ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → 2. Уполномоченный Сахаров

 

2. Уполномоченный Сахаров

article143051.jpg

 

    Под синим бездонным небом реяли кумачовые флаги. Колчак не дошёл до Кукуева. Колчак был разбит. Армия Колчака была рассеянна непобедимой Красной армией. Армия адмирала распалась, истаяла, как сахар в горячем чаю.

Григорий Уваров живой и невредимый, раненый легко в руку, пришёл с колчаковского фронта домой и по рекомендации укома РКП(б) был избран секретарём сельской ком-ячейки. 

Бывший фронтовик Кирьян Лампадов, выслуживший в карательном отряде у Колчака чин унтер-офицера, ночью пробрался в дом к отцу, сельскому богатею-кулаку и спрятался там. Подённый работник Филипп Рагозин был этому свидетелем. Как бедняк и сочувствующий советской власти он сообщил об этом секретарю ком-ячейки Григорию Уварову.

Уваров вместе с председателем сельсовета Лёшкой Лихим, недавно назначенным милиционером Стёпкой Охлябиным и присоединившимся к ним приехавшим уполномоченным уисполкома Сахаровым направились к Лампадову.

Старший Лампадов, Демьян Иванович, пожилой мужик с окладистой посеребрившейся бородой, с прищуренными хитроватыми глазками, ссутулясь, возился в овине.

- Где Кирьян? - спросил его Уваров.

- Был, да утёк, - спокойно ответил Лампадов.

Контуженный на фронте империалистической войны уполномоченный Сахаров пустил белую пену изо рта, скривил набок губы до левого уха, подурнел глазом.

- Выродка прячешь, поганое своё семя берегёшь, Демьян, - выдавил из себя Сахаров. - Удавлю на ентой перекладине.

- Я за сына не ответчик, - ответил Демьян Иванович. - Не скрываю, был Кирьян дома, ребятёнка спроведывал. Явился и тут же убёг. Сказал, что скоро они придут вас, большаков, резать.

Отведя плечом в сторону Кирьянову жену Домну с младенцем на руках, Лёшка, а за ним остальные вошли в дом.

- Нету Кирьяна, - красивым грудным голосом сказала Домна, идя за незванными гостями. - Был, но скоро ушёл...

Она села на лавку, откинула с плеча просторную рубашку, показала красивую полную молока грудь и сунула длинный чёрный сосок, из которого выкатилась большая капля молока, в рот младенцу. Она сидела, словно Богородица с иконы, спокойная и величавая.

В это время со двора донеслось конское ржание, и было видно в окно, как Кирьян на весёлом кауром жеребце выскочил в распахнутые ворота.

- А! Твою мать!.. - выругался Сахаров. - Ушёл, говоришь, кулацкая твоя морда. Совецку власть омманывашь, контра!..

Белыми глазами он вонзился в Домну и в младенца, сосущего грудь. Схватив за ноги младенца, он вырвал его из рук матери, взмахнул им под притолоку.

- Истреблю сволочное семя!.. - заорал Сахаров нехорошим голосом.

Домна вскочила с лавки и высокою своею грудью бесстыдно таранила товарища Сахарова, припёрла его большевистскую сущность к бревенчатой стенке, молоком оросила его просолённую гимнастёрку, вскинула крыльями белые полные руки к заверещавшему ребёнку. Но длинён был товарищ Сахаров, не достать ей. 

И впрямь, треснул бы Сахаров бандитское отродье о стенку или об стол, или обо что ещё твёрдое. Взял бы он на свою душу этот грех, но подоспел Уваров и вынул из его костенеющих пальцев невинное существо. 

В этот момент повалился товарищ Сахаров на пол, и стала его бить корча, и белая пена потекла на сдвинутое судорогой страшное лицо со стеклянными глазами.

Григорий вложил ребёнка в руки обеспамятвовавшей Домны, взял её увесистую грудь и, цыкнув струйкой молока, сунул мокрый сосок в жадный ротик крохи.

А товарищ Сахаров, отбившись в корчах, к этому моменту успокоился и крепко спал.


