ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Бабкина настойка

Бабкина настойка

8 февраля 2014 - Елена Супликова

Бабкина настойка из цикла Деревенские рассказы


- Хтось это под окном топочет? Чаво надоть? Мы никого не ждем! – выглядывая из форточки, прошамкала старуха со слезящимися глазами.
-Теть Нюр, это я, Настенка, мамка к тебе за  настойкой послала.
-А чаво так поздно, я спать ужо легла?
-Так вышло, - Настя развела руками.
-Пошто сама мамка не пришла? – щурясь, подозрительно, спросила бабка.
-Так гость к нам приехал, она по дому хлопочет.
- Гость на ночь-плохая примета.
-Да ну Вас, тетя Нюра, то мамкин брат с Ростова приехал.
-Витька что ль?
-Ну.
- Сам-то чаво, не привез что ль?
-Так выпили уже, вот к тебе послала, говорит, у тебя завсегда есть настойка на травах.
-Всезнающая, мало ли что у меня есть. Ты деньжата - то принесла?
-Вот, полтинник, - Настя показала бумажку.
-Что мне твой полтинник, стольник давай у меня нынче на черемухе с мятой настояна, а это почище заграничного вина будет.
-Да ладно Вам шутить, - отмахнулась от нее девушка.
-За меньшее не отдам, - отрезала старуха.
-Можно я  завтра  второй полтинник  донесу?
Старуха пожевала беззубым ртом.
- Витька, говоришь, приехал?
-Ну да! – кивнула девушка, поеживаясь от вечерней прохлады.
 -Ладно, щас вынесу, - смилостивилась старуха, закрывая форточку.
В деревне частенько пользовались ее услугами. Всем известны были ее горькие настойки, бальзамы и знаменитая  Синячихинская бражка. Раньше, еще по молодости, бабка Нюра самогон гнала, но аппарат у нее реквизировали в перестроечное время, пригрозив большим штрафом,  с тех пор стала она настаивать  настойки на водке и дешевом спирте, который выменивала у мужиков. Бизнес шел ходко. Настойки славились отменным вкусом и крепостью, а главное, после них не болела голова. Даже участковый признал, что бабкины настойки высшего качества, и штрафовать ее не стал, но предупредил, что бизнес прикроет, если она  за рамки дозволенного перейдет. Так и  жила бабка тем, что ставила отменные настойки, продавая их своим же деревенским. Жила не богато, на свою небольшую пенсию.  Выручку, что за настойки выручала, любимому внучку в город отправляла, уж больно она своего Бориску любила. Только того Бориса деревенские никогда не видели, то ли дочка боялась его в деревню привозить, то ли сам Борис стеснялся своей малограмотной бабки, одним словом, дело тут темное. Поговаривали, что дочка ее Бориску того от какого-то большого начальника нагуляла, а в деревню не вернулась- стыдно было. Потом замуж вышла за этого начальника, а он знакомство со своей тещей,  деревенской бабкой, заводить не захотел. Кто он, и кто она - малограмотная крестьянка. Так и жила бабка Нюра в своей избенке. Спасибо председателю, избенку ее в порядок привел, свет провел, водопровод починил, все, что положено, все сделал, только  родных  заменить ей не смог. Жизнь она ему спасла, оттого он  и сделал для нее многое, а на торговлю глаза закрывал. Обморозился он как-то сильно, врачи кисти рук ему ампутировать хотели, а бабка своим зельем ему руки спасла, даже следов обморожения не осталось. Вот какие чудеса она творила! А мази делала! Из города тетки приезжали, все допытывались, из чего она их делает, что с чем и в каких пропорциях смешивает, но наша бабка-кремень, секретов не выдала даже за большие деньги. «Меня всему моя  бабка научила, а я ее секретов никому не передам, так как велено было внучке все передать, а у меня таковой не имеется», - отмахивалась она от шибко назойливых. – «Вот она природа у вас перед глазами,  ищите, все найдете. Тут вам и от хворей желудочных   травка,   а там  от почечных колик, токмо знать надо, когда  сборы делать наддать и настойку ставить. Каждая травка свое время и час любит. Вы вот зачем в лес ходите?  Грибы да ягоды собирать? А лес, он жизнь продлевает, если к нему с умом подходить. Мы в войну благодаря лесу выжили, он нас, Батюшка, от смерти и цинги спас.  Ныне лес все  вырубают  нещадно, вот он и мстит, всех секретов и не открывает. А я слово давала секретов не открывать чужому, с этим и помру, недолго  уже осталось. Вот как  последнюю бутыль с кедровой настойкой продам, так и помру».
С тех слов уже три года прошло, и деревенские посмеивались над бабкой Нюрой, все гадали, кому же эта заветная настоечка достанется, поговаривали,  она ее уже лет тридцать как настаивает.
Случай представился нечаянно.  В деревню иностранец приехал по обмену опытом. Не то немец, не то  голландец, говорил он на английском, а переводил ему молодой парнишка из города. Переводил плохо, отчего иностранец постоянно сердился. Председатель и так и этак объяснял и на пальцах показывал, и рисовать пытался,  одним словом, кое-как они поняли друг друга. По такому случаю и  по русскому обычаю председатель приказал стол хороший накрыть. Иностранцу  все понравилось, да только видно было  по его лицу, что что-то не так все идет. Вот тут Степаныч и решил его настойкой бабы Нюры удивить. Дал Верке, секретарше своей, денег и велел к бабке за настойкой бежать. Бабка про иностранца уже наслышана была, вот тут-то она и решила удивить всех, достала ту самую бутыль заветную. И что удивительно, даже денег не взяла. – «Пущай, - говорит, - иноземец слюной подавится, ничего вкуснее на свете своем он еще не пивал, да и не  придется ему это когда- нибудь еще отведать, потому как скоро помру я».
Верка испугалась, креститься начала:
- Ты чего, бабка, надумала иностранца отравить что ли? Коли так, не надо мне вашего зелья, водкой обойдемся.
- Глупая ты, Верка, то не отрава, а  слеза лесная, жизнь продлевающая, только пусть они по маленьким глоточкам пьют, а то силу лесную не почувствуют.
- А мне можно? – отважилась спросить ее Веерка.
- Можно, только рюмочку, бабам она не к чему, а мужикам в самый раз будет. Степаныч заслужил, и от меня ему уважение. Ни дочка, ни внучок, никто моего уважения так не заслужил, как наш председатель, потому ему от меня поклон низкий. И  еще, попроси его, чтоб схоронил меня на кладбище рядом с березкой, что на самой окраине.
-Типун тебе, бабка Нюра, тебе еще жить да поживать, - перекрестилась опять Верка.
-Да, нет, время мое уже подошло, пора мне, - отмахнулась от нее бабка.
Верка стремглав кинулась обратно к Василию Степанычу и иностранцу, а бабка Нюра  помылась, переоделась во все чистое и новое, и легла на кровать ждать своей смерти.

