что надеть нечего. Дожила до седых волос! И ни одного приличного платья. А ходить по магазинам, нет сил.  Но тут пришла на помощь Лизка, так ласково и без злого умысла она звала Елизавету Андреевну, как дочку. Лизке за шестьдесят, а ей под девяносто. Лизка принесла красивое синее платье со всякими современными штучками и  переливающееся колье.  Седина волос и серебристое колье были неотразимы.

 

На такси они подъехали к ресторану. В эту минуту Анастасия Ивановна почувствовала себя почти английской королевой, хотя никто ей не подал руку,  хотя она еле-еле выставила перебинтованные ножки в разношенных туфлях. Встав на ноги, поправив волосы и платье, с красным ридикюлем из тридцатых годов Анастасия Ивановна царственной походкой прошествовала в зал. Лизка, улыбаясь, шла за ней. Сели за ближайший столик от входа.

 

На столах чего только не было! Анастасия Ивановна даже прослезилась, пытаясь вспомнить, когда она в последний раз была в ресторане. Молодёжь пила, ела, веселилась, танцевала. Они с Лизкой тоже не уступали им. И пели, и танцевали или в общем круге, или друг с другом. То и дело слышались разные тосты, как  и коронный номер  Анастасии Ивановны:

 

   -наливай!

 

Коньячные рюмки маленькие, а необъятное количество закусок, даже при постоянном «наливай» не дали «молодёжи»  охмелеть. Растрогавшись, Анастасия вспомнила мужа, семейные праздники и горько проговорила:

 

   - Лизка! А ведь они, эта молодежь золотая, нас с тобой уже и за женщин не считают! Мы для них старухи! Старухи! Понимаешь? Старухи! Лизка, а я не старуха! Лизка, знаешь, я по ночам о любви мечтаю… Смешно, да, Лизка?

 

   -Ну, что вы Анастасия Ивановна! Мы женщины! На нас ещё мужчины смотрят. Просто здесь молодёжь. Я ведь тоже по ночам мечтаю о любви… Только спит она где-то беспробудным сном. Хорошо Иришка придумала, нас с собой взять. Хоть за них порадуемся. Все красивые. А как танцуют! Смотри, в красном платье Юля, красавица, умница, как танцует! Как танцует! Я тоже в молодости выдавала!

 

- Нет, Лизка! Если я сегодня не станцую с кавалером, умру! Вот крест тебе  - умру! Ну ладно, наливай!

 

 

Одна лезгинка плавно перетекала в другую: кабардинскую, дагестанскую, осетинскую. И  вот настал черёд  чеченской лезгинки. Молодой, но упитанный мужчина в сером стильном костюме  изрядно выпивший, с глазами щёлочками, через которые  он видел туманный и расплывающийся мир, пригласил, галантно кивнув головой, почтенную Анастасию Ивановну. Она  не отказала. 

 

В  центр зала вплыла потрясающая пара. Круглая бритая голова, крепкие плечи, пивной животик, короткие ножки с маленькими ступнями, которыми мужчина  мелко перебирал в танце, одна рука, почти лежащая на животе, а вторая отставлена в сторону, но кисть висела, как завядший лист.

 

И,  женщина под девяносто лет  со стрижкой каре и волосами лежащими, как им хотелось. Слава  Богу за прожитую жизнь даже они поняли, что жить надо, как хочется, а не как придётся, с крепкой статью, гордо посаженной головой, в синем нарядном современном платье и дорогой бижутерией на шее, отёкшими  ногами, перебинтованными от щиколоток до колен,  то ли в тапочках, то ли в разношенных балетках.

 

Танец захватывал. Она, перебирая больными ногами, двигалась по кругу, забыв про свои года. Нежно  улыбалась, но не кавалеру, а чему-то эфемерному, вероятно своим воспоминаниям  из прожитой жизни. 

 

Оба статные, молодость и старость, сошлись в танце, но вела его всё-таки старость. В какой-то момент мужчина терял нить танца, подступал очень близко,  упирался своим животом в её, и сразу рука дамы с силой отбрасывала его на расстояние локтя. Причём было ощущение, что мужчина отлетал, как шарик. И это повторялось с завидной периодичностью.

 

Зал  затаив дыхание, наблюдал за ними. Ди-джей уже в третий раз включал чеченскую лезгинку.  Всем было интересно, кто же первый остановится? Первой сдалась молодость. Вытирая носовым платком  блестящую в испарине голову, кавалер подвёл даму к столу, откланялся и, сделав несколько шагов, ляпнул:

 

    - Во,  бабка даёт!

 

 Анастасия Ивановна присев на свой стул, подняв рюмку, обиженно громко прокричала:

 

   - А то, бабка! Какая я вам - бабка? Я - Анастасия Ивановна!  Наливай!

 

И все гости дружно проскандировали:

 

  - Какая она нам бабка? Она –  женщина! За прекрасную даму! Наливай!

 

 

 

 

 

 

 

 

Рейтинг: +4 1344 просмотра
Комментарии (3)
0 # 5 сентября 2012 в 23:28 0
Знай наших!!! Танюш, молодец! super
Татьяна Уразова # 5 сентября 2012 в 23:52 +1
Мы ещё могём...! dance balala elka2

 

Популярная проза за месяц
173
Осенний поцелуй... 30 сентября 2017 (Анна Гирик)
140
136
125
115
Кто она, Осень? 28 сентября 2017 (Тая Кузмина)
114
112
​ТАЙНА ОСЕНИ 29 сентября 2017 (Эльвира Ищенко)
104
101
97
95
94
93
92
90
88
88
85
83
82
81
80
80
78
77
76
75
60
52
50