Далее смотри - "Продразвёрстка"

© Copyright: Лев Казанцев-Куртен, 2013

Регистрационный номер №0143051

от 20 июня 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0143051 выдан для произведения:

 

 


 

 

Под синим бездонным небом реяли кумачовые флаги. Колчак не дошёл до Кукуева. Колчак был разбит. Армия Колчака была рассеянна непобедимой Красной армией. Армия адмирала распалась, истаяла, как сахар в горячем чаю.

Григорий Уваров живой и невредимый, раненый легко в руку, пришёл с колчаковского фронта домой и по рекомендации укома РКП(б) был избран секретарём сельской ком-ячейки. 

Бывший фронтовик Кирьян Лампадов, выслуживший в карательном отряде у Колчака чин унтер-офицера, ночью пробрался в дом к отцу, сельскому богатею-кулаку и спрятался там. Подённый работник Филипп Рагозин был этому свидетелем. Как бедняк и сочувствующий советской власти он сообщил об этом секретарю ком-ячейки Григорию Уварову.

Уваров вместе с председателем сельсовета Лёшкой Лихим, недавно назначенным милиционером Стёпкой Охлябиным и присоединившимся к ним приехавшим уполномоченным уисполкома Сахаровым направились к Лампадову.

Старший Лампадов, Демьян Иванович, пожилой мужик с окладистой посеребрившейся бородой, с прищуренными хитроватыми глазками, ссутулясь, возился в овине.

- Где Кирьян? - спросил его Уваров.

- Был, да утёк, - спокойно ответил Лампадов.

Контуженный на фронте империалистической войны уполномоченный Сахаров пустил белую пену изо рта, скривил набок губы до левого уха, подурнел глазом.

- Выродка прячешь, поганое своё семя берегёшь, Демьян, - выдавил из себя Сахаров. - Удавлю на ентой перекладине.

- Я за сына не ответчик, - ответил Демьян Иванович. - Не скрываю, был Кирьян дома, ребятёнка спроведывал. Явился и тут же убёг. Сказал, что скоро они придут вас, большаков, резать.

Отведя плечом в сторону Кирьянову жену Домну с младенцем на руках, Лёшка, а за ним остальные вошли в дом.

- Нету Кирьяна, - красивым грудным голосом сказала Домна, идя за незванными гостями. - Был, но скоро ушёл...

Она села на лавку, откинула с плеча просторную рубашку, показала красивую полную молока грудь и сунула длинный чёрный сосок, из которого выкатилась большая капля молока, в рот младенцу. Она сидела, словно Богородица с иконы, спокойная и величавая.

В это время со двора донеслось конское ржание, и было видно в окно, как Кирьян на весёлом кауром жеребце выскочил в распахнутые ворота.

- А! Твою мать!.. - выругался Сахаров. - Ушёл, говоришь, кулацкая твоя морда. Совецку власть омманывашь, контра!..

Белыми глазами он вонзился в Домну и в младенца, сосущего грудь. Схватив за ноги младенца, он вырвал его из рук матери, взмахнул им под притолоку.

- Истреблю сволочное семя!.. - заорал Сахаров нехорошим голосом.

Домна вскочила с лавки и высокою своею грудью бесстыдно таранила товарища Сахарова, припёрла его большевистскую сущность к бревенчатой стенке, молоком оросила его просолённую гимнастёрку, вскинула крыльями белые полные руки к заверещавшему ребёнку. Но длинён был товарищ Сахаров, не достать ей. 

И впрямь, треснул бы Сахаров бандитское отродье о стенку или об стол, или обо что ещё твёрдое. Взял бы он на свою душу этот грех, но подоспел Уваров и вынул из его костенеющих пальцев невинное существо. 

В этот момент повалился товарищ Сахаров на пол, и стала его бить корча, и белая пена потекла на сдвинутое судорогой страшное лицо со стеклянными глазами.

Григорий вложил ребёнка в руки обеспамятвовавшей Домны, взял её увесистую грудь и, цыкнув струйкой молока, сунул мокрый сосок в жадный ротик крохи.

А товарищ Сахаров, отбившись в корчах, к этому моменту успокоился и крепко спал.


Далее смотри - "Продразвёрстка"

h

Рейтинг: +1 249 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!