-Ну, за дружбу между нашими странами! – разлив по маленьким рюмочкам бабкиной настойки, сказал Степаныч.
Глаза у иностранца округлились, и он довольно зацокал языком.
-Видать, понравилась! – засмеялся Степаныч, наливая последующей.
С грехом пополам переводчик перевел, что он ничего подобного еще не пил, и как называется сей бальзам, и где его можно купить?
- То не продается, - развел руками Василий Степанович.
- Он непременно хочет знать, кто это делал, и хотел бы увезти это с собой, - перевел переводчик слова иностранца председателю.
- Ты ему скажи, у нас тут волшебница живет, чудеса творит, меня, можно так сказать, с того света вытащила. Мне руки отрезать хотели, а она их спасла, вот они мои рученьки, живые, - Степаныч покрутил своими руками перед носом иностранца. – А ты пей, завтра трезвехонек, как стеклышко будешь. Мало того, многих болячек лишишься, вот увидишь, я не вру. У бабки Нюры все так! Если выпить хочется и в то же время здоровью не навредить, к бабке Нюре иди, и напоит, и подлечит, это все равно, как лосьон огуречный выпить, только в сто раз полезней. 
Иностранец выпросил- таки у Степаныча остатки настойки, а поутру напросился к чудо- бабке сходить, заказать ей еще  такой же настойки.
Первым в дом  вошел Степаныч, обеспокоенный тем, что бабка Нюра не подает голоса.
Она лежала,  умиротворенная, со светлой улыбкой на лице.
 Похоронили ее на том месте, где она и просила, рядом с березкой. Дочь ее,  Варвара,  на похороны так и не приехала, вместо нее приехал толстый,  рано лысеющий молодой человек, по-видимому, внук Борис.
Он критически осмотрел дом своей бабки и  сразу же перешел к делу, как можно  быстро и  за сколько  продать бабкину халупу. На что Василий Степанович ему ответил, что дом был построен на колхозные деньги и принадлежит колхозу.  Так  любимый внук бабки Нюры и уехал не солоно хлебавши.
А настоечка-то  бабки Нюры такой фурор за границей наделала, что многие ученые  там всерьез задумались. У фермера-то нашего целый букет болячек пропал, да к тому ж еще шевелюра расти начала, был он лысым, что твоя коленка. Хотите верьте, хотите нет, только я, за что купил, за то и вам продаю.
10.11.2010  

© Copyright: Елена Супликова, 2014

Регистрационный номер №0186743

от 8 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0186743 выдан для произведения:

Бабкина настойка из цикла Деревенские рассказы

- Хтось это под окном топочет? Чаво надоть? Мы никого не ждем! – выглядывая из форточки, прошамкала старуха со слезящимися глазами.
-Теть Нюр, это я, Настенка, мамка к тебе за  настойкой послала.
-А чаво так поздно, я спать ужо легла?
-Так вышло, - Настя развела руками.
-Пошто сама мамка не пришла? – подозрительно щурясь, спросила бабка.
-Так гость к нам приехал, она по дому хлопочет.
- Гость на ночь-плохая примета.
-Да ну Вас, тетя Нюра, то мамкин брат с Ростова приехал.
-Витька что ль?
-Ну.
- Сам-то чаво, не привез что ль?
-Так выпили уже, вот к тебе послала, говорит, у тебя завсегда есть настойка на травах.
-Всезнающая, мало ли что у меня есть. Ты деньжата - то принесла?
-Вот, полтинник, - Настя показала бумажку.
-Что мне твой полтинник, стольник давай у меня нынче на черемухе с мятой настояна, а это почище заграничного вина будет.
-Да ладно Вам шутить, - отмахнулась от нее девушка.
-За меньшее не отдам, - отрезала старуха.
-Можно я  завтра  второй полтинник  донесу?
Старуха пожевала беззубым ртом.
- Витька, говоришь, приехал?
-Ну да! – кивнула девушка, поеживаясь от вечерней прохлады.
 -Ладно, щас вынесу, - смилостивилась старуха, закрывая форточку.
В деревне частенько пользовались ее услугами. Всем известны были ее горькие настойки, бальзамы и знаменитая  Синячихинская бражка. Раньше, еще по молодости, бабка Нюра самогон гнала, но аппарат у нее реквизировали в перестроечное время, пригрозив большим штрафом,  с тех пор стала она настаивать  настойки на водке и дешевом спирте, который выменивала у мужиков. Бизнес шел ходко. Настойки славились отменным вкусом и крепостью, а главное, после них не болела голова. Даже участковый признал, что бабкины настойки высшего качества, и штрафовать ее не стал, но предупредил, что бизнес прикроет, если она  за рамки дозволенного перейдет. Так и  жила бабка тем, что ставила отменные настойки, продавая их своим же деревенским. Жила не богато, на свою небольшую пенсию.  Выручку, что за настойки выручала, любимому внучку в город отправляла, уж больно она своего Бориску любила. Только того Бориса деревенские никогда не видели, то ли дочка боялась его в деревню привозить, то ли сам Борис стеснялся своей малограмотной бабки, одним словом, дело тут темное. Поговаривали, что дочка ее Бориску того от какого-то большого начальника нагуляла, а в деревню не вернулась- стыдно было. Потом замуж вышла за этого начальника, а он знакомство со своей тещей,  деревенской бабкой, заводить не захотел. Кто он, и кто она - малограмотная крестьянка. Так и жила бабка Нюра в своей избенке. Спасибо председателю, избенку ее в порядок привел, свет провел, водопровод починил, все, что положено, все сделал, только  родных  заменить ей не смог. Жизнь она ему спасла, оттого он  и сделал для нее многое, а на торговлю глаза закрывал. Обморозился он как-то сильно, врачи кисти рук ему ампутировать хотели, а бабка своим зельем ему руки спасла, даже следов обморожения не осталось. Вот какие чудеса она творила! А мази делала! Из города тетки приезжали, все допытывались, из чего она их делает, что с чем и в каких пропорциях смешивает, но наша бабка-кремень, секретов не выдала даже за большие деньги. «Меня всему моя  бабка научила, а я ее секретов никому не передам, так как велено было внучке все передать, а у меня таковой не имеется», - отмахивалась она от шибко назойливых. – «Вот она природа у вас перед глазами,  ищите, все найдете. Тут вам и от хворей желудочных   травка,   а там  от почечных колик, токмо знать надо, когда  сборы делать наддать и настойку ставить. Каждая травка свое время и час любит. Вы вот зачем в лес ходите?  Грибы да ягоды собирать? А лес, он жизнь продлевает, если к нему с умом подходить. Мы в войну благодаря лесу выжили, он нас, Батюшка, от смерти и цинги спас.  Ныне лес все  вырубают  нещадно, вот он и мстит, всех секретов и не открывает. А я слово давала секретов не открывать чужому, с этим и помру, недолго  уже осталось. Вот как  последнюю бутыль с кедровой настойкой продам, так и помру».
С тех слов уже три года прошло, и деревенские посмеивались над бабкой Нюрой, все гадали, кому же эта заветная настоечка достанется, поговаривали,  она ее уже лет тридцать как настаивает.
Случай представился нечаянно.  В деревню иностранец приехал по обмену опытом. Не то немец, не то  голландец, говорил он на английском, а переводил ему молодой парнишка из города. Переводил плохо, отчего иностранец постоянно сердился. Председатель и так и этак объяснял и на пальцах показывал, и рисовать пытался,  одним словом, кое-как они поняли друг друга. По такому случаю и  по русскому обычаю председатель приказал стол хороший накрыть. Иностранцу  все понравилось, да только видно было  по его лицу, что что-то не так все идет. Вот тут Степаныч и решил его настойкой бабы Нюры удивить. Дал Верке, секретарше своей, денег и велел к бабке за настойкой бежать. Бабка про иностранца уже наслышана была, вот тут-то она и решила удивить всех, достала ту самую бутыль заветную. И что удивительно, даже денег не взяла. – «Пущай, - говорит, - иноземец слюной подавится, ничего вкуснее на свете своем он еще не пивал, да и не  придется ему это когда- нибудь еще отведать, потому как скоро помру я».
Верка испугалась, креститься начала:
- Ты чего, бабка, надумала иностранца отравить что ли? Коли так, не надо мне вашего зелья, водкой обойдемся.
- Глупая ты, Верка, то не отрава, а  слеза лесная, жизнь продлевающая, только пусть они по маленьким глоточкам пьют, а то силу лесную не почувствуют.
- А мне можно? – отважилась спросить ее Веерка.
- Можно, только рюмочку, бабам она не к чему, а мужикам в самый раз будет. Степаныч заслужил, и от меня ему уважение. Ни дочка, ни внучок, никто моего уважения так не заслужил, как наш председатель, потому ему от меня поклон низкий. И  еще, попроси его, чтоб схоронил меня на кладбище рядом с березкой, что на самой окраине.
-Типун тебе, бабка Нюра, тебе еще жить да поживать, - перекрестилась опять Верка.
-Да, нет, время мое уже подошло, пора мне, - отмахнулась от нее бабка.
Верка стремглав кинулась обратно к Василию Степанычу и иностранцу, а бабка Нюра  помылась, переоделась во все чистое и новое, и легла на кровать ждать своей смерти.

-Ну, за дружбу между нашими странами! – разлив по маленьким рюмочкам бабкиной настойки, сказал Степаныч.
Глаза у иностранца округлились, и он довольно зацокал языком.
-Видать, понравилась! – засмеялся Степаныч, наливая последующей.
С грехом пополам переводчик перевел, что он ничего подобного еще не пил, и как называется сей бальзам, и где его можно купить?
- То не продается, - развел руками Василий Степанович.
- Он непременно хочет знать, кто это делал, и хотел бы увезти это с собой, - перевел переводчик слова иностранца председателю.
- Ты ему скажи, у нас тут волшебница живет, чудеса творит, меня, можно так сказать, с того света вытащила. Мне руки отрезать хотели, а она их спасла, вот они мои рученьки, живые, - Степаныч покрутил своими руками перед носом иностранца. – А ты пей, завтра трезвехонек, как стеклышко будешь. Мало того, многих болячек лишишься, вот увидишь, я не вру. У бабки Нюры все так! Если выпить хочется и в то же время здоровью не навредить, к бабке Нюре иди, и напоит, и подлечит, это все равно, как лосьон огуречный выпить, только в сто раз полезней. 
Иностранец выпросил- таки у Степаныча остатки настойки, а поутру напросился к чудо- бабке сходить, заказать ей еще  такой же настойки.
Первым в дом  вошел Степаныч, обеспокоенный тем, что бабка Нюра не подает голоса.
Она лежала,  умиротворенная, со светлой улыбкой на лице.
 Похоронили ее на том месте, где она и просила, рядом с березкой. Дочь ее,  Варвара,  на похороны так и не приехала, вместо нее приехал толстый,  рано лысеющий молодой человек, по-видимому, внук Борис.
Он критически осмотрел дом своей бабки и  сразу же перешел к делу, как можно  быстро и  за сколько  продать бабкину халупу. На что Василий Степанович ему ответил, что дом был построен на колхозные деньги и принадлежит колхозу.  Так  любимый внук бабки Нюры и уехал не солоно хлебавши.
А настоечка-то  бабки Нюры такой фурор за границей наделала, что многие ученые  там всерьез задумались. У фермера-то нашего целый букет болячек пропал, да к тому ж еще шевелюра расти начала, был он лысым, что твоя коленка. Хотите верьте, хотите нет, только я, за что купил, за то и вам продаю.
10.11.2010  
Рейтинг: +2 250 просмотров
Комментарии (6)
Серов Владимир # 9 февраля 2014 в 11:26 0
Прекрасно, колоритно! Супер!
Обратите внимание.

"-Пошто сама мамка не пришла? – подозрительно щурясь, спросила бабка." - щурится подозрительно невозможно, другое дело, что прищур делает взгляд пожозрительным - поэтому правильно будет "-Пошто сама мамка не пришла? – щурясь, подозрительно спросила бабка."

Удачи Вам!
Елена Супликова # 9 февраля 2014 в 12:36 0
спасибо за замечания, я не профи и писать стала сравнительно недавно )))
Марина Попенова # 3 марта 2014 в 09:18 0
Лена, мне очень понравился рассказ, образный!!! 38 Спасибо!
Елена Супликова # 3 марта 2014 в 19:21 0
спасибо
Ольга Кельнер # 3 марта 2014 в 11:55 0
Замечательно,очень живой рассказ,как-будто сама там побывала и настоечки попробовала.Хороший ялитературный язык,легко читается, интересно и жизненно. 50ba589c42903ba3fa2d8601ad34ba1e
Елена Супликова # 3 марта 2014 в 19:22 0
спасибо

 

Популярная проза за месяц
158
138
129
122
109
109
Синее море 25 августа 2017 (Тая Кузмина)
106
Ловец жемчуга 28 августа 2017 (Тая Кузмина)
104
102
89
86
86
84
78
78
78
Только Ты! 17 сентября 2017 (Анна Гирик)
78
77
76
74
73
ПРИНЦ 29 августа 2017 (Елена Бурханова)
73
71
71
71
Песочный замок 6 сентября 2017 (Аида Бекеш)
70
69
68
67
67